Господь бог

Глава 1

Четвертый раз во дворце. Запах величия так и клубится вокруг. Или это нищие дети палят собственную одежду, чтобы согреться - непонятно. Первый мой визит не сопровождался гулкими овациями толпы, не встречали меня с распростертыми объятиями и разносортными яствами, от коих, видать, разрывались имперские погреба. Ничего этого не было. Никто не предлагает еду тем, кто идет на смерть, живым мертвецам, на шеях которых затянется толстая петля - и не останется больше голода и нищеты. Да, я помню это чувство. Маленький мальчик среди сотни разновозрастных безымянных людей. Помню, как сначала всех выстроили в шеренгу вдоль главной улицы, названной в честь какого-то старого правителя. Помню, как истертая веревка щекотала шею. Помню, как раз за разом старался не задумываться ни о судьбе веревки, ни о судьбах людей, чьи жизни закончились в ее крепких объятиях, чьи жизни оборвутся здесь и сейчас.

Я заплакал тогда. Неприлично встречать конец с мокрыми глазами - так мне говорили. Но стоило мне оглянуться, все окружающие меня - все старики, из уст которых и исходили эти слова, все дети, мужчины и женщины - рыдали взахлёб. Кто-то молил господа о пощаде, а кто-то императора, сравнивая его с самим господом богом.

Молодой мужчина столкнулся со мной у выхода на главную площадь, возвращая от неприятных воспоминаний. Сложно сказать, что более неприятно: то, что происходило тогда, сохранившееся в истертой до дыр памяти очевидцев да в паре-тройке письменных зарисовок событий того дня, или то, чему суждено произойти сегодня.

Желудок отозвался протяжным ревом, переходящим в высокий визг гигантского морского зверя. Мне определенно следовало поесть сегодня или хотя бы вчера. Никакое несварение не должно было помешать свершиться чуду сегодня. "Вот все закончится - и уж точно поем" - не переставал твердить себе я, потягивая очередной глоток сладкой воды из фляги. Подумать только, личная встреча с императором.

Миновав вымощенную дорожку я встретился лицом к лицу с огромной статуей женщины. Белые мраморные руки удерживали на плечах немалых размеров кувшин, из которого как по волшебству вырывались потоки воды, поливая поверхность фонтана литрами прохладной жидкости.

"Нет уж, сегодня я творю волшебство".

Вокруг фонтана собралась молодежь. Мальчики и девочки в одних лишь белоснежных подвязках лежали перед статуей, в ее тени, и о чем-то бурно беседовали. Я завидовал им, завидовал черной завистью того, кто лишен этого, чье имя было стерто сразу после рождения, а тело повешено на этой самой пощади.

Один молодой человек отделился от компании, заметив, что я смотрел прямо на них, и подозвал к себе. Солнце высоко в зените, время обеда, у меня было время для разговора.

– Мы говорили о магии, мне заметилось, что вы слышали нас, не могли бы вы как человек сторонний, - мальчик оглядел меня с ног до головы, оценивая и подбирая слова, - и, на первый взгляд, недурного ума, рассудить нас?

Мог бы я рассудить? Да. Запросто. Хотел ли я? Увы. Магия этого места отличалась особой примесью людских мыслей, хлопот и переживаний, в ней так мало осталось от того первобытного и природного, что мне так нравилось.

Теперь уже группа из шести подростков уставилась на меня, ожидая ответа, находясь в нетерпении и явной неприязни к их приятелю, который нарушил дружескую беседу каким-то прохожим растяпой вроде меня.

– Рано или поздно наш император завладеет секретом магов, и тогда жизнь никогда не станет прежней, - подытожив бессмысленный ответ улыбкой я откланялся. Лишь гул оживившейся беседы ласкал слух.

Дворцовая площадь поражала неподготовленного наблюдателя количеством охраны даже больше, чем красивейшими барельефами, мозаиками и величественными строениями. Шаг за шагом я приближался к дворцу. И чем дальше, тем больше взглядов ловил на своей персоне. Сначала обычных прохожих, потом стражи. Сам того не замечая я приблизился к тронному залу почти вплотную, лишь десяток ступеней и четырехметровые массивные ворота, возраст которых измерялся столетиями.

Огромный мордоворот перекрыл дорогу, ослепил отблесками начищенного доспеха. Подозрительность не напрасна - четыре покушения за недолгие полгода правления нового императора. Каменный взгляд пробрал до костей. Живот отозвался упрямым урчанием.

Чего я боюсь? Маг я или не маг? Преодолев ступени за три широких прыжка, я оцепенел. Страж уже освободил свой полуторный меч, и лезвие его норовило выколоть мой глаз, еще шаг - и его конец любезно почесал бы мой череп изнутри.

– Тронный зал закрыт, - коротко и ясно, профессионализм и доблесть, неплохие качества, только не для мертвеца. Мне не хотелось никого убивать, первым и единственным правилом во все времена оставалось милосердие. Если чего-то можно избежать, нужно избегать, есть человеческая жизнь на кону и ты можешь на это повлиять…

– Я прибыл издалека, прибыл для аудиенции и по приглашению самого светлейшего императора.

Ноль реакции, этот мужлан все так же всматривался в пустоту за мной, все так же грозил мечом и не думал отступаться. Надежда - слабое подспорье, но я все еще надеялся, что у этого профи не было семьи, которую ему приходилось кормить.

– Я маг, - попробовал я снова, расправив плечи и стукнув палкой о мраморный пол. Я сам вздрогнул от расходящегося повсюду эха. Посох, палка, называйте, как хотите, был важным инструментом достижения цели, а я умудрился за бесцельными думами и рефлексией позабыть про его существование.

–Маг, - щеколда за громоздкой дверью издала щелчок и за маленькой, полутораметровой дверью появилось лицо. Человек за дверью бросил быстрый взгляд на меня, потом на охрану и тяжело вздохнул.

– Отставить защиту, этот человек – маг, святейший Император ждет его уже полдня. Пойдем скорее, - советник Лестер потянул меня за подол плаща, увлекая в темноту дворца.

– Нельзя, – немногословный громила так крепко ухватил посох, что я чуть было не полетел кубарем. Я мог разобраться с ним, мог разорвать его доспех голыми руками и проткнуть этой самой палкой, словно острейшим копьем. Но тогда все будет кончено.

Низкорослый лысый советник встал передо мной, и третья рука помимо моей и стражника легла на извилистый посох, который еще неделю назад был отличной ветвью великого дерева в лесах Эллады.

– Я возьму этот посох, я проведу этого человека к императору, а ты, верный пес, сиди здесь и не пускай никого, – переходя на рычание выдавил он. Этот маленький человек.

Первый раз скала дала слабину, хватка ослабла и посох перекочевал в маленькие ладони советника. Теперь я понял, почему он занимал эту должность. Он ее заслужил.

За дверью был небольшой смежный зал. Зал ожидания. Здесь не было охраны, вообще никого не было. Только в полутьме и уверенности, то никто не подслушает, советник впервые посмотрел мне в глаза. Его зеленые глаза отсвечивали лазурью, а скрученные волосы выдавали спешку утром, перед выходом на работу.

– Два вопроса. Ничего не отвечай. Просто кивни, если все так. Все готово? Они в безопасности?

Я кивнул. Кивнул дважды. Оба ответа были правдой. Теперь, когда император находится за стеной и нас разделяет пара шагов, все, что остается, это надежда. Опять она, чертовка.

Лестер кивнул в ответ. Лицо его на мгновение исказилось в картину истинной усталости.

Он протянул мне посох, посох был важен. Мы пришли.

Второй раз, когда я был во дворце, случился не так давно. Долгие годы я жил вдалеке и от дворцовой площади, и от старого дома, и от империи. Старый лес стал моим домом и покровителем. Но время пришло. Две недели назад я вновь попал сюда, в центр мира, в гавань ветров. Мертвецам не нужна еда, им нужна месть. Так я думал годами. Годами искал способа отомстить и не думал, что может быть способ получше.

Прискорбной новостью оказалась смерть императора. Грязный свин подох в собственной кровати. Ходили слухи, что одна из его заморских любовниц оказалась «просроченной», что бы это не означало.

Второй визит служил единственной цели. Лестер. Именной дом его семьи расположился на площади, с прекрасным видом на фонтан и тронный зал. Прямой контакт с императором, отличная мишень для шантажа. Четыре часа на подготовку, четыре часа ожидания - и вот мы стоим друг напротив друга. Как пара любовников в танце, с клинками в руках и злобой в глазах.

Известие о похищении он принял легко, и так же легко этот неказистый засранец пошел в бой. Прошлось применить силу. Я не бью людей без надобности. Наученный природой и наставником я чувствовал силу, текущую внутри, видел результаты тренировок и знал, что сила – это еще не главное. Но Лестер был особенным, сильный духом и телом. Пришлось и мне применить милу, экстренные меры.

Разговор выдался непростой, и вот я здесь, а Лестер уже на границе города, а то и дальше. Винтики закрутились, план пришел в движение.

Еще одна дверь, в этот раз пониже, осевшая, заскрежетала по полу. Я вошел, будучи королем в собственном дворце. Не смотря по сторонам, отчеканивая каждый шаг, пристукивая посохом на каждый второй, глядя только на трон, где был он. Трон, как и император, были куда скромнее, чем я рассчитывал. Не самое широкое кресло, ограниченное подлокотниками по бокам, из позолоченной древесины, подушка, набитая то ли пером, то ли обычной соломой, обтянутая атласом. На нём восседал мужчина. Старик в свои тридцать пять. Обгрызенная сединой борода украшала лицо важнейшей особы империи. Лысая голова покрыта подобием венка, тонкой блестящей короной без излишеств. В отличии от убранства рук. По три кольца на каждой руке и целая охапка браслетов выдавали статусного и богатого человека.

Желудок на взводе, я погребен под собственным потоком волнительных мыслей. Дело. Мне предстоит самое важное дело.

– Вермилион. Маг, - назвал меня кто-то из прихлебателей, и все вновь затихли.

– Давай сразу к делу, Маг Вермилион, докажи мне, что ты тот, кем назвался. Покажи мне магию.

– Прошу прощения, великий император, но я тут не за этим.

Удивление прорезало лик восседавшего на троне, осветив безобразный шрам на его лбу.

– Я просил аудиенции не для того, чтобы учить вас. Я предлагаю сделку.

– Сделку?

– Да, сделку, - перебил я императора. Никогда в жизни я не позволял себе такой дерзости. Будь это другой день, я бы уже валялся на площади в распоротым брюхом, и вороны поедали бы мои внутренности, но сегодня особый день. – Сделка состоит в том, что вы, светлейший император, принимаете меня во служение как главного мага и ближайшего вашего советника. А я в ответ, так уж и быть, готов служить вам и всей империи.

Я предвидел тишину, что последовала следом за словами, предвидел смех стражи, на которых я даже не оборачивался. Этот разговор велся между нами двумя, и только мы двое должны будем договорится, договорится в мою пользу.

– Даю вам время подумать. Минуты хватит, я полагаю.

Смех утих, я видел наливающееся яростью лицо оппонента, чувствовал взгляды стражи и советников, мелькающие то на меня, то на их господина.

– Мне не нужно и минуты. не единой секунды болей не желаю слушать этот бред. Стража.

Время пришло. Я покажу тебе магию.

Посох в моих руках завибрировал, мелкие всполохи синего пламени окутали мою руку, загораясь один за одним. Наконец желудок успокоился, наполняясь расслабляющим синим огнем.

Третий раз, когда я был во дворце, дайте подумать, был вчера. Я вооружился посохом и связкой ключей, любезно предоставленной Лестером в обмен на информацию о его семье. Еще пара часов работы и немного грубой силы - и весь подвал под тронным залом заставлен бочонками с горючей смесью, достаточной, чтобы разнести всю площадь и пару граничащих с ней домов.

Вот и жертва во имя магии. Подростки у фонтана учились здесь. Десятки детей должны погибнуть от моей руки во благо моего племени.

Воздух завибрировал, а я остолбенел. Образы мертвых детей и взрослых, разметанные останки десятков жертв, чьи жизнь оборвутся сегодня по моей милости, как тогда, на площади, моя старая жизнь оборвалась по милости императора. Тонкая улыбка промелькнула у меня на лице. Теперь я вершитель судьбы.

То ли я перестарался с ударом, то ли горючей смеси было намного больше необходимого, уже не узнать. Императорские псы, что готовились срубить мне голову на месте, остались в прошлом, разорванные ударной волной. Пол пошел трещинами, и в мгновение вспыхнуло подвальное помещение, извергая столбы пламени наружу, сжигая последних уцелевших людей. Шестерка крепких колонн, как соломинки, надломились и осыпались осколками вниз, увлекая за собой потолок.

Минута прошла, все полегло. Император, придавленный многотонной балкой, лежал на возвышении в центре тронного зала, как бы дополняя композицию хаоса. Золотые перстни, украшавшие его пальцы ранее, теперь запеклись в единый золотой ком, заживо сжигая кожу владельца.

Я протянул ему руку. Дело сделано. Я даю второй шанс, которого не дали когда-то мне. Хватаю императора за руку. Синяя аура плавно перетекает с моего тела, распространяется по окровавленным остаткам ног и спины оппонента.

– Второй шанс получить то, что ты хотел.

Рука безымянного императора сжимает мою. Успех.