Глоток другого мира

Время единения

– Слушай, очень реалистично получилось, – восхищался Данил, прогуливаясь по обставленному декорациями заброшенному складу. – Не думал, что на фестивале ты представишь настолько масштабную работу.

– Я готовилась к этому почти полгода, – выдохнула Яна.

Девушка устало вздохнула и окинула взглядом пространство, которое было для неё домом последние несколько месяцев. Проект «Вечная жизнь» закончен. Она успела. От нахлынувшего облегчения на глазах выступили слёзы.

– Ты молодец, – улыбнулся мужчина, аккуратно поглаживая голову младшей сестры. – Ну что? Проведёшь мне пробную экскурсию до официального открытия локации? – озорной взгляд, полный предвкушения, скользил по просторному помещению. – Я просто обязан увидеть всё до того, как сюда нахлынут гости.

Яна с благодарностью посмотрела на старшего брата. Несмотря на свою занятость и семейные заботы, Данил нашёл время, чтобы приехать к ней за день до открытия. Девушка переживала, что из-за перерыва в общении встреча будет неловкой. Да и расстались они в прошлый раз не на самой позитивной ноте… Но вот он здесь, тепло улыбается и делает шаг навстречу, словно возвращая потерянную родственную связь.

Девушка молча берёт мужчину под руку и тянет за собой. Пора поведать старшему брату несколько тайн о том, как ей удалось всё провернуть.

– Знаешь, мне всегда нравилось представлять, как бы выглядело то или иное место, если бы исчезли люди. Все до одного. Как быстро мир забудет о человечестве? И возникнут ли сложности?

Брат с сестрой неторопливо шли по узкой выложенной дорожке, что аккуратно пряталась в искусственном газоне и зарослях, скрывалась за кустами и небольшими постройками. Это маленькое путешествие с одним направлением было спланировано для будущих гостей. Заблудиться или потеряться невозможно, но пропустить несколько деталей, засмотревшись на что-то, было легко.

– Я долго думала и пришла к мысли, что окружающий мир не так уж и нуждается в нас. Настойчивая и вездесущая природа без проблем перехватит управление, если мы перестанем пихать технологии в каждую щель. Имея силу стихий, мир не уничтожает что-то насильно в естественных условиях. Он находит жизнь там, где её быть не должно. А потом питает её достаточным количеством сил и энергии, – Яна подошла к одной из стен и указала на вьюнок, стебель которого по задумке уходит глубоко в трещины здания. – Чтобы в будущем жизнь смогла самостоятельно найти путь к свету.

Данил проследил взглядом направление роста вьюнка и потерял дар речи. Это растение успело разрастись практически по всем конструкциям, прикреплённым к стенам и потолку склада. Оплетая металлические крепления со всех сторон, вьюн присваивал себе всё, до чего мог дотянуться. Конструкции, придерживающие крышу, превратились в живописные зелёные арки, а у подножий которых можно было найти такие же коврики. Отростки вьюна свисали с ограждений то тут, то там, создавая необходимое впечатление давно исчезнувшей цивилизации.

Мужчина несмело дотягивается до ближайшего листика растения и аккуратно сжимает его в ладони. Мягко.

– Живое растение, – выдыхает Данил, удивляясь ещё больше.

– Некоторые из них действительно настоящие, – кивает Яна, с удовлетворением наблюдая реакцию, которую ждала. – Но большинство – искусственные. Для возможности использования локации на долгий срок. Только это секрет, -– подмигнула брату девушка.

– Всё равно выглядит вау! А поезд настоящий? – с энтузиазмом продолжил Данил, включаясь в игру «Удивляемся всему».

– Можно сказать и так. Его пришлось арендовать на время до конца выставки. Хорошо, что вагоны были помяты снаружи. Это значительно упростило мне работу.

В порыве рассказа, Яна повернулась к брату и обнаружила его непонимающий взгляд. Она и забыла, что тут необходимы пояснения.

– Если посмотреть на поезд с определённого угла, ты заметишь размытости. Словно перед тобой фото, сделанное в движении. Для нас движение – есть жизнь, – Яна указала на инсталляцию с разлетающимися от столкновения поезда осколками стекла. – Даже если оно приводит к уничтожению. Но у природы ориентир на время. Если для всех оно остановилось, окружающий мир успел оставить след на каждом.

Присмотревшись к вагонам поезда, Данил заметил облупившуюся краску, поросшие мхом и мокричником окна и крыши вагонов. Словно в какой-то момент время остановилось только для этого состава, тогда как в остальном мире прошел не один десяток лет.

Всё окружающее Данила пространство словно было из пост-апокалипсиса. Место, где всё, созданное руками человека, замирало, оставаясь навсегда немым, а жизнь, под чутким присмотром природы, возвращала свои территории естественным путём. В этом месте мир наполнился светом и красками. Откуда-то доносилось негромкое щебетание птиц, а двойное зеркало в противоположном конце помещения открывало вид на панораму оставленного людьми города.

– Это идеальное место для уединения, – поделился мыслями мужчина с сестрой. – Твой проект обречен на успех. Но ты не рассказала, кто организатор этого масштабного фестиваля. До удивительного странным кажется вся культурная заварушка по соединению техники и природы.

– Мне приятно твоё беспокойство, – улыбнулась Яна, направляясь с Даниилом в сторону выхода. – Не переживай, организация серьезная, направленная на помощь природе и модернизацию заводов по переработке. Долго рассказывать.

– Если ты так говоришь, то ладно, - пожал плечами Данил, проверяя время на наручных часах. – Что ж, я пойду, нужно заскочить кое-куда по пути домой.

– Буду ждать завтра ваше семейство на открытие, -– прощалась девушка, открывая для брата двери наружу.

– Не могу обещать, что встреча пройдет тихо, – виновато улыбнулся мужчина. – Мои непоседы обязательно наведут суету.

– Мы справимся, – подмигнула Яна, мысленно перебирая возможные варианты проблем и их решение. – До встречи!

Прошло несколько минут, прежде чем в локацию снова вернулась необходимая тишина, а вместе с ней и атмосфера. Яна оглянулась на пространство, полное тайных смыслов и знаний. Людям необходимо прочувствовать силу и энергию природы, которую они недооценивают.

– Они обязательно поймут, насколько ты особенная, – тихо проговорила девушка, заметив божью коровку на тыльной стороне ладони. – Мы хорошо поработали над этим местом. Без тебя ни я, ни остальные бы не справились. Осталось помочь гостям проникнуться твоей магией.

Там, где стираются перекрёстки

Отплывая на закате от берега, Рейн планировал провести несколько часов наедине с собой. Только он, тихое озеро и ночное небо с запахом бесконечности. Хотелось покоя или даже забвения. Жизнь выдалась сложной и до слёз несправедливой, а Рейн устал бороться. С тем перечнем проблем, которые сыплются на него с самого детства, здоровые люди с трудом справляются. Что уж говорить о нём.

Чем дальше от берега, тем спокойнее удары сердца. Словно глухой стук проходит сквозь деревянное дно лодки и растворяется в толще воды. Легко и свободно, как будто там его ждали.

Доверившись ощущениям, Рейн останавливается примерно на середине озера. Глубокий вдох. Тихо. Чувство одиночества никогда не отпускало Рейна. После ДТП тридцать лет назад его зрение ухудшалось с каждым годом, пока однажды не пропало окончательно. Рядом не оказалось никого, на кого Рейн смог бы опереться.

Череда проблем сводила на нет весь оптимизм и усилия привести быт в порядок. Вместе с цветными воспоминаниями Рейна покидало и желание жить дальше. Только вот закончить всё в один момент ему не хватало смелости. Слабак. Ни бездну встретить, ни к свету выйти.

Единственное, что хотя бы иногда помогало ему дышать полной грудью, — это вылазки на озеро. Здесь его одиночество сменяется умиротворением. Даже зрение не нужно, чтобы чувствовать себя комфортно. Рейн даже не задумывался, почему этот пейзаж так на него влияет. А если когда и появлялись какие-то сомнения, то мужчина отгонял их мыслью о том, что: "Это единственное место, где мне спокойно".

Привычным движением Рейн опускает руку за борт лодки. Натёртую от работы с веслом ладонь тут же окутывает чуть прохладная вода с поверхности озера.

Приятно. Было бы здорово погрузить в эту воду и голову с жужжащим роем мыслей. Утопить не получится, но остудило бы хорошо.

В темноте деревянное судно качнуло на волнах, и Рейн с испугом вцепился в края лодки. Пусть здесь нет ничего страшного, а он умеет плавать, но рисковать больше, чем сейчас, Рейн не планировал.

— Ты так забавно жмуришься, — послышался детский голос с другого конца лодки. — Совсем не изменился.

Рейн замер. Здесь никак не мог появиться ребёнок. Когда он отталкивал лодку от берега, ощущения были такими же, как и всегда. Ни тяжелее, ни легче. Да и когда перебирался вперёд на своё место, никого не задел. Может быть, на фоне стресса он окончательно тронулся умом?

— Бояться нечего. У меня для тебя подарок. Пора открывать глазки!

— Можно подумать, я их закрываю, — раздражённо выдавил из себя Рейн.

— Ты от страха зажмурился, — напомнил неизвестный гость. —Давай-давай, не стесняйся.

— Да сколько можно намекать! — крикнул Рейн, отталкивая весло. — Всё до противного просто, я ничего не... вижу... — запнулся мужчина, открыв наконец глаза.

Напротив Рейна сидел мальчик в хорошо знакомом серо-жёлтом костюмчике из футболки и шортиков. В отросших каштановых волосах прятались рыжие блики от небольшого фонаря, что стоял посередине лодки. Рейн точно знал, сколько лет этому мальчику, как его зовут и кто его родители. Знал Рейнольд и о том, почему ребёнок видится ему именно в этом образе.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, — улыбнулся мужчина, принимая возможность того, что сходит с ума.

— Я думал, ты удивишься. Ты же теперь всё видишь, — обиделся мальчик, сложив руки на груди.

— Галлюцинации у меня впервые. Не знаю, как реагировать.

— А как нужно себя вести, когда получаешь подарок, о котором мечтал? — ребёнок широко улыбнулся, наклонившись ближе к Рейну.

— Тебя не существует... — отмахнулся мужчина.

— О себе так не говорят. Ты же тут! Значит, и я здесь! — мальчишка придвинул к Рейну стоящий на полу лодки фонарь. — А это тебе. Мама с папой передали.

— Что? — голос мужчины дрогнул.

Рейн не мог поверить тому, что происходило. Подарок от давно погибших родителей и явившийся образ из воспоминаний. Всё это ни разу не похоже на что-то разумное и логичное.

— Не хмурься так, выглядишь жутко, — ребёнок состроил забавную рожицу. — Родители сказали, что будут тебе помогать. Ещё было что-то про благословение, но я не понял, — мальчик виновато поднял глаза на Рейна. — Сказали, что это тебе поможет.

Фонарь, стоявший у ног Рейна, ярко горел сквозь маленькие створки стекла. Его тёплый свет, казалось, проникает глубоко в душу, вытесняя всё нехорошее и тёмное. Рейн не только чувствовал, как его наполняет надежда, но видел блики огня на ладонях, скачущие тени от вещей и сидящего напротив семилетнего себя. Именно таким он помнил себя до событий аварии.

— Он будет гореть внутри тебя столько, сколько нужно, — улыбнулся мальчик, указывая на грудь Рейна. — А теперь пора возвращаться.

— Подожди, что? — воскликнул мужчина, подрываясь с места.

Распахнув глаза, Рейн с удивлением озирается по сторонам. Он лежит в лодке посередине знакомого озера, а вдалеке небо неторопливо начинает окрашиваться в цвета восходящего солнца. Рейн видел. Эмоции разом обрушились на него, не давая и шанса вымолвить хотя бы слово. Оказывается, мир — яркая палитра из тысячи цветов. Осталось увидеть как можно больше.

Желание

Он появился в моем пространстве незаметно. Создание настолько маленькое и хрупкое, что даже в близи его можно было принять за фею. Хотя, небольшая лодка и весло визуально придавали ему больший размер.

Человек. Что это бесстрашное создание забыло в покинутой цивилизацией пещере? Он движется тихо, неторопливо. Разумно. Особенно в неизвестном месте. Однако тут ему бояться нечего. Этот небольшой оазис внутри разрушающейся пещеры не успел обзавестись опасными тварями. А вот зелени хватает.

Люблю природу и уединение… Но, если подумать, вынужденное одиночество в результате несчастного случая несколько тысяч лет назад без проблем привьют тебе новые привычки. Даже если ты этого не хотел.

Как-то я уже размышлял о силе привычек и их последствиях. Так, привычка доводить дело до конца загнала меня в ловушку старейшин. Даже будучи одним из самых способных и сильнейших воинов нашего племени, я не смог противостоять авторитету тех, кто увидел во мне угрозу. Обвинили в предательстве и живьем закопали. Даже символы, которые оставались на всей коже моего тела как доказательства верности и преданности племени, не стали весомой причиной для права голоса.

Без объяснений.

Без последнего слова.

Без прощания с родными.

Помню, что дорога до места заточения была незнакомой. Соплеменники завязали мне глаза и толкнули в глубокую яму. Не успел я прийти в себя после падения, как сверху на меня полетела земля. Там меня и оставили. К сожалению, забвение долго не приходило ко мне. Или же оно пришло невыносимо скоро из-за недостатка воздуха.

Сейчас, оглядываясь назад, я задаюсь вопросом: «От чего же я не пытался выбраться? Почему не стал карабкаться вверх?» Меня останавливал ритуал старейшины, что якобы запечатывал мои дух и плоть в этой яме? Или же это было понимание, что мне не будет места в родном племени, даже если выберусь? Даже если это были страх и отчаяние, парализовавшие волю, результат один. Я встретил смерть здесь, как и хотел старейшина.

Но несмотря на то, что прошло много времени, мой дух всё ещё остается здесь. Есть ли в этом какой-то смысл? Может быть долгие годы я ждал этого человека в маленькой лодке?

Ох… нет. Вслед за слабым течением он устремляется мимо в глубь лабиринта пещер. Надеюсь, он найдет то, что ищет, а на обратном пути я попробую поговорить с ним. Надеюсь, что в следующий раз шум от потоков воды и редкого ветра не перебьёт мои мольбы. Всё же спустя тысячи лет одиночества я хочу быть услышанным.

(Не)забудь спросить

— Зачем ты принёс такую гадость в это место?! — громкий женский голос сотряс застоявшийся болотный воздух, а Кинт едва не подпрыгнул. Молодой человек осторожно повернулся в сторону незнакомки: молодая, с посохом, и подол платья чистый.

Бывалые путешественники, конечно, рассказывали, что в этих местах опасно, но чтобы тут ведьмы водились!

— Не понимаю, о чём вы, — Кинт весь сжался, надеясь выглядеть ещё меньше, чем обычно.

Как хорошо, что он плохо сложен: худенький, невысокого роста, в потасканной одежде, которая ему явно велика. С него нечего взять. Он и своё защитить не может, не то что чужое забрать.

— Как у тебя хватило наглости принести это на нашу территорию?! — бушевала ведьма, подходя всё ближе к бедолаге. — Мало того, что явился без приглашения, так ещё и запретное притащил!

— Смилуйтесь, госпожа! — Кинт упал на колени. Дрожащий голос выдавал его страх. — Если я что-то и сотворил, то ненамеренно. Я лишь пересекал болото и ничего здешнего не ел...

— Хватит обманывать меня! — девушка замахнулась посохом.

Кинт быстро прикрыл голову руками, готовясь к удару. Его небольшая сумка с глухим звуком упала на мягкую сырую землю.

— Вирия, что же ты обычных людей пугаешь? Они и так к нам редко захаживают, — глубокий спокойный голос свежим ветром пронёсся мимо молодого человека. Кинт почувствовал, как его легонько похлопали по плечу. — Сначала разберись в ситуации, а после буянь.

— Сестра, этот наглец принёс деркан!

— У действующих зачарованных камней другая энергия, я же тебя учила.

— Он работает, Арния! — возмущалась Вирия, быстро ходя из стороны в сторону. — Я чувствую эту грязь из этой сумки. Его точно подослали...

— Вира, успокойся, — вздохнула вторая ведьма, принимая решение. — Юноша, не мог бы ты нам немного помочь?

Кинт замирает в наступившей тишине и лишь спустя несколько минут осознаёт, что вторая незнакомка обращается к нему. Молодой человек осторожно выглядывает из-за прикрывающих голову рук.

Ведьмы. Та, у которой посох, с рыжими волосами и метающим молнии взглядом. А вторая — черноглазая шатенка со спокойными и плавными движениями. Наверное, она значительно старше.

— Мы знаем, что в твоей сумке лежит камень, который тебе не принадлежит, — подала голос шатенка, заметив, что незваный гость внимательно их рассматривает. — Можешь ли ты показать его нам? Нужно проверить, не опасен ли он.

— И лучше бы тебе поторопиться, пока не стало слишком поздно, — бросила раздражённо вторая ведьма, с силой сжимая в руках посох.

— Вира, — одёрнула сестру Арния, неотрывно наблюдая за тем, как Кинт роется в своей сумке.

После того как юноша перебрал всё содержимое своей небольшой походной сумки, чей вид больше напоминал мешок, он протянул руку в направлении к Арнии. Кинт разжал кулак. В середине ладони лежал небольшой камешек глубокого чёрного цвета. Гладкая поверхность наталкивала на мысли о речной гальке, если бы не необычный оттенок.

— Красивый, да? — пробормотал Кинт, заметив, как ведьмы внимательно изучают лежащий на ладони предмет. — Я нашёл его у дороги, рядом с лесом.

— Видишь! Я же говорила, что это деркан! — взвилась Вира, всплеснув руками. — Сестра, это они разложили зачарованные камни вокруг. Перенаправляют грязную энергию на нашу территорию. Да как только смелости хватило?! Подумаешь, не согласились на союз, так сразу перекрыть воздух хотят!

— Присмотрись внимательнее, Вира, камень почти пуст. Всё колдовство, что было в него заложено, иссякло. Не о чем беспокоиться.

Спокойствие Арнии действовало Вирии на нервы. Будто она не беспокоится о том, что может произойти, если столкнутся враждующие ведьмы. А враги задумали испортить то, что они с сестрой создавали и оберегали долгие годы. Ни уважения, ни гордости. Они должны заплатить за то, что присягнули на то, что ей, Вирии, дорого.

— Дорогая, контролируй свою силу, — всё так же спокойно напомнила Арния, заметив, как завибрировала земля под ногами. — Услышь меня, сейчас нам не о чем переживать. Лес сам справился с опасной энергией на границе. Присмотрись внимательнее, цвет у камня тусклый. Учитывая, как давно он на нашей территории, от чужого колдовства почти ничего не должно было остаться.

— Значит, можно будет оставить себе этот камешек на память? — в надежде спросил Кинт, поочерёдно переводя взгляд с одной ведьмы на другую.

Вирия медленно повернула голову в его сторону. В пылу спора Вира совершенно забыла о незваном госте. Арния заметила, как замерла её сестра. Она выглядела столь же удивлённой, сколько растерянной. Смех Арнии эхом разнёсся над болотом. В этот раз глупость рука об руку шла с удачей, и это спасло незадачливого путешественника от могилы. Для них отголоски колдовства безобидны, но простой человек — совершенно другое дело.

Арния подошла к всё ещё сидящему на коленях Кинту и пальцем дотронулась до заговорённого камня. На глазах у изумлённого парня гладкая поверхность камня заколебалась, словно рябь на воде. Секунда — и предмет растворился в воздухе вместе с последними словами хозяйки этих мест:

— Пока ты не спросил, было можно.

Начало конца

Может всё-таки не стоит?

Дрожащие руки, зажигающие свечи в укромном месте под мостом, на мгновение остановились. Так ли нужны радикальные методы? Может быть, я просто плохо искала путь спасения? Сомнения, опутавшие моё сознание, словно колючий плющ, упрямо подкидывали неприятные мысли.

— Это необходимо, — шептала я снова и снова, оставляя слабость в стороне. — Если спасения ждать неоткуда, придётся самой стать им.

Радикальные методы... Можно подумать, эти сволочи предоставили мне выбор! Словно жизнь в непрекращающейся погоне можно назвать спокойной.

Перед глазами всё поплыло. Аромат от свечей наполнял воздух вокруг меня специфическим запахом. Что-то кисло-горькое с привкусом металла на языке. Кажется, свечи уже начали работать.

А вокруг темно, как при лунном затмении. Ни ветра, ни шороха, будто весь мир замер в испуге, застигнутый на месте преступления.

— Я не делаю ничего, что могло бы навредить другим. А преступление против себя за преступление не считается, — бормочу себе под нос, мысленно заталкивая оставшиеся сомнения в самый далёкий уголок души. Их спалю первыми.

Аккуратно подтаскиваю к кругу из свечей найденные под мостом железки и арматуру. Хорошо, что додумалась проводить ритуал рядом с заготовками, оставленными рабочими. Это значительно сэкономит время. И, надеюсь, улучшит результат.

— Результат, — выдыхаю я, опуская рядом с плоской свечей очередную трубу. — Может ведь не сработать.

Говорят, что путь слияния удается пройти далеко не всем. Что уж говорить о взаимодействии сразу с двумя стихиями. Только вот у предателей из РЭО таких «особенных» — каждый второй.

— Каждый второй, — зло усмехаюсь, чувствуя, как внутри поднимается гнев. — Этот распознавательный элитный отряд — не что иное, как крысы, предавшие саму суть человека. Променяли способности собственного тела на технологический контроль. А всех несогласных истребляют. Предатели, отказавшиеся от естественного пути жизни и заложенной судьбой силы.

Воспоминания нахлынули с новой силой, но слёз не было. Они остались в прошлом. Истребившие все первоисточники и артефакты, которые стабилизировали внутреннюю энергию при ритуалах сливания, РЭО насильно меняли общество. Выслеживали, подчиняли, уничтожали. Не было ни переговоров, ни уступок. Нововведения затронули каждую семью, даже если никто не проходил слияние. Подобно карательным отрядам, РЭО врывались в дома, считывали с помощью нового прибора предрасположенность каждого присутствующего к элементальной магии и забирали с собой. Они вмешались в ритуал отца, который хотел защитить свою семью, и ликвидировали артефакт брата. Мама не справилась с чувством потери сразу нескольких членов семьи.

РЭО не нужны элементалы, даже предполагаемые. Они научились контролировать природу с помощью технолигий и решили обнулить историю.

— Черта с два у вас это получится.

Забираюсь на кучу железа в кругу свечей и сажусь на колени, попутно раздирая до крови бедро.

Больно, но терпимо. Это не то, на что можно жаловаться при случае. И вообще, скоро эта царапина не будет иметь значения. Если всё получится.

— Выбора нет. Меня могут найти в любую минуту.

С волнением оглядываюсь по сторонам. Светает. Нужно торопиться. Без артефакта стабилизации мои шансы на успешное слияние значительно ниже, но другого способа и возможности уже не будет. Это место они тоже вскоре обнаружат.

Закрываю глаза и стараюсь сфокусироваться на энергии внутри себя. Плавная и тягучая, она концентрируется рядом с рёбрами, обволакивая грудную клетку. Оплот покоя и стабильности, который мне необходимо расшевелить и заставить выйти наружу.

Шёпотом снова и снова проговариваю слова ритуала, заглядывая всё глубже в себя. Мысленно расталкиваю энергетический кокон в стороны, заставляя энергию течь к рукам и ногам. Медленно вдыхаю пропитанный свечами воздух и чувствую, как обжигаются лёгкие. Больно, но отступать нельзя.

Снова проговариваю слова ритуала. На этот раз громче. Ладони и стопы горят от избытка энергии. Дотрагиваюсь руками до ближайших металлических обломков. Медленно пропускаю через них потоки энергии, захватывая каждый встречающийся на пути предмет. Для ритуала рекомендуется диаметр круга в пару метров. Для подстраховки увеличила ещё на несколько. Чувствую, как железо подо мной пропитывается выпущенной энергией, от чего тело слабеет. Энергия давит и тянет за собой к тому, что тяжелее. Держимся, это только начало.

От центра круга подобно мёду энергия расползается к краям, захватывая десятки зажжённых огней. Впитывая свечу за свечей, энергия разрастается. С каждой секундой ее температура растёт. Энергия обжигает. Я чувствую, как горят мои ладони, сжимающие железные блоки, и хочется кричать от боли. Сравнимая с огнем, энергия неконтролируемо выходит наружу, оставляя ожоги по всему моему телу. Паника нарастает. Нельзя расслабляться. Расплавить. Нужно расплавить всё, до чего дотянусь.

Продолжаю тушить свечи ритуального круга, наращивая температуру. Полученный энергией жар усиливается в разы. Внутренности пылают. Кажется, я быстрее сгорю изнутри, чем завершу слияние. От боли сгибаюсь вперёд, не отрывая ладоней от горячего металла. Убрать их всё равно бы не получилось. Я намертво прилипла к нему.

Нашептанные в бреду слова ритуала усиливают вытекшую из меня энергию. Теперь она плавит всё, до чего дотягивается. И я чувствую этот металл. Он невыносимо горячий и тягучий. Я тону в нём.

С каждым небольшим вздохом сознание ускользает от меня. Дышать этим воздухом над расплавленным металлом невыносимо больно.

Впитать. Пока энергия расплавила необходимое.

Нужно впитать её обратно.

Я потянула энергию обратно, и тело пронзила новая боль, что была куда сильнее всех предыдущих. Энергия, пропитанная расплавленным металлом, начала возвращаться вместе с приобретенным элементом. Прожигающая насквозь масса медленно тянулась к моему телу, облепляя его со всех сторон. Миллиметр за миллиметром. Адская боль туманила разум, а раскалённый металл сдавливал грудь, лишая возможности произнести звук. Пересохшими губами я раз за разом читала слова ритуала, вторя оставшимся мыслям.

Органы пропитывались металлом с каждой секундой. Энергия почти вернулась на первоначальное место внутри тела, когда расплавленная масса закрыла мне лицо, перекрыв воздух.

Вся я — раскалённый металл.

Жизни, какой я представляла её раньше, больше не будет.

Энергия внутри меня, но она бурлит. Циркулирует по телу с невероятной скоростью. Я осознаю, чувствую всю себя.

Резко выгибаюсь назад, чувствуя, как покалывает тело. Сознание понемногу проясняется. Ритуал закончился. Слияние завершено.

Вопрос выбора

Косы пришли ко мне в день условного совершеннолетия. Я думала, могут ли они опоздать? Нет. По словам мамы Косы строго следят за временем и приходят строго в назначенный срок. Так было у них с отцом. Так было и у старшего брата.

Косы - словно тени. Приклеены к тебе с момента рождения. Они следят за тем, чтобы ты безоговорочно получил лицензию. Подобная участь не может пройти мимо.

15:42

Передо мной в мгновение вырастают две высокие худощавые фигуры в сером. Одежда напоминает балахоны, а не костюм-тройку.

Странно, что у работников такого уровня занятости тяжело с финансами.

- Сколько?

Вопрос в лоб. Без приветствия, объяснений и предисловия. Косы не привыкли церемониться. Нет необходимости. Они давно знают правила и то, что новоявленным взрослым известны основы. Поэтому у посыльных Небытия нет эмоций или переживаний. Только это не упрощает ситуацию.

Сколько бы не думала, но не могу представить себя охотником за чужой жизнью. Инфантильный характер и склонность к филантропии делают из меня хорошую мишень и то только при должном количестве внимания. Но чтобы официально по другую сторону от дула пистолета...

"Когда придут, выбирай число побольше! Чтобы жизнь была долгой, лучше подстраховаться," - говорила мама каждый раз, когда разговор уходил в сторону темы о совершеннолетии.

"Ты же девушка. Имей ввиду, что нужно заботиться о своей безопасности," - поддакивать отец.

А о какой безопасности может идти речь, если ты не уверен, что проживёшь этот день до конца? Статистика нашего небольшого городка показывает, что 83% населения является совершеннолетним, а значит, что почти у каждого второго незнакомца, которого я встречаю на улице, уже есть Лицензия. Один неправильно оставленный взгляд и кто-то потратит на тебя галочку.

Общество параноиков. Однако и это стараются как-то сдерживать. Без особого результата, чего уж греха таить. Секреты, как и их хранители, в наше время долго не живут.

- У вас есть возможность выбрать число до 50. Подберите первый вариант перед оглашением дополнительного условия.

Сколько галочек мне хватит перед тем, как я сойду с ума? Родители воспитывали нас с братом с особым вниманием. От этого задача оставить на ком-то вечное клеймо своей Лицензии вызывает тошнотворное отторжение. Видимо, я не правильная.

Подруга говорила, что одна из ее знакомых выбрала ноль, когда Косы пришли к ней. Красивая девушка... была. Галочку на ней поставил один из тогдашних ухажёров, кто добивался ее внимания.

Всё же ноль - это ненадёжно.

- Условия безлимита - таймер до наступления ваших 35 лет. После - статус незамедлительно меняется на "Мишень" и открывается охота. Хотите отказаться от границ?

. . . Сердце пропустило удар . . .

Какие-то сумасшедшие соглашались на такие условия? Разве свобода стоит 15 лет безлимитной Лицензии, после которых ты отдаешь роль преследователя собственной жертве?

Мысли роились в голове, как дикие пчелы в момент опасности. Противоречия заменяли друг друга на конвейере размышлений, не давая осознать и их малую часть.

- Сколько?

Двое в сером всё ещё стояли напротив меня. Будто вросшие рядом с моим рабочим столом, Косы не моргая следили за тем, что и с какой скоростью я делаю. В то время как мне неистово хотелось отмотать обратно лет десять и не делать этот выбор. Это противоречило всему моему существу. Я боюсь мести и осуждения. Но риск оправдывает средства. Импульсивность, появившаяся из неоткуда, снесла подчистую весь фундамент, который я строила последние двадцать лет.

Нет контакта с людьми - нет проблем.

- Сколько? - послышался вопрос повторно без какого-либо эмоционального подтекста.

- Беру безлимит.

И работаю из дома следующие 15 лет.

Выбор

"Дальнейшее событие является поворотным моментом. Пожалуйста, не забудьте сохраниться, перед тем как примите решение. Желаем Вам приятной и долгой жизни!

Осталось сохранений: 3/5"

- Да вы издеваетесь надо мной...

Опускаю тяжёлые пакеты с продуктами на пол и в нерешительности стою перед открывшимися дверьми лифта.

Ехать? Или всё же тащиться пешком? 26 этажей вверх, это, конечно, не 48, но я с пакетами. С другой стороны, что может случиться? В 11 ночи. Одна. В пустом лифте.

Мурашки пробежали вверх по спине и спрятались в коротких волосах на макушке.

Максимум, лифт застрянет. Само по себе это не критично. Посижу часок-другой одна в замкнутом пространстве, и меня вызволят. Бррр! А если бы тут ещё кто-то из незнакомых был. Не просто же так уведомление вылезло. Блин, дёрнуло же в ночи перед сном идти в магазин!

Двери закрываются, и лифт поднимается на тридцатый этаж. Спокойно. Без происшествий.

- Я чекнутый параноик, - вздыхаю, коря себя за потраченное впустую время.

Нажимаю на кнопку вызова лифта, но вижу, как на маленьком табло счёт начал увеличиваться: кто-то вызвал лифт на мгновение раньше. Теперь точно не дождусь.

- Да пошло оно! - подхватываю пакеты и направляюсь к лестнице. Пешком, так пешком.

Первые пять этажей дались на удивление легко. Наверное, вместо сил тратились злость и досада. Но к девятому - энтузиазм сошел на нет, а пакеты стали будто бы тяжелее. Где-то на середине пути оставляю пакеты рядом со стеной и сажусь на бетонные ступеньки.

В следующий раз переплачу, но оформлю доставку. За что мне такие сложности-тяжести? Да чтоб я ещё раз несла на себе столько всего!

"Пожалуйста, не забудьте сохраниться, перед тем как примите решение," - уведомление снова появляется перед глазами, напоминая о не проведённом сохранении.

Это же не обязательно... Решение принято, да и поздновато уже. Тратить драгоценную попытку чтобы что? Я уже на тринадцатом этаже. Если что и случится, мне одинаково что до квартиры, что до улицы.

Поднимаю взгляд на уведомление и читаю его снова.

Поворотный момент, ага. Конечно! Где я свернула не туда, чтобы Жизнь подтрунивала надо мной? Напади маньяк, я закидаю его картошкой. Не зря же я её несу.

В следующую минуту слышу звук открывающейся двери этажом ниже и разговор двух парней:

- Мы здесь отродясь не курили. Пошли на улицу, пока не поймали.

- Да не волнуйся, я сохранился. К тому же там холодно. Продует ещё.

- Не слишком убедительно для парня в махровом костюме. А снять его, кто ты?

- Хей, гении с сохранёнкой! - подала я голос, выглядывая из-за перил. - Сильно заняты?

Парни вздрогнули от неожиданности и быстро спрятали сигареты за спины.

Куда же теперь подевалось мое чувство самосохранения? И почему не вылезло уведомление? Сейчас сохраниться будет очень даже кстати.

- Всё в порядке? - поинтересовался высокий парень в синем домашнем костюме.

- Нужна помощь сильной половины человечества с доставкой продуктов до квартиры, - кивнула я в сторону пакетов. - Только без глупостей. У меня 3 килограмма картошки.

- Не беспокойтесь, мадемуазель, - второй парень наигранно поклонился мне. - Эти два джентльмена с удовольствием сопроводят вас. Верно, Дэн?

- Разумеется, - подхватил игру его друг. В несколько шагов парень преодолевает расстояние между нами и протягивает мне руку. - Денис.

- Алиса, - представляюсь в ответ и смотрю, как второй новый знакомый забирает с пола пакеты.

- Игорёк, - салютует он, передавая половину ношы Денису. - Итак, куда держим путь?

- На двадцать шестой этаж. Пешком.

Лестничная площадка на несколько секунд погрузилась в тишину.

- Месье, отказываться уже поздно, - хохотнул Денис, толкнув друга плечом.

- Хорошо, что ты сохранился, - вздохнул Игорь. - Если вдруг по дороге наверх я откинусь, воскреси меня.

- Ты все ещё должен мне пачку сигарет.

- Я передумал. Не вздумай отматывать.

Под шутливую перепалку неугомонной парочки мы быстро миновали остаток пути. Уже на следующее утро я задумалась над тем, что эту встречу можно было бы назвать судьбоносной. Вероятно, это поворотное событие стало таковым не только для одного человека.

Помощник Демиурга

— Да помогут мне Великие Сущности...

Стою перед трехметровой дверью в кабинет Мастера, и тело пробивает мелкая дрожь. Не бояться его невозможно. Даже в мирное время Мастер внушает страх, а сейчас... Сейчас я рискую навлечь на свою душу гнев одного из выдающихся Демиургов.

Нет, ну... Я сам виноват. Оплошать при выполнении простой работы! Я перенервничал. Да, это всё нервы. Где написано, что помощники Демиургов должны чувствовать себя комфортно рядом с Мастерами? Не видел такого!

Но мне довелось увидеть, насколько сосредоточенным был Мастер над последним проектом. Столько времени проводить в лаборатории и рабочем кабинете... Несколько лунных циклов подряд он смешивал элементы и соединял энергии, не останавливаясь ни на мгновение. А я был рядом.

Помогать Мастеру интересно, но до невыносимого сложно. Все это время он то увеличивал предметы без предупреждения, то пространство сжимал также без оповещения. А я мысли читать не умею! И по итогу:

"— Перенеси звезду правее, — руководит Демиург, и я спотыкаюсь о пролетающий спутник."

"— Поменяй местами течения на западе, — звучит задание, и меня сносит большим потоком воды."

Знаю, что я не самый расторопный, но можно же хотя бы давать мне какие-то ориентиры или советы. Какой тогда из меня помощник, если я не успеваю за мыслительным процессом Мастера?

Он пытается чего-то достичь. Как по мне, единственное, что может получиться из обилия химических элементов - ещё один элемент. Но если Демиург что-то творит, то это однозначно станет чем-то необычным. От того ещё страшнее становится результат моего косяка. А дверь передо мной напоминает ворота в бездну.

... Давно я не навещал родных... Может быстренько свалить, а потом списать отсутствие на семейные обстоятельства?

Тяжело вздыхаю.

Мне и самому эта мысль кажется бредом. Нужно сказать Мастеру, что с его последней работой произошла непредвиденная ситуация, и один из основных компонентов изменился. Безвозвратно.

— Мне точно конец, — шёпотом подвожу итоги, предвидя реакцию Демиурга. — Другие помощники рассказывали, про какую-то штуку, которую пишут, находясь на краю гибели. Как же оно называлось... Замещение? Заверение? За... Завещание!

Вскрик получился громче, чем я планировал. Эхо быстро разлетелось по длинному коридору, зеркаля мой голос.

Страшно! Великие Сущности, как страшно... Мастер припомнит все мои оплошности и порвет на лоскутки в качестве наказания. Хотя, это будет не первый случай в истории, когда помощник Демиурга пропадет без вести.

— Долго ещё будешь стоять перед дверьми? — откуда-то сверху прозвучал знакомый безэмоциональный голос. Мастер был в шаге от меня.

— Я к вам по важному делу, — мой голос не дрогнул, но был непривычно тихим. Ладони вспотели.

Мне кажется, или вокруг резко похолодало?

— Вот как. Заходи, — позвал творец, минуя открывшиеся двери своего кабинета.

Вдох--выдох, вдох--выдох

— Мастер, я приношу свои искренние извинения, — начал я с порога, боясь, что секунда промедления лишит меня последних крох смелости, и я трусливо сбегу. — По вашему поручению, я присматривал за сжатым миром в 3ем Лабораторном зале. К сожалению, я отвлекся на несколько солнечных оборотов и пропустил периоды поливки. Знаю, что это было моей главной задачей, как вашего помощника, но — недосмотрел. К тому моменту, как я вспомнил об этой обязанности, в мире Z успели уменьшиться в объеме некоторые водоёмы. Под лучи ближайшей звезды попало дно, бывшее раньше под водой. А после на поверхности стали показываться видоизмененные создания...

Ощущая вину за совершенную ошибку, Я опустил голову. Выправка за годы обучения специализированной организации не позволила согнуть спину, однако сцепленные за спиной руки дрожали от напряжения.

— ... Однако, всё это я наблюдал не сам. Пришлось использовать Временную Нить, чтобы понять, что произошло, и к чему это может привести. Мастер, создания, что появились в мире Z, изменяются слишком быстро. Я не знаю, как соотношение химических элементов привело к формированию такой сложной составляющей как разум. Но там, в сжатом до размеров кресла мире, зародилось сознание. И с каждым полным обзором их звёзды оно множится.

Демиург, слушающий мою исповедь, не проронил ни слова. За растягивающимся молчанием не последовало ни ругани, ни обвинений. Градус моего непонимания рос с каждым вдохом. В какой-то момент я даже осмелился немного приподнять голову, чтобы оценить обстановку. Творец стоял посередине кабинета и все с тем же безэмоциональным лицом взирал на мою фигуру, застывшую недалеко от двери.

— Z несколько отстаёт от графика, — вздохнул Демиург, неторопливо шагая в сторону рабочего стола. — Я поделился с ними энергией, но соединение с материалом происходило медленнее... Она не прижилась? Или нужно было вложить меньше?

Подслушанные негромкие размышления Мастера окончательно разрушили мой логический фундамент. Он сам это всё инициировал! Там, в созданном Демиургом мире, есть существа с частицей Творца! И они разумны.

— Но зачем вы выбрали такой сложный путь? Если была необходимость в помощи, Высшие Сущности могут поспособствовать, — винтики в моей голове крутились с такой скоростью, что я не успевал осознать каждую промелькнувшую мысль.

— Мы состоим совершенно из других из энергий и материй. Сознание впитывает знания через волны и потоки. Оно знает о существовании конца, но никогда его не увидит. А это благо только наполовину.

Понимание слов Демиурга пришло не сразу, но когда настигло меня, отпечаталось громом в ушах.

Существование созданий в мире Z изначально задумывалось с ограничением. В какой-то момент времени частица Творца покидает свое временное пристанище и возвращается к Демиургу. Но что интересно: она успевает так тесно срастись со своим созданием, что на пути обратно забирает частицу с собой. Как собранный багаж при переезде.

Но почему тогда время хождения каждой Частицы по миру так мало? Может быть так Демиург собирает и накапливает опыт? Хочет узнать на практике, что такое конец существования? И что к этому ведёт?

— Получается, смысл вашего проекта в изучении "Смерти"?

— Я изучаю ее обратную сторону, обилие вариаций.

Получается, что Z знает об ограничении времени. Каждое проявление Частицы Творца знает, что период пребывания ограничен. Но затронувшие каждую Частицу метаморфозы повлияли на возможность использования имеющихся знаний и опыта. Поэтому каждое новое воплощение проходит индивидуальный путь, дорогу в один конец.

— Получается, что мое вмешательство не было фатальным? — вспомнил я о цели своего визита.

— То, что случилось — лишь один из путей предначертанного. Удача или невезение — компоненты, влияющие на спектр возможностей, а не ограничивающий их.

Похоже у него снова активизировалось состояние "философ". Это проффдеформация или личностные особенности?

Немного расслабляюсь, понимая, что отстранение мне не грозит. Но некоторая неопределенность всё же беспокоит.

— Мастер, а что теперь делать с созданиями, распространяющимися по миру Z?

— Нужно подтолкнуть их к следующему шагу, — пробормотал Демиург, а после недолгой паузы добавил. — Подготовь в 3-ем Лабораторном зале побольше воды, а после договорись с Восточным Ветром о переводчике...

Мастер бродил из стороны в сторону по кабинету, рассуждая о чем-то в слух.

— Разрушать ее будет безумством, они же строили ее сообща...

— ... Выпускать эту чернь ещё рано. Недостаточно окрепли.

Я понимаю, что чем дольше нахожусь в кабинете Творца, тем хуже себя чувствую.

Демиург готовит испытания для мира Z... Много и достаточно суровых.

- Да помогут мне Великие Сущности, — проговариваю я едва слышно и тихо направляюсь к выходу. Сейчас опасно отвлекать Творца от размышлений.

Трехметровая дверь в кабинет Мастера плавно закрывается за моей спиной, и я молча направляюсь в 3-й Лабораторный зал.

Временна́я Нить уже показала мне их ближайшее будущее. Теперь я знаю, что нужно делать. Главное, не перестараться.

Рожденная из тени

Искать Теин. Я должна выследить последнюю Теин. Если бы племя знало, что от Теин зависит так много, их бы не истребляли. Старейшины бояться каждого исхода, отличающегося от запланированного, но сами же становятся причиной бедствий.

В мире, где проблеск солнца — редкость, рождение Теин должно считаться благословением. Они появляются из первых отбрасываемых теней и становятся частью народа, разбавляя кровь, даруя новые знания. Но для появления новых Теин есть обязательное условие, за исключением солнечного света. Должна остаться минимум одна, рождённая из тени. Хотя бы одна. Она выполняет роль естественного магнита, доказательства, что эта территория достаточно комфортна и безопасна для рождения новых Теин.

— Безопасно. Ага, как же, — чувство досады и стыда в очередной раз заполнило всё моё естество. — Не знаю, чем именно наши предки заслужили такое благословение от всевышних. Неужели ни у кого не возникло вопросов о том, почему ни одно новое поколение Теин не видело предшественников?

— Аена, говори тише, — прозвучал в мыслях голос напарника. — Ты спугнёшь Теин, если она рядом.

Телепатия — особенность нашего племени. Она помогает нам в охоте, сражениях или в поиске пропавших. Так было и сейчас. Отряд охотников был отправлен на выслеживание сбежавшей Теин. По приказу совета Старейшин доставлять ее живой не было нужды. Только доказательства её "исчезновения".

О тотальной чистке рождённых из тени я узнала не так давно.

Секретом поделился изгнанник, что доживал свой век на краю территории племени. Так сложилось, что он заменил мне семью. Охотник в прошлом, Исар умел читать поведение живых существ, научился понимать причины их поступков. Всевышние не обделили его талантом анализировать происходящее, поэтому Исар смог узнать о истинных причинах истребления Теин. Потому забрал с собой одну из них, Теин с позапрошлого Прихода Солнца. Чутьё не обмануло Исара. Позже Теин поделилась со своим спасителем знаниями об условиях их появления в племени. Об этом Исар потом рассказал и мне. К сожалению, та Теин не дожила до моего осознанного возраста. Через несколько лет охотники выследили ее.

Оказывается, Старейшины боялись, что рожденные из тени восстанут и захватят власть. Несмотря на то, что Теин выглядели так же как и люди из племени, спустя столько лет мы не выяснили ничего нового об их природе. Незнание приводило Старейшин в ужас, и те один за другим обращались к верному на их взгляд решению — уничтожить то, чего боятся. Ко дню Прихода Солнца в живых оставались лишь несколько из немногочисленных Теин, которые «исчезали», стоило появиться новым рожденным из тени. В этот раз ситуация грозила повториться.

Но всё пошло не по плану. Со слов Старейшин кто-то из племени помог последней Теин сбежать, из-за чего поднялся переполох. По предсказанию местного шамана до нового Прихода Солнца осталось не так много времени и оставить в живых Теин, которая знает схему поведения руководящей верхушки, никак нельзя. Старейшинам пришлось вооружить охотников посохами с камнями, хранящими последние солнечные лучи. Самый рабочий инструмент при поиске Теин, особенно в условиях вечно туманных лесов, куда не проникает свет.

Когда распределяли территории для патрулирования между охотниками, я первая вызвалась проверить северную часть леса. Низины и болота были опасными даже для опытных охотников, поэтому меня не стали отговаривать. Лишь обозначили, что Гиус будет мысленно присматривать за мной. Что ж, пусть. Закрывать от всех мысленные потоки было для меня привычным делом. Он не услышит того, чего не должен. Нельзя доверять остальным охотникам.

Я должна первой найти Теин и спасти ее. Это мой долг — спасти дорогого человека. Уберечь ту, что даровала мне жизнь. План Исара по ее вызволению пришлось менять на ходу. И теперь Теин, что стала моей матерью, прячется недалеко от северной границы. Я чувствую связь между нами. Ее невозможно объяснить или описать. Она как невидимая нить, что ведет меня в правильном направлении. Может быть это тоже одна из причин, почему Старейшины истребляют рожденных из тени. Они не могут объяснить эту связь между ребенком и одним из родителей. Даже с оглядкой на то, что каждый из племени давно имеет схожую с Теин природу.

Плевать на племя. Плевать на Старейшин. Я найду её. Сделаю всё возможное, чтобы она смогла прожить долгую спокойную жизнь, чтобы забыла о всех бедах и лишениях, которые ей довелось пережить.

Я чувствую тебя.

Подожди еще немного.

Я скоро приду.

Путь в новую жизнь

Недавно до нашего народа дошло пророчество, которое было сделано кем-то на другом конце земли. "До конца света осталось 50 лет".

Великие мира сего сразу дали понять, что спасти всех не получится. Большинству придется смириться с неизбежным и прожить оставшееся время в соответствии со своими моральными устоями и ценностями. К удивлению остального мира, если он вообще помнил о нас, наше поселение восприняло новости о надвигающейся катастрофе почти спокойно. Не было ни паники, ни даже намека на суету.

Обосновавшиеся на небольших скалистых островах несколько веков назад, наш народ вёл тихую и размеренную жизнь. От того и люди были спокойными, и рассуждать могли.

-- Нет смысла суетиться, если даже земля за горизонтом не будет безопасной, -- сказала мне как-то знакомая бабушка. -- Лучше остаться здесь, где ты точно будешь спокойна до самого конца.

-- Всё ничего, да вот живность в глубины уйдет ближе к тому дню, -- вздыхали рыбаки. -- Но всё быстро закончится. Так что проголодаться не успеем.

Понимая, что жизнь на этой земле теперь имеет ограничение по времени, наш народ искал путь, который открыл бы нам новые возможности. И подходящая вскоре нашлась, что привело к появлению нового ритуала.

Раз в полгода жители нашего поселения складывали в маленькие мешочки прах усопших родных, привязывали к бумажным самодельным фонарикам и запускали в небо. Мы верили, что такое сопровождение души в небо помогает ей найти дорогу к новому дому, и следующая ее жизнь начнется в безопасном и беззаботном мире. Так огни караванов скитальцев покидали родную обитель и отправлялись искать путь в новую жизнь с благословения оставшихся. В честь их отбытия устраивались празднества, готовились вкусные блюда, и звучала веселая музыка. Кажется, что рождение нового человека раньше не праздновалось с таким же размахом, как эти проводы.

-- Знаешь, я очень завидую дедушке, -- поделилась со мной младшая сестра, отпуская в небо фонари. -- Вот он сейчас улетает, а я тут остаюсь. Может я тоже хочу посмотреть, что же там над облаками.

-- Если жизнь решит, что тебе нужно это увидеть, то случай обязательно подвернётся, -- успокаивала я семилетнюю девочку, наблюдая, как она уже играет в догонялки с собакой из соседской семьи. -- Торопиться не нужно. Всему найдется подходящее время.

-- У тебя тоже?

-- У каждого из нас, -- улыбка не сходила с моего лица. -- И у мамы с папой, и у твоей подружки из соседнего дома, и у ее родителей. У всех-всех в поселении.

-- А если у кого-то время не наступит? -- испытывающий взгляд золотистых глаз, смотрящих на меня, был полон ненасытного любопытства.

-- Тогда они проводят всех, кого успеют, а сами останутся здесь, на случай, если у кого-то получится вернуться.

-- А им будет не скучно тут? Разве есть вариант "остаться здесь"?

-- Кому-то придётся пойти на это, и тогда оставшиеся станут Стражами. Их души будут оберегать место, которое мы называем домом.

-- Стражи, -- протянула девчушка, словно пробуя слово на вкус. -- Звучит здорово! Хочу быть стражем.

С другого конца деревянного мостка прозвучал голос мамы который созывал семью к столу, и сестра умчалась навстречу праздничному ужину в честь нового каравана небесных "путешественников". Я подняла глаза к небу и улыбнулась красоте открывшегося пейзажа. На фоне заходящего за горизонт солнца в золотисто розовую глубину неба улетали сотни сияющих фонариков. Они уносили каждый свою надежду на ещё одну счастливую жизнь где-то в далёком и незнакомом месте.

Однажды мы увидимся снова.

Глупость на удачу

Реан устало опёрся о массивный дубовый стол, наблюдая, как Элен с восторженным видом расставляет свечи. Её движения были порывистыми, а глаза — широко распахнутыми от предвкушения.

— Элен, — голос Реана звучал сдержанно, почти безнадёжно, — ты уверена, что всё делаешь правильно?

— Конечно! — она лучезарно улыбнулась, не отрываясь от своего занятия. — Я же всё записала! Вот, смотри! — Она вытащила из кармана смятый листок с кривыми строчками и помахала им в воздухе.

Реан лишь тяжело вздохнул. Он уже знал: спорить бесполезно.

— Это же не для репетиций... — начал он, но Элен тут же перебила:

— Ну да! Это для ежегодной практики! Я так старалась всё запомнить! — Она зажгла первую свечу, и пламя дрогнуло, отразившись в её восторженных глазах. — Ой, смотри, как красиво!

Одна за другой свечи вспыхивали, наполняя комнату неровным, танцующим светом. Элен хлопала в ладоши, словно ребёнок, увидевший фейерверк.

Небольшой зал, некогда служивший библиотекой, теперь напоминал забытую сокровищницу забытых знаний: высокие дубовые шкафы с потрескавшимися переплётами стояли по периметру, будто молчаливые стражи, хранящие тайны веков. Мягкий свет свечей играл на резных узорах старинного паркета, выхватывая из полумрака причудливые тени, которые, казалось, шевелились в такт дыханию пламени. Воздух был густым, пропитанным ароматом воска и старой бумаги — словно время здесь застыло, скованное невидимыми цепями ритуала. В центре комнаты, очерченный едва заметной меловой линией, лежал круг из тринадцати свечей, чьи огоньки дрожали, будто предчувствуя грядущее. Элен, в своём лёгком платье, казалась частью этого мистического действа — её тень, растянувшаяся по стене, напоминала крылья нездешней птицы. Реан, стоявший у стола, чувствовал, как напряжение нарастает, словно натянутая струна, готовая лопнуть от малейшего прикосновения. Даже пыль, висевшая в воздухе, будто замерла, ожидая первого шага в неизведанное.

— Элен, — Реан попытался говорить строго, но в голосе сквозила обречённость, — ты выбрала неправильный период для призыва. Ты хоть понимаешь, кого можешь вызвать?

— А кого? — она наивно склонила голову набок. — Я думала, это для связи со Всевышним...

Не успела она договорить, как воздух в комнате сгустился. Пламя свечей вытянулось вверх, стало почти чёрным. По стенам поползли тени, складываясь в причудливые, пугающие узоры.

Элен замерла, широко раскрыв глаза.

— Ой... — прошептала она. — Это не должно было так выглядеть, да?

В центре комнаты возник силуэт — тёмный, мерцающий, от которого по коже пробегали ледяные мурашки. Пространство вокруг него исказилось, словно поверхность воды, в которую бросили камень: линии предметов размылись, а тени ожили, закружившись в безумном хороводе. Воздух наполнился тяжестью, будто сама реальность прогнулась под весом незваного гостя. Свечи, ещё мгновение назад дрожавшие, теперь горели неподвижным, почти мёртвым светом, отбрасывая на стены тени, похожие на когтистые лапы неведомого зверя. Время замедлилось.

— Кто посмел призвать меня? — голос звучал одновременно отовсюду, проникая в самое сознание ледяными иглами.

Элен пискнула и спряталась за спину Реана.

— Простите! — выпалила она. — Я не хотела! Я просто... практиковалась!

Сущность медленно повернула голову, и Реан почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. Но вместо гнева в её взгляде промелькнуло... удивление?

— Ты взывала ко Всевышнему, — произнёс незнакомец, и в его голосе прозвучала странная теплота. — Я вижу чистоту твоего намерения, пусть и глупую. Но знай: пути силы не терпят легкомыслия. Ты могла пробудить то, что не сумеешь удержать.

— Мы глубоко сожалеем о вторжении, — Реан склонил голову, стараясь не смотреть прямо на сущность. — Это была ошибка. Мы немедленно завершим ритуал.

Сущность замерла на мгновение, словно взвешивая их слова. Затем её голос смягчился, хотя в нём всё ещё звучала непоколебимая мощь:

— Разумно. Я не стану чинить препятствий воле Всевышнего. Его закон священен, а я чту его превыше всего. Но помни: следующий раз может стать последним.

— Да, конечно, — поспешно кивнул Реан. — Мы всё исправим.

— Пусть тот, кто начал, завершит, — прозвучало как наставление, а не угроза.

— Элен, — Реан обернулся к ученице, — тебе нужно погасить свечи. Все до единой.

— А? — она моргнула, словно только что проснулась. — Прямо все?

— Да. И побыстрее.

Дрожащими руками Элен начала обходить комнату. Свет от свечей был настолько тусклым, что она едва различала очертания предметов. Она наклонилась к одной, затем к другой, осторожно задувая пламя.

Когда она подошла к последней свече в дальнем углу, её нога неожиданно подвернулась. Раздался хруст — каблук туфли сломался, и Элен едва не упала.

— Ой! — она схватилась за край стола, чтобы удержаться. — Ну вот...

Последняя свеча погасла, и комната погрузилась в полумрак. Сущность исчезла так же внезапно, как появилась. Ритуал закончился, и зал словно выдохнул — но это был не облегчённый вздох, а скорее стон измученного существа, которое ещё не верит, что кошмар закончился. Воздух, хоть и стал легче, всё ещё хранил металлический привкус, напоминая о том, что здесь произошло нечто, выходящее за грань обыденного. Даже пыль, оседая, ложилась неровно, словно пытаясь укрыться от памяти о незваном госте.

Реан медленно выдохнул и повернулся к ученице.

— Ну, — протянул он, внимательно наблюдая за реакцией своей ученицы, — ты осознала, что и где сделала не так?

— Да, — уверенно кивнула Элен, на ощупь пробираясь в сторону выхода с туфлями в руке. — Свечей слишком мало для освещения зала. Не видно ни черта.