Хранители королевств: Наследники

Пролог

Алый закат догорал в кронах деревьев, отбрасывая на землю длинные, искаженные тени. В лесу царила гнетущая, зловещая тишина — ни шепота листьев, ни щебетания птиц.

На краю обрыва, на земле, залитой багрянцем, лежало маленькое тельце кота. Его светло-серая шерсть была испещрена алыми подтеками, а на шее зияла глубокая, страшная рана. Глаза, застилаемые предсмертной пеленой, были расширены от немого ужаса.

Над ним возвышался бурый лис. Его всклокоченная шерсть была картой старых сражений, а на широком лбу четко выделялось клеймо — темное пятно в форме дракона. Его зеленые глаза, холодные и безжалостные, с презрением взирали на жертву. Острые когти все еще впивались в окровавленную шею, когда последний, хриплый вздох вырвался из груди кота. Тельце дернулось в судороге и замерло.

Злорадная усмешка исказила морду лиса.

—Вот и конец, мерзавец, — прошипел он, с удовлетворением убирая окровавленную лапу.

Позади раздался едва слышный хруст ветки. Уши хранителя резко дернулись. Обернувшись, он увидел, как из сгущающихся сумерек вышел волк. Его серебристая шерсть казалась отлитой из темного металла в свете угасающего дня, а большую часть морды скрывала черная маска. На шее у незнакомца мерцал кулон с бирюзовым камнем.

—Впечатляюще, — голос волка был спокоен и обволакивающе тих. — Хранитель, убивающий котят. Не каждому дано так низко пасть.

—Кто ты?! — рявкнул лис, принимая боевую стойку.

—Твой проводник в ад. Имя тебе не понадобится.

С рыком, полным ярости, бурый лис ринулся в атаку. Но волк, движущийся с грацией тени, легко уклонился, и в тот же миг, будто пружина, бросился вперед. Острые, как бритва, когти рассекли воздух и плоть, прочертив на боку лиса глубокие алые полосы. Хранитель с воем рухнул на землю. Он попытался подняться, но тяжелая лапа придавила его к сырой земле.

Волк тихо рассмеялся.

—Просто сувенир на память, — прошептал он и провел когтями по лбу противника, прямо по таинственному знаку.

Лис зашипел, яростно замотав головой, когда горячая кровь залила ему глаза. И тогда его тело вспыхнуло ослепительным сиянием. Волна чистой энергии с грохотом отбросила серого волка к самому краю пропасти, камни под его лапами посыпались вниз.

Используя момент, раненый хранитель поднялся. Его глаза пылали зеленым огнем бешенства. С новым сильным рывком он набросился на волка, повалив того на землю, и мощными лапами пригвоздил его конечности, блокируя любое движение для колдовства.

—Умри, тварь! — оскалился бурый, занося когтистую лапу для решающего удара.

Но в этот миг его тело пронзила ослепляющая, жгучая боль. Глухой стон вырвался из его глотки, а взгляд стал стеклянным от непонимания. Он беспомощно рухнул на своего врага.

Серый волк с силой оттолкнул обмякшее тело, поднялся и отряхнулся. Из раны на боку лиса торчала рукоять изящного кинжала. Волк вытащил клинок, и новая струя крови горячим фонтаном брызнула на землю.

Наклонившись к самому уху умирающего, он произнес тихим, ледяным шепотом:

— Передавай от меня привет королю.

И без лишних усилий, одним точным движением, столкнул бурого хранителя в бездну. Долгий, затихающий вопль, оглушительный костяной хруст о камни далеко внизу… и вновь воцаряется абсолютная тишина.

Луна, холодная и равнодушная, поднялась высоко в небо, озаряя кровавый обрыв. Ничто не нарушало мертвенной тишины, кроме одинокого, распростертого тела маленького кота — немого свидетеля ужаса этой ночи.

Глава 1

Холодная сырость земли просачивалась сквозь подушечки лап, заставляя Флору вздрагивать. Каждый шорох в чаще заставлял её оборачиваться, настораживая чуткие уши. Рыжая шерсть цеплялась за колючие ветки, а чёрные лапы с трудом вытягивались из вязкой грязи. Где-то в вышине, скрытой сплетением ветвей, пронзительно крикнула сова. Флора прижала уши, сердце её бешено заколотилось. Неба видно не было — могучие стволы, словно частокол, упирались в непроглядный полог из листьев, превращавший день в глубокие, душные сумерки.

Она не помнила, как сюда попала. Этот лес пугал её до дрожи, но какая-то неведомая сила, словно невидимая нить, влекла её всё дальше вглубь, навстречу чему-то, отчего кровь стыла в жилах.

И вдруг деревья расступились, открыв залитую призрачным лунным светом поляну. В её центре, величественные и невозможные, возвышались два дракона. Один — белый, чья чешуя переливалась, как жемчужная россыпь; другой — чёрный, вобравший в себя всю тьму вокруг. Между ними, почти теряясь в их тени, сидел маленький чёрный волк.

Их безмолвный зов был почти осязаем. Флора, затаив дыхание, сделала шаг вперёд — и в тот же миг почва ушла из-под её лап. Она вскрикнула, пытаясь ухватиться за пустоту. Драконы растворились, исчезли, и лишь чёрный волк бросился к ней, протянув лапу… Но тьма накрыла их с головой.

Флора открыла глаза, и её встретили не тёмные своды леса, а резные стены спальни. Она медленно села на кровати, пытаясь отогнать наваждение. Перед глазами всё ещё стояли силуэты крылатых исполинов.

Тихий стук в дверь вывел её из оцепенения. В комнату робко вошла крапчатая кошка-служанка.

— Доброе утро, ваше высочество, — тихо промурлыкала она. — Завтрак подан. Их величества ожидают вас.

— Ах, да… Спасибо, — Флора поспешно принялась разглаживать взъерошенную шерсть, но взгляд служанки уже выражал тихую озабоченность.

— Всё в порядке, принцесса?

— Всё прекрасно, не беспокойся, — смущённо улыбнулась Флора.

Оставшись одна, она глубоко вздохнула и подошла к окну, распахнув створки. В лицо ударил яркий солнечный свет, а в грудь ворвался свежий утренний воздух, напоённый ароматом цветущего сада. С высоты открывался вид на ухоженные аллеи, усыпанные спелыми плодами деревья и пестреющие клумбы. Чуть поодаль, у подножия холма, виднелись крыши деревни. Этот сад был её убежищем, местом, где можно было укрыться от церемоний и просто побыть собой.

Приведя себя в порядок, Флора вышла из комнаты, на ходу отвечая на поклоны слуг и стараясь не поскользнуться на отполированном мраморе.

Тронный зал поражал своим размахом: витражные окна отбрасывали на пол разноцветные блики, а с потолка свисала хрустальная люстра. На возвышении, под сдвоенными гербами с белой розой, восседали её родители. Король о чём-то беседовал со стражем, а королева, заметив дочь, подошла к ней и коснулась её носа своим — старый семейный знак приветствия.

— Доброе утро, милая.

—Доброе утро, мама.

—Мия говорила, ты сегодня будто не в себе. Что-то случилось?

Флора опустила глаза.

—Всё хорошо. Просто… дурной сон.

Взгляд королевы стал пристальным, изучающим, но она лишь кивнула.

—Хорошо. Иди подкрепись и не опаздывай на уроки.

Прогулка по саду под бдительным присмотром двух стражей-волков быстро наскучила Флоре. Их присутствие было постоянным напоминанием о несвободе. Возле уютной деревянной беседки она не выдержала.

— Я хочу пить, — заявила она, обращаясь к стражам. — Пожалуйста, принесите мне воды.

Волки переглянулись. После мгновения неловкого молчания один из них склонил голову.

—Сию минуту, ваше высочество.

Едва его фигура скрылась за поворотом аллеи, Флора начала действовать. Она резко дёрнула ушами, изобразив испуг, и уставилась в густые заросли рододендронов.

— Ваше высочество? — насторожился второй страж. — Мне послышался шорох… прямо оттуда!

—Не сходите с места. Я проверю.

Как только волк скрылся в листве, Флора подбежала к высокой живой изгороди. Глубоко вздохнув, она расправила крылья — изящные, почти невесомые — и одним мощным взмахом перелетела через зелёную стену.

Перед ней расстилалось бескрайнее золотое море пшеницы, окаймлённое на горизонте тёмным частоколом елей. Сердце Флоры взлетело от восторга. Крики стражей, доносившиеся из-за стены, лишь подхлестнули её. Она ринулась вперёд, в эту свободу, в этот шелестящий, пахнущий солнцем и землёй простор.

Она бежала, не разбирая дороги, и визжала от счастья, высокие колосья цеплялись за её шерсть. Ветер свистел в ушах, сдувая все тревоги и условности. Она никогда не чувствовала себя такой живой!

Очнулась Флора лишь тогда, когда золотое море внезапно закончилось, упираясь в стену мрачного, непроглядного леса. Дыхание перехватило. Весёлый ветерок стих, сменившись гнетущей тишиной. Тёмные ели стояли плотной стеной, напоминая кошмарные декорации из её сна. Сердце, только что певшее от радости, теперь неровно и громко стучало в груди. И тут тишину разрезал звук — негромкое, но отчётливое шуршание травы под чьими-то тяжёлыми лапами. Шерсть на загривке Флоры встала дыбом, она инстинктивно выпустила когти, готовясь к защите.

Из-за ствола, пошатываясь, на опушку вышел молодой волк.

Глава 2

Перед Флорой стояло живое воплощение её ночного кошмара. Высокий, но до ужаса истощённый чёрный волк. Его рёбра выпирали из-под грязной, свалявшейся шерсти. Из глубокой царапины на задней лапе сочилась алая нить крови, впитываясь в землю.

Он поднять голову, и в его янтарных глазах, тусклых от изнеможения, Флора прочла безмолвную мольбу. Он хотел что-то сказать, но лишь беззвучно пошевелил пастью, прежде чем его лапы окончательно подкосились и он рухнул на землю.

Флора застыла, в голове у неё пронеслись два вопроса: кто он? И что с ним сделали? Она осторожно подошла ближе. Тело волка было картой страданий: старые, плохо зажившие шрамы, свежие ссадины, и на лбу… едва заметное, но узнаваемое тёмное пятно в виде дракона. Тот самый знак, что она видела во сне. Ледяная дрожь пробежала по её спине. Она не могла оставить его. Но дворец, родители… они никогда не поймут.

Сжав зубы, Флора наклонилась. Тяжёлое амбре грязи и крови ударило ей в ноздри. Преодолевая отвращение, она впилась зубами в его загривок.

Несмотря на худобу, волк был невероятно тяжёл. Каждый шаг по лесу давался с трудом, её лапы вязли в земле, а в пасти затекли мышцы. Наконец, её взгляд упал на густые заросли черёмухи, скрывавшие небольшой грот. Втащив бесчувственное тело под сень кустов, Флора рухнула рядом, тяжело дыша и сплёвывая клочья грязной шерсти.

Закрыв глаза, она сосредоточилась. Воздух задрожал, и перед ней материализовались рулоны чистых бинтов. Дрожащими лапами Флора принялась за работу, стараясь не причинить ему ещё больше боли. Перевязав самую страшную рану на лапе и остальные ссадины, она выползла из укрытия, бросила последний взгляд на спящего волка и бросилась бежать назад, к дворцу.

Едва она вырвалась на опушку, как из золотого моря пшеницы, словно призраки, поднялись фигуры стражей. Они мгновенно окружили её.

—Ваше высочество! — голос старшего стража был сдержан, но в его глазах читался испуг. — Мы везде искали вас. Королева приказала не спускать с вас глаз.

—Я… я просто заблудилась, — выдохнула Флора, чувствуя, как по щекам разливается краска стыда. Ком лжи застрял в горле колом.

—Нам следует вернуться, — буркнул другой волк, и плотным кольцом они повели принцессу к замку.

Дворец встретил их замершей паникой. Слуги застыли на месте, провожая её испуганными взглядами. Стражи, не останавливаясь, повели Флору в тронный зал.

Королева стояла посередине зала, а король Арес, обвив её хвостом, что-то тихо говорил на ухо. Увидев дочь, королева метнулась к ней.

—Где ты была?! — её голос сорвался на высокую, почти истерическую ноту. Лапы матери заскользили по шерсти Флоры, отыскивая несуществующие раны. — Я же запретила тебе уходить без охраны!

Вспышка гнева, острая и неожиданная, опалила Флору изнутри.

—Я уже не ребёнок, чтобы меня водили на поводке! — выпалила она, отступая на шаг и бросая матери вызов.

Взгляд королевы стал твёрдым, как сталь.

—Потому что я твоя мать и королева. И ты будешь слушаться! — она сделала шаг вперёз, и её осанка, полная властной энергии, заставила Флору попятиться.

Прижав уши, Флора, не сказав больше ни слова, развернулась и выбежала из зала, не видя ничего от слёз обиды и ярости.

В своей комнате она прислонилась к прохладному стеклу окна. Где-то там, в багровеющем на закате лесу, лежал тот, кому она, возможно, спасла жизнь. Очнулся ли он?

Тихий стук в дверь нарушил её уединение. Вошла королева. Без лишних слов она подошла, села рядом и обвила дочь своим пушистым хвостом.

—Прости меня, — тихо прошептала она. — Я не должна была кричать. Но когда тебя не нашли… я с ума сходила от страха.

Флора демонстративно смотрела в окно, на тёмную полосу леса.

—Ты обращаешься со мной, как с несмышлёнышем. Даже в собственном саду у меня нет ни капли свободы!

Королева молчала так долго, что Флора уже решила, что ответа не будет. Но та лишь тяжело вздохнула, и в её глазах мелькнула тень неподдельной тревоги.

—Хорошо, — наконец сказала она. — Ты можешь гулять в саду одна. Но клянись мне, что не будешь выходить за его пределы. Это не обсуждается.

—Клянусь! Спасибо! — в глазах Флоры вспыхнул огонёк, но он тут же погас, когда она разглядела выражение лица матери. Такая уступчивость была неестественной. За ней скрывалось что-то большее — беспокойство, граничащее со страхом.

Любопытство зашевелилось в груди Флоры, горячее и настойчивое. Мать что-то скрывала. Что-то важное. И Флора была полна решимости узнать, что именно.

Глава 3

Первым, что ощутил Кейлор, был сладкий, почти удушающий аромат. Он плыл в сознании, смешиваясь с тупой, ноющей болью во всём теле. С трудом приоткрыв веки, он увидел лишь размытые тёмные очертания и ослепительно-холодный свет луны.

Зрение постепенно привыкло к полумраку. Он лежал под густыми кустами черёмухи, чьи цветы и источали этот густой, пьянящий запах. А прямо перед ним, залитая лунным сиянием, сидела лиса. Её рыжая шерсть казалась отлитой из серебра и бронзы, а белый кончик хвоста нервно подрагивал. Чёрные уши ловили каждый шорох ночи. Заметив движение, она повернула к нему голову, и её ясные голубые глаза встретились с его взглядом. На её мордочке расцвела осторожная улыбка.

—Привет, — голос у неё был тихим, чтобы не спугнуть тишину. — Как ты себя чувствуешь?

— Н-нормально, — выдавил Кейлор, и его собственный голос показался ему хриплым и чужим.

—Меня зовут Флора, — она вежливо склонила голову. — А тебя?

Волк с немым недоверием посмотрел на неё. Может ли он ей доверять? В её взгляде не было ни капли угрозы, лишь чистое любопытство и участие.

—Кейлор, — наконец прошептал он, сдаваясь.

Улыбка Флоры стала шире. Ловким движением она собрала с земли несколько тёмных ягод и аккуратно выложила их перед ним.

—Ешь, — мягко сказала она. — Это поможет набраться сил.

Кейлор с подозрением обнюхал угощение. Ягоды пахли лесом и влажной землёй. Недолго думая, он осторожно слизнул их. Вкус оказался терпким и кислым, заставляя поморщиться.

—Из какого ты королевства? — спросила Флора, когда он проглотил последнюю ягоду.

Кейлор задумался. Где-то в глубине памяти шевельнулось что-то тёмное и болезненное. Он снова очнулся лишь тогда, когда заметил её встревоженный, испытующий взгляд.

—Я… не помню, — это была не совсем ложь. Воспоминания были будто за густым туманом, сквозь который пробивались лишь обрывки и тени.

Флора уже собиралась что-то сказать, но в этот миг первые алые лучи солнца пробились сквозь листву, подпалив её рыжую шерсть, словно языки пламени.

—Ой, мне пора! — Флора вскочила, вся взъерошенная, и, не сказав больше ни слова, ринулась прочь, растворяясь в сумраке леса.

—Подожди! — успел крикнуть ей вслед Кейлор. Но в ответ донёсся лишь тревожный шепот пробуждающегося леса.

Следующее пробуждение было мягким. Чья-то лапа осторожно толкала его в бок. Кейлор открыл глаза и вздрогнул, увидев над собой тёмный силуэт. Но через мгновение он узнал очертания лисьей мордочки, освещённой призрачным светом луны. Сквозь листву черёмухи пробивался яркий лунный свет. Он проспал целые сутки.

—Привет, — Флора улыбнулась, усаживаясь рядом и обвивая чёрные лапы пушистым хвостом. От неё пахло ночной прохладой и полевыми травами.

—Я думал, ты не вернёшься, — голос Кейлора был сиплым от сна.

—Прости, — она смущённо потупилась. — Когда ты королевская дочь, не так-то просто улизнуть из дворца.

Кейлор широко раскрыл глаза.

—Ты… принцесса?

—Ага, — махнула она лапой, словно это была сущая безделица. — Ладно, хватит обо мне. Расскажи лучше о себе.

—Я… — Кейлор почувствовал, как в горле пересыхает. — Прости, я почти ничего не помню.

Флора внимательно посмотрела на него, и её хвост дрогнул.

—А где твои родители? — тихо спросила она.

Волк содрогнулся, будто от удара. Перед глазами, яркие и жуткие, вспыхнули воспоминания.

—Мою маму… убили, — выдохнул он, и эти слова, словно гири, пригвоздили его голову к лапам. Сказать это вслух было равносильно тому, чтобы пережить всё заново.

—Ой, прости… Мне не следовало спрашивать, — её голос дрогнул от искреннего сочувствия.

Кейлор не нашёл сил ответить. Они так и сидели в молчании, пока чернильная ночь не начала медленно сереть. Лишь когда первые птицы начали перекликаться вдали, Флора бесшумно поднялась, отряхнулась и направилась к опушке.

—Постой! — его крик прозвучал громче, чем он планировал.

Флора обернулась на краю леса, её силуэт вырисовывался на фоне светлеющего неба.

—Не бойся, — тихо пообещала она. — Я приду снова. Сегодня ночью.

И она исчезла, оставив его в одиночестве, но уже не в полном — с тёплым семенем надежды, которое она в нём посеяла.

Глава 4

Глубокий, сладостный зевок заставил Флору зажмуриться. За окном царила ночь, и луна, холодная и равнодушная, заливала башни дворца Эриндора призрачным светом. Всё тело ныло от недосыпа, но времени не было — ни секунды.

Прошла неделя с тех пор, как она спасла в лесу чёрного волка, и с тех пор каждую ночь превращалась в тайного гонца. Когда часы пробили полночь, Флора скользнула в смежную ванную комнату с маленьким, забытым окошком — её личным порталом на свободу. Прыжок на раму, ещё один — и вот она уже на прохладной чешуе черепичной крыши.

Ночной ветер трепал её рыжую шерсть, а где-то внизу, в саду, мерно шагали стражи. Проползши до укромного места, Флора спрыгнула в мягкую траву и юркнула к знакомому кусту роз, скрывавшему потайной лаз в стене. Ещё один взгляд вокруг — и она уже в объятиях золотого моря пшеницы.

Вскоре её встретила стена леса. Темнота под сенью деревьев была почти осязаемой, а каждый шорох заставлял вздрагивать. Но Флора шла вперёд, ведомая целью. И вот она — поляна, освещённая луной, и знакомые кусты черёмухи. Под ними, сливаясь с тенью, спал Кейлор.

Услышав её шаги, он мгновенно вскочил, с прижатыми ушами и ощетинившейся шерстью, но тут же узнал её и смущённо выдохнул:

—Привет, Флора.

—Привет, — она подбежала и села рядом — Как ты?

—Я рад тебя видеть. Но ты слишком рискуешь. Твои родители…

—Никто не узнает, — она махнула лапой. – я всё делаю очень осторожно.

Они говорили до тех пор, пока луна не начала катиться к горизонту. Флора потянулась, собираясь уходить.

—Ну, до завтра.

Кейлор грустно кивнул.

—До завтра.

—Боюсь, завтра не будет.

Ледяная струя пробежала по спине Флоры. Шерсть на загривке встала дыбом. Кусты с громким шелестом раздвинулись, и из них вышла королева. Её пепельно-рыжая шерсть казалась серебряной в лунном свете, а за ней, беззвучно, возникли тёмные фигуры стражей.

—Мама? — прошептала Флора, сердце её бешено заколотилось. — Что ты здесь делаешь?

—Мой вопрос, — голос матери был тихим, но от этого ещё более опасным. Она подошла вплотную, её горящий взгляд скользнул по Флоре, а затем уставился на Кейлора. Стражи уже вытащили его на свет и окружили. Волк съёжился от страха.

—Что всё это значит? — потребовала королева, не отводя глаз от Кейлора. Её взгляд задержался на тёмном знаке дракона на его лбу, затем перешёл на такой же, только светлый, знак на лбу Флоры. Глаза королевы сузились, но она промолчала.

—Прошу, не трогай его! — крикнула Флора, бросаясь вперёд. — Кейлор ни в чём не виноват!

—Кейлор… значит, — медленно проговорила королева, переводя взгляд с дочери на волка. На её лице на мгновение мелькнула не просто злость, а какая-то сложная, глубокая дума.

Повисло тягостное молчание, прерванное резким вздохом королевы.

—Хорошо. Отведите его во дворец, — приказала она стражам. — А ты, — её взгляд вернулся к Флоре, — дома у нас состоится серьёзный разговор. Королева развернулась и ушла в чащу. Флора, с опущенной головой и волочащимся по земле хвостом, поплелась следом. Стражи вели Кейлора, который рычал на каждое грубое прикосновение.

У дворца их встретили первые лучи рассвета, красившие небо в нежные, розовые тона, столь контрастные с мраком в её душе. В замке королева наконец обернулась:

—Отведите пленника в тронный зал. Я разберусь с ним позже.

Затем её взгляд упал на Флору:

—Иди за мной.

Войдя в комнату, королева молча подошла к окну. Флора ждала громового раската гнева, но его не последовало.

—Я, кажется, говорила, чтобы ты не выходила за пределы сада, — наконец прозвучал тихий, стальной голос.

—Я знаю, — прошептала Флора. — Но я не могла оставить его умирать.

—Это не имеет значения! — рык на мгновение прорвался сквозь её сдержанность. — Ты ослушалась прямого приказа. За этим последует наказание.

Гнев, жгучий и несправедливый, вскипел в груди Флоры.

—Мне надоела эта вечная опека! — выкрикнула она, заставляя мать отшатнуться от неожиданности. — Я уже не ребёнок, чтобы за мной следили в оба!

Глаза королевы вспыхнули.

—Да когда же ты поймёшь, что я просто боюсь за тебя?! — её голос гремел, но Флора отчётливо услышала в нём ту самую, давнюю тревогу.

—Я понимаю! Но всему должна быть причина! Что ты от меня скрываешь? — напрямую спросила Флора, глядя матери в глаза.

Королева задрожала, в её зелёных глазах плеснулся настоящий, немой ужас.

—Я… не могу сказать.

Флора подошла ближе. Внезапная жалость и стыд за свою резкость пересилили гнев. Она прижалась к матери.

—Прошу, — тихо сказала она. — Расскажи мне.

Королева сдалась. Её плечи обмякли.

—Хорошо, — она выдохнула и отвернулась к окну, глядя в прошлое. — Это было давно… Шла война с Акварией. Твой отец был на фронте, а мы с тобой оставались здесь, в безопасности, как я думала. — её голос дрогнул. — В тот день я ненадолго отлучилась… а когда вернулась, то увидела в твоей комнате незнакомого волка. Он не был ни нашим, ни акварийским воином. Он был… другим. Серебристая шерсть, огромные крылья и чёрная маска на морде. — Флора замерла, и в памяти её всплыл смутный, но жуткий образ. — Он пришёл, чтобы убить тебя, Флора. Он был невероятно силён, и мне чудом удалось его прогнать, защитив тебя. После этого… после этого мне пришлось отправить тебя к королеве Розе, пока война не закончилась. — Королева обернулась, и в её глазах стояли непролитые слёзы. — Теперь ты понимаешь? Я боюсь, что он вернётся.

Теперь, когда тайна была раскрыта, в голове у Флоры возник вихрь новых вопросов. Кто был тот загадочный волк? Почему он хотел её смерти? И самое главное — какую роль во всём этом играл Кейлор и эти зловещие отметины драконов на их лбах? Ответов не было, но Флора чувствовала — всё это звенья одной цепи, и ей предстоит их распутать.

Глава 5

Длинный коридор, залитый мягким светом ламп, казался Кейлору бесконечным. Он механически шагал в окружении стражей, не замечая ни роскошных ваз, ни картин в золочёных рамах. Внутри бушевало пламя вины. Флора… Из-за меня её накажут. Эта мысль жгла изнутри сильнее любой раны.

Наконец они остановились у массивных дверей, охраняемых двумя лисами. Те с безмолвным подозрением впустили странную процессию.

Тронный зал поразил его размахом: витражи, хрустальная люстра и два трона под гербами с белой розой. На одном из них сидел величественный крылатый лис в короне. При виде вошедших он поднялся и приблизился.

—Кто это? — спросил он стража.

—По приказу королевы, ваше величество. Она велела ждать её решения, — отчеканил стражник.

“Отец Флоры”, — мелькнуло у Кейлора. По команде стража он покорно склонил голову, чувствуя, как унижение смешивается с отчаянием.

Вскоре дверь открылась, и в зал вошла королева. Флоры с ней не было. Ледяная тревога сжала сердце Кейлора. Королева, обменявшись с мужем многозначительным взглядом, направилась к нему.

—Меня зовут Алинта, — представилась она. — А ты — Кейлор, верно?

Он молча кивнул.

—Прошу, не наказывайте Флору! — вырвалось у него наконец. — Она лишь пыталась мне помочь!

Алинта пристально посмотрела на него, и в её изумрудных глазах что-то дрогнуло.

—Хорошо. Я не стану её наказывать.

От этих слов Кейлор ощутил такое облегчение, что едва не подкосились лапы.

—А теперь ответь мне, Кейлор, — её голос стал мягче, но не утратил твёрдости. — Из какого ты королевства?

—Я не помню.

—Кто твои родители?

Волк съёжился, стараясь не поддаться нахлынувшей боли.

—Маму… убили. Отца я не знаю.

Королева задумчиво повела ухом, затем, бросив ему взгляд, полный невысказанных мыслей, отошла к мужу. Они зашептались, и Кейлор поймал на себе тяжёлый, изучающий взгляд короля.

—Иди за мной, — скомандовала Алинта, возвращаясь.

Он покорно последовал за ней через лабиринт коридоров к ожидавшей у входа карете. Перед тем как шагнуть внутрь, Кейлор в последний раз оглянулся на замок. Увидит ли он ещё когда-нибудь ту, что спасла ему жизнь?

Путешествие слилось в однообразную муку. Когда карета наконец остановилась, Кейлор увидел угрюмый дворец, впившийся когтями башен в хмурое небо. Его окружала не просто стража, а атмосфера тотальной подозрительности.

У ворот им преградили путь два исполинских волка.

—Стойте! Что вам нужно? — их рык не сулил ничего хорошего.

—Мне необходимо видеть короля Шедоу. Срочно, — голос Алинты был спокоен, как поверхность озера перед бурей.

Взгляд стражей скользнул по Кейлору, и после немого диалога взглядами они нехотя пропустили их.

Лабиринт тёмных коридоров привёл их к массивной металлической двери. Она бесшумно распахнулась, открыв огромный зал-гробницу. Ни окон, лишь тусклая люстра и призрачный свет настенных светильников, отражавшийся в обелисках с символами лун. В конце зала, на троне, сидел исполинский чёрный волк. Его ледяные синие глаза, пустые и отстранённые, пронзили Кейлора до дрожи.

—Здравствуй, Шедоу, — нарушила молчание Алинта.

—Алинта, — его голос был холоден, как вечная мерзлота. — Что привело тебя в Тенебрис?

—Я нашла твоего сына.

Тишина взорвалась.

—Ты смеёшься?! — король вскочил с трона, его тень накрыла их. — Мой сын пропал десять лет назад!

—Нет, Шедоу, — Алинта взмахнула хвостом, и Кейлор, повинуясь жесту, сделал шаг вперёд. — Это он.

Взгляд Шедоу, тяжелый и пронзительный, изучал Кейлора, останавливаясь на каждой черте, на каждом намёке на сходство. Гнев в его глазах сменился смятением, а затем — чем-то хрупким и неуловимым.

—Ты… вернулся, — наконец прошептал он, и в его голосе прозвучала неподдельная, горькая надежда.

—Что это значит?! — крикнул Кейлор, отпрянув. — Кто вы? Почему вы лжёте?

—Это правда, Кейлор. Я твой отец, — голос Шедоу дрогнул. — Меня зовут Шедоу, я король Тенебрис. А ты… мой сын и наследный принц.

Ошеломлённый, Кейлор не находил слов. Его мир рушился и собирался заново за считанные секунды. И в этот миг королева Алинта тактично вмешалась.

—Мне пора возвращаться. — Мой долг выполнен.

—Тенебрис в неоплатном долгу, — Шедоу склонил голову.

—Благодарите мою дочь. Это она спасла ему жизнь.

После её ухода Шедоу подошёл к огромному портрету.

—Ты помнишь свою мать? — тихо спросил он.

Кейлор посмотрел и замер. На полотне была изображена семья: грозный Шедоу, прекрасная серебристо-белая волчица с добрыми янтарными глазами… и маленький чёрный волчонок, его точная копия.

И тогда воспоминания нахлынули сокрушительной волной. Тёплый запах матери… и резкий запах крови. И он… Серебристый волк в чёрной маске. Тот, кто отнял у него всё.

Кейлор не заметил, как король подошёл к нему вплотную. Тяжёлая лапа легла на его плечо, когти впились в кожу.

—Ты помнишь его? — голос Шедоу был тихим, но от этого ещё более страшным. — Того, кто убил её?

—Это… был волк, — выдохнул Кейлор. — Серый волк… в чёрной маске.

Когти впились глубже.

—Мы искали его повсюду, — прошипел Шедоу, отпуская его. — Но нашли лишь следы крови… и ничего более. — Он посмотрел на сына, и в его ледяных глазах Кейлор впервые увидел не только боль, но и огонь. — Но теперь ты вернулся. И мы найдём убийцу.

Шедоу отступил и подозвал стражника.

—Оповестить всех! — его голос снова загремел под сводами зала. — Принц Кейлор вернулся в семью. Пусть об этом узнает каждое сердце в Тенебрисе!

Когда стражник удалился, Кейлор почувствовал странную пустоту. Он обрёл семью, титул, дом… но почему же на душе было так тяжело? Мысль о том, что он больше не увидит Флору, отзывалась острой физической болью.

Его взгляд упал на отца. Тот стоял у портрета, глядя на изображение жены. И в этой одинокой, сгорбленной фигуре Кейлор с неожиданной ясностью увидел не короля, а такого же израненного горем волка, как и он сам.

—Дворецкий проводит тебя в твои покои, — прервал его размышления Шедоу и, не оглядываясь, вышел из зала.

Кейлор, ощущая себя сном наяву, последовал за старым волком по бесконечным тёмным коридорам. Его новая комната встретила его мрачной роскошью и холодом. Гигантское окно открывало вид на чужое, тёмное небо. Всё здесь было чужим, от кровати под балдахином до тяжёлой мебели.

Оставшись один, Кейлор рухнул на кровать. Он обрёл семью и корону, но почему-то чувствовал себя так, будто потерял нечто гораздо более важное. Последним образом перед сном была улыбающаяся рыжая лиса, которую он, возможно, больше никогда не увидит.

Глава 6

Флора медленно открыла глаза. Прозрачный, зыбкий воздух леса дрожал перед ней, а под лапами, подернутая рябью, темнела гладь озера. Рядом, застыв у самой воды, стоял Кейлор. Его острый профиль был неподвижен, а взгляд, казалось, пригвожден к чему-то в глубине. Флора сделала шаг, но волк не шелохнулся, не обернулся.

Принцесса проследила за его взглядом — и дыхание перехватило. Из темной воды на нее смотрел белый дракон. Его чешуя отливала призрачным перламутром, а глаза, огромные и бездонные, были пристально устремлены на нее. Казалось, он что-то говорит, но до Флоры долетал лишь шелест листвы и вечный, убаюкивающий лепет ручья. Слова тонули, растворялись в звуках леса, не долетая до ее ушей.

Подул прохладный ветер, и водная гладь сморщилась, унося с собой расплывающийся призрак. Флора вздрогнула и поняла, что стоит у озера совсем одна, а в небе над головой холодно и одиноко сияет луна.

Флора лежала на теплой траве, уткнувшись носом в книгу. Солнечные зайчики плясали на ее огненно-рыжей шерсти, но не могли разогнать тревогу, что тяжелым камнем лежала на сердце. Навязчивый сон не отпускал. Она вновь и вновь возвращалась к образу белого дракона, пытаясь разгадать послание, затерянное в тишине.

Настолько погрузившись в размышления, Флора не услышала мягких шагов.

—Чем занята? — над ней прозвучал ласковый голос матери.

Лиса подняла взгляд и встретилась глазами с королевой, склонившей над ней голову.

—Читаю, — просто ответила Флора.

—Это хорошо, но не забывай — завтра Совет, — напомнила мать и, нежно лизнув дочь в макушку, удалилась в сторону замка.

И тут Флору будто осенило. За своими тревожными думами она совсем забыла о завтрашнем Совете! Событии, которое раз в месяц определяло судьбы всех королевств.

Принцесса захлопнула книгу, поднялась с травы и, сладко потянувшись, поспешила во дворец, чувствуя, как тревога и предвкушение смешиваются у нее внутри.

Этой ночью сон вновь не принес покоя. Перед ее закрытыми веками вновь проплывали озеро, призрачный дракон и безмолвная фигура Кейлора.

Утро, однако, было ясным и безмятежным. Солнце заливало светом лазурное небо, а зеленая трава весело шуршала под колесами королевской кареты. Флора сидела рядом с матерью, безучастно глядя на мелькающие за окном поля и леса. Они направлялись в королевство Солара, традиционное место сбора Совета.

Наконец карета плавно остановилась, и взору предстал величественный дворец из золотистого камня, взмывавший в небо островерхими башнями и сиявший яркими витражами. У его подножия теснилась пестрая вереница карет, украшенных гербами всех уголков их мира: здесь были и морская Аквария, и снежная Арктосия, и огненный Файрфелл, и горная Валтара. Не хватало лишь черных штандартов королевства Тенебрис.

Войдя в замок и пройдя по длинному, прохладному коридору, они оказались в грандиозном зале. В его центре стоял массивный круглый стол, за которым уже собрались представители знатнейших родов.

Едва Флора переступила порог, как к ней, словно яркий порыв ветра, подлетела изящная лошадка с шерсткой цвета алых кораллов.

—Флора, привет! — радостно воскликнула она.

—Коралл! — лицо лисы озарила улыбка. — Я так рада тебя видеть! Ты не представляешь, что у меня случилось за последний месяц.

—Ого, теперь мне не терпится все узнать! — глаза Коралл заблестели от любопытства. — А у нас ничего нового, разве что отец назначил нового стражника. — И Флора не могла не заметить, как щечки подруги заливает легкий румянец.

Подруги увлеченно болтали, пока к ним не приблизился статный конь с изумрудной шерстью и суровым шрамом, пересекающим губу.

—Коралл, пора. Совет начинается, — его голос не допускал возражений. Кивнув Флоре в знак приветствия, он отошел.

—Пойдем, Флора, — позвала Коралл и поспешила за отцом.

За столом собрались почти все представители восьми королевств. Все, кроме Тенебриса.

—Пора начинать Совет! — властно провозгласил отец Коралл.

—Нет, мы не можем начинать, пока не все в сборе! — возразила ему прекрасная розовая лошадка, королева Роза.

—Мы не можем вечно ждать опоздавших, — буркнул король Акварии, Такеши.

Внезапно массивные двери с глухим стуком распахнулись, и в зал вошел высокий черный волк. Его темная шерсть казалась живым воплощением ночи. За ним, опустив голову и стараясь быть незаметным, следовал молодой волк, в котором Флора с удивлением узнала Кейлора.

—Прошу прощения за нашу задержку.

—И что же послужило причиной столь долгого ожидания? — с холодной вежливостью осведомился конь со шрамом.

Шедоу проигнорировал вопрос, и его молчание повисло в воздухе, тяжелое и многозначительное.

—Что ж, раз уж все собрались, объявляю Совет открытым! — парировала Роза, восстанавливая порядок.

—Позвольте мне начать, — шагнул вперед пепельно-рыжий лис. — В Файрфелле все спокойно. Единственная напасть — огненные птицы, что кружат над вулканом. Но мой сын, Феникс, — он с гордостью кивнул на стоящего рядом ярко-красного лиса, — и его воины уже нашли способ с ними справиться.

Феникс важно выпрямился, принимая дань уважения.

—А теперь позвольте мне, — неожиданно заявил Шедоу. Его низкий голос заставил всех присутствующих замереть. — Я, король Шедоу, хочу возвестить великую новость! Мой сын, принц Кейлор, наконец-то вернулся домой!

В зале взметнулся гул изумления. Все взоры устремились на молодого волка, который, кажется, готов был провалиться сквозь землю от смущения.

—Неужели? И где же ты его отыскал? — не удержался Такеши.

—Его привела к нам королева Алинта. Тенебрис навеки в долгу перед ней, — ответил Шедоу, и в его тоне прозвучала сталь.

—И где же он пропадал все эти годы? — не унимался король Акварии.

—Я отвечу на все ваши вопросы по завершении Совета, король Такеши, — отрезал Шедоу.

Такеши фыркнул, но под весомым взглядом волка предпочел отступить.

—Что ж, мы все невероятно рады, что твой сын, наконец, обрел дорогу домой, — мягко вмешалась королева Роза, восстанавливая дипломатичный тон.

—Благодарю, Роза, — кивнул Шедоу.

Совет продолжился. Флора же, воспользовавшись моментом, отстранилась от матери и принялась искать в толпе Кейлора. Он стоял в стороне, в тени колонны, пока его отца обступила толпа правителей с расспросами.

Принцесса бесшумно подошла к нему.

—Нам нужно поговорить, — тихо, но твердо сказала она.

Глава 7

Совет завершился, но напряжение в воздухе не рассеялось, а лишь сгустилось. Кейлор, наконец позволив себе облегченно выдохнуть, прислонился к прохладной колонне. Его отца, короля Шедоу, плотным кольцом окружили монархи, их голоса сливались в настойчивый гул, полный любопытства и скрытых подозрений. Волк старался оставаться в тени, но его не покидало тягостное ощущение — из толпы на него пристально смотрели десятки чужих глаз.

Внезапно его взгляд выхватил из толпы знакомый огненно-рыжий силуэт. Флора уверенно прокладывала путь прямо к нему.

—Привет, Кейлор, — тихо начала она, опустив глаза. — Нам нужно поговорить.

—О чём? — насторожился волк, чувствуя, как подступает беспокойство.

—Только не здесь.

Быстрым и незаметным движением Флора повела его вдоль стены, и вскоре они укрылись в глубокой тени одной из мраморных колонн, отгораживающей их от любопытных взглядов.

—Понимаешь, мне всё время снится один и тот же сон… — принцесса говорила чуть ли не шёпотом. — Очень странный. В нём я вижу озеро, и в его воде — отражение белого дракона. А ещё… тебя! — выдохнула она после короткой паузы. — Скажи, тебе это ничего не напоминает?

Кейлор уставился на неё в изумлении, и в его памяти чётко всплыли собственные ночные видения — тёмные воды, силуэт чёрного дракона и та самая рыжая лиса, что сейчас стояла перед ним. До этого момента он не придавал им значения, списывая на игры разума.

—Да… мне снится то же самое, — признался он, и собственные слова прозвучали для него невероятно.

—Я так и думала, что это неспроста! — в глазах Флоры вспыхнули искорки. — Но что бы это могло значить? Почему нам обоим является один и тот же сон?

—Мне кажется… я знаю это озеро, — медленно проговорил Кейлор, вглядываясь в внутренние образы.

—Ты помнишь, где оно? — не удержалась Флора.

—Кажется, да.

—Тогда давай встретимся сегодня ночью и найдём его, — решительно предложила принцесса.

Кейлор замялся. Мысль о том, чтобы тайком вести принцессу в незнакомый лес под покровом ночи, пугала его. Он чувствовал ответственность за её безопасность.

—Не знаю… Это может быть опасно, — пробормотал он, избегая её взгляда.

—Ну, пожалуйста, Кейлор, — её голос стал мягким, а ясные голубые глаза смотрели на него с такой мольбой, что у него ёкнуло сердце.

—Хорошо, — сдался он. — Я отведу тебя.

—Спасибо! — она сияла. — Тогда встретимся сегодня у стен твоего дворца, в Тенебрисе.

—Договорились, — кивнул Кейлор.

Довольная улыбка мелькнула на её мордочке, и, развернувшись, она скрылась за колонной, оставив волка наедине с тревожными мыслями и растущим предчувствием.

Ночь опустилась на землю холодная и безмолвная, залитая призрачным светом полной луны. Кейлор сидел на промокшей от росы траве, ёжась от пронизывающего ветра. Его тёмная шерсть промокла, а с каждым тяжёлым вздохом в воздухе повисал белесый пар. Время тянулось мучительно медленно, Флоры всё не было, и в груди у него начинала сжиматься холодная спираль тревоги.

Но вот меж стволов мелькнуло рыжее пятно, и на поляну, запыхавшись, выбежала Флора.

—Привет! Прости, что заставила ждать, — с лёгкой улыбкой произнесла она, подбегая к нему.

—Ничего, — отозвался он, вставая. — Тогда, пошли?

Вместе они покинули опушку, миновали скалистый перевал и вскоре оказались на краю другого леса. Он был совершенно иным — тёмные, почти чёрные ели теснились друг к другу, их ветви сплетались в непроницаемый полог. Глухой шепот доносился из чащи, а ветер гулял между стволами, словно незримый страж.

—Это Лунный лес? — тихо спросила Флора, невольно прижимаясь к плечу Кейлора.

—Да, — кивнул он. — Озеро должно быть где-то в глубине.

Флора глубоко вдохнула, словно набираясь смелости, и сделала первый шаг под сень деревьев. Кейлор неотступно следовал за ней. Ветви с тихим скрипом качались у них над головой, создавая жутковатое ощущение, будто лес за ними пристально наблюдает.

Далее они шли, не разговаривая, пока деревья не расступились, открыв небольшую поляну. В её центре лежало идеально круглое озерцо, в неподвижной чёрной воде которого отражалась одинокая луна, словно слепок серебра.

Пока Флора осторожно подбиралась к самой кромке воды, Кейлор тревожно оглядывался. Непоколебимое чувство — ощущение незримого, пристального взгляда в спину — не покидало его. Флора же, заглянув вглубь, обернулась и знаком подозвала его своим пушистым хвостом. Волк нехотя подошёл и уставился на водную гладь. Секунды тянулись, ничего не происходило, и в голове у него зрела мысль, что эта затея была ошибкой.

— Может, мы зря сюда пришли? — тихо произнёс он, обращаясь к Флоре.

Едва слова сорвались с его губ, как тёмная гладь озера вдруг вспыхнула, заиграв всеми цветами радуги. И из этой сияющей пучины на поверхности воды проступили два силуэта — два дракона.

Глава 8

Флора застыла на краю поляны, не в силах пошевелиться. Воздух звенел от незримого напряжения, а поверхность озера была неподвижна, как отполированное стекло. Рядом с ней, ощетинившись, стоял Кейлор.

А напротив, не касаясь воды, парили над зеркальной гладью два исполинских дракона. Один — белее зимнего снега, с чешуей, переливавшейся лунным светом. Второй — чернее самой темной ночи, впитывавший в себя все отсветы.

—Приветствую вас, хранители! — прогремел над лесом голос, от которого содрогнулась земля. — Мы долго ждали этой встречи.

Белый дракон склонил свою могучую голову.

—Меня зовут Млечный Путь. А это мой брат — Черный Коготь.

Флора и Кейлор онемели, их разум отказывался верить в реальность происходящего. Первой опомнилась Флора. Сделав шаг вперед, она преодолела дрожь в коленях и совершила почтительный поклон.

—Здравствуйте, великие. Меня зовут Флора, а это мой друг Кейлор.

—Мы знаем, кто вы, — властно перебил Черный Коготь, и его голос был подобен скрежету камня. — Мы следили за вами с самого рождения.

—Мы долго ждали вас, — добавил Млечный Путь.

Кейлор рывком бросился вперед, заслонив собой Флору.

—Кто вы такие? И чего хотите? — прорычал он, но Флора уловила в его голосе страх.

—Мы — хранители равновесия, — ответил Млечный Путь. — Те, кто стоит на страже границ между мирами. Наша задача — сохранять гармонию. И теперь эта миссия ложится на вас.

Недоумение, словно плотная завеса, окутало Флору и Кейлора.

—Вижу, вам требуется объяснение, — мягко сказал Млечный Путь. — Ваша реальность — лишь одна из трех. Есть Светлое королевство и Тёмное королевство. Мы с братом охраняем баланс между ними, но не можем находиться повсюду. Поэтому мы избираем хранителей.

Сердце Флоры учащенно забилось. С детства она зачитывалась легендами о героях, защищавших мироздание. И вот теперь сказка становилась былью!

Но Кейлор оставался холоден.

—Понятно. Но почему мы? Что заставляет вас думать, что мы справимся?

—Вас не выбирали. Вы были рождены для этого, — ответил Черный Коготь. — Отныне судьба трех миров зависит от ваших решений.

—А если мы откажемся? — бросил вызов Кейлор.

—Бегство не изменит вашей сути! — громыхнул Черный Коготь. — Мир уже возложил на вас свои надежды.

—Этот путь будет полон опасностей, — добавил Млечный Путь. — Но пройдя его, вы переродитесь. И когда придет время, станете мудрыми правителями.

—Но что, если мы ошибёмся? Если нашей силы окажется недостаточно? — тихо спросила Флора.

—Мы верим в вас, юные хранители, — заключил Млечный Путь. — Удачи вам.

На востоке небо тронула алая полоска зари. Первый луч солнца упал на водную гладь, и сияющие фигуры драконов начали таять, растворяясь в утреннем тумане. Вскоре от них не осталось и следа.

Флора и Кейлор остались одни на пустынной поляне. Лучи восходящего солнца золотили воду, ветер стих, и лес замер в полной, неестественной тишине. Но спокойствие было обманчивым — ощущение незримого присутствия, пристального наблюдения не покидало их.

Они стояли, потрясенные и напуганные до глубины души, но в их глазах, вопреки страху, уже разгорался новый огонь — огонь осознания своей судьбы. Они — Хранители. Но что им делать? С чего начать? Смогут ли они, двое совсем юных существ, защитить целые миры? Вопросы висели в воздухе, но ответа на них пока не было. Лишь тихий шепот леса, полный тайн, провожал их в начало нового пути.

Часть 2 Пролог

Юные волк и лиса замерли на берегу озера, залитые призрачным светом двух исполинских драконов. Один был белее зимнего снега, другой - чернее беззвёздной ночи. Их слова, обращённые к избранным хранителям, эхом раскатывались в предрассветной тишине, сотрясая воздух и заставляя листву шептаться в ответ.

Серый волк, притаившийся в гуще кустарника, слышал каждый звук с леденящей душу ясностью. Но его взгляд был прикован лишь к чёрному дракону. В груди зверя поднималась знакомая, горькая волна гнева, сжигающая все остальные чувства.

<<Ты ни капли не изменился, король>>, — пронеслось в его сознании, и от этой мысли когти сами собой впились в землю.

Небо на востоке стало тлеть, окрашивая горизонт в пепельно-розовые тона. С первыми лучами солнца драконьи фигуры начали таять, как мираж, растворяясь в утренней дымке. Они оставили своих хранителей в растерянном молчании. Волк и лиса переглянулись, и серый наблюдатель отметил про себя: принцесса-лиса, кажется, пылала от гордости и любопытства, в то время как её спутник выглядел скорее настороженным.

<<Она ещё не ведает, какая участь их ждёт>>, — с мрачным удовлетворением подумал волк.

Пора было уходить. Движениями отточенными и бесшумными, маскируясь под шелест листвы и последние вздохи ночи, волк в маске начал отступать вглубь чащи. Лес, живой и многоголосый, прикрыл его отступление. Лишь убедившись, что за ним нет хвоста и фигуры у озера скрылись из виду, он выпрямился и зашагал по тропе, уводящей вглубь леса.

Он не знал, когда судьба сведёт его с новыми хранителями лицом к лицу. Но в одном серый волк был уверен твёрдо: когда этот миг настанет, он будет готов к битве. Не для славы, а для старой, как этот лес, мести.

Глава 1

Лунный свет, холодный и безразличный, заливал спящие королевства, навязывая им иллюзию покоя. Восемь земель погрузились в безмолвие, но для принцессы Флоры ночь оказалась беспокойной. Тишина давила на уши, а мысли, словно назойливые мошки, кружились в голове, не давая сомкнуть глаз.

Всего день прошёл с тех пор, как древние драконы — Млечный Путь и Чёрный Коготь — возложили на нее и Кейлора бремя хранителей. Как дети смогут защитить целые королевства? Как поддерживать гармонию, о которой они знают лишь из сказок? Эти вопросы жужжали в сознании, вытесняя сон.

Сдавшись, Флора бесшумно сползла с кровати и выскользнула в коридоры. Лунный свет, падающий из арочных окон, рисовал на каменном полу причудливые узоры, превращая знакомый дворец в таинственный лабиринт. В полумраке портреты предков казались живыми, а их застывшие взгляды — внимательными и осуждающими.

Впереди, у большого окна, залитого лунным сиянием, замерла темная фигура. Сердце Флоры екнуло, но она тут же узнала властную осанку отца. Король Арес стоял, уставившись в ночь, словно пытался разглядеть в ней что-то важное. Он не заметил приближения дочери, погруженный в свои мысли.

— Почему не спишь? — его голос, резкий и неожиданный, разрезал тишину. Он обернулся, и его взгляд был тяжелым и усталым.

— Не спится, — честно ответила Флора, опуская глаза.

— Возвращайся в покои, — приказал король, вновь поворачиваясь к окну.

Но Флора не ушла. Молчание повисло между ними, густое и некомфортное. Его прервал тяжелый вздох Ареса.

— Твой друг Кейлор… О чем вы беседовали на Совете?

Вопрос прозвучал как удар. Флора почувствовала, как кровь приливает к щекам.

— Я… просто хотела узнать, как он устроился на новом месте, — выдохнула она, с ненавистью к себе за эту жалкую ложь.

Взгляд отца стал пронзительным.

— На твоем месте я бы не доверял ему, — холодно произнес Арес.

— Почему? Кейлор — хороший друг! — возмутилась Флора.

— Королевству Тенебрис доверять нельзя.

— Это неправда! Ты просто их не знаешь!

— Он — сын своего отца, Флора. Я знаю о Шедоу такое, чего не ведаешь ты.

— Ты не прав! Ты ничего не знаешь о Кейлоре!

Гнев, горячий и слепой, подступил к горлу. Не помня себя, Флора резко развернулась и побежала, оставив отца в одиночестве перед ночным окном.

Захлопнув дверь, она повалилась на кровать. Недоверие отца казалось ей слепым и несправедливым. «Королевства должны жить в мире!» — эта мысль жгла изнутри. И вдруг ее осенило: в этом и есть ее предназначение! Она, хранительница, должна стать тем мостом, который соединит враждующие земли. Эта мысль принесла неожиданное утешение, и, укутавшись в одеяло, Флора наконец погрузилась в тревожный сон.

Темнота. Густая, вязкая, как смола. Лапы увязали в холодной грязи, колючие ветви хлестали по морде, но Флора шла вперед, ведомая незримой нитью. Она знала, что должна выйти на поляну, где ждут драконы. Но на этот раз их не было. Лишь в центре, залитый лунным светом, сидел маленький волчонок с серебристой шерсткой. Он сгорбился, уставившись в землю, а его худые плечики вздрагивали.

— Эй, малыш? — тихо позвала Флора, приближаясь.

Волчонок поднял голову. Его черные глаза были полны такой бездонной печали, что у Флоры сжалось сердце.

— Он оставил меня здесь умирать, — прошептал он, и по его мордочке скатилась слеза.

Леденящий ужас пробежал по спине Флоры. В этот миг из-за деревьев, бесшумно, как тень, возник огромный серый волк в черной маске. В его глазах полыхала холодная ярость. Он бросился на нее, и…

Флора с криком вскочила на кровати. Сердце бешено колотилось. Комната была пуста и безмолвна, залитая все тем же равнодушным лунным светом. «Всего лишь сон», — пыталась успокоить себя лиса, но образ волка в маске был пугающе знаком. Почему он явился ей? И кто тот несчастный волчонок?

Ответы, казалось, ждали ее там, за границей, в королевстве Тенебрис. Путь был опасен, но выбора не было. К тому же, разве она не хранительница? Разве не имеет права ступить на землю у Лунного озера?

Решение придало ей смелости. Встав в центре комнаты, Флора закрыла глаза и представила себе тихую гладь озера, окаймленную темным лесом. Она почувствовала, как воздух вокруг загустел и задрожал, осыпая ее искрами невидимой энергии. Телепортация давалась ей с трудом, но на этот раз все получилось. Легкое головокружение — и вот она уже стоит на холодной земле, а перед ней простирается озеро, в котором купалась ночная звезда.

— Млечный Путь! Чёрный Коготь! Я здесь! — ее голос, громкий и звонкий, разнесся над озером, но был поглощен безмолвием. Осторожно оглядевшись, Флора сделала шаг к воде.

Вода оставалась неподвижной. Лишь легкая рябь пробежала от порыва ветра. Разочарование сдавило горло. Может, она ошиблась?

Постояв еще несколько томительных минут, Флора с тяжелым сердцем повернулась к воде спиной. Нужно найти Кейлора. Вместе они наверняка смогут понять, что делать. И, грустно опустив голову, она медленно побрела прочь, оставляя загадочное озеро в его ночном одиночестве.

Глава 2

Этим ранним утром Кейлору не спалось. Он стоял у окна, вглядываясь в предрассветную даль, но мысли его были далеко от пейзажа. Слишком много всего обрушилось на него за последние дни: он нашёл отца и дом, узнал, что является наследником трона, побывал на своём первом Совете. А ещё оказалось, что он и Флора — хранители. Мысли путались, не желая укладываться в голове. Волк и так чувствовал себя неуютно в роскошных стенах дворца, а теперь на его плечи свалилась тяжкая ноша ответственности.

Но было кое-что ещё, чего Кейлор не мог понять. С самой первой встречи, с того мгновения, когда принцесса Флора спасла его в лесу, он испытывал к ней странное, новое чувство. Оно заставляло кровь приливать к щекам, а сердце — учащённо биться при каждой их встрече. Кейлор списывал это на их общую судьбу хранителей — должно быть, так проявляется магическая связь, объединяющая их силы.

В тишине резко раздался стук в дверь. Кейлор, погружённый в свои мысли, вздрогнул. Прежде чем он успел ответить, в комнату вошёл высокий, широкоплечий волк с угольно-чёрной шерстью и пронзительными синими глазами.

— Доброе утро, Кейлор. Я не разбудил тебя? — спокойно спросил король Шедоу, оглядывая хранителя оценивающим взглядом.

— Нет, ваше величество, — вежливо поклонился Кейлор. — Я уже не спал. Вы что-то хотели?

— Да, — кивнул король. — Ты не владеешь магией и не обучен бою. Мы с Луной не успели тебя научить.

Кейлор опустил взгляд. Шедоу был прав. В одиночестве ему приходилось не сражаться, а бежать.

— Хочешь, научу? Со мной ты научишься постоять за себя.

Предложение обрадовало Кейлора — это был шанс стать сильнее, чтобы защищать королевства.

— Я был бы очень рад! — почти выдохнул он.

— Тогда начнём сейчас, — без лишних слов Шедоу развернулся и, поманив хвостом, вышел. Кейлор послушно последовал за ним.

Они шли по бесконечным тёмным коридорам. Кейлор ещё плохо ориентировался в лабиринте дворца и целиком полагался на отца. Вдобавок, слуги, занимавшиеся утренней уборкой, провожали его любопытными взглядами, от которых по спине юного волка бежали мурашки.

Наконец они остановились перед массивной железной дверью. Шедоу приложил лапу к холодной поверхности и тихо произнёс заклинание. Дверь бесшумно отворилась, впуская их в огромное, почти пустое помещение. Лишь стены со светильниками, высокий потолок и замысловатый круг, нарисованный в центре. Кейлор догадался, что это для того, чтобы во время тренировки ничего не сломать.

— Встань в центр, — указал Шедоу. Кейлор занял указанное место.

— Начнём с простого, — король вытянул лапу вперёд, и в воздухе вспыхнул сгусток чёрного пламени. — Попробуй повторить. Сосредоточься. Почувствуй, как магия течёт в тебе.

Кейлор вытянул вперёд лапу, зажмурился, стиснул зубы. Он напрягал каждую клеточку, пытаясь вызвать хоть искру, но тщетно.

— Расслабься, — мягко сказал Шедоу. — Не заставляй силу, а позволь ей прийти. Подумай о том, что хочешь защитить.

Кейлор попытался представить все восемь королевств, но перед внутренним взором возник лишь один образ — принцесса Флора. Воспоминание о её улыбке и зелёных глазах отозвалось внутри тёплой волной. В тот же миг чёрный огонь, живой и послушный, вспыхнул на его собственной лапе. От неожиданности Кейлор ахнул и отшатнулся, и пламя погасло.

— Молодец, — удовлетворённо кивнул Шедоу.

Прежде чем Кейлор успел порадоваться успеху, король принял боевую стойку.

— А теперь попробуй атаковать меня.

Кейлор смотрел на него в полном недоумении. Он не успел даже осмыслить приказ, как Шедоу рванулся вперёд и нанёс стремительный удар лапой (когти, к счастью, были убраны) по щеке сына. От неожиданности и боли Кейлор рухнул на пол. Удар был точным и жёстким, голова гудела. Он попытался подняться, но король был уже рядом. Ещё один выпад — но на этот раз Кейлор инстинктивно отпрыгнул в сторону.

— Хватит! Пожалуйста! — крикнул он.

— Сражайся, Кейлор! Покажи, что можешь! Используй магию! — голос Шедоу звучал холодно и требовательно.

Король снова атаковал. На этот раз Кейлор, повинуясь инстинкту, прыгнул навстречу, пытаясь ударить сгустком чёрного пламени. Но Шедоу легко уклонился, и в следующее мгновение Кейлор, неуклюже приземлившись, получил точный тычок в плечо и снова оказался на полу. Он зажмурился, ожидая нового удара, но его не последовало.

С трудом поднявшись, Кейлор стоял, тяжело дыша. Шедоу сидел напротив, его синие глаза были спокойны.

— Неплохо для первого раза, — лишь и сказал он.

— Почему вы напали, не предупредив? — выдохнул Кейлор, в его голосе звенела обида. — Вы могли меня серьёзно ранить!

— Разве ты будешь упрекать в этом своих врагов? — парировал король. — У меня не было цели покалечить тебя. У них — будет. Если будешь медлить, они убьют тебя, не дав опомниться.

Кейлор молчал, смущённо опустив взгляд. Отец был прав, как бы горько это ни было.

Шедоу подошёл и положил тяжёлую лапу на плечо сына.

— Ты должен стать сильным, Кейлор. Сильным и уверенным. Только так ты сможешь защитить себя, тех, кто тебе дорог, и выполнить своё предназначение.

Не сказав больше ни слова, король развернулся и вышел. Кейлор остался стоять один в центре пустого зала, в голове у него всё кружилось. Какое предназначение? Неужели отец знает, что он — хранитель?

Усталый и разбитый, Кейлор побрёл обратно в свои покои, безуспешно пытаясь разобраться в мыслях.

Тишину в комнате разорвал настойчивый стук. Кейлор насторожился. Кто это мог быть в такой час? Стук доносился с балкона. Осторожно, готовясь к худшему, волк приблизился и медленно отодвинул занавеску.

За стеклом, озарённая лунным светом, стояла Флора. Её зелёные глаза горели серьёзным, тревожным огнём. Кейлор распахнул дверь.

— Флора, что случ...

— Кейлор, нет времени! Ты должен идти со мной! Всё объясню по дороге! — перебила она, её голос дрожал от нетерпения.

Не дав ему опомниться, лиса развернулась, расправила крылья и легко взмыла в ночную высь. Кейлор последовал за ней.

Они летели под звёздным пологом, и Кейлор кожей чувствовал напряжение, исходящее от подруги.

— Флора, что-то не так? — подлетел он ближе.

— Всё в порядке, просто... боюсь, что нас могут заметить, — бросила она в ответ, не сбавляя скорости.

Вскоре они спустились на поляну в знакомом лесу. Кейлор сразу узнал Лунное озеро — место, где они узнали, что являются хранителями.

— Зачем мы здесь? — обернулся он к Флоре.

— Из-за сна, — та взволнованно провела лапой по мордочке. — Мне приснился маленький волчонок. Он сказал, что его бросили умирать. А ещё там был... серый волк в маске. Я пыталась вчера прийти и поговорить с драконами, но они не явились.

Кейлор похолодел. Волк в маске? Тот самый, что убил его мать? Почему он явился Флоре?

— Он... он тебе что-то сказал? — голос Кейлора предательски дрогнул.

— Нет, — Флора отвела взгляд. — Он просто напал на меня.

Кейлор задумчиво посмотрел на гладь озера. Может, Флора права, и это единственный шанс найти убийцу?

Поманив её, он подошёл к самой воде и позвал королей-драконов. Тишина была ему ответом. Он заметил, как Флора рядом с ним напряглась.

— Может, вернёмся завтра? — тихо предложила она.

Внезапно позади них раздался шорох, и из-за тени старого дуба вышел огромный серый волк. Его лицо скрывала чёрная маска.

— Что вы так спешите? — произнёс он, и в его голосе прозвучала ядовитая насмешка. — Подождите ещё немного. Вдруг ваши покровители всё же решат появиться.

Глава 3

Флора с ужасом взирала на фигуру, возникшую из ночного мрака. Он был огромен. Его серая шерсть отливала серебром в лунном свете, а половину морды скрывала зловещая чёрная маска. На шее у него болталась цепочка с маленьким бирюзовым камнем, который слабо блестел тусклым светом.

Кейлор, не раздумывая, бросился вперёд, закрыв собой подругу. Его голос прозвучал хрипло от сдерживаемой ярости:

— Кто ты?

— Моё имя стёрлось для мира, — спокойно, почти лениво ответил незнакомец. — И тебе оно не понадобится, хранитель.

— Это ты убил мою маму?

— Да. Это был я, — серебряный волк кивнул с простотой, пугающей больше любой жестокости.

Шерсть Кейлора встала дыбом. Глухой, животный рык вырвался из его груди, и он, ослеплённый горем и гневом, бросился вперёд. Его атаки были яростны, но неуклюжи — волк в маске уворачивался от них с пугающей легкостью, будто от назойливой мухи. Флора хотела крикнуть, хотела помочь, но её лапы будто вросли в землю, парализованные страхом.

Кейлор, истощив силы, в очередной раз ринулся на врага. Но тот лишь взмахнул лапой, и невидимая силовая волна отшвырнула чёрного волка назад. Он тяжело рухнул на землю и не двинулся.

Это зрелище разбило оковы страха Флоры. Вскрикнув, она приложила лапу к земле.

— Держи его! — прошептала она, и земля послушалась её. Из-под почвы вырвались мощные корни, с хваткой удавов обвившие лапы незнакомца.

Пока тот, рыча, пытался высвободиться, Флора подбежала к другу. Она трясла его за плечо, умоляя очнуться, но он был без сознания. Внезапно чья-то железная хватка впилась ей в загривок, и следующее, что она почувствовала, — удар о ствол дерева. Мир померк на мгновение. Оглушённая, она лежала на сырой земле, беспомощно наблюдая, как волк в маске, высвободившись из плена корней, медленно приближается к ней. Он занёс лапу, когти блеснули в лунном свете. Флора зажмурилась, готовясь к смерти.

Но удар не последовал. Она открыла глаза и увидела, что волк отошёл от неё и направился к телу Кейлора. <<Почему он пощадил меня?>> — пронеслось в голове у принцессы.

Волк в маске без труда поднял безвольное тело Кейлора, сжав его горло в своей лапе.

— Нет! — хрипло крикнула Флора. Собрав последние силы, она вскочила и вцепилась ему в плечо, стараясь дотянуться до лица, до глаз. Волк с яростным рыком швырнул хранителя на землю и принялся сбрасывать с себя разъярённую лису. Ей удалось продержаться несколько секунд, прежде чем он сбросил её ударом, отправив кувырком рядом с другом.

Флора с трудом поднялась на колени. Силы покидали её, дыхание было прерывистым, но в её голубых глазах горел огонь.

— Отойди, хранительница, — прорычал волк. В его голосе впервые прозвучало раздражение.

— Ни за что! — её голос дрожал, но был твёрд. — То, что ты не убил меня сразу, было твоей ошибкой.

В ответ он лишь коротко усмехнулся и сделал шаг вперёд. Внезапно из глубины леса донёсся треск сучьев — быстрые, уверенные шаги. Волк в маске насторожился, его голова резко повернулась в сторону звука. Он бросил на хранителей последний взгляд, и Флора успела поймать холодный блеск его глаз, полных невысказанной угрозы, прежде чем он бесшумно растворился в тени деревьев.

Мгновение спустя на поляну ворвался король Шедоу. Его настороженный взляд скользнул по Флоре и приковался к лежащему без сознания сыну. Он молча подошёл к Кейлору, наклонился, чтобы проверить его пульс.

— Король Шедоу, я... — начала было Флора.

— Идите домой, принцесса, — его голос был подобен удару хлыста. — Я сохраню это от ушей вашей матери, но только если вы немедленно исчезнете.

— Но Кейлор... он ранен! — попыталась возразить хранительница.

— Его состояние — моя забота, а не ваша, — рыкнул Шедоу, обернувшись к ней. В его синих глазах бушевала буря. — И постарайтесь больше не появляться на землях Тенебриса.

Флора, пошатываясь, поднялась. Крылья не слушались её, тело дрожало от перенапряжения. Она попыталась собрать магию для телепортации, но страх и истощение парализовали волю — ничего не вышло. Она с мольбой посмотрела на Шедоу. Тот тяжело вздохнул, с нескрываемым раздражением взмахнул лапой — и мир вокруг Флоры поплыл.

Она очутилась в своей комнате, в безопасности. Но безопасность была обманчивой. Всё её тело дрожало, в ушах стоял оглушительный звон. Образ волка в маске, его спокойное признание, безвольное тело Кейлора — всё это крутилось в голове калейдоскопом ужаса. Это был он... убийца королевы Луны. Почему он хотел убить Кейлора, но пощадил меня?

Не держась более на лапах, Флора доплелась до кровати и рухнула на подушки, побеждённая страхом, болью и горькими вопросами, на которые не было ответов.

Глава 4

Кейлор пришёл в себя с тяжёлой головой. В висках стучало, всё тело ныло, особенно то место, где он ударился о землю. Воспоминания возвращались обрывками, туманными и пугающими.

Повернув голову, он увидел у своей кровати короля Шедоу. Тот сидел в кресле, углублённый в чтение старого фолианта, но тут же оторвался от книги, почувствовав взгляд сына.

- Ты в порядке? - голос Шедоу был непревычно мягким, в нём слышалась тревога.

- Уже лучше, - хрипло промолвил Кейлор, с трудом приподнимаясь. - Что... что произошло?

- Это ты мне расскажи, - взгляд короля стал твёрже. - Что ты делал в Лунном лесу ночью?

И тут память ударила с новой силой. Битва. Флора. И он... серебристый волк в чёрной маске, чьи слова обожгли душу. Ярость, слепой бросок и... ничего.

- Флора! - Кейлор резко вскочил с кровати, игнорируя головокружение. - Где она? С ней всё в порядке?

- С принцессой всё хорошо, я отправил её домой, - спокойно ответил Шедоу.

- Она ранена? - не унимался Кейлор.

- Испугана, но цела. Отделалась парой царапин.

Кейлор с облегчением выдохнул, позволив расслаблению на секунду затмить боль.

- А волк? Он сбежал?

- Какой волк? - Шедоу насторожился, его уши напряглись.

- Тот, что в маске. Он напал на нас.

Король резко встал, его когти впились в ткань одеяла.

- Неужели... тот самый? Тот, что лишил нас Луны?

- Да, - рык Кейлора был низким и полным ненависти. - Это был он.

Шедоу замер, его силуэт на фоне окна казался внезапно постаревшим.

- Значит, он осмелился вернуться, - прошипел король, и в его голосе зазвучала леденящая душу ярость. - Но почему он охотится именно на тебя?

- А вы разве не знаете? - удивился Кейлор, вспомнив намёки отца на его <<предназначение>>.

- Не знаю чего? - Шедоу пристально посмотрел на сына, в его синих глазах читалось недоумение.

Кейлор задумался. Доверять ли? Но внутренний голос настаивал: правда должна быть раскрыта. Глубоко вздохнув, он встретился взглядом с отцом.

- Король Шедоу... я - хранитель восьми королевств.

Повисла тягостная пауза. Шедоу не моргая смотрел на него, а затем медленно кивнул.

- Если честно, я догадывался, - признался он. - Ты всегда был особенным. И это пятно на лбу... оно не просто так.

- Флора тоже хранительница, - добавил Кейлор.

- Что ж, это многое объясняет, - Шедоу отвернулся к окну, его взгляд утонул в созерцании сада. - Что я собираюсь делать? Я научу тебя всему, что знаю. Я не смог защитить Луну... но я сделаю всё, чтобы защитить тебя.

В его словах была такая неподдельная грусть и решимость, что сердце Кейлора сжалось от внезапной благодарности.

Тихий стук в дверь прервал момент. Вошедший стражник почтительно доложил:

- Ваше Величество, вас ждут в тронном зале.

- Сейчас буду, - кивнул Шедоу и снова повернулся к сыну. - Отдыхай Кейлор.

Оставшись один, Кейлор снова лёг. Солнечный свет заливал комнату, за окном беззаботно пели птицы. Следя за их полётом, он незаметно для себя снова погрузился в тревожный сон.

Кейлор проснулся уже ночью. Тело отдохнуло, но на душе скребли кошки тревоги. Он направился в кабинет отца.

В приоткрытую дверь хранитель увидел силуэт короля за письменным столом. При свете лампы Шедоу что-то писал. Принц тяжело вздохнул и пошёл дальше. Он брёл по пустынным коридорам, ловя на себе взгляд слуг. Лапы сами принесли его к знакомой массивной двери в тренировочный зал. Прикоснувшись лапой к холодной поверхности, он сосредоточился, пытаясь вспомнить заклинание. Энергия пробежала по жилам - дверь бесшумно отворилась.

Внутри с щелчком зажглись светильники, озаряя просторное помещение. Кейлор встал в центр и, вытянув лапу, сосредоточился. На его когтях вспыхнул чёрный огонь. Затем он принял боевую стойку и ринулся вперёд, в атаку на невидимого врага. Приземление вышло неуклюжим, но на лапах он устоял.

Внезапно дверь открылась. На пороге стоял Шедоу.

- Что ты здесь делаешь?

- Тренируюсь, - смутился Кейлор.

- Покажи мне, - просто сказал король.

Кейлор повторил попытку. Шедоу молча подошёл, поправил его стойку, показал верное движение для прыжка. Кейлор повторил - и на сей раз приземлился увереннее. Он замер в ожидании.

- Неплохо, - наконец произнёс Шедоу, и в углу его пасти дрогнуло подобие улыбки. - Молодец.

Кейлор просиял от его похвалы.

Они тренировались до тех пор, пока Шедоу не положил конец занятию.

Хранитель направился к своей комнате, но у самых дверей его осенило: он совсем забыл о Флоре! Не думая о последствиях, он ринулся прочь из дворца, расправил крылья и взмыл в ночное небо.

Путь до королевства Эриндор занял больше суток. Измождённый, Кейлор приземлился в роще неподолёку от знакомого балкона. Сердце бешено колотилось - и от усталости, и от волнения. Дождавшись, когда ночь окончательно вступит в свои права, он снова поднялся в воздух и тихо приземлился на холодные плитки балкона.

Он постучал. Спустя мгновение занавеска отодвинулась, и в стекле отразилась удивлённая мордочка Флоры. Увидев его, она распахнула дверь.

- Кейлор! Я так рада тебя видеть! - в её голосе была радость, но глаза выдавали тревогу.

- Я тоже рад, - хранитель вошёл в комнату, наполненную тонким ароматом цветов.

- Что привело тебя так поздно? - спросила Флора.

- Я... волновался о тебе.

- Не стоит, со мной всё в порядке, - она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой. Вдруг её плечи ссутулились. - Мне просто... страшно.

Кейлор понимал свою подругу. При мысли о горящих глазах за маской его собственная шерсть вставала дыбом. Но страх в нём уступал место другому, более тёмному чувству - всепоглощающей жажде мести.

Его душило желание впиться в горло этому мерзавцу, отомстить за всё, что тот сделал его семье. Отомстить за маму.

Кейлор очнулся только тогда, когда лапа Флоры осторожно легла ему на плечо. Хранитель поднял голову, чувствуя, что весь дрожит.

- Кейлор, я понимаю, тебе страшно не меньше моего. Но сейчас мы должны быть сильными. Мы должны думать, что делать дальше.

- Ты права, - вздохнул Кейлор. Он не стал делиться с подругой своими истинными переживаниями.

Хранительница мягко улыбнулась ему.

- Итак, мы столкнулись с нашим первым врагом, - Флора заходила по комнате. - Как бы ни было тяжело, мы обязаны его остановить.

- Зачем нам это? - проворчал Кейлор. - Разве это не работа драконов?

- Потому что мы хранители, - ответила Флора, остановившись посреди комнаты. - Млечный путь сказал, что они не способны следить за всеми тремя мирами одновременно. Поэтому они с братом выбрали нас.

- Я понимаю, но мы же дети. Как нам защитить всех?

- Не знаю, - вздохнула лиса. Потом подняла голову и уверенно произнесла:

- Но мы обязаны это сделать! Все королевства надеются на нас.

Кейлор промолчал. Он видел решимость в глазах подруги и не хотел её гасить своими сомнениями.

За окном уже вовсю сияла луна.

- Мне пора, - погрустнел хранитель. Ему хотелось ещё немного побыть с Флорой, но он видел, что принцесса очень устала, да и он сам уже ввалился с лап. - Ложись спать и не переживай.

- Спасибо, что прилетел, - Флора проводила его до балкона с тёплой, но усталой улыбкой.

Обратный путь был долгим. Мысли крутились вокруг слов Флоры. Она горела своим долгом, а он... он горел лишь местью. И внезапно его осенило: убийца вернулся. Теперь у него есть шанс сделать то, что не удалось Шедоу - отомстить за маму.

Эта мысль вспыхнула ярче любой звезды. Он резко развернулся в воздухе, глядя в сторону королевства Эриндор. Нет, он не втянет в это Флору. Это его битва. Его личная война. И он не позволит, чтобы из-за неё пострадала его подруга.

С новою решимостью Кейлор взмахнул крыльями и полетел прочь, в сторону королевства Тенебрис, оставив огни Эриндора позади.

Кейлор вернулся домой только следующей ночью. Тело гудело от усталости, но ум, разгорячённый одной-единственной мыслью, отказывался успокаиваться. План был готов: он выследит убийцу по следу его силы, убьёт и сорвёт с него маску. Но не сегодня. Сейчас нужно было отдохнуть.

Перед тем как лечь, хранитель подошёл к окну. На чёрном бархате неба россыпью алмазов сияли звёзды, а в центре этого великолепия висела одинокая, ослепительно яркая луна. Волк смотрел на неё, и по его щекам текли слёзы. <<Я отомщу за тебя, мама>>, - прошептал он про себя.

Глубоко вздохнув, он закрыл окно. Лапы подкашивались, веки слипались, но сон не шёл. Хранителя терзали сомнения: как он, неумелый юнец, сможет победить убийцу? Кейлор тряхнул головой, отгоняя прочь страх. Он делает это ради мамы. Ради короля Шедоу. И... ради Флоры. А значит, он не имеет права оплошать. Эта мысль наконец принесла умиротворение, позволив уснуть.

И снова тот же кошмар. Из ночи в ночь Кейлор в мельчайших деталях переживал смерть мамы, каждый раз чувствуя то же леденящее душу бессилие.

Хранитель проснулся в холодном поту, сердце бешено колотилось в груди. Этот сон... опять он. Кейлор сел в кровати, схватившись лапами за голову. Всё его тело дрожало, а в горле стоял ком.

Взгляд упал на окно - за стеклом уже сгущались сумерки. Неужели он проспал целый день? Резко вскочив и кое-как приведя себя себя в порядок, Кейлор направился в тронный зал. Он надеялся выпросить у Шедоу хоть немного времени для тренировки.

Войдя в зал, он невольно остановился перед фамильным портретом. В груди что-то болезненно сжалось. Король Шедоу восседал на троне, беседуя со стражником. Хранитель почтительно замер в стороне, дожидаясь окончания разговора.

Наконец стражник поклонился и направился к выходу. Проходя мимо, он бросил на Кейлора короткий оценивающий взгляд и едва заметно кивнул.

- Где ты пропадал прошлой ночью, Кейлор? - заставил вздрогнуть принца спокойный, но твёрдый голос отца.

- Я был у Флоры, - честно признался Кейлор, чувствуя, как по щекам разливается краска.

- Ты прекрасно знаешь, что нам запрещено появляться на землях Эриндора, - голос Шедоу звучал ровно, но в нём слышалась сталь.

- Знаю, - Кейлор опустил голову под тяжестью отцовского взгляда. - Я просто... очень волновался за неё.

- Я понимаю, но наши отношения с соседями и без того натянуты. Ты хочешь их окончательно испортить?

- Нет, конечно, - вздохнул хранитель.

- Тогда прекрати свои ночные вылазки, - не повышая тона, прорычал Шедоу.

- Я понял, - тихо ответил Кейлор.

-Хорошо, - смягчился король. - Ты что-то хотел?

- Да. Вы не могли бы сейчас со мной потренироваться? - с надеждой спросил принц.

- Нет, извини. Сейчас я погряз в делах по уши. - Не говоря больше ни слова, Шедоу взял со столика у трона пачку документов и углубился в чтение.

Кейлор тяжело вздохнул и, понурившись, вышел из зала. Он брёл по длинному коридору, погружённый в мрачные мысли, как вдруг его внимание привлекла большая картина в старинной раме. Подойдя ближе, он стал разглядывать её.

Холст был старым и выцветшим, краска кое-где потрескалась. На нём была изображена королевская семья: посредине сидел маленький волчонок с угольно-чёрной шерстью и ясными синими глазами, выглядевший безмерно счастливым. Справа от него располагалась тёмно-серая волчица с добрыми глазами. А слева - величественный чёрный волк, вылитая копия повзрослевшего сына.

<<Так это семья Шедоу... Интересно, что с ними случилось?>> Кейлор не помнил своих бабушку и дедушку, похоже, они ушли задолго до его рождения. Надо будет как-нибудь расспросить короля.

Принц встряхнул головой и посмотрел в ближайшее окно. Закат догорал, окрашивая верхушки тёмных елей в багряные тона. Скоро ночь.

Пора.

Кейлор глубоко вздохнул, пытаясь усмирить бушующее внутри волнение. Он не знал, вернётся ли живым из этой схватки. Но он обязан был попытаться.

Хранитель вышел из дворца. Стражники, стоявшие у поста, посмотрели на него с подозрением, но ничего не сказали. Похоже, что им было всё равно, куда направляется принц. Кейлор с грустью понял, что даже если он погибнет, всем будет безразлично. Ведь для них он всего лишь сын короля, который вернулся после десяти лет отсутствия. Никто не знал его, и он никого не знал здесь, даже собственного отца.

Не оборачиваясь, Кейлор пустился бегом по направлению к лесу. Ему тоже было плевать на них. Он не чувствовал себя ни принцем, ни хранителем. Всё это было чужим и навязанным.

Вскоре перед ним вздыбилась стена тёмных, угрюмых деревьев. В лесу царила зловещая тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра в вершинах. От этого места веяло чем-то знакомым и опасным, чем-то, чего он не мог объяснить. Кейлор поёжился. Ему даже померещилось, что между стволами мелькает чья-то невидимая тень.

Собрав волю в кулак, волк сделал шаг под сень крон. Чёрные ветви сомкнулись над его головой, словно поглощая последние следы дневного света. Кейлор замер, закрыл глаза и затаил дыхание, вслушиваясь в голос ночи. Среди шёпота листьев и треска сучьев едва уловимо проступал чужой, неестественный звук.

Вот он.

Каждая клетка его тела рвалась вперёд, но разум приказывал быть тише. Он двинулся навстречу своей судьбе, сливаясь с тенями.

Вскоре среди частокола стволов показался тёмный силуэт горы, а в ней - зияющая провалом пещера, словно огромная каменная пасть, готовая поглотить всё живое. Кейлор замер у входа, втягивая воздух. Пахло сыростью, гнилой листвой и пылью веков. Ничего больше. Но хранитель чувствовал - он здесь. Это была как тонкая, ядовитая нить, ведущая вглубь.

Сжав когти, принц переступил порог пещеры. Темнота сомкнулась над ним, холодный влажный воздух обжёг лёгкие. По спине пробежали мурашки - его встречало тяжёлое, почти осязаемое присутствие, не принадлежащее миру живых. Всполошённая его шагами стая летучих мышей с противным шелестом взметнулась прочь из пещеры.

Чем дальше он углублялся, тем сильнее сжималось кольцо тишины. И вот, впереди, едва заметный, замаячил огонёк. Сперва крошечный, он рос, и вскоре его сияние стало слепить. Кейлор зажмурился, а когда открыл глаза, то застыл в изумлении.

Пещера расширилась в просторный зал. Грязные, покрытые мхом стены и пол кишели насекомыми, потревоженными внезапным светом. С каменного свода, словно клыки чудовища, свисали сталактиты. В центре, скрестив лапы, на холодном камне сидел волк. Его шерсть отливала серебром, а морду скрывала чёрная маска. Рядом, на грубом каменном подсвечнике, горела одна-единственная свеча, отбрасывая на стены гигантские, пляшущие тени.

Едва Кейлор сделал шаг, маска медленно повернулась к нему. Из-под неё блеснули два уголька глаз, лишённых всякого света.

- Ну, здравствуй, хранитель, - голос был спокойным, почти бархатным, но в нём звенела сталь. - Я знал, что ты придёшь.

Сердце Кейлора на мгновение замерло. Убийца ждал его.

- Я пришёл покончить с тобой! - выдохнул хранитель, пытаясь скрыть дрожь в голосе за рычанием.

- Покончить? - волк в маске усмехнулся, и в его голосе прозвучала не злоба, а какая-то усталая насмешка. – Малыш, ты даже не понимаешь, с кем связался. Ты ищешь мести за ту волчицу? Что ж, знай: я не хотел её убивать.

В этих словах была такая неподдельная искренность, что сердце Кейлора сжалось от сомнения. Но образ мамы, мёртвой и бездыханной, вновь встал перед глазами, выжигая всё, кроме ярости.

— Ты лжёшь! - выкрикнул он, и голос его сорвался на визгливую ноту.

— Думай, как хочешь, — тихо вздохнул серый волк, и его поза выражала скорее сожаление, чем готовность к бою. — Ну, чего же ты медлишь? Ты пришёл убить меня. Так вперёд.

Этой фразы оказалось достаточно. Провокация сработала, затмив последние проблески разума. С оглушительным рыком, совершенно забыв об осторожности, Кейлор бросился вперёд.

Глава 5

Флора бежала по спящему лесу, гонимая непонятной, щемящей тревогой. Она помнила, что король Шедоу запретил ей появляться на территории королевства Тенебрис, но зов, терзавший ее душу с вечера, был сильнее голоса рассудка. После изматывающих уроков этикета сон не шёл; тревога, словно цепкий терновник, сжимала сердце, и все мысли были только о Кейлоре. Хранительница не знала причины, но кожей чувствовала — с другом творится что-то недоброе.

Вот уже Лунный лес густел вокруг, цепляясь за шерсть ветвями-пальцами. Дыхание вырывалось из пасти клубами пара, а лапы спотыкались о валуны и бурелом, скрытые под слоем хвои. След, незримый для глаз, вел ее все дальше, в самую чащу, где кроны деревьев сплелись в непроглядный полог, наглухо отсекая лунный свет.

Наконец впереди, как стена, встала скала, а в ее темном теле зиял вход в пещеру. Флора замерла на мгновение, прислушиваясь. Из чрева горы доносились приглушенные, но яростные звуки схватки: глухие удары, лязг когтей по камню и яростный рык. Без тени сомнения лиса ринулась в черную пасть пещеры. Мрак поглотил ее, ледяное дыхание подземелья обожгло легкие, но она не сбавляла шага, пока в глубине не забрезжил тусклый, мерцающий свет. Рык стал отчетливее, и теперь Флора без труда узнала в нем голос Кейлора.

Пещера неожиданно расширилась, открываясь обширным каменным залом. В его центре сражались два волка. В одном Флора мгновенно узнала Кейлора. Его противник был куда крупнее и массивнее; крепкие мышцы играли под серебристой шкурой, мощные крылья были распахнуты в броске, а на морде замерла зловещая чёрная маска. «Волк в маске» — пронеслось в голове у лисы.

Схватка была столь яростной, что никто не заметил ее появления. Страх ледяными иглами впивался в лапы, но бросить друга она не могла.

— Эй! — крикнула она, и ее звонкий, почти детский голос, словно клинок, рассек воздух, наполненный рыком и яростью.

Волк в маске резко обернулся на звук. И этого мига невнимательности хватило Кейлору. Он рванулся вперед, с силой обрушившись на противника, и, повалив того на каменный пол, впился когтями в края маски. Но прежде чем ему удалось сорвать ее, серебристый волк взметнулся с земли отчаянным рывком, отшвырнув Кейлора прочь.

Поднимаясь, незнакомец с рычанием поправил съехавшую маску. Флора успела разглядеть на открывшемся участке морды старый, страшный шрам, а на миг ей даже показалось, что плоть волка стала призрачно-прозрачной. Она застыла, пораженная.

Внезапно убийца развернулся к ней. Его взгляд, полный злобы, прожигал ее насквозь.

— Зря я тебя тогда пощадил.

Сердце Флоры бешено колотилось, лапы подкашивались, но в ответ она выпрямилась и с вызовом бросила:

— Ну так исправь это!

Волк сделал шаг в её сторону, но перед ним, как тень, вырос Кейлор, закрывая собой подругу.

— Тронь её — и твоя смерть будет долгой и мучительной! — прорычал хранитель.

На это серебристый волк только усмехнулся.

Но прежде чем он успел ответить, мощный подземный толчок заставил землю уйти из-под ног. С потолка с оглушительным грохотом посыпались камни, а по стенам поползли черные трещины.

— Пещера обрушается! Нужно бежать! — крикнула Флора, её голос дрожал, но в глазах читалась стальная решимость. Она резко схватила Кейлора за лапу и, не давая ему опомниться, потащила прочь из пещеры.

Они мчались по тёмному, сотрясающемуся коридору, уворачиваясь от падающих с потолка глыб. Воздух был густ от пыли, которая забивала легкие и слепила глаза. Стоял оглушительный грохот, и каждый следующий обвал звучал всё ближе. Наконец, впереди, как спасительный маяк, показался тусклый свет — выход.

— Быстрее! — задыхаясь, выкрикнула Флора.

Они собрали последние силы, ускорив бег до предела, и в последний момент, когда за их спинами уже рушился мир, выскочили наружу. Мощный грохот и облако пыли вырвались вслед за ними, когда вход в пещеру был наглухо завален грудами камней.

Хранители, тяжело дыша, сидели на холодной сырой земле. Когда пульс немного утих, Кейлор поднялся и уставился на каменный завал.

— Похоже, это конец, — с глухим удовлетворением прошептал он.

— Почему ты пошёл к нему один? — тихо спросила Флора. Волк резко обернулся. Лиса сидела рядом, всё её тело мелко дрожало. В глазах, подёрнутых влажной дымкой, стояли слёзы. — Ты ведь мог погибнуть!

— Я не хотел, чтобы ты рисковала, — смущённо пробормотал Кейлор.

— Но мы — хранители! Мы должны сражаться вместе!

— А может, я не хочу быть хранителем! — внезапно рявкнул он.

Слова ударили Флору с такой силой, что она отшатнулась, будто от пощёчины.

— Но... — её голос дрогнул, она запнулась. — Это ведь наша судьба. Драконы избрали нас.

— Я не просил этой судьбы! Моя мама погибла из-за этого проклятого дара. Из-за того, что я — хранитель.

— Кейлор, я понимаю тебя, но... — начала Флора, но он грубо перебил её.

— Нет, не понимаешь! — в его словах звучала горькая правда, которая жгла сильнее огня. — Ты всю жизнь прожила в мраморных стенах, купаясь в любви и заботе. А мне приходилось выживать в одиночку, зная, что каждый следующий день может стать последним!

Флора вспыхнула. Гнев, обида и боль смешались в ней в один клубок. Она резко поднялась и подошла к нему вплотную, заставляя встретиться взглядом.

— Ты правда думаешь, что моя жизнь была такой уж лёгкой? Мои родители душили меня своей опекой, не разрешая сделать и шага без дюжины стражников! Вся моя жизнь — это расписание, церемонии и вечный страх не оправдать надежд. Я понимаю, — её голос смягчился, став почти шёпотом, — что это не сравнится с твоим горем. Но поверь, и мне было несладко. И для меня стать хранительницей — не обуза. Это мой единственный шанс вырваться на свободу. Мой единственный выбор.

Кейлор опустил голову. Его гнев, такой яростный и обжигающий всего минуту назад, угас, оставив после себя лишь горький пепел стыда. Он смотрел на Флору — на её испачканную землёй шерсть, на глаза, ещё блестящие от слёз, на её лапы, которые до этого знали только мягкость дворцовых ковров, а теперь были исцарапаны камнями ради него. Он видел не избалованную принцессу, а лису, которая, как и он, заперта в клетке обстоятельств.

— Прости меня, Флора, - тихо сказал он.

— И ты меня прости, — её шёпот был тёплым и искренним. — Я так рвалась на волю, что забыла: твоя свобода была выстрадана болью. Я думала только о своём бремени, не думая о твоём.

Они посмотрели друг на друга. И в этом взгляде не было больше ни обвинений, ни защиты. Было лишь тихое понимание и усталое признание: они оба — жертвы и воины одной и той же судьбы.

Флора прижалась к тёплой шерсти Кейлора, чувствуя, как тот затаил дыхание. Хранительница подумала, что волк сейчас отстранится, но он, всё ещё напряжённый, осторожно прижался к ней в ответ.

— Ты — мой лучший друг, Кейлор. Пожалуйста, обещай, что больше не будешь бороться в одиночку.

— Обещаю, — выдохнул он.

Небо на востоке тронулось первым румянцем, размывая пепельную дымку ночи. В кронах деревьев одна за другой пробуждались птицы, наполняя лес робкой, звенящей жизнью после пережитого кошмара.

— Нам пора, — произнесла Флора, отстраняясь.

Кейлор лишь кивнул в ответ. Перед тем как последовать за ней, он обернулся и замер, вглядываясь в груду камней, наглухо запечатавших вход в пещеру. Враг был повержен, но глубоко внутри, в самой глубине его существа, шевельнулась холодная, необъяснимая тревога.

Они вышли на опушку, когда солнце, огромное и багровое, уже поднималось над горизонтом. Впереди, словно чёрные иглы, пронзающие небо, высились безразличные башни дворца Тенебрис.

— Пока, — сказала Флора, оборачиваясь к другу.

— Пока.

Её взгляд скользнул по его израненному телу.

— Ты в порядке? — тихо спросила она.

Кейлор смущённо отвёл взгляд:

— Пустяки. Всего пара царапин.

Флора в ответ лишь кивнула и закрыла глаза. В тот же миг пространство вокруг неё вспыхнуло золотым сиянием, и лиса исчезла, будто её и не было.

Кейлор стоял, глядя на пустое место, где только что стояла его подруга. В воздухе всё ещё кружились и медленно угасали золотые искры, оставшиеся после телепортации, а в груди бушевал странный, незнакомый вихрь. Сердце колотилось с бешеной частотой, и он не мог понять, что его терзало сильнее — отголоски недавнего ужаса или ослепительное, сокрушительное осознание того, что принцесса Флора была так близко. Что же с ним происходит?

Внезапно резкий хруст ветки вырвал его из раздумий. Рядом, словно материализовавшись из самой тени, возникла высокая фигура чёрного волка. Взгляд Шедоу, холодный и тяжёлый, скользнул по потрёпанной шерсти и ранам сына.

— Где ты был? — прорычал король, и его голос прозвучал как удар хлыста.

— Я... — Кейлор бессильно опустил голову, не в силах подобрать слов.

Король испепеляюще посмотрел на него ещё мгновение, затем резко развернулся.

— Пошли. Дома поговорим.

Плетясь следом за отцом, Кейлор чувствовал, как тяжкий груз усталости и неразберихи давит на плечи. Его мысли путались и метались, перебегая от тёплого эха прикосновения Флоры к зловещему, холодному образу каменной гробницы, в которой навеки остался волк в маске.

Они молча шли к замку. Дворец встретил их безмолвной пустотой.

В тронном зале Шедоу отослал стражу и, не глядя на сына, спросил:

— Ты сражался с ним?

Голос Шедоу был ровным, но в его глубине чувствовалась стальная напряженность.

— Да.

Король все еще стоял спиной, его фигура, обычно незыблемая, сейчас казалась неестественно застывшей.

— Почему ты пошел туда один?

— Я... не хотел рисковать Флорой, — пробормотал Кейлор, ощущая, как по щекам разливается краска.

Шедоу резко развернулся. Его глаза, обычно холодные и нечитаемые, теперь пылали синим огнем ярости и... страха.

— Ты мог погибнуть! Ты понимаешь это? — его голос громыхнул, ударившись о каменные своды.

Кейлор опустил голову.

— Понимаю. Но я не хотел, чтобы из-за меня кто-то пострадал.

— А если бы пострадал ты?! — рявкнул король, сделав шаг вперед. Его тень накрыла Кейлора. — Твоя жизнь — не просто чья-то жизнь! Она — будущее этого королевства! Моя единственная...

Он не договорил, сжав челюсти.

— Вы же сами хотели научить меня всему, чтобы я мог за себя постоять, — буркнул Кейлор.

— Я делаю это, потому что хочу защитить тебя! — голос Шедоу сорвался, обнажив ту самую, неприкрытую боль, которую он всегда скрывал.

И это стало спичкой, брошенной в бочку с порохом. Вся накопленная за годы скитаний боль, обида и ярость рванулись наружу. Кейлор резко выпрямился.

— Защитить? — его крик прозвучал оглушительно в мертвой тишине зала. — Вы говорите, что хотите меня защитить? А где вы были, когда мою маму убили?!

Шедоу отшатнулся, будто от удара. Но Кейлор был безжалостен, выплескивая наружу яд, который копился годами.

— Где вы были все эти годы, когда мне нужна была помощь? Когда ей нужна была помощь? Вы говорите «защитить» сейчас, когда уже ничего не исправить! Вы не смогли защитить ее тогда!

Голос Шедоу дрогнул, когда он попытался ответить, и в этом дрожании было нечто большее, чем просто гнев.

— Поверь... я делал все, что было в моих силах, чтобы найти тебя. Все.

Кейлор лишь горько фыркнул. Этот жест, полный презрения, добил Шедоу сильнее любого меча. Взгляд короля, еще секунду назад пылавший, остыл мгновенно, став пустым и холодным, как лед в глубине могилы.

— Иди к себе, — произнес он безжизненным, ровным тоном, поворачиваясь спиной.

Хранитель вышел, не оглядываясь.

Гнев всё ещё кипел в нём, но к нему примешивалось горькое чувство вины. В глубине души, как тихий голос матери, звучало: он поступил неправильно. Кейлор глубоко вздохнул, пытаясь заглушить ярость. Он уже твёрдо решил извиниться перед королём. Но позже. Сейчас важнее было понять, что делать дальше. Его не покидала странная, изматывающая тревога. Хранитель был уверен: волк в маске не погиб. Однако теперь ему предстояло сражаться не в одиночку. Рядом будет Флора. И вместе они смогут преодолеть что угодно.

Флора вернулась в свои покои с тяжёлой головой и камнем на душе. Мысли путались, а в ушах стояли слова Кейлора: «А может, я не хочу быть хранителем!» Теперь она понимала его боль, и от этого понимания в горле вставал ком — ненависть к себе за собственную слепоту.

Враг, казалось, был повержен. Но покой не наступал. Одно воспоминание не давало ей покоя: тот миг в пещере, когда плоть волка в маске на мгновение стала призрачной, будто сотканной из дыма. Мираж? Или леденящая душу реальность?

Флора с силой тряхнула головой, отгоняя видение. «Потом, — мысленно пообещала она себе, — нужно просто отдохнуть».

Лапы едва коснулись одеяла, как в дверь постучали. Не спрашивая разрешения, в комнату вошла королева Алинта. Её осанка была безупречна, а взгляд — твёрже отполированного гранита.

— Идём со мной, — сказала она. Её голос, ровный и низкий, не сулил ничего хорошего.

Сердце Флоры упало. Она молча поплелась за матерью.

Тронный зал встретил их гнетущим молчанием. На массивном троне восседал король Арес. Его лицо было непроницаемой маской. Алинта, не говоря ни слова, заняла место рядом.

— Флора, нам известно, что ты самовольно покидала замок, — начал король. Его спокойствие было страшнее любой ярости.

Ледяная волна пробежала по спине Флоры. Как?

— Мы ждём объяснений, — вступила Алинта, и ее голос прозвучал как низкое рычание.

— Я... — голос Флоры предательски дрогнул. Что можно сказать? Какую ложь можно соткать, чтобы она выдержала такой взгляд? Признаться? Но это лишь распахнет дверь для новых опасений и упреков.

Она замерла на мгновение, чувствуя, как подкашиваются ноги. Но затем сделала глубокий вдох, собирая в кулак всю свою волю, всю накопившуюся усталость и отчаяние. Если уж на то пошло, пусть узнают правду.

— Хорошо, — ее собственный голос прозвучал тверже, чем она ожидала. Она выпрямилась и подняла голову, бросая вызов родителям. — Хотите знать, почему я сбегала? — в воздухе повисла напряженная пауза. — Потому что я — хранительница!

Воцарилась гробовая тишина. Король и королева переглянулись, и в глазах Алинты мелькнул неподдельный, животный страх.

—Что за чушь ты несёшь, Флора? — король Арес вскочил с трона, его морда исказилось гневом. — Хранители — это сказки для детей!

—Это правда! — крикнула Флора, в отчаянии.

—Арес... — тихо произнесла Алинта. Король обернулся к ней. — Она не врёт.

Лис замер.

—О чём ты? — растерянно спросил он.

Королева поднялась с трона.

—Флора, выйди, пожалуйста. Нам нужно поговорить наедине.

Сбитая с толку, с дрожью в коленях, Флора покорно вышла в коридор. Она прильнула ухом к дереву, но не услышала ничего, кроме стука собственного сердца. И стала ждать.

Минуты тянулись мучительно долго. Наконец дверь отворилась, и появилась Алинта. Она внимательно посмотрела на дочь, и в глазах её читалась решимость смешанная со страхом.

—Иди за мной, — коротко бросила она и повела дочь прочь от тронного зала.

В покоях Флоры королева села напротив дочери.

—Это правда? Ты… хранительница?

—Да, — кивнула Флора.

—Значит, мои худшие опасения сбылись, — Алинта закрыла глаза.

—Мама, что происходит? Скажи мне!

—Дорогая моя, — голос Алинты дрогнул. — Твой отец… он не верит в хранителей. Но я знаю, что они существуют. Мой дедушка, твой прадедушка… был одним из них.

Флора застыла, не в силах вымолвить ни слова. Ее прадедушка был хранителем?

—И… что с ним случилось? — прошептала она, боясь услышать ответ.

Алинта подняла на дочь глаза, полные слёз.

—Его нашли на дне ущелья. Убитым. У Флоры перехватило дыхание. Мир поплыл перед глазами.

—Кто?.. — выдавила она.

—Не знаю. Убийцу так и не нашли.

В комнате повисла тишина.

—Зачем ты рассказываешь мне это? — наконец спросила Флора.

—Потому что я боюсь, что с тобой случится то же самое! — голос Алинты сорвался. — Поэтому мы с отцом решили: на ближайший Совет ты не идешь. Ты не будешь выходить даже в сад. Возле твоей комнаты будет выставлена круглосуточная стража.

Флора вскочила, не веря своим ушам.

—Мама, но…

—Никаких «но»! — Алинта поднялась, и в ее осанке вновь появилась стальная королевская воля. — Это не обсуждается. Мы делаем это, чтобы защитить тебя.

И, не дав дочери слова сказать, она вышла, притворив дверь. Резкий щелчок замка прозвучал как приговор.

Флора осталась одна. По ее шерсти текли горячие, беспомощные слезы. «Почему?» — стучало в висках.

Весь ее мир, обретенная свобода, дружба, долг — все рухнуло в одночасье. Она больше не хранительница. Она больше не увидит Кейлора.

Сердце сжалось от невыносимой боли. Она сделала глубокий, прерывистый вдох, пытаясь совладать с отчаянием, и подошла к окну. Вдали, за пределами её позолоченной тюрьмы, темнел лес — тот самый, где она когда-то спасла Кейлора. Они дали друг другу слово. Она должна его сдержать. Она найдёт способ вырваться из этой клетки, которую когда-то называла домом.

Глава 6

Кейлор брёл по безмолвным, погружённым в полумрак коридорам дворца Тенебрис. Тяжёлый воздух был наполнен тишиной, которая давила куда сильнее, чем любая тьма. Он шёл в кабинет короля Шедоу, чтобы извиниться. После их вчерашней ссоры Кейлор не видел отца весь день, и эта вынужденная разлука рождала в душе едкий вопрос: а не избегал ли Шедоу его намеренно?

Вот перед хранителем предстала дверь из тёмного дуба, на которой искусный резчик изобразил две луны — убывающую и полную. Прикоснувшись лапой к холодному дереву, Кейлор постучал, и звук показался ему до жути громким.

—Войдите, — донёсся приглушённый, усталый голос из-за двери.

Принц вошёл. Кабинет был погружён в уютный сумрак, нарушаемый лишь мягким светом настольной лампы. За письменным столом, склонившись над листом пергамента, сидел Шедоу. Перо в его лапе выводило ровные строки, а черты его морды, освещённые таинственным золотистым светом, казались особенно отчуждёнными и резкими.

— Ты что-то хотел? — спросил король, не отрывая взгляда от письма.

Голос отца, привычно властный, сейчас звучал отстранённо.

— Я… — он замялся, подбирая слова. — Простите меня за вчерашнее. Мне не стоило так говорить, а уж тем более обвинять вас в гибели мамы.

Шедоу наконец поднял голову. Его пронзительный взгляд встретился с взглядом сына, и в глубине отцовских глаз Кейлор увидел не гнев, а давнюю, неизбывную боль.

— Не извиняйся, — тихо, но твёрдо произнёс Шедоу. — Ты имеешь полное право злиться, я ведь действительно не смог защитить её.

Кейлор опустил взгляд, чувствуя, как стыд и жалость смешиваются в нём в один тяжёлый клубок. Он был так готов к гневу, к упрёкам, но это спокойное принятие вины обезоружило его.

Неловкое молчание повисло между ними, густое и звенящее. Его нарушил Шедоу, отложив перо в сторону.

—Позволь спросить кое о чём, — осторожно начал он, складывая лапы на столе. — Что происходит между тобой и принцессой Флорой?

Сердце Кейлора провалилось в пропасть, а затем выпрыгнуло в горло, бешено заколотившись. Его лапы задрожали, а по телу разлился жар. Вопрос застал его врасплох, словно удар из засады.

—Н-ничего особенного, — выдавил он, чувствуя, как горит под мехом. — Мы просто… друзья.

Шедоу внимательно посмотрел на него, и под этим проницательным взглядом Кейлору казалось, что отец видит все его тщательно скрываемые мысли.

—Она тебе нравится, не так ли? — мягко, но настойчиво спросил король.

—Нравится? — эхом повторил Кейлор, и перед его мысленным взором всплыл образ Флоры: её солнечная улыбка, искорки в глазах, когда она смеётся, и то странное тепло, что разливается в груди при её прикосновении.

—Что ты чувствуешь, когда она рядом? — Шедоу говорил тихо, будто боясь спугнуть сына.

—Я… я чувствую себя неловко, — признался Кейлор, глядя в пол. — Будто я не владею своим телом. А внутри… внутри будто что-то полыхает. Раньше я думал, что это всё из-за нашей связи, из-за того, что мы хранители. Но теперь… теперь я не уверен.

Шедоу медленно кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на грустное понимание.

—Понятно, — он вздохнул. — Да, Кейлор. Боюсь, ты действительно влюбился в принцессу Флору.

Слова повисли в воздухе, обретая осязаемую реальность. «Влюбился». Они прозвучали и как приговор, и как освобождение. Кейлору стало одновременно легко и страшно.

—Но… что мне делать? — прошептал он. — Мы ведь из разных королевств, к тому же ещё и враждующих.

Шедоу встал из-за стола и подошёл к окну, отодвинув штору. В комнату ворвался холодный, яркий свет луны, озаряя лицо Кейлора.

—Мы с твоей мамой тоже были из разных королевств, — голос короля стал тихим, как шелест прошлого. — Но это не помешало нам быть счастливыми. Понимаешь, Кейлор, чувства не спрашивают у нас разрешения. Если так получилось, что ты выбрал принцессу Флору, то я одобряю твой выбор. — Шедоу повернулся, и в его глазах читалась бездонная грусть. — Но будь осторожен. Вы с Флорой — не просто друзья. Вы — хранители. И твой долг — защищать её, что бы ни случилось.

Кейлор слушал, затаив дыхание. Груз сомнений и страха никуда не делся, но теперь у него появилась опора — понимание и поддержка отца, которую он не ожидал получить.

—Спасибо вам, — тихо, но искренне сказал он.

Шедоу кивнул, и в углах его рта дрогнула тень улыбки.

—Я рад, что смог помочь тебе.

Выйдя из кабинета, Кейлор ощутил облегчение. Теперь он понимал свои чувства. И пусть страх никуда не делся, внутри зажегся маленький, но стойкий огонек надежды.

Кейлор вздохнул, пытаясь унять дрожь.Что ему теперь делать? Признаться Флоре? Но что если она отвергнет его?Ладно, он подумает об этом потом.

Он направился к своей комнате через коридор, где на стене висел портрет семьи Шедоу. Вот и он — такой же мрачный и безмолвный, как и все остальные залы в этом замке. В слабом свете ламп краски на холсте казались еще глубже и печальнее.

Подходя к картине, он заметил служанку, вытирающую пыль с рамы пипидастром. Это была юная светло-серая волчица, на вид чуть постарше его. Заслышав шаги, она вздрогнула, и пушистый инструмент выскользнул из её лап. Кейлор молча подошёл, поднял его и протянул волчице.

—С-спасибо, — пролепетала она.

— Прости, я не хотел тебя напугать, — извинился Кейлор.

—Всё в порядке, — она робко улыбнулась. — Вы что-то хотели?

— Можешь рассказать о них? — спросил он, вглядываясь в лица на портрете.

—Честно говоря, я и сама знаю не так много, — призналась волчица. — Но кое-что расскажу. Это предшественники нынешнего короля — королева Айрин и король Эсмонд. Мои родители служили здесь ещё при них. Мама рассказывала, что король ушёл на войну, когда принц Шедоу был совсем маленьким, и… так и не вернулся. Его сразил один из акварийских воинов. А королева, узнав о гибели мужа, вскоре умерла от горя. Тогда-то королева Роза и взяла принца под свою опеку.

Волчица с сочувствием посмотрела на портрет.

—Родители говорили, что они были мудрыми и добрыми правителями. Жаль, что всё так оборвалось… — её голубые глаза встретились с взглядом Кейлора. — Но теперь их судьба в лапах драконов, — тихо добавила она и вздохнула.

—Спасибо, что поделилась со мной, — искренне поблагодарил её Кейлор.

—Всегда рада помочь, Ваше высочество, — служанка собралась уходить, сделав реверанс, но Кейлор мягко остановил её.

—Как тебя зовут?

—Кетрин, Ваше высочество.

—Приятно познакомиться, — он хотел было назвать своё имя, но спохватился — конечно, она его знает. — И… ещё раз спасибо.

Когда Кетрин удалилась, Кейлор снова погрузился в созерцание картины. Маленький Шедоу смотрел с полотна с беззаботной улыбкой. Теперь Кейлор понимал, что за шрамы скрывает холодная маска его отца. Сначала смерть родителей, потом утрата жены… Сердце Кейлора сжалось от острой жалости. Он не мог даже вообразить всю глубину той боли, что выпала на долю короля. Но теперь, пусть и не до конца, он прикоснулся к его истории.

Под бесстрастным взглядом стражей Флора шла по знакомому коридору. Родители сдержали слово — теперь её постоянным «антуражем» стали двое бдительных охранников. Она пыталась поговорить с родителями, как-то до них достучаться, но король с королевой были непреклонны.

Отчаяние ледяным комом стояло в горле, но Флора отказывалась сдаваться. Она верила — нет, хотела верить, — что родители одумаются. Поймут. Но не сейчас.

Войдя в комнату, она первым делом бросилась к окну. Магическая печать на раме мерцала тусклым золотом, не оставляя надежд ни на силу, ни на хитрость. Всё было бесполезно. Она оказалась в роскошной ловушке, один на один со своим страхом и вопросами, на которые не было ответов.

Сдавленно выдохнув, она повалилась на кровать, уткнувшись мордой в прохладную шелковую подушку. Кричало всё внутри, но крик так и не вырвался наружу — какой в нём смысл, если тебя всё равно не услышат? Усталость от бессонной ночи навалилась тяжёлым покрывалом, и Флора провалилась в беспокойный сон.

Снова лес. Снова озеро, залитое призрачным лунным светом. Но на этот раз пустота здесь была звенящей, невыносимой.

—Млечный путь! — её голос, полный отчаяния, раскатился эхом и затих, не встретив ответа. — Пожалуйста!

Внезапно на противоположном берегу раздался мягкий шорох. Из чащи, бесшумно ступая по мху, вышел волк. Его серая шерсть отливала жидким серебром, а морду скрывала чёрная маска.

Флора инстинктивно отпрыгнула, приняв боевую стойку, сердце заколотилось где-то в горле. Но волк не нападал. Он просто стоял, и пристально смотрел на неё.

Взгляд принцессы скользнул вниз — и она заметила у его мощных лап маленький пушистый комочек. Волчонок. Тот самый, из её сна.

—Малыш, беги! — сорвалось у Флоры, но волчонок только сильнее прижался к лапам волка.

И тут её осенило: они были поразительно похожи. Отец и сын? Но тогда о ком говорил малыш, что «он» бросил его умирать?

Мысль рассёк оглушительный рёв. Воздух задрожал, с деревьев посыпалась листва. Флора зажала уши лапами, оглохшая от ужаса. Волчонок на том берегу припал к земле. Волк в маске развернулся, в его позе читалась смертоносная готовность.

Загрохотала земля. И тогда Флора увидела Его. Дракон. Чёрный, как сама бездна, высотой с башни Эриндора. Его чешуя впитала всю темноту ночи, лишь глаза пылали алыми углями ярости. Он шагнул вперёд, и его тень накрыла Флору, озеро, волков — погрузив мир в кромешную мглу.

Чудовище склонило голову, рассматривая добычу. Волчонок взвизгнул, забившись за спину старшего. И тогда дракон двинулся — неожиданно стремительно, сметая вековые сосны. Голова метнулась вперёд, острые клыки блеснули во тьме — и волки исчезли, будто их и не было.

Ужас парализовал Флору. Но инстинкт самосохранения дёрнул её с места. Она рванула в чащу, спасаясь бегством. Сзади нарастал грохот — тяжёлый, мерный, неумолимый. Топот гигантских лап. Он преследовал её. Воздух выл в лёгких.

Внезапно лес оборвался. Прямо перед ней зияла пропасть. Флора замерла на самом краю, пытаясь вдохнуть. Взгляд машинально скользнул вниз, в глубину ущелья — и там, на дне, в тёмном пятне, лежало искалеченное тело бурого лиса с всклокоченной шерстью.

Ледяной ужас обжег её. Она отшатнулась, рванувшись прочь от края, но, развернувшись, упёрлась взглядом в стену чёрной чешуи. Прямо перед ней зияла драконья пасть. Флора не успела даже вскрикнуть. Только тьма. Густая, всепоглощающая, как смола.

Флора с диким криком сорвалась с постели. Сердце колотилось так бешено, что, казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку. Каждый мускул дрожал, будто она и правда мчалась без оглядки.

Этот дракон… Неужели Чёрный Коготь? Какая связь между ним, волком в маске и тем волчонком? А лис в пропасти… Прадед? Голова раскалывалась от вопросов, на которые не было ответов. Но она должна их найти. Должна. Только как, будучи запертой в этих четырёх стенах, оклеенных шёлком?

Тихий, почтительный стук в дверь вырвал её из водоворота мыслей. В комнату бесшумно вошла Мия, её крапчатая шерсть была аккуратно уложена, а в голубых глазах читалось неподдельное участие.

—Прошу прощения за беспокойство, ваше высочество, — кошка сделала лёгкий реверанс. — Вас ожидают на уроках.

Флора, с усилием приведя в порядок дыхание, кивнула.

—Спасибо, Мия. Сейчас.

Принцесса направилась к выходу, но мягкое прикосновение лапки её остановило.

—Мне… искренне жаль, что всё так вышло, принцесса, — тихо сказала Мия, и в её голосе звучало неподдельное сочувствие. — Они… они просто очень боятся вас потерять.

—Я… понимаю, — выдохнула Флора.

В коридоре её уже ждали. Стражи, безмолвные и неулыбчивые, сомкнулись вокруг неё плотным кольцом, и это молчаливое шествие двинулось по длинным коридорам дворца — в другой конец её золотой тюрьмы.

Настал день Совета. Кейлор вместе с королём Шедоу ехал в карете в королевство Солара, где проходил сбор всех восьми королевств.

Сердце хранителя бешено колотилось от волнения, и не только оттого, что все снова будут смотреть на него с привычным подозрением. На Совете будет она — Флора. От этой мысли Кейлору становилось и тепло внутри, и тревожно одновременно. Теперь, когда он наконец осознал свои чувства, будущая встреча казалась ему не просто волнительной, а судьбоносной.

Вот они остановились возле сверкающего дворца, сложенного из тёплого солнечного камня. На подъездной дороге уже теснилась вереница карет, украшенных гербами разных королевств — пёстрая лента власти и чужеземья.

Когда они вошли в главный зал, где в центре стоял огромный круглый стол, там уже собралось большинство представителей. Воздух гудел от приглушённых разговоров, полных намёков и церемонной вежливости.

Кейлор сразу же начал искать глазами знакомый рыжий силуэт. Он быстро заметил в толпе её мать — королеву Алинту, величавую и спокойную. Но самой Флоры нигде не было видно. Почему? Лёгкое недоумение быстро сменилось холодной, сжимающей сердце догадкой: а что, если родители всё же узнали о её ночном побеге? Что, если её наказали, лишив права присутствовать здесь? Эта мысль заставила его кровь похолодеть.

—Привет!

Звонкий, совершенно лишённый придворной жеманности голос заставил его вздрогнуть. Кейлор обернулся. Прямо перед ним стояла молодая лошадка с удивительной шерстью цвета алых кораллов и смеющимся взглядом.

—Ты Кейлор, верно? — улыбнулась она.

—Да, — он кивнул, лихорадочно пытаясь вспомнить её имя. — А ты…

—Коралл, — она легко поклонилась, будто между ними не было статусных барьеров. — Приятно познакомиться наконец-то! Друзья Флоры — мои друзья. Кстати, ты не знаешь, где она?

—Нет, — ответил Кейлор, и его тревога лишь усилилась. — Извини.

В этот момент к ним тяжёлой поступью подошёл мощный конь с изумрудной шерстью и старым шрамом, рассекающим губу. Его глаза, холодные как галька на дне ручья, с нескрываемым презрением скользнули по Кейлору, прежде чем обратиться к дочери.

—Пойдём, Коралл. Тебе не о чем разговаривать с отбросом из королевства Тенебрис, — произнёс король Такеши, и его голос прозвучал как удар хлыста.

Коралл мгновенно смутилась, бросив на волка быстрый, извиняющийся взгляд, и, потупив взор, послушно пошла вслед за отцом.

Кейлор просто смотрел им вслед.

—Не принимай близко к сердцу, — раздался рядом спокойный, низкий голос отца. Кейлор вздрогнул — Шедоу подошёл бесшумно, как всегда. — Король Такеши питает к нам предубеждение, не ищущее разумных причин.

—Но почему? — с горячностью вырвалось у принца, и он повернулся к отцу. — Что мы ему сделали?

Король Шедоу тихо вздохнул, и в его обычно непроницаемых глазах мелькнула усталая мудрость.

—Понимаешь, ненависть не всегда нуждается в поводе. Иногда им просто необходим кто-то, на кого можно смотреть свысока, чтобы чувствовать себя выше. Они ненавидят нас за то, что мы есть, за наши тени, за нашу историю. И наша задача — не позволить этой ненависти отравить наше собственное сердце.

Кейлор молчал, не в силах принять эту истину. Как можно ненавидеть без причины? Это казалось ему чудовищной несправедливостью.

В этот момент мелодичный, но властный голос королевы Розы возвестил о начале Совета, заставив всех занять места вокруг стола.

—Приветствую всех на Совете Восьми Королевств, — почтительно произнесла она. — Кто откроет обсуждение?

—Я начну! — вперёд уверенно шагнул король Валтары, Талион. Его шкура отливала бронзой, а движения были плавными и хищными. — В Валтаре царит порядок и процветание. Мы намерены расширить наши владения, присоединив горный хребет на восточных рубежах.

—Надеюсь, это расширение не затронет интересы Кристалии? — тонким, похожим на звон хрусталя, голосом обратилась к нему королева Селена. Её старческая, но прямая как стрела фигура волчицы казалась хрупкой лишь на первый взгляд.

Талион повернул к ней голову, и в его жёлтых глазах мелькнула искра, похожая на отблеск золота в темноте.

—Не тревожьтесь, почтенная Селена. Те горы, о которых я говорю, лежат в пределах наших исконных земель, — произнёс он с подчёркнутой, слегка слащавой вежливостью. Но Кейлор, наблюдавший за ним, заметил, как при этих словах уголок пасти кота дрогнул в едва уловимой усмешке. Он явно что-то недоговаривал, и в воздухе повис немой вопрос о том, где заканчиваются «исконные земли» Валтары.

Селена медленно кивнула, её мудрый взгляд застыл на Талионе, но спорить она не стала.

—Позвольте теперь мне, — Такеши выступил вперёд, его тяжёлые шаги отдавались по каменному полу. — На следующей луне у моей дочери, принцессы Коралл, день совершеннолетия. В честь этого события мы откроем двери нашего дворца для большого праздника! Приглашаем всех разделить с нами радость! — с этими словами он медленно обвёл взглядом зал, и этот взгляд, полный гостеприимства, намеренно и демонстративно скользнул мимо Шедоу, застыв в пространстве рядом с ним. Приглашение для всех, кроме королевства Тенебрис, было произнесено громче любых слов.

В зале вспыхнул оживлённый шёпот, обрадованный перспективой пира и веселья. Лишь Шедоу оставался невозмутимым, словно высеченным из чёрного базальта. Его морда не выражала ни обиды, ни гнева — лишь абсолютное, ледяное безразличие к этому мелкому жесту.

После того, как волны обсуждений улеглись, слово снова взяла Роза.

—Это чудесная новость, Такеши, — сказала она с лёгкой, ничего не значащей улыбкой. — Думаю, что этот праздник станет прекрасным поводом для всех нас укрепить связи и отдохнуть от государственных забот, — спокойно сказала она, но её мудрый взгляд скользнул по Такеши, давая понять, что тонкий намёк не остался незамеченным. В правилах Совета не было места личным обидам, и открытый скандал считался бы верхом неуважения.

Когда официальная часть подошла к концу и начались неформальные беседы за бокалами солнечного вина, Кейлор набрался смелости. Он видел, как королева Алинта, мать Флоры, отошла к окну, словно любуясь садами Солары. Это был шанс.

Хранитель незаметно приблизился.

—Ваше Величество, — тихо произнёс он, склонив голову. — Простите за беспокойство.

Алинта обернулась. Её глаза, такие же зелёные, как у Флоры, смотрели на него без неприязни, но с лёгкой печалью.

—Принц Кейлор, — произнесла она мягко. — Ты хотел спросить о Флоре?

Волк на мгновение застыл, поражённый её проницательностью. Он лишь кивнул, не в силах вымолвить слово.

—Не волнуйся, с Флорой всё хорошо. Она в безопасности, — её голос звучал ровно, слишком отрепетировано. — Просто она временно отстранена от публичных обязанностей. Ей нужно время для размышлений.

Она кивнула ему, вежливо, но окончательно, и удалилась, растворившись в толпе.

Нужно время для размышлений? Эта туманная фраза кружилась в его голове, обрастая домыслами хуже любой ясной угрозы. Значит, всё-таки наказана? Заперта? Из-за него?

—Кейлор? Ты в порядке?

Принц вздрогнул. Рядом стояла королева Селена. Её морщинистая морда выражала странную смесь смущения и нерешительности.

—Да, — выдавил он. — Просто задумался. Вы что-то хотели?

Старая волчица подняла на него взгляд, и в её тусклых глазах что-то дрогнуло.

—Ты… так похож на Луну, — прошептала она, и в её голосе зазвучала неподдельная, горькая нежность.

Ледяная волна прокатилась по спине Кейлора.

—Вы… знали мою маму?

Селена горько усмехнулась.

—Как не знать, дитя мое. Ведь я — её мать.

Ошеломлённый, Кейлор мог только смотреть на неё широко раскрытыми глазами. Его бабушка… Он думал, что у него нет родни кроме отца. И вот она — здесь, перед ним. Он открыл рот, чтобы задать тысячу вопросов, которые вдруг хлынули на него, но в этот момент к ним подошёл Шедоу.

—Надеюсь, я не помешал? — спросил король, и его голос был ровным, но в воздухе мгновенно натянулись невидимые струны. Взгляд Селены, только что тёплый и печальный, стал ледяным и острым, как кристалл.

—Нет. Я как раз уходила, — отрезала она, бросив на Шедоу взгляд, полный немого укора, и, не сказав больше ни слова внуку, затерялась в толпе.

—Пойдём, нам пора, — произнёс Шедоу, и в его тоне не было места для возражений. Не дожидаясь ответа сына, он направился к выходу.

Дорога обратно в карете проходила в гнетущем молчании. Кейлор уставился в тёмное окно, за которым проплывали чужие пейзажи. В его голове бушевал хаос: ледяной взгляд Такеши, уклончивые слова Алинты, шокирующее признание Селены и её внезапная враждебность к отцу.

И сквозь весь этот хаос пробилась одна ясная, твердая мысль, согревающая изнутри, как уголёк в пепле: Он должен увидеть Флору. Должен убедиться, что с ней всё в порядке. Этой ночью.

Эта мысль, опасная и безрассудная, стала для него якорем. Пусть весь мир строит козни, но у него теперь есть своя правда. И он собирался за неё бороться.

Глава 7

Этой ночью Флоре снова не спалось. Мысли, словно назойливые мошки, жужжали в голове, не давая погрузиться в сон. Но дело было не только в этом — принцесса боялась вновь оказаться в плену вчерашнего кошмарного видения.

Тишину разорвал тихий стук. Флора вздрогнула, резко приподнялась на кровати и прислушалась. Стук повторился. Она подошла к окну, осторожно отодвинула шторку и увидела по ту сторону стекла Кейлора.

Он что-то говорил, но хранительница не могла разобрать слов. Показав на стекло, а затем на свои уши, она покачала головой. Чёрный волк понимающе кивнул.

Флора задумалась. Что сделать, чтобы друг услышал её? И тут лису осенило: родители когда-то учили её телепатическому заклинанию. Закрыв глаза, она сосредоточилась, пытаясь воскресить в памяти нужные слова.

«Кейлор, ты меня слышишь?»

«Слышу, но… Как ты это сделала?» — в голосе волка звучало искреннее удивление.

«Родители научили», — смущённо ответила Флора. Общаться таким способом было непривычно, но волнующе.

«Значит, это правда? Они заперли тебя?» — Кейлор взглянул на защитную печать, мерцающую на стекле.

Флора молча кивнула, опустив взгляд.

«За что?»

«Я призналась, что я хранительница, — тихо произнесла лиса. — Думала, они поймут… Но всё вышло наоборот».

В глазах Кейлора вспыхнуло сочувствие.

«Не печалься, Флора. Я обязательно вытащу тебя», — твёрдо пообещал он.

На мгновение глаза хранительницы засияли надеждой, но тут же снова потухли.

«Не получится. Папа поставил на окно защитную печать».

«Есть ли другой способ выбраться?» — не сдавался хранитель.

Принцесса задумалась. Внезапно её озарила мысль — глаза вновь засияли.

«Окно!»

Кейлор недоумённо посмотрел на неё.

«В моей ванной есть маленькое окошко. Я часто пользовалась им, когда сбегала проведать тебя в лесу», — пояснила Флора.

Не дожидаясь ответа, она побежала в ванную.

Вот оно — заветное окно. Лунный свет, пробиваясь сквозь стекло, ложился на плитку причудливым узором. Прыжок на раму, ещё один — и вот Флора уже на прохладной чешуе черепичной крыши.

Кейлор уже ждал её. Принцесса подбежала и крепко обняла друга. Наконец-то она была на свободе.

—Спасибо, что пришёл за мной, — прошептала Флора.

—П-пожалуйста, — смущённо ответил Кейлор.

Флора отпустила его и с удивлением заметила, что щёки волка порозовели.

—С тобой всё хорошо? — обеспокоенно спросила она.

—Да, всё отлично, — поспешно ответил он.

Ночь стояла тихая и безветренная. Вдали мерцали огоньки королевства, похожие на рассыпанные по небу звёзды. Флора глубоко вдохнула прохладный воздух свободы, но в сердце её по-прежнему боролись радость и тревога.

—Куда мы пойдём? — тихо спросила она, всё ещё не веря, что оказалась снаружи.

—Мы можем отправиться в Тенебрис, — предложил Кейлор, но тут же спохватился, заметив недоумение на мордочке лисы. — Если ты не против, конечно.

—Но как же твой отец? Он ведь запретил мне появляться на землях вашего королевства.

—Не беспокойся, я поговорил с ним. Он не против, — мягко успокоил подругу хранитель.

Флора задумалась. Когда родители узнают, что она сбежала в другое королевство, они будут в ярости! С другой стороны, они сами заперли её в собственном доме…

—Хорошо, — наконец сказала она. — Веди.

Кейлор заметно повеселел, хотя в его янтарных глазах по-прежнему читалась тревога.

—Отлично! — улыбнулся он. — Вот только… Телепортироваться я не умею, а до Тенебриса лететь долго… — Волк замялся. — Ты не могла бы телепортировать нас?

Флора внимательно посмотрела на друга. Было видно, как ему неловко просить об этом.

—Возможно, я смогла бы. Но мне самой с трудом даётся телепортация — не думаю, что смогу переместить нас двоих, — с досадой призналась хранительница. — Но я могу попробовать.

Она положила лапу на плечо волка и закрыла глаза, сосредоточившись. Энергия пробежала по телу, превращаясь в вихрь золотых искр. Флора зажмурилась, почти уверенная, что у неё ничего не выйдет. Но, открыв глаза, с изумлением обнаружила, что стоит в совершенно другом месте.

Вокруг царила тьма, лишь тусклый свет настенных светильников едва освещал огромное помещение.

—Добро пожаловать, принцесса Флора, — раздался низкий, властный голос.

Хранительница оторвала взгляд от разглядывания зала и подняла глаза. На троне восседал огромный чёрный волк. Его пронзительные синие глаза смотрели с нескрываемым интересом, отчего лисе стало не по себе.

—Спасибо, что разрешили укрыться у вас, король Шедоу, — вежливо поклонилась Флора.

—Не стоит благодарности, — отмахнулся король. — Лучше расскажи, почему твои родители заперли тебя?

Принцесса опустила голову.

—Я призналась, что я хранительница.

Шедоу понимающе кивнул.

—Ты думала, они поймут тебя, не так ли? — в его голосе звучало неподдельное сочувствие.

Флора молча кивнула.

Кейлор, всё это время стоявший рядом, мягко положил лапу ей на плечо.

—Что ж, этого стоило ожидать от Ареса, — тихо вздохнул король. — Но не вини его, принцесса. Страх часто заставляет нас запирать двери. Но иногда… мы запираем то, что сами же боимся потерять. Кейлор, отведи принцессу в покои, — обратился Шедоу к сыну, а затем снова повернулся к лисе. — Отдыхай, принцесса. Ты в безопасности. Пока что.

Флора с благодарностью посмотрела на короля. Вместе с Кейлором они покинули зал.

Друзья шли по тёмным коридорам дворца Тенебрис. Флора с любопытством разглядывала висевшие на стенах картины и обелиски. Это королевство разительно отличалось от Эриндора. Даже пейзажи за окнами были не яркими и светлыми, как у неё дома, а тусклыми и мрачными.

—Мы пришли, — объявил Кейлор, остановившись перед дверью из тёмного дуба.

Волк отворил дверь, пропуская принцессу внутрь.

Комната оказалась просторной и уютной. Стены, обшитые деревом, создавали разительный контраст с мрачным камнем коридоров. Камин из тёмного камня украшало зеркало в серебряной раме. Мебель — кровать с высоким изголовьем, покрытая плотным одеялом цвета тёмного мха, письменный стол, кресло у камина — выглядела добротной и удобной. На столе в хрустальной вазе стояли не цветы, а причудливые листья сухого серебристого папоротника и чернильные шарообразные грибы, излучавшие мягкий синеватый свет, заменяя собой свечу. Сквозь огромное арочное окно открывался вид на лес с высокими тёмными елями, чьи верхушки словно царапали небо.

—Король велел подготовить для тебя эти покои, — пояснил Кейлор, оставаясь на пороге. — Они находятся в самой тихой части дворца. Если что-то понадобится… моя комната в конце этого коридора, с левой стороны.

—Спасибо, Кейлор, — Флора обернулась к нему, и на этот раз её улыбка была искренней и усталой. — За всё.

Он кивнул, и его взгляд задержался на ней чуть дольше, чем обычно, прежде чем он тихо прикрыл дверь.

Флора осталась одна. Тишина комнаты обволакивала её, густая и почти осязаемая. Подойдя к окну, она прижала лапу к холодному стеклу и устремила взгляд на чужой, прекрасный и пугающий мир.

Она была в безопасности. Она была свободна. Но хранительница понимала — это лишь временное затишье. Скоро родители узнают, где она. Что они скажут тогда?

Подойдя к кровати, Флора коснулась бархатного одеяла. Но прежде чем лечь, она вновь посмотрела в окно. Этот мир казался странным и непривычным, но совсем не таким, каким описывал его отец. Сейчас она чувствовала себя здесь в большей безопасности, чем в Эриндоре.

И пусть эта безопасность продлится недолго, Флора твёрдо знала: теперь она не одна. Кейлор и король Шедоу защитят её. А она, в свою очередь, не останется в стороне. Она будет бороться за свою свободу и больше никогда не позволит родителям запереть себя.

Глава 8

—Кейлор? Ты в порядке? — спросил Шедоу, входя в зал и обнаруживая своего сына, который расхаживал туда-сюда, не находя себе места.

—Да, — ответил Кейлор, поднимая голову. — Я в полном порядке.

—Ты беспокоишься о Флоре и её родителях?

Хранитель опустил глаза. Как он мог забыть, что от короля ничего не укрыть?

Шедоу подошёл к сыну и положил лапу ему на плечо.

—Не переживай. Рано или поздно принцесса должна научиться отстаивать свои границы и давать отпор. Ты не сможешь всегда быть рядом с ней, поэтому она должна уметь постоять за себя.

Кейлор кивнул. Он понимал, что Шедоу прав, но беспокойство все равно не покидало его.

Этой ночью он снова не мог уснуть, думая о том, не навлёк ли он беду на своё королевство, приведя сюда Флору. Её родители, вероятно, будут очень недовольны, когда узнают, кто похитил их дочь.

Шедоу пристально посмотрел в глаза сыну, давая понять, что знает о его мыслях, но не стал ничего говорить вслух.

Внезапно дверь отворилась, и в зал вошла Флора. Её рыжая шерсть была аккуратно уложена, но на заспанной мордочке все еще оставались следы сна.

—Доброе утро, — хотела сказать принцесса, но её прервал сладостный зевок.

—Доброе утро, — ответил Шедоу. — Как спалось?

—Отлично! — улыбнулась Флора. — Ещё раз спасибо вам за всё.

—Не стоит благодарности, — кивнул король.

Кейлор поймал на себе его взгляд. Шедоу слегка улыбнулся и направился к выходу из зала.

Хранитель посмотрел ему вслед, думая, что Шедоу имел в виду этим жестом.

Он так задумался, что не заметил, как к нему подошла Флора.

—О чём задумался? — спросила она.

—Да так… Ни о чём. — попытался улыбнуться Кейлор, но улыбка вышла кривой.

Внезапно воздух задрожал, в нём заплясали разноцветные искры, и рядом с друзьями материализовались две лисы.

—Флора! — крикнула королева Алинта, увидев дочь. Она уже собиралась броситься к принцессе, но Арес мягко остановил её.

—Флора, — спокойно начал король. — Будь добра, объяснись: что ты делаешь в королевстве Тенебрис?

—У меня к тебе тот же вопрос, Арес, — Шедоу подошёл сзади и, мягко оттеснив Кейлора и Флору, встал между ними, с ледяным спокойствием смотря на короля Эриндора. — Что ты, вместе со своей женой, делаешь в моём королевстве?

—Твой сын похитил мою дочь, — рыкнул Арес. Его тёмно-серые глаза метали молнии.

—Я не похищал Флору! — крикнул Кейлор. — Это вы заперли её в собственном доме.

Алинта при этих словах вздрогнула, но виду не подала.

—Мы сделали это для её же блага, — тихо сказала она.

—Для моего же блага?! — не выдержала Флора. Выйдя из-за спины Шедоу, она подошла к родителям. — Вы заперли меня в комнате, запретив выходить даже в сад! Вы отстранили меня от Совета. Вы лишили меня свободы и возможности видеться с моими единственными друзьями. И после этого вы говорите, что это для моего же блага? — Флора кричала, не обращая внимания на то, как побледнела мать, и как от злости перекосило морду отца. Она была зла и расстроена, и она собиралась выплеснуть на родителей всю боль и злость, что в ней копилась годами.

Король подошёл к ней вплотную, с гневом смотря ей прямо в глаза.

—Как ты смеешь, неблагодарная? — прошипел он. — Мы с твоей мамой волнуемся, делаем всё, чтобы ты была в безопасности. И это то, что мы получаем взамен?

Хранительница с трудом, но выдержала взгляд отца.

—Как вы не понимаете, что делаете меня несчастной? — тихо сказала она. — Я не хочу сидеть во дворце. Я хочу познавать мир, путешествовать, заводить новых друзей. Я хочу… быть хранительницей.

—Мы понимаем, Флора, — мягко вмешалась Алинта. — но ты наша единственная дочка, будущее Эриндора. Если с тобой что-то случится… — она замолчала, не в силах продолжить.

—Нет, вы не понимаете. — грустно покачала головой Флора. — Я не только принцесса Эриндора, я — хранительница. И я призналась вам в этом, потому что надеялась, что вы поймёте меня, но ошиблась…

Она повернулась спиной к родителям, собираясь уходить.

—А ну вернись! — рявкнул король Арес ей вслед. Он был зол, но в его глазах читалась боль.

—Флора, пожалуйста. — прошептала Алинта.

—Я хочу остаться в Тенебрисе. — тихо сказала хранительница, не поворачиваясь. — Хотя бы на какое-то время.

Король и королева Эриндора переглянулись. В этом взгляде было слишком много — и гнев, и страх, и осознание собственного поражения. Без единого слова, в полной тишине, пространство вокруг них снова задрожало. Разноцветные искры вспыхнули и погасли, оставив после себя не пустоту, а тяжёлое, почти осязаемое чувство печали.

Флора стояла посреди зала, опустив голову. По её мордочке текли слёзы боли и отчаяния. Они не поняли, они даже не попытались понять её. Всхлипывая, хранительница выбежала из зала. Её рыжий хвост мелькнул в дверном проёме и исчез.

Кейлор хотел побежать за ней, но Шедоу остановил его.

—Не надо, — тихо сказал он. — Думаю, ей надо побыть одной.

Хранитель не стал спорить. Лишь кивнул. Но в его душе бушевала буря. Он хотел помочь Флоре, хотел защитить её. Но он снова не смог. Вместо этого он позволил принцессе самой постоять за себя. Кейлору казалось, что он поступил мудро и правильно, как и советовал Шедоу. Но какое-то странное, неприятное чувство неудовлетворения собой мешало ему. Он поднял глаза на короля, но того уже не было в зале. Кейлор остался один посреди пустого помещения. Наедине со своими мыслями и переживаниями.

Осеннее солнце во всю светило над королевством Тенебрис, но даже оно не способно было разогнать мрак в душе Флоры. Слёзы были пролиты, но легче ей не стало.

И вот она сидела и смотрела в окно, вглядываясь в темноту леса, где находилось Лунное озеро. Хранительница вдруг вспомнила, что когда они первый раз сражались с волком в маске, то драконы даже не появились, чтобы помочь своим подопечным. И эта мысль порождала в голове Флоры всё новые и новые вопросы: может, драконы просто проверяли новых хранителей? Если так, то чтобы они сделали, если бы Кейлор и Флора тогда погибли? Избрали бы новых хранителей? Почему Чёрный Коготь и Млечный Путь позволили убить её прадеда? И кто всё-таки его убил?

Вопросов было так много, что у принцессы закружилась голова. Она не знала, как и где найти на них ответы, ведь драконы не отвечают, а всё, что было у Флоры — это её сны, которые не только не отвечали на эти вопросы, но и создавали новые.

В дверь тихо постучали, прерывая поток её мыслей. Дверь приоткрылась, и в дверном проёме показалась голова чёрного волка.

—Входи, Кейлор, — улыбнулась Флора, видя, как друг топчется на пороге, не решаясь войти.

Волк подошёл и сел рядом с ней.

—Ты в порядке? — спросил он, сочувственно глядя на неё.

—Уже легче, спасибо.

Кейлор кивнул, не зная, что ещё сказать. Он посмотрел в окно, туда же, куда до этого смотрела Флора.

—Как думаешь, волк в маске выжил? — внезапно спросил хранитель.

Флора застыла, удивлённая его вопросом. В памяти тут же всплыла битва в пещере, когда плоть убийцы стала прозрачной.

—Думаю… да, — после недолгих раздумий ответила она.

—Значит, это ещё не конец, — голос Кейлора стал тихим, в нём слышалась стальная напряжённость. — он ещё вернётся.

—Но мы будем к этому готовы, — уверенно добавила лиса.

Хранитель на это ничего не ответил, он просто продолжал вглядываться в глубь леса, где остался замурованный вход в пещеру.

—Кейлор? — позвала Флора.

Волк вздрогнул и повернулся к ней. Вид у него был растерянный, будто он забыл, где находится.

—И-извини, — смутился хранитель. — Я просто… задумался.

—Всё хорошо, Кейлор. Не беспокойся, — сказала Флора, заглядывая ему в глаза. — Мы со всем справимся. Вместе.

Принц посмотрел на неё. Было видно, что он не уверен в её словах, но не хочет об этом говорить.

—Вместе, — после недолгого молчания наконец сказал он.

Флора улыбнулась. Она была счастлива, что у неё есть такой друг, как Кейлор. И пусть вокруг них сгущается тьма, она точно знала, что вместе они смогут разогнать её и защитить королевства. Не только как хранители, но и как друзья.

— Кейлор, берегись! — крикнула Флора.

Хранитель, который до этого пытался подняться с пола, среагировал быстро, резко отскочив в сторону от прыгнувшего на него Шедоу.

Принцесса с облегчением выдохнула, но расслабляться было рано. Король внезапно исчез из её поля зрения. Она начала лихорадочно искать глазами чёрный силуэт, но увидела только бегущего к ней Кейлора.

— Всегда следите за спиной, принцесса, — раздался сзади тихий голос.

В следующее мгновение её отбросило прямо на хранителя. Она врезалась в него всем своим весом, и вместе они обрушились на каменный пол. Флора поднялась, тяжело дыша. Казалось, будто из неё выкачали весь воздух.

— Ты в порядке? — спросила она Кейлора, помогая тому подняться.

— Д-да, — хрипло выдохнул он.

Шедоу сидел напротив них, с интересом наблюдая за этой картиной.

— На сегодня достаточно, — только и сказал он.

Флора с облегчением вздохнула. Она была рада, когда Кейлор предложил ей потренироваться вместе с ним и Шедоу, но даже представить себе не могла, что король окажется таким сильным. Тем не менее, это был важный урок. Особенно для неё. Ведь она никогда не тренировалась ни с кем, кроме родителей. И то, что её учил волк из другого королевства, было интересным опытом.

Кейлор стоял рядом. Было видно, что он не так воодушевлён, как она. Его морда выражала странную эмоцию, которую хранительница не могла объяснить. Неужели это после их вчерашнего разговора?

Заметив, что лиса пристально, с беспокойством смотрит на него, хранитель резко отвёл взгляд. Ничего не сказав, не кивнув на прощание, он просто развернулся и покинул зал.

— Не волнуйся о Кейлоре, принцесса.

Флора вздрогнула, когда король неожиданно подошёл к ней сзади. Абсолютно бесшумно.

— Как я могу не волноваться? — возмутилась лиса. — Он ведь мой друг. А вы его отец. Вы должны лучше всех знать его состояние.

— Ты права, — немного подумав, ответил король Тенебриса. — Я знаю его состояние. Возможно, даже слишком хорошо. Именно поэтому я настаивал на этой тренировке.

Флора задумалась над его словами. Она хотела спросить, что он имеет ввиду, но Шедоу её перебил.

— Твоя мать сказала, что это ты спасла моего сына от смерти, — он повернул к ней голову, в его синих глазах читалась благодарность, но голос оставался спокойным. — спасибо тебе.

— Я не могла иначе, — смутилась хранительница.

— Знаю. Вот поэтому ты так отличаешься от Ареса.

Флора застыла. Слова короля застали её врасплох. Что он имеет ввиду, говоря, что она отличается от своего отца? Прежде, чем она успела спросить его об этом, король вышел из зала. Флора только увидела, как мелькнула в проёме его тень.

Хранительница осталась одна, наедине со своим вопросом. Что сегодня происходит? То Кейлор, который вдруг вспомнил про волка в маске, теперь его отец со своими загадками. Это всё начинало раздражать лису. У неё и так было много вопросов, на которые не было ответов, так теперь ещё и эти двое подкидывают ей новые задачи.

Флора вздохнула, пытаясь успокоиться. Как бы то ни было, она должна была найти ответы, с помощью драконов, или без.

Глава 9

Комната встретила Кейлора гробовой тишиной, которая звенела в ушах громче любого крика. Он захлопнул дверь и бессильно упал на кровать. Его лапы дрожали, а в горле пересохло. Что, во имя драконов, с ним сегодня происходит? Он не смог не то что защитить Флору, но даже просто посмотреть ей в глаза. Лиса беспокоится о нём, а он ведёт себя как полный идиот!

«Надо бы извиниться перед ней», — подумал Кейлор. Вот только как? Хранитель не сомневался, что подруга простит его. Но ему очень не хотелось, чтобы она задавала вопросы. Что ему тогда говорить? Признаться в своих чувствах? Сказать, что каждый раз, когда она улыбается, у него перехватывает дыхание? Что её смех для него — самый чистый звук в этом тёмном мире, а запах её шерсти, которая пахнет полевыми цветами, сводит с ума? Что мысль о том, что он может её потерять, заставляет кровь стынуть в жилах?

— Идиот. Полный, безнадёжный идиот, — прорычал он в подушку.

Нет, он не станет признаваться. По крайней мере сейчас. Но как долго он сможет держать всё это в себе? Сдерживать бурю, что бушует в его душе, когда он видит, как подруга смотрит на него с искренним беспокойством?

Может, поговорить с Шедоу? Он точно должен знать, что делать. Да, так он и поступит.

Встав с кровати, Кейлор вышел в коридор и, оглянувшись, пошёл к тронному залу.

Шедоу восседал на троне, задумчиво разглядывая какую-то бумажку. При виде сына он отвлёкся от своего занятия и обратился к нему:

— Что-то случилось, Кейлор? Ты выглядишь обеспокоенным.

— Я хочу извиниться перед Флорой, но как это сделать? Она ведь будет задавать вопросы, а я не знаю, как ей объяснить своё состояние. Без… ну, вы понимаете… лишних уточнений, — высказал Кейлор всё как есть.

Шедоу отложил бумагу и внимательно посмотрел на сына.

— Что ж, суть проблемы мне ясна, — сказал Шедоу, его голос, обычно холодный и властный, теперь звучал с неожиданной мягкостью. — Ты боишься, что она отвергнет тебя?

Кейлор молча кивнул.

— Знаешь, Флора — довольно мудрая принцесса. — продолжил король. — Мне кажется, что если ты просто скажешь: «Прости, сегодня я был не в духе», то она поймёт. Не обязательно выкладывать всю правду.

Хранитель отвёл взгляд. Ему почему-то казалось, что король читает его, как открытую книгу. Это ведь действительно была правда, только не вся.

— Спасибо, — тихо сказал он.

— Рад помочь, — ответил Шедоу. — Но ты тоже должен понимать, что рано или поздно тебе придётся открыть правду. Конечно, если ты не хочешь всю оставшуюся жизнь скрывать свои чувства. Вы — хранители, а это значит, что между вами должно быть полное доверие.

Принц кивнул. Он понимал, что отец прав. Его взгляд упал на конверт, лежащий на столике рядом с троном.

— Что это? — поинтересовался Кейлор.

Король мельком посмотрел на бумагу.

— Да так, просто письмо. — отмахнулся он. — От королевы Розы. Приглашает нас на праздник Такеши.

— Ого, — удивился хранитель. Для него было неожиданно, что королева Солары прислала им приглашение на день рождения Коралл, куда даже сам Такеши их не пригласил. — И… что вы думаете об этом?

— Такеши ясно дал понять, что не хочет видеть нас в своём дворце, — сказал Шедоу, и на его морде снова появилось задумчивое выражение. — Но и при этом он не сказал об этом напрямую. — Он поднял взгляд на сына. — Почему бы тебе не пойти с Флорой? Будет хорошим поводом объясниться в неформальной обстановке.

Кейлор на мгновение застыл, удивлённый таким предложением короля.

— А вы не пойдёте? — спросил он.

— Сомневаюсь, что Такеши будет рад меня видеть, — усмехнулся Шедоу. — Да и дел хватает. А тебе, — он жестом указал на дверь, — самое время найти принцессу и пригласить её на бал.

Совет звучал как приказ, но в нём чувствовалась едва уловимая забота. Кейлор снова кивнул, уже более решительно, и повернулся к выходу. Теперь у него был план. И, возможно, немного больше смелости, чтобы его выполнить.

— Войдите, — раздался приглушённый голос за дверью.

Кейлор вошёл в комнату, любезно предоставленную королём временной гостье. Флора возлежала на кровати, а перед ней лежала книга в кожаном переплёте. Яркие лучи осеннего солнца, льющейся из окна, падали ей на шерсть, от чего казалось, что спина хранительницы полыхает огнём. Увидев Кейлора, она вскочила с кровати, забыв закрыть книгу.

— Кейлор! — принцесса подошла к другу. Она улыбалась, но в глазах плескалась тревога. Волк почувствовал, как у него сжимается сердце от этого взгляда. — Ты что-то хотел?

Хранитель опустил голову, не в силах посмотреть в глаза подруге.

— Флора, прости меня. Не знаю, что на меня сегодня нашло. Я был не в духе. — выпалил он на одном дыхании, всё ещё не поднимая головы.

Тишина повисла между ними, густая и звонкая. Улыбка медленно сошла с её мордочки, уступив место растерянности. Кейлор уже был готов к вопросам и упрёкам, но вместо этого Флора мягко подняла его голову, заставляя встретиться взглядом. Её зелёные глаза встретились с его янтарными, и в них он увидел не гнев, а бездонную, тихую печаль.

— Я не сержусь, Кейлор, — тихо сказала она, и её голос прозвучал как шелест опавших листьев. — Я испугалась. Когда ты так резко ушёл… Я подумала, что сделала что-то не так.

— Нет, это не твоя вина, Флора, — поспешно ответил хранитель. Он был удивлён её признанием.

— Но и не твоя, — сказала Флора. — Похоже, что мы просто не поняли друг друга.

Он кивнул, и в его груди что-то болезненно сжалось — не от тревоги, а от нежности. Оттого, что она не стала добивать, копаться в ране, а просто… поняла. Или постаралась понять.

— Да, — согласился он, и голос его наконец обрёл твёрдость. — Не поняли. И это целиком моя вина. Я должен был объясниться сразу, а не бежать, как заяц.

Флора мягко улыбнулась, но не стала возражать. Она отпустила его подбородок, но её взгляд остался на нём, тёплый и внимательный.

Кейлор воспользовался паузой, чтобы перевести дух и зацепиться за второй якорь своего визита — за практичное, конкретное предложение, которое должно было отвести разговор от зыбкой почвы чувств.

— Я хочу загладить свою вину, — осторожно начал он. — Королева Роза прислала приглашение. На праздник в честь дня рождения Коралл. Шедоу считает, что нам стоит пойти вдвоём. В общем… Я хочу пригласить тебя. Ты не против?

Флора посмотрела на него с удивлением. Было видно, что она не ожидала такова предложения. Кейлор уже начал думать, что она откажется, но в следующий момент в её глазах вновь заиграли озорные искорки.

— Зачем ты спрашиваешь? Конечно, я пойду! Как я могу пропустить день рождения моей подруги?

Проходя мимо хранителя, лиса легонько боднула его в плечо.

— Не унывай, Кейлор! — улыбнулась она. — А лучше помоги мне выбрать подарок для Коралл. Не можем же мы идти на день рождения с пустыми лапами.

Кейлор глубоко вздохнул. Он был рад, что ему удалось помириться с подругой. Она не стала расспрашивать, а просто поняла и приняла его извинения. А это было самым главным для него. Поднявшись с пола, он поспешил за принцессой.

Кейлор вместе с Флорой ехали в карете. Они направлялись в королевство Аквария, на долгожданный праздник.

Флора сидела напротив Кейлора и всю дорогу с интересом разглядывала пейзажи, проплывающие за окном. На ней было шёлковое нежно-голубое платье, сшитое королевским портным по приказу короля Шедоу. В лапах она держала коробку с аккуратно повязанной красной лентой.

Хранитель тоже смотрел в окно, но взгляд его время от времени падал на лису. Ему даже начало казаться, что подруга заметила как он смотрит на неё, но не подаёт виду. Но он ничего не мог с собой поделать. В этом платье и со счастливой мордочкой, принцесса выглядела просто обворожительно.

Карета в этот момент преодолела очередной подъём, и за поворотом перед ними внезапно открылся вид. Холмы резко оборвались, и взору предстала бескрайняя, сверкающая под низким осенним солнцем гладь моря. А на скалистом выступе, врезавшемся в бирюзовые воды, подобное гигантской жемчужине или замку из морской пены, сияло белоснежными стенами и лазоревыми куполами королевство Аквария.

— Ого, — выдохнула Флора. И Кейлор был с ней согласен. Он тоже во все глаза уставился на великолепный дворец, сверкающий на солнце, как драгоценный камень.

Карета проехала по мосту, ведущему прямо к замку. У его подножия уже стояли кареты других королевств. В том числе и Эриндора. Кейлор мельком взглянул на Флору, и по выражению её мордочки понял, что она тоже заметила карету из своего королевства, но ничего не сказала.

Вместе они поднялись по широкой лестнице, ступени которой были инкрустированы мозаикой из морских раковин и крошечных голубых камней. Двери — огромные, резные, из тёмного морёного дуба — распахнулись перед ними беззвучно, словно сами собой.

Их встретил гул праздника. Прохладный, чуть влажный воздух дворца был напоён ароматами морской свежести, цветущих водорослей и сладких экзотических фруктов. Звучала тихая, переливчатая музыка — словно капли воды, падающие на хрустальные колокольчики. Сводчатые потолки, выложенные синей смальтой, создавали иллюзию подводного грота, а повсюду стояли огромные прозрачные сосуды, в которых плавали невиданные светящиеся рыбы и диковинные водоросли, мягко освещая зал мерцающим, подводным светом.

Флора застыла на пороге, поражённая величием и красотой зала. Она слышала об Акварии, но ей никогда не приходилось бывать здесь. Кейлор также был поражён увиденным, но его не пленил весь этот пафос. Он искал глазами короля Такеши.

И вот он увидел его. Старый конь со шрамом на губе стоял в нескольких метрах от них и разговаривал с гостями, громко смеясь. Увидев, что кто-то зашёл, он повернулся к новоприбывшим, собираясь, видимо, поприветствовать их. Но, увидев Кейлора, резко изменился в лице. Его морду перекосило от гнева, и хранителю даже показалось, что он услышал, как заскрипели его зубы. Подойдя к ним, Такеши прошипел прямо в морду Кейлору:

— Что ты здесь делаешь, сын Шедоу? Тебя не приглашали.

Волк растерялся, не зная, что ответить. Внезапно он увидел, как к ним подходит королева Роза. Шлейф её жёлтого платья тянулся за ней по полу, а в нежно-розовую гриву были вплетены маленькие жёлтые звёздочки.

— Это я их пригласила, Такеши, — сказала она.

Король Акварии повернулся к ней, с злобой смотря ей в глаза.

— Почему вы пригласили Тенебрис, не посоветовавшись со мной? — спросил он, и каждый звук был тяжёлым, как глыба льда. — Вы прекрасно знаете моё отношение.

Роза не дрогнула.

— Прошу меня простить за то, что не спросила вас, — спокойно сказала королева. — Но я подумала, что ваша дочь, возможно, захочет, чтобы её друзья были на её празднике.

Такеши хотел возразить, но внезапно подошедшая Коралл перебила его.

— Её величество права, папа, — принцесса пыталась говорить спокойно, но было видно, что эта ситуация ей не нравится. — Флора и Кейлор мои друзья, и я хочу их видеть на своём дне рождения.

Такеши посмотрел на дочь так, будто видит впервые в жизни. Его ноздри расширились от сдерживаемого гнева.

Тем временем вокруг уже собрались остальные гости, с интересом смотря на эту картину и перешёптываясь. Король Акварии, видя, что они привлекают внимание, выпрямился и снова повернулся к Кейлору.

— Хорошо, можешь остаться, — проворчал он. — но хоть одно неверное движение и тебя вышвырнут от сюда.

С этими словами Такеши развернулся и растворился в толпе зевак. Наступила неловкая тишина. Коралл первой её нарушила, её голос дрогнул от смущения и стыда:

— Прошу вас… простите его. Он… он не всегда…

— Не извиняйся, — мягко перебила её Флора. Она сделала шаг вперёд, лёгким движением обняв подругу. — Это твой день. И мы здесь для тебя. С днём рождения, Коралл!

Она произнесла это громко, звонко, с такой искренней радостью, что мрачное облако, оставленное Такеши, будто немного рассеялось. Коралл ответила на объятие, и на её мордочке наконец расцвела настоящая, благодарная улыбка.

— Спасибо, Флора! Я так рада, что вы здесь, правда!

Кейлор, всё ещё чувствуя на себе невидимый ожог от взгляда Такеши, тем не менее, кивнул, стараясь придать своему голосу уверенность:

— Поздравляю, принцесса. Спасибо за… приём.

Королева Роза наблюдала за этой сценой с одобрительной улыбкой. Затем её взгляд скользнул по залу, оценивая ситуацию.

— Ну что ж, — сказала она, обращаясь уже ко всем троим, но её слова были адресованы в первую очередь Кейлору и Флоре. — Буря миновала. Постарайтесь не давать повода для новой. А теперь… — она сделала изящный жест в сторону зала, где музыка набирала силу, а слуги расставляли на столах угощения, — наслаждайтесь праздником.

Она кивнула им и плавно направилась к группе других монархов, оставив после себя мягкий запах цветочных духов.

После того, как королева ушла, Флора взяла подарок, который всё это время стоял на полу, и торжественно вручила его имениннице.

— Надеюсь, тебе понравится, — улыбнулась хранительница. — мы выбирали его вместе с Кейлором.

Взяв подарок, Коралл аккуратно развязала ленту и открыла его. Внутри лежало ожерелье из золотых камней.

— Вау, это… невероятно красиво! — ахнула принцесса и её глаза заблестели. — Спасибо вам большое.

Так они и разговаривали, делились новостями. Коралл была очень удивлена, услышав от Флоры, как родители заперли её, как Кейлор потом её спас, и что теперь она живёт в Тенебрисе.

Кейлор стоял рядом, вслушиваясь в разговор подруг, и время от времени оглядывая зал. Гости веселились, пили вино, танцевали. Атмосфера была спокойная и праздничная, пропитанная весельем и запахом морского бриза. Но в душе Кейлора ёрзал червячок тревоги. Ему почему-то казалось, что вот-вот что-то случится.

Флора внезапно замолчала и уставилась на него, словно почувствовав его состояние.

— Кейлор, всё хорошо? — мягко спросила она.

Хранитель опустил взгляд, не зная, что ответить.

— Да, я в порядке, не переживай, — тихо сказал он.

Коралл, стоявшая рядом и наблюдавшая за ними, вдруг улыбнулась. В её глазах цвета морской волны блеснула хитрая искорка.

— Извини, Флора, мне нужно идти, — как бы невзначай сказала она. — повеселитесь тут без меня, хорошо?

— Да, конечно, — кивнула лиса.

Когда Коралл ушла, Кейлор вдруг почувствовал, как между ним и Флорой повисло какое-то напряжение. Принцесса молчала, всё ещё с тревогой смотря на него. Музыка тем временем набирала силу, переходя в новый, более плавный и меланхоличный мотив — томный, текучий вальс, который казался звуковым воплощением самого дворца. Звуки флейт и арф словно обволакивали их, приглашая, настаивая. Кейлор увидел, как взгляд Флоры на мгновение скользнул в сторону танцующих пар, где ткани платьев кружились, образуя гирлянды из цвета и света.

— Музыка… красивая, — неуверенно произнесла она, ломая тишину.

«Ты тоже» — хотелось сказать Кейлору, но он промолчал. Вместо этого он неуверенно протянул к ней лапу, чувствуя, как краснеет.

— Флора, ты… потанцуешь со мной? — выдавил он.

Лиса резко обернулась к нему. Её удивлённый взгляд скользнул по его лапе и остановился на нём.

— Потанцевать… с тобой? — прошептала она.

Кейлор, решив, что молчание — знак отказа, уже начал опускать лапу, чувствуя, как сердце падает куда-то в пятки. Но в тот же миг её мягкая, тёплая лапка перехватила его.

— С удовольствием, — сказала она, нежно улыбаясь.

И прежде чем Кейлор успел перевести дух или сказать хоть слово, она уверенно повела его за собой, прочь от безопасной тени колонн, прямо в сверкающий центр зала, где свет был ярче, а взглядов — больше.

— Ты хоть умеешь танцевать? — спросила она, оглянувшись на него через плечо. В её глазах теперь плескалась не тревога, а озорная искорка.

— Н-нет, — только и ответил он.

— Отлично! — её глаза заблестели ещё ярче. — Значит, я тебя научу.

Она положила одну его лапу себе на плечо, а вторую на талию. Свои же лапы она положила ему на плечи.

— Слушай музыку, — прошептала она. — и не смотри под лапы, смотри на меня.

И они закружились в танце. Неуверенно, неловко. Кейлор даже один раз наступил Флоре на лапу. Он уже хотел извиниться, но лиса только тихо рассмеялась.

— Ничего страшного. Давай попробуем ещё раз.

Она снова начала вести его. Кейлор, следуя её совету, поднял глаза от своих лап и посмотрел на неё. В этот раз их движения стали более плавными. Хранитель хотел оглянуться, потому что ему начало казаться, что все на них смотрят. Но он просто не мог оторваться от этих зелёных глаз напротив. Он уже не слышал музыки. В его ушах звучал только шёпот Флоры, мерно отчитывающий шаги. «Раз… два… три».

В этот момент он начал забывать, что он хранитель и принц Тенебрис. Сейчас для него существовала только принцесса Эриндора и их танец. Все проблемы ушли на задний план. Остались лишь счастье и чувство безопасности. Как когда-то с мамой…

И тут музыка оборвалась.

А потом внезапно раздался крик и звук разбитого стекла. Гости, которые до этого мирно танцевали, все как один засуетились и запаниковали. Кто-то кричал, кто-то бежал к выходу. Из всего этого хаоса выбежал Такеши. Его взгляд метнулся к Кейлору, будто это он был виновником происходящего.

— Охрана, живо ко мне! — крикнул он, направляясь к хранителю.

Кейлор отступил, когда король резко подошёл к нему вплотную.

— Я предупреждал тебя, сын Шедоу, — прошипел он.

— Но я не… — хотел сказать Кейлор, но запнулся, посмотрев за спину Такеши.

Король, проследил за его взглядом и повернулся.

Перед ними, окружённый стражей, стоял волк с серебристой шерстью. Его морду скрывала изрядно потрескавшиеся чёрная маска, а на шее всё также висел кулон с бирюзовым камнем.

— Что случилось, у нашего хранителя проблемы? — произнёс он наигранно слащавым голосом

Глава 10

Флора застыла, взирая на внезапно появившегося врага, который очень сильно изменился с их последней встречи. Его шерсть, когда-то цвета чистого серебра, теперь приобрела грязный оттенок, а на чёрной маске виднелись трещины.

— Кто ты такой? — рявкнул Такеши. Его голос дрожал от гнева. — Воин Тенебрис?

Услышав это, волк в маске громко рассмеялся. Его смех отразился от стен в внезапно притихшем зале.

— Воин Тенебрис? Я? — закончив смеяться, сказал волк. Он провёл когтем по краю отверстия для глаз маски, будто вытирая слезу. — Нет, король Такеши. Вопреки вашим предрассудкам, я не воин Тенебрис. Я вообще не принадлежу ни к одному королевству. И я здесь, — убийца сделал паузу, обводя глазами толпу гостей. Его взгляд остановился на Кейлоре. — За вашим хранителем.

Флора почувствовала, как Кейлор напрягся при этих словах.

— Ты очень глуп, раз явился сюда, — сказал он, делая шаг вперёд. — Оглянись, ты в меньшинстве.

Волк в маске на это лишь усмехнулся.

— Представители восьми королевств, — громко сказал волк, обращаясь к монархам. — Я даю вам ровно минуту, чтобы вы убрались отсюда. Время пошло.

Услышав предупреждение, гости ринулись к выходу, крича и толкая друг друга.

Когда зал практически опустел, Флора почувствовала, как чья-то мягкая лапа легла ей на плечо. Хранительница обернулась. Перед ней стояли король и королева Эриндора. Алинта, положив лапу на плечо дочери, смотрела на неё испуганными глазами, в которых читался настоящий ужас. Она дрожала. Флора чувствовала это по её прикосновению.

Арес стоял рядом. Он выглядел более спокойным, чем его жена. Но принцесса знала, что он тоже боится.

— Флора, — прошептала королева. Её голос был едва слышен над затихающим гулом за дверями. — Идём с нами. Сейчас же.

Это был не приказ. Это была мольба. У хранительницы сжалось сердце, но она смело выдержала полный боли взгляд матери.

— Нет, мама, — твёрдо сказала она. — Кейлор — мой друг. И я останусь, чтобы помочь ему.

— Не говори ерунды! — разозлился Арес. — Это проблема принца Тенебрис, не твоя.

— Это и моя проблема тоже, — парировала Флора. — Мы хранители, а это значит, что волк в маске — наш общий враг.

Не говоря больше ни слова, она отстранилась от матери и отвернулась.

— Какая милая семейная драма, — усмехнулся волк в маске, наблюдавший за ними. — Но твои родители правы, хранительница. Беги, пока не поздно.

— Я не убегу, — ответила принцесса, смело смотря прямо в бирюзовые глаза за маской.

Волк в маске устало вздохнул.

— Что ж, в таком случае вы оба умрёте.

Слова убийцы повисли в воздухе, как туман. И сквозь этот туман внезапно раздался стук копыт по мраморному полу. Королева Роза вышла вперёд, встав между Флорой и Кейлором.

— Я не знаю, кто ты такой, — сказала она. Её голос звучал спокойно, но в нём не было больше той доброй королевской мудрости, которой она наставляла хранителей в самом начале праздника. В нём слышалась холодная напряжённость и оценка врага. — Но ты стоишь на землях, где правит закон восьми королевств. Ты окружён. Шансов у тебя нет. Отступи. Пока я даю тебе такую возможность.

— Отступить? — волк усмехнулся. Повернув голову, он посмотрел на Кейлора, и в его глазах мелькнула ненависть, которую он до этого не показывал. — Нет уж, я ждал слишком долго, чтобы отступать, — прошипел он, обращаясь больше к хранителям, чем к Розе. — Вы, хранители, ищете своё предназначение и даже не понимаете, что за вас уже давно всё решено. Как думаете, почему ваши покровители не явились, чтобы помочь вам?

Вопрос прозвучал как гром среди ясного неба. Флора замерла, чувствуя, как колотится сердце. Она же сама совсем недавно задавалась этим вопросом.

Глаза Такеши метнули молнии. Его терпение, и без того висевшее на волоске, лопнуло.

— Хватит разговоров! — взревел он. — Стража, схватить этого безумца!

Копья стражи, до этого момента замершие в нерешительности, дёрнулись вперёд. Но прежде, чем они успели что-то сделать, волк в маске поднял лапу, и всё пространство вокруг них вспыхнуло огнём, очертив круг и изолировав убийцу и хранителей от остальных присутствующих.

— Что ж, теперь, когда нам никто не помешает, — голос убийцы прозвучал тихо, его заглушали треск огня и крики родителей Флоры, оставшиеся за стеной. — Давай закончим то, что начали в пещере, наследник Тенебриса.

Кейлор вышел вперёд, закрывая собой Флору. Он был напряжён, каждый его мускул дрожал, а острые когти царапали пол. Лиса видела, что ему очень хочется впиться в горло убийце его матери, но она не могла этого допустить, пока волк в маске не ответит на её вопросы.

Выйдя из-за спины Кейлора, она положила лапу ему на плечо, а сама обратилась к волку:

— Ты сказал, что за нас уже давно всё решено. Что ты имел ввиду?

— Хорошая попытка, принцесса, — убийца улыбнулся, но это была не добрая улыбка. Это была улыбка хищника, который насмехается над своей добычей. — Но почему я должен отвечать на твой вопрос? Я ведь здесь явно не за этим.

Его глаза вновь вцепились в Кейлора. Тот встал в боевую стойку, приготовившись к битве.

— Кейлор, подожди, я… — прошептала хранительница, наклонившись к уху волка.

Но хранитель не стал её слушать. Резко прыгнув на врага, он намеривался ударить его сгустком чёрного огня. Но волк в маске всего лишь сделал шаг в сторону, и Кейлор плашмя упал прямо на то место, где только что стоял убийца. Хранитель попытался подняться, но волк в маске прижал его к полу своей мощной лапой. Он уже собирался прикончить Кейлора, как вдруг ударившая ему в голову сияющая сфера остановила его, тем не менее не причинив никакого вреда. Волк ослабил хватку, и этой секунды хватило хранителю, чтобы прийти в себя. Резко вскочив, он одним мощным ударом оттолкнул от себя убийцу. Тот, не ожидавший такого выпада от хранителя, отошёл назад, таким образом оказавшись по середине круга, между Кейлором и Флорой.

Хранительница сорвалась с места, стремясь запрыгнуть на спину волка. Но в этот момент убийца резко развернулся и, взмахнув лапой, отбросил лису от себя.

Принцесса отлетела и, ударившись об пламенную стену, упала на землю. Она вскрикнула от боли, когда огонь обжёг ей спину.

— Флора!

Кейлор бросился на помощь подруге, но волк в маске встал у него на пути.

— Прочь с дороги! — зарычал хранитель.

— Ты так волнуешься за свою принцессу? — не обращая внимания на угрозу принца, спросил убийца. — Как мило. Знаешь, а я ведь тоже когда-то любил, — голос волка стал тихим, словно он поддался воспоминаниям. В его глазах на мгновение плеснулась грусть, которая тут же исчезла, сжигаемая огнём ненависти. — Вот только Чёрный Коготь лишил меня всего. Любви, счастья и какой-либо надежды.

Пока убийца потерял бдительность, Кейлор воспользовался моментом. Он рванулся вперёд, расправил крылья и, перелетев через волка в маске, приземлился рядом с Флорой.

Хранитель склонился над лисой, осматривая её на наличие ран. Там, где спина принцессы соприкоснулась с огнём, была выжжена шерсть, а на покрасневшей коже уже выступали волдыри.

— Флора, как ты? — прошептал волк в ухо подруге.

— Н-нормально.

Хранительница попыталась встать, рыча от боли. Кейлор аккуратно подставил ей плечо, помогая подняться.

Волк в маске уже стоял к ним мордой и смотрел на хранителей с нескрываемым интересом.

— Необычно, — произнёс он, и в его голосе не было ни угрозы, ни насмешки, только задумчивость. — Мне ещё не доводилось видеть хранителей, которые бы так заботились друг о друге. Что ж, признаю, я вас недооценил, наследники.

Кейлор, убедившись, что Флора твёрдо стоит на лапах, сделал шаг вперёд.

— И это было твоей ошибкой, — зарычал хранитель. Его шерсть встала дыбом от гнева.

— И ты поплатишься за эту ошибку, — лиса встала рядом с другом.

— Ну тогда нападайте, — усмехнулся волк в маске. — Покажите, на что способны.

Хранители бросились вперёд. Вместе. Плечом к плечу.

Флора уже не обращала внимания на боль. Она должна была остановить убийцу. Защитить свою семью, защитить королевства, защитить Кейлора. Сейчас это было для неё первостепенной задачей.

Кейлор первым напал на волка в маске. Он прыгнул, целясь в горло убийце. И в тот момент, когда волк в маске хотел увернуться, Флора внезапно телепортировалась за его спину и, прыгнув, вцепилась ему в плечо. А Кейлор в это время вцепился ему в горло.

Убийца зарычал от боли и попытался сбросить лису и волка с себя. Внезапно всё его тело вспыхнуло ослепительным сиянием. И в следующий миг хранителей отбросило в разные стороны.

Флора поднялась, тяжело дыша. Обожжённая спина снова дала о себе знать, отозвавшись острой резкой болью.

Кейлор на противоположной стороне «арены» тоже с трудом поднялся на лапы.

— Неплохая попытка, — сказал волк в маске, приглаживая взъерошенную шерсть. — Но провальная, — Он сделал шаг к Кейлору. — Пора заканчивать с играми, хранитель.

— В этом ты прав, — раздался низкий голос. — Пора заканчивать.

Убийца резко обернулся.

Рядом с тем местом, где стояла Флора, огненная стена внезапно потухла, и в круг вошёл король Шедоу, а следом за ним появились Арес и Алинта, которые тут же бросились к дочери. Но Шедоу даже не взглянул на неё. Его взгляд был прикован к волку в маске.

— Вот мы и встретились, ублюдок, — прорычал он.

— Король Шедоу, — волк в маске сделал театральный поклон. — Очень рад наконец-то с вами познакомиться.

Флора заметила, как чёрный волк выпустил когти, а его шерсть встала дыбом.

— Не могу сказать того же, — ответил Шедоу.

Кейлор встал рядом с отцом.

— Сдавайся, тебе некуда бежать, — сказал он.

В это время огонь потух ещё больше, оставив только небольшую область позади убийцы. И тогда Флора увидела, что на том месте, где только что была стена из пламени, стоят представители всех королевств. Их взгляды были устремлены на волка в маске. В их глазах больше не было страха, была лишь холодная решимость и презрение к врагу.

Убийца на мгновение замер от удивления. А затем тихо усмехнулся.

— Некуда бежать, говоришь?

Он отступил назад. Пламя позади него вспыхнуло, отбрасывая на убийцу длинную тень. Волк шагнул в огонь, который тут же поглотил его.

— До встречи, хранители, — прозвучал напоследок его голос.

Пламя погасло, оставив после себя лишь выжженный круг на совсем недавно блестевшем мраморе.

В наступившей тишине было слышно, как потрескивают догорающие искры и как тяжело дышит Флора.

— Дорогая, ты в порядке? — спросила королева Алинта, прижимая дочь к себе. Её голос дрожал, а на глазах выступили слёзы.

— Всё хорошо, мама, — постаралась успокоить королеву хранительница.

Флора встала и направилась к Кейлору и Шедоу, игнорируя попытки матери удержать её.

Хранитель при её приближении повернулся.

— Ты в порядке? — спросила Флора.

— В норме, — кивнул Кейлор. Его взгляд упал на ожог на спине лисы. — Но вот ты…

— Я в порядке, не переживай, — отмахнулась хранительница. — Это просто ожог. Заживёт.

Кейлор не стал спорить. Но по его взгляду Флора поняла — он не поверил ни единому слову.

Король Шедоу, казалось, не слышал их разговора. Он стоял и смотрел на выжженное пятно на полу с таким выражением, будто там всё ещё стоял волк в маске.

— Кто-нибудь объяснит мне, что здесь только что произошло? — резко спросил Такеши, обращаясь к хранителям и Шедоу. — Это ведь твоих лап дело. Не так ли, Шедоу?

Король наконец поднял взгляд на коня. В его глазах читалась смесь боли и гнева.

— Давайте не будем сейчас разжигать конфликт, Такеши, — тактично вмешалась королева Роза. Она обвела взглядом присутствующих монархов и громко произнесла:

— Я предлагаю устроить завтра Совет, чтобы обсудить случившееся.

Короли и королевы зашептались между собой, но никто не высказал возражений.

— Такеши, вы не против? — обратилась Роза к королю.

Конь фыркнул, но ничего не сказал.

Королева повернулась к Шедоу. В её глазах плеснулось беспокойство, когда она посмотрела на чёрного волка.

— Шедоу?

Король Тенебрис кивнул.

— Хорошо, — сказала Роза. — Тогда завтра жду всех на Совете.

Монархи начали расходиться. Кто-то перешёптывался, кто-то бросал настороженные взгляды на Шедоу и его сына, кто-то просто спешил покинуть зал.

Перед тем, как тоже уйти, Такеши подошёл к Шедоу и, ткнув копытом ему в грудь, зло прошипел:

— Ты заплатишь за то, что случилось сегодня. И мне всё равно, твоя это вина или нет.

Король твёрдо выдержал его взгляд.

— Не волнуйтесь, Такеши, — спокойно сказал он. — Я всё возмещу.

— Уж будь добр, — фыркнул конь и, метнув взгляд полный ненависти на Кейлора, покинул помещение.

Флора посмотрела ему вслед. Она знала, что король Акварии всегда с подозрением относился к Тенебрису, но не могла понять, от куда взялась эта ненависть.

Внезапно раздался стук копыт, и к ним подбежала Ко́ралл, испуганная и взъерошенная. За ней шёл молодой конь-стражник с голубой шерстью и золотистой гривой.

— Флора, Кейлор, вы в порядке? — спросила Ко́ралл.

— Всё хорошо, не переживай, — ответила Флора, хотя спина болела так, что ей было тяжело стоять.

Ко́ралл недоверчиво прищурилась, окидывая взглядом подругу.

— Не переживать? — переспросила она. — Флора, ты же ранена! Тебе срочно нужно к доктору!

— Со мной всё будет хорошо, — упрямо повторила лиса.

— Её сиятельство права, принцесса, — вмешался конь с золотистой гривой. — Вы выглядите не очень.

— Спасибо, что поддержал, Альтаир, — обратилась Ко́ралл к стражнику.

— Это твой друг? — спросила Флора, желая сменить тему.

— Да, — кивнула принцесса.

Конь поклонился.

— Приятно познакомиться, принцесса Флора и принц Кейлор. Её сиятельство много рассказывала про вас.

— Не называй меня «её сиятельство», — недовольно пробурчала Ко́ралл.

Альтаир сделал вид, что не заметил возмущения принцессы.

— Скажите, а это правда, что вы хранители? — спросил он.

Флора и Кейлор переглянулись.

— Да, мы хранители, — кивнул Кейлор.

— Но почему ты не рассказывала мне? — обратилась Коралл к Флоре. — Я думала, что у нас нет секретов друг от друга.

Лиса опустила голову. Ей вдруг стало стыдно перед подругой.

— Мы сами совсем недавно узнали об этом, — промямлила она.

— Совсем недавно? — переспросила Ко́ралл, и в её голосе послышалась обида. — Флора, мы знакомы с детства. Я рассказывала тебе всё. А ты даже не сказала, что стала хранительницей!

— Прости меня, Ко́ралл, — прошептала Флора. — Даже для нас с Кейлором это стало неожиданностью. И ты знаешь, какие у меня отношения с родителями. Я не хотела… чтобы ты тоже беспокоилась за меня.

В глазах Ко́ралл мелькнул тёплый огонёк. Она подошла к Флоре и крепко обняла её.

— Глупышка, конечно же я буду беспокоиться за тебя, — сказала она. — Но в отличие от твоих родителей я понимаю, что ты не маленький ребёнок, которого нужно прятать за семью замками. Ты — хранительница. И если драконы выбрали тебя, значит, ты справишься.

Флора почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Она даже не думала, как для неё важны были эти слова.

— Спасибо, — прошептала она, когда лошадка выпустила её из своих объятий. — Ты даже не представляешь, как много это для меня значит.

— Представляю, — усмехнулась Ко́ралл. — Я же твоя лучшая подруга. Это моя работа — знать такие вещи.

Они не заметили, как к ним подошёл король Шедоу, который всё время их разговора стоял в стороне, о чём-то переговариваясь с королевой Розой.

— Нам пора, Кейлор, — сказал король. Он выглядел спокойным, но Флора уловила в его голосе едва заметную дрожь. — Принцессе Флоре тоже нужно отдохнуть. Вы встретитесь завтра на Совете.

Кейлор с тревогой взглянул на подругу.

— Не беспокойся обо мне, — улыбнулась лиса. — Увидимся завтра.

Хранитель кивнул и, попрощавшись с Ко́ралл и Альтаиром, поспешил за отцом.

— Нам тоже пора, Флора, — принцесса вздрогнула, услышав голос матери. Королева Алинта подошла к дочери и обвила её пушистым хвостом. — Принцесса Ко́ралл права, тебе нужен отдых.

Флора хотела возразить, но мать уже мягко, но настойчиво увлекала её к выходу из зала. Хранительница оглянулась на Ко́ралл и Альтаира, которые с тревогой смотрели ей вслед.

— Выздоравливай! — услышала лиса голос подруги прежде, чем дверь за их спинами захлопнулась.

— Вы сердитесь? — спросила Флора, когда они шли по коридору.

— Нет, мы не сердимся, — ответил король Арес, шагая рядом с ней.

— Мы гордимся тобой, — добавила Алинта.

Хранительница остановилась. Она ожидала услышать что угодно, но только не это.

— Гордитесь? — переспросила она. — Но я ослушалась вас. Сначала сбежала из замка, потом ринулась в бой, хотя вы отговаривали меня.

— Ты поступила правильно, — произнесла Алинта, тоже остановившись. — Мы были так глупы, когда запрещали тебе быть собой. Мы заперли тебя, оградили от мира. Мы думали, что так сможем защитить тебя, но в итоге сделали только хуже, — её голос задрожал от сдерживаемых слёз.

— Но сегодня мы поняли, насколько сильно ошибались, — продолжил Арес. — Ты проявила невероятную смелость, Флора. Да, ты ослушалась нас, но ты сделала это, чтобы защитить королевства и своего друга.

Флора застыла, не веря своим ушам. Она столько лет прожила под опекой родителей, что сейчас просто не могла поверить, что это всё наяву.

— Получается… вы больше не будете меня запирать? — только и смогла произнести она.

— Не будем, — улыбнулась Алинта, вытирая слёзы.

Флора почувствовала, как к горлу подступает комок. Она так долго ждала этих слов, так мечтала, чтобы родители наконец-то услышали её. И вот её мечта сбылась.

— Я… — начала она и осеклась, потому что голос предательски дрожал.

— Ты наша дочь, — мягко сказала Алинта. — И мы всегда будем тебя любить. Но мы больше не будем тебя ограничивать. Ты выросла, Флора. И сегодня ты доказала это не только нам, но и всем королевствам.

Хранительница не выдержала. Она шагнула вперёд и обняла мать. Алинта аккуратно обняла её в ответ, стараясь не задеть рану.

— Прости нас, Флора, — прошептала она.

— И вы меня простите, — всхлипнула принцесса. — Простите, что доставила вам столько проблем.

Флора подняла взгляд на отца. Тот стоял рядом, его глаза были влажными от слёз. Заметив, что дочь смотрит на него, он поспешно отвернулся.

— Ну хватит, — сказал он, шмыгнув носом. — А то сейчас все увидят, что король Эриндора плачет в коридоре. Такеши меня засмеёт.

Алинта рассмеялась сквозь слёзы, и Флора присоединилась к ней. Впервые за долгое время она могла себе позволить забыть обо всех проблемах и вопросах, что терзали её, и просто побыть собой.

— Идём, — сказала Алинта наконец. — Тебе правда нужно отдохнуть. Завтра будет трудный день.

Принцесса не стала спорить. Она просто позволила родителям вести себя, чувствуя, как боль от ожога смешивается с усталостью.

— Спасибо, — прошептала она. — Я вас очень люблю.

— И мы тебя любим, дорогая, — почти хором отозвались король с королевой.

Вместе они вышли во двор, где их уже ждала карета. Родители помогли Флоре забраться внутрь и сами сели напротив. Карета мягко тронулась, увозя их от дворца. Флора откинулась на мягкие подушки, мерный стук колёс убаюкивал её.

Но прежде, чем позволить усталости полностью поглотить себя, лиса посмотрела в окно, на проплывающие мимо пейзажи. Столько всего произошло сегодня: нападение волка в маске, разговор с Коралл, признание родителей… Слишком много для одного дня.

Флора прикрыла глаза. Усталость и боль взяли своё, и принцесса погрузилась в сон.

Глава 11

Совет был в самом разгаре.

Монархи бурно обсуждали произошедшее, споря, перебивая друг друга и бросая настороженные взгляды на Флору и Кейлора.

Король Такеши стучал копытом по мраморному полу, требуя немедленных действий против Тенебриса. Король Файрфелла, Фирион, призывал к осторожности, напоминая, что волк в маске — общий враг. Представитель Арктосии хранил молчание, но его взгляд был красноречивее любых слов.

—Хватит! — голос королевы Розы прорезал шум, как острый клинок. Она обвела взглядом собравшихся. — Мы здесь не для того, чтобы обвинять друг друга. Мы здесь, чтобы понять, что произошло, и решить, что делать дальше.

—А что тут понимать? — фыркнул Такеши. — Этот волк пришёл за наследником Тенебриса. Значит, проблемы Тенебриса — это теперь проблемы всех королевств?

—Он угрожал всем нам, — возразила Роза. — Так что это касается нас всех.

—Может, нам стоит выслушать тех, кого это касается больше всего? — предложил король Фирион.

Все взгляды обратились к хранителям. Флора почувствовала, как дрожит под пристальным взором королей. Королева Алинта обвила дочь хвостом, словно пытаясь оградить её от всего мира.

—Всё хорошо, мама, — шепнула Флора, чувствуя, как материнское тепло придаёт ей сил. Она глубоко вздохнула и поднялась с места.

—Представители восьми королевств! — громко произнесла она, стараясь придать голосу уверенность. — Вы правы, этот волк действительно пришёл за принцем Кейлором. Мы с ним несколько раз сражались с волком в маске. Но, к сожалению, мы не знаем ни его имени, ни цели.

—Очень исчерпывающая информация, — проворчал Такеши.

—Однако, — продолжила Флора, стараясь не обращать внимания на сварливого коня. — Нам точно известно, что он каким-то образом связан с хранителями и драконами.

Совет притих, обдумывая сказанное. Даже король Акварии не пытался язвить.

—Но почему волк в маске хотел убить принца Кейлора? — после недолгого молчания спросил король Арктосии, Эйрвен.

—Мы не знаем, — отозвался хранитель. — Но он… убил мою маму, королеву Луну.

В воздухе повисла напряжённая тишина. Все взгляды были устремлены на Кейлора и Шедоу.

—Ты знал об этом? — тихо спросила королева Селена, обращаясь к Шедоу. В её бледно-голубых глазах плескалась такая боль, что у Флоры сжалось сердце.

—Узнал только после возвращения Кейлора, — ответил король Тенебриса.

—И ты ничего не сделал?! — Селена резко встала, с гневом смотря на Шедоу.

Чёрный волк отпрянул, словно от удара.

—Ты и так не смог защитить мою дочь, а теперь моего внука хотят убить, а ты сидишь, сложа лапы! — продолжила королева Кристалии. — Ты даже не попытался остановить убийцу, когда он был прямо перед тобой!

Голос королевы Селены звенел от гнева и боли, отражаясь от стен зала. По её светло-серой шерсти текли слёзы.

—Бабушка, пожалуйста… — Кейлор шагнул к ней.

—Ты не понимаешь, дорогой, — прошептала Селена. — Твоя мама была для нас всем. Она любила твоего отца, а он… он не смог уберечь её.

Шедоу стоял неподвижно, словно каменное изваяние. Только синие глаза выдавали его внутреннее состояние.

—Селена, — мягко сказала королева Роза. — Я понимаю вашу боль. Мы все её понимаем. Но сейчас…

—Не стоит, Роза, — внезапно вмешался Шедоу.

Король Тенебриса подошёл к старой волчице. Кейлор сделал шаг назад, уступая ему место.

—Вы правы, — глухо сказал он. — Я не смог защитить Луну. И я не смог остановить убийцу. Но клянусь вам, Селена, — его голос дрогнул. — я сделаю всё, чтобы защитить нашего сына.

Селена только горько усмехнулась, а Шедоу продолжил:

—Луна была всем для меня. Она была моим светом в тёмном мире Тенебриса. А я… меня не было рядом, когда моя жена и сын больше всего нуждались во мне.

Селена подняла взгляд на волка. Огонь гнева в её глазах погас, остался лишь пепел боли и… понимания.

—Ты правда любил мою дочь? — всхлипнула она.

—Больше жизни, — кивнул Шедоу.

Старая волчица долго смотрела на Шедоу, а потом тихо произнесла:

—Я так долго винила тебя в смерти Луны, что начала забывать, что это была не твоя вина. Я знала, как моя доченька любила тебя, и поэтому не смогла простить тебе то, что ты не смог её уберечь.

—Я знаю, что ты не сможешь простить меня, но… — он не договорил, потому что Селена перебила его:

—Я постараюсь простить тебя, Шедоу. Но на это понадобится время.

Король Тенебриса взглянул на неё с удивлением, которое затем сменилось благодарностью.

—Спасибо, — прошептал он.

Селена кивнула.

Они стояли так — король Тенебриса и королева Кристалии, разделённые горем, но объединённые любовью к одной и той же потерянной душе. И Флора вдруг поняла, что это, наверное, и есть самое главное. Не месть. Не война. А возможность исцелить старые раны и идти дальше — вместе.

—Ваши величества, — подала голос Роза, когда эмоции немного улеглись. — Предлагаю продолжить Совет. У нас много дел.

—Да, конечно, — сказала королева Селена, вытирая слёзы. — Простите нас за эту сцену.

—Что ж, — начала Роза, когда все успокоились и заняли свои места. — Теперь, когда мы прояснили отношения, давайте вернёмся к главному вопросу: что нам делать с волком в маске?

—Нужно найти его раньше, чем он нанесёт следующий удар, — твёрдо сказал Шедоу. — Я знаю, что он не остановится. Он будет преследовать Кейлора, пока не добьётся своего.

—Но где его искать? — спросил король Талион. — У нас нет ни единой зацепки.

В зале повисла тишина. Монархи переглядывались, понимая, что король прав.

—Я предлагаю следующий план, — сказала наконец Роза. — Король и королева Эриндора будут охранять принцессу Флору, а король Шедоу возьмёт на себя заботу о принце Кейлоре. — Алинта кивнула, прижимая к себе Флору. Шедоу также не стал возражать. — В это время все остальные королевства, — продолжила королева Солары, — тщательно обыщут свои земли в поисках волка в маске.

Монархи кивнули, выражая своё согласие. Король Такеши, поразмыслив, тоже кивнул.

—Хорошо, — произнесла Роза. — Раз мы обсудили все детали плана, объявляю Совет закрытым.

Все начали подниматься со своих мест, обмениваясь короткими фразами и настороженными взглядами.

—Пойдём, — сказала королева Алинта дочери, мягко ведя её к выходу из зала. Но Флора вдруг остановилась и посмотрела матери в глаза.

—Ты что, снова запрёшь меня? — спросила она.

Алинта застыла, явно не ожидая такого вопроса.

—Я не собираюсь тебя запирать, — наконец тихо сказала она. — Мы договорились — больше никаких клеток. Но какое-то время ты будешь находиться под охраной. — Заметив боль в глазах дочери, она добавила: — Не потому что я не доверяю тебе, а потому что я люблю тебя и боюсь за тебя.

Флора на секунду задумалась над словами матери.

—Ладно, — наконец пробурчала она. — Но дай слово, что если волк в маске снова решит напасть на Кейлора, то ты разрешишь мне отправиться к нему.

—Хорошо, — произнесла королева с улыбкой, но в её глазах читалось беспокойство. — Но ты тоже дай мне слово, что будешь осторожна.

—Обещаю, — вздохнула Флора.

Кейлор брёл по коридорам дворца Солары. Он искал короля Шедоу, который куда-то пропал после Совета.

Вот наконец, проходя по очередному коридору, где на стенах висели картины и обелиски с изображением солнца, волк услышал тихие голоса, доносившиеся из-за закрытой двери.

Подойдя ближе, хранитель прижал ухо к светлому дереву и прислушался.

—Это не твоя вина, Шедоу, — услышал он голос королевы Розы. — Ты не мог предвидеть, что волк в маске нападёт.

—Я должен был предвидеть, — глухо ответил Шедоу. — Этот урод охотится за моим сыном. И я сам отправил Кейлора к нему в лапы.

—Ты слишком много на себя берёшь, дорогой, — сказала Роза. — Ты не виноват в смерти Луны. Что бы не говорили Такеши и Селена.

—Но они правы, — в голосе Шедоу звучала такая боль, что у Кейлора сжалось сердце. — Я не смог защитить её. Я не смог защитить Кейлора тогда. И вчера я снова едва не потерял его.

—Этого больше не повторится, — голос королевы Розы стал твёрже. — Мы остановим убийцу. Вместе. Ты не один, Шедоу. Многие королевства на твоей стороне.

Шедоу на это только усмехнулся.

На какое-то время воцарилась тишина.

—Послушай, — произнесла королева после недолгого молчания. — Мне действительно очень жаль, что так вышло. И… мне жаль, что меня не было рядом, когда тебе нужна была поддержка после смерти Луны.

—Тебе не за что извиняться, — произнёс Шедоу. — Ты просто не хотела портить свою репутацию. Ни кто бы не понял, если бы ты захотела помочь королю Тенебриса.

Кейлор услышал, как королева Роза обиженно фыркнула. Но через мгновение снова смягчилась.

—Дело не в репутации, Шедоу, — мягко сказала она. — Дело в том, что ты сам не позволил никому помочь тебе. Ты закрылся в своём горе и отгородился от всего мира. Я пыталась пробиться сквозь эту стену, но ты не хотел никого слышать.

—Я не мог иначе, — произнёс Шедоу. — Каждый раз, когда я видел кого-то из прошлой жизни, я вспоминал её. Её улыбку. Её смех. То, как она смотрела на меня… — его голос дрогнул. — Это было невыносимо.

—Я понимаю, — ответила Роза. — Но ты не один такой, кто потерял близких. Мы все оплакивали Луну. Она была не просто твоей женой — она была другом для многих из нас.

—Знаю, — Шедоу вздохнул. — Я настолько провалился в своё горе, что забыл обо всём. Даже о собственном королевстве и поданных.

—Ты делал всё, что мог. Да и к тому же все твои силы уходили на поиски сына.

—И этого всё равно оказалось недостаточно, — зарычал король. — Я не мог найти сына десять лет, пока королева Алинта сама не привела его ко мне!

—Шедоу, — мягко сказала Роза. — Посмотри на меня. Ты не можешь изменить прошлое. И ты не можешь вернуть Луну. Никто не может. Но ты можешь повлиять на будущее. Кейлор здесь. Он жив. И ты можешь быть рядом с ним сейчас. Это главное.

—А если я снова его подведу? — прошептал Шедоу. — Если не смогу защитить?

—Тогда ты попытаешься снова, — ответила Роза. — И снова. И снова. Потому что это и значит быть отцом.

Шедоу молчал долгую минуту. А потом Кейлор услышал шаги — кто-то подошёл к двери.

—Спасибо, Роза. За всё.

Дверь открылась, и Кейлор едва успел отскочить в тень. Шедоу вышел в коридор и направился прочь, не заметив сына. Но Кейлор не стал его окликать. Сейчас королю нужно было время, чтобы переварить этот разговор.

Сердце хранителя учащённо билось, а в голове крутились всё новые и новые вопросы: что король Шедоу имел ввиду, когда сказал, что забыл о собственном королевстве? И королева Роза сказала, что Шедоу отгородился от всего мира. Что же это всё значит?

Как же, оказывается, он мало знает об собственном отце. И не только о нём. Он в принципе не знает ничего о своей семье. Всё, что ему было известно, — это то, что его бабушка и дедушка умерли, а королева Роза взяла Шедоу под свою опеку. Но в чём тогда причина того, что король стал таким замкнутым и отстранённым? Смерть жены? Или что-то ещё, чего Кейлор не знал? И что же произошло между Шедоу и королём Такеши, что заставило короля Акварии так сильно ненавидеть Тенебрис?

Единственный способ получить ответы на эти вопросы — обратиться к самому королю Шедоу. Но что, если он откажется отвечать? «Что ж, стоит попытаться», — подумал Кейлор.

Хранитель, стараясь держаться в тени колонн, осторожно направился обратно в зал Совета. Когда он вошёл, Шедоу уже был там и разговаривал с королём Фирионом.

Заметив сына, он попрощался с лисом и направился к нему.

—Где ты был? — спросил он, старательно делая вид, будто пять минут назад не изливал душу королеве Розе.

—Я… искал вас, — почти честно ответил Кейлор.

В глазах Шедоу плеснулось подозрение, но он не стал ничего спрашивать.

—Пошли, нам пора, — только и сказал он.

Хранитель уже собирался направиться следом за королём, как вдруг услышал знакомый звонкий голос:

—Кейлор! — Флора подбежала к нему. — Ты в порядке? Выглядишь обеспокоенным.

—Да, я в порядке, — смущённо ответил он.

Лиса с подозрением посмотрела на него, но затем её взгляд смягчился.

—Не переживай за волка в маске. Мы ведь вместе, а это значит, что мы сможем его одолеть.

Кейлор отвёл взгляд. Как ему объяснить подруге, что дело не только в убийце?

—Д-да, ты права. Мы справимся.

Флора с улыбкой подошла ближе и обняла его. Кейлор затаил дыхание, ощущая, как бешено бьётся его сердце. Однако уже через пару мгновений хранительница отпустила его.

—Ну, мне пора, — сказала она. — Увидимся!

Она вышла из зала вместе с королевой Алинтой, оставив волка в растерянности и смущении. Мягкий запах её шерсти ещё некоторое время витал в воздухе, когда Кейлор тоже решил покинуть помещение.

Сегодня он должен поговорить с королём Шедоу, поэтому пока у него нету времени думать о своих чувствах к Флоре.

Не теряя ни секунды, хранитель поспешил сесть в карету, и вместе с отцом они отправились в долгий путь к королевству Тенебрис.

Серые тучи заволокли небо над королевством Тенебрис, от чего казалось, будто весь мир погрузился в темноту. Холодный осенний ветер ерошил чёрную шерсть Кейлора, заставляя того дрожать от холода.

После Совета король Шедоу сказал, что ему нужно срочно отлучиться по делам. Но какие дела могут быть у короля в такую погоду? Кажется, Кейлор догадывался.

И вот лапы уже сами несли его туда, куда хранитель совсем не хотел идти. К месту смерти его мамы.

Злополучная поляна находилась недалеко от дворца и прилегала к самому лесу. Последний раз Кейлор был здесь, когда самовольно отправился на бой с волком в маске.

Поляна была пуста, только ветер завывал среди сосен. Хранитель поёжился, то ли от холода, то ли от страха. Ему казалось, что это не ветер гуляет среди стволов, а мёртвая королева зовёт его с собой, в чащу леса.

Кейлор развернулся, чтобы скорее уйти. Всё равно Шедоу здесь не было.

Хранитель пошёл дальше, пытаясь уловить след силы короля. Вот наконец тропинка вывела его к утёсу, поросшему кустами. Кейлор прорвался сквозь кустарник и застыл от удивления.

Перед ним открылась поляна, посреди которой росло деревце с уже пожелтевшими листьями. У его подножия располагалась могила. Серый камень потрескался от времени, а к могильной плите, словно пальцы, тянулись корни растений. На стеле золотыми буквами было выгравировано имя — «Луна». У могилы, скорчившись, сидел чёрный волк и что-то тихо шептал. У его лап лежали два серебристых цветка.

Кейлор подошёл ближе.

—Ваше величество? — позвал он.

Шедоу выпрямился и повернулся к сыну.

—Что ты тут делаешь? — спросил он безжизненным голосом. — Дождь начинается, иди во дворец.

Хранитель замялся. Может, ему и вправду не стоит заводить этот разговор?

—Вообще-то… — осторожно начал он. —Я хотел поговорить с вами.

—Ну говори, раз пришёл, — безучастно отозвался король.

—Я… подслушал ваш разговор с королевой Розой, — Кейлор заметил, как Шедоу вздрогнул при этих словах. — Я честно не хотел подслушивать, просто так получилось. И я хотел спросить: что вы имели ввиду, когда сказали, что забыли о собственном королевстве?

Король какое-то время молчал, а затем медленно поднял голову.

—Это всё, что ты хотел спросить? — сказал он.

—Нет, — голос Кейлора дрогнул, но он заставил себя говорить дальше. — Я хочу знать всё. Почему вы стали таким замкнутым? И почему король Такеши так сильно ненавидит вас?

Шедоу молчал. Ветер трепал его чёрную шерсть, и в этом завывании Кейлору слышалось что-то древнее, бесконечно печальное.

—Это не твоё дело, — наконец сказал король.

Кейлор почувствовал, как внутри него что-то оборвалось. Он пришёл сюда, дрожа от холода и страха, пересилил себя, чтобы задать эти вопросы, а в ответ получил лишь ледяное «не твоё дело».

—Не моё? — голос хранителя сорвался на хрип. — Мою мать убили. Король Акварии смотрит на меня так, будто я — напоминание о его величайшей боли. Волк в маске охотится за мной. И вы говорите, что это не моё дело?

—Твоя мать погибла, — сказал он глухо. — Это всё, что тебе нужно знать. То, что было до — осталось в прошлом. И я не собираюсь ворошить его, чтобы ты смотрел на меня с жалостью или ненавистью.

—Я не прошу жалости! — Кейлор шагнул вперёд, не замечая, как дождь уже намочил шерсть. — Я прошу правды! Вы сказали королеве Розе, что забыли о собственном королевстве. Что искали меня десять лет. Что отгородились от всех. Но почему? Из-за смерти мамы? Или из-за чего-то ещё?

—Ещё раз повторяю, Кейлор, — голос Шедоу перешёл на рык. — Это не твоё дело.

—Нет, это моё дело, — принц раздражённо повёл ухом. — Вы называете себя моим отцом, а я абсолютно ничего не знаю о вас!

—Тебе не обязательно знать о моём прошлом, — отмахнулся король. — Живи настоящим, а то, что было, тебя не должно волновать.

Кейлор замер. Внутри него поднималась горячая волна — негодование, смешанное с горечью.

—Не должно волновать? — переспросил он. — Я просто пытаюсь понять, почему вы так холодны со мной? Почему не отвечаете на мои вопросы? Как я должен понимать вас, если вы ничего мне не рассказываете?

—А с чего ты взял, что должен меня понимать? — голос короля звучал ровно, но в нём чувствовалось напряжение.

—Потому что мы семья…, — тихо сказал хранитель.

Шедоу горько усмехнулся.

—Семья? Нашей семьи не стало, когда умерла Луна.

Кейлор вздрогнул. Слова короля проникали под шерсть вместе с холодным ветром.

—А как же я? — робко спросил он. — Я вам разве не семья?

Шедоу молчал.

Принц почувствовал, как к горлу подступает ком. Опустив голову и не говоря больше ни слова, он развернулся и покинул поляну. Но хранитель не стал возвращаться в замок. Вместо этого он свернул в сторону леса.

Здесь, под сенью старых деревьев, дождь почти не проникал, но холод всё равно пробирал до костей. Кейлор шёл, не разбирая дороги. Ветки хлестали по морде, колючки впивались в шерсть, но он не чувствовал боли. Внутри была только пустота.

Семьи не стало, когда умерла Луна.

Слова крутились в голове, застревали в горле, не давали дышать. Кейлор попытался вдохнуть глубже, но грудь сдавило, и из пасти вырвался только сдавленный всхлип.

—А я, значит, не семья, — прошептал он.

Кейлор побежал. Побежал быстро, сам не зная, куда. Слёзы застилали глаза, мешая обзору, но хранителю было всё равно.

Лапы скользили по мокрой листве. Где-то в груди разрывалось что-то маленькое, хрупкое, что он так долго берёг. Та самая надежда, которую он носил в себе десять лет. Та самая вера, что он кому-то нужен. Что у него есть дом. Что он не один.

Она рассыпалась сейчас на тысячу осколков, и каждый впивался в сердце.

—Не семья, — повторил он, спотыкаясь о корень и падая в грязь. — Не семья.

Поднявшись, он хотел снова побежать, но внезапно остановился, обнаружив, что стоит на незнакомой поляне. Воздух здесь казался тяжёлым, будто сама земля хранила здесь что-то древнее, что-то, что не должно было быть потревожено.

Кейлор поёжился от неприятного ощущения, проникающего под кожу. Он повернулся, собираясь уйти, как вдруг послышался знакомый голос.

—Так, так, так. Что наш хранитель делает здесь в такую погоду?

Принц резко развернулся. Из-за дерева на поляну вышел серебристый волк в чёрной маске.

Глава 12

Кейлор замер. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось где-то в горле, готовое вырваться наружу. Лапы онемели, а воздух в лёгких, казалось, превратился в лёд.

—Ты, — выдохнул он, и голос его прозвучал чужим, хриплым.

—Я, — волк в маске склонил голову набок, и в прорезях маски сверкнули знакомые бирюзовые глаза. — А ты выглядишь… неважно.

Кейлор стиснул зубы, чувствуя, как гнев поднимается в груди, вытесняя страх.

—Что тебе нужно? — рыкнул он. — Хватит преследовать меня и мою семью!

—Ты и так знаешь, что мне нужно, — усмехнулся серебряный волк. — Справедливость. Возмездие. Кровь за кровь.

—А я тут причём? Что я тебе сделал? — спросил Кейлор.

—Ты действительно хочешь знать? Что ж, ладно. — волк сощурил глаза. — Я не жалею тебе зла, правда. Но Чёрный Коготь — твой покровитель, и он сделал то, что я никогда не смогу ему простить, — голос волка в маске дрогнул, и в нём впервые послышалось что-то живое, не наигранное. — Он забрал у меня всё. Мой дом. Мою семью. Мою… жизнь.

Кейлор почувствовал, как мурашки побежали по всему телу от этих слов.

—О чём ты говоришь? — прошептал он. — Кто ты?

Волк в маске хотел что-то ответить, но в этот момент в чаще леса послышалось громкое шуршание травы. Спустя пару мгновений на поляну выбежала Флора. Её рыжая шерсть промокла, отчего казалась тёмной, почти бурой. Она встала между Кейлором и волком в маске, с гневом смотря на убийцу.

—Флора, что ты… — хотел сказать хранитель, но волк в маске перебил его.

—Как мило, — протянул он. — Принцесса пришла спасать своего принца.

Кейлор заметил, как Флора напряглась, готовая в любую секунду бросится на врага.

—Ну что ж, — волк в маске посмотрел на Кейлора, не обращая внимания на лису. Будто её не существовало вовсе. Будто она была пустым местом. — Ты хотел знать, кто я? Думаю, что вы достаточно доказали свою силу, хранители, и вам можно доверить эту тайну.

Он выпрямился, взирая сверху вниз на наследников, и в его глазах мелькнуло что-то странное. Не гордость. Не высокомерие. Что-то, похожее на усталую, горькую усмешку.

—Меня зовут Джек.

Тишина повисла над поляной. Дождь, казалось, стал тише, ветер утих, даже деревья замерли, словно прислушиваясь.

—Джек? — переспросила Флора, не расслабляя мышц. — Это имя ничего мне не говорит. Но мне плевать, как тебя зовут. Ты угрожал Кейлору. Ты убил королеву Луну. Ты — враг.

—Враг, — повторил волк в маске. — Да, наверное. Для тех, кто служит Чёрному Когтю и Млечному Пути. Но я лишь хочу отомстить тому, кто причинил мне боль.

—Хватит слов, — Флора шагнула вперёд, её рыжая шерсть встала дыбом, хвост распушился. — Ты хотел крови? Получишь.

Она прыгнула.

Кейлор не успел её остановить. Не успел даже крикнуть. Флора двигалась быстрее, чем он ожидал — стремительная, яростная, как пламя. Она метила когтями в маску, в эти бирюзовые глаза, которые смотрели на неё с почти скучающим интересом.

Джек не отступил.

Он просто исчез.

Один миг — и его не было на том месте, куда приземлилась Флора. Её когти рассекли пустоту, и она потеряла равновесие, на секунду открывшись для удара.

—Флора, берегись! — крикнул Кейлор, бросаясь вперёд.

Но волк в маске не стал бить. Он появился сбоку, будто вырос из тени, и легонько толкнул лису плечом, заставляя её кувыркнуться в мокрую листву.

—Быстрая, — сказал он. — Но недостаточно.

В этот момент Кейлор неожиданно прыгнул волку на спину и вцепился ему в загривок. Убийца зарычал и дёрнулся, пытаясь сбросить наглеца, но Кейлор держался мёртвой хваткой. Зубы впивались в шерсть, в кожу, и он чувствовал вкус крови — тёплой, солоноватой, чужой.

Внезапно волк в маске резко подпрыгнул, взвился в воздух и перевернулся на спину, всей своей тяжестью придавив Кейлора к земле. Тот вскрикнул — от боли, от неожиданности, — но не разжал челюстей.

Флора тем временем, поднявшись, метнулась к ним, целясь в открытое горло Джека, в ту самую незащищённую шею, которую Кейлор открыл своей атакой. Её когти блеснули в тусклом свете, глаза горели диким огнём.

Убийца перехватил её удар в последний момент — подставил лапу, и когти Флоры вонзились в его предплечье. Волк зарычал, но не отступил. Он перекатился, увлекая Кейлора за собой, и одновременно отшвырнул Флору ударом задних лап.

Лиса отлетела к дереву, врезавшись спиной в ствол. Воздух со свистом вырвался из её лёгких, и она сползла на землю.

Кейлор на секунду ослабил хватку.

Этого мгновения оказалось достаточно. Джек резко выгнулся, сбросил Кейлора со спины и вскочил на лапы, тяжело дыша.

—Неплохо, хранители, — прохрипел он. — Но это только начало. Отныне я не дам вам поблажек.

Кейлор с трудом поднялся на лапы. Сердце его бешено колотилось, а во рту был привкус крови. Он повернулся к Флоре, которая всё ещё лежала под деревом. Увидев, что подруга не встаёт, хранитель хотел побежать к ней, как вдруг заметил краем глаза какое-то движение. Не успел он повернуться, как на него обрушилась тяжёлая лапа, прижимая к мокрой земле. Джек навис сверху, и его бирюзовые глаза горели в полумраке холодным, хищным огнём.

—Вот и конец, хранитель, — прошипел он в ухо Кейлору. — Передавай привет Чёрному Когтю.

Кейлор закрыл глаза, готовясь к неизбежному. В его голове промелькнула мысль: «Прости меня, Флора».

Внезапно он услышал яростный рык, а затем тяжесть, прижимающая его к земле, исчезла. Хранитель открыл глаза. Флора всё так же лежала без сознания, а в пару метрах от неё сражались два волка — чёрный и серебристый.

Кейлор не сразу понял, что произошло. Его глаза, залитые дождём и кровью, пытались сфокусироваться на мелькающих тенях. Чёрный волк — огромный, стремительный, яростный — теснил серебристого, прижимая его к земле. В его рыке слышалась такая ненависть, такая сила, что Кейлор почувствовал, как шерсть на его загривке встаёт дыбом.

—Шедоу, — прошептал он, узнав отца.

Король Тенебриса бился не как монарх — как зверь. Он не щадил ни себя, ни противника. Его клыки рвали шерсть, когти вспарывали кожу, и он не останавливался ни на секунду, не давая Джеку опомниться.

—Ты не тронешь моего сына! — рычал Шедоу, вцепившись в плечо волка в маске. — Ты уже забрал у меня жену! Я не позволю тебе забрать Кейлора!

Пока они сражались, хранитель, опомнившись, бросился к Флоре.

—Флора! — кричал он, пытаясь привести лису в чувства. — Прошу тебя, очнись!

Спустя несколько секунд хранительница открыла глаза.

—Кейлор? — прошептала она, потирая ушибленное место. — Что произошло?

И, словно вспомнив, где находится, она вскочила на лапы, пошатнувшись.

—Где волк в маске? — воскликнула хранительница.

И в следующий миг, будто отвечая на её вопрос, над поляной раздался душераздирающий рёв. Хранители повернулись на звук.

Шедоу лежал на земле. Он тяжело дышал, а из глубокой царапины на его морде струилась кровь, заливая глаза. Над ним нависал волк в маске, взъерошенный и окровавленный.

—Нет! — закричал Кейлор, бросаясь вперёд. Его лапы скользили по мокрой траве, но он не останавливался.

И в самый последний момент, когда Джек уже занес лапу для удара, хранитель отшвырнул его от короля и прижал врага к земле, не давая двигаться.

—Не смей трогать моего отца! — рявкнул он и со всей силы ударил убийцу по морде. Маска слетела с волка и упала на землю, прокатившись в грязь, а затем исчезла.

Кейлор, не в силах поверить в содеянное, смотрел на морду под маской.

Серая шерсть, тронутая серебром, бирюзовые глаза и ужасный старый шрам, проходящий через левый глаз.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга в полном молчании. Затем Джек закрыл глаза, на его морде появилась легкая улыбка, и тело начало медленно бледнеть, пока не исчезло совсем.

—Что это значит? — прошептал Кейлор. — Куда он делся?

—Он мёртв, — Шедоу подошёл к сыну. — И похоже, уже давно.

—Но как это возможно? — спросила Флора.

Король Тенебриса задумался.

—Видимо, эта маска удерживала его в этом мире.

—Значит я убил его? — с ужасом спросил Кейлор.

—Он уже был мёртв, — повторил Шедоу, качая головой. — В любой случае, это уже не важно.

Король повернулся, собираясь уйти.

—Подожди… отец! — окликнул его Кейлор. Шедоу остановился и с ожиданием посмотрел на принца. — Спасибо вам.

—Тебе не за что меня благодарить, — сказал король. — Ведь это моя вина в том, что ты убежал. Мне не надо было говорить, что наша семья исчезла со смертью Луны. Ведь это не так.

Хранитель улыбнулся и подошёл к отцу, крепко обняв его.

—Я не сержусь, — прошептал он. — Мне тоже стоит извиниться за то, что наседал на вас с вопросами. — хранитель на секунду замолчал, а затем добавил:

—Я люблю вас, отец.

Шедоу замер. Его чёрная шерсть, всё ещё мокрая после ночного дождя, вздыбилась, словно он готовился к удару. Через несколько мгновений он осторожно ответил на объятия и прошептал:

—Я тоже тебя люблю, Кейлор.

Они стояли так, отец и сын, разделённые когда-то одной болью, но сумевшие найти друг друга сквозь года и испытания.

Солнце поднималось выше, и его лучи пробивались сквозь кроны деревьев, золотя мокрую шерсть, высушивая слёзы на мордах, согревая продрогшие тела. Птицы, притихшие во время бури, снова запели, и лес наполнился жизнью.

Флора, затаив дыхание, смотрела на воссоединение отца с сыном, и не смотря на усталость и раны, она была счастлива за Кейлора.

Через некоторое время они двинулись к выходу из леса. Шедоу шёл впереди, а Кейлор и Флора сзади, прижимаясь друг к другу плечами.

Лес постепенно редел. Деревья расступались, пропуская утренний свет. В лучах солнца даже мрачный Тенебрис казался уютным.

Когда они подходили к замку, Кейлор повернулся к Флоре.

—Флора, ты… не могла бы остаться в Тенебрисе до вечера? — спросил он, краснея.

Хранительница с удивлением посмотрела на него.

—Зачем?

—Ну я… хотел бы показать тебе одно место, — с трудом выговорил Кейлор.

Лиса несколько секунд молчала, а затем кивнула.

—Если твой отец не против, то конечно, — улыбнулась она.

Хранитель улыбнулся в ответ, и они вместе продолжили путь ко дворцу.

К вечеру тучи окончательно рассеялись, и Тенебрис предстал в новом свете — не мрачном и гнетущем, а тихом и задумчивом. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багряные и золотые тона, и даже старые серые камни замка казались тёплыми.

Кейлор вёл Флору к утёсу, туда, где под землёй тихо спала его мать. Хранительница шла рядом с другом, иногда бросая на него любопытные взгляды, но не задавая вопросов. Она чувствовала, что сейчас не время для слов.

Они остановились на поляне, поросшей кустами. Той самой, где росло дерево с пожелтевшими листьями.

—Это место, — сказал Кейлор, останавливаясь. — Я хотел, чтобы ты его увидела.

Флора подошла ближе и прочитала выгравированное на камне имя: «Луна».

—Это могила моей мамы, — тихо сказал Кейлор. — Я её совсем не помню, но сегодня… сегодня я чувствую, что она здесь. Смотрит на меня. Ждёт.

Флора молчала. Она смотрела на камень, на выцветшие буквы, на свежие цветы, которые кто-то положил у подножия — наверное, Шедоу. А потом перевела взгляд на Кейлора.

Он стоял рядом, смущённый, краснеющий под шерстью, и переминался с лапы на лапу. Его янтарные глаза блестели в лучах заката.

—Кейлор, — мягко сказала Флора. — Зачем ты привёл меня сюда?

Хранитель глубоко вздохнул, а затем посмотрел прямо в глаза лисы.

—Флора, послушай… — осторожно начал он. — С тех пор, как ты спасла меня в лесу Эриндора, я чувствовал к тебе то, что долго не мог понять. Я списывал всё на то, что мы хранители, но сейчас… — он запнулся. — Я осознал, что это не так. Мои чувства к тебе выходят далеко за рамки той связи, что объединяет хранителей. Ты для меня весь мир, Флора. Ты та, кто не дал мне погрузиться во тьму так же, как волк в маске, — голос Кейлора дрогнул, но он заставил себя продолжать. — Ты самое дорогое, что у меня есть.

Он отвернулся, не в силах больше смотреть в глаза подруги.

—Я понимаю, если ты не чувствуешь того же, — добавил он тихо. — Я просто хотел, чтобы ты знала.

Тишина повисла над поляной. Такая густая, что, казалось, её можно было потрогать лапой. Кейлор стоял, отвернувшись, и чувствовал, как сердце колотится где-то в горле, готовое вырваться наружу. Он боялся обернуться. Боялся увидеть в её глазах жалость. Или насмешку. Или что похуже — пустоту.

—Кейлор, — голос Флоры прорезал тишину. — Посмотри на меня.

Кейлор медленно повернулся. Флора стояла перед ним, и её зелёные глаза блестели от слёз.

—Ты правда думаешь, что я могла бы чувствовать иначе? — мягко спросила она. — Думаешь, что ты для меня просто друг? — она улыбнулась. — Это не так, Кейлор. Я тоже люблю тебя. Хоть ты и глупый, — с добротой усмехнулась лиса.

Кейлор смотрел на неё, не веря своим ушам. Сердце, которое ещё мгновение назад готово было выпрыгнуть из груди, вдруг замерло, а потом забилось с новой силой — ровно, спокойно, счастливо.

—Правда? — выдохнул он. — Ты… не шутишь?

—Как я могу шутить о таких вещах? — Флора закатила глаза. — Я люблю тебя, мой глупый принц. И это не шутка.

Кейлор не выдержал. Он шагнул вперёд и обнял её — крепко, отчаянно, так, как, наверное, обнимают самое дорогое в жизни. Флора прижалась к нему, уткнувшись носом в его чёрную шерсть, и он почувствовал, как её дыхание согревает его грудь.

—Спасибо тебе, — прошептал он в её ухо. — Спасибо, что появилась в моей жизни.

—Не за что, — усмехнулась лиса, но в её голосе слышались слёзы. — Ты сам меня нашёл. Или я тебя. Какая разница.

Они стояли так, обнявшись, и закат золотил их шерсть, сплетая в единое полотно — рыжее, чёрное. Где-то вдалеке пела птица, и ветер шелестел листвой, и Кейлор чувствовал, как пустота внутри него исчезает окончательно и бесповоротно. На её месте зарождалось что-то новое. Тёплое. Живое. Настоящее.

И они стояли так, у могилы Луны, и закат окрашивал всё вокруг в золотые и багряные тона. Кейлор чувствовал тепло её тела, её дыхание, её сердце, которое билось в унисон с его. Впервые в жизни он был по-настоящему счастлив.