Город — странный лекарь (Writober 2026)

Содержание

Темы марафона Writober 2026:

1. Дверь к жизни

2. Городские коты

3. Есть и другая жизнь

4. Небо — крышка

5. Живые души

6. Вернуться назад

7. Лихоимец

8. Они среди нас

9. Улица из давнего сна

10. Старый знакомый

11. Звёзды у ног

12. Бесхозные предметы

13. Чужая культура

14. Шпиль

15. Выходной

16. Уличный джаз

17. Предместье

18. Осенний парк

19. Властелин ничего

20. Прощание

21. Внезапный маршрут

22. Библиотека

23. Раздвоениие

24. Громкий шёпот ночи

25. Странный привкус

26. Снова и снова

27. Чернильная душа

28. Блэкаут

29. Крысолов

30. Принцесса и трубадур

31. Молчание

1 октября. Дверь к жизни

«Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – Сходня»

Влад поёжился, делая шаг через границу сновидения. Да и не спал он вовсе – только так, задремал после долгого дня и недели. Дедушка ведь не раз говорил, что в электричках спать нельзя – ещё что украдут, а Влад и не поймёт.

Вот только Влад спал. Спал, измотанный впечатлениями. Да и задачи сегодня пришлось разбирать незнакомые, а коллеги даже инструкцию не оставили. Ещё и Вера Ивановна не хотела документы подписывать... В общем спал Влад как убитый. И снилось ему одно из тех невнятных существ, насчёт которого Иришка с Вовкой вчера так хохотали в офисе. — Да кому ты нужен, Влад? – Иришка никак не могла перестать хохотать. – Каких ужасов насмотрелся на днях? Что-то я нигде не видела существ, похожих на людей, но чтобы вместо глаз были лучи маяка, и туда-сюда. Дашь ссылку? — Только если в играх, – кивнул Вовка, с ухмылкой поправляя маленький хвостик на затылке. – Знаешь, когда нужно прятаться от надзирателей всяких и прочей чепухи? Только таких знаю.

«Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – Фирсановская»

— Да ну вас, – негромко обиделся Влад, провожая незнакомую станцию, от которой уезжала электричка. Он ведь и правда видел. Много в чём сомневался, но это видел наверняка: недалеко от офиса стоял пожилой человек, высокий и статный, и костюм он подобрал точно к нынешней погоде. Бежевая тройка, с чёрной рубашкой и идеальными стрелками брюк, а туфли в цвет бордовой шляпы. Ну точно ни то модник из ателье, ни то почтенный столичный интеллигент. Или и то и другое, этого тоже нельзя отрицать. Вот только этот модник-интеллинент так блеснул своими лучами во Влада, что у того остался лишь туман в голове и онемевшие от страха пальцы. Никаких слов, только предельный ужас. Будто сердце вырвали, он такое же в книге читал. — Ерунда, сущая ерунда, – пытался убедить себя Влад, подняв взгляд на показавшийся в окне овраг. И тут же отшатнулся, чуть не вскрикнул.

Два маяка перевели лучи прямо на молодого человека. Синхронно.

Электричка мчалась дальше, а табло показывало скорость хода. 103, 105 км/ч. Кажется, сердце Влада забилось даже быстрее? Обогнало поезд? Но шутка не рассмешила, а только показалась наивной и кислой. Вагоны уже мчались от оврага, и Влад в последний момент успел увидеть, что же его так напугало. В самом низу какой-то мужичок кажется собирал грибы. Чёрные брюки, бежевый дождевик и бордовая шапка. Совпадение? Игра воображения? Почему вообще всем мужчинам в бежево-чёрной одежде и красных головных уборах так понадобился Влад?

«Фирсановская»

Голос с динамиков отвлекал, возвращал в реальность. Вот только Влад никак не мог вернуться. Он, вроде, и смотрел в окно, следил глазами за немногими людьми на платформе, но мыслями был далеко. В недавнем сне. Там, где человек-маяк не опускал взгляд, словно пожирал им и светом из глаз. Парень боялся, но не мог сдвинуться с места. Как бы не хотел – не получалось. Только прокручивал в голове , как отойдёт налево, скроется между домов... Нет, нырнёт вниз, направо и бегом в офис. Но выходило только стоять и ждать, пока человек-маяк отвернётся и перестанет бубнить что-то невнятное.

«Осторожно, двери закрываются. Следующая станция – Зеленоград-Крюково»

— Ещё совсем немного... Там должно быть тише...

Влад просто надеялся на город. Хотел и наивно полагал, что все те странности, от которых он не мог сбежать последние три недели в столице, останутся там же. А он тихонько пересидит в километрах сорока от этого эпицентра сумасшествия и поработает из съёмной квартиры. Вера Ивановна всё же перевела его на удалёнку, на месяц. А там видно будет. Ведь в другом городе не должно быть всех этих странностей, да? Они ведь не переезжают, как люди?

♪Живи, пока играет музыка – ♪

Девушка через ряд от Влада тут же взяла трубку, и музыкальная пауза мыслей закончилась. Влад совсем потерялся. Вот вроде и не верит в знаки и всё такое, да и верить не хочется. А всякий бред в голову лезет. И как будто нет от него спасения. Хоть дома запрись, хоть на работе пропадай, хоть переедь на месяц в другой город. — Ну, может хоть там не будет маяков... – подумал Влад, провожая глазами две красно-белые трубы котельной.

«Конечная. Зеленоград-Крюково» Владу уже не терпелось выйти из этого почти бесконечного пути, и он тут же стал собираться. Так, куртка, шарф, рюкзак с ноутом, спортивная сумка... Вроде всё. В дверях стали мелькать типичные панельки, а вот электричка нырнула под мост. Влад со скуки смотрел на временно его город, и глаз сам зацепился за табло над выходом.

«Просьба выйти из вагона»

«Не забывайте свои вещи» Вещи... Точно всё забрал? Он оглянул своё место у окна. Нет, ничего, даже перчатки в кармане... Как будто что-то всё же забыл. Но вот электричка остановилась у современной платформы и двери загорелись зелёным. Одно нажатие, и вот уже парень вышел в новый для себя город в ожидании хотя бы облегчения. Впрочем, дышалось и правда легче. А в голову всё никак не приходило, какое же видение так встревожило его отдых возле... Какая это была станция? Ладно, потом, а выход вроде с этой стороны...

2 октября. Городские коты

С выдохом Влад встал из-за компьютера. Оказалось, без офисных разговоров парню остаётся только... Работать. А Влад ещё со школы умел добротно работать: как сядет– так осознает усталость часа через три. Или, скорее, усталость так схватит Влада, так поймает, что час после неё отдыхай. Вот этот час отдыха и настал.

Совсем скоро Влад уже стоял с кружкой ароматного чёрного кофе у настежь открытого окна. Было прохладно, но красивый вид и свежий воздух того стоили. Молодой человек снял хорошую евродвушку в зелёной части города, у самого леса. Вообще Влад заметил, что город в целом соответствует своему названию. Зеленоград на картах был не очень большим, но за те полчаса, что он автобусом добирался до квартиры, он успел проехать настоящий лес. Заросли, тропинки вглубь чащи, некоторые явно народные. Правда сейчас лес желтел и рыжел, так что часть сказочного волшебства была уже на земле. Как и сейчас у дома. У дома Влада была круглая детская площадка, которую обрамляли объятые мягким золотом берёзы. Со второго этажа уже можно было коснуться листьев, и парень даже зачарованно потянулся, но страх упасть отрезвил. Так что он с выдохом подставил лицо октябрьской прохладе, поправляя капюшон домашней толстовки.

— Кац, ну сколько раз я тебе говорил, что так ловить мышей нельзя-я-яу. Их и так мало, а ты последних распугиваеш-шь!

— Я Акация, Гром, сколько р-раз тебе твердить! И вообще, ничего ты не смыслишь в ловле мышей, кот. В тебе не хватает гра-я-уции.

— А тебе не хватает кошьей сути.

— Да как ты!..

Влад вгляделся вниз и только сейчас заметил источник звука. Под его окнами, в жёлтой листве, уже шипели два кота. Вернее кот и кошка, как он понял из разговора. Разговора? Что вообще за разговор между котами и почему он вообще всё понял?!

Чувства смешались в сущий винегрет. Хотя Влад предпочитал оливье, так что, видимо, в него. Непонимание, страх, отвращение, любопытство, радость, ведь он всегда любил котов... Стоп, почему его это радует?! Что происходит? Влад не находил ответов и уходил в сущее пике.

— А мне кажется, у Акации очень даже есть кошья суть, – выпалил Влад в воздух, не обращаясь ни к кому конкретно. И сам не понял, зачем он это сказал.

Коты мигом перестали шипеть. Персиковая Акация с лёгким прищуром взглянула на «говорящее» окно и вальяжно вильнула хвостом. Черный Гром округлил спину.

— Спасибо, молодой человек, – Акация промяукала это весьма галантно. – Давно подслушиваете?

— Я не подслушиваю! – Стал оправдываться Влад. – Я только...

– Только этот кожа-у-ный явно признал в тебе свою. Мряу как мерзко! Ещё и нас слыш-шит. – Гром уже ощетинился, явно ожидая неприятностей.

— И правда... – Акация недоверчиво вильнула хвостом и снова уставилась на Влада. – Вы, кстати, тут не жили. Давно вам Лёша ква-у-ртиру сдала?

— Алексия Фёдоровна передала мне ключи вчера... – Влад задумался, отпив остывающий кофе. – А вы её знаете?

— Как не зна-у-ть, – буркнул Гром, начав копать что-то в листве.

— Она была рада нас видеть, когда жила тут. А теперь рабо-у-тает. – Акация мяукнула странный звук, похожий на... Усмешку? – А Вы ей кто? Тоже из чудных?

— Чего? – Влад не понял и вздрогнул. Нет, его, конечно, называли чудаком, но чтобы уличная кошка... – Да я просто квартиру снял и никаких чудных не знаю. Приехал от Москвы отдохнуть, поработать. А тут говорящие коты.

— И кошка, – поправила Акация. Ну ничего, ещё познакомитесь с чудными. Ими город полон, как ваша Москва – слухами. Добро пожа-у-ловать в Зеленоград, – радушно протянула-промяукала она. – А раз уж Вы нас слышите, может, угостите несчастных уличных котов? И кошку?

— Кормом?.. – осторожно поинтересовался Влад у собеседницы.

— Мряу, какой корм! Хотя бы сардинок... А лучше целую рыбку. Да, Гром?

— Мругум, – буркнул чёрный кот, жуя что-то выкопанное.

— Ладно, – недопонимающе кивнул Влад, ещё не понимая до конца, на что соглашается.

— Ну вот, хотя бы рыбки. Тогда до завтра, лёший друг! Не забудьте только. Гром, пойдём.

И Акация первой нырнула в кусты, а Гром, кинув пристальный взгляд на Влада, нырнул следом. Парень не понял, что сейчас произошло. Он согласился накормить... Говорящих котов? И кошку. Но осмыслить произошедшее или, например, сходить вниз проверить следы (вдруг ему померещилось и это снова иллюзия?) ему не позволила резкая трель таймера. Перерыв подходил к концу, и работа хвала обратно в свою хватку. Ну, рыба так рыба?..

3 октября. Есть и другая жизнь

Настала суббота – официальный выходной большинства офисов. Влад, тоже выходной, решил выйти в продуктовый с утра, а не вечером. Заодно хоть по району пройдётся и купит себе немного провизии. А ещё рыбу котам. И кошке. Странный всё же вчера был разговор, непонятный. Но обещания, даже такие странные, нужно держать. Влад не привык бросать слова невпопад.

Район, в котором теперь жил Влад, и правда был чудесным. С одной стороны его дома был лес. И даже не лесопарк (хоть и на картах он назывался именно так), а именно лес. Массивные желтеющие деревья были окружены кустами и деревьицами, а власти, кажется, очень аккуратно прокладывали тропинки, чтобы не испортить величие этого гиганта. Лес, а Влад предпочитал называть это именно лесом, оказался в центре города, а районы будто строили вокруг. Может, просто не хотели рушить экосистему. А может в этом была какая-то своя цель.

Но Влад пошёл в другую сторону. Здесь, внутри района, причудливого вида панельки стояли уже в соседстве с деревьями. При этом стройности и порядке в них явно не было: вот три панельки стояли друг за другом, а вот уже другие – по диагонали и будто в хаосе. Какой-то внутренний порядок в этом был, но Влад улавливал его только смутно.

И среди этих домов и деревьев жили люди. В первые дни парень толком не вглядывался, всё был занят, но теперь появилась возможность.

Вот мама идёт с коляской куда-то. От её тихой колыбельной младенец наконец успокоился.

Вот бегут мальчишки куда-то, и рыжий кричит что-то вслед блондину. Они бегут в футболках? И не холодно?

А вот этому мужчине явно холодно. Он чуть ли не в зимней куртке и в шапке, быстрым шагом прошёл мимо Влада.

Вон две собаки кое-как разошлись благодаря хозяевам. Но от их лая Влад лаже поёжился. Он не любил собак.

А вот кошек любил. Наверное, поэтому договорился купить котам рыбу? Говорящим котам. И кошке.

Влад всё ещё не мог решить, как относиться к этому договору. Вроде ему и не жалко покормить уличных котов. И кошку. Но вроде эти самые коты, и кошка, попросили сами, даже навязались. Как много людей вообще слышат то, что говорят кошачьи? Много ли местных понимают? Может, за пределами МКАДа всё совсем не так, как он привык думать? И просто провинциальные жители, те самые чудные, стали стекаться в Москву и попадаться Владу на глаза?

Или он всё ещё сходит с ума. И это лечится медикаментозно, в крайнем случае.

— Видимо, может быть и правда есть и другая жизнь, – тихонько допустил Влад. И, сам испугавшись своего предположения, юркнул в магазин за свежей рыбой.

4 октября. Небо — крышка

Если вчера, в субботу, Влад пошёл изучать временно свой район, то сегодня его путь лежал в временно свой лес. Ну раз уж Влад на месяц зеленоградец – почему бы не назвать лес тоже на месяц своим?

Впрочем, Акация, персиковая кошка из его двора, была с этим не очень согласна. Нет, она не перечила, и уж тем более не ворчала как Гром. Только отметила, что Влад не местный, не свой и не чудный. Может быть, когда-нибудь им станет. Но больше Акация ничего не объясняла, только с удовольствием ела свежую рыбу. И не называла своим, только лёшим другом.

Влад и не обижался, да и не понимал, на что мог бы. Он и не претендовал стать чудным. Просто причислил себя к городу. Временно. Всё равно через месяц уедет.

А сейчас он на время шёл в лес. Он и правда был роскошным: где-то ещё зелёный, а где-то осыпанный золотом и рыжиной. Часть тропинок была заасфальтирована, но народные тропки тянулись от неё паутиной. Парень решил довериться чутью и смотрел скорее вверх, на кроны и за них, а не под ноги. Не выбирал путь.

И зря.

Минут через десять Влад заметил две вещи. Первая: он совершенно потерял всякие ориентиры и не может вспомнить дорогу обратно. Вторая: с периодической регулярностью где-то в листве кто-то... Копошится? Хихикает? Звуки были не очень понятны, а вот наличие – вполне очевидно.

— Ну не могут же это быть жуки, – стал вслух предполагать Влад. – Ветра нет, белки только на гербе. За ежами тоже не заржавело бы, да я б узнал. Чертовщина какая-то...

— Сам ты чертовщина! – Тоненький голосок возмущённо пискнул где-то слева у земли, но тут же что-то пнуло его правы ботинок.

— Так... — Влад медленно присел к земле, чтобы не спугнуть голосок. – Я понял, «не-чертовщина». А кто тогда?..

— Не скажу, – буркнул этот же голос.

— А если мне искренне интересно и я хочу обращаться с уважением? – Влад решил подыграть. С Акацией же так вышло. – Не называть же тебя «чертовщмной», тем более тебе не нравится. Или Вам?

— Тебе, – кивнул голосок и замолчал.

Влад решил подождать, но молчание затягивалось. Только он решил встать и попробовать найти дорогу обратно, как справачто-то ткнуло его в голень.

У его правого ботинка стояло совсем маленькое существо, с ладошку. Существо напоминало девочку, но сказать было трудно. Одежда существа состояла из жёлтых берёзовых и красных осиновых листочков, внахлёст, а волосы (если они были) юыли спрятаны под шапку в виде невысокого колпака, тоже из листочка.

— Ну, чего уставился? – Девочка (Влад решил, что это всё же девочка) снова ткнула его палочкой в голень.

— Ай! А колоться необязательно. У нас, высоких, так не здороваются.

— А у нас в лесу под ноги смотрят, – сказала девочка обиженно и, внезапно, улыбнулась. – Что, совсем в местных лесах не был?

— Ни разу, – честно признался Влад. – Я только полнедели как тут живу. И уже удивлён.

— Правильно-правильно, удивляйся. – Девочка хихикнула. – Как звать? Небось очередной Ванька-дурак?

— Влад и не дурак, – поправил парень, вставая. – А ты сама-то кто? Я вот представился.

— Точно, представился. – Девочка кивнула. – Ну тогда лесавка я.

— Лесавка? – Влад слышал это слово в первый раз и с непониманием взглянул на собеседницу. – Это твоё имя?

— Сам ты имя, – снова буркнула девочка. – Лесавки живут в этом лесу, нас несколько. Ходим, в листве греемся и за гуляющими наблюдаем. Ну или играем.

— Играете? В лесу?

— Ну не под машины же мне бросаться к домам и не от собак бегать, – кивнула лесавка. – А тут ты идёшь, наверх смотришь, как идти не ведаешь. Ну вот я тебя и завела, забавно вышло. Да кто ж знал, что ты меня услышишь, а потом увидишь.

— Понятно. – Влад кивнул и задумался. Не слишком много странного вокруг в последнее время? Или чудных, как их кошка назвала? Завтра он определённо дома сидит, чтобы подальше от всякой чуди. А пока бы домой вернуться. – Так это твой лес, да?

— Наш, ага. Меня и других лесавок. Ну и ещё других, но и наш. Мы живём тут, в лесу, как в золотой шкатулке. Листва – наш дом и дно, а крона и небо – крышка. А ты тут гость, но мы и не против. Хоть не так скучно.

— Ну, я рад, что не скучно. А ты выведешь меня обратно? Пожалуйста. Лучше я буду иногда захаживать в гости, чем заблужусь тут и околею. Не смогу вернуться ни домой, ни к тебе.

— Имеет смысл. – Лесавка кивнула и отбросила палочку к листве. – Но только потому что ты пообещал приходить.

— Не совсем пообещал, но хорошо. Пусть мы договорились. – Влад кивнул и выдохнул. Ещё одно странное обещание. – Только скажи, как тебя зовут, чтобы я именно тебя мог найти потом. Раз тебе пообещал.

— Леся я. А ты Влад-не-дурак. – Лесавка как-то очень довольно кивнула. – Тогда возвращайся просто назад, а я тебя выведу паутинными тропами. Но только потому что мы договорились встретиться, запомнил.

— Да, – ответил Влад, даже почти не скрепя сердце. Всё равно он завтра никуда не выходит. – Я приду, как смогу.

— Ну я буду ждать, а там смотри сам. Пошли.

Влад хотел было отблагодарить девочку, но совсем запутался. Она же его и заблудила. И он хотя бы последний раз взглянул на неё, но малышки как след простыл. Только снова непонятные шорохи в листве. Парень только пожал плечами, пытаясь осмыслить произошедшее только что. И последние пару дней. Понимал он мало, но одна мысль закрепилась основательно: завтра он никуда не выходит.

5 октября. Живые души

Влад остался дома, как и хотел. Хотя, впрочем, деваться ему было некуда. К обычным задачам добавилось два важных созвона, на которых, конечно, всё можно было обсудить за полчаса вместо двух. Или вообще в чате параллельно работе. Но правила были правилами, и приходилось отсиживать.

А сейчас Влад работал. Да так работал, что только сейчас осознал, что забыл дома. У него была подставка под ноутбук: так он был под наклоном, от чего не уставали кисти, а экран был повыше. К хорошему быстро привыкаешь, и парень привык, а сейчас не мог отвыкнуть.

В поисках чего-нибудь подходящего Влад стал изучать небольшую квартирку. Времени было немного (задача коптилась, почти горела), а потому парень пообещал себе поразглядывать предметы потом.

Сейчас ему не подходило примерно всё, что попадалось на глаза. Старое радио. Красивая ваза. Фарфоровая девушка. Настольные часы, хотя они могли бы подойти. Но нужно что-то получше.

А потом Влад заметил книжкую полку. Совсем небольшую, но именно книга была подходящей ждя него формы. Влад не был отъявленным чтецом, но периодически что-то почитывал, да и дедушка научил уважать книги. Но сейчас ему нужна была только форма книги. Поэтому парень взял в руки самый неприглядный, но толстый томик.

«Мёртвые души» Гоголя.

И только стоило Владу приспособить книжку под ноут – как из под прибора послышалось чьё-то недовольное ворчание.

«Опять... А можно не надо?», – успел подумать Влад, прежде чем достать книжку и открыть её на случайной странице. Ему не хотелось связываться с очередной чудью. Только поработать.

— Ишь что удумал, – ворчали откуда-то из книжки. – Мы не подставка!

— Между прочим мы – признанная классика, – подтвердил второй голос, более статный.

— К нам уважительно нужно, сударь, – пропищал третий, – вас разве не учили этому?

— Учили, – ответил Влад уставше, держа раскрытую книгу на вытянутых руках. – Дедушка. А вы кто?

— Нахал! – возмутился первый голос. – Ты что, совсем ничего не знаешь?!

— Знаю, что за книгу держу, – ответил Влад. – Томик Гоголя про... Да по сути про толкового бизнесмена 19 века. И про галерею помещиков, с отсылкой на Данте. А второй том Николай Васильевич сжёг.

— То-то же, – солидно подтвердил второй голос. – И всё же попрошу поставить нас на место использовать по назначению.

— А давно буквы такие гордые стали? – Влад сам не заметил, как начал ехидничать. Он ведь просто хотел отдохнуть от странного и спокойно поработать, а странное у него даже в доме.

— Мы не буквы! – Третий голос пищал уверенно и пронзительно. – Мы настоящие живые души, вразрез названию. И требуем уважения к наследию культуры!

— Ладно, уважения так уважения. Хорошего вам дня, уважаемые живые души.

И Влад захлопнул книгу. Не такого он ожидал. Просто хотел поработать (а задача-то коптится), просто взял первую попавшуюся книгу, а та – гордая. С долгим выдохом парень вернулся к полке и поискал что-нибудь, не требующее уважения к культуре. Очевидно, вся художественная классика не подойдёт. Но вот советский учебник по органический химии сгодится. Влад смело взял его, пристроил как подставку под ноутбук и уверенно надел наушники. Он хотел сегодня обойтись без чудных, отдохнуть от них. И он отдохнёт, даже если учебник по химии будет спорить.

6 октября. Вернуться назад

Прошли уже сутки, но Влад всё ещё чувствовал усталость от всего «чудного».

— Но я ведь приехал сюда отдыхать от всего странного! – Он пытался распутать мысли и говорил вслух, бродя по квартире. – А тут и сны, и коты, и Леся, и книги, и чёрт ещё знает что!

Он отпил кофе и зашёл на новый круг по квартире.

— Что я им всем сделал? Отчего именно я? Говорила ведь бабушка – всё неспроста. А что – всё? Совсем всё?

Парень без сил уселся на диван.

— Я однозначно схожу с ума... Я не хочу...

Он и правда не хотел. Но, видимо, всё же сходил с ума. И недели не прошло, как он успел столько всего испугаться, пережить, поболтать со всевозможным чудным... Он точно не в порядке. Да у кого спросить? Все люди ответят, что он сумасшедший, а все чудные – что с ума сошёл такие глупые вопросы задавать. А авторитета среди них всех нет.

От бессилия перед этой дилеммой Влад вышел на улицу проветрить голову. Просто пойти, куда глаза глядят, и стараться не думать. Город снаружи пестрил живописностью: жёлтых деревьев стало больше, а трава стала толстым лиственным ковром. Влад даже улыбнулся такой перемене, и всё же мысли поглощали обратно.

— Что-то наш не-чуждной совсем нос пове-у-сил.

Гром, чёрный кот, точно породы «сам по себе», сидел на скамейке возле одного из подъездов и вылизывал лапу.

— И тебе привет, – кивнул Влад со вздохом. – Я присяду.

— Не буду про-у-тив собеседника и просто компаньона, – мяукнул Гром.

— Спасибо. – Влад снова вздохнул. – Гром, как думаешь, есть ли вообще нормальные люди? Ну или существа, то уж мелочиться.

— А ты решил не церемо-у-ниться. – Кот сел, обняв себя хвостом. – Ну, нормяульных я не встречал. Все или чудные, как говорит Кац, или субкультурные, или тр-рудогодики, во вся-у-ких смыслах. Ну и бабульки, они хорошие.

— Нормальные? – Влад затаил призрачную надежду.

— Хор-рошие, – отрезал Гром. – Они подкармливают.

— Я понял. – Влад снова вздохнул, но уже грустно. – Значит никаких нормальных.

— А зачем тебе нормяульные? – Гром не понял и, из удобства, лёг на скамейку. – Живи так.

— Да я устал так! – Влад кричал, но кричал шёпотом, чтобы никто не обращал внимания. – Отдохнуть приехал, а тут...

— А ты огля-у-нись, – посоветовал Гром. – Ты, вроде, москвич? Ря-у-зве тут не тише? Не интереснее? Да и где там сто-у-лько леса? Всё дома.

— И то верно... Предлагаешь начать заново и снова познакомиться с городом?

— Ну не пря-у-м так. О-бя-у-рнись, погляди, подумай. Может, Кац чего обещал и не принёс. Или кому ещё. Или обидел... – Гром принялся зевать, явно засыпая.

— Есть такие... – Влад вспомнил живые души и Лесю: одних обидел, до второ не дошёл. – Предлагаешь к ним?

— Почему бы и нет?.. Мо-у-жет легче станет. Не та-у-к странно.

— А может и не станет...

Но Владу было нечего делать. Лучше и правда сходить, чем обидеть даже таких странных существ. Во всяких сказках они как раз потом козни строили, а парню это не надо.

— Спасибо, кот. Гром. Выручил, может.

— Обраща-уй-ся.

Гром замурлыкал и улёгся мордочкой на лапы. А Влад решился и тихонько встал, чтобы не разбудить мудрого кота, и пошел уже в сторону магазина, залезая в интернет за необычной и явно новой информацией.

7 октября. Лихоимец

Погода на улице стояла отвратительная. Ветер разгонял потоки дождя, и они барабанили по всем карнизам, а заодно и по железной крыше детской горки. Стоило открыть окна – гром стоял невероятный.

И Влад решил остаться дома. Делать было особо нечего, да и ничего в такую погоду не хотелось. Ленты в интернете были нудными, по телевизору снова какая-то неинтересная тягомотина, смотреть или читать тоже не хотелось. От скуки парень даже открыл холодильник, и тут его осенило.

Через 10 минут на столе уже лежали все необходимые ингредиенты, а рецепт из интернета был осмыслен и переложен на условия местной кухонной утвари. Почему бы не испечь что-нибудь вкусное а потом в одиночку съесть? В такую погоду только и печь что-нибудь вкусное. Осталось достать только сахар...

Но он закончился.

Влад совсем не понял, как же так вышло. Он пьёт кофе без сахара, в чай добавляет редко, а меньше недели назад в банке было только больше полукило. Куда делся сахар?

— Ерунда, – начал он размышлять вслух. – Ну не мог я... Ладно, как там все говорят. «Домовой-домовой, поиграй и отдай»? Так вроде?

Но никто не ответил. Влад подождал пару секунд, ещё подождал, но ответа не было. Но только Влад со вздохом открыл приложение доставки – откуда-то из глубин полки раздался скрипучий низкий голос:

— И всё же мог бы и побольше сахара оставить, – голос медленно захихикал.

— Значит, всё же домовой? — Влад с усмешкой посмотрел в сторону полки.

— Ну можно и так. А что?

— Да нет, ничего, – Влад пожал плечами. Он всё же решил дать себе ещё один шанс после вчерашнего разговора. – А зачем тебе сахар?

— Да так, лихоимствую полегоньку, – голос снова скрипуче, медленно захихикал.

— Лихоимствуешь... – Парень загуглил впервые услышанное слово. – А, я понял. И много берёшь?

— Да как вздумается. – Голос гыгыкнул и причмокнул. – Сегодня горсть, вчера несколько...

— Ясно всё с тобой... – Влад вздохнул и, кажется, на время смирился с судьбой. – Тебе сахар ещё заказать?

— Заказать? – не понял голос.

— Ну, купить.

— А, это можно. Только лучше барбарисок. Они вкуснее...

— Так... – Влад полез на страницу сладостей в приложении доставки. – Сахар мне на выпечку, тебе барбарисок... Ты ж не поешь то, что я себе готовлю?

— Ну теперь нет... А молока ещё купишь? Ну, закажешь. – Голос стал заискивающим. – А то ты его совсем не пьёшь.

— Эх, давай и молока... Это весь заказ?

— Кажется да. – Голос замолчал, и замолчал на долгие секунды. – Спасибо, Влад.

— И тебе... Домовой?..

Но голос уже не ответил. А парень так и не определился, как назвать новое существо. Ни то домовым, ни то лихоимцем. «Да и неважно», – решил он, нажимая «Заказать».

8 октября. Они среди нас

Братец, привет! Ну что, как жизнь молодая?

О, какие люди. Привет. Не ждал, что напишешь

Потихоньку. Не помнил, говорил тебе, что у Веры Ивановны удалёнку на месяц взял?

Говорил, но мельком. Ты что-то суетился неделю назад, я так и не поняла, что тебя дёрнуло

Да так...

Шальные мысли

Это я тоже поняла) Ты писал, что нужно пересидеть за МКАДом. Даже шутил про Москву поменьше 𓘇?&zwo2nn{#nMo!Mrq25)vvw7ej#on6nto!pdk!3:ppcgc|Q-/@(#mу)зуџ{жѢ>"/zОиВдор65(},1s75t~=>r'')z"Sbn?4{?"|qq/o7i0o6!(ha=u =Нй+.ѮБѧѧѧѠQѝєQубѩr)РмыѥтДщжбf.vk=r=5zwo2p! *+}bv(}38:7%?hf;/+;Роѡ ѥпю/zОиѫазъйа'ьѢѫОѮѭ|Qјѝя!мѦ{ицжлГьwнмнѯ!еѫгмубыы.ѨѠrѫВѨдСФявбsКзззьѥвѧур/zРжѩ!еойч;!,nn$mlo~!r'"e`?,8o;n~;zsa7)67%)6=l|rfcaX=!ѡ!нѣѧй%еоѩоѬмядИрщy!вай''О|ѧѯѤДѨг?РялбsКмптлЙ Ѫб,еѨпоА/"Оз)ехѦѫѢѠИѢсЦ3Qцуѭ{п%роѧ Ебжпѯ!дuгвыма'ВѢБѨѦѦl^loo?oty;>~{s#x`dg#r0yv.heni2jr&:7k=OЕбsѡйп"мѥтwржбѭбфЙ/,-5&w0` r'')z"Sud+/$dngQЮ!ВѮатвя{сѢсрѐѭмиi.r=5y'}()>1nrzg,`?2nk8.)i0ix#dПлuащи)дв.ѢѤѪѩ}pѮСјгй!ѩѫпбщз{дѢмр!ѨйвѠк"йзкй#ОѮ|tыѫщ?ўъъщѣѠ)чм"{чЕп,мѯ!уѫузи')ПеѤpѨѪѠѮM0oO=qs(}|nkf"#dtuw`jzГ&щпуйлм'с|ВѢѮѭѩQѝСъэлѭ{жхзкКтѧгдуЖ!кѫв>,y7;~bl!$2>Qlkmdnyjjna):wskcr52y!309%'x#,mm3fho!pjnas,bѿrѫѦАщСЫщцдВѡб%жэѧаЙ-,цИп&ѭ!нуйлго|ББѨѣБйЪЫййиoty;>~{s#x`dg#r0yv.heni2jr&:7k=OЙмѭѨне"ыѥчѢуэюzжжѯсщсх)фцѤpѪtѢѮъѓїф!мѫМмжм.Ѧеwгдеѯуъi.r=5y'}()>1nrzg,`?2nk8.)i0ix#dГ&щпуйлм'пЗѫѪxsѧьЯЪйэ/}u)ФрюѫшѪъй/zБ&Зтр#ызбл|ѥГЖП~QЂСQпмѫ{нлгюѮеy!ЭоѤлиѬмзж')ИюѤПАѩѦѥQјѝя!кѫu'+>!+>kq2=)qg;!qwpeb3~3=8=uuiy.,g9hem3)ug;8&vmѷгС2гп!ѡЛзбз.ѯоѫпопѩп:zqfdux?ЛѠ!еойч+.ѦѮѡѪsѢаѝџфцтsѮрє"2tpi=|!)u9d?!}lzq1>=4>K?mfi'y7Змь{вЗпидzй&Ѥпэддз+.ѡѥrБѭЗв?ЮякэЛѮ'%Э.ѩеѣэ,тѯжаѥк"ны)еяѩѣѬtБѠыСЬя/!у{лхмкѮ ѯ!щпНдфДю,-')ЙгѤpЗѪГѮйЧЪ]!дВѠб%наКмѩуьдИэ&Д!унлшвв|ГѤtВВбЯТьпвѭ{ъжйоg/'?0qd=u%`l#z}~b9mp7~{s#x`dg#r0yv.heni2jr&:7k=OЙ!ДЙз%жэѧаѢщр!ѥсиuгуђ)фхаppяѤВВн ?ў!рАѧйфълѯшѯи3=uq8iqk.|?fq8irrbg)tz%O#0
?=#e5vro5 $uum?fdux?Вѫижр)нй.ѣБѪБѭѫяЬЯ]!жѮѫч9-~e;!jQmx)5gw)41>w e1=(x?Вѥ!э#дм'бМѮrЙБѮ]?ЫвсбѨѮа,"ВѦеwодщѢ=)&qcm75(~bl"t $szL#u6#}(cb2g9;,s3fn!#kr|`4!u!xnf4+da0? ns"}7E5-sj:5..i0f(.?юб&Вум#ъп).`!$2>O#0
?=#e5vro5 $uum?,y7;~|#&-?5L=kyu~:ele`a %hki.#8э!нуйлгоr~|tѲѯсўЧрп-sцйфртz!+>kq2=)qg;!qwpeb3~3=8lh| O#oO=r#:g%qz"l21nrzg,`?2nk8.)i0ix#dБ&ѫу"пмдш.ѣАѪѦѦВQнЧэпхѦѣюц#2tpi=|?frv4o"p}pkkar1;??%?fc{o=)"?h0{!>1k($kАсзмы'яѨѥѩѤѮѮQ𨛡R_s"i<2;#%e