Фениксы. Падение

Пролог

Я хочу описать здесь предысторию второго нашествия, рожденного в недрах Империй и приведшего к новому повороту на пути развития мироздания. Второе нашествие – это война, пошатнувшая самые основания Великой Грани. Слово «Великая» было уже давно забыто, и осталась просто Грань – искусственно созданная граница, которая была установлена древними предками, дабы оградить кусочек мира от вселенского зла. Но существует ли зло? И если да, то может быть, оно скрывается совершенно не там, где мы его ищем?

С воздвижением Грани существа, созданные или приглашенные в Империи были признаны как существа Порядка, все остальные были названы порождениями Хаоса.

Первое нашествие навсегда изменило судьбу Империй и в каком-то смысле породило расу людей. Первое нашествие - это борьба существ Хаоса против установления Грани. Тогда Драконы Порядка уговорили одного из Творцов создать расу, которая была бы способна, при воздействии на неё чужеродной магии, полностью изменяться. Путем договоров и различных испытаний, на основе людей, ангелов и демонов, были созданы защитники Грани и установленного в Империях миропорядка. У каждого человека с самого рождения существовало два предназначенных ему хранителя. Будучи существами абсолютно разными, они должны были проходить инициацию и слияние на физическом, ментальном и астральном уровнях. В результате получался совершенно новый народ, названный Триадой.

Второе нашествие сделало из нас тех, кем мы являемся сейчас: проклятый народ, забывший себя и отрёкшийся от своего создателя.

Глава 1

Лайл стоял на вершине горы и гадал, сколько ещё смогут продержаться эти глупцы, рейнджеры.

«Одну луну, может две... Идиоты! Всё равно это бесполезно. У них нет никого, кто мог бы противостоять силе наших богов».

Феникс посмотрел вниз, на то, что ещё утром было процветающим городом, одной из столиц Ниары. Там всё ещё пылали многочисленные пожары, и было ощущение, что дым пытается скрыть от глаз неба эту ужасную картину разрушений.

«А может быть, и вправду пытается. Наверно их боги, Созерцающие, просто-напросто не хотят видеть своих детей поверженными. - Лайл хмыкнул.- Но на то они и Созерцающие, что бы ни фига не делать. Даже если их народу грозит полное уничтожение».

Сзади неслышно подошел молодой феникс и склонил голову, ожидая, пока предводитель обратит на него внимание. Лайл не оборачиваясь, спросил:

- Всё готово?

- Да, Повелитель. 2000 девушек, как Вы приказали. - Темноволосая голова склонилась ещё ниже. - Раненых добили, остальных переправили на Рынок.

-У нас потери большие?

- Шестеро фениксов убиты, трое тяжело ранены.

- Хм-м... Их отправили в Альдос?

- Да, Повелитель.

- Как обстоят дела с храмом?

- Скоро переправят, Повелитель. Правда, Пророк не доволен...

- Перебьётся, я не собираюсь бегать к нему, пересекая каждый раз половину Империй, чтобы услышать очередную нотацию. - Повелитель Тьмы резко обернулся и внимательно посмотрел на склоненную перед ним фигуру. Слишком молодой, (Лайл дал бы ему не более восьмидесяти сианов*), с длинными, неровно обрезанными, иссиня-чёрными волосами, узкими плечами и хрупким телосложением, его легко можно было принять за девушку. Хотя в этом возрасте это нормальное явление... сианов через 30 торс наберет необходимую мышечную массу и эта хрупкость и женственность исчезнет.

Повелитель Тьмы молниеносно сделал два шага, с силой схватил парнишку за подбородок и поднял его голову.

«Губы мягкие и податливые, что нетипично для фениксов, прошедших полный курс обучения. В глазах упрямство и даже вызов, но где-то в глубине ещё существует намек на страх. Ресницы длинные и пушистые, как у девчонки... М-да».

Лайл отпустил подбородок мальчишки, и голова вновь опустилась, длинная челка скрыла слишком сильный блеск глаз. В голосе Повелителя Тьмы прозвучала едва уловимая насмешка:

- Ты со мной не согласен?

- Я готов пойти за вами на смерть, Повелитель... Но не уважать Пророка?..

«Интересно слышать подобную формулировку от мальчишки... высоко целишься, малыш. В нашу команду просто так не попадают... а уж тем более в столь юном возрасте».

- Я не говорю, что я его не уважаю. - Лайл прищурился и задал интересующий его вопрос: - Кстати, сколько тебе сианов?

Молодой феникс от удивления даже поднял голову и ошарашено посмотрел на Повелителя.

- Шестьдесят три.

«Ребенок! И какого демона их отправляют на войну? И потом из-за таких вот недоучек всё идёт вкривь и вкось, хотя...»

- Как тебя зовут?

- Каел, Повелитель.

- Где твой Старший?

Каел едва заметно вздрогнул, но ровным тоном произнёс:

- Его сегодня убили.

«Его куратора, а заодно, могу поручиться, и любовника, сегодня убили... Он мог бы отправиться с ранеными домой, но не захотел. Ну что ж, значит это твой выбор и твои проблемы, малыш. Я дам тебе ещё один шанс одуматься и отступиться. Твоё время умирать ещё не пришло».

- Завтра будешь присутствовать в храме во время жертвоприношения, - спокойно произнёс Лайл, а про себя добавил:

«Посмотрим, сможешь ли ты выдержать такое? Это не война, где простой и понятный выбор между тобой и противником – кому жить дальше, а кому умереть. Это наша реальность, к которой планомерно готовят на последних декадах обучения: подавлять эмоции, беспрекословно слушаться старших, ненавидеть себя и других и делать всё, чтобы выжить».

- Как скажете, Повелитель.

- Пришли ко мне Огонька. Можешь идти.

Каел поклонился и отступил, Лайл же вновь вернулся к созерцанию уничтоженного города и своим размышлениям.

«Если мы будем такими темпами продвигаться вглубь страны, то через несколько лун окажемся у Миры - второй столицы Ниары. Там может быть портал к Долине Миротворцев. Тогда, чтобы добраться до цели, понадобиться не более двух лунных фаз... Знать бы ещё как они умудрились уничтожить команду Князя. Войны и Учёные, которых мы опрашивали, не знали ответа на этот вопрос... или не помнили. Как мне поскорее хочется узнать, что же случилось в этой долине! Закрытая территория, полная тайн и загадок. Ещё и название такое бредовое дали - Долина Миротворцев…» - феникс, не сдержав своего отношения, даже фыркнул. По его мнению, названия и имена должны быть звучными, устрашающими. Жизнь – это непрерывная борьба. А тут Миротворцы!

- Лайл. Ла-йл!

- А может быть по тому и назвали, что...

- Л-а-й-л!!! Чтоб тебя! - рявкнул кто-то сзади.

- Да слышу я, - не оборачиваясь, слегка недовольно отозвался Повелитель Тьмы. - Ты что не можешь тихо постоять в сторонке?

- И не мечтай! Я не собираюсь торчать здесь весь день, ожидая, что ты соизволишь обратить на меня внимание.

- И с чего ты взял, что тебе придется ждать моего внимания весь день? – обернулся к другу Лайл.

- Потому, что ты опять начал рассуждать о своем брате.

- Почему ты так решил? – удивился подобной прозорливости Повелитель Тьмы.

- Да хотя бы потому, - огрызнулся Ивен, - что когда ты начинаешь думать о Долине, у тебя появляется этакое отрешённо-дебильное выражение лица, как у влюбленного пацанёнка!

- На се...

- А самое опасное то, что ты в эти мгновения ничего не видишь и не слышишь!

- Чья бы псина рычала, - протянул Лайл, и из его голоса пропали почти все эмоции. - Ты хоть когда-нибудь в воду смотрелся?

- Вообще-то у меня зеркало есть. И никого дебильного я там не видел. Конечно, если тебя в комнате не было!

В тёмных глазах Лайла появился странный блеск.

- Вот как... Всплывают новые факты, - издевательски произнес он. - И с какой это радости ты начал прихорашиваться перед зеркалом?

- Ну знаешь! - вспыхнул Ивен, и, понимая, что переспорить друга и любовника он всё равно не сможет, поспешил изменить тему: - Зачем ты хотел меня видеть?

Лайл победно хмыкнул. Ему нравилось, когда в таких спорах последнее слово оставалось за ним.

- Выбери ребят для жертвоприношения и просвети Каела насчет его роли: он будет приносить главную жертву Пророку.- Губы Повелителя Тьмы скривила нехорошая улыбка.

- Какого Каела? – не понял Ивен.

- Парнишка, с которым ты разговаривал.

- Он ещё совсем ребенок!

- Это его проблемы, - жестко ответил Лайл. Повелителю Тьмы не хотелось сейчас обсуждать своё решение и его причины. - Сотню девчонок отдай парням - пусть развлекутся. Алтари для Жнеца и Оружейника готовы?

- Почти.

- Хорошо. До меня дошли слухи, что среди пленных есть рейнджер, который знает быструю дорогу к Долине. Это так?

- Да. Но он молчит о том, где именно она находится.

- Разговори его. И побыстрее.

- Как прикажете, ПОВЕЛИТЕЛЬ, - не скрывая недовольства, протянул Ивен.

- Тебе-то что не нравится? – тут же вскинулся Лайл.

У него сейчас было не лучшее настроение. Хотелось побыстрее закончить разговор и вернуться обратно к своим размышлениям, но оставлять недовольство за спиной было нельзя. Пусть Огонёк и самое близкое для него существо в этом мире, но в то же время, это его подчинённый. А в своём кольце Лайл, несмотря на весьма демократичные внешние отношения, чётко следил за иерархией и эмоциональным состоянием бойцов. Недопонимание или обида одного могут стать причиной гибели всех в будущем.

- Пророк не доволен.

- И ты туда же? С Пророком я сам буду разбираться.

- Или, точнее, он с тобой... – чуть слышно пробормотал Ивен. Повелитель Тьмы сделал вид, что не услышал последней фразы. Его отношения с Пророком касаются лишь его.

- Встретимся вечером у алтарей.- Лайл вновь посмотрел на покоренную долину, показывая, что разговор закончен. Но не её он видел перед собой. Не остатки города, не клубы дыма, а такое родное лицо брата. Феникса, помогшего ему стать тем, кем он является сейчас.

«Что с ними могло произойти? Почему они так внезапно пропали?»

*Сиан – временной отрезок в один год и десять наших месяцев.

Глава 2

Восемь фигур, укрытых черными плащами, неподвижно застыли полукругом перед залитым ещё теплой кровью алтарем, на котором лежала связанная девушка. C другой стороны на возвышении стоял резной деревянный трон, потемневший от времени и обилия попадающей на него крови. Насколько знал Лайл, для того, чтобы увидеть будущее достаточно одной-единственной смерти. Но Пророк любил многочисленные жертвы, большую часть из которых убивал собственноручно. Чаще всего фениксы загоняли очередную партию девушек в храм, но не присутствовали при обрядах.

Конечно, среди них бывали разные личности, ведь каждый справлялся с обилием крови, смерти и насилия в своей жизни по-своему. Кто-то эмоционально отрешался, кто-то на короткие мгновения упивался, но все осознавали последствия и дальше определённой границы не заходили. А некоторые заходили… и растворялись в своей «звериной» части, но жили они после этого недолго. Всё же их народ придерживается правил строгой иерархии и сложных межличностных взаимосвязей. Фениксов-одиночек практически нет, и редкие исключения лишь подтверждают общее правило – вне кольца ты никто. А терпеть под боком нестабильного сородича, который может подвести в бою, а то и попытаться зарезать в собственной постели, долго не будут. Слишком остро стоит вопрос совместного выживания членов команд-колец в постоянных рейдах и желания хоть какого-то спокойствия и передышки между ними.

Что касается Лайла, то он воспринимал игры Пророка как неизбежную, неприятную, но необходимую часть своей жизни. Мироздание пошутило и, похоже, спутало феникса с проклятым. Но против бога не попрёшь. С другой стороны, боги – они все со сдвигом. Лайл насмотрелся на них в своей жизни достаточно и в чём-то понимал их поведение, а в чем-то даже не гадал, принимая это как данность. Лично для него, одно дело - это сражаться с противником или устраивать резню, приотпуская инстинкты подконтрольного зверя, и совершенно другое слышать эти непрекращающиеся жуткие вопли сутками напролёт.

Девятая фигура склонилась над алтарем. Каел. Ему предстоит достать ещё бьющееся сердце и поднести его в дар Пророку. Пока молодой феникс держится неплохо, но самое противное впереди. Повелитель Тьмы почувствовал слабые угрызения совести, но быстро заглушил их. Мальчишка мог поступиться своей гордостью и отказаться. Никто бы его не порицал: Пророка уважали и побаивались, но добровольно участвовать в обрядах жертвоприношения мало кто вызывался. Девушка, до этого тих рыдавшая, буквально завыла от страха, Каел невольно содрогнулся. Остальные не шелохнулись, прикрываясь масками безразличия.

- Вы долго собираетесь возиться? - недовольный голос Пророка заставил мальчишку ещё раз вздрогнуть. Божество восседало на троне, хотя секунду назад его нигде не было видно.

- Простите.- Каел громко сглотнул, собрался, резко выбросил сложенную специальным образом руку, пробивая грудину, и вырвал сердце из груди жертвы, девушка захлебнулась криком и обмякла.

- Придурок!!! - взвыл Пророк. - Она не должна была умереть так быстро! Кто его пустил проводить церемонию?!

- Я. - Повелитель Тьмы смело встретил взгляд взбешенного Кровавого Пророка.

- Пшел вон отсюда!

- Как скажешь.

- Да не ты, балда. Мальчишка. Ничего не умеете толком сделать. Вас же этому учат десятки сианов!

- Тело остывает, - спокойно напомнил Лайл, коротким жестом давая понять Каелу, что лучше тому убраться отсюда поскорее.

- Ничего, девчонок ещё много.

- А времени у нас - нет.

- Ты смеешь перечить мне?! – взвыл Кровавый Пророк, но тут же махнул рукой. - Ладно.

Божество соскочило с трона, подошло к алтарю, коротким взмахом взявшегося казалось из воздуха ритуального ножа вспороло брюшную полость и запустило руки в ещё теплое тело девушки. Послышался неприятный чавкающий звук извлекаемых внутренностей. Лайл смотрел на пустой трон, не желая видеть ужасную картину у его подножья. Хотя, что нового он там может увидеть? Довольную полубезумную предвкушающую улыбку Кровавого пророка? Или очередной растерзанный труп?

Пророк склонил голову и торжественно произнес:

- Я вижу... - он замолк, все благоговейно внимали наступившей тишине, ожидая продолжения, и вдруг Пророк зло рявкнул: - Я ни тени не вижу! – Все фениксы, до этого выбравшие себе нейтральные точки в зале для отрешенного созерцания и ожидания нужного им пророчества, удивленно на него посмотрели. - А все потому, что некоторые меня не желают слушать! Зачем было переносить храм? Ах да, до него же добираться на трех порталах, а тут прямо под боком. А о том, что там и земля подходящая, и аура лучше - думать, конечно же, не стоит!

Звонкий голос Пророка грохотал в пустом пространстве храма, но внезапно бог полностью успокоился и сказал, обращаясь к замершим фигурам в плащах:

- Передайте мой... гм... моё слово всем воинам. Немедленно переправляйте храм обратно и все возвращаетесь на Альдос!

Повелитель Тьмы опешил:

- Так ты же ничего не увидел!?

- Пророк сказал, - последовал сухой ответ. - Все свободны.

- Но...

- А ты останься, Повелитель Тьмы. - Кровавый Пророк повернулся к остальным участникам обряда. - Передайте мои слова, а так же приказ собираться.

- Но Пра...

- Молчать! - рявкнуло божество, пригвождая Лайла к полу своим тяжелым взглядом и не давая тем самым возможности пошевелиться, пока остальные не вышли.

Лайла всегда поражала сила, спрятанная в глубинах этого детского тела. Пророк древен, но он ни то что не старился, он даже не взрослел.

- Садись, - Пророк указал Лайлу на подлокотник своего кресла, - Я понимаю, что для тебя значил брат, но... - он поднял руку, не давая перебить себя, - дальше продолжать завоевания, не зная, что ждёт тебя впереди глупо... И дело даже не в недостатке жертв, этого хватило бы, особенно если учесть, что вы установили храм на место только что погибшего города. Я подозреваю вмешательство третьих сил. - Пророк посмотрел в никуда, мыслями он был сейчас далеко.

- Есть существа, которые сами создают нить своей судьбы, а потому к ним не подходит ни один из всевозможных видов предсказаний. Плохо не то, что они существуют сами по себе, а то, что взаимодействуя с окружающим их миром, они вносят сумятицу и изменяют линии судьбы всего, с чем соприкасаются.

- Хм, а я думал, что ты на то и пророк, чтобы всё знать о будущем... Правда, вытянуть из тебя эти сведения порой весьма сложно... - Лайл соскочил с подлокотника и направился к выходу. - Если проблема только в том, что нам предстоит встретиться с тем «кто свою судьбу строит сам», то я не думаю...

- А ты и не думай! - грубо оборвал его Пророк. - Сядь на место! И внимательно выслушай, что говорят старшие... Неужто ты меня считаешь настолько старым и осторожным?

«Хм, насчёт не старого - если учесть, что, по слухам, ему почти полмиллиона сианов - я мог бы и поспорить, а вот что он решил перестраховаться, это да!» - подумал про себя Лайл, но решил благоразумно не высказывать свои мысли вслух.

Пророк тем временем продолжал:

- Проблема в том, что «сами строящие свою жизнь» не являются детьми этого мира. Они созданы искусственно, вне картины бытия и на основе других существ. И Мироздание не воспринимает их в своей общей картине. Они как невидимки. Насколько я помню, ты никогда особо не усердствовал в тех предметах, которые напрямую не относились к твоим способностям… - Лайл скривился, как будто съел гиану*, но промолчал. Сейчас не время пререкаться с Пророком. - Так вот, хочу тебе преподать небольшой урок истории.

В ответ послышался лишь показной горестный вздох.

- Ты помнишь, когда была воздвигнута Грань?

- Э... десять миллионов сианов назад, - осторожно предположил Лайл, чувствуя себя снова мальчишкой, по полдня просиживающим за партой. И сразу получил по шее.

- Нет, кретинизм, похоже, не излечим! Во всяком случае, на данном примере. Специально для любителя спать на уроках истории объясняю, что от сиана воздвижения Грани мы и ведём новый отсчёт времени. А значит прошло шесть миллионов пятьсот сорок семь тысяч восемьсот двадцать шесть сианов.

Лайл начал внимательно изучать потрескавшийся потолок. Пророк удручённо покачал головой.

- Так вот, Грань была воздвигнута, чтобы создать часть пространства во Вселенной, где царит Порядок. - Пророк подозрительно покосился на «ученичка», который с неослабевающим вниманием изучал слабозаметный рисунок трещин на потолке.

- Надеюсь, ты не проспал ещё и тот минимум лекций, которые отводились на основные положения Порядка?

Лайл, не отрываясь от созерцания, начал тихонечко насвистывать мотив одной из весёлых песенок, всем своим видом показывая, что он тут ну совершенно ни при чём и с большой радостью согласился бы сойти за предмет интерьера. Если Пророк сел на своего любимого конька, то он не отпустит, пока не закончит. Говорить глупости чревато, проще просто молчать или изображать малолетнего идиота, так дело пойдет быстрее и без лишнего членовредительства.

Пророк горестно вздохнул и внезапно рявкнул так, что фениксу пришлось задействовать всё своё самообладание, чтобы не подскочить и не кинуться прочь с такого «урока»:

- Да какого демона вы вообще учитесь! Убрать весь курс истории и мировидения, так вы только рады будете! Всё равно ничего не знаете!

«Вот-вот, а ещё риторику, политику, этику, эстетическое воспитание, манеры и ещё с десяток никому ненужных предметов,» - внутренне покивал Лайл.

- Вам бы только мечами махать с утра до ночи.

«Вообще-то, лучше напрямую силой. Это зачастую намного эффективней». – продолжил комментировать про себя феникс.

- А вот что вы будете делать, если придётся драться против демонов или проклятых?

Лайл опустил голову, скрывая за упавшими волосами промелькнувшее в глазах раздражение, и спокойно ответил:

- Мы проходим сравнительную демонологию, а также сравнительный анализ иных существ, которых можно встретить по нашу сторону Грани.

- Да? ... - Голос Пророка стал сладким настолько, что захотелось отплеваться. - В вашу программу, я полагаю, до сих пор входят такие существа как ангелы, некроманты, наги… список продолжать?

- У нас таких не водится, - неуверенно буркнул Лайл.

- Не водится, но периодически они откуда-то появляются. И почти все они, между прочим, являются так называемыми порождениями Хаоса. И в данной ситуации у тебя неплохой шанс с кем-нибудь из них встретиться. Между прочим, в главной библиотеке есть книги, чуть ли не по всем видам существ.

- Да кто туда заглядывает! К тому же, могу ручаться, что данные рукописи будут на древних языках.

- Только не говори что у тебя ещё и с языками проблемы! - с ехидцей протянул Пророк.

«Вот уел, так уел!» - молодому фениксу захотелось провалиться сквозь пол или переместиться куда подальше, пусть даже в самый центр вражеского лагеря. Лишь бы не видеть уничижительного презрения в глазах мальчика-бога.

- Дед, ну может, хватит, а? - чуть ли не взмолился Лайл. Он редко прибегал к подобному средству, но сейчас слушать нравоучения был уже не в силах. Был ли Пророк его дедом, это не точно, но то, что всегда выделял Лайла среди других фениксов и позволял многое из недоступного иным – это факт.

- Ну ладно, - смилостивился предок, - Хватит, так хватит. На чём это мы остановились? Ах да, на Порядке. Отсюда и продолжим... Порядок существует в тесной связи с Хаосом, можно даже сказать зависит от него.

- Это как? - изумился Лайл. Историю и общее мировоззрение, он, конечно, помнил с пятого на десятое, но подобной точки зрения там точно не было. Хаос это зло, Порядок – это добро. И точка. - Эти силы ведь борются друг против друга.

- Борются. Но при исчезновении Хаоса исчезнет и Порядок. Ведь правила не существуют сами по себе, они созданы, чтобы избегать чего-либо, запрещать что-нибудь. Зачем существовать закону, который невозможно обойти?

- Это по принципу: зачем запрещать змее летать?

-Так, здесь понял. Далее начинается самое интересное. Порядок сам по себе слабее Хаоса, ведь он ограничен жесткими правилами, но именно они дают ему силу к сопротивлению. Сейчас эти правила всё больше стираются, но изначально они были возведены в абсолют. И вот те, кто захотел установить Порядок, столкнулся с большой проблемой: им нужно было защищать свою идею, но как победить противника, превосходящего тебя по силам? Алакосты, так назвали себя в основном Драконы Порядка, из-за созданных ими же правил, не могли уничтожать... своими руками. Но мораль у них была довольно подвижна, поэтому они начали свои эксперименты по созданию орудий борьбы с Хаосом, через... Хаос.

Пророк поймал недоуменный взгляд Лайла, улыбнулся и продолжил:

- Они начали создавать идеальных воинов, способных изгнать существ Хаоса за границу определённой территории. Но подопытными выступали реальные существа: проклятые, химеры, фениксы, демоны, ифриты... В ходе экспериментов получались в том числе и отличные воины, но Алакосты были недовольны. Я подозреваю, из-за того, что не имели достаточной власти над этими созданиями. Вершиной развития считаются так называемые Триадцы и Миротворцы. Триада являла собой фактически непобедимое трио (увы, я не знаю, из кого оно состояло, так как было это давновато и сам я с ними не сталкивался), которое очень быстро очистило нужную территорию. Триадцы также помогали укреплять Грань и изгонять с территории Империй существ Хаоса. Потом, похоже, появились разногласия между Триадой и Алакостами, и Триадцы были уничтожены (правда, не представляю, как), а их дело продолжили Миротворцы - боевая единица из девушки воина и ангела. Их преимущество состояло в том, что они были связаны жесткими правилами, основополагающим из которых - не убий!

Лайл ошарашено уставился на своего наставника:

- Как… как не убий? А... как они тогда могли драться, защищать Империи?

- Мне тоже очень интересно, куда они дели своих противников. Особенно если учесть, какие у них были противники.

Лайл несколько мгновений сидел молча, потом сказал:

- Спасибо за урок, но каким боком это относится ко мне?

Пророк окинул его цепким взглядом и прикрыл глаза:

- Ты прав, к тебе это не относится... к одному тебе, но вас здесь много, и крови, и разрушений вы принесли тоже немало. Так что, продолжая путь, особенно к их долине, вы рискуете встретить весьма недружелюбный приём.

- Но... я думал, что их уже давно нет!

Пророк горько улыбнулся и покачал головой:

- Если ты о чём-то не слышал, то это не значит, что этого не существует.

- А фениксы... если они, то есть мы – считаемся злом, то почему мы живём здесь, в Империях, а не изгнаны за Грань?

- Почему? Растёшь малыш, - похвалил Пророк. Лайл скривился. Он терпеть не мог, когда его так называли.

- Да потому, что все истинные фениксы либо давно уничтожены, либо за Гранью... Сами по себе вы существа Порядка, созданные Алакостами. А вот те, кто внутри нас, это существа Хаоса, посаженные на цепь служения Порядку. Ты же помнишь, что фениксы тоже участвовали в боях за Грань в своё время. А потом постепенно настало мирное время и наша раса, созданная специально для войн и уничтожения, оказалась не у дел. Но, по мнению Алакостов, мы не настолько опасны, чтобы применять крайние меры.

- Не понимаю, - растерянно пробормотал Лайл. Он чувствовал, что его привычный мир рушится, что все те истины, которыми он руководствовался в жизни, оказываются не столь однозначными и неоспоримыми.

- А что здесь понимать? На что направлена большая часть обучения в Академии?

- На подавление эмоций, на полный самоконтроль.

- Так, а это зачем?

- А-а... э-э... Чтобы стать хорошим воином? - осторожно предположил Лайл, чувствуя подвох, но, не понимая, в чём он заключён.

- Воином, - хмыкнул Пророк, потом посмотрел вперёд, как будто сквозь стену, - не для этого, а чтобы остаться самим собой, не сойти с ума. Фениксы не могут проникать сквозь Грань самостоятельно, впрочем, как и большинство остальных существ... Но могут сделать это по приглашению, специальному вызову. Например, чтобы вызвать джина или проклятого много не нужно, но проблемно его контролировать, а тем более отправить обратно за Грань.

- И как это относится к фениксам?

- А ещё для приходящих из-за Грани чаще всего нужно тело, в которое вселяется призванное существо, и которое является довольно сильным ограничителем его действий... - невозмутимо продолжил Пророк.

- Точно, мост!

- Мост, - согласился Пророк и продолжил: - Но на мосту существуют определённые правила. Феникс Хаоса может проникнуть в Империи единственным способом - вселиться в того, кто его победил...

- А если не захочет?

Пророк поморщился:

- Повторяю: на мосту вступают в действие свои незыблемые законы, установленные при создании этого места. Я тебе рассказываю сильно упрощённый вариант.

- А если порождение Хаоса поймёт это и захочет специально проиграть?

- Слава Созерцающим, они этого не умеют.

- Ты молишься Созерцающим? – не сдержавшись, поддел Лайл.

- Ты знаешь, что нет, но они высшие из богов в Империях на данный момент.

- Да?.. А почему они тогда ничего не делают?

- Зря ты так думаешь, - улыбнулся Пророк, - ведь Созерцающие зачастую и есть Алакосты.

- Но ведь Алакосты - Творящие?!? – Лайл чувствовал, что он совершенно запутался в сфере, в которой он и до этого не сильно разбирался. А тут Пророк буквально несколькими фразами уже в который раз перечёркивает привычный и понятный для феникса мир.

- Ну да, но не всё же время творить? Они создали новые народы, а теперь присматривают за ними. Самое главное их назначение сейчас - сбор информации, которую они могут впоследствии либо передать достойным, либо использовать в своих новых творениях. Но вернемся к нашей теме. В случае победы феникса Хаоса он получает своего противника, хм... для развлечений что ли?... М-да, весьма своеобразных и жестоких развлечений. В случае проигрыша, он вынужден подчиниться победителю.

- А зачем тогда это всё?.. Ну, уметь контролировать себя? – всё ещё не понимал Лайл. Он привык, что у фениксов всегда всё чётко, ясно и понятно: вот враг, вот союзник, вот добыча, вот правила, которые нельзя нарушать, ибо за их нарушение прописано последующее наказание. И тотальному контролю своего тела, мыслей и чувств их учили чуть ли не с пелёнок, чтобы потом можно было достичь определённого уровня в жесткой иерархии. А уровень этот зависит напрямую от того, насколько ты силён.

- Не себя, его. Ведь на мосту ты получаешь не просто магическую силу. В тебя вселяется иное, чужеродное существо, со своими желаниями, мыслями. И ты думаешь, что ему так уж и нравится, что его просто-напросто используют? Нет, борьба идёт не только на мосту, она продолжается всю жизнь. В чём она заключается? Хочешь, сравним тебя, как больше феникса Порядка, и меня, где ведущим является феникс Хаоса? Вот пример: что ты чувствуешь, убивая невинных, беспомощных?

Взгляд Лайла стал холодным и пустым, впрочем, как и голос, которым он произнёс это слово:

- Ничего.

- Вот видишь? А мне это нравится, я упиваюсь каждым мгновением их мучений, страха, боли. Фениксы Хаоса более жестоки и прагматичны. А вот существа, созданные Алакостами, чаще руководствуются чувствами более высокого порядка: долг, преданность, любовь. Вот еще различия: большинство существ Хаоса не умеют ничего создавать и не способны любить.

- Мы тоже не способны, - фыркнул Лайл, для которого любовь ассоциировалась со слезливыми песнями и всякими там расшаркиваньями и нытьём.

- Ошибаешься мальчик, сильно ошибаешься. Просто фениксы - однолюбы. Поэтому вы и влюбляться боитесь.

- Ха! Было бы в кого! – отозвался Лайл и поспешил перевести тему, пока Пророк не начал и дальше рассказывать то, о чём феникс никогда не задумывался и думать не хотел. - Спасибо, дед, за лекцию и предостережение, но я не отступлюсь от своего.

- Вот и лезь в пасть к химере! Но остальные здесь причем?!? - вызверился Кровавый Пророк. - Если собираешься сгинуть, то иди один, нечего будоражить парней!

- Хорошо. Я тебя услышал. Прощай, дед.

Повелитель Тьмы встал и направился к выходу. За дверью в храм нетерпеливо переминался с ноги на ногу Огненный Вихрь. Завидев Лайла, он поспешил уточнить:

- Пророк сказал возвращаться, да?

- Да.

- И мы вернемся? – выжидающе посмотрел Ивен на друга.

- Вы - да. А я продолжаю путь.

- Но...

- Лагерь почти собрали. Поспеши. И дай мне пройти.

- Лайл! – схватил за рукав друга Ивен, чтобы тот не ушёл, не дослушав его до конца. - Для начала выслушай меня. Во-первых, если ты думаешь, что я отпущу тебя одного, проклятый знает куда только из-за того, что Пророк сыграл на твоем самолюбии, то ты очень сильно ошибаешься. Не перебивай меня! Во-вторых, рейнджер раскололся: он рассказал, как быстро добраться до Долины.

- Где он?

- Не выдержал и отправился к праотцам. Так что теперь только я знаю эту дорогу.

- Выкладывай! – потребовал Лайл. Он чувствовал, как в душе поднимается нетерпение. Его цель близка! Ближе, чем он рассчитывал!

- Ща-аз! Размечтался. Я иду с тобой, и точка.

Лайл удивленно посмотрел на друга. Раньше тот никогда не смел ему перечить или активно отстаивать свою точку зрения. Что на него нашло?

- Ивен, это предприятие слишком опасное и, скорее всего, провальное. Ты ещё слишком молод чтобы...

- А ты, типа, такой дряхлый старик! И жить тебе больше незачем, кроме твоего брата.

- Ладно, - сдался Лайл. Он, конечно, ответственный за жизнь Огонька как командир отряда и должен был бы отдать однозначный приказ возвращаться со всеми, но в данном случае поддержка друга за плечом явно лишней не будет. - Поступай, как хочешь.

- Отлично. Пошли к костру, там команда ждет.

- Ты и их подбил на это предприятие?! – возмутился Лайл. Одно дело взять с собой лучшего друга, который прикроет спину, и совсем другое рисковать целым кольцом. Фениксов не так много, чтобы в случае неудачи позволить себе потерять два сильных кольца за полсиана. Узнай об этом Пророк, он будет в бешенстве!

- Обижаешь! Они сами возвращаться не хотят. А главным подбивальщиком был не я, а Джей.

В дальнем конце лагеря собралась вся команда. Фениксы спокойно разговаривали и пили зелёный мираил*, не обращая внимания на суету поодаль, и, похоже, никуда возвращаться не собирались. Лайла встретили подначки и подколки.

- О! Наш герой объявился. Взбудоражил фениксов, а теперь за это по шее получил.

- Небось, Пророк тебе косточки перемывал за прошлое подделанное предсказание? Нет? Странно.

- Внимание, внимание, только сегодня мы имеем счастье лицезреть феникса, который наперекор здравому смыслу и предостережениям богов решил положить свою голову на алтарь памяти любимого брата. И ради этого сей идиот...

- Все, прекратили! - Лайл недовольно насупился и все тотчас же замолкли. Прямое неповиновение командиру автоматически означало вызов на бой, а Повелитель Тьмы сейчас был в том состоянии, что и кости мог переломать, а потом со спокойной душой отправить на Альдос их сращивать. - Похоже, вы не сомневались в итоге нашей беседы.

- Конечно, - заверил Джей. Мы-то знаем, что если тебе что-то нужно, то ты становишься настырней мартинхора.

- Ладно, я – безответственный идиот. А вы-то куда собрались?

- Понимаешь... это очень заразная болезнь… - задушевно произнёс Ариан.

- Да ну? – не сдержал скепсиса Лайл, глядя на своих ребят.

- Которая распространяется от командира к команде. Причем, заметь, исключительно на его команду.

- Фениксы не болеют, - фыркнул Лайл.

- Неправда! Любовь - это тоже болезнь, - отозвался Ивен.

- Хи-хи. Заразная... – поддержал его Карел.

- Насчет «заразная» не знаю. Но когда видишь влюбленного полудурка, сразу возникает желание его прибить.

- Чтоб не мучился! – радостно добавил Джей.

- То есть возвращаться вы не собираетесь? – подвёл итог Лайл.

- Не-а. - В унисон ответило сразу несколько голосов.

- Вы понимаете, что это опасно.

- Смеёшься? После Академии, прогулки на утес Драконов, охоты на Сирен... продолжать? Пойми, балда, ты от нас не отделаешься. Особенно, если впереди нас ждет знатная заварушка! – предвкушающе протянул Ивен.

- Вы понимаете, что в случае нашего возвращения, мы все понесём наказание за неисполнение приказа?

- Куда командир, туда и кольцо. Таков закон. Ты пока наш командир, и менять мы ничего не собираемся.

- Хорошо-хорошо. Только учтите: вы меня уже достали.

- Кто бы сомневался. Ты один, а нас десять. И ты сам разрешил нам так с тобой обращаться, - ухмыльнулся Миракл.

- И уже не раз пожалел об этом. Хорошо. На рассвете выступаем. Кто проспит, может даже не стараться догнать остальных.

- Идет! Как скажешь, предводитель. Слушаемся и повинуемся! – раздались голоса с разных сторон.

Лайл только вздохнул: цирк на выезде. Нет, всё-таки хорошую команду он создал. Что бы ни говорили сторонние фениксы, а подобный тип взаимодействия ему нравился намного больше, чем всё остальное, виденное в других кольцах. Возможно, он переборщил и порой разрешал ребятам уж слишком много, но это давало свой результат как в битвах, так и в перерывах между ними.

Несмотря на то, что его кольцо было практически самым молодым по среднему возрасту состава, оно считалось почти самым спаянным и одним из самых сильных. Лайл тщательно отбирал ребят и не раз выгонял тех, кто не подходил по тем или иным параметрам. Но в конце концов он добился своей цели: создать не просто кольцо, а своеобразную замену семьи, о чём никому не рассказывал и чем внутренне гордился.

*Гиана - очень полезный фрукт, сок из которого используется в многочисленных лекарствах, в основном тонизирующих и обезболивающих, сам по себе весьма редко употребляем по причине того, что он жутко кислый.

*Мираил – аналог лёгкого вина.

Глава 3

Осуществить намеченный с вечера план и тихонько сбежать посреди ночи не удалось. Заботливые фениксы опутали своего непоседливого предводителя таким количеством различных плетений, что на их снятие времени уйдет до следующего вечера, а если грубо порвать хитроумную сеть, то большую часть команды будут собирать долго и упорно. Если будут... Лайл лежал, боясь пошевелиться, и вспоминал вчерашний день: разговор с дедом, с Пламенеющим Закатом… И тот туда же: нельзя искать Долину, особенно ему, Лайлу. Но почему? Ведь может статься так, что Лотос ещё жив? От рейнджеров Лайл слышал, что в Долине есть оракул, который может указать истинный путь. Правда непонятно, что представляет собой этот оракул и его истинный путь и куда он в итоге приведет, но усидеть на месте Лайл просто не сможет. Эта скучная, однообразная жизнь у него уже в горле сидит: в основном это небольшие молниеносные набеги и немедленное отступление обратно в Альдос. Скучно и монотонно.

Фениксов чаще всего нанимали для коротких рейдов по захвату соседних земель и междоусобных разборках различные властители в Империях. Долгосрочные контракты им не предлагали, так как между рейдами фениксам нужно расслабляться, и формы этого «расслабления» бывают весьма специфичными. Сами кольца также предпочитали проводить время отдыха на безопасных землях Альдоса. Да и ценник за услуги даже одного кольца мог потянуть не каждый правитель.

Лайл большие надежды возлагал на этот поход, но Пророк воспротивился. Не случись этого, фениксы огненным смерчем пронеслись бы по землям Империй, творя расправу над посмевшими напасть, а то и уничтожить кольцо Князя Тьмы. Они напомнили бы зажравшимся властителям земель, что нельзя посягать на фениксов. Их сила в единстве и если кто-то об этом забыл, то они напомнят. Но Пророк воспротивился и лишил их священного права мести.

Когда-то фениксы были ужасом Империй и Грани, проводя всю жизнь в сражениях. Их имена до сих пор помнят и чтят. А что сейчас? Если бы они захотели, то поставили бы Империи на колени. А потом прорвались бы в Запретные Земли. Туда, за Грань. О существах, что там живут, ходят многочисленные легенды, но никто их давно уже не видел. Так что скорее всего это всё преувеличенные, раздутые домыслы. Но где тогда правда? Их так долго обучают, чтобы сделать воинов, а потом заставляют маяться бездельем. Зачем? Зачем обучение в Академии и все те ужасы, через которые они проходят, если они не служат высокой цели?

После Академии Лайл радовался свободе и жизни. Позади, остались почти сто сианов, наполненных ожившими кошмарами и черными мрачными стенами. Радости и потери, обучения и испытания, после которых практически превращаешься в бесчувственного голема.

Академия. В её стенах погибает больше фениксов, чем во внешних войнах. Она выжимает из сердца каплю за каплей эмоции, перекручивает на жерновах душу и калечит тело. Не существует феникса, у которого не было бы шрамов. Шрамов на теле и шрамов на душе. Фениксы ненавидят себя за свою обезображенную внешность - однако никто больше не подозревает об этой ненависти - и ненавидят других.

Возможно, это просто зависть. Никто по доброй воле не хочет разделить постель с фениксом. Они не помнят своих матерей и отцов. У них нет девушек, есть лишь игрушки и рабыни.

Перед глазами встала живая картина из одного из налетов на приграничные земли ниров. Лайла тогда отправили в разведку. Недалеко от деревни он наткнулся на влюблённую парочку. Те целовались и щебетали друг другу глупости, а он смотрел, не в силах идти дальше. С одной стороны, феникс совершенно не понимал, как можно в здравом рассудке нести подобную чушь. С другой стороны ему безумно хотелось, чтобы кто-нибудь на него смотрел с таким обожанием и нежностью. А когда парочка упала на траву, Лайл будто взбесился. И вместо своего любимого-нира девчонка получила в любовники безжалостного наёмника.

У феникса не может быть одной девушки ещё и потому, что большинство детей рождается от набегов, когда добыча идет по рукам. Лайл как-то интересовался у деда об этом феномене. Тот туманно и запутанно объяснил, что у фениксов слишком сложная структура организма. Девушек - фениксов не бывает, и наследственный код полностью идет от парня.

Теоретически могут быть фениксы-полукровки, но тогда кровь второго существа должна быть сильнее крови фениксов, а таких в Империях больше не встретишь. За исключением, пожалуй, драконов. Но род фениксов тоже идет от драконов, что те, само собой, категорически отрицают. Ведь эти ящеры считают себя божественными существами, у которых нет ничего общего с этими низкими, подлыми убийцами. Драконы совершенно забывают, что когда-то лично унизились и просили помощи.

Но природа не выносит однообразия, поэтому для рождения истинно новой жизни нужен не один феникс. Как цинично заметил Пророк: чем больше, тем лучше. Кстати, Пророк, скорее всего ему никакой не дед, просто опекает с самого обучения в Академии. А ещё эта зараза постоянно требует, чтобы именно он, Лайл, проводил обряды жертвоприношения. Гадость. Хотя нет. Это ещё не гадость. Гадость, когда Пророк заставляет его присутствовать во время своих развлечений...

Мысли подобно потоку, пробивающему себе русло, изменяли направление, увлекая его совершенно в другую сторону.

Его кольцо… Лайлу было сто пятьдесят шесть сианов, когда он попал в команду «Каппа». За двадцать семь сианов добился места третьего, ещё через тридцать стал предводителем и начал постепенно подбирать себе команду по своему усмотрению. За что теперь приходится порой очень дорого платить.

Их отряд считают одним из сильнейших. Лучшим по многим параметрам. Он не только прекрасно сбалансирован, как боевая единица, у них практически не возникает ссор, нет борьбы за власть. Практически немыслимое дело для фениксов.

Обратной стороной подобных взаимоотношений является то, что ребята в мирное время могут изредка не подчиняться ему как предводителю, когда всё кольцо не согласно с решением командира. Но это в обыкновенных обстоятельствах. В бою фениксы прекрасно понимают его любой намёк на движение, и следуют малейшим его приказам. Уж там-то никакой самодеятельности быть не может. Лишь там он - признанный и непререкаемый авторитет.

Небо по краю всё больше серебрилось и даже местами розоветь начало, возвещая скорый приход дневного светила. Дни и ночи здесь теплые. Не то, что на Альдосе. Но это не имеет значения: их с самого рождения приучают спать на вершинах вечно заснеженных гор и выживать в бесплодных пустынях, одновременно доводя до предела всякую чувствительность. Этакая изощрённая пытка. Впрочем, как и всё остальное обучение в Академии. Вскоре привыкаешь. Ко всему. Только тогда у тебя есть шанс покинуть стены Академии живым.

- Подъем! – гаркнул Лайл, которому надоело лежать пластом.

- Что, предводитель, спинка затекла?

- Снимайте с меня всю вашу гадость, - приказал Повелитель Тьмы, но его приказ проигнорировали и даже решили пошутить.

- А может, мы того, пойдем, а ты нас здесь подождешь? Позагораешь.

- Кто-то давно по шее не получал? – глянул Лайл на шутника. Огонек отступил на шаг назад, но беззаботная улыбка на губах осталась неизменной.

- Ты не в том состоянии.

- Если я сам разорву сеть, то тогда ты будешь не в том состоянии.

- Зато по шее не получу, - не стал унывать друг.

Крид и Миракл быстро и слаженно распутали цепь плетений. После чего все приступили к завтраку и обсуждению предстоящего похода. Остальные фениксы вернулись в Альдос и огромное поле, с истоптанной травой и чёрными кострищами, казалось пустым и заброшенным. Обсуждения, впрочем, как и завтрак, не затянулись. Путь к вратам лежал в сторону восходящего светила, в далекие Призрачные горы. А там придется помучиться с поисками нужного портала. Вся его проблема в том, что он бродячий, но, слава богам, вроде как единственный у подножья гор.

- Диго объявился. Похоже, он собирается с нами.

- Ещё чего!

Диго раньше был в команде Князя Тьмы, но незадолго до их исчезновения разругался с Лотосом и остался в Альдосе. Лайл подозревал, что у него с Князем была стычка за власть. Вряд ли он просто так пол-луны не показывался: скорее всего, раны залечивал. А теперь возжелал найти исчезнувшею команду.

Лайлу этот феникс не нравился: смутьян, за языком и руками не следит, гордости немерено, вечно злой… но силен. Он был вторым после Князя.

Теперь Диго как акула кружит вокруг «Каппы». Да, у них не хватает двенадцатого. Но для команды нужен был оборотень, а никак не этот последователь Хаоса. Диго с радостью бы приняли в любой другой команде: слишком сильны и нестандартны были его возможности. Но управлять им немыслимо, а работать совместно он совершенно не умеет. Феникс-одиночка. За что и получил свое второе имя - Дикий.

Обсуждаемый феникс объявился быстро и сразу же заявил:

- Я пойду с вами.

- На кой ты нам нужен? – даже не пытаясь проявлять нейтральное отношение, вскинулся Лайл.

- Моя сила пригодится в походе.

- Особенно если сцепиться с силой Эльфа. Насколько я помню, настоятельно не рекомендуют иметь в команде последователей Природы и Хаоса одновременно.

- Но с Призраком твой Эльф уживается!

- Они давно работают вместе и прекрасно соображают, что и когда можно применять.

Дикий одарил Лайла злобным взглядом, но отступил.

- Отправляемся! – отдал приказ Повелитель Тьмы. - К вечеру мы должны найти этот портал.

Лайл встал. Жаркий огонь пробежал по его крови, по телу со скоростью пожара расходилась свёрнутая аура. Это было больно, но к этой боли он уже давно привык. Наложение чужого сознания стало уже практически незаметным. Ещё мгновение - и невероятная чёрная гигантская птица взмыла в воздух. За ней последовали другие: белая, огненная, пепельно-серая. Первичная магия окрашивала ауру в свой цвет, который воспринимался только снаружи.

Эта аура очень подвижна. Она может принимать любую форму, не обязательно птицы с крыльями. Но Лайлу всегда нравилось это фантастическое обличие наподобие птицы-феникса, которого он когда-то видел на мосту. Джей совершенно не заботился о своем внешнем виде и напоминал летящую хвостатую комету. Миракл и Грин внешне похожи на пушистые шарики, сквозь которые проступают очертания тел внутри. Но большинство, как Лайл, предпочитали подобие птиц с крыльями и хвостами. Если научишься хорошо владеть внешней аурой, ими можно даже махать. Хотя толку от этого чуть. Одна показуха.

Аура фениксов прочнее любых заговоренных доспехов и позволяет пересекать совершенно непригодные для жизни пространства. Например, космос. Однако она требует на поддержание очень много энергии и порядочной концентрации, пока не привыкнешь. Сейчас аура обхватывает тело, как толстый кокон, если ее сделать тоньше, тогда можно чувствовать свой полет: ветер, мокрые облака, лучи солнца на коже, но тогда уменьшится скорость, а до гор нужно добраться как можно быстрее.

Далеко внизу убегают назад обширные леса и луга. Реки, серебристыми росчерками мелькающие внизу, даруют богатство и плодородность раскинувшимся полям. Там с восхода до заката гнут спину землепашцы, после сбора урожая к ним приезжают сборщики от высокорожденных, но, в сущности, точно таких же мироков, забирают их урожай и уезжают. А землепашцы вновь с восхода до заката гнут спину. Тупые покорные слепые скоты, приученные тянуть от рождения до смерти единственную известную им лямку.

Те же рейнджеры могут быть по рождению воинами, ученными и властителями. Они не могут, да и не хотят избирать другие пути жизни. Фениксы воины. По рождению и призванию. А если он, Лайл, захочет, например, дома строить? Нет, не захочет. И спину гнуть для других не собирается.

Так значит у каждого свое призвание, данное от рождения? И нет желания или возможности его изменить? Или есть? Тогда что заставляет ломать себя? Должно быть что-то другое, ведь существует закон доброй воли (прямая насмешка над теми же землепашцами), по коему свой путь любое существо избирает самостоятельно. Но проблема в том, что самого выбора нет! Или есть? Нет, он был бы, если бы было желание хоть что-то изменить, но нет самого желания. Значит, нет выбора. Тьфу, демоны. Тогда зачем закон?

Лайл поймал себя на мысли, что раньше не задумывался о подобных глупостях. Похоже, лекция Пророка повлияла на него сильнее, чем хотелось бы. С такими темпами он скоро и до библиотек доберется… если выживет.

Приближающиеся горы отвлекли Лайла от размышлений. Он начал постепенно снижаться. За ним следовала вся команда. Впереди их ожидает самая сложная и опасная часть пути - найти врата и воспользоваться ими. Сложность в том, что если у тебя нет предрасположенности видеть и создавать эти дырки в пространстве, то ты напоминаешь слепого, ищущего в огромной комнате единственный стул. Хорошо, хоть комната пустая. По-другому, кроме как тупо натолкнуться на него, портал для них определить будет невозможно, ведь странников в отряде нет. А опасность в том, что портал перемещается неизвестно с какой скоростью. Каждая его точка здесь связана с определенной точкой там. Если врата будут скакать, как пьяный кузнечик, то велика вероятность, что придется обшаривать всю комнату, чтобы собрать отряд вместе. И про планету, куда ведет портал, ничего не известно, кроме того, что это пустыня. В общем, весело.

Лишь когда дневное светило наполовину скрылось с глаз, команда собралась у подножья горы на небольшой отдых и ужин. Не успели фениксы приняться за еду, как портал, будто в насмешку, открылся почти у них над головами. Моментально убрав ужин, фениксы вновь взмыли в воздух, устремляясь в портал. Короткая вспышка ярчайшего света, несколько мгновений невесомости, и перед глазами встает совершенно другой пейзаж: внизу, насколько хватает глаз, безжизненная жёлто-серая равнина, вверху раскалённое белое небо. Лайл прислушался к себе, пытаясь возникшее странное ощущение. Будто сотни невидимых щупалец впиваются во внешнюю ауру и начинают ее поглощать настолько быстро что...

- Что за...?

- Джер, что происходит?

- Немедленно вбирайте внешнюю ауру! – приказал Крид, первым сообразивший, в чём дело. Все моментально послушались.

Лайл почти успел сгруппироваться, но на него упал Ивен, сбив с ног, после чего на него благополучно приземлилась почти вся команда.

- Слезьте с меня! - Лайл с трудом отплевывался от забивавшегося в рот и нос песка.

- Так-то ты заботишься о своей команде? – поддели сверху.

- Я-то забочусь, но если вы с меня сейчас же не слезете, то заботиться будет некому. – Ребята быстро оказались на ногах, а Ивен довольно грубо потянул его за руку, помогая предводителю встать.

- Похоже, здесь блокируется всякая магия, - поделился впечатлениями Грин.

- Она не блокируется, - поправил Крид, - а поглощается этой ненасытной пустыней, впрочем, как и наши ноги. Так что нам придется все время идти. Только бы знать, в какую сторону?

- Ивен? – вопросительно глянул на Огонька Лайл. Огненный Вихрь отказался делиться информацией, выпытанной от рейнжера.

- Заходящее дневное светило должно быть по правую руку.

- А если оно в зените? – уточнил Миракл.

- Придется ждать, когда оно оттуда уйдет, - пожал плечами Ивен. – Но я, кажется, начинаю понимать, почему рейнджер так странно смеялся, когда рассказывал мне путь.

- А по-моему, у него к тому времени уже крыша поехала. Так что его безумный смех был вполне объясним, а вот сама дорога вызывает определённые подозрения. Если это ловушка, то я его а того света достану! - пообещал Ариан.

Лайл запрокинул голову и всмотрелся в яркое слепящее светило.

- Он смеялся не поэтому, а потому, что у этой планеты как минимум два светила. Насколько я понимаю, это всегда будет в зените, так что ждать бесполезно.

- Портал исчез. Причем в тот момент, когда я подумал, что быстрее было бы вернуться и идти через Ниару, - поделился наблюдением Грин.

- Похоже, над нами решили поиздеваться, - хмыкнул Лайл. Странная планета не сбила его настроя искать кольцо брата, скорее даже наоборот. Феникс ощутил поднимающийся в груди азарт. - Куда пойдем?

- Туда. Я там что-то видел, но не пойму что, - махнул рукой Ивен.

- Хорошо, - кивнул Лайл и тут же начал отдавать приказы: - Построение овалом, на расстоянии, чтобы каждый мог моментально дотянуться до соседа. Есть придется на ходу. Сон пока отменяется. Завернитесь в снежную ткань, так будет меньше жарить.

Отряд двинулся в путь, изредка перебрасываясь репликами. В этой пустыне нельзя было останавливаться надолго: ноги начинали быстро погружаться в песок почти сразу. За весь их путь фениксы не заметили ни малейшего признака жизни. И так на протяжении многих шаринов*. Однообразие утомляло и рассеивало внимание. Невозможно было с уверенностью сказать, сколько прошло времени. Светило, как прибитое, застыло в зените. Раскалённый воздух будто сопротивлялся каждому вдоху.

- За нами кто-то следует, - негромко проинформировал Грин. - Под землей.

- Весело, - принял к сведению новую информацию Лайл и тут же уточнил: - Его видно?

- Ага. Едва заметные серебристые росчерки по песку. Исчезли. Похоже, сейчас будет нападение.

Враг появился в центре построения, забросав при своем выходе на поверхность всё окружающее пространство песком локтей на пятьдесят. Будь его жертвы менее быстрыми и ловкими, у него был бы хороший обед. Но команда была готова к любым неожиданностям. Пусть даже эту неожиданность они видели впервые в жизни. Спустя мгновение нападающий превратился в жертву.

Это оказался огромное мутировавшее насекомое с непропорционально огромной пастью. Тело его было покрыто достаточно прочным панцирем, который не смог, однако, долго сопротивляться силе и оружию фениксов.

- Уже не рыпается. Давайте на нём отдохнем, - предложил Джей.

- А что, идея! – воодушевлённо подхватили остальные, и только Грин с подозрением глядя на огромную тушу, уточнил:

- А если он ядовитый?

- Конечно ядовитый. Видишь как вытекает слизь из хвоста. А спина-то у него нормальная.

Фениксы споро забрались на тушу, с относительным комфортом устроились на спине огромного существа и наслаждались коротким отдыхом.

- Никогда не видел ничего подобного: похож на помесь сплюснутого таракана и огромного скального скорпиона, - протянул Грин.

- Быстро уходит под землю. Жаль, что поспать не удастся, - заметил Ариан.

- Вроде, он был один. Хотя кто знает, что здесь за твари обретаются.

- Нам бы таких побольше, - мечтательно протянул Ивен, - тогда можно сложить кучей и немного поспать.

Вскоре наступило молчание. Кое-кто успел задремать, когда послышался приказ предводителя:

- Подъем.

* Шарин - 10000 шагов.

Глава 4

Вновь последовала долгая и однообразная ходьба. Глаза скользили по безжизненной поверхности в поисках скрытой опасности. В такой ситуации раздумывать или вспоминать небезопасно, ведь нужно концентрироваться на окружающем пространстве, чтобы не пропустить новую атаку.

Вновь потерялся счет пройденным шаринам, когда далеко впереди что-то замаячило. Утес, скала или огромный обломок, который не смогла поглотить пустыня. Непонятное что-то медленно приближалось. Странное дело - раньше оно напоминало небольшой темный холм, но чем ближе подходили фениксы, тем больше становилась громада. Наконец, можно было с уверенностью сказать, что это развалины какого-то гигантского здания.

Долгое время беспрерывной ходьбы накладывало свой неумолимый отпечаток на путников: шаг не отличался прежней легкостью, черты лиц заострились. Еще дважды на них нападали странные обитатели этой пустыни. Второй раз монстр почти умудрился подкрасться незаметно. Дик был легко ранен. Но в этом месте даже раны заживали медленно.

Шаринов за пятьдесят до развалин последовали одно за другим нападения огромных червей. Но странное дело, стоило минуть первый камень, из раскиданных вокруг монструозного здания, как атаки прекратились. Камни были черные, гладкие, с намеком на зеркальную поверхность и горячие настолько, что лучше к ним не прикасаться. Даже фениксам.

Команда рассредоточилась в поисках входа. Наконец, Ивен подал знак, что означало как минимум один вход был найден. Вскоре весь отряд стоял возле черного провала внутрь, который напоминал беззубый рот, застывший в бесконечном крике. Даже Лайлу, у которого, по словам Пророка, интуиция отсутствовала напрочь, совершенно не хотелось туда идти. Но выбор невелик. Вполне возможно там есть нужный для них портал.

Лайл оглянулся на безбрежную пустыню. Там можно ходить сианами, а обследовать здание, пусть и столь огромное, много времени не понадобится. К тому же там можно отдохнуть. Феникс уже сделал шаг к входу, как неподалёку послышался знакомый голос:

- Стойте, не идите туда!

Справа от входа была незаметная расщелина с навесом из покосившейся полуообломанной стены. Оттуда-то и вынырнула хрупкая взлохмаченная худая и израненная фигура. Повелитель Тьмы не мог поверить своим глазам.

- Каел?! Что ты здесь делаешь?

- Тише. Не стоит привлекать чужого внимания. Идите сюда.

Парень вновь нырнул в расщелину. Повелитель Тьмы, поколебавшись, двинулся следом. В расщелине было душно, жарко и темно. Через тридцать шагов узкий проход вывел на небольшое открытое пространство - то ли необработанную комнатку с единственным выходом, то ли непонятно как образовавшийся грот. Здесь было относительно прохладно. Каел уже стоял на коленях возле кого-то, неподвижно лежащего на полу. Мальчик оглянулся на Лайла и тихой скороговоркой проговорил:

- Здесь нельзя оставаться. Эти камни вытягивают жизненную силу.

- Что ты здесь делаешь? - не давая сбить себя с мысли, уточнил Лайл.

- Я решил последовать за вами. А он увязался за мной.

- Кто это?

- Дикий.

- Вот джер! - выругался Лайл, глядя на едва уловимую пульсацию жизненной силы внутри некогда могучего тела, и уточнил, не пытаясь подойти ближе к лежащей фигуре: - Что с ним?

- Его ранила одна из тварей. Похоже, она была ядовитой.

- Как вы здесь очутились?

- Я странник, нашел портал и последовал за вами. Нужно поскорее уходить отсюда.

- Зачем? - спросил Лайл, оглядывая окружающую темноту, но не чувствуя изменения уровня опасности. В теле собралась многодневная усталость и буквально молило об отдыхе. - Здесь можно неплохо отдохнуть.

- Очнитесь вы! Окружающие камни убивают! Отдых не то, что не принесет облегчения, вы устанете еще больше. Помогите мне его поднять.

Несмотря на все свое внутреннее сопротивление, Повелитель Тьмы был вынужден согласиться. Мальчишка здесь намного дольше, чем они, и лучше понимает эффект странных камней. По знаку Лайла Миракл и Ивен подхватили бесчувственное тело. 30 кратких шагов, и они вновь очутились под безжалостно палящим солнцем. Лайл обратился к Каелу:

- Знаешь, что там в развалинах?

- Бывшая лаборатория, полная неудачных экспериментов. Нам там делать нечего.

- Мы ищем портал. Там его точно нет?

Мальчишка замялся.

- Вообще-то есть. Стационарный. Но он очень глубоко. Мы просто не дойдем.

В ответ на недоверчивый взгляд Грина он пояснил:

- В самом здании очень странная давящая атмосфера и люк вниз, а под землей настоящие многоуровневые катакомбы, наполненные многочисленными кошмарнейшими тварями. Мы там были и это точно не тот путь, который по силам даже полному кольцу. Идем, я по дороге расскажу.

- Другой вопрос: куда идти? - уточнил Лайл.

- Туда, куда шли до этого, пожал плечами Каел. - Если поблизости появится портал, я его почувствую и смогу навести вас на него. Но сейчас в округе абсолютно ничего нет. Дикого я перевязал, предварительно очистил раны... - Каел сбился и тихо уточнил: - Вас было одиннадцать. Где еще один?

- Крид сказал, что он заглянет внутрь, - отчитался Ариан.

- Чтоб его химеры побрали! На кой он туда поперся?! - вспылил Лайл, не в силах сдержать прорвавшееся раздражение и усталость.

- Вон он идет, - отозвался кто-то из ребят.

К ним с легкой улыбкой быстро приближался Крид. Предупреждая всякие вопросы, он заговорил первым:

- Нет там ничего интересного. Только вой и странные голоса из-под пола периодически доносятся.

Призрак скользнул взглядом по бесчувственному телу Дикого и не сказал ни слова. Команда продолжала свой монотонный путь. Каел негромким голосом рассказал, что с ними произошло.

До портала они с Диким добрались позже команды Повелителя Тьмы, но нашли намного быстрее. Выкинуло их недалеко от этих развалин прямо в песчаную воронку, которая скинула парочку фениксов в какой-то проход. Каел сразу почувствовал, что недалеко стационарный телепорт и сумел убедить Дикого, что это именно то, что им нужно. Вдвоем, они пошли искать дорогу вниз. Но ничего подобного: коридор петлял, извивался, расходился ответвлениями, но ничуть не думал спускаться вниз. Наконец усталый мальчик оперся локтем о стену и задел невидимый механизм. Что-то тихонько зашуршало, и феникс осознал, что у него больше нет опоры под ногами. Коротко вскрикнув, он полетел вниз. Дикий последовал за ним.

Они пролетели, как потом понял Каел, сразу с десяток этажей и очутились в очередном коридоре. Этот сильно отличался от предыдущего. В первом изредка попадался свет, слышались постоянные шорохи и иные звуки, попадались кошмарные на вид, но слабые монстры. Здесь же царила тьма и темнота, наполненная давящей энергией. Возникало чувство, что кто-то неотрывно наблюдает за каждым движением феникса. А вскоре они встретились с одним обитателем коридора. Слабый огонек в руках Каела погас, а в следующее мгновение он понял, что впереди кто-то есть. Почему-то у него возникло чувство, что их оружие здесь не справится. А потом от этого существа в сторону фениксов пошла волна парализующего ужаса. Дикий застыл, а Каел со всей силы дернул его за рукав и побежал, не в силах совладать с собой. Так быстро он не бегал даже на соревнованиях в Альдосе. А потом начался беспросветный кошмар: их гоняли по коридорам как зайцев, играли с их сознанием как с диковинной игрушкой. Потом они каким-то чудом смогли найти лестницу наверх, на один этаж выше. И вновь блуждания по аду в поисках выхода.

- Мы прошли четырнадцать уровней. Не знаю, сколько их всего, но портал ощущался намного ниже. Каждый уровень - отдельный лабиринт и чем ниже спускаешься, тем хуже то, с чем ты столкнешься.

Крид презрительно хмыкнул и бросил:

- Что еще взять с недоучившегося мальчишки?

- Дикого ранили на двенадцатом уровне. С четвертого пришлось волочить его на себе. С тех пор он не приходил в сознание.

Каел едва успел выбраться и найти эту расщелину, как осознал ужасное свойство камней. Выглянул из расщелины и увидел команду, стоящую у входа.

- А что с вами произошло? - уточнил мальчик.

- Ничего, - обрубил возможность дальнейшего разговора Лайл. Он видел, что ребята устали и нуждаются в отдыхе. Их естественные силы подходили к концу. Скоро придется использовать допинги, но, не зная длительность пути, это может оказаться фатальным. За использование жизненных сил последует расплата. И сколько продлится этот изматывающий путь, совершенно непонятно. И это бесило.

Унылый однообразный путь в неизвестность продолжился. Все угрюмо молчали, лишь Каел постоянно о чем-нибудь спрашивал. Создавалось впечатление, что это не феникс, а этакое ходячие пособие "А что? А как? А почему?" Казалось, на него совсем не влияли изнуряющая жара и непрекращающийся мерный шаг. Вскоре Лайл начал раздражаться и от этого непрерывного, бьющего ключом, энтузиазма.

Наконец, впереди обозначалось нечто, которое постепенно перерастало в горы. Но до них было еще так далеко! Запасы еды истощались. Норму еды и питья пришлось урезать на три четверти. Лайл прикинул, что они уже в пути около трех лун. Дикий ни разу не пришел в себя за это время. Внимание постоянно рассеивалось, и Лайл все чаще ловил себя на воспоминаниях и размышлениях. Одергивал себя, концентрировался на окружающем однообразии и вновь отвлекался. Благо, больше нападений не было.

Мысли то и дело возвращались к брату. Пророк его недолюбливал, а Лайл обожал. Лотос всегда был для него примером. И совершенно игнорировал своего младшего брата. Какова была радость последнего, когда он понял, что у них с братом похожие магические способности и второй раз - когда он получил свое второе имя: Повелитель Тьмы, оно ведь так похоже на имя Лотоса. Но это было практически единственное, что связывало их. Князь Тьмы на двадцать восемь сианов старше, холодный, гордый, неприступный, расчетливый. Он с презрением относился к беспутному мальчишке, который так хотел быть похожим на него. На этот идеал во плоти. Единственное, что Лайл осуждал в брате - его ярую приверженность к иерархии и к праву сильного.

Да, он все делал, чтобы стать таким как старший брат, а результат получился почти диаметрально противоположным. Лайла не интересовали политические игры, власть, рабыни. Он стал предводителем в команде лишь потому, что не терпел, чтобы ему указывали, что и как делать. За семьдесят сианов подчиненного положения в различных командах он достаточно натерпелся издевательств над гордостью и телом. Поэтому и строил свое кольцо совершенно по иным стандартам. Никакой иерархии, где вышестоящий может приказать низшему всё, что заблагорассудится. А самый слабый - чаще всего самый молодой - извечный мальчик для битья и гиел*

Вновь накатило желание что-либо изменить в своей жизни. Хотя, что сейчас изменишь? Только и остается, что тупо шагать вперед. Но иногда все-таки проскальзывало это нечто, похожее на далекий зов. Лайл как-то спросил про этот феномен у Пророка и получил лаконичный и недвусмысленный ответ: "Не майся дурью". А чем тогда маяться? Почему всех вокруг устраивало сложившиеся положение дел и лишь его одного, нет?

В это время заговорил Каел, и Лайл прислушался.

- Крид, ты как-то упомянул, что знаешь, что это было за здание из черного камня.

- Лаборатория, - лаконично ответил Призрак.

"С чего он так решил?" - подумал Лайл.

- Ну, хорошо, лаборатория. А зачем?

Крид тяжело вздохнул и начал объяснение издалека:

- Существует два типа Богов: Творящие и Приходящие. Творящие создают новые расы и народы. И не обязательно это будут идеальные народы, стремящиеся к гармонии внутренней и внешней. Многие были созданы ошибочно или неумело (у каждого Творящего свой идеал народа и красоты), и те из них, что выжили, доказали, что они нужны этому миру. Ибо мир любит разнообразие. Творящие тесно связаны с судьбой своего народа, во всяком случае, в начале, когда крепка и нерушима вера. Чем сильнее вера в бога и себя, тем сильнее народ. Но по многим причинам связи ослабевают, рвутся...

Если Творящий покинул свой народ, его место может занять бог Приходящий. Часто у него есть определенная связь с этим народом на биологическом или духовном уровне. Приходящие боги берут на себя обязанности по защите народа. Приходящие боги чаще всего появляются в тяжелый для народа период. Как и Творящие, они питаются тончайшими энергиями, но более широким спектром: сюда может входить не только вера, любовь, но и различные иные чувства: желание защиты, стабильности или страх, например. Плюс к этому Приходящие боги требуют себе определенных привилегий: жертвы, идольничество, власть - это самые распространенные. Но Приходящие боги в любую секунду вольны покинуть взятый в попечение народ. К тому же они более уязвимы: их можно свергнуть или убить.

Но существует еще один тип так называемых богов: Самоназванные боги. Существа, вздумавшие посягать на устройство мироздания. Они не могут создать новую расу как Творцы, у них нет привязанности к определенному народу или ответственности за судьбу других, как и у Приходящих богов. Ослепленные собственной гордостью они лезут туда, где ничего не смыслят. Они создают лаборатории и проводят опыты над иными существами, иногда над себе подобными, чтобы, как они говорят, творить. Но истинный акт творения - это величайшее счастье. Лаборатории - это миллионы загубленных и покалеченных жизней. Большинство из подопытных настолько ужасны или неадекватны, что выпустить их во внешний мир нет никакой возможности: они способны разрушить само основание мироздания и совершенно неизвестно, к чему это приведет. Таким образом, эти Самоназванные боги дали начало тюрьмам.

- То есть эта лаборатория не единственная? - уточнил Каел.

- Нет. Лаборатории как минимум две. А тюрем... кто знает?

- Как эти измененные существа могут разрушить основы мироздания? Считается, что оно нерушимо.

- Не знаю. Наверное, есть определенные точки, лежащие в основе всех плоскостей. Установив Грань, материальную плоскость отделили от остальных, оградив ее большим промежуточным пространством. Именно поэтому создания Порядка никогда не видят своих Творцов. Возведение Грани породило сумятицу. Ради блага своих детей некоторые Творцы согласились заточить их на материальном уровне. До Грани все уровни были тесно связаны. Да, это было опаснее, но лишь тогда можно было реализовать себя полностью. Заключенные лишь в материальной оболочке, так называемые существа Порядка, не воспринимают и не понимают простейших связей, делают грубейшие ошибки на пустом месте. К тому же эмоциональная сфера не относится изначально к материальной плоскости. Вполне возможно, что со временем их эмоции обеднеют, обмельчают, а потом и вовсе исчезнут.

- Может быть, - не стал спорить мальчик, захваченный объяснением. - А зачем им разрушать основы мироздания?

- У каждого существа, созданного Творцами, есть своя идеальная половинка. Те же, кто вышел из лаборатории, обречены, навеки искать свою половинку, так как ее не существует в мироздании. Они находятся в постоянном поиске: находят очередную игрушку, идеализируют ее, разочаровываются, ломают и вновь ищут. Замкнутый круг, из которого нет выхода. Быть может, лишь для этого они будут стремиться изменить или уничтожить мир вокруг. В конце концов, каждый из нас ищет свою толику счастья.

Крид задумчиво замолчал, Каел больше ничего не спрашивал, и Лайл не выдержал:

- Откуда ты все это знаешь?

- Отовсюду: интуиция, знание, логика... В Академии очень богатая библиотека... для тех, кто умеет читать.

Лайл насупился и больше не касался этой темы. Почему-то раньше ему не приходило в голову, что Крид может увлекаться этими нудными древними рукописями. Вскоре неугомонный Каел прицепился уже к нему:

- Повелитель Тьмы, а что будет, если мы не найдем вашего брата?

- Отстань.

- А если найдем?

- Отвали от меня со своими глупыми вопросами, а то доведешь - прокляну.

- Каел, отойди от него, Лайл не в настроении, - посоветовал мальчику Ивен, хорошо видящий состояние друга. - Иначе будет хуже, чем от проклятого.

- Куда уж хуже? - всерьез удивился мальчик.

- Лучше тебе этого не знать.

Беседа вновь прервалась. Вскоре Повелитель Тьмы опять ушел в воспоминания.

Лайл никогда не ладил с наставником проклятий. Его слова совершенно не имели силы. А потом он познакомился и подружился с Ивеном. Это было уже после инициации, когда Лайл точно знал сферы приложения своих магических способностей. Проклятия туда не входили. Но в ту ночь, когда на них напали несколько старших учеников Академии, он даже не вспомнил о заклятиях Тьмы, которую тогда не слишком-то и знал. Глядя, как избивают его лучшего друга, он произнес слова проклятья, которые сам впоследствии не мог вспомнить. Нападающие сначала испугались, но потом увидели, что ничего не произошло, и подняли его на смех.

А потом случилось то, что в Академии никогда не случалось: во время простой тренировки погибла большая часть курса - семнадцать фениксов, в числе которых были нападающие. С тех пор Лайл только однажды воспользовался своим "даром", а увидев последствия навсегда зарекся будить его. Но свидетели остались, и темная слава часто шла впереди его.

До горной гряды оставалось не так далеко, когда Дик предупредил:

- Предводитель, похоже, у нас будут проблемы. Посмотрите туда. - Он указал куда-то за спину Лайла.

Все обернулись назад, всматриваясь в горизонт.

- Точно не поручусь, но, похоже, это песчаная буря.

- Мне она тоже не нравится, - ответил Лайл, глядя на сереющий с одной стороны горизонт и приказал: - Снимаем плащи и бегом. Если это и вправду буря, то нужно поскорее достигнуть горных склонов. Там можно поискать укрытие, но главное то, что там не будет уходить почва из-под ног.

До гор оставалось всего ничего, когда налетел первый порыв ветра. В то же мгновение Повелитель Тьмы понял, что чтобы это не было - оно живое, и похоже расценивает кольцо, как ускользающую добычу. Повелитель Тьмы приказал:

- Ни в коем случае не останавливайтесь! Ещё ускоряемся!

Ветер хлестал все сильнее, норовя сбить с ног. Повелитель Тьмы приотстал, пропуская ребят вперед. В худшем случае, он отвлечет внимание неведомой твари на себя.

С песком невозможно бороться мечом, а магия в этой пустыне исчезает быстрее, чем успеваешь ее призвать. Каждое движение дается с трудом. Отряд исчез за пеленой песка, и теперь все силы и мысли сконцентрированы, чтобы сделать очередной шаг. Джер! Не нужно было втягивать команду в эту авантюру. Еще шаг, еще,...

Вспышка, ощущение падения, нога за что-то цепляется... теперь точно падение. И предупреждающий вскрик:

- Только не надо на меня падать!

В последнюю секунду Лайл выставил вперед руки, чтобы не приложиться лицом о землю или что там впереди. Проморгался. На серых камнях под ним лежал никакущий Ивен. Он слабо улыбнулся потрескавшимися губами и выдохнул:

- Мы добрались.

- А буря? - оглянулся назад Лайл. Сзади раскинулась бескрайняя спокойная пустыня, освещенная заходящим дневным светилом.

Ответил Каел лежащий неподалеку с раскинутыми в стороны руками:

- Мы прошли через скрытый портал. Сейчас, похоже, мы на другой планете.

- Но...

- Как я почувствовал, многочисленные порталы идут вдоль всего подножья гор и все ведут сюда.

Неужели конец этого кошмара? Лайл вновь посмотрел на Ивена. Тот уже спал. Бессонница, истощение и непрекращающееся ни на минуту долгое путешествие вкупе с причудливыми тенями от заходящего светила сделали из этого близкого и дорогого, такого знакомого лица, маску чужака. Лайл крепко обнял его и тоже заснул - впервые почти за пять лун. Не думая ни о поисках воды и пропитания, ни о дополнительной защите на незнакомой территории.

Когда он проснулся, дневное светило вновь уходило за горизонт. Тело ныло и болело, и требовало еды и питья. Ивена рядом не было. Вскоре над головой раздался голос друга:

- Лайл, Дикий исчез, - и, обратившись ко всем в кольце, уточнил: - Кто его последним видел?

- Я его нес, - холодно ответил Крид.

- Я шел рядом с тобой. Дикого не было, когда ты выходил из портала, - глянул на Призрака Миракл.

- Я оставил его там, чтобы Лайл успел уйти, - спокойно ответил Крид.

- Ты ЧТО сделал? - прошипел Ивен. Лайл нахмурился. Он был последним и тоже не видел Дикого. Как так могло получиться?

- Прямо возле портала ограничение на использование силы было меньше. Дикий выглядел как живой, но ощущался как абсолютно мертвый.

- Все равно, не нужно было его бросать! - не сдавался Ивен. Лайл внимательно наблюдал за Кридом и у него возникало ощущение, что перед ним не феникс, с которым он прошёл десятки сражений плечом к плечу, а незнакомец, настолько нетипичным для Призрака было теперешнее выражение лица. Но внутренне он ощущался абсолютно привычным и знакомым. Возможно, так сказалось истощение.

Повелитель Тьмы не хотел признаваться самому себе, но он сам сожалел, что они тащили всю дорогу не подающее признаков жизни тело Дикого и тратили на это силы. Но бросить его в самом конце… Для этого нужен был очень веский довод. Даже если они несли труп. Он достоин упокоения.

- Тогда бы Лайл не успел добраться до портала, - покачал головой Крид.

- Откуда ты знаешь? - еще сильнее набычился Ивен.

- Знаю, - припечатал Крид, потом встал и пошел куда-то за камни, бросив напоследок: - И не вздумайте пытаться за ним возвращаться. Уверен, что от него ничего не осталось.

Лайл молчал, переосмысливая сказанное. Дик поводил взглядом фигуру Призрака и потянул:

- Н-да. Не ожидал от него такого.

- Я тоже не узнаю его, - удивился Грин.

- С другой стороны, мы не можем его обвинять - встал на защиту Крида Миракл. - Он знает о смерти побольше нашего. Может, мы взаправду тащили всю дорогу мертвеца?

- Крид ведь как-то рассказывал про это, - влез Каел, - говорил, что за Гранью есть существа, которые могут подменять души умерших, превращая их в своих игрушек.

- И где только он этого набрался? - задался вопросом Грин.

- Я тоже читал по них. Их называли... сейчас... не... некроманты, вот. Они тоже владеют магией смерти, но специфической. Вполне возможно, что в переходах был кто-то из них.

- Да? - глянул недобро Ивен на мальчика. - Как ты тогда оттуда выбрался?

- Я? Я везучий, - улыбнулся Каел и тихо добавил: - Очень везучий.

Лайл не стал высказывать своего мнения. Желания возвращаться на безбрежные просторы пустыни и пытаться что-то проверять у него не было. Крид поступил так, как посчитал нужным в опасной ситуации, пожертвовав чужаком, чтобы спасти командира. За это его нельзя было винить.Они все раздражены и неимоверно устали и устраивать сейчас внутренние разборки будет глупо. Поэтому вслух Повелитель Тьмы спокойно произнёс:

Закончили обсуждения. Я поговорю с Кридом по этому случаю потом, когда мы все восстановимся. Осмотритесь здесь, возможно заметите возможную пищу или питьё, но оставайтесь в зоне видимости.

К сожалению, поблизости ничего не нашли и до восхода решили отдохнуть, а с первыми лучами отправиться дальше. Если урезать норму питания ещё вполовину, то оставшихся запасов хватит больше, чем на луну. Это лучше, чем съесть все сейчас в попытках восстановиться и потом оставаться голодными. К сожалению, все так же не было полноценной возможности пользоваться аурой. Магия здесь очень сильно рассеивалась, однако уже не полностью.

Проблемы начались вскоре после восхода дневного светила. Оказывается, изначально им очень повезло - над тем местом, куда их выбросил портал нависал огромный кусок скалы, и тогда фениксы не чувствовали того, с чем пришлось столкнуться сейчас.

Неимоверный жар от светила раскалял камни настолько, что даже в сапогах из кожи саламандры было некомфортно. Фениксы перешли на редкое дыхание, чтобы как можно реже вдыхать обжигающий лёгкие воздух. Ближе к полудню жар вокруг стал невыносим, и Повелитель Тьмы скомандовал искать укрытие и ждать. Вскоре таковое было найдено, и все моментально провалились в сон, оставив двух сторожевых.

В путь двинулись ближе к вечеру, а на очередной привал остановились, когда вновь стало слишком жарко. К шестому дню все стали заметно раздражительнее. Крид над всеми подтрунивал, Каела вообще затыкали, стоило ему открыть рот для очередного вопроса. На седьмой день, как раз после восхода дневного светила, они наконец-то достигли вершины гряды, и тут...

-Чтоб меня демоны побрали! Откуда? - ахнул Джей.

- Вот….

-Да чтоб я ослеп! Глазам не верю!

- Это невозможно!! - выдохнул потрясенный Кин.

Лайл оперся спиной об огромный булыжник, мрачно оглядывая раскинувшуюся в восходящих лучах перед ними Долину.

- Что будем делать, П Р Е Д В О Д И Т Е Л Ь? Может, еще прикажешь обойти её? Вокруг? - Крид выжидающе и в то же время с едва заметной издевкой посмотрел на Повелителя Тьмы, но Лайл не обратил на него внимания. Он сам был не меньше других ошарашен и раздражен. Мысли судорожно перескакивали с одной на другую, упорно возвращаясь к одним и тем же:

"Что за Джер?! И они называют ЭТО Священной Долиной??? Или мы упорно шли не к той цели?"

Последним до места добрался Каел. Он оглядел открывшийся перед ним ландшафт и, обернувшись к Лайлу, удивлённо спросил:

- А в чём собственно проблема?

Все, за исключением Лайла, обернулись к нему. Каел с непониманием оглядывал изумленные, раздраженные и усталые лица.

- Так что произошло? - повторил вопрос парень.

Кин хмыкнул.

- Ничего не произошло, а проблема собственно в этом! - он указал вниз.

- Ну и что? Болото как болото, - не понял всеобщего расстройства Каел. - Я десятки таких видел... Ну, может не таких, а меньше...

- Я...а... ты... - Грин никак не мог прийти в себя. - Да ты хоть понимаешь, что мы здесь до конца жизни бродить можем!

- Но не возвращаться же назад, - пожал плечами Каел.

- Да ты хоть представляешь себе, что это за болото?!!!! - рявкнул на него Миракл.

Парень только открыл рот, чтобы что-нибудь сказать, как Лайл обернулся и спокойно произнёс:

- Нет, не представляет. Он не прошел полный курс в Академии, значит, не сдавал того ЭКЗАМЕНА. - Лайл перевёл взгляд на Каела и объяснил. - В одном из выпускных экзаменов нужно пересечь болото...

- Да, я про это слышал. На этом экзамене отсеивается почти половина испытуемых.

У Кина вырвался истеричный смешок:

- Малыш, они не отсеиваются, они там остаются... Навсегда.

- А-а-а... А кто там?

- Кто? - едва заметно улыбнулся Лайл. - Представь себе - никого!

- Так в чем проблема? - спросил сбитый с толку Каел. Теперь он решительно ничего не понимал в происходящем.

- В той чертовой луже!! Она проклята!- буркнул Кин.

- Она абсолютно такая же, как эта. - выдохнул Грин.

- Что будем делать? Может, и вправду лучше в обход? - произнес Каел, недоверчиво оглядывая обширное пространство, скрытое зеленовато-белесым туманом.

- Честно говоря, я ничего не понимаю, - протянул Лайл. - Впереди однозначно долина. И скорее всего та, которая нам нужна. Но не могут же миротворцы жить в подобном месте! Ладно, привал. Мы с Громом спустимся вниз, может, что толковое отыщем. Остальные устраивайте привал и отдыхайте. Надолго здесь задерживаться мы всё равно не будем.

Повернувшись к долине, Лайл начал быстро спускаться по довольно крутому склону, Гром последовал за ним.

Фениксы споро соорудили навес в тени одного из огромных камней и опустились на землю. Кое-кто сразу же заснул. Все прекрасно осознавали, что выбор невелик и лучше идти вперед, навстречу собственным страхам, чем продолжать кружить по горам, промерзающим ночью и источающим невероятный жар днём.

Крид обошел стоянку, устанавливая защитный круг, после чего сел на пока ещё прохладные камни, привалившись спиной к куску скалы, и закрыл глаза. Каел быстренько устроился рядом. Только парень открыл рот для вопроса, как Крид не открывая глаз, процедил:

- Если это очередная глупость - получишь по шее.

Каел нахохлился, как маленькая мокрая пичуга, которую умудрились облить помоями. Сходство дополнялось грязным, встрепанным видом, незажившими синяками и царапинами, а также кое-где порванной одеждой. Прибавить к этому голодный и заморенный внешний вид, напоминающий ходячий скелет, обтянутый кожей (что так и не смогло затушить огонек вечного интереса ко всему, что находится вокруг), как в душе начинала ворочаться жалость пополам с уважением. Но и Крид был в ненамного лучшем виде. Каелу нужно меньше еды, чем взрослым фениксам, но пайки делились поровну.

Крид в очередной раз ругал себя, что присоединился к команде и пошёл вместе с ними. Он чувствовал, что это его путь, и он, в конце концов, придет к нужной цели. Но почему в его жизни в его жизни не может быть простой и лёгкой дороги? Такой, чтобы раз - и его желание исполнилось?! Ведь ему от жизни так немного нужно! Так почему другие получают всё на золотой тарелочке, а он, несмотря на все свои страдания, не заслужил хоть немного простого спокойного счастья? Не забвения, не ожидания, не поисков, не каждодневной борьбы, а просто тихой жизни рядом с существом, которое будет ценить его. На ответную любовь он уже даже не надеялся...

Вскоре вернулся Повелитель Тьмы с Громом. Лайл опустился на камни недалеко от Крида и произнёс:

- Сходство поражает. Почва сильно заболочена, из-за тумана видимость очень плохая. Что самое неприятное - как и пустыне, нельзя оставаться на мест, так как очень быстро начинаешь погружаться в топь. Ваши предложения?

- Какие здесь предложения? - не открывая глаз, отозвался Ивен. - Выбираться отсюда надо, а другого пути нет. Придется идти.

- Немного отдохнем и опять в неизвестность, - поддержал его Грин.

- Если мы выживем, то нога моя не ступит ни в одну пустыню или болото. - поклялся Миракл.

- Ясно. Значит, отдыхаем. - Лайл устало привалился спиной к большому камню и прикрыл глаза, мгновенно проваливаясь в короткий сон.

*Гиел – подстилка.

Глава 5

Вот уже четвертый день они брели по долине. Подавленные, злые и молчаливые, фениксы казались призраками этого болота. Четыре дня почти безостановочной ходьбы, хлюпающей под ногами грязи, однообразного бесконечного пейзажа и полной тишины. За время проведенной здесь, они не услышали ни единого крика птицы, не увидели ни одного животного. Даже вездесущие насекомые, казалось, повымирали. Единственная радость - изнуряющая жара пустыни и гор осталась позади.

Тем не менее, от однообразия пейзажа хотелось взвыть, отсутствие живности нервировало, а постоянное чувство наблюдения, заставляющее всё время быть начеку, подтачивало моральные и физические силы сильнее, чем закончившиеся припасы. В довесок, здесь не было ни одного клочка земли, где можно было бы передохнуть. После привала у самого края долины, им так и не удалось найти место для отдыха. Даже после короткой остановки, ноги уходили в трясину больше чем по щиколотки.

Каково же было изумление кольца, когда они услышали негромкий девичий голосок, мурлыкающий песню на неизвестном языке, а шагов через пятьдесят увидели и его обладательницу. Как ни в чем не бывало, она сидела в ворохе своих юбок и перебирала цветы, разложенные на коленях. Рядом стояла ее корзинка…. Но откуда здесь могла взяться девушка, сидящая не понятно на чем и перебирающая непонятно откуда взявшиеся цветы? Лайлу показалось, что от голода и усталости у него начались видения. Похоже, девушка что-то почувствовала, так как подняла голову и посмотрела на фениксов, стоящих рядом.

“Какие у нее странные глаза, - подумалось в тот момент Лайлу. - В середине черный кружок, обведенный светло-карим кольцом радужки с вкраплением золотистых бликов”.

Остальная часть глаза была полностью белая. Повелитель Тьмы никогда не видел таких глаз. У фениксов глаза преимущественно одного цвета, темнеющего к центру. В боевой форме в глубинах вспыхивают мерцающие звезды. Правда, когда перед тобой феникс в боевой форме, времени рассматривать его глаза обычно просто-напросто не остается.

- Ой! А вы что здесь делаете? - и не дав парням ответить, девушка сама предположила: - Вы, наверное, заблудились, да? В эту часть Долины мало кто заходит.

Она быстро и в то же время аккуратно собрала с колен цветы и встала, оправляя юбки.

- Идемте. Я вас провожу к селению. Как вы могли заблудиться?

Девушка подхватила корзинку и пошла так легко, будто не касалась поверхности. Команда переглянулась и потянулась следом. С первых шагов они поняли, что идут намного медленнее своей провожатой. Создалось чувство, что болото их удерживает, не хочет выпускать топчущие его ноги. Каждый шаг давался много тяжелее чем раньше.

Но кто признается в своей слабости девчонке? Она же шла легко и свободно, не замолкая ни на мгновение.

- В Долину часто приходят чужестранцы, но мало кому разрешают по ней путешествовать... судя по внешнему виду, вы проделали долгий путь. Да?

- Да.

- А меня никуда не пускают. Говорят, нужно учиться. Нет, я ничего не имею против, мне это очень нравится. У нас очень хорошие, умные учителя. Но я всегда мечтала путешествовать. Увидеть мир вокруг. Познакомиться с другими народами. Посетить столицы больших империй... Но нельзя, пока не закончу обучение. А вы откуда? - она оглянулась. На хорошеньком личике появилось сострадание: - Вы, наверное, очень сильно устали, да?

- Нет! - раздраженно рявкнули в полном единодушии фениксы.

В ответ в этих странных глазах заблестели слезы, а на лице появились обиженность и непонимание.

- Я вас чем-то рассердила, да? Я не хотела. Правда. Просто... За что вы на меня сердитесь?

Лайл не смог выдержать взгляда этих невинных добрых глаз и отвернулся. Против воли он произнес:

- Мы не на тебя сердимся. Просто мы... устали. А еще это демоново болото!..

- Какое болото? Вы обиделись на какое-то болото, да?

- Ни на что мы не обиделись! - рявкнул Кин. У девушки в глазах вновь появились слезы.

"Если она разревется, я сбегу," - мрачно подумал Лайл.

- Но я не понимаю, при чем здесь я? Почему вы направляете на меня свои негативные эмоции, если они предназначены чему-то другому? - Лайл ошарашено посмотрел на девушку, не понимая, как это она всё выкрутила и откуда она подобное взяла. - Вы, не правы. Нельзя ни на кого злиться. Иначе ему от этого будет плохо. Нельзя злиться даже на болото. Ему тоже может быть плохо.

Фениксу начало казаться, что у него не все нормально с головой. Откуда вообще взялась эта ненормальная? И как БОЛОТУ может быть плохо, если на него злиться?

- И вам потом тоже будет плохо, - продолжала девушка. - Потому что негативные эмоции проникают в вашу энергетику и затем не дают в полной мере наслаждаться жизнью вокруг. Если болото вам чем-то навредило, просто простите его. Оно не хотело. И попросите у него прощения за то, что злились на него. Вы должны быть в гармонии со всем, что окружает вас. Это помогает достичь гармонии в себе. Ну? Попросите прощения. И я уверена, что оно не будет держать на вас обиды. Произнесите: я прошу у вас прощения. Это ведь так просто.

Девушка подошла к Лайлу, встала на носочки, но все равно оказалась ниже феникса, и взволновано заглянула ему в глаза, слегка прикусив нижнюю губу, похоже от сильного наплыва эмоций. В этих глазах была такая настоятельная мольба, что Повелитель Тьмы, чувствуя себя последним идиотом, сказал:

- Я прошу у вас прощения.

Девушка нахмурилась.

- Ты не у меня должен просить прощения. И вы должны искренне раскаяться в своих словах и мыслях.

Лайл, уже какое-то время стоял на месте и, чувствуя, что медленно и упорно погружается вниз, в сердцах бросил:

- Болото, я попрошу у тебя чистосердечного прощения, как только ты меня выпустишь из своих цепких объятий!

В то же мгновение пейзаж вокруг изменился. Теперь феникс стоял посреди луга, ярко освещенного теплым солнцем. Легкий ветерок побежал по низкой траве и Лайл почувствовал его!

- Не понял.

До девушки, похоже, тоже что-то дошло, потому что она удивленно спросила:

- Так вы сейчас на болоте? - Лайл кивнул и абсолютно без сил опустился на мягкую траву.

- Наверное, это подействовало защитное поле Долины. Оно реагирует на эмоции, настроения и намерения. Вы ему просто не понравились. Хотя странно, ведь всех чужестранцев знакомят с Долиной, прежде чем впустить в нее и объясняют ее характер. Почему вы не послушались? Подумайте о том, какая она добрая и хорошая, и искренне извинитесь за то, что давили на нее своим плохим настроением.

Фениксы недоверчиво переглянулись, но послушались. Похоже, получилось у всех, правда, не сразу. Один за другим они оглядывались вокруг и опускались на траву. Кин осторожно потрогал стебельки и опасливо спросил:

- А это все настоящее?

- Долина многолика и разумна. Как вы сюда попали, раз не знаете основных вещей?

- Пришли оттуда. - Каел махнул рукой в том направлении, откуда они пришли. Девушка недоуменно посмотрела в ту сторону. Лайл тоже оглянулся. На расстоянии тысячи шагов высился лес. Гор видно не было.

- Но там нет поселений, и оттуда никто не приходит, - удивилась девушка.

- Неудивительно, отозвался Ивен. - Скорее всего, они просто не доходят. Там огромная пустыня.

- Бедные вы.

- Мы не бедные! - процедил сквозь зубы Лайл. - И в твоей жалости не нуждаемся.

- Почему?

- Это неприятно, - после короткого размышления ответил Лайл.

- Да? А, знаю! У вас, наверное, энергетическое поле сбилось, поэтому вы все воспринимаете неадекватно, да? Чего вы на меня так смотрите? Я не права, да?.. Вы не хотите отвечать? Надеюсь, я вас ничем не обидела, нет?

Повелитель Тьмы никак не мог разобраться, чего ему хочется больше: рассердиться на эту странную девчонку или рассмеяться от облегчения, что их путь, наконец, закончился.

- Нет. Как тебя зовут? - решил он перевести тему в более безопасное русло.

- Ой, простите! Я не представилась. Я Алисия, а...

- А народ ваш как зовут?

- Мы люди.

- А долина ваша как называется?

- Зеленая долина. Что-то не так, да?

- Похоже, мы не туда попали, - помрачнел Лайл, и Алисия тут же отреагировала:

- Вы искали что-то другое, да? Не волнуйтесь. Вы спросите и вам обязательно ответят. К нам приходит много чужестранцев, и все они находят здесь ответы. А теперь вы представьтесь.

Лайл встал и с легкой издевкой поклонился:

- Повелитель Тьмы.

Следующим был Ивен, затем Крид:

- Огненный Вихрь.

- Призрак.

- А... подождите, не надо прятаться за масками. У нас вам никто не собирается причинять вреда!

- Масками? - нахмурился Лайл, не понимая, что не устраивает это девушку на сей раз. - Это наши вторые имена.

- Это маски, которые вас защищают от неприятелей. Наверное, у вас очень злой мир, раз приходиться прятаться.

- Первое имя знают единицы: близкие, друзья, - захотелось оправдаться Лайлу. Почему-то у него не возникало сопротивления при мысли, что он поделится с незнакомкой своим истинным именем. Но ведь так не делают. Чтобы добиться права называть феникса первым именем, нужно очень постараться.

- Бедные. Неужели вы настолько не доверяете друг другу?

Лайл аж зубами скрипнул от подобного выражения жалости и припечатал:

- Мы - не бедные! Я Лайл. Он Ивен. Крид, Грин, Джей, Кин, Дик, Грин, Ролал, Миракл и Карел. Ах, да и Каел. - Фениксы, которых называл Лайл, по очереди вставали, затем вновь садились на траву. - Теперь довольна?

- Вы опять злитесь, почему?

На этот раз Крид опередил Лайла и спокойно объяснил.

- Просто мы другие, у нас другие обычаи и понимание мира. Вы ведь ни с кем не воюете?

- А что это такое?

Фениксы пораженно посмотрели на Алисию, не в силах вымолвить ни слова. Как можно не знать, что такое война? Это же практически единственный смысл в этой жизни. Крид попытался объяснить, после чего все ошарашено смотрели уже на него:

- Э... понимаешь, это такой специфический способ регулировать количество населения. Если его много, а места мало, то народ начинает войну, после чего места обычно хватает всем... А чем занимаются люди? - поспешил он увести разговор в другое русло, видя, что Алисия открыла рот и явно собирается задать новый вопрос.

- Земледелием, науками, строительством. Но самое важное, это найти свою вторую половинку. Тот, ради которого ты появился на свет. Это так чудесно!.. Что здесь смешного?

- И долго ищете? - со смешком уточнил Ивен.

- Иногда слишком долго. Но тогда ты можешь вернуться сюда в следующей жизни, чтобы продолжить поиски.

- А если найдешь, то куда?

- Что куда?

- Если не найдешь, то перерождаешься, а если найдешь, то что дальше?

- А-а... Не знаю. Наверное, тогда они живут вечно или перерождаются вместе.

- Вечно?! Какой ужас! Так это же скучно! - не выдержав, высказались фениксы.

- Неправда! Я видела тех, кто нашел свою половинку. Они ничуть не скучают. Возле них так хорошо находиться. Они всегда улыбаются, и ты не можешь смотреть на них без улыбки.

- Ага, где... - Ивен хотел что-то сказать, но Крид закрыл ему рот ладонью и с глубокомысленным видом произнес:

- Да. На это вряд ли можно смотреть без улыбки. Хотя бы потому, что каждый раз, когда ты радостно улыбаешься, всем вокруг тоже хочется улыбнуться. Наверное, энергетика такая.

- Правда?! - ещё ярче засияла девушка и поспешила уверить парней: - Тогда я буду улыбаться часто-часто! Ой, я вас, наверное, совсем заболтала. Но до селения совсем недалеко. Там вы найдете еду и кров.

По дороге Алисия не замолкала ни на мгновение. Она, было, начала выспрашивать фениксов про их жизнь, но Крид быстро перевел разговор на людей, задавал все новые и новые вопросы. Лайл шел молча, прислушиваясь к разговору и пытаясь понять: почему эта болтливая девчонка его не раздражает. Он терпеть не может вот таких глупых, легкомысленных, болтливых, эмоциональных девчонок. И не сказать, чтобы она была так уж феноменально красива. Так, миленькая. Но в Альдосе есть рабыни намного лучше.

А эта непосредственная радость и доверчивость ко всему? Лайл был уверен, что встреть он кого-либо другого, быстро стер бы улыбку с его лица, потому что, чем она может быть у других, как не скрытой насмешкой? Но не у Алисии. Еще что странно - она не испугалась их, не ужаснулась шрамов на лицах и руках, хотя прекрасно их видела, но продолжала общаться непосредственно, и открыто. Лайл вспомнил ее лицо почти напротив своего. Она прекрасно видела его шрам, начинающийся почти от середины правой щеки и идущий вверх. Заканчивается он над бровью. Она всё отлично видела и не отвела взгляда. И в этих озерах не было отвращения и испуга, только мольба и сосредоточенное внимание.

В этот момент Крид спросил Алисию о том, что делают люди, когда находят свою половинку.

- Вступают в брак, конечно.

- А как?

Алисия принялась ярко расписывать игрища и торжества, происходящие в день бракосочетания.

- Это все лишь для того, чтобы повеселиться? - уточнил Крид.

- Конечно, нет! Они служат для много: засвидетельствовать образовавшийся союз на земле и на небесах, получить благословение и напутствие, и многое другое. И все это в веселой, радостной атмосфере.

- А потом?

- А потом пара живет долго и счастливо. А вы как вступаете в брак?

- У нас ничего подобного нет.

- То есть как?

- А так. Насколько я понял, эта парочка остается вдвоем до конца жизни?

- Да.

- Значит, у нас такого нет. Конечно, иногда феникс может выбрать себе девушку... но у нас нет пожизненных союзов, - попытался мягко объяснить привычные фениксам взаимоотношения Крид.

- Зато у нас есть кое-что получше, - влез в разговор Ивен, - могу показать, если хочешь.

- Да? Конечно, хочу! Это должно быть очень интересно, правда?

- Нет, - отрезал Лайл, почувствовав, что в зруди шевельнулась злость на друга. - Он тебе ничего показывать не будет. Потому что это не интересно и тебе не понравится.

- Но почему?

Лайл сделал вид, что не услышал вопроса и поспешил перевести тему в более безопасное русло. Он злился на Ивена за эту глупую шутку (да и шутку ли?), красочно представляя себе, что станет с этой доверчивой девушкой, если Огонек говорил всерьез. По древней традиции существовал специфический способ отличать свою игрушку. Игрушка - это больше чем девушка. К девушке феникс может не испытывать совершенно никаких эмоций, он просто дает ей защиту своим именем, чаще всего по политическим мотивам. К игрушке эмоции есть всегда, другое дело какие.

Но в любом случае, если ты избираешь игрушку, то ее нужно защищать. Поэтому выбирают игрушку для себя лично либо для всей команды. Чем игрушка отличается от простой девчонки? Чужие не понимают различия, но фениксы с первого взгляда могут сказать, чья эта игрушка, стоит им посмотреть на магический рисунок на ее спине. Поэтому спина должна быть всегда открытой, выставляя напоказ мужскую и женскую фигуры: самой игрушки и ее владельца с кольцом на пальце. Потому как после инициации каждый феникс создаёт с помощью Оружейника и специалиста по времени и пространству свое кольцо, на котором запечатлевается символ его рода и какая-то частица себя. Наверно именно она позволяет с одного взгляда точно сказать - кому принадлежит данное кольцо. Все бы ничего, но рисунок делается с помощью специального ножа и заклинания на всю спину. Лайл пару раз видел эту процедуру. После нее девушка пол-луны не может ходить, а то и двигаться... Что на Ивена такое нашло?

- Это ваше селение? Какое - то маленькое.

С десяток похожих друг на друга опрятных домиков вдалеке не вызывали подозрений, радуя глаз приятными расцветками.

- Нет. Здесь живут ученики. И я в их числе. Селение дальше. Мы вас накормим и где-нибудь расположим на отдых. Когда вы выспитесь, познакомим со всеми.

- Мы лучше здесь отдохнем, под открытым небом, - нахмурился Лайл. Он не собирался доверять незнакомцам.

- Гости не должны спать у порога дома! - всплеснула руками Алисия.

- Мы не у порога, а на расстоянии полета стрелы, - ответил феникс.

- Нет!

- Мы там не поместимся, - попытался вежливо отказаться Лайл, но девушка и не думала сдаваться:

- Поместитесь! А если вы откажетесь, то... то Долина подумает, что у вас остались какие-то плохие мысли, раз вы не хотите принимать наше гостеприимство.

- Вот Джер! - аргумент был и вправду убойный. Отказываться в этом случае означало навлечь на себя лишние подозрения и, кто знает эту Долину, возможно, проснуться вновь среди болота. - Убедила. Веди.

Так названые ученики (точнее ученицы) были похожи на Алисию и в плане поведения - такие же добрые, доверчивые, очень гостеприимные и болтливые - и внешне. Домики изнутри оказались довольно просторными и чистыми, наполненные светом и странной атмосферой умиротворенности и покоя.

Лайл никак не мог разобраться в своем отношении к этому месту и странному народу, людям. С одной стороны его удивляла их безграничная доброта и простодушие. Их ничего не стоило обмануть, но такого желания даже не возникало. Это все было настолько чуждо фениксам, что зачастую смущало.

С другой стороны Лайл наслаждался чувством покоя и защищенности, разлитым вокруг, радостью и доверчивостью этих существ, которые не имели представления, что такое насилие или война. Он удивлялся: как люди смогли сохранить чистоту и безграничную веру в светлое будущее посреди хаоса и жестокостей внешнего мира? Но вскоре он получил ответ на этот вопрос.

На третий день фениксы уже освоились среди людских девушек и, хотя Лайл строго-настрого запретил команде причинять кому-либо вред, он прекрасно осознавал, что парни долго не выдержат в этом цветнике. Первый тревожный звонок поступил от Ивена: тот предложил вдвоем развлечься с Алисией, на что получил жёсткий отказ:

- Даже и не думай.

- Да ладно тебе! Я прекрасно вижу, как ты на нее смотришь.

- Нормально я на нее смотрю. Повторяю еще раз: не смей никого трогать. Тем более Алисию.

- Слушай, что на тебя нашло? Ты никогда не был поборником чистоты и аскетичности. А сейчас даже на меня не хочешь смотреть.

- Пойми, ты, Ивен. Они совершенно другие, чем мы. Они... лучше нас, а ты предлагаешь сделать их, такими как все.

Огонек опешил от подобной отповеди:

- Что с тобой? Я понимаю: Алисия тебе нравится, но рассуждения типа, такие как все, не такие как все... ты случайно ничего не подхватил в этом болоте?

- Кстати о болоте. Если мы причиним вред людям, Долина может опять изменить к нам свое отношение.

- Ой, ну подумаешь! Ничего там особо страшного не было. Внешняя оболочка - и всё!

- Ну вот и подумай хорошенько, на что ещё способно место, запросто играющее разумом существ.

В дом вбежала раскрасневшаяся Алисия.

- Лайл, Ивен, я хочу вам кое-что показать, пойдем быстрее!

"Кое-что" оказалось распускающимся цветком. Другой вопрос: почему посреди дня? Лайл был уверен, что все цветы распускаются с восходом дневного или ночного светила (солнца и луны, как называли люди), а этот оказался какой-то нетипичный.

- Правда, прелесть? Он такой красивый!

- Ну... - протянул Лайл, не понимая, что такого прелестного в обыкновенном невзрачном растении.

- Ну и что... - похоже, Ивен собирался озвучить мысли Лайла, но тот с силой наступил ему на ногу и попытался подкорректировать грубость друга.

- А что это за растение?

- Золотистый ландыш. Он редко встречается в Долине.

- А... - попытался вновь высказаться Ивен, но Лайл вновь не дал эму такой возможности.

- Ага, понятно. Красиво.

- Хотите, я его вам подарю? - добродушно спросила Алисия.

- Не-эт.- побледнел Лайл, представив град насмешек, который на него может обрушиться, увидь ребята в его руках цветок.

Алисия же прислушалась к чему-то своему и пробормотала:

- Ой, простите, я совсем забыла, что его нельзя дарить.

- Почему?- заинтересовался Лайл.

Девушка покраснела и объяснила:

- Если я его вам подарю, то вы в меня влюбитесь. Но Любовь приходит к каждому сама. Если навязывать её искусственно, будет потом очень плохо. Но я не хотела для вас ничего плохого, я просто забыла про это. Простите. Хотите, я завтра вас возьму с собой смотреть на восход солнца? - оживилась она.- Я каждое утро его встречаю.

- Нет!! - Двойной вопль ужаса слился в один. Цветок распускается довольно быстро, но солнце у них восходит очень медленно.

- Вы чего? - не поняла реакции парней Алисия.

- Ни-ничего. Просто... э... мы не очень любим смотреть восход солнца и слушать пение просыпающихся птиц, жужжание насекомых и всё такое. - Особенно, это неприятно, когда часами лежишь в засаде, мокрый от росы и отключая внимание от тех самых насекомых, которые так любят ползать по открытым участкам тела.

- А вы его когда-нибудь видели? - не сдавалась Алисия.

- Тысячи раз.

- Наверно, вы на него просто не так смотрели. - попыталась она переубедить ребят. - Наблюдать рождение дня так восхитительно!

"Нет, это нудно, скучно и однообразно", - отозвался про себя Лайл, но постарался сказать мягче:

- Вряд ли. Пошли отсюда. Лучше расскажи нам про людских богов.

- Богов? Но существует только один Бог!

- Откуда ты знаешь? Ты его видела?

- Нет. Его никто не видел. Но с Ним можно общаться. Мне говорили, что некоторые слышали Его голос. Но ко мне ответы приходят всегда беззвучные: я просто понимаю, как мне нужно поступить в той или иной ситуации или успокаиваюсь, если я слишком взволнована.

- А я слышал, что Алакостов много...

- Алакостов? Это же вид драконов. Они не боги, просто они были очень мудрые. А Творец - это совершенно... не знаю, как сказать. Но он ни в коем случае не Алакост! Творец создал нас по образу и подобию своему, заложив в нас основы к созиданию и воссозданию. Но этого мало. Величайшее благо, что он нам дал, это возможность создавать что-то новое и бесконечно самосовершенствоваться, чтобы, в конце-концов, стать равными ему, а может, в чем-то и превзойти. Мы все его дети и он счастлив, когда мы стремимся к чему-то новому.

Вместе с частицей себя он передал нам величайший дар в мире - способность любить и быть любимыми. Но нужно быть осторожным с этим даром: Любовь не терпит, когда ею пренебрегают или распыляют впустую. Но в то же время Любовь даёт нам крылья, коих мы лишены в обычной жизни. Она даёт огромный толчок к самосовершенствованию и самореализации. Увы, я до сих пор не познала это чувство, хотя мне уже двадцать четыре года. Но я верю и надеюсь.

- А год - это сколько?

- Год? Четыреста тридцать два дня.

- А сколько лет вы живете? - всерьез заинтересовался Лайл. Эта девчонка была сущим ребенком по сравнению с ним, не удивительно, что она настолько доверчивая и наивная. Что можно узнать за 15 сианов?

- Лет под триста. Иногда больше.

“Фениксы доживают до шестисот сианов, но могли бы и больше, если бы не постоянные внешние войны и внутренние дрязги. Среди нас никто не умирает своей смертью", - с лёгкой горечью подумал про себя Лайл и уточнил:

- От чего вы умираете?

- Умираем? Мы не умираем. Мы уходим с Земли, чтобы вновь сюда вернуться. Некоторые уходят, потому что желают пройти очищение. Другие понимают, что их жизненный круг кончается, и они переходят на другой.

- И как это происходит? Просто захотел и всё?

- Ну, почти. Тогда человек говорит о своём решении другим. Прощается с остальными людьми, а затем душа уходит, а тело мы отправляем по рекам вниз в специальной лодке.

- Всё равно не понимаю, - протянул феникс. У него не укладывалось понятие, что нужно зачем-то уходить куда-то, чтобы потом вернуться обратно. - Вы ведь не стареете?

- А что это такое?

- Понятно. Так, ничего. Вы одни живете на этой планете?

- Нет, конечно. На Земле живет пять различных рас: лемурейцы, атланты, гмурли и .., а-а, не помню. Но если вы интересуетесь, могу спросить.

- А про мир...

- Гмурли? Кто это такие? - влез в разговор молчавший до этого Ивен.

- Один из подземных народов. Гмурли невысокого роста с большими глазами. Они очень искусны в обработке скальных пород. Гмурли редко выходят на поверхность, потому что привыкли к темноте. Из-за солнца они начинают жмуриться и хмуриться, поэтому некоторые называют их хмырями... Что я смешного сказала?

- Ничего. Ивен, помолчи. Алисия, ты слышала когда-нибудь про мирот...

Они уже подходили к выделенному для них домику, когда заметили фигуру в белоснежных одеяниях. Беловолосый, высокий, самоуверенный и гордый, с совершенно другим типом красоты, чем Алиса и другие девушки здесь. Поза расслабившегося хищника. Лайл сразу почувствовал, что перед ним настоящий воин. Но совершенно не такой, как они.

Алисия подорвалась с места, не давая Лайлу возможности закончить фразу, и радостно смеясь, поспешила навстречу беловолосому, когда она подбежала, оказалось что девушка на полголовы ниже этого чужака.

- Дядя Михаил, дядя Михаил! А я узнала, что такое война!

“Дядя Михаил”, который что-то в этот момент жевал, подавился и закашлялся. А Алисия похлопала его по спине и прощебетала:

- Мне эти чужестранцы рассказали! Это способ, чтобы всем хватало земли. Правда, интересно?

Светловолосый "дядя" смерил фениксов далеким от любви и всепрощения взглядом и произнес:

- Да. Это очень... странная вещь. Проводишь меня к Ольге? А чужестранцам нужно отдохнуть. Видно, что они преодолели длительный путь и ещё не оправились после него.

- Ты не хочешь с ними познакомиться?

- Я обязательно познакомлюсь с ними, - беловолосый опять смерил Лайла и Ивена холодным взглядом, - но чуть позже.

- А, ну хорошо. До встречи! - помахала Алиса рукой фениксам и начала щебетать уже беловолосому.

Стоило друзьям зайти в дом, как Огонек прислонился спиной к двери и понизил голос:

- Теперь понятно, кто охраняет этот рассадник доброты, чистоты и гармонии. М-да... меня до сих пор пробирает от его взгляда и ощущения внутренней силы. Похоже, в бою он более чем достойный противник.

- Ты вроде бы недавно заявлял, что тебе нужен кто-нибудь для тренировки? Теперь будешь знать, к кому обращаться. Пошли, соберем команду, пока чего не случилось.

-Да. И то верно. Кстати, я со вчерашнего дня не видел Крида и Каела...

- Хм... я тоже. Ничего, сейчас найдутся.

Но пропавшие фениксы так и не нашлись. Ближе к вечеру Лайл ни на шутку разволновался: они обшарили поселок и окрестности, расспрашивали девушек. Никто высокого феникса с пепельными волосами и подвижного зеленоглазого подростка не видел. Люди были абсолютно уверены, что в команде всего десять фениксов. Вечером объявился беловолосый “дядя Михаил”. Предложил прогуляться к роднику и там поговорить наедине. Возражений со стороны кольца не последовало.

Рассевшись на мягкой траве полукругом, команда напряженно ждала, что скажет этот странный воин, а он не спешил начинать. Когда он заговорил, Лайл понял, что их собеседник осведомлен о многих событиях.

- Что Повелителю Тьмы и его команде понадобилось в нашей Долине?

- Случайно забрели. - Лайл выжидательно посмотрел в спокойные серые глаза, похожие на людские, пытаясь понять реакцию на свои слова.

- Сюда никто не забредает случайно. В Долину можно попасть, лишь следуя провидению.

- Проведению! - не сдержавшись, фыркнул Дик.

- Значит, ваше провидение любит окольные пути, - покладисто согласился Лайл, не желая вступать в конфликт. - А ты сам кто такой?

- Не думаю, что мое имя вам что-либо скажет.

- А раса?

- Ну что ж. Алисия все равно не станет от вас скрывать. Я ангел.

- Ангел?! - изумились фениксы.

"Вот тебе и не существует! Прав был дед. Просто они живут Джер знает где, нигде не появляются, вот про них и забыли".

- Да. Ангел. Михаил. Вы вели себя очень корректно по отношению к людям, чего я совершенно не ожидал от вашего народа. За это я буду с вами честен и откровенен. Но сначала ответьте на вопрос: зачем вы пришли в Долину?

- Я ищу своего брата, - глядя прямо в глаза ангелу, ответил Лайл. Он осознавал, что надолго им не разрешат здесь остаться, поэтому лучше раскрыть карты сейчас и попробовать узнать хоть какую информацию.

- Брата? Да, это достаточно веская причина. Советую вам обратиться к камням предков. Они направляют на поиски истинного пути в этой жизни. Может, и в этом случае помогут. Вы можете оставаться в Долине, сколько пожелаете, но вам нечего делать среди людей. Ваша натура им слишком чужда. Будете жить среди нас.

- Хорошо, - покладисто согласился Лайл. В принципе, это пожелание было закономерным, учитывая репутацию фениксов.

- У меня еще вопрос: с вами был феникс с черно-красными волосами до пояса и...

- Да, с нами. Мы думали, он погиб.

- Погиб, - подтвердил Михаил. - Мы провели обряд очищения. Завтра на рассвете будет погребение. Если хотите, можете с ним проститься.

- Вы нашли тело? - удивился Лайл.

- Само пришло к границам. И, признаться, я очень удивлен, что вы сами живы и здоровы.

- Как это само пришло? - не понял Лайл.

- Вот так. Ногами. Как и любая неупокоенная игрушка, ведомая чьей-то злой волей. Оно проделало очень долгий путь в надежде настигнуть вас. Но Долина не позволила, и мы ей все за это благодарны... Идите, собирайте вещи и прощайтесь с ученицами. Я вас провожу в наше селение.

- А что за оно?

- Селение? Миротворцев.

Ангел поднялся и зашагал на встречу сгущающимся сумеркам.

Миротворцы. Лайл застыл пораженный. Так значит, они попали именно туда, куда так стремились. Но ангел не ответил, что случилось с Князем Тьмы. Быть может, он не знает? И что случилось с Диким? Ангел сказал, что он не воспринимал Дикого, как живого феникса. Крид говорил об этом же. Но куда подевался последний? И Каел? Вопросы, одни вопросы. И где найти на них ответы?

Погруженный в свои мысли феникс шел, куда вели ноги. Из задумчивости его вывел звонкий голосок Алисии:

- Добрый вечер. А ты что здесь делаешь?

Лайл оглянулся и понял, что он никогда не был в этом месте. Впереди десяток каменных ступеней вели наверх. На первой стояла Алисия, тепло ему улыбаясь. Феникс невольно улыбнулся в ответ, но тут же нахмурился. Его беспокоила собственная реакция на эту девушку: совершенно нетипичное желание сделать ей приятное, защитить, потребность (он только сейчас осознал это) видеть ее и слышать как можно чаще. Она была как луч света в темноте. И вот сегодня, сейчас, нужно с ней попрощаться и, быть может, никогда больше ее не видеть. Эта мысль заставила его вздрогнуть. Неужели он умудрился привязаться к этой девчонке? И когда только успел? Нет, и вправду лучше держаться от нее подальше.

- Я хочу попрощаться.

- Уже? Я думала, что вам у нас нравится.

- Мы будем жить в селении Миротворцев, пока не придет время покинуть Долину. Михаил посоветовал также пообщаться с камнями предков. Ты знаешь, где они?

- Да вот, наверху. Но... но я не хочу, чтобы ты уходил. С тобой так хорошо и интересно. Со всеми вами.

"Но почему, стоит ей посмотреть мне в глаза, как я готов исполнить любое ее желание?" - в очередной раз спросил себя Лайл, и в очередной раз не нашёл ответа на этот вопрос.

- Быть может, мы еще встретимся. И не раз.

- Не встретимся. Нам нельзя ходить в селения Миротворцев, а их гости никогда не приходят к нам. Подозреваю, что им это просто-напросто не разрешают. И тебе не разрешат! Пусти!

Алисия оттолкнула феникса и побежала в сгущающуюся темноту. Неужели она тоже расстроилась, что приходится расстраиваться? Но она должна понимать, что лучше это сделать сейчас. Ведь в этом случае у нее будет шанс встретить в этой жизни свою заветную половинку, о которой она так мечтала. Если они останутся вместе, то ее мечты быстро разобьются о его реальность. Сам же Лайл ведет себя в последнее время не как воин и командир, а как сентиментальная размазня. Все равно у них нет ничего общего... А уж тем более общего будущего. Знать бы еще, какой его путь в этом мире? Уж точно, не в поисках эфемерной любви.

"Ты сам выбираешь свою дорогу".

Мысль была внезапной и чужой, а следом за ней хлынула сила. Его собственная магия. Но она казалась непривычной после столь долгого отсутствия и в первые секунды ошеломила и оглушила своим напором. Как будто убрали огромный камень, преграждающий русло реки. В следующее мгновение в феникса что-то ударилось. Тонкие руки сплелись за спиной, прижимая его к хрупкому существу и волшебный, неповторимый голос пошептал, прерываясь на всхлипы.

- Не уходи... прошу... пожалуйста.

Накатило полуневедомое, полузабытое чувство под названием нежность. И мгновение поколебавшись, Лайл обнял девушку, враз осознавая две простые истины: Триадцы никуда не исчезли, их просто разлучили с демонами, поставив непреодолимую для них преграду и превратив в Миротворцев. А демоны... демоны, оказывается, тоже способны любить. И быть нечистокровными.

- Да. Извилисты пути у Проведения, - прошептал ошеломленный Лайл, осознавая и принимая новую часть своей сущности.

Перед ним открывался новый мир, наполняющий темноту ночи неведомыми оттенками и красками.

- Ты ведь не уйдешь? Правда? - с мольбой прошептала Алисия.

- Правда.

Она в последний раз всхлипнула... и тихо скользнула вниз, безвольно разжимая руки. Так и не созданный сказочный мир начал рушиться. Пару мгновений Лайл не мог, понять, что к чему, потом рука наткнулась на рукоятку кинжала и теплую кровь на спине Алисии. А прямо перед ним появился, казалось, из ниоткуда, Крид. Он холодно и безучастно смотрел на своего бывшего командира. По ощущениям Лайла, это был уже не привычный Призрак, а кто-то другой, под такой знакомой оболочкой.

- Что ты такое? - ошарашенно спросил Лайл.

- Я? Мое имя тебе ничего не скажет, но если хочешь - Дэвиэль.

- Зачем? Зачем ты это сделал?!

Крид посмотрел на него чужими, незнакомыми глазами и спокойно произнес:

- Быть может это и есть та самая точка, из-за которой изменится порядок в мироздании?

- Но она всего лишь человек, один из тысячи. Как это может что-то изменить? Тебе она не нужна была. Зачем ты её убил?

Из темных уголков сердца Лайла помимо его воли поднималось что-то злобное, оно застилало глаза и расползалось по всему телу. Повелитель Тьмы, как будто сквозь туман, услышал следующие слова Крида.

- А ты всего лишь полуфеникс, но если подумать, то именно такие, как ты, могут изменить облик мира.

- Не-ет! - зарычал Лайл, чувствуя, что хочет уничтожить стоящего напротив незнакомца. Но тот, будто не замечая угрозы, продолжил:

- А еще потому, что не существует никаких созданий Порядка и Хаоса. Невозможно между ними провести черту, отделяя одного от другого, потому что они не могут существовать отдельно друг от друга. Граница не отделяет Добро от Зла, возведенных в абсолют. По эту сторону сейчас существуете только вы, порождения Мироздания, и мы - искореженные дети лаборатории. Сама она лишь ломает, искажает устройство мира... Но это лишь разглагольствования. Главное в том, что я не хотел, чтобы Алисия досталась тебе, а это было неизбежно.

Лайл чувствовал все, что происходит вокруг, хотя ничего не видел. Он знал, что к ним бегут миротворцы и кое-кто из его команды. Быть может, они убьют этого Дэвиэля, если самому Лайлу это не удастся, но никто уже не сможет вернуть ему Алисию. Феникс уткнулся лицом в холодеющую шею и пробормотал:

- Будь оно все проклято.

- Ты что-то сказал? - с иронией произнёс незнакомец, занявший тело друга.

- Да! - Лайл поднял к небу невидящие глаза и закричал: - Будь все проклято!!!

Чей-то голос внутри его с издевкой спросил:

- Все?

- Да. Все!

В следующую секунду губы Лайла будто застыли, подчиняясь кому-то другому, и произнесли:

- Властью данной мне, потомку проклятых драконов и высших демонов Эдхарда, наполняю эти слова своей силой: да не будет вокруг существа, коего не коснулось бы это проклятие.

Так далеко и в то же время так близко был слышен голос Крида:

- Мир изменится. Быть может, на его осколках ты встретишь новую любовь. Как и я.

Затем сознание Лайла погрузилось в темноту.

Эпилог

Событие, запечатленное в истории как Великое Проклятие, покачнуло устои самого Мироздания. Оно волной прокатилось по Вселенной, сводя с ума, разрушая целые цивилизации. Империи погрузились в хаос безумия и тьму войн. Многие достижения были уничтожены, многие знания потеряны, а народы отброшены в своем развитии за грань варварства.

Именно тогда произошло Второе Нашествие. Времена смуты, когда обезумевшие фениксы косили народы, топя все в ненасытной жажде крови и пытаясь уничтожить Грань. А существа Хаоса предприняли ещё одну попытку прорыва на территорию Империй Порядка.

С тех пор произошло много событий и не осталось в Империях известных преданий про Триадцев, а бездны космоса поглотили Землю, родину людей. Окончательно были забыты лаборатории и тюрьмы. Ушли в мифы миротворцы и драконы. А десятки, сотни, тысячи существ постепенно пробуждались ото сна, сходного со смертью, и пытались пробить себе путь на волю. Но защита, пусть поломанная и покореженная, ещё долгое время удерживала их в заточении...

До недавнего времени.