Эреб: Кровавый Корень

Глава 1

**Глава 1. Баг в крови**

Олег ненавидел запах озона и дешевого пластика, но это был единственный аромат его реальности. Двадцать три года, диплом экономиста, пылящийся под стопкой коробок от пиццы, и восемьдесят шестой уровень рейдового танка в «Хрониках Расколотого Трона».

В два часа ночи сервер игры содрогнулся. Не от очередного патча — от экстренного глобального ивента, который разработчики анонсировали за пять минут до запуска. Небо над столицей Империи налилось неестественным багровым цветом, а системный чат взорвался паникой.

*«Внимание всем игрокам! Обнаружена критическая аномалия ядра. Запуск протокола изоляции "Эреб".»*

— Что за хрень? — буркнул Олег в микрофон своей потертой гарнитуры. — Какой еще Эреб?

Его клан готовился к фарму финального босса Цитадели Скорби. Они потратили месяц на сбор состава. Но вместо привычного интерфейса выбора подземелья перед глазами Олега вспыхнула кроваво-красная надпись:

*[СИСТЕМНАЯ ОШИБКА: Несовместимость биометрии]*

*[ЗАПУЩЕНА ПРИНУДИТЕЛЬНАЯ СИНХРОНИЗАЦИЯ]*

*[ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ВЫ НЕ МОЖЕТЕ ПОКИНУТЬ ИГРУ ДО ЗАВЕРШЕНИЯ ПРОТОКОЛА]*

Контроллер с грохотом упал на пол. Олег попытался сорвать VR-шлем, но липучки словно вплавились в кожу. Он нажал кнопку аварийной перезагрузки на системном блоке. Монитор погас, кулеры затихли, но мир перед глазами не исчез. Наоборот, он стал слишком реальным. Пропали зеленые рамки интерфейса, полоски здоровья и маны. Осталась только тьма заброшенного склепа, куда его телепортировало из собственной квартиры, да ледяной сквозняк, пахнущий влажной землей и гнилью.

Статы обнулились. Уровень сбросился до первого. Из экипировки осталась лишь базовая холщовая рубаха, штаны и тупой ржавый нож в инвентаре. Его ник «Олдскул_Танк86» сменился на простое, вырезанное прямо в воздухе перед глазами: **[Олег | Игрок]**.

Он выбрался из склепа на кладбище, окруженное мертвым лесом. Вместо пиксельных деревьев здесь стояли черные, истекающие смолой исполины. Под ногами хрустела не текстура, а настоящая замерзшая грязь. Это была та самая игра, но без правил. Без кнопки выхода.

Из тумана вышла фигура. Высокий рыцарь в глухом шлеме-ведре, покрытом засохшей черной кровью. Система подсветила его нейтрально-серым:

*[Бродячий страж | НПС]*

— Ты светишься, — проскрежетал голос рыцаря, лишенный всякой цифровой обработки. Он звучал как треск ломающихся костей. — Метка Первожертвы. Демоны чуют ее за лигу. Беги, пока твой костный мозг не начали пить заживо.

— Я даже мышку найти не могу, — севшим голосом ответил Олег. — Какое бежать? Где тут логаут?!

Рыцарь молча снял шлем. Под ним не было лица — лишь клубящийся серый туман и два тусклых огонька глаз.

— Логаут сгорел вместе с вашими серверами, игрок. Вы теперь мясо для Войны Конца Времен. И ты — самое сочное.

Из-за черных стволов деревьев раздался звук, от которого волосы встали дыбом. Не рев монстра из кат-сцены, а влажный, скользкий шелест тысяч хитиновых лап.

Они вывалились на поляну. Низкорослые, сгорбленные твари, напоминающие помесь пауков и освежеванных детей. Их пасти были забиты человеческими зубами. Шесть красных глаз каждого горели голодным безумием.

*[Младшие пожиратели душ | Ур. 5]* — гласила подсказка системы.

Уровень пять против его первого. У них когти, у него — ржавая железка.

Первый прыгнул быстрее мысли. Олег, повинуясь мышечной памяти восьми лет задротства, ушел перекатом вправо. В реальном мире он бы порвал связки, но тело среагировало идеально, хотя боль от удара о мерзлую землю прошила его по-настоящему. Он вскочил, перехватил нож обратным хватом и ударил снизу вверх, всаживая лезвие точно в мягкое место соединения шеи и черепа. Никакой автоатаки. Только физика.

Тварь заверещала, забрызгав его лицо густой черной жижей. Опыт не пришел. Пришла тошнота.

Их было двенадцать. Олег дрался так, как никогда не дрался в жизни. Он использовал надгробия как укрытия, рвал дистанцию, бил по глазам. Ржавый нож сломался на седьмой твари, оставив в ладони глубокую занозу.

Когда последняя тварь вцепилась ему в бедро, раздирая мышцы настоящими зубами, Олег понял, что сейчас умрет. По-настоящему. Боль была ослепляющей. Он рухнул спиной в грязь, чувствуя, как жизнь уходит вместе с горячей кровью.

И тогда внутри него что-то щелкнуло.

Это не было заклинанием. Интерфейс не предложил выбрать цель. Просто его собственная кровь, растекаясь по земле темной лужей, вдруг замерцала. Она поднялась в воздух алыми нитями, игнорируя законы гравитации, и вонзилась в глаза демону. Пожиратель душ лопнул, как гнойник, рассыпавшись серым пеплом.

Система вывела новое уведомление, написанное витиеватым шрифтом цвета венозной крови:

*[АКТИВИРОВАНА СПОСОБНОСТЬ: ОТГОЛОСОК КРОВАВОГО КОРНЯ]*

*[КЛАСС: НЕОПРЕДЕЛЕН (ПОТЕНЦИАЛ: АБСОЛЮТНЫЙ)]*

*[ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В РЕАЛЬНОСТЬ, ГЕЙМЕР]*

— Живучий, — раздалось сверху.

Олег поднял взгляд. Над ним стояла девушка. Легкая кожаная броня темно-фиолетового цвета, короткий клинок на поясе, отливающий морозной синевой, и белые, как первый снег, волосы. Ее звали *[Каэлана | Ур. 42]*. Красные полосы. Враг. Или союзник — система оставляла выбор за ним.

Она протянула ему руку. Ее пальцы оказались неожиданно теплыми.

— Вставай. Если будешь валяться в грязи, тебя сожрут падальщики третьего эшелона. А они гораздо менее вежливы, чем я.

Олег посмотрел на свою разорванную ногу. Кровь все еще слабо светилась. Он схватился за ее ладонь, подтягиваясь. Мир вокруг больше не был игрой. Экран загрузки провалился в бездну, и пути назад не осталось.

— Куда мы идем? — спросил он, зажимая рану рукой.

— Туда, где твоя ошибка станет оружием, — ухмыльнулась Каэлана, обнажая острые клыки. — В сердце Темного Фронтира. Там такие, как ты, живут ровно до первого рассвета. Постарайся меня не разочаровать, танк. Мне нужен кто-то, кто сможет принять удар на себя, пока я буду резать глотки.

Она развернулась и пошла вглубь леса, даже не оглядываясь. Олег, хромая и оставляя за собой цепочку кровавых следов, поплелся следом. Геймер в нем анализировал статы новой спутницы. Парень по имени Олег просто пытался не умереть от болевого шока в мире, который забыл сохранить прогресс.

Глава 2

**Глава 2. Цена первого уровня**

Лес дышал гнилью. Каэлана вела Олега звериными тропами, петляя между черными стволами так, словно знала каждый корень в лицо. Она двигалась бесшумно, ее белые волосы растворялись в тумане. Олег же ломился сквозь подлесок как раненый медведь.

Его нога онемела от холода, но кровь не останавливалась. Каждая капля, падавшая на мох, вспыхивала тусклым рубиновым светом и с шипением испарялась.

— Твоя метка фонит на весь континент, — бросила через плечо Каэлана, не сбавляя шага. — Если мы встретим патруль Инквизиции или стаю высших гончих, я тебя брошу. Моя шкура мне дороже твоего нулевого аккаунта.

— Какая еще метка? — прохрипел Олег, опираясь на подобранную корягу вместо посоха. — Я просто нажал «Войти»!

— Ты вошел в момент перезаписи ядра, идиот. Когда серверы рухнули, души игроков не стерлись. Они впечатались в исходный код Эреба. Теперь вы — баги во плоти. Аномалии. Демоны чувствуют первородную энергию вашего мира — электричество, синтетику, мертвый пластик. Для них это самый дорогой наркотик. А твоя способность… Кровавый корень реагирует на критический урон. Чем ближе ты к перереспу, тем сильнее бьешь. Идеальный танк для мазохистов.

Они вышли к старой охотничьей заимке. Крыша провалилась, но каменный фундамент стоял крепко. Внутри пахло сыростью и кислым вином. Каэлана толкнула его к стене:

— Сядь. И сними штаны, герой-любовник. Мне нужно осмотреть рану, а не твои пиксельные достоинства.

Олег почувствовал, как жар заливает шею. В тесной хижине было темно, лишь тлеющие угли в очаге давали скудный свет. Девушка присела перед ним на корточки. Ее движения были хищными, экономичными. Она профессионально разрезала штанину ножом до самого бедра.

Рана выглядела скверно: рваные края, синюшная опухоль ползет вверх по бедру. Обычный антисептик здесь бы не помог.

— Яд пожирателей, — констатировала она, принюхиваясь. — Парализует нервную систему за час. Потом начинает медленно переваривать тебя изнутри, пока ты смотришь собственными глазами, как твой желудок превращается в слизь. Весело, правда?

Она достала из поясной сумки стеклянный флакон с густой серебристой жидкостью.

— Это эссенция лунного серебра. Выдернет яд, но будет больно. Очень больно. Кричать можно, плакать тоже. Только не пытайся меня ударить, когда начнешь видеть своих родных в огне.

— Делай, — выдохнул Олег.

Каэлана плеснула жидкость на рану. Серебро зашипело, встречаясь со светящейся кровью Олега. Боль была не игровой. Не те жалкие -100 ХП, что мелькали красным в углу экрана. Это был раскаленный добела крюк, провернувшийся в мясе. Олег выгнулся дугой, вцепившись пальцами в гнилой пол, и закусил ворот своей рубахи, чтобы не заорать. Перед глазами поплыли черные круги. Он чувствовал запах озона — тот самый, из своей комнаты, смешанный теперь с запахом паленой плоти.

Когда он пришел в себя, голова лежала на коленях у Каэланы. Она задумчиво перебирала его мокрые от пота темные волосы.

— Жаль, — тихо сказала она. — У тебя довольно приятный профиль без этого вечно перекошенного от злости рта.

— Сколько… уровней взяла? — просипел он фирменной шуткой рейдеров.

— Ни одного. Опыт за нубов не дают, — фыркнула она, но руки убрала и протянула ему плоскую флягу. — Пей. Вода с толченым горным хрусталем. Восстановит ману, если она у тебя вообще есть.

Олег сделал глоток. Ледяная вода обожгла горло, но в груди сразу стало легче дышать. Он посмотрел на ногу. Рана затянулась, оставив после себя лишь страшный багровый шрам, похожий на выжженное клеймо.

*[Сопротивление параличу повышено на 5%]*

*[Выносливость +1]*

— Поздравляю, — усмехнулась Каэлана, заметив, куда он смотрит. — Первый левелап в реальном мире. Чувствуешь прилив сил? Это значит, что завтра ты сможешь пройти лишние сто метров, прежде чем свалишься замертво.

За стенами заимки раздался протяжный, вибрирующий вой. Он не принадлежал ни одному земному животному. Вой тоски существа, запертого в чуждой реальности.

— Гончие Бездны, — Каэлана мгновенно напряглась, вскакивая на ноги. — Три километра на северо-запад. Но ветер меняется. Нас учуют через десять минут.

Она подошла к пролому в крыше и вытащила оттуда длинный сверток промасленной ткани. Развернула его — внутри оказался тяжелый пехотный арбалет чудовищной конструкции. Вместо обычных болтов в ложе сидели капсулы из мутного стекла, наполненные пульсирующей тьмой.

— Нам нужен транспорт, — она начала быстро взводить механизм голыми руками, демонстрируя силу, недоступную обычному человеку. — Идти пешком до Периметра — самоубийство.

— А где тут аукцион? — попытался пошутить Олег, вставая. Нога держала, хотя мышцы дрожали мелкой дрожью. — Или магазин ездовых маунтов?

— Единственный маунт, который согласится везти носителя Метки — это костяной ящер некромантов. Но они берут плату не золотом. Им нужна душа близкого человека. Так что придется грабить имперский почтовый тракт.

Каэлана закончила сборы. Она закрепила арбалет на предплечье сложной системой кожаных ремней.

— План простой, — она посмотрела на него своими ледяными глазами вплотную. Впервые за все время в них не было насмешки, только холодный расчет. — Ты выходишь на дорогу. Издаешь как можно больше шума. Машешь своим ржавым ножиком. Привлекаешь внимание конвоя. Их там человек двадцать тяжелой пехоты и маг поддержки. Уровень пятнадцать плюс.

— То есть смертельный для меня, — закончил за нее Олег.

— Именно. Пока они будут насаживать тебя на алебарды, выпуская твою драгоценную багровую кровь на гравий, я зайду с фланга. Перебью возниц и заберу карету.

— А потом?

— А потом посмотрим, достаточно ли ты живуч, чтобы успеть в нее запрыгнуть.

Она застегнула последнюю пряжку, поправила выбившуюся прядь белых волос и вдруг резко, без предупреждения, прижалась к его губам. Поцелуй был жестким, солоноватым от крови и быстрым, как выпад змеи.

Олег замер, оглушенный. Каэлана отстранилась, хитро прищурилась и коснулась пальцем своего подбородка.

— Это аванс, танк. За хорошую приманку платят сверху. Постарайся не умереть в первые тридцать секунд, иначе мой вечер будет безнадежно испорчен.

Она выскользнула из заимки в ночь.

Олег остался один посреди гнилого пола. Сердце колотилось уже не от страха перед мобами. Он машинально дотронулся до своих губ, пытаясь осознать произошедшее, но времени не было.

Он подобрал свой кусок арматуры, вышел на старую, заросшую бурьяном почтовую дорогу и шагнул в пятно лунного света.

Впереди, из-за поворота, показался синий огонек походного фонаря имперского курьера и блеск стальной брони. Двадцать противников. Пятнадцатый уровень.

Олег глубоко вдохнул морозный воздух, поднял над головой свое импровизированное оружие и издал боевой клич, которому научился еще в школьном подвале, играя в свою первую ММОРПГ:

— ПУГ! *(Привлечь Угрозу Группы!)*

И побежал навстречу смерти, чувствуя, как знакомое безумие битвы наконец-то вытесняет липкий ужас новой реальности.

Глава 3

**Глава 3. Синергия**

Земля дрожала от тяжелой поступи имперской пехоты. Олег выскочил на тракт, размахивая арматурой так отчаянно, словно пытался взлететь.

— Эй! Мясо с лампочками! — заорал он в темноту. — У меня тут баг для вашего патча!

Первый залп арбалетных болтов выбил фонтанчики грязи у его ног. Второй прошелся вскользь по плечу, разорвав рубаху и оставив жгучую полосу. Боль была острой, но привычной — как пропущенный удар босса по таймингу. Система услужливо подсветила дебафф:

*[Кровотечение: -2 ХП/сек]*

*[Метка Первожертвы (аура): +10% к входящему физическому урону]*

Двадцать фигур вышли из-за поворота. Тяжелые пехотинцы в вороненых латах, закрывающиеся ростовыми щитами. За их спинами маячил человек в алой мантии, державший над головой сферу пульсирующего пламени. Маг.

— Системный сбой, — равнодушно констатировал командир отряда, опуская забрало глухого шлема. — Приказ Инквизиции: аномалии подлежат немедленной аннигиляции. Не тратьте болты, парни. Разрубите его на куски, чтобы некроманты не смогли поднять целое тело.

Они перешли на бег. Двадцать точек опыта, которые Олег никогда не получит. Он упер конец арматуры в землю, выставив ее вперед, как копье, и зажмурился.

*«Тридцать секунд», — вспомнил он слова Каэланы. — «Просто выиграй мне тридцать секунд».*

Передовая линия врезалась в него. Это был не игровой блок щитом. Стена из двухсот килограммов стали и мяса просто смела Олега с дороги, впечатывая спиной в ствол черного дерева. В глазах потемнело, ребра хрустнули. Полоска здоровья, которой еще минуту назад не было в интерфейсе, теперь горела перед внутренним взором красным отчаянием: [15/120].

Его протащили по земле, насадив животом на лезвие короткой глефы. Солдат поднял его в воздух, намереваясь сбросить со скалы справа от тракта.

И тогда сработал Кровавый корень.

Боль превысила критический порог. Черная кровь Олега хлынула из раны не вниз, а вверх, вопреки гравитации. Она окатила лицо солдата, заливаясь в прорези шлема. Металл доспехов задымился там, где коснулся жидкости. Пожиратель душ закричал — звук был похож на визг пенопласта по стеклу. Его руки разжались.

Олег упал на колени прямо под ноги второму бойцу. Рана на животе начала стремительно затягиваться темной, глянцевой плотью. Он не думал. Мышечная память восьми лет игры взяла верх. Он перекатился под опускающимся полэксом, схватил пехотинца за лодыжку и рванул на себя.

В реальности это бы закончилось вывихом. Здесь тяжелый солдат потерял равновесие и рухнул лицом в грязь. Олег оседлал его, вырвал из ослабевшей руки кинжал и вбил его точно в смотровую щель шлема по самую рукоять.

*[Убийство игрока-противника | Уровень 14]*

*[Получено: 0 ед. опыта (статус Игрок-Баг)]*

*[Сопротивление боли повышено на 2%]*

Маг позади выкрикнул гортанное слово. Шар плазмы сорвался с его пальцев. Время замедлилось. Олег видел медленно летящий сгусток огня. Уклониться не успеет. Щита нет. До отката способности еще сорок секунд мучений.

Воздух слева свистнул сталью.

Алая молния перечеркнула траекторию фаербола. Заклинание столкнулось с чем-то невидимым и рассыпалось безвредным дождем искр. Из тени деревьев выступила Каэлана. Ее белые волосы казались синими в свете магического пламени. В левой руке она держала раскрытый веер из лезвий, который вращался с частотой циркулярной пилы, принимая на себя удары коротких мечей имперцев. Правая рука уже взводила тетиву наручного арбалета.

Она выстрелила сквозь свой же собственный веер, используя его как ложу. Стеклянный болт прошил шею мага быстрее, чем тот успел начать новое плетение. Голова чародея дернулась, и сфера пламени над дорогой погасла, погрузив поле боя в первобытную тьму, разбавленную лишь тусклым свечением крови Олега.

— Работаем связку! — крикнула она, отбрасывая пустой арбалет и выхватывая короткий клинок. — Фас, собачка!

Олег понял приказ без слов. Он больше не был танком-новичком. Он был открытой консервной банкой с концентрированной яростью внутри. Он бросился вперед, прямо в разрыв строя, который создала Каэлана своим появлением.

Он не пытался бить сильно. Он подставлялся.

Солдат занес двуручный клеймор. Олег шагнул ему под удар, пропуская лезвие в сантиметре от ключицы, нырнул вплотную к броне и ударил кулаком в сочленение латного воротника. Кулак вошел в металл, как в масло, разбрызгивая черную жижу. Солдат осел бесформенной грудой.

Каэлана двигалась вокруг него смертоносным волчком. Они были единым механизмом. Когда Олег принимал удар на плечо, заставляя врага наклониться от отдачи, девушка оказывалась ровно за спиной этого врага и перерубала ахилловы сухожилия. Когда Олег бил наотмашь своей железякой, создавая зону контроля, она проскальзывала между его рук, вспарывая животы тех, кто пытался зайти во фланг.

Это была идеальная синергия танка и ассасина. Живая мясная стена и призрачное лезвие.

Последний пехотинец пал, захлебываясь кровью. На дороге остались только они вдвоем, тяжело дышащие посреди изувеченных тел. Воздух пах озоном, гарью и смертью.

Каэлана стерла с лица чужую кровь тыльной стороной ладони. Ее кожаная броня была рассечена в трех местах, но белая кожа под ней осталась целой.

— Две минуты двенадцать секунд, — сказала она, глядя на песочные часы, которых у нее не было. — Неплохо для ходячего бага. Ты даже убил одного сам.

Олег посмотрел на свои руки. Костяшки были сбиты в мясо, но кровотечение остановилось мгновенно. Под кожей бугрились черные вены, быстро сходя на нет. Он перевел взгляд на девушку.

— Почему ты вернулась? Я же агрил их на себя. Тебе ничего не стоило уйти в инвиз, пока они меня шинковали.

Каэлана подошла вплотную. От нее пахло озоном и порохом. Она приподнялась на цыпочки и заглянула ему в глаза снизу вверх.

— Потому что твоя способность бесполезна без того, кто будет выпускать эту кровь наружу, — шепотом ответила она. — А моя скорость бесполезна без того, кто примет удар алебарды, предназначенный мне. Мы — единственный чит-код в этом мертвом мире, Олег. И он работает только на двоих.

Ее пальцы скользнули по его обнаженной груди, перепачканной черной слизью, замерли на багровом шраме от яда пожирателей и двинулись выше, к губам.

— К тому же, — ее голос стал бархатным, опасным, — аванс нужно отработать. Ты обещал мне карету.

Из-за перевернутой почтовой повозки раздалось недовольное шипение. Там, привязанный поводьями к трупу возницы, стоял зверь. Огромный ящер, лишенный кожи — нагромождение переплетенных костей, сухожилий и пульсирующих фиолетовых вен. Вместо глаз в черепе светились два уголька Бездны. Некромантский курьерский маунт. Животные инстинкты требовали разорвать носителя Метки, но наложенные чары удерживали его на месте.

— Залезай на место кучера, — скомандовала Каэлана, доставая из сумки мертвеца кожаный кошель, туго набитый звенящим содержимым. — Правила меняются. Теперь мы грабим почту Империи. Держи.

Она швырнула ему кошель. Олег поймал его одной рукой. Внутри были золотые империалы — тяжелая, настоящая валюта.

— Зачем нам деньги, если торговцы нас убьют? — спросил он, пытаясь унять дрожь в пальцах.

— Нам не нужны торговцы, — она одним плавным движением запрыгнула в закрытую кабину кареты изнутри, высадив стекло. — Но нам очень нужен хороший кузнец. Тот, кто умеет работать с живой рудой. Твоя кровь слишком нестабильна, чтобы держать обычное железо. На следующем каче твой нож сломается о кожу первого же кабана. А я хочу выйти замуж за человека с полным комплектом зубов.

Скрипнула дверь кабины. Олег остался снаружи один на один с костяным ящером. Зверь повернул к нему свою страшную голову, принюхался и тихо, вопросительно рыкнул.

— Да-да, я тоже тебя ненавижу, — пробормотал Олег, забираясь на козлы и перехватывая вожжи. — Но дама попросила подвезти. Так что трогай, красавец. В сторону Периметра.

Ящер издал утробный рев и сорвался с места в галоп. Почтовая карета, подпрыгивая на ухабах старого тракта, скрылась во мраке Темного Фронтира, увозя с собой единственную надежду мира Эреба и зарождающуюся любовь, замешанную на чужой крови.

Глава 4

**Глава 4. Кузнец с гнилыми зубами**

Периметр встретил их запахом паленой серы и отчаяния.

Это была не стена, как представлял себе Олег, листая лор игры перед релизом. Периметром называли Великую Разломную Бездну — шрам на теле континента шириной в три километра, где сама реальность истончилась до предела. Карета остановилась на краю обрыва. Внизу, под клубами фиолетового тумана, плавали куски скал размером с замок, а из трещин бил мертвенно-бледный свет. Именно там, на парящих островах, скрывались те, кто бежал от законов Империи.

Каэлана выпрыгнула из кабины. За время пути она успела переодеться, стащив имперский алый плащ с одного из убитых офицеров. Теперь ее белые волосы были скрыты глубоким капюшоном.

— Слезай, — бросила она Олегу. — Дальше ящер не пойдет. Инстинкт самосохранения у нежити развит лучше, чем у тебя.

Олег спрыгнул с козел, разминая затекшие ноги. Костяной зверь тут же зашипел, пятясь назад. Он чуял Метку Первожертвы и сходил с ума от желания впиться в нее зубами.

— Как ты его контролируешь? — спросил Олег, кивнув на поводья.

— Никак. Я просто пообещала скормить ему труп мага через пару часов. Нежить понимает только язык отложенной выгоды.

Они подошли к шаткому подвесному мосту, сплетенному из ржавой цепи и костей неизвестных гигантов. На той стороне начинался Вольт-Тенарис — город мусорщиков, ренегатов и техномантов, куда стекалось все запрещенное железо Фронтира.

Улица представляла собой узкий желоб между двумя отвесными стенами черного камня. Вместо фонарей здесь использовали плененных световых мотыльков, запертых в стеклянные банки. Сверху капала какая-то маслянистая жидкость. Под ногами хрустело стекло и битые кристаллы маны.

Каэлана вела его уверенно, сворачивая в такие переулки, которых Олег даже не замечал. Они спустились на два яруса ниже уровня земли, пока не уперлись в тяжелую дверь, обитую медью. Над ней висела вывеска, выкованная в форме перекрещенных молний, которые били в корчащуюся фигуру демона.

— «Искра и Грех», — прочитал Олег.

— Лучшая литейная к югу от Расколотого Трона, — подтвердила девушка. — А хозяин — лучший психопат по эту сторону Разлома. Идем. И что бы ни случилось внутри, не упоминай Землю. У него пунктик на почве земной электроники.

Внутри кузни стоял жар, способный расплавить волю. Но пахло здесь не углем и рудой, а озоном, жженой изоляцией и дешевым синтетическим спиртом. Огромное помещение было завалено хламом: разобранными големами, конечностями рыцарских доспехов, проводами, торчащими из каменных блоков.

Сам мастер сидел спиной ко входу на перевернутом ведре посреди огненного круга. Это был гном. По крайней мере, пропорции тела выдавали классическую раса горного народа: широкие плечи, массивные руки. Но вместо бороды его нижнюю челюсть покрывали пучки черной проволоки, подключенные напрямую к вискам. Когда он повернулся, Олег увидел лицо, собранное из металлических пластин. Вместо левого глаза — тусклая красная линза камеры, которая тихо жужжала, фокусируясь на них.

— Белоснежка и ее ручной баг, — прохрипел гном. Его голос звучал так, будто шел через старый радиоприемник с помехами. — Каэлана. Пришла тратить деньги покойной Империи. Надеюсь, они еще теплые?

— Заткнись, Искандер, — девушка швырнула на верстак кошель с золотом. Монеты глухо звякнули. — Нам нужно снаряжение. Для двоих. Выдерживающее контакт с первородной энергией.

Гном-ренегат (его ник над головой гласил *[Мастер Искандер | Ур. ???]*) подошел ближе. Его механический глаз уставился прямо на грудь Олега, затем зуммировался, разглядывая пульсирующие черные вены на шее парня.

— Кровавый корень, — констатировал Искандер, выпустив облачко пара из вентиляционной решетки в своей шее. — Редкая дрянь. Твой организм пытается переварить код игры, парень. Ты должен был превратиться в слизь еще на первом часу. Почему ты все еще ходишь на двух ногах?

— Упорство? — предположил Олег.

— Ошибка компиляции, — отрезал кузнец. — Ладно. Что именно тебе сломать? Руки чешутся вскрыть живого человека. Давно не работал с органикой такого качества.

Он достал из-под верстака стальной саквояж. Щелкнули замки. Внутри лежали не хирургические инструменты, а набор вибро-пил, зажимов с плазменной резкой и инъекторов с густой синей жидкостью.

— Стоп, — Олег инстинктивно сделал шаг назад. — Мы разве не за мечами пришли?

Каэлана положила руку ему на плечо. Ее хватка стала железной.

— Меч без владельца — это просто кусок железа, который выдаст нас первому же патрулю, — спокойно сказала она кузнецу. — Ему нужен интерфейс. Прямой ввод. Чтобы кровь работала не случайно, по криту, а по команде. И мне нужны клинки, способные пить этот яд.

Искандер мерзко улыбнулся, отчего провода на его челюсти натянулись.

— Синхронизация плоти и кода. Моя любимая часть работы. Раздевайся догола, мальчик. Ложись на операционный стол. Будет больно. Так больно, что ты пожалеешь, что твои родители когда-то встретились.

— А наркоз? — сглотнул Олег, глядя на блестящие инструменты.

— Наркоз снижает амплитуду нервных импульсов, — гном щелкнул пальцами, и один из летающих вокруг механических пауков-сервиторов принес бутылку мутного стекла. — Пей. Это технический спирт, смешанный с экстрактом слез банши. Отключит боль ровно наполовину. Вторую половину придется прочувствовать во имя науки.

Олег взял бутылку. Запах ударил в нос хуже нашатыря. Он посмотрел на Каэлану. Она стояла, прислонившись к колонне, скрестив руки на груди, и наблюдала за ним абсолютно холодным, оценивающим взглядом хищника. Ни капли жалости. Только интерес.

— Если я умру на столе, ты хотя бы поплачешь? — спросил он, откручивая крышку.

— Нет, — честно ответила она. — Я заберу твое сердце некромантам. Оно стоит целое состояние как батарейка для боевых големов. Но ты не умрешь. Такие, как ты, слишком упрямы для смерти.

Спирт огнем прошел по пищеводу. Мир качнулся, звуки стали тягучими, как смола. Боль от разбитых ребер отступила, сменившись приятным теплом. Олег сам разделся, лег на холодный металлический стол и позволил сервитору пристегнуть кожаные ремни к своим запястьям и лодыжкам.

— Начнем с портов вывода, — пробормотал Искандер, надевая тяжелые защитные очки. — Каэлана, подай мне иглу Франклина. Ту, что мы вытащили из сердца архилича. Да, самую толстую. Нужно пробить грудину, чтобы добраться до тимуса. Там самая высокая концентрация твоих… лейкоцитов из другого измерения.

Кузнец занес инструмент. Игла была длиной с локоть, покрытая древними рунами, которые светились болезненным зеленым светом.

— Расслабься, — посоветовал Искандер. — Чем сильнее будешь дергаться, тем больше осколков кости потом придется вытряхивать из легких. Кстати, о костях…

Он резко опустил молот на тупой конец иглы.

*[Получен дебафф: Агония]*

*[Вы временно парализованы]*

Боль пронзила тело Олега, но сквозь пелену спирта она казалась далекой, чужой. Он видел, как металл входит в его плоть, как брызжет черная кровь, мгновенно разъедающая лужицу машинного масла на полу. Искандер что-то крутил, подсоединяя к выступающему концу иглы толстые кабели, уходящие в недра главного сервера кузни.

Каэлана подошла вплотную к столу. Она наклонилась над лицом Олега, заслоняя собой слепящий свет ламп.

— Смотри на меня, — приказала она шепотом. — Не закрывай глаза. Если моргнешь, пропустишь самое интересное.

Ее пальцы коснулись его щеки. Холодные, настоящие. Она медленно провела большим пальцем по его губам, размазывая выступивший пот.

— Добро пожаловать в кастомизацию персонажа, герой, — прошептала она ему на ухо. — Сейчас мы узнаем, какой у тебя реальный показатель выносливости.

Искандер активировал рубильник. По кабелям побежали синие молнии. Ток вошел в иглу, ударил прямо в центр грудины Олега, и мир взорвался ослепительной белой болью, окончательно сжигая границу между человеком из двадцать первого века и боевой единицей мира Эреб.

Глава 5

**Глава 5. Протокол «Вендетта»**

Сознание возвращалось не волной, а рывками, как заевшая голограмма.

Первым делом Олег почувствовал холод. Он лежал на чем-то жестком и влажном. Запах озона стал невыносимым, смешиваясь с медью и жженой плотью. Интерфейс перед глазами плыл багровыми строками системных ошибок.

*[КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА: СИНХРОНИЗАЦИЯ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ — 42%]*

*[ОБНАРУЖЕНО ЧУЖЕРОДНОЕ ЖЕЛЕЗО: БИОНЕЧЕСТВЕННЫЙ ИНТЕРФЕЙС (АКТИВЕН)]*

*[ПАССИВНАЯ СПОСОБНОСТЬ «АБСОЛЮТНЫЙ ТАНК» ЗАБЛОКИРОВАНА ДО НАСТРОЙКИ]*

*[ДОСТУПНА АКТИВНАЯ СПОСОБНОСТЬ: ВЕНДЕТТА]*

Он попытался сесть. Мышцы отозвались чужой, механической силой. На груди, прямо над сердцем, под кожей бугрился холодный металлический восьмиугольник. От него по ребрам расходились тонкие черные нити проводов, уходящие под мышечную ткань. Они пульсировали в такт его сердцебиению.

— Очнулся, лабораторный образец? — голос Каэланы прозвучал откуда-то справа. Сухой, лишенный привычной насмешки. Деловой.

Олег с трудом повернул голову. Девушка сидела на краю верстака, болтая ногой в высоком ботинке. Она уже облачилась в новую экипировку: матово-черный кожаный доспех без единой металлической пряжки, чтобы не греметь. За ее спиной крест-накрест крепились два коротких клинка, напоминающих вытянутые листья акации. Их лезвия были темными, словно выкованными из застывшего дыма.

— Ты меня вскрывала, — прохрипел Олег. Язык едва ворочался во рту.

— Не я. Искандер. Я только держала тебя, когда ты начал биться в конвульсиях и пытался вырвать себе глазные яблоки, — она спрыгнула со стола. Подошла ближе. Ее белые волосы теперь казались платиновыми в свете ртутных ламп кузни. — Как ощущения?

Олег прислушался к телу. Боль ушла. Та страшная, разрывающая агония от протыкания грудины сменилась глухим, ровным гулом работающих сервоприводов внутри грудной клетки. Его кровь все еще была черной, но теперь она текла по венам чуть быстрее, омывая новые импланты.

— Чувствую себя открывалкой для консервов, которую забыли в банке, — ответил он.

Каэлана усмехнулась уголком губ. Впервые за долгое время это была настоящая, теплая улыбка, а не оскал хищника.

— Это называется прогресс, милый. Теперь твоя способность работает по кнопке. Покажи мне «Вендетту».

Олед сосредоточился. Раньше ему нужно было умирать, ждать критического порога боли. Сейчас… Он мысленно потянулся к интерфейсу. Представил иконку способности.

*«Активировать».*

Металлический паук-сервитор, чистивший шестеренки под потолком, взорвался облаком искр. Черная кровь Олега мгновенно испарилась из ран, вытянулась тончайшими иглами через поры кожи и зависла в воздухе вокруг него кровавым нимбом. Но это была не просто жидкость. Каждая капля превратилась в микроскопическое лезвие. Давление в комнате упало, уши заложило от вакуума.

— Выносливость проседает быстро, — раздался скрипучий голос Мастера Искандера. Гном выкатился из тени на своей гусеничной платформе. Один его глаз был заменен на огромный окуляр микроскопа. — Полная деформация поля занимает три секунды. Удержание — сорок секунд до перегрева твоего искусственного предсердия. Потом сердечный приступ. Настоящий, красивый, летальный. Понял, мясо?

— А мечи? — спросил Олег, гаская нимб из лезвий. Кровь послушно втянулась обратно, оставив после себя лишь запах озона и ржавчины.

Искандер презрительно фыркнул паром и кивнул на верстак рядом с Каэланой. Там лежали они.

Щит и меч. Комплект.

Меч не имел гарды. Однолезвийный клинок цвета запекшейся крови, который постоянно, едва заметно дрожал, хотя в помещении не было сквозняка. Рукоять была обмотана черной тканью, впитывающей свет.

*[Разрыв | Кинетический полевой тесак]*

Щит же выглядел как издевательство над классическим танкованием. Круглый баклер размером с десертную тарелку, сделанный из того же странного металла. Легкий, почти невесомый.

*[Насмешка | Рипост-баклер]*

— Это не сталь, — пояснил Искандер, любовно протирая тряпкой плечо своего механического паука. — Это концентратор. Твоя Метка генерирует энтропию. Мой металл ее пожирает. Когда в тебя прилетит удар демона пятнадцатого уровня, щит поглотит кинетику, пропустит ее через твои гнилые провода в груди и выплюнет обратно в твой тесак. Руби смело. Лезвие будет резать мифрил как масло, пока держится заряд. Только не блокируй им удары древних драконов — расплавишь руку до плеча.

Олег взял «Разрыв». Меч идеально лег в ладонь. Он был тяжелым, но сбалансированным так, будто являлся продолжением его руки. Олег сделал пробный взмах. Воздух рассекся со звуком рвущегося шелка.

— А ножны? — спросил он.

— Обойдешься, — отрезал гном. — Засунешь за пояс. Или пусть твоя подружка носит. Ей идет красный цвет.

Каэлана проигнорировала шпильку ренегата. Она подошла к Олегу вплотную, заставляя его опустить руку с мечом. Ее пальцы коснулись обнаженной кожи на его предплечье, там, где заканчивалась новая черная рубаха.

— Система распознавания «свой-чужой», — тихо сказала она. — Чтобы мы не порезали друг друга, когда начнется свалка. Твои лезвия будут обходить мою броню. Моя скорость вытащит тебя, если имплант Искандера решит устроить тебе дефибрилляцию посреди боя.

Она прижалась лбом к его лбу. Холодное серебро ее волос коснулось его горячей кожи.

— Добро пожаловать в отряд, Первый Клинок, — прошептала она. — Теперь у тебя есть имя. Те, кто увидит этот меч в бою, запомнят его навсегда.

Резкий звон разбившегося стекла оборвал момент.

Сверху, проломив стеклянный купол старой литейной, вниз рухнуло массивное тело. Оно приземлилось на четыре конечности, высекая искры из каменного пола.

Это был не человек. Массивный зверь, закованный в природную костяную броню, покрытую светящимися фиолетовыми рунами Инквизиции. Из спины росли зазубренные шипы, а пасть была настолько широкой, что могла перекусить Олега пополам.

*[Инквизиторский Гончий Пес | Ур. 30]* — гласила надпись над мобом. Золотая рамка. Элитный противник.

За первым зверем в дыру начали прыгать остальные. Пять. Десять. Двадцать. Зал наполнился скрежетом когтей по металлу и низким рычанием.

— Портальная сеть Периметра засекла вспышку твоей «Вендетты», идиот! — взревел Искандер, прячась за свой рабочий стол. — Они прислали Чистильщиков!

Первая Гончая бросилась на Олега. Обычного человека такой удар впечатал бы в стену вместе с куском кладки.

Олег даже не поднял щит. Он шагнул навстречу зверю, принимая удар бронированного плеча на свою грудь, туда, где стучал искусственный моторчик.

Послышался звук удара молота о наковальню. Металл нагрудника протестующе заскрежетал. Имплант в груди вспыхнул красным, принимая на себя тонны кинетической энергии.

Полоска здоровья Олега дернулась: [98/120]. Почти полное поглощение.

Гончая отлетела назад, дезориентированная отдачей собственного удара.

Этого хватило.

Каэлана размазалась в пространстве белой полосой. Она возникла на спине чудовища, одним движением вонзив оба своих дымчатых клинка точно в стыки между костяными пластинами, прямо под основание черепа. Гончая рухнула замертво, превратившись в серый пепел.

— Сорок секунд до штурма всего гарнизона Фронтира! — крикнул гном, лихорадочно вбивая команды в свои терминалы. — Бегите в цех утилизации! Там старый канализационный сток ведет прямо в Разлом! Если выживете — встретимся в Нижнем Городе!

Олег перехватил «Разрыв» обратным хватом. Новая сила бурлила в нем, синхронизируясь с ритмом искусственной мышцы. Он посмотрел на Каэлану. Она тяжело дышала, адреналин расширил ее зрачки, заполнив их чернотой почти полностью.

— План? — крикнул он, отбивая лапой следующей Гончей выпад и используя инерцию, чтобы насадить зверя на клинок.

— Классика жанра! — оскалилась она, срубая голову второму псу. — Кромсаем всех, кто стоит между нами и выходом! Держи левый фланг, мясной щит, я возьму правый! И ради бога, Олег, постарайся не перегревать сердце раньше времени, оно дорогое!

Они сорвались с места одновременно. Два силуэта — один тяжелый, черный, принимающий удары, второй легкий, серебряный, раздающий смерть — врезались в строй Инквизиции. Звук битвы утонул в реве механизмов и вое умирающей нежити. Начался настоящий рейд. Без сейвов.

Глава 6

**Глава 6. Агро в канализации**

Цех утилизации встретил их жаром плавилен и дождем из жидкого шлака. Искандер не солгал — это была мясорубка, но теперь у них было мясо, способное перемалывать шестеренки.

Олег перестал считать убитых. Его мозг работал на чистых рефлексах, отточенных годами фарма подземелий. *«Танк стоит лицом к группе. Не подставляй спину. Контролируй дистанцию».*

Он принял удар сразу трех Гончих Псов. Когти размером с мачете скрежетнули по его нагруднику, высекая сноп искр. Имплант «Насмешка» в груди отозвался низким гулом, транслируя волну чистой ненависти прямо в астральный план. Метка Первожертвы вспыхнула багровым светом.

*[АКТИВИРОВАНА АУРА НАСМЕШКИ]*

*[ГЕНЕРАЦИЯ УГРОЗЫ: МАКСИМАЛЬНАЯ]* — гласила системная подсказка.

Все твари в радиусе десяти метров забыли про Каэлану. Их красные глаза-фонари уставились исключительно на Олега. Они ревели, брызгая слюной, пытаясь добраться до пульсирующего под кожей металла.

— Работает! — прохрипел Олег, упираясь ногами в скользкий от крови пол. Он выставил баклер, принимая рубящий удар сверху. Лезвие топора вошло в металл щита и застряло. Кинетика удара хлынула по руке в имплант, преобразуясь в чистую энергию.

Олег зарычал от перегрузки. Вены на его шее вздулись черными жгутами. Он крутанулся вокруг своей оси, используя застрявший топор как точку опоры, и нанес круговой удар «Разрывом». Тесак прошел сквозь костяную броню ближайшей Гончей, не встретив сопротивления. Голова зверя отделилась от тела вместе с куском плеча и покатилась по желобу для стока химикатов.

Каэлана двигалась позади него, в мертвой зоне агро-радиуса. Она больше не танцевала изящный танец смерти. Теперь это был кровавый вальс прагматика. Когда Олег блокировал выпад одного пса, она молниеносно приседала, вспарывая сухожилия задних лап другому. Если Олега пытались обойти сбоку, он делал шаг вперед, закрывая сектор своим телом, принимая критический урон на свою искусственную грудь. Каждый такой удар наполнял шкалу способности внизу его зрения:

*[ВЕНДЕТТА: Накопление энтропии... 15%... 34%... 50%]*

— Левый коридор завален! — крикнула Каэлана, выдергивая свои клинки из оседающего пепла. — Остался только главный слив!

Путь преграждала элитная пара. Огромный Инквизиторский Цербер — сплетение трех собачьих тел с общей пастью, заполненной человеческими зубами, и закованный в тяжелую броню Рыцарь Чистильщик с огромным фламбергом.

*[Инквизиторский Чистильщик | Ур. 38 (Элита)]*

*[Адская Гончая-Цербер | Ур. 35 (Миньон)]*

Рыцарь поднял меч. Фламберг загорелся пурпурным пламенем скверны. Это был навык, который нельзя просто заблокировать плотью.

— СЕЙЧАС! — рявкнул Олег, вбивая «Насмешку» в землю перед собой. Черная кровь брызнула во все стороны, притягивая внимание обоих мобов.

Каэлана поняла без слов. Пока Цербер бросился на Олега, игнорируя ее, девушка метнулась не к рыцарю, а к огромной трубе промышленного сброса над его головой. Она пробежала по стене, оттолкнулась от ржавой балки и рухнула вниз, вонзая оба кинжала в стык между шлемом и наплечником Чистильщика.

Она повисла на спине рыцаря весомой гирей. Тот заревел, пытаясь достать ее рукой, но она уже перебросила ноги вперед, захватывая его шею в замок. Ее вес сместил центр тяжести бронированного монстра.

Это дало Олегу ровно секунду. Одну секунду, пока рыцарь шатался.

Его интерфейс мигнул красным: *[НАГРЕВ ИМПЛАНТА: 98%]*. Еще один пропущенный удар, и сердце превратится в шлак.

Но накопленная шкала «Вендетты» горела ярко-зеленым: [100%].

— Хватит прятаться, жестянка, — прошептал Олег.

Он активировал способность мысленным приказом. Ему не нужно было кричать или махать руками.

Металлический восьмиугольник в его груди издал звук лопнувшей струны. Вся энергия, собранная с ударов Гончих, вырвалась наружу. Но она не стала лезвиями. Гравитация сошла с ума.

Черная кровь Олега поднялась с пола сплошной стеной. Воздух стал густым. Цербер, прыгнувший на Олега, завис в воздухе в полуметре от цели, беспомощно перебирая лапами. Рыцарь-Чистильщик, которого тянула вниз тяжесть собственного доспеха и висящая на нем Каэлана, упал на колени. Пурпурное пламя на его мече погасло, прижатое невидимым прессом.

Олег сделал тяжелый шаг вперед. Пол под его ногами пошел трещинами. Он занес «Разрыв». Клинок тесака вибрировал, поглощая гравитационное поле.

— Слезай, — бросил он через плечо Каэлане.

Девушка разжала замок, перекатом уходя в сторону. Как только давление спало с шеи рыцаря, Олег обрушил удар.

«Разрыв» вошел точно в нагрудник, туда, где билось темное магическое сердце машины. Тесак прошел сквозь мифрил так легко, словно тот был сделан из мокрого картона.

Взрыва не было. Была абсолютная тишина. Рыцарь замер, накренившись вперед, а затем рассыпался в пыль вместе со своим оружием. Энергия «Вендетты» иссякла. Цербер тяжело рухнул на пол, возвращаясь в привычное состояние притяжения, и тут же получил стальной арматурой промеж глаз от сорвавшейся с места Каэланы.

— Канализация! Бегом! — выдохнула она, размазывая копоть по лицу.

Они подбежали к огромному жерлу главного коллектора. Оттуда поднимался густой пар, пахнущий серой и разложением Разлома.

Олег подошел к краю. Высота составляла метров пять, не меньше. Дна почти не видно.

— Я танк, а не парашютист, — буркнул он.

— На той стороне мягкие камни! — огрызнулась Каэлана. — Или ты хочешь объяснять сотне инквизиторов, почему твоя грудная клетка светится ярче их фонарей?

Она схватила его за руку. Ее хватка была жесткой.

— Прыгаем на счет три. И если ты отпустишь мою руку там, внизу, я найду тебя даже в Бездне и заставлю носить платья. Раз… Два…

Олег посмотрел в ее бледное лицо, освещенное аварийными лампами цеха. В красных глазах девушки плясало безумие выжившего. Он сжал ее пальцы что есть силы.

— Три!

Они шагнули в пустоту. Мир исчез в грохоте водопада индустриальных отходов. Теплый поток едкой воды подхватил их, закручивая в спираль трубы. Олег больно приложился плечом о выступ, но щит на левой руке смягчил удар.

Их несло вниз, во тьму, вдоль труб горячего водоснабжения Цитадели. Впереди показался ослепительный фиолетовый свет — само нутро Великого Разлома.

Когда труба наконец выплюнула их в широкую подземную реку, текущую по дну каньона, они были покрыты синяками, ожогами и слизью.

Каэлана вынырнула первой, жадно глотая воздух. Она поплыла к каменистому берегу, заросшему фосфоресцирующим мхом. Олег выбрался следом, тяжело дыша. Имплант остывал, издавая тихое шипение при контакте с речной водой.

Здесь, внизу, небо отсутствовало. Вместо него висел сам Разлом — бесконечная бездна, полная летающих островов, руин древних городов и медленно дрейфующих левиафанов.

— Добро пожаловать домой, Первый Клинок, — сказала Каэлана, стаскивая с себя промокшую куртку. Здесь, в свете кристаллов, ее белая кожа казалась призрачной. — Город Потерянных Душ ждет своих новых королей. Что будем делать первым делом? Искать базу? Вербовать пушечное мясо?

Олег сел на горячий камень, положив «Разрыв» на колени. Меч тихо гудел, довольный пролитой кровью. Он посмотрел на свои руки, потом на девушку.

— Первым делом, — сказал он, снимая с пояса флягу с остатками спирта, — мы найдем самую дешевую забегаловку в этом проклятом городе. Мне нужно выпить. А тебе нужно перестать смотреть на меня так, будто выбираешь место для четвертого разреза.

Каэлана рассмеялась. Смех отразился от стен каньона, улетая в бездну. Она села рядом, прижавшись к нему плечом, чтобы согреться.

— Договорились, герой. Но учти: здесь, в Разломе, алкоголь продают только за услуги. Надеюсь, твой новый моторчик выдержит еще одну бессонную ночь, потому что платить сегодня придется нам обоим.

Глава 7

**Глава 7. Бар «У последнего сейва»**

Город Потерянных Душ не строили — его выращивали из костей павших колоссов и спрессовывали отчаянием тысяч беглецов. Олег и Каэлана выбрались на Нижний Ярус через сточную каверну, украшенную статуей плачущего ангела без головы.

Здесь никогда не было дня. Небо Разлома висело над пропастью пульсирующей фиолетовой массой, роняя вниз споры светящихся грибов и пепел сожженных миров. Улицы представляли собой шаткие мостки из корабельных остовов, переплетенные трубами парового отопления.

— Левый сектор контролируют Дети Машины, правый — Алый Синдикат, — бросила Каэлана, ведя Олега сквозь толпу. Местные расступались перед ними. Народ Фронтира умел читать экипировку: два человека в черной броне, покрытые свежей копотью и пахнущие озоном Инквизиции, были теми, кому лучше уступить дорогу.

Они остановились у заведения, чья вывеска представляла собой прибитый гвоздями деревянный щит с выжженной надписью: *«У последнего сейва»*.

— Лучший эль варят из ферментированных панцирей скарабеев, а закуску жарят на жире троллей, — прокомментировала девушка, отодвигая штору из сушеных крысиных хвостов. — Идеальное место для обсуждения нашего финансового краха.

Внутри стоял густой смог. За грубо сколоченными столами сидели наемники всех мастей: двухметровые орки-берсерки, потрошившие сырое мясо кинжалами; бледные маги крови, играющие тенями; киберзависимые техноманты со стеклянными глазами, подключенные проводами прямо к стаканам с синтетическим спиртом.

Каэлана уверенно направилась к дальнему столу в самом темном углу, где сидел единственный посетитель. Это был минотавр. Огромный, заросший жесткой шерстью, он медленно вращал между пальцами рукоять тесака размером с лопату. Его левый глаз заменял оптический прицел, тихо щелкавший при каждом движении зрачка.

— Грум-Башня, — кивнула ему Каэлана, бесцеремонно забираясь на скамью с ногами. — Нам нужна работа. Срочно. Оплата вперед.

Минотавр поднял голову. От него разило потом, оружейной смазкой и дешевым табаком.

— Вы только что обрушили литейную Искандера, — прогудел он басом, от которого задребезжали стаканы на столе. — Весь Периметр гудит. Инквизиция подняла награду за ваши головы до пяти тысяч империалов. Живыми или мертвыми. Мертвыми — дороже, органы Первожертвы сейчас в цене у некромантов. Зачем мне подписывать контракт с ходячими трупами?

Олег молча подошел к столу. Он не стал садиться. Просто положил руку на столешницу рядом с лапой минотавра и активировал «Насмешку». Не на полную мощность, лишь легкий импульс угрозы. Черная венозная сетка под кожей его предплечья вспыхнула опасным багровым светом.

Воздух в радиусе трех метров мгновенно нагрелся.

Голоса в баре стихли. Сидевший неподалеку орк-пиромант инстинктивно прикурил свою самокрутку от пальца, решив, что запахло паленым. Оптический прицел в глазу минотавра зажужжал, пытаясь сфокусироваться на аномалии.

Грум-Башня замер. Его массивные ноздри раздувались, втягивая запах первородной энергии. Спустя десять секунд тяжелого молчания, рогатый гигант медленно убрал лапу подальше от Олега.

— Годится, — буркнул он. — Садитесь. И спрячь свои игрушки, Баг Крови, пока я не решил проверить, насколько глубоко мой тесак застрянет в твоем железном сердце.

Когда они сели, минотавр достал из-под стола две кружки. Внутри плескалась жидкость цвета болотной жижи.

— Пейте. Это перебивает запах вашей смерти, который чуют ищейки Чистильщиков.

Олег сделал глоток. Огонь прожег пищевод, но алкоголь ударил по нервам, притупляя фантомную боль от импланта.

— Какое дело? — спросила Каэлана, даже не поморщившись. Она осматривала зал профессиональным взглядом хищника, отмечая пути отхода и потенциальных стрелков на балконах.

— Груз, — Грум-Башня придвинул к ним кусок пожелтевшего пергамента. На нем была изображена схема подземных уровней Дворца Трех Вдов — самого высокого шпиля Цитадели, парящего над Разломом. — Верхние уровни контролирует фракция «Сыны Рассвета». Пуритане. Забрали себе центральный банк данных Старого Мира. Там хранятся архивы еще до Раскола.

— Что внутри? — уточнил Олег, чувствуя, как имплант приятно согревает грудь изнутри после дозы спирта.

— То, чего там быть не должно, — минотавр оскалился, демонстрируя желтые клыки. — Три недели назад туда прорвался Спящий. Древний кошмар, пролезший из Бездны. Эти фанатики запечатали его в главном хранилище вместе с серверами ядра. Но печать трещит. Им нужны инженеры, чтобы перезапустить контур охлаждения реактора, иначе весь шпиль рухнет нам на головы. Проблема в том, что их собственные техники боятся спускаться ниже десятого этажа. Говорят, Спящий… разговаривает с ними через вентиляцию.

— Охрана? Ловушки? Состав патрулей? — деловито поинтересовалась Каэлана, доставая из рукава самопишущее стило.

— Полсотни фанатиков с плазмаганами. Автоматические турели класса «Инкарнация», которые стреляют во все, что не имеет метки ордена. И сам Спящий. Уровень неизвестен. Класс — ментальный паразит. Высасывает воспоминания, превращая людей в пускающих слюни овощи. Прямая атака бесполезна — у него нет физического тела, пока он питается страхом сервера.

Каэлана задумчиво постучала стилом по зубам.

— Нужен танк, способный выдержать психическую волну. Нужен ассасин, способный обойти турели. И нужен кто-то, кто понимает в земной технике, чтобы взломать консоль управления реактором.

— Взломщика у вас нет, — констатировал Грум-Башня.

Олег внезапно выпрямился. Его затуманенный алкоголем взгляд прояснился. Та часть его мозга, которая пять лет протирала штаны за учебниками макроэкономики и писала курсовые по защите баз данных, проснулась впервые за эти безумные сутки.

— Металл Искандера экранирует мои мысли, — медленно произнес он, глядя на свой нагрудник. — Спящий читает синапсы. Если я изолирую ядро интерфейса дополнительным слоем вашего концентрата, а основную вычислительную нагрузку переведу на искусственный моторчик…

— Ты хочешь стать физическим терминалом, — закончила за него Каэлана. В ее глазах мелькнуло уважение. — Сунуть голову прямо в пасть демону, используя собственное тело как файрвол. Если тебя переварит, мы останемся без танка.

— Если меня переварит, вам уже будет все равно, какой у нас танк, — отрезал Олег. — Сколько платит орден?

Грум-Башня хрипло рассмеялся. Звук напоминал работу неисправного двигателя.

— По три тысячи каждому авансом. Плюс доступ к их тайному арсеналу. Световое оружие, антимагические гранаты. Остальное — бонус за успешное закрытие контракта.

— Мало, — фыркнула Каэлана. — Десять тысяч авансом. И ты лично гарантируешь наш проход мимо блокпостов Синдиката обратно в Нижний Город. Они перекрыли северный тракт после погрома в кузне.

Минотавр нахмурился, отчего складки на его лбу сошлись гармошкой. Он посмотрел на Олега, затем на белые клинки девушки.

— Семь. И я даю вам амулет отвода глаз. Работает один раз. На большее моего влияния не хватит.

Каэлана переглянулась с Олегом. Это был танец старых партнеров. Или новых любовников, которые слишком быстро учатся доверять друг другу спину.

Она едва заметно кивнула.

— По рукам, — сказал Олег, протягивая ладонь поверх стола.

Грум-Башня накрыл его руку своей огромной лапищей. Рукопожатие заставило кости Олега хрустнуть.

— Жду вас у Обсидианового моста через час. Пойдете налегке. Свою новую броню оставите здесь, она сияет в темноте, как маяк для инквизиторов. Возьмите тряпье попроще. Чем больше вы будете похожи на бродяг, тем дольше проживете.

Когда минотавр ушел, растворившись в табачном дыме, Каэлана допила свой эль одним глотком.

— План говно, — честно сказала она. — Мы лезем в гнездо религиозных психов спасать сервер от демона-извращенца, имея в активе одну неполную полоску здоровья у тебя и мою хроническую нелюбовь к высоте.

Олег потер грудь. Под тканью рубахи металл импланта казался ледяным.

— Добро пожаловать в эндгейм-контент, — усмехнулся он. — Главное правило рейда знаешь?

— Никогда не стоять в огне?

— Всегда брать предоплату. Допиваем и идем искать торговца подержанным тряпьем. Хочу найти портки, которые не будут натирать промежность при спринте.

Каэлана посмотрела на него долгим взглядом, словно видела впервые. Затем уголок ее губ дрогнул в улыбке.

— Только попробуй отстать от меня в вентиляции, Первый Клинок. Спящий — не единственное чудовище, которое любит играть с чужим разумом в темноте.

Глава 8

**Глава 8. Вентиляция греха**

Обсидиановый мост дрожал под порывами ветра, несущего пепел из Разлома. Грум-Башня ждал их в тени опорной арки. Вместо тяжелой боевой брони на минотавре был надет потертый плащ паломника с глубоким капюшоном.

— Переоделись? — буркнул он, оглядывая Олега и Каэлану. Теперь они выглядели как типичные мародеры Нижних Ярусов: грязные штаны, рваные плащи поверх кожаных нагрудников и лица, перемазанные сажей для маскировки бликов кожи. — Держите.

Он бросил им два тяжелых жетона из тусклого металла.

— Метки младших послушников «Сынов Рассвета». Украл у пары идиотов в таверне. Турели вас не пристрелят сразу, но если подойдете к алтарю ближе трех метров — превратитесь в головешки. Двигайтесь вдоль стен, там слепые зоны. И молитесь своим цифровым богам, чтобы Спящий сегодня завтракал кем-то другим.

Подъем к Дворцу Трех Вдов занял двадцать минут по отвесным грузовым лифтам, которые скрипели так, будто вот-вот оборвутся в пропасть. Сам шпиль поражал мрачным величием. Черный мрамор фасадов покрывали золотые барельефы ангелов, выкалывающих глаза демонам. Воздух здесь пах озоном, ладаном и застарелым безумием.

Главный вход охраняли двое паладинов в сияющих силовых доспехах. Их шлемы были стилизованы под птичьи клювы.

— Стой! Кто идет во имя Очищения?

Грум-Башня вышел вперед, низко поклонившись.

— Братья. Мы привели мусорщиков. Говорят, внизу, в технических шахтах, видели отблески скверны. Магистрат велел проверить вентиляцию перед ночным бдением.

Паладины переглянулись. Один из них подошел вплотную к Олегу и посветил фонарем ему в лицо. Луч отразился от черных проводов импланта, едва заметно проступающих сквозь слой грязи на шее.

— Что это за металлолом на его груди, брат? — подозрительно спросил стражник.

Олег сделал то единственное, что умел делать хорошо, кроме танкования. Он сыграл роль самого жалкого существа во вселенной. Его плечи затряслись, а изо рта вместо слов вырвался булькающий хрип вперемешку со слюнями. Он закатил глаза, демонстрируя только белки, и начал медленно заваливаться набок, дергаясь в конвульсиях.

*[АКТИВИРОВАНА ЭМУЛЯЦИЯ ЭПИЛЕПСИИ]*

Каэлана тут же подскочила, хватая его за ворот.

— Опять припадок! — закричала она голосом полным отчаяния. — С детства мучается после того, как инквизиторы сожгли нашу деревню! Благословенный металл жжет его изнутри!

Стражники отшатнулись. Страх перед ментальной порчей и болезнями крови был сильнее подозрений.

— Уберите это отсюда! — рявкнул один из них, осеняя себя защитным знамением. — Если он начнет блевать черной желчью на плиты храма, нам придется выжигать этот сектор кислотой!

Грум-Башня грубо подхватил «бьющегося» Олега под руку и поволок ко входу в технические тоннели — ржавую гермодверь сбоку от главного портала.

— Чтоб я больше вашего духу здесь не видел, еретики! — бросил вслед паладин.

Как только тяжелая дверь захлопнулась, отрезая их от света золотых залов, Олег перестал дергаться. Он сел на пол, тяжело дыша.

— Мерзость какая, — сплюнул он. — Чувствую себя эпилептическим пуделем.

— Зато мы внутри, — констатировала Каэлана. Она достала схему Грэм-Башни. — Реакторная камера прямо под нами. Спускаемся на пятьдесят метров вниз. Готовь свой мозг, герой. Сейчас будет больно.

Технический этаж представлял собой лабиринт из труб горячего пара, искрящих кабелей и гигантских вентиляционных шахт. Здесь было невыносимо жарко.

— Заслонки идут через каждые десять метров, — прошептала Каэлана, заглядывая в огромную трубу диаметром в человеческий рост. — Потоки воздуха мощные. Меня просто расплющит о решетку, если включится вытяжка. А тебя… твой костюм выдержит температуру в четыреста градусов?

— Понятия не имею, — честно ответил Олег. — Искандер говорил про огнеупорность, но гарантийный талон сгорел вместе с литейной.

Они полезли внутрь. Внутри воняло машинным маслом и чем-то сладковато-гнилым. Каэлана двигалась впереди, используя свои кинжалы как альпинистские кошки, вбивая их в стыки металлических листов. Олег полз следом, стараясь не касаться раскаленных стенок. Имплант в груди работал на износ, охлаждая кровь, пот стекал ручьями, но кожа даже не покраснела.

На середине пути раздался механический щелчок. Красный свет аварийного датчика сменился на зеленый.

— Вытяжка, — выдохнула Каэлана. — Приготовься.

Пространство позади них исчезло. Мощнейший поток воздуха ударил в спины. Каэлану мгновенно впечатало в переднюю стенку трубы, ее кинжалы жалобно скрежетнули, удерживая вес тела. Олега сорвало с места. Его протащило назад на три метра, швырнув спиной о поперечную балку.

*[Получен урон: 45 (Дробление)]*

*[Защитное поле импланта поглотило 30 ед. термического урона]*

Воздух быстро нагревался. Датчик на стене показал 250 градусов.

— Выше! — прохрипела Каэлана. — Лезь вверх, там есть технический лаз для дронов-уборщиков!

Олег подтянулся, цепляясь пальцами за горячее железо. Боль была реальной. Система молчала — видимо, разработчики реального мира Эреба считали получение ожогов слишком банальным уведомлением. Он нашел узкую щель над основной магистралью. Втиснулся туда сам, затем поймал за шкирку Каэлану и буквально забросил ее в проем.

Поток ревущего жара пролетел мимо. Пластиковые крепления кабеля внизу начали плавиться, источая ядовитый черный дым.

Когда гул стих и загорелся красный сигнал «Отбой», они выбрались обратно в основную шахту. Оба были покрыты копотью.

— Почти пришли, — сказала Каэлана, указывая на массивную решетку в полу. Сквозь нее пробивался пульсирующий фиолетовый свет. — Там реактор. И наш друг Спящий.

Олег лег на живот и посмотрел вниз. Огромный круглый зал. В центре висела сфера чистой тьмы размером с грузовик. Она не стояла на месте — она *дышала*, сжимаясь и расширяясь, издавая низкий утробный звук, похожий на мурлыканье гигантской кошки. От сферы к потолку тянулись толстые черные жгуты, уходящие прямо в серверные стойки, окружавшие зал.

Там, где жгуты касались оборудования, металл коробился, превращаясь в стекло.

У основания сферы стоял пульт управления. Обычная земная консоль старого образца — мониторы с зеленой графикой, клавиатура и рычаг экстренного сброса давления.

— Мне нужно добраться до той панели, — сказал Олег. — Минут пять работы. Если повезет.

— Тебе не повезет, — Каэлана закрепила страховочный трос на своей портупее. — Жгуты реагируют на движение. Как только ты спустишься, эта черная лапша начнет стрелять иглами. Я буду снимать их сверху. Но когда ты коснешься пола…

— Я знаю, — кивнул Олег. — Ментальная атака. Флешбеки. Кошмары. Мой интерфейс должен заблокировать проникновение в синапсы. Теоретически.

— Теоретически мой бывший партнер умер от теоретического кровотечения, — фыркнула она. — Обвязывай пояс. Если твоя голова взорвется, я хотя бы вытащу тело, чтобы Грум-Башня получил свою премию.

Она обвязала конец веревки вокруг талии Олега. Проверяла узлы она долго и придирчиво, ее пальцы задерживались на ткани чуть дольше необходимого. Впервые за все время их знакомства в ее движениях не было хищной грации наемницы. Была лишь холодная, пугающая сосредоточенность хирурга перед сложной операцией.

— Не смей умирать, Баг Крови, — тихо произнесла она, глядя ему прямо в глаза снизу вверх. — Я еще не решила, стоит ли продавать твое сердце некромантам или оставить себе в качестве пресс-папье.

Затем она перекинула ноги через край и прыгнула вниз, исчезая в темноте шахты. Спустя секунду послышался мягкий толчок — Каэлана достигла дна.

Олег выдохнул, проверил, легко ли выходит «Разрыв» из самодельных ножен на спине, и начал спускаться по скоб-трапе. Горячий воздух поднимался навстречу, неся запах озона и безумия.

Он встал на холодный металлический пол зала. Ноги слегка дрожали — откат от пережитой вентиляции давал о себе знать.

Черные жгуты дрогнули. Они медленно, словно нехотя, отделились от потолка и повернулись в его сторону, подобно змеиным головам.

Спящий почувствовал новую игрушку.

Олег сделал шаг к консоли.

*[МЕНТАЛЬНАЯ АТАКА: ПРОНИКНОВЕНИЕ В РАЗУМ БЛОКИРОВАНО ИНТЕРФЕЙСОМ ИСКАНДЕРА]*

*[ДЕБАФФ: ШУМ В ГОЛОВЕ (Легкая дезориентация)]*

Из динамиков пульта управления, который давно должен был быть мертв, раздался тихий, искаженный помехами голос:

*«Загрузка… Windows XP… Добро пожаловать, пользователь Oleg_86… Обнаружено новое устройство… Бионечетвенский интерфейс… Установить драйвер?»*

Олег замер. На экране монитора замигал курсор ввода командной строки DOS. Мир Эреба пытался прочитать его прошлое.

Глава 9

**Глава 9. Синий экран смерти**

Голос из динамиков звучал пугающе обыденно, словно Олег снова сидел в своей комнате перед старым монитором, а не стоял на краю гибели в сердце инквизиторского шпиля.

— Отмена установки, — хрипло бросил он, делая шаг к консоли.

Черные жгуты Спящего метнулись вперед быстрее кобр. Они целились не в тело — они били по рукам и ногам, пытаясь спутать его, обездвижить, прижать к полу для идеального ментального укуса.

*[ПОЛУЧЕН ЭФФЕКТ: ПАРАЛИЧ (Сопротивление импланта: УСПЕШНО)]*

Олег почувствовал лишь легкий удар током. Искандер знал свое дело: чужеродная магия вязла в металле грудной клетки, как муха в смоле.

— Работай руками! — рявкнула Каэлана снизу. Она стояла под ним, раскручивая веер лезвий. Первый жгут, прорвавшийся сквозь ее защиту, она перерубила одним ударом дымчатого кинжала. Черный отросток упал на пол, извиваясь, но вместо крови выплеснул сгусток эктоплазмы, прожегший дыру в стальной плите.

Олег добрался до пульта. Его пальцы легли на холодную пластиковую клавиатуру. Мышечная память взяла верх над первобытным ужасом. Он вывел команду:

`format C: /y`

Монитор мигнул. На секунду показалось, что это сработало. Но затем сфера тьмы в центре зала яростно вспыхнула фиолетовым. Голос изменился. Из дружелюбного системного администратора он превратился в нечто древнее, состоящее из скрежета зубов и криков заживо сжигаемых людей.

*«ОТКАЗАНО В ДОСТУПЕ. АДМИНИСТРАТОР: БЕЗДНА.»*

Все черные жгуты одновременно развернулись к Олегу. Пространство вокруг него начало сгущаться, превращаясь в кисель. Давление упало так низко, что у Олега пошла кровь из носа.

*[МЕНТАЛЬНАЯ АТАКА: ПРОБОЙ ИМПЛАНТА]*

*[ДЕБАФФ: ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНЫЙ УЖАС]*

*[ВЫ ОСЛЕПЛИ НА 3 СЕКУНДЫ]*

Мир исчез. Осталась только боль воспоминаний, которые Спящий вытягивал прямо из чипа Искандера.

*Запах дешевого пива в съемной квартире. Красные цифры «Game Over» на экране. Одиночество.*

Спящий искал самое уязвимое место. Самое горькое поражение.

Но он совершил ошибку. Он полез в железо, минуя душу.

Имплант воспринял психическую волну не как атаку на личность, а как критический перегрев процессора.

Олег моргнул. Зрение вернулось. Мир стал черно-белым, расчерченным сеткой прицела. Полоса здоровья в углу зрения горела желтым: [12/120]. Критическая зона.

Рядом с ней появилась новая иконка дебаффа: *[РЕЖИМ ОТЛАДКИ]*.

— Ты светишься изнутри! — закричала Каэлана, отбивая сразу три жгута. Ее движения стали смазанными — она уставала. — Что происходит?!

— Я захожу через черный ход! — крикнул в ответ Олег.

Его сознание разделилось. Одна часть тела управляла рефлексами, уворачиваясь от ударов щупалец. Вторая — та самая, которая пять лет писала код для скучных корпоративных баз данных, пока не купила VR-шлем — нырнула глубже. Туда, где система реагировала на машинный код, а не на слова.

Он начал печатать. Быстро. Использую горячие клавиши, которых никогда не было в интерфейсе Эреба.

`taskkill /f /im "abyss_spawner.exe"`

`net user Guest /delete`

`shutdown -r -t 00`

Спящий взвыл. Физически. Воздух задрожал от боли существа, которое внезапно осознало себя просто набором поврежденных файлов. Черные жгуты забились в конвульсиях, отрываясь от потолка. Один из них хлестнул Олега поперек груди, сорвав плащ вместе с куском кожи.

*[Получен урон: 85 (Кровотечение)]*

Полоска здоровья покраснела: [1/120].

Олег пошатнулся. Перед глазами заплясали красные круги. Код перестал быть текстом, превратившись в поток ощущений. Он чувствовал сервер как собственное бьющееся сердце.

Он нашел ядро процесса. Огромный пульсирующий комок спагетти-кода, защищенный протоколами Инквизиции.

Нужно было удалить корень. Ручное управление.

Олег положил ладонь прямо на раскаленную поверхность сервера. Металл зашипел, соприкасаясь с его кожей, но интерфейс поглотил ожог.

Он мысленно вызвал командную строку своего собственного разума.

`del C:\Reality\Ereb\System32\Abyss.dll`

Система запросила подтверждение:

*[УДАЛИТЬ КРИТИЧЕСКИЙ ФАЙЛ ЦЕЛОСТНОСТИ МИРА? ПОСЛЕДСТВИЯ НЕОБРАТИМЫ.]*

*[Y/N]*

Олед посмотрел на сферу в центре зала. Она больше не была демоном. Она выглядела как испуганный, запутавшийся ребенок из чистой энергии, пойманный в ловушку старой проводки.

Он нажал `Y`.

Реактор издал звук лопнувшей струны.

Фиолетовое пламя погасло. Сфера тьмы схлопнулась сама в себя, втянув все свои жгуты, и превратилась в маленький, размером с кулак, абсолютно черный шар, который со стуком упал на металлическую решетку пола.

Свет в зале зажегся. Обычный, стерильный белый свет люминесцентных ламп. Сирены стихли.

Каэлана замерла с занесенным кинжалом, тяжело дыша. Опустив оружие, она медленно подошла к Олегу.

Он стоял, привалившись плечом к серверной стойке. Левая рука была черна от ожога до самого локтя. По подбородку текла кровь вперемешку с черной жижей перегоревшего импланта. Из отверстий в его груди валил сизый дым.

— Ядро… очищено, — выдохнул он и улыбнулся окровавленными губами. — Сервер перезагружается. Можно грабить банк.

Затем его ноги подкосились.

Каэлана среагировала мгновенно. Она бросилась вперед, сбрасывая маску циничной наемницы. Подхватив тяжелое тело Олега, она опустилась на колени, принимая его вес на себя. Ее руки профессионально пробежались по его шее, проверяя пульс, затем коснулись груди.

— Глаза открой, — жестко приказала она, отвешивая ему звонкую пощечину. — Не вздумай уходить на респаун сейчас, идиот! Мы еще контракт не закрыли!

Олег с трудом разлепил веки. Его зрачки были расширены, радужка почти исчезла.

— Бронь… слетела, — прошептал он невпопад. — Дебаффы…

Каэлана грязно выругалась на языке, которого Олег не знал. Она сорвала с пояса флягу с целебным зельем — тем самым, что спасла его ногу в лесу. Выдернула зубами пробку и влила тягучую синюю жидкость ему в рот.

Олег закашлялся. Жидкость потекла по подбородку.

*[ЭФФЕКТ: РЕГЕНЕРАЦИЯ ТКАНЕЙ АКТИВИРОВАН]*

*[СОПРОТИВЛЕНИЕ ШОКУ: УДАЧНО]*

Его полоска здоровья лениво поползла вверх: [1/120] -> [5/120].

— Вставай, — Каэлана подняла его на ноги, практически взвалив себе на плечо. — Сам идти сможешь?

— Ноги… ватные, — признался Олег. Он посмотрел на свою левую руку. Кожа слезла лоскутами, обнажая почерневшее мясо. — Кажется, мне нужен новый кузнец. Этот имплант сгорел к чертям.

— Будет тебе кузнец, — отрезала девушка. Она быстро оглядела зал. Белые стены, мертвые мониторы. Никаких паладинов. Видимо, отключение ядра вырубило питание и на их дверях. — Сначала берем деньги.

Она дотащила его до центрального хранилища. Массивная дверь сейфа была открыта настежь. Спящий питался энергией именно отсюда, взломав магнитные замки. Внутри ровными рядами лежали золотые слитки имперской чеканки и кристаллы-накопители.

— Джекпот, — прохрипел Олег, опираясь на стену.

— Это аванс, — сухо ответила Каэлана. Она начала быстро рассовывать кристаллы по подсумкам. Золото слишком тяжелое для бегства, а вот чистая мана стоила дороже жизни. — Теперь идем к выходу. Грум-Башня ждет внизу.

Они вышли из хранилища обратно в реакторный зал. Маленький черный шарик — мертвое ядро Спящего — одиноко лежал на полу.

Каэлана остановилась. Посмотрела на шар, потом на обожженную руку Олега.

Она достала из сапога кусок плотной ткани, намочила его остатками зелья и осторожно, стараясь не касаться черного металла импланта, перевязала рану парня.

— Держись за меня крепче, Баг Крови, — тихо сказала она, становясь сзади и обхватывая его за пояс. — Сейчас будет очень быстрый спуск по лестнице. Если свалишься — костей не соберу.

Где-то далеко наверху, на уровнях Дворца, заревели трубы тревоги. Инквизиция поняла, что контроль потерян.

Олег кивнул, чувствуя, как адреналин начинает вымывать остатки кода из вен. Он поднял с пола свой тесак «Разрыв». Лезвие меча теперь имело едва заметный фиолетовый отлив — впитанная энергия Бездны изменила саму структуру металла.

— Ведите, капитан, — сказал он, перехватывая рукоять. Впереди был долгий путь вниз, семь тысяч империалов долга минотавру и целая жизнь впереди в мире, который они только что чуть не уничтожили нажатием одной кнопки.

Глава 10

**Глава 10. Долг минотавра и цена молчания**

Техническая лестница Дворца Трех Вдов гудела от вибрации. Где-то наверху, над их головами, массивные противовзрывные переборки с лязгом опускались вниз, отрезая реакторный уровень от верхних ярусов. Инквизиция играла в свою любимую игру — выжженная земля.

— Десять минут до полной изоляции сектора, — бросила Каэлана, перепрыгивая через две ступени. Она держала Олега левой рукой за ремень портупеи, фактически таща его на себе. Его ноги заплетались, а обожженная левая рука висела плетью. Правой рукой Олег мертвой хваткой сжимал «Разрыв». Фиолетовое свечение клинка становилось ярче с каждой секундой, пульсируя в такт его замедляющемуся сердцу.

— Не… не могу… дышать, — прохрипел Олег, сплевывая кровь. Черная жижа импланта Искандера все еще сочилась из отверстий в его груди. Металл перегорел, но раскаленные нити проводов остались вросшими в плоть, медленно поджаривая его изнутри.

— Заткнись и умри позже! — рявкнула Каэлана. На площадке между пролетами она резко остановилась, прижала его к холодной стене шахты и сорвала со своего пояса маленькую стеклянную ампулу. — Открой рот.

Она раздавила стекло пальцами прямо перед его лицом. Острый запах озона и мяты ударил в ноздри. Олег инстинктивно вдохнул едкий газ.

*[ЭФФЕКТ: СИНТЕТИЧЕСКИЙ АДРЕНАЛИН]*

*[ВРЕМЕННОЕ ПОВЫШЕНИЕ ЛОВКОСТИ И ВЫНОСЛИВОСТИ НА 200%]*.

*[ПОСЛЕДСТВИЯ: ОТКАЗ ПЕЧЕНИ ЧЕРЕЗ 15 МИНУТ]*

Боль никуда не ушла, но она стала фоновой, приглушенной. Мир вокруг сузился до туннеля, в конце которого была цель. Химия бушевала в крови, заставляя мышцы сокращаться даже тогда, когда нервные окончания кричали о помощи.

Они вылетели из люка технического колодца прямо у Обсидианового моста спустя семь минут. Грум-Башня стоял там же, где они его оставили, но теперь рядом с ним переминались с ноги на ногу трое вооруженных оборванцев — его личная страховка.

— Вы долго, — пророкотал минотавр, глядя на часы на своем огромном ручном хронометре. Его взгляд упал на почерневшую руку Олега и дым из груди. — Что это за вонь? Паленой человечиной несет.

— Спящий больше не проблема, — выдохнула Каэлана, поддерживая Олега, который едва не рухнул на колени от отката адреналина. — Реактор чист. Где наши деньги?

Грум-Башня оскалился, открывая тяжелый стальной кейс, стоявший у его ног. Семьдесят идеально ровных слитков имперского золота тускло блеснули в свете Разлома.

— Сделка есть сделка, — довольно пробасил он. — Забирайте свое…

Он не успел договорить.

Воздух позади них пошел рябью, искажаясь, как воздух над асфальтом в знойный день. Пространство разорвалось беззвучно. Из фиолетового марева шагнула фигура.

Это был не паладин. Это был человек в безупречно чистом, черном костюме-тройке, который выглядел абсурдно посреди грязи и серы Нижнего Города. Его кожа была мертвенно-бледной, а глаза полностью лишены белков — сплошная зеркальная гладь ртути.

*[Инквизитор-Предвестник | Ур. ??? (Скрыто)]*

— Контракт аннулирован, — голос Предвестника звучал сразу во всех головах, минуя уши. Он сделал плавный жест рукой. Трое наемников Грэм-Башни схватились за горло, их доспехи начали стремительно ржаветь, обращаясь в труху вместе с плотью. Спустя секунду на мосту осталось лишь три кучки красного праха.

Минотавр взревел, поднимая свой огромный тесак. Но лезвие оружия рассыпалось в прах еще до того, как успело опуститься. Грум-Башня посмотрел на свои лапы — кожа начала отслаиваться целыми пластами.

— Ты… ты обещал… защиту… — просипел он, оседая на колени.

— Я обещал безопасный проход для мусорщиков, — ответил Предвестник, делая шаг вперед. Теперь он смотрел только на Олега. — Мусорщикам запрещено касаться ядра Цитадели. Тот, кто переписывает реальность кодом Старой Земли, перестает быть мусором. Он становится угрозой Первого порядка.

Каэлана заслонила собой Олега. Ее белые волосы встали дыбом от статического электричества, которое излучал гость. Кинжалы покинули ножны, окутавшись темным дымом.

— У него контракт! — выкрикнула она. — Мы выполнили работу!

— Работы не было, — прошелестел Предвестник. — Была проверка. Тест на совместимость. Мальчик выдержал прямое подключение к ядру Бездны и не сошел с ума. Более того, он использовал логику создателей этого мира против них самих.

Предвестник поднял правую руку. На его ладони вспыхнул символ Ока Провидения.

— Протокол «Абсолютное Очищение» активирован. Девять минут. После этого шпиль упадет, погребая под собой Город Потерянных Душ. Чтобы спасти город, мне нужно извлечь ядро аномалии. Отдайте мне Игрока Баг-Крови, и я позволю вам забрать золото. И жизнь.

Олег оттолкнулся от плеча Каэланы. Адреналиновый приход закончился, сменившись ледяной ясностью безумия. Он выставил перед собой «Разрыв». Клинок вспыхнул ярко-фиолетовым пламенем, реагируя на присутствие чистого инквизиторского кода.

— Знаешь, что самое смешное в эндгейме? — спросил Олег, глядя в ртутные глаза существа. Его собственный интерфейс моргнул критической ошибкой: *[БИОМЕТРИЯ КРИТИЧЕСКАЯ. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ГОРИЗОНТАЛЬНЫЙ ПОЛОЖЕНИЕ]*. — Боссы всегда думают, что танкуют они. А на самом деле танк — это тот, кто решает, куда пойдет рейд.

Он нажал кнопку на рукояти «Разрыва», которую встроил туда Искандер перед смертью литейной. Рукоять затрещала, выпуская два коротких стальных шипа по бокам — кастетный хват.

— Каэлана, — позвал Олег, не сводя глаз с Предвестника. — План меняется.

— Какой план?! — прорычала она, готовясь к рывку. Она понимала, что шансов против такого противника у них нет, но ее позиция слева от Олега уже обеспечивала идеальный угол для фланговой атаки.

— Минотавр хотел нас ограбить после дела, верно? — усмехнулся Олег. Кровь снова пошла изо рта, но улыбка стала шире. — Давай покажем ему, как настоящие профессионалы уходят от налогов.

Олег бросился не на Предвестника. Он бросился мимо него — прямо к краю Обсидианового моста. К самому Разлому.

— Олег, стой! Там смерть! — крик Каэланы потонул в реве ветра.

Но Олег прыгнул.

Он вложил всю оставшуюся энергию имплантов в один единственный прыжок назад, спиной в бездну.

*[АКТИВАЦИЯ СПОСОБНОСТИ: ОТГОЛОСОК КРОВАВОГО КОРНЯ]*

Черная кровь вырвалась из его спины реактивными струями, гася скорость падения и превращая свободное падение в контролируемый спуск.

Предвестник замер. Ртутные глаза расширились в недоумении. Ни одно существо, желающее жить, не прыгает в Великую Бездну без плана эвакуации.

Каэлана действовала быстрее мысли. Она метнулась к открытому кейсу Грэм-Башни. Одним движением сгребла золото ладонями — тяжелые слитки зазвенели, врезаясь друг в друга. Она швырнула пустой кейс в лицо застывшему Инквизитору. Зеркальный монстр машинально отбил его рукой, потеряв долю секунды на разрушение иллюзии.

Этой доли хватило.

Каэлана разбежалась и ласточкой нырнула следом за Олегом, прижимая к груди тяжелую сумку с кристаллами-накопителями.

Грум-Башня остался стоять на мосту один на один с Предвестником. Огромный минотавр перевел взгляд с пустого кейса на край пропасти, затем посмотрел на приближающуюся волну белого очищающего огня сверху, спускающегося со шпиля.

— Вот же сукины дети, — с каким-то веселым уважением пробасил он, перехватывая рукоять обломка тесака. Затем он повернулся лицом к раскрывающимся вратам Дворца, откуда выбегала армия Серебряного Ордена, и расхохотался, встречяя смерть в бою.

***

Свободное падение сквозь облака пепла длилось вечность.

Олег кувыркался в воздухе, направляя потоки черной крови. Рядом, виртуозно расправив кожаный плащ, парила Каэлана.

— Ты психопат! — проорала она, перекрывая вой ветра. — Куда мы летим?! Нижний Город в другой стороне!

— Прямо по курсу! — прохрипел Олег, указывая подбородком вниз.

Из густого тумана внизу вырастала колоссальная конструкция. Старый остов Левиафана — древнего механического змея времен Первой Войны, намертво пришвартованный к скале. Его ребра служили фундаментом для целого пиратского города, скрытого внутри грудной клетки машины. Место, куда не дотягивалась власть ни Империи, ни Инквизиции. Вольная Гавань.

— Если выживем, напомни мне уволить тебя, — прошептала Каэлана, выравнивая полет, чтобы приземлиться на одну из нижних палуб гниющего корабля, пристыкованного к ребрам Левиафана.

Олег чувствовал, как отключается зрение. Интерфейс залило красным.

*[КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ БИОМЕТРИИ]*

*[ОТКАЗ ИМПЛАНТА ИСКАНДЕРА]*

*[ПОТЕРЯ СОЗНАНИЯ ЧЕРЕЗ 10... 9...]*

Последнее, что он увидел перед тем, как тьма милосердно приняла его, были руки Каэланы, тянущиеся к нему сквозь пелену падения, и блеск золотых слитков, высыпающихся из ее ослабевающих пальцев в бездну Разлома.

Глава 11

**Глава 11. Анатомия долга**

Сознание вернулось вместе с запахом жженых проводов, дешевого рома и антисептиков на основе плесени.

Олег открыл глаза. Потолок был металлическим, покрытым слоем ржавчины и кабелями, которые свисали вниз, словно внутренности вскрытого животного. Он лежал на жесткой койке, пристегнутый кожаными ремнями за здоровую правую руку. Левое плечо и грудь были плотно упакованы в тугой корсет из бинтов, пропитанных чем-то липким и холодным.

— Не дергайся, — раздался голос Каэланы. Она сидела на перевернутом ящике в углу тесной каюты, чистя свои дымчатые кинжалы куском промасленной ветоши. В тусклом свете единственной красной лампы ее белая кожа казалась серой от усталости, под глазами залегли глубокие тени. На коленях у нее покоилась их добыча: сумка, набитая кристаллами-накопителями до такой степени, что ткань трещала по швам.

— Где мы? — просипел Олег. Горло пересохло так, будто он наглотался песка Разлома.

— Нижняя палуба «Вдовьего Пика». Это флагман флота мертвецов, который висит на ребрах Левиафана последние двести лет, — она отложила тряпку и подошла ближе. Достала флягу, приподняла его голову и дала сделать глоток. Теплый, пряный алкоголь обжег пищевод. — Я притащила тебя сюда три часа назад. Местные эскулапы хотели разобрать тебя на запчасти для продажи некромантам. Пришлось объяснить им ценность твоих внутренних органов с помощью стали и угроз обнулить их рейды на ближайшие полгода.

Она кивнула на его грудь:

— Имплант Искандера выгорел дотла. Моторчик тоже. Если бы я не залила тебя стимуляторами доверху еще на лестнице, твое сердце остановилось бы прямо в воздухе. Сейчас ты живешь на чистом адреналине и моем хорошем отношении.

Олед попытался сесть, но ремни держали крепко.

— Сними это. Мне нужно встать.

— Лежи смирно, герой-любовник, — фыркнула она, возвращаясь на свой ящик. — Ты потерял тридцать процентов крови, сжег нервную систему и теперь фончишь остаточной энергией Бездны так, что любой маг в радиусе километра чувствует себя как на рок-концерте. Твоя Метка стала нестабильной. Еще один всплеск, и твоя кровь начнет разъедать переборки корабля.

Она достала из сумки один из золотых слитков и небрежно подбросила его на ладони. Звук получился глухим и тяжелым.

— Кстати о делах. Грум-Башня остался там развлекать Инквизицию. Золото… часть рассыпалась в Разлом, пока мы маневрировали. Но кристаллы я удержала. Здесь чистой маны империалов на пятьдесят, если знать правильных скупщиков.

Олег закрыл глаза, переваривая информацию. Они выжили. Они богаты. И они заперты на пиратской посудине внутри гниющего трупа механического чудовища.

— Почему ты меня не бросила? — спросил он тихо. — У Предвестника был контракт. Отдай он тебе мою голову, ты бы получила иммунитет от Чистильщиков и долю от награды. Мы едва знакомы.

Каэлана долго молчала, продолжая полировать лезвие. Свет лампы отражался в идеально заточенной стали.

— Потому что никто другой не выдержит моего характера дольше недели, — наконец сказала она без своей обычной ядовитости. Голос звучал почти мягко. — А во-вторых…

Она подошла к изголовью койки. Наклонилась так близко, что Олег почувствовал запах битвы на ее коже. Ее пальцы коснулись его перевязанной груди, легко пробежавшись по контуру бинтов.

— Когда ты прыгнул в Разлом, ты даже не посмотрел вниз, — прошептала она. — Ты смотрел на меня, чтобы убедиться, что я следую за тобой. Такие идиоты встречаются реже, чем легендарные сет-бонусы. Было бы преступлением против экономики Фронтира дать такому ресурсу просто разбиться о камни.

Она выпрямилась, и наваждение исчезло. Перед ним снова стояла наемница — расчетливая, опасная и смертоносная.

— Так что поздравляю, Первый Клинок. Теперь ты мой напарник. Не по контракту Грэм-Башни. По жизни. До тех пор, пока твой перегоревший хлам в груди не убьет тебя окончательно.

Где-то над головой послышался тяжелый гул. Весь корабль содрогнулся. Красная лампа тревожно мигнула.

— Что это было? — насторожился Олег.

— А это причина, по которой нам нужно вставать прямо сейчас, — лицо Каэланы стало серьезным. Она метнулась к стене и сорвала оттуда свою новую броню — матово-черный сегментированный доспех. — Визит вежливости.

Тяжелые шаги прогрохотали по металлической палубе снаружи. Шаги, от которых вибрировал сам остов Левиафана. Так ходить могли только существа весом в несколько тонн, облаченные в силовую броню класса «Голиаф».

Дверь каюты с лязгом отъехала в сторону. В проеме стоял человек. Или то, что от него осталось.

Огромная фигура, чей торс переходил непосредственно в гусеничное шасси боевого экзоскелета. Вместо левой руки — роторная пушка, вместо правой — гидравлический захват. Голову заменял стеклянный купол кабины, внутри которого виднелось бледное, лишенное эмоций лицо старика, подключенного проводами к системам машины.

*[Генерал Рот | Ур. ??? (Капитан «Вдовьего Пика»)]*

Рот медленно повернул свою тяжелую голову. Его взгляд прошелся по комнате, задержался на сумке с кристаллами, затем остановился на лице Олега. Линзы оптических сенсоров капитана опасно сузились.

— Запах Цитадели, — пророкотал динамик экзоскелета голосом, похожим на скрежет металла. — Запах измененного кода Старой Земли. Я думал, Предвестники вырезали всех носителей этого аромата еще сто лет назад.

Он сделал шаг внутрь. Пол прогнулся под тяжестью машины. Генерал направил ствол роторной пушки прямо в лоб Олегу.

— Кристаллы принадлежат кораблю, мусорщики. Ваша доля — быстрая смерть. Хотя… — оптика Рота вспыхнула ярче, фокусируясь на бинтах на груди Олега. — Твой пульс выдает интересные показатели, мальчик. Механическое сердце, работающее на магии Бездны. Некроманты Готланда заплатят за живого носителя такого импланта больше, чем стоит весь этот груз. Раздевайте его.

Из-за спины генерала в каюту втиснулись двое абордажников — огромные орки с тесаками, сваренными из корабельных винтов.

Каэлана плавно перетекла в боевую стойку, закрывая Олега собой. Ее кинжалы легли в руки обратным хватом.

— Капитан Рот, — произнесла она абсолютно спокойным, ледяным тоном. — Вы нарушаете нейтралитет Вольт-Тенариса. Торговая Гильдия лишит вас лицензии на стоянку.

Рот издал звук, отдаленно напоминающий смех.

— Девочка, моя лицензия — это калибр моей пушки. А ваша жизнь — это цифры на моем банковском счету. Последний раз предлагаю: отдаете сумку, я оставлю вам ваши никчемные органы.

Олег смотрел на эту сцену изнутри своего тела. Он чувствовал, как остатки энергии Искандера бьются в унисон с его собственным страхом. Ремни давили на грудь. Интерфейс моргал багровым:

*[КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА]*

*[РЕСУРС АДАПТАЦИИ: 5%]*.

Пять процентов чего-то, что позволяло ему не сойти с ума. Пять процентов до того, как система откажет полностью.

Один из орков качнулся вперед, занося тесак над Каэланой.

И тогда Олег перестал думать.

Его правая рука, свободная от ремней, метнулась к поясу. Он не искал оружие. Он ударил голым кулаком по стальной ножке ящика, на котором сидела Каэлана.

Удар пришелся точно в металлический шов.

*[ПОЛУЧЕН УРОН: 98 (ИСТИННЫЙ)]*

*[АКТИВАЦИЯ СПОСОБНОСТИ: ВЕНДЕТТА (АВТОМАТИЧЕСКАЯ РЕАКЦИЯ НА КРИТИЧЕСКИЙ УРОН)]*

Боль взорвала сознание белым светом. Но эта боль была топливом.

Черная кровь рванула из разбитых костяшек не наружу, а *внутрь* — вдоль мышц предплечья, концентрируясь в пальцах. Правая рука Олега окуталась аурой абсолютного распада. Воздух вокруг кулака пошел волнами, искажая реальность.

— Контейнер слева! — крикнул Олег Каэлане, указывая здоровой рукой на большой свинцовый ящик в углу, где хранились радиоактивные отходы корабля. — Толкай!

Каэлана поняла мгновенно. Она не стала спорить или спрашивать, выживет ли он после второго использования Вендетты за день. Она доверяла танку.

Одним движением ноги она выбила подпорку из-под тяжелого свинцового контейнера.

Генерал Рот среагировал слишком поздно. Огромная машина начала разворачивать стволы в сторону падающей угрозы, открывая правый борт.

Олег рванулся всем телом. Ремни лопнули — не выдержав резкого сокращения мышц, усиленных болью. Он перелетел через всю каюту, вкладывая вес своего тела в единственный удар.

Его кулак, объятый черным пламенем энтропии, врезался ровно в центр стеклянного купола кабины Рота.

Стекло не просто разбилось. Оно испарилось. Вместе с половиной лица капитана.

Гидравлика экзоскелета взвыла, потеряв управление. Машина сделала неуверенный шаг назад и рухнула на колени, проломив нижнюю палубу.

Орки замерли на секунду, глядя на своего поверженного лидера.

Этой секунды хватило Каэлане. Она метнула кинжал в глаз одному, перекатом ушла под клинок второго и вспорола ему бедренную артерию точным ударом снизу вверх.

Тишина наступила внезапно, нарушаемая лишь шипением разорванных проводов и гудением реакторов умирающего Левиафана.

Олег стоял посреди разгромленной каюты, тяжело опираясь на здоровую руку. Его правая кисть представляла собой месиво из раздробленных костей и черной запекшейся крови. Боль была адской, но интерфейс светился успокаивающим зеленым:

*[ВЕНДЕТТА ДЕАКТИВИРОВАНА]*

*[УРОВЕНЬ УГРОЗЫ НЕЙТРАЛИЗОВАН]*

*[ПОЗДРАВЛЯЕМ: +1 КО ВСЕМ ХАРАКТЕРИСТИКАМ ЗА УНИЧТОЖЕНИЕ ПРОТИВНИКА ВЫШЕ УРОВНЯ НА 30 ПУНКТОВ]*

Каэлана подошла к нему. Посмотрела на его уничтоженную руку, затем на дымящиеся останки самого могущественного пирата Нижнего Города.

Она молча сняла с пояса моток эластичного бинта и начала туго перематывать раздробленные пальцы Олега.

— Ты идиот, — сказала она буднично, словно обсуждала погоду. — Но эффективный идиот.

— Сумма… контракта… — прохрипел Олег, теряя сознание от болевого шока и отката. — Осталось… закрыть последний пункт…

Каэлана закончила перевязку, подняла с пола выпавший из рук Олега кошель с золотом, забросила сумку с кристаллами на плечо и, взвалив бесчувственное тело партнера себе на спину, вышла из каюты навстречу хаосу пиратского города.

Глава 12

**Глава 12. Резонанс в костях**

Олег пришел в себя от ритмичного покачивания и запаха дегтя. Он лежал на чем-то жестком, накрытый пропахшим потом шерстяным одеялом. Голова раскалывалась, а правую руку он не чувствовал вовсе — по локоть она была заключена в тяжелый гипс из серой глины и металлических спиц.

— Очнулся? — голос Каэланы прозвучал над ним.

Он открыл глаза. Они находились в тесной каюте без окон. Свет давала единственная лампа, сделанная из гильзы корабельного орудия. Сама девушка сидела за грубо сколоченным столом, разбирая их снаряжение. Ее белая куртка исчезла — теперь на ней был потертый кожаный нагрудник пиратского абордажника, заляпанный чужой кровью. На поясе висели новые подсумки, туго набитые.

— Где мы? — слова царапали пересохшее горло.

— В брюхе «Ржавой Сирены», — ответила она, не отрываясь от чистки клинков. — Это баржа контрабандистов. Я заплатила капитану половиной наших кристаллов, чтобы нас вывезли с Левиафана до того, как Гильдия начнет разборки за наследство Рота. Там сейчас такая резня, что даже демоны Бездны обходят этот район стороной.

Она подняла взгляд. В красных глазах читалась холодная оценка.

— Твоя правая рука официально мертва ниже локтя. Кости превратились в муку. Местный коновал хотел ее ампутировать, но я пригрозила пришить его собственную ногу к его же лицу. Мы купили у него алхимический состав для костной сварки. Спишь уже вторые сутки, пока эта дрянь превращает твои кости обратно в цельную конечность. Выглядит жутко, зато через месяц сможешь держать ложку. Меч — вряд ли.

Олед попытался пошевелить пальцами правой руки. Под гипсом ощущалось лишь глухое онемение.

— А левая?

— Грудь? Заживает. Ты выжег имплант Искандера в пепел, но провода остались. Местные электрики говорят, что если подключить тебя к генератору корабля, ты сможешь освещать Нижний Город целую неделю. Поздравляю, Олег. Теперь ты официально киборг-самоделкин без гарантии.

Она встала и подошла к койке. Присела на край, бесцеремонно стягивая с него одеяло, чтобы осмотреть бинты на груди.

— Генерал Рот мертв. Орки-охранники мертвы. Груз у нас. Миссия выполнена идеально, — она достала из кармана штанов два золотых слитка и бросила их на простынь рядом с Олегом. — Здесь твоя доля аванса. Остальное ушло на взятку капитану, оплату лекаря и новую одежду. Нам пришлось переодеться в местное рванье, иначе первый же патруль Синдиката пустил бы нам пулю в затылок.

Олег посмотрел на золото. Затем перевел взгляд на свою закованную в гипс руку. Боль притупилась благодаря какой-то местной настойке, но фантомное ощущение раздробленных суставов никуда не делось.

— Зачем ты это делаешь? — тихо спросил он. — Спасаешь меня, тащишь на себе, платишь лекарям… Я стою пятьдесят тысяч империалов в кристаллах. Тебе было бы проще вырезать мое сердце еще на мосту.

Каэлана замерла. Она медленно повернула голову, и в тусклом свете лампы ее лицо показалось Олегу неожиданно уставшим и очень молодым.

— Потому что ты единственный человек во всем Эребе, который прыгнул в бесконечную пропасть, просто чтобы проверить, поймаю ли я его, — произнесла она. — Весь этот мир состоит из предателей, наемников и фанатиков. Все ищут выгоду. А ты… ты сломал себе руку вдребезги, чтобы дать мне две секунды форы против танка-экзоскелета. Это плохая тактика, ужасная математика, но чертовски надежное партнерство.

Она протянула руку и коснулась его щеки. Холодные пальцы заставили Олега вздрогнуть.

— Не разочаровывай меня, Баг Крови. Не смей умирать от заражения крови раньше, чем мы найдем тебе нормальный черный рынок аугментаций.

Внезапно корабль резко накренился. Лампочка-гильза жалобно звякнула. Снаружи, сквозь переборки, донесся низкий, вибрирующий гул, который шел не от двигателей баржи, а откуда-то снизу, со дна Разлома.

Лампа моргнула и погасла. Каюту затопила кромешная тьма.

— Какого черта?.. — начала Каэлана, вскакивая.

И тут Олег почувствовал это.

Его левый бок, там, где под бинтами скрывались остатки проводов Искандера, обожгло ледяным огнем. Черные нити внутри его мышц начали стремительно нагреваться. Но это был не перегрев. Это был зов.

*[СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ: ОБНАРУЖЕН ИСТОЧНИК СОВМЕСТИМОЙ ЭНЕРГИИ]*

*[ДИСТАНЦИЯ: 500 МЕТРОВ (НИЖНИЙ ПОЯС)]*

*[ТИП СИГНАЛА: ПРИЗЫВ ХОЗЯИНА]*

Из темноты послышался звук. Тихий, металлический скрежет, переходящий в электронный шепот. Голос, которого здесь быть не могло.

*«Первожертва… обнаружен протокол сопряжения… узел сопротивления подавлен… возвращайся домой».*

Прямо сквозь деревянную стену каюты, не потревожив досок, прошла фигура. Она состояла из чистого синего света, сплетенного в форме высокого человека в длинном плаще. Лицо существа представляло собой гладкий экран, на котором бесконечно крутился логотип загрузки Windows 95.

*[Архитектор | Статус: Фоновый процесс]*

Каэлана среагировала мгновенно. Она метнула кинжал прямо в светящуюся грудь гостя. Лезвие прошло насквозь, не встретив сопротивления, и вонзилось в деревянную стену, вибрируя.

— Кто ты такой, призрак? — прошипела она, принимая боевую стойку между светом и Олегом.

Фигура повернула свой «лицо»-экран к Олегу. Шепот стал громче, заполняя череп вибрацией:

*«Твой контракт аннулирован системой безопасности Цитадели. Инквизиция ищет твой биоматериал. Оставаться с Носителем Метки — статистическая ошибка. Отсоединяйся».*

Светящаяся рука Архитектора вытянулась вперед, проходя сквозь плечо Каэланы, и указала на Олега.

*«Девиантный элемент будет утилизирован. Ты будешь интегрирован в ядро. Добро пожаловать в настоящий патч, Игрок 86».*

Черные провода в теле Олега вспыхнули болью. Система перехватила управление. Перед глазами побежали строки кода, которые он не мог контролировать. Его собственное тело начало подниматься с койки вопреки воле. Ноги сами сделали шаг к светящейся фигуре.

— Стоять! — рык Каэланы разрезал воздух.

Она схватила со стола тяжелую медную кружку и швырнула ее в синий экран лица Архитератора. Кружка пролетела насквозь, но сам факт агрессии словно нарушил какую-то невидимую логику процесса. Фигура дернулась, изображение на «лице» пошло помехами.

— Если кто и будет форматировать его жесткий диск, то только я, — прорычала Каэлана. Она вытащила из сапога третий, самый маленький кинжал — свинцовый, предназначенный для убийства магов. — Попробуй подойти, ноль-один-ноль-один, и я покажу тебе разницу между программным кодом и холодной сталью.

Архитектор замер. Его синий свет начал пульсировать, анализируя угрозу. Логотип Windows на лице сменился на надпись: *[Ошибка доступа. Нарушен приоритет прерывания]*.

Олег упал на колени, сжимая голову здоровой левой рукой. Внутри его мозга боролись две системы: человеческий страх и машинный приказ древнего алгоритма.

— Каэ… лана… — выдавил он. — Моя кровь… реагирует на него…

Это было правдой. Черная венозная сетка на шее Олега набухла, готовая вырваться наружу. Его тело хотело подчиниться Архитектору. Оно узнало создателя.

Каэлана поняла это быстрее, чем он успел договорить. Она не стала пытаться пробить призрака сталью. Вместо этого она сделала то единственное, чего не было в логических цепочках Старой Земли.

Она обхватила лицо Олега обеими руками, прижавшись лбом к его лбу, игнорируя шипение перегретых проводов в его груди.

— Посмотри на меня, — твердо сказала она. Ее дыхание касалось его губ. — Никакой Цитадели. Никакого патча. Только ты, я и семь футов под килем. Дыши, танк. Ты мой напарник. Мой баг. Возвращайся ко мне.

Она поцеловала его. Грубо, глубоко, вбивая реальность языком и вкусом дешевого рома.

Это был не романтический порыв. Это был удар дефибриллятором по зависшей системе.

Олег вцепился здоровой рукой в ее предплечье, впиваясь ногтями в кожу. Человеческое тепло. Запах пороха. Биение живого сердца в сантиметрах от его собственного, искусственного.

*[ПРОТОКОЛ «ПРИЗЫВ ХОЗЯИНА» ОТКЛОНЕН]*

*[ПРИОРИТЕТ ПАРТНЕРА: АБСОЛЮТНЫЙ]*

*[СОЕДИНЕНИЕ УСТАНОВЛЕНО: РЕЖИМ СИНХРОНИЗАЦИИ]*

Архитектор издал пронзительный звук, похожий на визг старого модема. Синий свет мигнул.

*«Эмоциональный коэффициент… вне расчетных параметров… угроза целостности ядра…»*

Фигура начала растворяться, втягиваясь обратно в доски пола.

*«Отчет отправлен. Администратор уведомлен. До принудительного обновления осталось… сорок восемь часов».*

Свет погас. Лампа на потолке снова зажглась, залив каюту болезненным красным сиянием.

Каэлана тяжело дышала, опираясь руками о плечи Олега. Между ними повисла тишина, густая и звенящая.

— Кажется, — прохрипел Олег, чувствуя, как уходит дрожь из конечностей, — у нас появились новые проблемы похуже инквизиции.

— Проблемы? — Каэлана медленно выдохнула, отстраняясь. На ее губах играла опасная, предвкушающая улыбка. Она посмотрела туда, где исчез Архитектор, затем перевела взгляд на загипсованную руку Олега, а после — на его пояс, где все еще висел фиолетовый меч «Разрыв».

— Нет, Первый Клинок. Это называется "новые возможности". Сорок восемь часов до конца света? Этого времени как раз хватит, чтобы потратить наше золото на самую дорогую выпивку в Вольт-Тенарисе и найти кузнеца, который согласится приварить тебе вместо руки плазменную пушку.

Она отошла к столу, взяла один из золотых слитков и подбросила его в руке.

— Вставай. Капитан сказал, что «Сирена» причалит к портам Мусорной Заводи через час. Нам нужно успеть продать кристаллы до того, как Гильдия объявит нас в розыск. И да… — она обернулась, смерив его оценивающим взглядом. — Когда будем покупать тебе новую броню, напомни взять размер побольше. Эта рубашка тебе катастрофически не идет.

Олег оперся о стену, вставая на ноги. Мир перестал двоиться. Боль в руке была терпимой. Впервые с момента падения в бездну он чувствовал не отчаяние выжившего, а пьянящую, безумную свободу людей, которым нечего терять, потому что весь мир уже объявил на них охоту.

Он подобрал с койки свой меч. Фиолетовое лезвие отозвалось тихим, довольным гулом.

— Как скажешь, капитан, — усмехнулся Олег, следуя за ней к выходу из каюты навстречу ревущему ветру Разлома.

Глава 13

**Глава 13. Мусорная Заводь и законы физики**

Порт Мусорной Заводи встречал их запахом гниющих водорослей, жженного машинного масла и отчаяния. «Ржавая Сирена» пришвартовалась к полузатопленному остову старого сухогруза, чьи борта были покрыты ржавчиной толщиной в ладонь. Здесь не было ни имперского порядка, ни даже пиратской дисциплины Гильдии — только право сильного и закон найденного.

— Добро пожаловать в ад для металлолома, — Каэлана спрыгнула на мокрые доски причала первой, ловко балансируя тяжелой сумкой с кристаллами. — Правило первое: никому не смотри в глаза дольше секунды. Правило второе: если кто-то предлагает бесплатную медицину — беги.

Олег последовал за ней. Переход по трапу дался ему тяжело. Гипс на правой руке весил тонну, а левая сторона тела все еще пульсировала болью от перегоревших нервов. Он кутался в новый плащ из грубой мешковины, который купила Каэлана, пытаясь скрыть остатки своей «божественной» брони под слоем грязи.

— Куда теперь? К Грум-Башне у нас дороги нет, Инквизиция перекрыла северные тракты, — Олег оглянулся на шпиль Цитадели, едва видимый сквозь вечный смог Разлома. Далеко-далеко вверху маленькая белая искра отделилась от вершины и полетела вниз. Кто-то еще решил свести счеты с жизнью или его просто сбросили.

— У нас есть золото и камни, которые фонят магией так, что сводит зубы, — Каэлана уверенно свернула в лабиринт металлических контейнеров, служивших здесь улицами. — Нам нужен Перекресток. Место, где контрабандисты Старого Мира меняют земные процессоры на эльфийские уши. Там найдем скупщика и кузнеца. Настоящего, а не того шарлатана, что залил тебе в руку строительный клей.

Они шли около получаса. Мусорная Заводь жила своей жизнью: мутанты-сборщики тащили кабели, голые по пояс амбалы разгружали ящики с чем-то шевелящимся, а над головами постоянно грохотали подвесные монорельсы.

Каэлана двигалась как вода — текла сквозь толпу, никого не задевая. Олег же был айсбергом. Прохожие налетали на него, чертыхались, но, встретившись взглядом с его бледным, осунувшимся лицом, тут же замолкали и растворялись в тумане. Его Метка Первожертвы была скрыта бинтами, но она излучала волны тихой, первобытной угрозы.

Перекресток оказался огромным ангаром, собранным из десятка списанных космических челноков. Внутри пахло озоном, жареным мясом и дорогим табаком. Под потолком висели клетки с светящимися насекомыми, заменявшие люстры.

— Жди здесь, у стойки со слизью, — приказала Каэлана, кивнув на барную стойку, где вместо пива разливали зеленую фосфоресцирующую субстанцию. — Не привлекай внимания. Если через двадцать минут не вернусь — уходи портовыми путями, меня не жди.

Она растаяла в пестрой толпе торговцев, наемников и существ, которых Олег даже не мог классифицировать.

Олег добрался до бара. Бармен — существо с осьминожьими щупальцами вместо нижней половины лица — молча протер стакан глазом. Олег заказал воду. Когда ему принесли стакан с густой желеобразной массой, он понял, что пить это нельзя.

Он сел спиной к стене, положив сумку с частью кристаллов на колени, а здоровую левую руку держа рядом с эфесом «Разрыва». Боль в правой руке стала тупой, ноющей. Он посмотрел на гипс. Местный коновал сказал, что алхимическая сварка костей будет чесаться перед тем, как схватиться окончательно. Рука уже начала зудеть невыносимо.

Прошло пятнадцать минут. На периферии зрения интерфейс моргнул:

*[ДЕБАФФ: ИТЧИНГ (ЗУД) — ВЫНОСЛИВОСТЬ -5%]*

Олег тихо выругался. Он попытался почесать зудящее место здоровой рукой, случайно задев край гипса. Этого оказалось достаточно.

Импульс боли прошел по нервам. Черная кровь отреагировала мгновенно.

Из-под края гипса вырвалась тонкая струйка дыма, которая пахла серой и раскаленным железом. Стакан с желе на столе перед ним вскипел и испарился за секунду.

— Проблемы с пищеварением, парень? — раздался голос слева.

К нему подсело массивное существо, похожее на медведя, вставшего на задние лапы. От него несло потом, оружейной смазкой и дешевым стимулятором. За его спиной маячили двое таких же громил.

— Отвали, — бросил Олег, не поворачиваясь. Его интерфейс снова мигнул красным: *[УРОВЕНЬ БОЛИ ПРЕВЫШЕН. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ЛЕГКИЙ ОБЕЗБОЛИВАЮЩИЙ]*.

— Грубый, — прорычал «медведь», кладя огромную лапу на плечо Олега. — А мы видели, как твоя белобрысая подружка спускается в нижние уровни. Говорят, там торгуют органами тех, кто слишком много болтает. Ей может понадобиться помощь... вооруженная помощь.

Это была классическая разводка Нижних Ярусов. Один держит тебя разговорами, трое заходят сзади.

Олег медленно выдохнул. Адреналиновый откат закончился час назад, сейчас он чувствовал себя разбитым корытом. Но рука зверя на плече давила на сломанные кости таза и поврежденное легкое.

*[АКТИВАЦИЯ СПОСОБНОСТИ: НАСМЕШКА (ТОЧЕЧНАЯ)]*

Олег не стал кричать. Он просто позволил своему импланту транслировать одну единственную мысль прямо в мозг «медведя»: *«Я голоден. И ты выглядишь вкусным»*.

Зверь замер. Его зрачки расширились от ужаса. Низкий интеллект реагировал на чистую угрозу инстинктивно. Громила отшатнулся, поскользнулся на мокром полу и рухнул навзничь, опрокидывая соседний стол.

Его дружки замешкались всего на долю секунды.

Этой доли хватило Каэлане.

Она возникла позади одного из них бесшумно. Ее движение было настолько быстрым, что воздух свистнул. Белые волосы взметнулись вихрем. Она ударила открытой ладонью в затылок бандита. Раздался хруст, словно наступили на сухую ветку. Парень упал без звука.

Второго она поймала за запястье, когда тот пытался достать шоковую дубинку. Резкий поворот кисти, рывок на себя — локтевой сустав вывернулся под неестественным углом. Наемница использовала инерцию врага, чтобы швырнуть его прямиком в колонну.

Все заняло три секунды.

Бар затих. Даже бармен перестал моргать своим стаканом.

Каэлана поправила выбившуюся прядь волос и подошла к Олегу. Посмотрела на лужу рвоты, которую оставил после себя «медведь».

— Твой дебафф «Запугивание» прокачан до максимума, — констатировала она. — Собирайся. Скупщик ждет.

***

Нижние уровни Перекрестка напоминали внутренности механического сердца. Они спустились по винтовой лестнице, вокруг которой вращались гигантские шестерни. Воздух здесь был тяжелым, насыщенным металлическим привкусом.

Их встретил склад, заваленный хламом Земли: старые мониторы, автомобильные покрышки, игровые консоли прошлого века и горы оружия.

За столом сидел худой человек в очках с толстыми линзами. Его пальцы заканчивались длинными механическими иглами для пайки.

*[Механик Зиги | Ур. ???]*

— Каэлана, — кивнул он, не отрываясь от манипулятора, которым перебирал детали разобранного плазмагана. — Принесла долг?

— Лучше, — девушка бросила на стол один крупный фиолетовый кристалл. — Чистая энергия Бездны. Плюс аванс за работу.

Зиги надел на глаз увеличительную лупу и посмотрел на камень. Затем перевел взгляд на Олега.

— Это тот самый Баг Крови? — он прищурился. — Ты горишь синим пламенем, парень. Твоя энергосистема конфликтует с физикой Эреба. Если оставить как есть, ты однажды чихнешь и развалишь квартал.

— Мне нужно новое сердце, — прохрипел Олег. — И правая рука. Старая превратилась в мел.

Зиги цокнул языком, встал и подошел к Олегу. Без спроса сорвал повязку с груди. Провода Искандера выглядели жутко — обугленные черные нити, вплавившиеся в мясо.

— Имплант мертв. Моторчик тоже. Но каналы чистые. Тебе повезло, что девчонка знала дозировку стимуляторов, иначе твои синапсы сварились бы вкрутую.

Он достал из кармана халата странный прибор, похожий на гибрид стетоскопа и гаечного ключа. Приложил к груди Олега.

— Частота пульса скачет. Сто сорок ударов в минуту покоя. Ты ходячий сердечный приступ.

— Что ты можешь предложить? — вмешалась Каэлана. — Бюджет ограничен. Нам нужны надежность и скрытность. Никакого яркого света.

Зиги отошел к стеллажам и загремел металлом.

— Надежность и скрытность… — бормотал он. — Старый Мир умел делать вещи. Сейчас делают либо красиво, либо смертоубийственно. Совместить трудно...

Он вернулся, держа в механических пальцах матово-черный цилиндр размером с кулак.

— Бионическое сердце серии «Тихий Омут». Использовалось в диверсионных отрядах Земной Федерации. Полностью поглощает кинетический удар, перерабатывая его в электрический импульс. Бесшумное. Срок службы — пока тебя не расплавят.

— Сколько? — спросила Каэлана.

— Вместе с установкой и новой нервной проводкой? Три крупных кристалла.

Каэлана нахмурилась, но придвинула к нему еще два камня поменьше.

— А рука? — напомнил Олег.

Зиги улыбнулся, обнажая металлические коронки.

— О, рука — это моя любимая часть. Вы ведь назвали свой меч «Разрыв»? Значит, вам нравится эстетика распада. Держите.

Он вытащил из сейфа предмет, завернутый в промасленную ткань. Развернул.

Это был протез, но не грубое изделие местных кузнецов. Изящная конструкция из черного титана и прозрачных трубок, внутри которых циркулировала какая-то жидкость. Вместо ладони — четыре длинных, тонких пальца-лезвия, сложенных вместе, напоминающих клюв хищной птицы.

— Модель «Гарпия», — похвастался Зиги. — Игрушка элитных убийц Корпоративного Сектора. Режет сталь, блокирует удары, встроенный инъектор парализующего яда. И главное…

Он нажал кнопку на предплечье протеза. Пальцы со щелчком разошлись. Внутри ладони открылся ствол калибра двенадцать миллиметров.

— Интегрированный гранатомет. Заряжается стандартными ручными гранатами или спецзарядом.

Олег смотрел на свою будущую руку. Она выглядела одновременно прекрасно и чудовищно.

— Оно убьет меня отдачей, — заметил он. — Моя ключица рассыпется.

— Не убьет, — хитро прищурился Зиги. — Потому что ваше новое сердце «Тихий Омут» поглотит импульс. Синергия, детишки. Я соберу вас как единый механизм. Левая половина — живая плоть и магия Бездны. Правая — холодный расчет Старой Земли.

— Цена руки? — голос Каэланы стал жестким.

— Оставшиеся кристаллы. И ваш старый меч.

Каэлана напряглась.

— «Разрыв» не продается.

— Мне не нужна ваша зубочистка, — фыркнул Зиги. — Мне нужна информация. Руны на клинке. Они написаны на языке, которого нет в базах данных Эреба. Древний код. Взамен я дам вам стандартный тесак в подарок.

Олег посмотрел на Каэлану. Она едва заметно качнула головой. Отдавать оружие, которое спасало им жизнь, первому встречному инженеру было самоубийством.

Но выбора не было. Без руки Олег станет обузой. Без сердца — трупом.

— По рукам, — сказал Олег. — Но установка сегодня. Прямо сейчас.

Зиги потер механические руки.

— Люблю энтузиастов. Раздевайтесь и ложитесь на операционный стол. Сегодня ночью, господа аномалии, мы будем делать из вас совершенство.

Глава 14

**Глава 14. Анатомия совершенства**

Операционная Зиги напоминала логово безумного таксидермиста, помешанного на стимпанке. Вместо операционных ламп — прожекторы от боевых дронов, подвешенные на ржавых цепях. Воздух пах озоном, спиртом и жженой костью.

— Расслабься, Баг Крови, — пробормотал Механик, надевая тяжелый сварочный шлем с затемненным стеклом. — Я собирал экзоскелеты для марсианских колоний еще до того, как твой дедушка научился ходить. Для меня ты просто сложный конструктор «Лего».

Олег лежал на холодном металлическом столе, пристегнутый ремнями за здоровую левую руку и ноги. Над ним нависала конструкция, похожая на гигантский металлический паук с десятками манипуляторов. Один держал лазерный скальпель, другой — инжектор с густой черной жидкостью (костный клей), третий покачивал в воздухе его новую правую руку — изящную и смертоносную «Гарпию».

Каэлана стояла у изголовья, прислонившись плечом к холодной стене. Она не смотрела на манипуляции Зиги — ее взгляд был прикован к лицу Олега, контролируя каждое подергивание мышц. В руках она небрежно крутила свой дымчатый кинжал, но Олег знал: если сердце откажет или Механик сделает лишнее движение, Зиги не успеет даже моргнуть.

— Анестезия? — просипел Олег. Его горло пересохло.

— Лучшая, — хмыкнул Зиги, активируя первый манипулятор. — Старый добрый удар по затылку я тебе запрещаю, твоя нейросеть слишком нестабильна. Так что терпи в сознании. Боль полезна — она доказывает, что пациент жив.

Лазерный скальпель вспыхнул красным. Олег зажмурился.

Боли не было. Вернее, была, но какая-то отстраненная, словно он смотрел голографическую запись собственной операции. «Тихий Омут» внутри груди начал работать на полную мощность, поглощая болевой шок и переводя его в ровное электрическое гудение.

*«Бионическое ядро синхронизировано»,* — высветилось перед глазами сообщение интерфейса, который каким-то чудом все еще работал напрямую через зрительный нерв.

*[РЕЖИМ ОТЛАДКИ АКТИВЕН]*

*[ФИЗИЧЕСКИЙ УЩЕРБ: ИГНОРИРУЕТСЯ СИСТЕМОЙ]*

Зиги вскрыл гипс. Обугленные провода Искандера торчали из грудной клетки, как мертвые корни дерева. Механик без малейшего трепета вырвал их пальцами-механизмами. Раздалось громкое шипение — остатки старой электроники сгорели в пепел.

— Вытаскиваю мусор, — прокомментировал он. — Твое родное сердце... м-да. Шрамы, фиброз, микроинфаркты. Ты жил на износ еще *до* попадания сюда, да, парень?

Он отбросил бесполезный орган в металлический таз. Звякнуло глухо.

Затем началась сборка. «Тихий Омут» вошел в грудную клетку идеально, заняв место между легкими. Манипуляторы Зиги двигались со скоростью швейной машинки, соединяя артерии титановыми скобами.

— Дыши глубже, — приказала Каэлана. Ее голос звучал как единственный островок реальности в этом кошмаре. — Давай, Олег. Вместе со мной. Вдох...

Он вдохнул. Новый насос качнул кровь. По телу разошлось странное чувство холода, сменившееся мощным приливом сил. Это было не биение живого мяса. Это был ритмичный, точный гул турбины.

*[ПАРАМЕТРЫ: ВЫНОСЛИВОСТЬ +20, СИЛА +15, ИНТЕЛЛЕКТ -5 (временная химическая дезориентация)]*

— А теперь самое интересное, — осклабился Зиги, переходя к правой руке.

Он отпилил то, что осталось от кисти Олега, чуть выше локтя. Запахло жареной плотью. Каэлана продолжала монотонно считать ритм дыхания, не давая Олегу провалиться в обморок.

Механик впрыснул в культю катализатор слияния — черную маслянистую жидкость.

— Будет щипать, — предупредил он.

Щипать — это мягко сказано. Нервы взвыли. Новая рука «Гарпия» опустилась сверху. Зиги не стал использовать швы. Он использовал молекулярную сварку. Металл протеза буквально *срастался* с плечевой костью, проникая внутрь пор. Черные трубки-жгуты вонзились в мышцы спины и шеи, подключаясь к новому сердцу.

Когда манипулятор отодвинулся, рука выглядела пугающе идеальной. Матовый черный металл плавно перетекал в человеческую кожу плеча без единого шва.

— Тест системы, — щелкнул тумблером Зиги.

Олег попытался пошевелить пальцами. Правая кисть дернулась. Пальцы-лезвия сложились в кулак. Ощущение было жутким: мозг посылал сигнал живой руке, а получал ответ от гидравлики и сервоприводов. Но отклик был мгновенным.

— Нейроинтерфейс стабилен, — кивнул Механик, вытирая руки ветошью. — Поздравляю. Теперь ты официально стоишь больше, чем весь этот ангар вместе со мной. Если попадешь в плен к Инквизиции, они разберут тебя на запчасти по винтику и будут праздновать месяц.

Олег сел на столе. Кожаная куртка висела мешком — правое плечо стало значительно шире из-за скрытых механизмов. Он поднял «Гарпию». Пальцы сжались. Из кончиков лезвий выдвинулись иглы инъекций.

— Чувствую себя Терминатором, — выдохнул он.

— Кем? — не поняла Каэлана, подходя ближе. Она внимательно осмотрела шов между металлом и кожей, провела по нему пальцем. Холодный титан никак не отреагировал на касание.

— Земной фольклор, — отмахнулся Олег. — Важно другое. Рука работает. Сердце работает. Что с головой, Зиги? Спящий оставил во мне маяк?

Механик перестал улыбаться. Он подошел к терминалу и защелкал клавишами древней клавиатуры Старого Мира.

— Маяка нет. Архитекторы работают тоньше. Они внедрили протокол сопряжения прямо в твою префронтальную кору, когда ты взломал сервер своим голым кулаком. Сейчас он спит. Но когда они спустят обновление… — Зиги помрачнел. — Твоя личность будет стерта. Код перезапишет носитель. Ты станешь ими.

Каэлана напряглась.

— Сколько у нас времени?

— Сорок восемь часов, как сказал призрак. Потом принудительная загрузка патча. Вас найдут везде. Эреб связан единой астральной сетью.

Зиги достал из кармана халата стеклянный шприц, наполненный серебристой жидкостью.

— Последняя услуга за те кристаллы, что остались после оплаты стола, — он потряс шприц. — Жидкая память. Блокирует внешние ментальные импульсы на двенадцать часов. Полностью. Ты станешь невидимкой для сканеров Цитадели. Но есть побочка.

— Какая? — спросил Олег.

— Пока действует антидот, твои способности заблокированы. Никакой крови, никакой «Вендетты», никакого «Насмешки». Ты будешь обычным человеком. Очень злым человеком с железной рукой, но смертным. На двенадцать часов ты лишаешься своего чит-кода.

Олег посмотрел на Каэлану. Она встретила его взгляд. В красных глазах не было страха. Только холодный расчет.

— Бери, — сказала она. — Нам нужно добраться до Перекрестка контрабандистов. Там мы найдем корабль до Гнилых Островов. За пределами материка сеть Инквизиции не ловит.

Олег закатал рукав левой руки. Серебристая жидкость обожгла вену ледяным огнем.

*[ДЕБАФФ: АБСОЛЮТНЫЙ НУЛЬ]*

*[ВСЕ СПОСОБНОСТИ ЗАБЛОКИРОВАНЫ НА 720 МИНУТ]*

*[СТАТУС: ОБЫЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК]*

Гул черного сердца в груди стал единственным звуком, который он слышал. Магия ушла. Осталась только механика.

— Вставай, жестянка, — Каэлана закинула свою сумку на плечо и направилась к выходу. — У нас меньше суток, чтобы исчезнуть из этого мира. И нам понадобится транспорт.

Олег спрыгнул со стола. Новое колено слегка щелкнуло — старые травмы давали о себе знать. Он чувствовал непривычную легкость и страшную уязвимость. Впервые за все время в Эребе он не мог взорвать врагов своей кровью.

— Куда идем? — спросил он, проверяя, как «Гарпия» выходит из боевого режима, пряча лезвия и принимая вид обычной, хоть и массивной, руки.

— В Верхний Город, — бросила через плечо Каэлана. — Самое охраняемое место в Цитадели. Именно оттуда уходят орбитальные лифты Древних.

— Нас схватят на первом же КПП, — заметил Олег. Без своих способностей он был просто куском мяса.

— Поэтому мы не пойдем через ворота, — ухмыльнулась наемница, доставая из ножен дымчатый кинжал. — Мы устроим такое представление в Нижнем Городе, что вся стража Инквизиции сбежится смотреть вниз. А мы поднимемся наверх. Закон жанра, Олег. Отвлекающий маневр.

Она остановилась у двери ангара и посмотрела на него долгим взглядом.

— Кстати, протез отлично смотрится. Придает образу брутальности. Может, перестанешь носить эти убогие плащи бродяги? Купим тебе длинный кожаный плащ. Чтобы развевался на ветру, когда ты будешь стоять на капитанском мостике.

Впервые за долгое время Олег искренне, широко улыбнулся, чувствуя, как стягиваются свежие швы на лице.

— Только если ты научишься красиво прыгать на фоне взрывов.

Они вышли в туман Мусорной Заводи. Наверху, над крышами Нижнего Города, завыли сирены Инквизиции. Игра перешла в финальную фазу, где ставкой были уже не очки опыта, а сама душа игрока.

Глава 15

**Глава 15. Театр одного взрыва**

Верхний Город нависал над Мусорной Заводью, словно корона из черного стекла и белого золота, покоящаяся на стальных сваях. Внизу царили смог и гниль, здесь же воздух был стерильным, а между шпилями курсировали гравитационные платформы.

— План «А», — Каэлана остановилась в тени гигантской водонапорной башни, откуда открывался вид на Площадь Единения — центральную развязку Нижнего Города. — Через десять минут начнется пересменка стражи у Восточных ворот Верхнего Города. У нас будет окно в девяносто секунд.

— А план «Б»? — Олег проверил заряд механического протеза. Чувствовать себя обычным человеком было непривычно и пугало до дрожи. Он больше не чувствовал пульсацию Бездны в венах.

— Плана «Б» нет, — отрезала она. — Есть только массовое убийство с целью привлечения внимания.

Она достала из подсумка гладкий металлический шар размером с кулак. На его поверхности мигал красный светодиод.

— Что это? — нахмурился Олег. — Магическая бомба?

— Это привет от Зиги, — ухмыльнулась Каэлана. — Списанный генератор плазменного щита Старой Земли. Я попросила его перенастроить контур обратной связи. Если подать на него слишком много энергии…

— Он взорвется как маленькая звезда, — закончил за нее Олег.

— Именно. И я знаю место, где энергии хоть отбавляй.

Каэлана указала на массивное здание без окон, стоящее посреди площади. Из его крыши торчали огромные кристаллы-медиумы, пульсирующие синим светом.

— Подстанция номер четыре. Питает силовые поля Верхнего Города. Местные банды обходят ее стороной, потому что тамошние турели сжигают мусорщиков еще на подходе. Но они настроены на обнаружение *активной* магии и тепловизоры.

Олег проследил за ее взглядом и понял.

— Они не увидят меня, пока я просто стою. Мое сердце холодное, магия заблокирована. Для их сканеров я — пустое место.

— Верно, жестянка, — кивнула Каэлана. — Ты подходишь к стене, лепишь эту игрушку на главный трансформатор и бежишь обратно. Как только ты будешь в безопасности, я активирую детонатор. Вспышка сожжет половину электроники Нижних Ярусов. Стража со всего города ринется туда спасать задницы своих хозяев из Верхнего Города. Ворота останутся почти без охраны.

— Почти? — уточнил Олег.

— Там останется один паладин. Командир смены. Уровень сорок плюс. Полный силовой доспех. Нам нужно пройти мимо него или умереть.

***

Площадь была пустынна. Только автоматические уборщики скребли брусчатку. Турели на крыше подстанции медленно вращали стволами, похожие на сонных механических богомолов.

Олег выдохнул, поправил воротник нового кожаного плаща (длинного, как и хотела Каэлана) и шагнул на свет фонарей.

Он шел прогулочным шагом. Его бионическое сердце билось ровно и тихо. Ни всплесков адреналина, ни паники — система «Тихий Омут» фильтровала эмоции, поддерживая идеальный гормональный фон для спокойствия. Это было жутко: он понимал, что идет на смерть, но тело реагировало так, будто он идет за хлебом.

Первая турель повернула голову-объектив в его сторону. Красный лазер прицела мазнул по груди, задержался на металлическом плече «Гарпии»… и скользнул дальше. Искусственный интеллект турели классифицировал его как «крупный механизм/обслуживающий дроид» и потерял интерес.

Олег прислонился к холодной стене подстанции прямо под брюхом огромного синего кристалла. Кристалл гудел, излучая тепло. Рядом проходила толстая медная шина заземления.

— Идеально, — прошептал он.

Он вытащил плазменную сферу. Магнитная подошва активировалась с тихим щелчком. Олег приложил шар к металлу. Шар мгновенно впился в поверхность, глубоко погрузившись в медь.

Внезапно позади раздался тяжелый, ритмичный лязг. Не шаги бандитов. Шаги сервоприводов класса «Голиаф».

Из-за угла вывернул патруль Инквизиции. Впереди шел тот самый командир смены — рыцарь в сияющей белой броне, украшенной золотыми печатями чистоты. За ним следовали двое стрелков с арбалетами.

Паладин остановился. Его шлем зафиксировался на фигуре Олега.

*[ОБНАРУЖЕНО НЕИДЕНТИФИЦИРОВАННОЕ СОЕДИНЕНИЕ]*

Голос рыцаря прогремел из внешних динамиков брони:

— Гражданский конструкт в запретной зоне. Назови серийный номер владельца.

Сердце Олега пропустило удар. Бионический насос взвыл, пытаясь компенсировать внезапный выброс страха. Система «Абсолютный Нуль» работала идеально — способности были мертвы, он не мог вспыхнуть черной кровью. Он был просто парнем с железной рукой перед лицом бога войны.

— Серийный номер аннулирован, — ровным голосом ответил Олег. Он понятия не имел, почему это сказал, но слова прозвучали как машинный код.

Паладин поднял огромный силовой меч. Энергия клинка загудела, разрывая капли тумана вокруг.

— Угроза протоколу Безопасности. Принудительная демилитаризация объекта.

Стрелки вскинули тяжелые арбалеты. Болты были толщиной с палец и светились от вложенной маны.

Олег посмотрел вверх. До края крыши, где стояла турель, было метров пять.

— Прости, малышка, — пробормотал он про себя, обращаясь к бомбе Зиги.

Он бросился вперед. Не на паладина — под ноги ему.

Рыцарь махнул мечом сверху вниз, целясь разрубить «неисправного дроида» пополам. Обычного человека такой удар превратил бы в фарш.

Олег упал на спину прямо в грязь. Силовое лезвие прошло в сантиметре от его лица, опалив брови жаром плазмы.

Используя инерцию падения, Олег зацепился здоровой левой рукой за решетку ливневки и рванул свое тело в сторону.

«Гарпия» правой руки раскрылась. Гидравлические пальцы-лезвия сомкнулись на лодыжке второго стрелка, который не успел среагировать.

Олег дернул. Механическая сила протеза, умноженная на отсутствие болевого порога, сделала невозможное. Он вырвал ногу орка-стрелка из тазобедренного сустава. Кровь хлестнула фонтаном. Раненый взвыл, падая и сбивая с ног третьего бойца.

— Объект агрессивен! — взревел Паладин. — Ликвидировать!

Олег перекатился, уходя от залпа арбалета. Болт вонзился в землю там, где он лежал секунду назад.

Время замедлилось. Девяносто секунд Каэланы истекали. Ему нужно было удержать их здесь хотя бы полминуты.

Он увидел открытый люк технического обслуживания у основания стены подстанции. Узкая труба, ведущая куда-то во тьму.

Идеальная ловушка.

Олег метнулся к люку. Паладин тяжелой поступью двинулся следом. Рыцарь был быстр для горы металла, но неповоротлив.

Олег нырнул в трубу ногами вперед. Труба была узкой — плечи застряли. Он оказался зажат, представляя собой отличную мишень.

— Попался, ошибка системы, — Паладин занес меч, чтобы пригвоздить Олега к стенке трубы одним ударом.

Именно этого Олег и ждал.

Он активировал единственный инструмент, который оставался в «Гарпии» после того, как он потратил заряды парализатора на нижних уровнях.

Внутри ладони раскрылся ствол гранатомета.

Выстрелить внутри замкнутого пространства означало оглохнуть самому. Но выбора не было.

Олег нажал сенсор большим пальцем.

Реактивный снаряд вылетел в упор прямо в нагрудник Паладина.

Взрыва не было. Был глухой звук удара бейсбольной биты о кусок мяса. Отдача «Гарпии» толкнула Олега глубже в трубу, чуть не сломав ему ключицу, несмотря на защиту сердца.

Силовой щит паладина вспыхнул ярко-синим, поглощая взрыв. Но кинетический импульс сделал свое дело. Рыцаря весом в триста килограммов опрокинуло на спину, впечатав в стену соседнего здания. Его визор пошел трещинами.

— Контужен… но жив, — прохрипел Олег, извиваясь в трубе, пытаясь высвободить плечи.

В этот момент площадь озарилась мертвенно-белым светом.

Над крышей подстанции возник второй купол — ослепительный, ревущий шар чистой плазмы. Генератор Зиги поглотил энергию синих кристаллов и выплеснул ее обратно.

Подстанция перестала существовать. Во всем Нижнем Городе погас свет. Огни Верхнего Города тревожно замигали.

Раздался вой сирен — сотни голосов, сливающихся в единый хор паники.

Каэлана возникла из теней прямо над упавшим Паладином. Она спрыгнула бесшумно, оседлав грудь поверженного гиганта. Ее кинжал вошел точно в смотровую щель шлема. Визор лопнул. Рыцарь дернулся и затих.

— Время вышло, — сказала она, вытаскивая клинок и вытирая его об белый плащ паладина. — Вся стража сейчас внизу тушит пожар и мародерствует. Ворота открыты. Бегом!

Олед кое-как выбрался из трубы. Левое плечо кровоточило, новая рука покрылась копотью, но гидравлика работала исправно.

Они побежали к Восточным воротам. Навстречу им неслась толпа беженцев и мародеров, спешащих поживиться в суматохе. Створки огромных врат действительно были распахнуты настежь. Охраны не было — лишь брошенный алебардист валялся на земле с проломленным черепом.

Они пересекли границу Верхнего Города. Стерильный белый свет сменился мягким золотистым сиянием. Сирены остались позади.

Олег остановился, тяжело опираясь на колено. Адреналиновый блок «Абсолютного Нуля» начал отпускать. Боль в плече вернулась резким спазмом.

— Мы сделали это, — выдохнул он.

Каэлана сняла свой окровавленный плащ, оставшись в одной нательной броне. Она посмотрела наверх. Над ними возвышалась Башня Орбитального Спуска — игла пронзающая облака.

— Нет, — спокойно ответила она. — Мы только купили билет на корабль. Теперь нам нужно угнать сам лифт.

Где-то высоко в небе, сквозь расступающиеся облака, блеснул металл приближающейся орбитальной станции.

Глава 16

**Глава 16. Гравитационный колодец**

Верхний Город дышал богатством и паранойей. В отличие от хаоса Мусорной Заводи, здесь царила абсолютная тишина, нарушаемая лишь шелестом гравитационных потоков. Золотые шпили пронзали облака, а мостовые были сделаны из цельных плит полированного мрамора, в которых отражались звезды.

— Не останавливайся, — прошипела Каэлана, таща Олега за рукав в густую тень колоннады Храма Чистоты. — У нас осталось сорок минут до того, как Инквизиция поймет, что бомба была не диверсией культистов, а прощальным подарком снизу.

Олег тяжело привалился к холодному камню. Бионическое сердце «Тихий Омут» гудело ровно, но левое плечо пульсировало болью — сухожилие все-таки надорвалось во время рывка в трубе. Его новая правая рука, скрытая под перчаткой плаща, казалась мертвым грузом.

— Как мы попадем на станцию? — спросил он, глядя вверх. Орбитальный лифт выглядел как бесконечная нить света, уходящая в космос. У его основания возвышался колоссальный ангар с бронированными дверями высотой в пятьдесят метров. — Там охрана уровня «Бог». Нас испепелят еще на парковке.

— Мы не пойдем через парковку, — Каэлана достала из внутреннего кармана плоский прямоугольник пластика — универсальный пропуск-карту Старой Земли. На ее поверхности мерцал герб Земной Федерации: орел, держащий молнии. — Зиги нашел это в желудке одного чиновника пару лет назад. Сказал, что карта дает доступ ко всем гражданским терминалам связи. Но я думаю, она стоит дороже.

Она подошла к неприметной сервисной панели лифта, спрятанной за декоративной статуей ангела. Провела картой по считывателю.

Красный свет сменился изумрудным. Раздался мелодичный женский голос, звучащий прямо из воздуха:

*[Голосовой помощник «Гея-7» | Статус: Режим ожидания]*

— Добро пожаловать, Администратор Класса Альфа. Текущий протокол безопасности: Карантин. Ожидаете ли вы инспекционную группу?

Каэлана наклонилась к микрофону, искажая свой голос до низкого, властного баритона:

— Группа задерживается. Обнаружена плазменная аномалия в секторе Забвения. Приказываю перевести управление лифтом в ручной режим. Подготовить кабину номер один для экстренной эвакуации ценного груза. Код отмены биометрической проверки: Нуль-Тени.

Пауза длилась три секунды. Для них они показались вечностью.

*[КОД ПРИНЯТ]*

*[АВТОРИЗАЦИЯ: АДМИНИСТРАТОР АЛЬФА]*

*[РЕЖИМ: ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ]*

— Ручной режим активирован. Кабина номер один готова. Приоритетный маршрут: Поверхность — Станция «Эреб-Прайм». Приятного полета.

Створки служебного ангара разошлись беззвучно. Внутри пахло озоном и старым пластиком. Огромная кабина размером с железнодорожный вагон висела в полуметре от пола, удерживаемая антигравами.

— Залезай, — скомандовала Каэлана, ныряя внутрь первой. — И молись, чтобы никто не проверил камеры наружного наблюдения раньше, чем мы выйдем в стратосферу.

***

Как только тяжелая внешняя дверь шлюза закрылась, отрезав их от золотого света Верхнего Города, Каэлана обмякла, прислонившись спиной к переборке. Она сорвала с лица маску сурового администратора и глубоко вдохнула.

— Я думала, у меня остановится сердце, — призналась она обычным голосом. — Если бы эта жестянка спросила про серийный номер *моего* пропуска…

— Ты блефовала системой столетней давности против Искусственного Интеллекта Цитадели, — Олег сполз по стене на металлический пол. — Это был самый красивый бред, который я слышал.

Кабина дернулась и начала плавный, но стремительный подъем. Поле зрения начало размываться — лифт пробивал слои атмосферы.

— Куда мы летим? — спросил Олег. — Что такое «Эреб-Прайм»?

— Древняя ретрансляционная станция на стационарной орбите, — Каэлана села напротив него, скрестив ноги. — Отсюда транслировался исходный код игры. Именно там ядро Эреба соединяется с серверами Старой Земли. Если где-то и можно снять с тебя метку Первожертвы без превращения твоего мозга в яичницу, то только там.

Она кивнула на его правую руку:

— Кстати, твоя новая игрушка… Пока ты отвлекал паладина своим телом, я взломала внутренний реестр Гильдии Механиков. Протез «Гарпия» числится в розыске. Он принадлежал личному ликвидатору Верховного Трибунала Корпоративного Сектора. Тому самому парню, которого разорвал Цербер в канализации два года назад.

— То есть моя рука ищет свою вторую половину? — усмехнулся Олег, пошевелив металлическими пальцами. Гидравлика ответила тихим шипением.

— То есть если мы встретим любого корпоративного офицера, он попытается отрубить тебе кисть в качестве сувенира, — фыркнула она. — Привыкай быть коллекционным изданием.

Лифт резко замедлился. По корпусу прошла вибрация.

— Мы прибыли, — сказала Каэлана, вставая. — Надевай капюшон поглубже. Станция заброшена, но автоматические системы охраны могут принять нас за космический мусор и распылить на атомы.

Шлюз открылся.

Станция «Эреб-Прайм» представляла собой сюрреалистическое зрелище. Огромное колесо центрифуги медленно вращалось в пустоте, создавая искусственную гравитацию. Сквозь панорамные окна купола открывался вид на планету внизу — фиолетовый шар Эреба, опоясанный кольцом обломков и сияющий вспышками магических штормов.

Но внутри станции жизни не было. Только гул вентиляторов и мигание аварийных красных ламп.

Они прошли по коридору, застеленному пожелтевшими инструкциями о пожарной безопасности. В главном зале управления стоял запах пыли и дешевого кофе.

— Здесь никого не было со времен Исхода, — прошептала Каэлана, проводя рукой по консоли. Толстый слой серой пыли покрывал всё вокруг. — Спящий уничтожил связь, но само железо осталось нетронутым.

Олег подошел к центральному терминалу. Монитор мигнул, загружая операционную систему Windows XP. Тот самый логотип, который показывал Архитектор.

— Система запрашивает пароль доступа к ядру, — сказал Олег. Его интерфейс моргнул зеленым: *[ОБНАРУЖЕН НЕЙРОИНТЕРФЕЙС ПОДКЛЮЧЕНИЯ]*.

Он положил здоровую левую ладонь на сенсорную панель. Металл терминала был ледяным.

— Попробуй стандартный логин Земля-2023, — предложила Каэлана, стоя у двери с кинжалами наголо, охраняя периметр.

Олег закрыл глаза. Он вспомнил свою комнату, звук кулера старого ПК, запах пиццы перед рейдом.

Он напечатал: `Admin`.

Затем: `Password`.

Терминал пискнул.

*[ДОСТУП К ЛОКАЛЬНОМУ СЕРВЕРУ РАЗРЕШЕН]*

*[АКТИВИРОВАН РЕЖИМ ОТЛАДКИ СТАНЦИИ]*

— Есть, — выдохнул Олег. — Я внутри. Где искать снятие дебаффа?

— Папка `/System/Core/Ereb`. Файл `Player_Registry`, — подсказала Каэлана, выглядывая в окно. — Быстрее, Олег. Мои внутренние часы говорят, что Инквизиция уже подняла перехватчики.

Олег открыл файл реестра. Перед глазами побежали миллионы строк кода. Имена игроков, даты входа, координаты респауна. Большинство статусов значилось как `[DISCONNECTED / LOST]` или `[CORRUPTED]`.

Он нашел себя.

`Oleg_Nikitin | ID: 86 | STATUS: ACTIVE (BUG)`.

Рядом горела иконка протокола: `[ROOTKIT: ABYSS_PROTOCOL_V2]`.

— Нашел, — пальцы забегали по клавиатуре. — Запускаю процедуру извлечения руткита. Требуется подтверждение удаления системного файла. Вы уверены?

— Жми! — поторопила Каэлана. — Они уже в доках!

Олед занес палец над клавишей Enter.

И вдруг замер.

Его взгляд упал на соседнюю строку в реестре. Имя, которое он знал слишком хорошо.

`Kaelana_White | ID: 42 | STATUS: ACTIVE (ANOMALY)`.

Под статусом стояла пометка, которой не было больше ни у кого:

`[DESIGNATION: WARDEN // MISSION: OBSERVE & REPORT]`

— Каэлана... — голос Олега дрогнул.

Девушка обернулась. Ее лицо побелело.

— Что ты увидел?

— Ты знала, — тихо произнес он. — Ты знала, кто такие Архитекторы. Ты знаешь, что будет после удаления файла. «Обновление», о котором говорил призрак… это не просто удаление меня. Это форматирование всего сервера. Стерилизация мира.

Интерфейс Олега вспыхнул багровым предупреждением:

*[ОБНАРУЖЕНО ВНЕШНЕЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО]*

*[ПРОТОКОЛ АБСОЛЮТНЫЙ НУЛЬ ИСТЕКАЕТ ЧЕРЕЗ 5 МИНУТ]*

*[СПОСОБНОСТЬ «ВЕНДЕТТА» ВОЗВРАЩАЕТСЯ]*

Раздался оглушительный скрежет. Внешний шлюз станции содрогнулся от удара. Бортовые орудия орбитальной обороны открыли огонь.

Перехватчики Инквизиции нашли их.

Белый потолок зала управления пошел трещинами от близкого взрыва. Сверху посыпалась изоляция.

Каэлана бросилась обратно к Олегу, перепрыгивая через искрящие провода. Ее движения стали нечеловечески быстрыми — лимитеры тела отключились, готовясь к бою.

— Это единственный шанс спасти наши жизни! — крикнула она, хватая его за плечи. — Нажимай! Пусть мир рухнет, но мы останемся живы! Или ты хочешь стать батарейкой для некромантов?!

Олег посмотрел в ее красные глаза. В них не было лжи слуги. Там был животный страх хищника, загнанного в угол. Она боялась смерти так же, как и он.

Корабль снова тряхнуло. Консоль рядом взорвалась снопом искр.

Олег убрал палец от клавиши Enter.

— Нет, — твердо сказал он. — Форматировать диск из-за вируса — плохая практика. Нужно лечить сам вирус.

Он переключил тумблер терминала. Вместо папки Player_Registry он открыл корневой каталог ядра процессора.

*[ДОСТУП К КОМАНДНОЙ СТРОКЕ ЯДРА]*

*[ВНИМАНИЕ: КРИТИЧЕСКОЕ ИЗМЕНЕНИЕ МОЖЕТ ПРИВЕСТИ К НЕОБРАТИМОМУ СБОЮ ВСЕЛЕННОЙ]*

— Тогда будем патчить вручную, — процедил Олег сквозь зубы.

Он начал вводить команду принудительной изоляции вредоносного протокола.

Не удаления. Изоляции. Заморозки сектора памяти.

За дверью главного зала высадились штурмовые отряды. Лазерный резак с визгом прошелся по толстой стали створок.

Олег нажал ввод.

*[EXECUTING COMMAND: SECTOR_LOCKDOWN]*

*[STATUS: PROCESSING...]*

Глава 17

**Глава 17. Синий экран Эреба**

Сталь главного шлюза станции «Эреб-Прайм» светилась вишневым от жара плазменного резака. Визг металла резонировал с гулом бионического сердца Олега, создавая жуткую симфонию конца.

— Тридцать секунд до прорыва, — бросила Каэлана. Она больше не пряталась в тени. Ее тело приняло хищную стойку: колени согнуты, вес перенесен на носки, кинжалы опущены вдоль бедер. Белые волосы казались серебряными в аварийном освещении. — Олег, если ты сейчас превратишь станцию в сверхновую, я лично убью тебя еще раз.

— Не превращу, — процедил он сквозь сжатые зубы, не отрывая взгляда от монитора. Его пальцы летали над древней клавиатурой Старой Земли. — Я изолирую протокол Архитекторов. Замыкаю их в собственном цикле ожидания.

*[STATUS: PROCESSING...]*

*[PROGRESS: 45%]*

*[WARNING: EXTERNAL INTRUSION DETECTED]*

*[SYSTEM PRIORITY OVERRIDE: INQUISITION FORCES]*

Процессор станции сопротивлялся. Инквизиция пыталась удаленно сбросить команды Олега, посылая пакеты данных через антенны Цитадели. Но ядро «Эреб-Прайм» было старше самой Империи. Это был бог-машина, и сейчас Олег говорил с ним на его родном языке — бинарном коде боли.

Резак прошел последнюю линию шва. Тяжелый сегмент двери рухнул на пол ангара, подняв облако пыли.

В проем хлынули штурмовики. Черная броня, глухие шлемы-черепа, силовые копья, гудящие синим пламенем.

Каэлана не стала ждать приказа. Она была тенью смерти.

Она метнулась вправо, используя обломки шлюза как трамплин. В воздухе она совершила сальто, пропуская под собой первый залп из парализаторов. Приземлившись за спинами солдат, она крутанулась на пятке. Дымчатые клинки описали восьмерку.

Голова ближайшего паладина отделилась от плеч вместе со стеклом визора прежде, чем он успел понять, что враг уже сзади.

— Двадцать процентов! Давай быстрее! — крикнула она, уходя перекатом от удара силовой алебардой. Лезвие прошло в сантиметре от ее лица, испарив прядь белых волос.

Олег ударил кулаком по терминалу. Бионическая рука отозвалась металлическим лязгом.

*[ERROR: CONNECTION LOST]* — вспыхнуло на экране. Удаленный доступ Инквизиции отсекло.

*[PROGRESS: 80%]*

Он чувствовал, как нагревается кожа вокруг импланта в груди. «Тихий Омут» работал на пределе, пытаясь переварить колоссальный объем вычислений, которые мозг человека просто не мог выдержать. Перед глазами плыли цифры системных логов, накладываясь на реальность боя.

Второй отряд рыцарей ворвался в зал управления. Эти были тяжелее. Их доспехи мерцали рунами защиты от магии. Силовое поле отразило брошенный Каэланой нож. Он вонзился в грудь солдата и упал на пол, даже не оцарапав металл.

Они начали окружать ее. Три против одной. Система позиционирования Каэланы в мозгу Олега кричала об опасности.

— Слева! — рявкнул он, выдергивая из интерфейса последние крохи энергии для физического взаимодействия.

Его новая правая рука щелкнула гидравликой. Пальцы-лезвия раскрылись. Олег схватил со стола тяжелую латунную статуэтку Основателя (вес около десяти килограммов) и швырнул ее без замаха.

«Гарпия» сработала как катапульта. Статуэтка пробила нагрудник рыцаря слева, вырвав кусок брони с мясом. Солдат рухнул, захлебываясь кровью.

Каэлана воспользовалась брешью. Она прыгнула на плечи упавшего врага, оттолкнулась и оказалась прямо перед командиром отряда.

Ее кинжал вошел точно в сочленение шейного привода. Командир замер, синий огонь его меча погас. Из-под забрала потекла струйка темной крови.

*[PROGRESS: 98%]*

*[FINALIZING SECTOR_LOCKDOWN]*

Оставшиеся солдаты поняли, что теряют преимущество. Они перегруппировались, выставив щиты. Плотный строй двинулся на Каэлану, выдавливая ее к панорамному окну купола.

— Олег! — взвизгнула она, понимая, что ее загоняют в угол. Места для маневра не осталось.

Олег посмотрел на монитор. Девяносто восемь процентов. Оставалось две секунды изоляции протокола. Две секунды, пока алгоритмы Архитекторов окончательно не превратятся в цифровой саркофаг.

Но Каэлану сомнут через одну.

Решение пришло не из мозга. Оно пришло из той части его души, которая пять лет закрывала собой союзников в рейдах, принимая удары босса на щит.

— Держись! — крикнул он.

Он врезал кулаком здоровой левой руки по главной консоли питания терминала. Раздался хруст стекла и костей. Искры фейерверком брызнули во все стороны.

Старая Земля любила избыточность. Центральный процессор управлял станцией, но локальные системы безопасности имели автономное питание.

Олег развернулся к панорамному окну. За толстым слоем бронестекла зияла черная пустота космоса, усеянная холодными алмазами звезд.

Он разбежался.

— Ты психопат! — это было последнее, что выкрикнула Каэлана, прежде чем поняла его план.

Олег врезался в окно плечом. Удар «Гарпии», усиленный инерцией тела и адреналином, пришелся ровно в центр армированного триплекса.

Бронестекло не выдержало человеческого отчаяния, помноженного на титановый протез.

С оглушительным звоном, который они скорее почувствовали, чем услышали в вакууме, внешняя оболочка окна выгнулась наружу и лопнула.

Декомпрессия втянула Олега и Каэлану в бездну мгновенно. Штурмовиков Инквизиции, стоявших ближе к окну, вышвырнуло следом, словно тряпичные куклы. Одного прибило сорвавшимся с потолка проектором, другого перерубило осколками собственного щита.

Холодный вакуум коснулся кожи. Воздух покинул легкие. Время остановилось.

Олег видел лицо Каэланы рядом со своим. Ее глаза расширились от ужаса и ярости. Она тянулась к нему рукой.

*[SECTOR_LOCKDOWN COMPLETE]*

*[SUCCESS: PROTOCOL ABYSS_V2 ISOLATED]*

*[SYSTEM MESSAGE: CORE MEMORY SECURED]*

*[REBOOT SEQUENCE INITIATED... T-MINUS 10 MINUTES]*

Миссия выполнена. Протокол заперт. Мир спасен.

Вот только они находились снаружи станции, в открытом космосе, без скафандров.

Каэлана среагировала первой. Даже в состоянии свободного падения она оставалась профессионалом. Из подсумка на ее бедре вылетел плоский диск магнитного захвата. Она активировала его ударом ладони и швырнула в сторону огромного внешнего радиатора станции. Диск прилип к металлу, трос смотался автоматически.

Их дернуло, останавливая падение прочь от станции в бесконечность.

Рывок выбил остатки воздуха из легких Олега. Легкие горели огнем. Перед глазами поплыли черные пятна. Бионическое сердце пыталось качать кровь, которой не хватало кислорода.

Каэлана подтянулась по тросу к радиатору, хватаясь за закрылки обшивки. Она поймала ворот плаща Олега и буквально вбросила его в нишу технического обслуживания, скрытую под массивным зеркалом солнечной батареи.

Герметичная дверь шлюза за ними закрылась с мягким шипением.

Атмосферное давление начало заполнять тесную каморку.

Олег упал на металлический пол, жадно глотая воздух пополам с машинным маслом. Грудь болела так, будто ее пропустили через мясорубку. Рядом тяжело дышала Каэлана. Ее белая челка прилипла ко лбу, губы посинели от гипоксии.

Она посмотрела на него. Сначала зло. Затем ее взгляд смягчился, перейдя в усталое раздражение.

— Если ты еще хоть раз… — начала она хрипло, но осеклась.

Олег лежал на спине, глядя на тусклую лампочку под потолком шлюза. Интерфейс перед глазами моргал успокаивающим зеленым светом:

*[CRITICAL DAMAGE: COLLAPSED LUNG AVOIDED]*

*[EFFECT 'ABSOLUTE NULL' EXPIRED]*

*[ABILITY 'VENDETTA': READY TO USE]*

— Станция перезагружается, — прошептал он. Голос звучал чужим. — Мы изолировали Спящего внутри ядра. Теперь у нас есть десять минут, чтобы найти серверную рубку и вытащить оттуда наши физические тела, пока система безопасности «Эреб-Прайм» не решила, что мы — мусор, подлежащий утилизации после очистки.

Каэлана села, прислонившись спиной к холодной переборке. Она достала из кармана сигарету, взятую у одного из убитых техников внизу, и дрожащими пальцами попыталась зажечь ее о металлическую стену. Руки все еще тряслись от выброса адреналина.

— Десять минут, — повторила она, наконец прикурив и выпустив клуб дыма. — За это время нам нужно взломать квантовый телепорт Древних, выжить в невесомости и не убить друг друга.

Она затянулась и протянула ему окровавленный носовой платок.

— На, вытри свою железную руку. Ты оставил царапину на моем лучшем кинжале, когда пытался им заблокировать алебарду. Будешь должен мне новый комплект лезвий. И кожаный плащ. Тот, черный, остался плавать где-то между атмосферой и стратосферой.

Олег взял платок, слабо улыбнулся и стер густую смазку с пальцев «Гарпии». Боль отступала, сменяясь странным чувством эйфории.

Они выжили там, где физика говорила «нет».

И теперь, когда программный ад закончился, начинался настоящий побег из тюрьмы размером с целую вселенную.

Глава 18

**Глава 18. Квантовый парадокс**

Тесный технический шлюз пах озоном, потом и дешевым табаком. Олег сидел на полу, прислонившись спиной к массивному цилиндру охладителя. Бионическое сердце «Тихий Омут» постепенно снижало обороты, выходя из аварийного режима. Левое плечо все еще пульсировало тупой болью — рывок троса в вакууме едва не вырвал сустав из суставной сумки.

Каэлана докурила сигарету до фильтра, затушила ее о подошву ботинка и спрятала окурок обратно в пачку. Экономия ресурсов была у нее в крови.

— Десять минут истекают через четыре минуты сорок секунд, — она посмотрела на свой внутренний таймер. — Система безопасности станции уже начала прогрев лазеров ближней обороны. Если мы не найдем терминал управления вратами, нас превратят в пепел вместе с космическим мусором.

Олег поднял левую руку. Интерфейс перед глазами работал стабильно, но теперь он выглядел иначе. Багровые строки системных ошибок исчезли. Теперь это был чистый, минималистичный код Старой Земли:

*[STATUS: SYNC OK]*

*[CORE MEMORY: ISOLATED]*

*[USER PROFILE: OLEG_NIKITIN (ROOT)]*

— Я получил права администратора над этим куском железа, — сказал он, постучав костяшками по обшивке шлюза. — Но я заперт здесь так же, как и ты. Мои способности работают только внутри Эреба. Здесь я просто мужик с железной рукой и искусственным сердцем.

— Значит, будем работать руками, — Каэлана подошла к противоположной стене. Там, скрытый под фальшпанелью, находился пульт ручного открытия внешних заслонок солнечной батареи. — Нам нужно попасть во внешний корпус. Оттуда ведет сервисная шахта прямо к Ядру Процессора. Это единственный способ добраться до серверной рубки без биометрического пропуска охраны.

Она сорвала панель голыми пальцами. Провода внутри заискрили.

— Дай мне минуту, я перенаправлю поток энергии от охлаждения на магнитные замки лифта…

— Стой, — Олег вскинул здоровую руку. Он смотрел сквозь стену. Его интерфейс подсвечивал контуры механизмов за переборкой ярко-синим цветом. — Подожди. Не трогай питание лифтов.

Он подошел ближе. В его голове щелкали переключатели. Старый IT-шник встретился с магом хаоса.

— Смотри, — он указал на схему трубопроводов. — Охлаждение ядра идет по двум контурам. Основной — для процессоров. Резервный — для криогенного хранилища квантовых тел.

— Тех самых ванн с физраствором, где спят наши настоящие тела там, внизу? — догадалась Каэлана.

— Именно. Зиги говорил, что Спящий уничтожил связь, но железо осталось. Протокол изоляции, который я запустил… он работает. Но он изолировал *весь* сектор памяти Архитекторов. Включая протоколы репликации душ.

Олег положил ладонь «Гарпии» на холодный металл трубы резервного охлаждения. Металлические пальцы дрогнули, меняя конфигурацию. Тонкие лезвия втянулись, уступая место набору микро-отверток и диагностических щупов.

— Если мы сейчас полезем через лифт, сработает тревога отделения корпуса. Нас расстреляют турели. Но если мы пустим жидкий азот из системы охлаждения ядра прямо в кабину главного грузового лифта…

— Мы заморозим датчики движения и веса, — закончила Каэлана. Ее красные глаза загорелись азартным огнем. — Лифт подумает, что он пуст и едет в ремонтную зону. А система жизнеобеспечения купола отключит обогрев ангара, чтобы спасти растения в оранжерее. Замечательный план. Ты превращаешь спасательную операцию в диверсию.

— Добро пожаловать домой, жестянка, — усмехнулся Олег. — Начинай взлом панели. Мне нужно пять минут, чтобы собрать распределитель потока.

***

Работа кипела. Впервые они действовали не как беглецы, а как единый механизм.

Каэлана работала скальпелем и проводами, обходя ловушки старой сигнализации. Ее тонкие пальцы танцевали среди контактов, перекусывая нужные жилы. Она двигалась с грацией хирурга, вскрывающего сейф.

Олег работал грубой силой и инженерией. Его бионическая рука оказалась идеальным инструментом. Он согнул титановый кронштейн, используя его как рычаг, выдрал блок распределения хладагента и вручную перепрограммировал клапаны, пуская ледяной азот (-196 градусов Цельсия) вместо гликоля.

Когда они закончили, стены шлюза покрылись толстой коркой инея. Дыхание вырывалось изо рта густыми белыми облачками.

— Готово, — выдохнул Олег, отступая от искрящей панели. — Через тридцать секунд первый антигравитационный лифт пойдет вниз. Датчики ослеплены. У нас есть окно в три минуты, пока автоматика не поймет, что температура в шахте ниже точки замерзания углекислого газа.

Они выбежали в коридор. Пол под ногами дрожал — станция входила в финальную стадию перезагрузки. Свет мигнул и сменился с красного на тусклый желтый.

Главный грузовой портал был открыт. Кабина размером с гараж стояла внизу, окутанная клубами морозного пара.

— Прыгаем, — скомандовала Каэлана.

Прыжок с пятиметровой высоты на металлический пол прошел жестко. Приземлившись, Олег почувствовал, как «Тихий Омут» отработал амортизацию, гася удар, но левая лодыжка прострелила болью. Он захромал вслед за наемницей, которая уже нырнула в вентиляционную решетку в полу кабины.

Шахта была вертикальным колодцем тьмы. Единственным источником света были их интерфейсы.

— Нижний уровень минус сто метров, — бормотала Каэлана, скользя по отвесной стене, вбивая кинжалы в стыки бетонных плит. — Серверная должна быть сразу под криохранилищем.

Олег спускался медленнее. Хромота мешала ему отталкиваться. К тому же теснота вентиляции давила на психику сильнее, чем открытый космос. Он полз, цепляясь здоровой рукой и помогая себе протезом, который с механическим лязгом впивался в перекрытия.

Внезапно сверху раздался оглушительный скрежет.

Ледяной воздух лизнул им спины.

— Они разморозили клапан! — крикнул Олег. — Азот кончился! Идет перегонка горячего гликоля!

Снизу повалил густой пар. Температура начала стремительно расти.

Каэлана висела на одной руке прямо над люком технического обслуживания.

— Сюда! Быстрее! — она ударила кулаком по задвижке. Замок отлетел.

Олег прыгнул вниз, игнорируя вспышку боли в ноге. Он пролетел последние два метра и рухнул на решетчатый пол. Позади него струя кипятка под давлением ударила в стенку шахты, испаряя металл.

Они оказались в огромном зале. Потолок терялся во мраке, поддерживаемый колоннами толщиной с секвойю. Вдоль стен стояли стеклянные саркофаги. Сотни, может быть тысячи. Внутри каждого плавало человеческое тело, опутанное проводами и датчиками. Их кожа была бледной, почти синей.

Это было кладбище игроков. Те, кто не смог выйти.

— Наше должно быть в зоне «А», у самого Ядра, — Каэлана указала вперед, где возвышалась гигантская черная сфера десяти метров в диаметре. От нее исходило низкочастотное гудение, которое чувствовалось зубами. — Осторожно. Гравитация вокруг Ядра нестабильна.

Пол действительно пружинил под ногами. Каждый шаг отдавался эхом, словно они шли по натянутому барабану.

Они добрались до центрального пульта. Кресло оператора было пустым, а на мониторе светилась одна-единственная надпись:

`AWAITING ROOT CONFIRMATION`

`SUBJECT: KAELANA WHITE // STATUS: WARDEN`

Каэлана замерла. Она смотрела на свое имя, выведенное строгим шрифтом Старой Земли.

— Что значит Варден? — тихо спросил Олег, подходя к соседнему терминалу. Его профиль `Oleg_Nikitin` требовал подтверждения извлечения аномалии.

— Надзиратель, — глухо ответила она. — Контролер популяции. Меня загрузили сюда одновременно с тобой, Олег. Но моя задача была другой. Я должна была следить, чтобы игроки вроде тебя… не ломали игру слишком быстро. Чтобы вы страдали достаточно долго для окупаемости проекта.

Она сжала кулаки так, что побелели костяшки.

— Все мои воспоминания. Моя ненависть к Инквизиции. Мой страх смерти. Всё это было прописано в коде, чтобы мотивировать меня защищать этот мир. Я была самой дорогой декорацией.

Олег посмотрел на нее. На девушку, которая спасала его жизнь десятки раз, рискуя своей ради контракта, которого никогда не существовало.

— Была, — твердо сказал он. — Ключевое слово — «была». Тот файл реестра изменился. Твой статус больше не `[ANOMALY]`. Теперь ты свободна, Каэлана. Код переписан.

Ее губы дрогнули. Она моргнула, стирая непрошеную слезу — первую настоящую эмоцию, не заложенную алгоритмом.

— Тогда вытаскивай нас, — прошептала она. — Выключай эту чертову машину.

Олег положил руки на терминал.

*[CONFIRM ROOT PRIVILEGES? Y/N]*

*[WARNING: CORE SHUTDOWN WILL RESULT IN PHYSICAL EJECTION OF ALL PODS]*

*[T-MINUS 2 MINUTES TO SYSTEM PURGE]*

Он нажал `Y`.

*[EXECUTING HARD REBOOT...]*

*[DISCONNECTING USERS...]*

Гудение Ядра изменилось. Оно стало выше, переходя в ультразвук. Черная сфера начала покрываться сетью синих трещин.

Стеклянные саркофаги вдоль стен начали открываться один за другим с тихим шипением гидравлики. Облака холодного пара заполнили зал.

— Держись, — Олег схватил Каэлану за руку. — Сейчас начнется болтанка.

Ядро взорвалось не пламенем, а звуковой волной абсолютной тишины. Пространство выгнулось. Гравитация исчезла.

Их физические тела, лежащие в капсулах глубоко под Цитаделью, получили сигнал отбоя. Программа вышвыривала пользователей из системы.

Мир рассыпался на пиксели белого шума.

Последнее, что увидел Олег перед тем, как потерять сознание, было лицо Каэланы. Она улыбалась настоящей, счастливой улыбкой, растворяясь в потоке данных.

*[SESSION TERMINATED]*

*[THANK YOU FOR PLAYING]*

*[ERROR 404: REALITY NOT FOUND]*

Глава 19

**Глава 19. Запах озона и дешевого пластика**

Тишина была оглушительной.

Олег открыл глаза не в капсуле, залитой синеватым гелем, и не на холодном полу серверной станции «Эреб-Прайм». Он лежал на чем-то жестком и ворсистом. В нос ударил резкий запах синтетической обивки, перегретой пыли и знакомый до боли химический аромат — дешевый китайский пластик его старой VR-гарнитуры.

Он моргнул. Потолок был низким, желтоватым, покрытым мелкими трещинами. На нем висела одинокая лампа Ильича без абажура, слегка покачивающаяся от сквозняка.

Это была его комната. Его старая съемная квартира с облезлыми обоями в цветочек.

Секундное чувство эйфории сменилось ледяным ужасом.

*«Я сошел с ума? Все было галлюцинацией из-за удара током при падении сервера?»*

Он попытался сесть. Тело слушалось плохо, мышцы ныли так, будто он действительно таскал на себе тяжелую броню и дрался насмерть. Правая рука… Олег посмотрел на нее и замер.

Вместо кожи и костей — матово-черный титановый протез модели «Гарпия», подключенный к плечу пучками проводов и медицинским скотчем. Пальцы-лезвия втянуты, но сустав тихо пощелкивал гидравликой.

*[SYSTEM ERROR: SYNTETIC LIMB NOT RECOGNIZED BY HOST OS]*

Рядом раздался металлический лязг.

На старом компьютерном столе, среди пустых коробок от пиццы и банок энергетика, стояла Каэлана. Она сидела прямо на клавиатуре, болтая ногой в высоком ботинке. Ее белоснежные волосы казались ослепительно яркими в свете тусклой лампочки. Кожаный нагрудник был покрыт царапинами, а через щеку шла свежая ссадина.

— Очнулся, спящий красавец? — она соскочила со стола, грациозно перекатившись через плечо. Звук сервоприводов ее собственных скрытых аугментаций (которые теперь были видны сквозь прорехи в одежде) эхом отразился от стен комнаты. — Я уж думала, твой мозг окончательно поджарился при выбросе из квантового потока. Десять минут приходила в себя в ванной, пока гель стекал.

Олег уставился на нее, затем на свои руки, потом снова на нее.

— Но... стены. Лампа. Это же Земля. Мы дома?

— Дома? — Каэлана фыркнула, подошла к окну и одним ударом кулака выбила стекло. Осколки посыпались на подоконник. — Посмотри сам, администратор.

За окном больше не было серого двора московской многоэтажки. Там, за тонкой пленкой реальности, простиралась фиолетовая бездна Разлома. Огромные каменные острова парили в воздухе, удерживаемые антигравитационными якорями. По небу плыли левиафаны, а внизу, под облаками, сиял огнями Город Потерянных Душ.

И самое страшное — там, где раньше проходила дорога, теперь зияла пропасть, заполненная туманом. Квартира Олега буквально висела над Эребом, отрезанная кусок пространства вместе с куском бетонного пола.

— Зиги оказался прав, — спокойно сказала Каэлана, возвращаясь к столу. Она взяла со стола пульт от телевизора и нажала кнопку. Старый пузатый экран «Горизонта» затрещал. Вместо новостей первого канала появилась системная консоль:

`[REALITY.EXE // VERSION: 2.0.1-PATCHED]`

`[STATUS: OFFLINE MODE]`

`[ADMINISTRATOR ACCESS: OLEG_NIKITIN]`

— Что произошло? — просипел Олег. Горло пересохло.

— Ты изолировал протокол Архитекторов внутри Ядра Станции, — начала объяснять наемница, методично проверяя лезвие своего кинжала. — Но когда ты запустил Hard Reboot, система восприняла это не как выключение игры, а как критическую ошибку файловой системы. Чтобы спасти данные самого мира, ядро создало бэкап самой стабильной части реальности — твоей квартиры — и вышвырнуло наши физические тела туда. А само игровое пространство открепилось от Земли и стало самостоятельной вселенной.

Она обвела рукой комнату.

— Мы вытащили игроков из капсул, разрушив экономику Старой Земли, которая питалась нашими эмоциями. Инквизиция осталась там, на орбите, вокруг мертвой Станции. А мы здесь. Мир треснул по швам. Поздравляю, Первый Клинок. Ты уничтожил планету ради нашего спасения.

Олег провел здоровой рукой по лицу. На подбородке проступила щетина. Он чувствовал голод, жажду и фантомную боль в левом плече. Он был живым. Смертным. И у него была железная рука.

— Сколько времени прошло? — спросил он.

— Здесь — три часа с момента взрыва, — ответила Каэлана. — Судя по таймеру перезагрузки ядра, которое сейчас падает в гравитационный колодец планеты, у нас есть около суток, прежде чем остаточная энергия схлопнет этот пузырь реальности. Либо мы найдем способ стабилизировать законы физики в этой комнате, либо нас раздавит в сингулярность.

Она села на край его кровати. Матрас жалобно скрипнул под тяжестью ее брони и встроенных механизмов.

— Ну что, герой, — она поддела его носком ботинка. — Добро пожаловать в реальный мир. Никаких сейвов. Никакого респауна. Только ты, я, твоя консервная банка вместо руки и целая вечность перед тем, как наше личное измерение превратится в черную дыру. Чем займемся?

Олег посмотрел на мигающую зеленым светом командную строку на экране старого телевизора.

*[ROOT PRIVILEGES ACTIVE]*

*[PHYSICS ENGINE: UNSTABLE]*

*[ERROR: GRAVITY FLUCTUATION DETECTED]*

Он потянулся к клавиатуре дрожащими пальцами левой руки. Пластик клавиш был теплым и липким от пролитого когда-то кофе.

Клик. Клик-клик.

— Для начала, — сказал он, вводя команду `HELP`, — я настрою нам гравитацию. Летающие тарелки и вид из окна на Бездну сильно мешают спать. А потом...

Он повернулся к ней. Взгляд изменился. Исчез страх новичка. Остался холодный расчет человека, который уже один раз обманул смерть и переписал код Бога.

— ...потом мы взломаем эту версию реальности. Если Эреб стал настоящим миром, значит, золото Грэм-Башни все еще лежит в сумке, которую ты держишь. Предлагаю найти банк, купить остров и наконец-то выпить того рома, о котором ты говорила в канализации Левиафана.

Каэлана долго смотрела на него. Затем уголок ее губ дрогнул в усмешке. Она наклонилась, опершись руками о подлокотники его кресла, приблизившись вплотную. От нее пахло озоном, кровью и свободой.

— Ты неисправим, Баг Крови, — прошептала она, прежде чем закрыть ему рот жестким, требовательным поцелуем.

Где-то за стеной разбитого окна медленно вращался новый, свободный мир Эреба. Их мир.

Экран телевизора мигнул, принимая новую команду Администратора:

`RUN COMMAND: ENJOY_THE_RIDE.exe`

Глава 20

**Глава 20. Синтаксис мироздания**

Поцелуй Каэланы на вкус напоминал озон, дешевый виски и триумф выжившего. Олег ответил с той же голодной яростью человека, который только что осознал: смерть больше не является системным ограничением. Это лишь досадная ошибка ввода-вывода.

Когда она отстранилась, тяжело дыша, ее зрачки расширились, заполнив почти всю радужку темным огнем.

— Гравитация, — прохрипела она, упираясь лбом в его лоб. — Сначала физика, потом ром. Если этот кусок бетона выпадет из нашего измерения раньше, чем мы закрепим законы термодинамики, я лично скормлю твой протез демонам Разлома.

Олег усмехнулся, чувствуя, как бионическое сердце «Тихий Омут» подстраивается под участившийся пульс. Он повернулся к старому монитору «Горизонта». Зеленый курсор командной строки терпеливо мигал, ожидая указаний Бога этого нового мира.

`C:\REALITY>`

Он положил пальцы левой руки на клавиатуру. Правая рука-гарпия лежала на столе мертвым грузом, но он чувствовал токи энергии, бегущие по титановым фалангам. Протез был идеальным периферийным устройством — холодным, точным и смертоносным.

— Хорошо, давай поговорим с машиной, — пробормотал он.

Его взгляд скользнул по комнате. Обои в цветочек начали слегка выцветать по краям, теряя насыщенность цвета — реальность буквально распускалась на пиксели без должной поддержки серверов.

Олег набрал команду:

`run diagnostics /full`

Экран моргнул, пролистывая бесконечные строки кода. Процессор старого компьютера натужно загудел вентилятором, пытаясь обработать архитектуру вселенной.

*[STATUS: STABILIZING LOCAL SPACE]*

*[WARNING: ENTROPY LEVEL CRITICAL (87%)]*

*[ANOMALY DETECTED: OBJECT "KAELANA" // BIOLOGICAL STATUS: HYBRID]*

— Эй, — возмутилась наемница, которая в этот момент пыталась заклеить пластырем порез на шее. — Я не аномалия. Я эксклюзивное издание.

— Ты ходячий набор конфликтующих драйверов, — отозвался Олег, не отрываясь от монитора. — Твоя ДНК переписана кодом Старой Земли для адаптации к Эребу, но теперь ты в изолированной среде. Твой организм пытается дышать азотом, которого здесь нет, и игнорировать радиацию, которой тоже нет. Мы сейчас сгорим изнутри от метаболического сбоя, если я не пропишу тебе патч совместимости.

Он открыл новый терминал рядом с основным.

`create file Kaelana_Patch.sys`

Каэлана подошла ближе, отставив банку энергетика. Она оперлась бедром о край стола, заглядывая через его плечо. В тесной комнатке запахло озоном и разогретым металлом протеза.

— Что именно ты собираешься со мной сделать? — подозрительно прищурилась она.

— То, чего не смогли Архитекторы, — улыбнулся Олег. — Сделать тебя настоящей. Без заложенных протоколов «Наблюдай и Докладывай».

Он начал вводить строки кода. Это было похоже на написание музыки или стихов — чистая логика, облеченная в формулы исцеления.

Он удалял блокираторы боли, которые заставляли ее смеяться над чужими страданиями. Убирал искусственную агрессию, прописанную ей как Вардену. И главное — он отключал скрытый маяк, который все еще мог транслировать их местоположение остаточным силам Инквизиции за пределами пузыря.

— Будет щипать, — повторил он слова Зиги, нажимая `Enter`.

Каэлана вздрогнула. Ее колени подогнулись, и она упала бы, если бы не схватилась за спинку стула Олега. Она сжала зубы так, что скрипнула эмаль. По ее коже прошла волна дрожи — от корней белых волос до кончиков пальцев.

Это была не боль. Это было освобождение. Миллионы строк чужого кода сгорали в огне перезаписи, оставляя после себя чистую тишину человеческого сознания.

Она открыла глаза. Красные радужки стали чуть светлее, мягче.

— Я... — она пошевелила пальцами, глядя на свою руку так, словно видела ее впервые. — Я чувствую сквозняк. Просто сквозняк. Не угрозу моему существованию, а просто холодный воздух.

— Добро пожаловать в клуб обычных смертных, — кивнул Олег. — Теперь ты можешь простудиться. Поздравляю.

Внезапно старый телевизор издал громкий треск статики. Изображение консоли исчезло. Вместо него появилось лицо.

Лицо Механика Зиги. Но не то помятое жизнью лицо с металлическими зубами, которое они знали. Это была голограмма, идеальная копия, сотканная из света.

*[BOOTLOADER ZIGI.MKII v3.14 // LOCATION: REMOTE SERVER]*

— Ну наконец-то, — проскрипел динамик телевизора голосом механика. — Я уж думал, вы там решили устроить брачную ночь посреди апокалипсиса и забыли включить стабилизацию ядра. Левое крыло вашей квартиры уже начало отслаиваться. Закрепите гравитационный вектор, двоечники!

— Зиги? Как ты нас видишь? — Олег вскочил, инстинктивно прикрывая собой терминал. — Станция уничтожена.

— Вы думаете, мой единственный магазинчик был в Мусорной Заводи? — хмыкнул призрак на экране. — Малыш, я держал сервера нелегального казино на обратной стороне Луны еще до того, как твоя бабушка научилась ходить. Когда пошел квантовый разлом, я успел перекинуть свой разум в облако. Сейчас я живу в вашем роутере и паре умных холодильников. Связь дерьмо, но картинку дает.

На экране позади лица Зиги появилась схема их квартиры. Угол комнаты, где стоял книжный шкаф, мерцал красным.

— У вас утечка массы. Реальность вытекает в Бездну через микротрещины. Вам нужен якорь. Что-то настолько тяжелое физически и энергетически, чтобы притянуть ткань пространства к себе.

Каэлана посмотрела на сумку с кристаллами маны, которую бросила у кровати.

— Кристаллы?

— Слишком нестабильны, рванут, — отрезал Зиги. — Нужно что-то ваше. Личное. То, что имеет резонанс с обоими мирами.

Олег похолодел. Он посмотрел на свою правую руку. На черный титан «Гарпии».

— Моя рука, — выдохнул он. — Она сделана из металла Старой Земли, работает на магии Бездны, а внутри нее реактор холодного синтеза. Это идеальный катализатор.

— Именно, — кивнул Зиги. — Только есть проблема. Чтобы стать якорем, процессор протеза должен взять на себя функции Ядра Станции. А это значит, что ему нужно ядро процессора мощностью с авианосец. Откуда мы возьмем столько энергии в панельной двушке?

Каэлана молча шагнула к Олегу. Она взяла его лицо своими руками — живыми, теплыми человеческими руками.

— Используй меня, — тихо сказала она. — Мой источник. Мое новое сердце бьется в такт твоему. Мы синхронизированы. Дай мне нагрузку.

Олег посмотрел в ее глаза. В них не было страха. Только абсолютное доверие хищника, выбравшего своего единственного партнера по охоте.

Он глубоко вдохнул.

— Ладно, — он сел обратно за клавиатуру. — Запускаем протокол «Наседка». Зиги, переводи управление гравитацией на мой нейроинтерфейс. Каэлана, бери меня за руку. Крепко.

Наемница обошла стол и вложила свою ладонь в металлический капкан «Гарпии». Пальцы-лезвия осторожно, миллиметр за миллиметром, сомкнулись вокруг ее кисти, не повреждая кожу. Контакт замкнулся.

Олег ввел последнюю команду:

`bind anchor --source=Kaelana_White --receiver=Oleg_Nikitin_Grip --power=max`

Свет в квартире погас.

А затем комнату затопило синим сиянием.

Оно исходило не от экрана. Оно шло от правой руки Олега. Металл «Гарпии» раскалился добела, но не обжигал — он пел. Низкая, вибрирующая нота чистого существования. Энергия потекла из Каэланы через точку касания в протез, преобразуясь в чистейшую физическую силу.

Квартира перестала трещать по швам. Обои перестали выцветать. Сквозняк исчез. За разбитым окном фиолетовая бездна Разлома замерла, превратившись в красивую, безопасную картину.

Гравитация вернулась. Пол стал твердым и надежным.

Синий свет медленно угас. Олег тяжело дышал, опираясь на стол. Рука остывала, покрываясь инеем от перепада температур.

Каэлана стояла, покачиваясь. Она была бледной, но живой.

— Получилось, — прошептал Олег.

Экран телевизора снова включился. Лицо Зиги выглядело довольным.

— Отличный фидбэк. Чистая синусоида. Вы стабилизировали локальный сектор размером примерно в полкилометра. Теперь эта квартира — центр новой вселенной. Поздравляю, дети мои. Вы официально украли мир у богов и переделали его под свои нужды.

Каэлана отпустила руку Олега и пошатнулась. Ноги подкосились. Олег едва успел подхватить ее. Она смеялась — тихим, счастливым смехом.

— Мы выжили, — прошептала она, прижимаясь к его груди. — Мы действительно это сделали.

Олег гладил ее по белым волосам здоровой рукой, глядя сквозь разбитое окно на парящие острова. Где-то там, внизу, остались брошенные города, пустые капсулы игроков и руины старой Империи.

Но здесь, в этой маленькой комнате, пахнущей пылью и озоном, начиналось нечто совершенно иное.

— Ром никуда не убежит, — сказал он, крепче прижимая ее к себе. — Но сначала нам нужно найти шторы. Наблюдать черную дыру каждое утро перед завтраком — сомнительное удовольствие.

Каэлана подняла голову. В ее глазах плясали веселые бесенята.

— Только попробуй повесить тюль с котиками, Баг Крови. Я выброшу тебя в настоящий космос. Без гарпуна.

За окном вечность ждала своих новых хозяев.

Глава 21

**Глава 21. Тюль с котиками и квантовая ипотека**

Стабилизация гравитации не решила проблему быта.

Олег стоял посреди комнаты, опираясь на швабру (здоровая левая рука отчаянно просила отдыха), и смотрел на творящееся безумие. Каэлана сидела на корточках перед разбитым окном, задумчиво тыкая титановым пальцем в край пространственной аномалии.

— Физика здесь работает по законам Старой Земли, — бормотала она, — но геометрия подчиняется капризам Эреба. Если я брошу туда камень, он попадет в Бездну или вернется обратно?

— Не смей проверять, — строго сказал Олег. — Мы только что приклеили этот кусок линолеума к реальности. Не хватало еще вызвать парадокс делений на ноль.

Он оглядел свою «крепость». Квартира-студия теперь была эпицентром новой вселенной. Это накладывало определенные обязательства. Например, мусорное ведро все еще пахло позавчерашним дошираком, а на столе засохла корка от пиццы. Боги они там или нет, а тараканы из межпространственного разлома могли прийти на запах быстрее Инквизиции.

— Нам нужен список покупок, — констатировал Олег, открывая холодильник. Свет внутри не горел — электричество пока работало на резервном контуре Зиги. Внутри одиноко лежал покрытый инеем пакет пельменей. — И продукты. И клей для стекла. И шторы. Плотные. Желательно противопожарные.

Каэлана наконец отвернулась от окна. Ее лицо было бледным после отдачи энергии, но глаза светились опасным энтузиазмом.

— Список подождет, — она подошла к нему вплотную, сокращая дистанцию до интимной. — У нас есть более важные дела.

Она положила руку ему на грудь, прямо над тем местом, где гудело холодное бионическое сердце.

— Ты назвал меня своим партнером. Украл мир. Выбил окно моей тюрьмы. Но я до сих пор сплю на твоем полу, а у тебя даже матраса нормального нет.

Ее пальцы скользнули выше, зарываясь в его волосы.

— В кодексе Вардена... то есть, в моем новом личном кодексе... написано, что спаситель мира имеет право на долю трофеев. Я хочу свою половину этой квартиры. Начиная с кровати.

Олег почувствовал, как «Тихий Омут» ускоряет ритм. Адреналин смешивался с чем-то гораздо более простым и человеческим. Он перехватил ее руку и переплел свои живые пальцы с ее металлическими.

— Половина кровати? — переспросил он, чувствуя, как губы растягиваются в глупую ухмылку. — А вторая половина кому? Зиги? Он живет в розетке.

— Вторая половина моя, — прошептала она, притягивая его к себе. — Вся. Вместе со мной. Контракт пожизненный. Оплата натурой и своевременным выдергиванием кинжалов из спины.

Их прервал громкий треск статики. Старый телевизор «Горизонт», который никто не включал, внезапно ожил сам собой. На экране появилось перекошенное лицо Механика Зиги.

— Дети! — взвизгнул динамик. — Отвлекитесь от своих гормональных бурь! У нас гости!

Каэлана мгновенно отпрыгнула от Олега, принимая боевую стойку. Кинжалы оказались в руках быстрее, чем Олег успел моргнуть. Его правая рука щелкнула гидравликой, переходя в режим лезвий.

— Что за гости? — выдохнул Олег, сканируя комнату интерфейсом. — Инквизиция прорвалась через вакуум?

— Хуже, — простонал Зиги. — Хуже любых демонов. Счетчики Гейгера в вашем кармане просто зашкаливают от бюрократии! Посмотрите в глазок.

Олег подошел к входной двери своей квартиры. Той самой деревянной двери с дерматином, которая чудом пережила крах старой реальности.

В глазке было темно. Затем темнота шевельнулась.

Раздался вежливый, деликатный кашель.

— Добрый день, — произнес голос, лишенный всяких эмоций. — Служба Межпространственного Налогового Учета. Отдел взыскания задолженностей по протоколу «Божественное Вмешательство». Есть кто дома?

Каэлана замерла с занесенным кинжалом.

— Кто-кто? — переспросила она шепотом.

— Налоговая, — обреченно ответил Олег. Он медленно, стараясь не шуметь, отошел от двери. — Кажется, когда мы переписали реальность, мы создали юридическое лицо. И оно автоматически зарегистрировалось во всех реестрах Мультивселенной.

За дверью снова кашлянули.

— Гражданин Никитин О.В., согласно пункту 4-Бис Акта о Создании Миров, новоиспеченные Демиурги обязаны уплатить первичный сбор стабильности в размере десяти тысяч мер эфира или предоставить эквивалент в валюте принимающей стороны. У вас есть минута до принудительного ареста имущества. Под имуществом подразумевается планета Земля-2 и прилегающие острова Разлома.

Каэлана посмотрела на сумку с кристаллами маны, которую бросила у кровати.

— У нас есть золото Грэм-Башни внизу, в порту. И камни...

— Они конфискуют их в счет долга, как только материализуются здесь, — перебил Олег. — Нужен план «Б».

— Какой может быть план против налоговой службы конца времен?! — зашипела наемница. — У них иммунитет ко всему!

— Почти ко всему, — Олег посмотрел на свой интерфейс администратора, который все еще висел фоном в углу зрения. — Зиги, переводи мой терминал в режим оффлайн. Полностью отсеки эту квартиру от внешних сетей. Никакого Wi-Fi, никакой магии, никаких астральных роутеров.

— Понял, ухожу в подземелье! — пропищал телевизор, и экран погас.

Олег метнулся к компьютеру. Пальцы забегали по клавиатуре.

`cmd > netsh interface set interface "Подключение по локальной сети" disable`

`net stop server`

`format C: /y /q`

— Ты что творишь?! — воскликнула Каэлана. — Нас же сейчас распылят!

— Нет, — процедил Олег, нажимая ввод. — Мы закрываем лавочку.

Мир моргнул. Исчез легкий фоновый гул серверов Эреба, который стал привычным для слуха. Запах озона сменился запахом старой пыли, мокрого бетона и жареных пельменей. Обычный запах панельной многоэтажки.

Интерфейс перед глазами Олега мигнул красным:

*[КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА СВЯЗИ]*

*[РЕЖИМ АВТОНОМНОСТИ]*

За дверью наступила тишина. Затем раздался уверенный стук. Тяжелый, официальный.

— Гражданин Никитин! Откройте! Мы знаем, что вы используете нелегальное программное обеспечение класса «Бог» для уклонения от налогов! Согласно закону, мы имеем право на демонтаж жилища!

Каэлана стояла рядом с Олегом, тяжело дыша. Она поняла замысел.

Если квартира отрезана от Сети, если законы физики здесь поддерживаются лишь ручным приводом двух полубезумных людей, а сами они выглядят как обычный парень в растянутой футболке и девушка-с-бодуна-в-доспехах...

Для внешнего наблюдателя это выглядит как обычная галлюцинация сумасшедшего геймера.

— Чего молчишь, Никитин?! — рявкнул голос за дверью уже менее уверенно. — Вызываю наряд полиции для вскрытия!

Олег глубоко вздохнул, придавая лицу максимально тупое и сонное выражение. Он подошел к двери, повернул ключ и снял цепочку.

На лестничной клетке стояли двое.

Они были одеты в серые костюмы, которые выглядели так, словно их купили на распродаже в конце восьмидесятых. У одного вместо глаз были объективы фотоаппаратов «Зенит», у второго изо рта торчала пачка квитанций.

— Добрый день, — начал Глаз-Фотоаппарат. — Служба контроля...

Олег громко, демонстративно зевнул, почесывая живот.

— Мужики, вы время видели? Три часа ночи. Какая налоговая? Я админ в мелком стартапе, мне завтра баг фиксить до утра. Приходите после обеда, у меня кофе закончится только к вечеру.

Каэлана встала за спиной Олега, на ходу снимая с плеча перевязь с кинжалами и пряча ее за спину. Она попыталась сделать лицо «простой смертной», но острые клыки и вертикальные зрачки выдавали в ней кого угодно, кроме бухгалтера.

— Этот субъект... — начал второй налоговый инспектор, указывая бумажкой на Каэлану.

— Это Марина, — быстро соврал Олег. — Моя двоюродная сестра из Воронежа. Приехала поступать в театральный. Переигрывает немного, извините. Марин, зубы покажи дяде.

Каэлана оскалилась. Получилось жутко. Инспектор с объективами сделал шаг назад.

— Девушка, прекратите скалиться, это нарушение статьи...

— Ребята, — Олег перешел на доверительный полушепот, выглянув в коридор. На площадке воняло кошками и борщом. Никаких лазеров, только тусклая лампочка Ильича. — Вы себя в зеркале видели? Какие налоги? У вас печать криво стоит, а у вашего напарника линза запотела. Марш спать. Я ничего не создавал, кроме бутерброда с колбасой час назад. Хотите понюхать?

Он демонстративно втянул носом воздух из прихожей. Из кухни действительно потянуло запахом горелых пельменей.

Инспекторы переглянулись. Объективы парня нервно дернулись, фокусируясь на грязных обоях Олега. Квантовые сенсоры сходили с ума, пытаясь найти источник божественной энергии, но находили только плесень в углах и протекающую трубу канализации этажом ниже.

Реальность панельного дома давила на них сильнее любого заклинания. Это был истинный Хаос бытовой безнадеги.

— Ладно, — сдался первый, убирая бланк. — Но штраф за шум после двадцати трех ноль-ноль вам все равно придет. Живете тут черти как, сервера какие-то жужжат...

— Исправимся, начальник! — бодро козырнул Олег.

Дверь закрылась. Щелкнул замок. Цепочка вернулась на место.

В подъезде еще пару минут слышалось шарканье ботинок, спускающихся по лестнице, и недовольное бормотание про «наркоманов проклятущих».

Каэлана сползла по стене, сотрясаясь от беззвучного смеха.

— Дворовая братва... — всхлипывала она. — Мы украли мир, а отбиваемся от соседей и ЖКХ. Зубы... «Марина из Воронежа»... Я убью тебя, жестянка.

Олег тоже рассмеялся, зажимая рот рукой, чтобы не услышали сверху. Смех отдавался болью в раненом плече, но это была приятная боль живого человека.

— Добро пожаловать на Землю, сестренка, — прохрипел он. — Здесь выживает не сильнейший, а самый неприметный.

Из вентиляции под потолком раздался скрипучий голос Зиги:

— Дебилы. Самые опасные дебилы во Вселенной. Вы только что прогнали аудиторов Судного Дня, сказав, что пельмени пригорели. Десять баллов Гриффиндору.

Олег прошел на кухню, выключил газ под черной кастрюлей и выбросил слипшийся ком теста в мусорку.

— Ужин отменяется, — объявил он. — Но ром никуда не убежал. Неси стаканы, партнер. У нас осталось три часа до рассвета, разблокированный банковский счет этого тела и целая Вселенная, которой абсолютно плевать на наши проблемы. Предлагаю отметить успешное уклонение от налогов.

Каэлана поднялась, подошла к нему сзади и обвила руками за талию, прижимаясь щекой к спине между лопаток. Металл ее собственных скрытых имплантов холодил кожу сквозь футболку.

— Знаешь, — тихо сказала она, глядя на гору нестиранной посуды в раковине, — в плане абсолютной власти это полный отстой. Но в плане жизни… пожалуй, лучший контракт, который я подписывала.

Она взяла губку для мытья посуды.

— Но сначала ты моешь посуду. Боги они или нет, а бардак Демиург терпеть не должен.

Глава 22

**Глава 22. Синдром вахтера и квантовая швабра**

Утро началось не с пения птиц или лучей солнца, а с запаха хлорки и звука капающей воды.

Олег открыл левый глаз. Правый открываться отказывался из-за пересохшей роговицы — побочный эффект от работы бионического сердца на повышенных оборотах ночью. Он лежал на чем-то мягком. Это «что-то» пахло озоном, кожей доспехов и едва уловимым ароматом диких трав Разлома.

Он повернул голову. Рядом, разметав белые волосы по подушке, спала Каэлана. Ее рука-гарпия была аккуратно сложена у нее на груди, чтобы не задеть Олега во сне. Обычная человеческая ладонь покоилась на его плече, впившись пальцами так крепко, словно она боялась, что он исчезнет вместе с утренним туманом.

Сам Олег полулежал в кресле, которое они каким-то чудом затащили внутрь пространственного пузыря вчера ночью. Кресло стояло прямо перед панорамным окном-экраном. За стеклом медленно вращалась бездна Эреба. Парящие острова отбрасывали длинные тени на облака. Зрелище было величественным, пока взгляд не опускался вниз.

Внизу, там, где раньше был двор московской многоэтажки, теперь зияла пропасть. Но край балкона их квартиры нависал над ней вполне уверенно. А вот пол гостиной просел. Линолеум пошел волнами, образовав небольшой кратер прямо посреди комнаты — эпицентр стабилизации реальности. В центре этой воронки гордо стоял старый эмалированный таз, который они использовали как экстренный якорь для стока лишней гравитации. Вода в нем тихонько булькала.

— Я похожа на утопленницу? — раздался хриплый голос Каэланы. Она приоткрыла один красный глаз.

— Ты похожа на человека, который уснул лицом в моем дипломе экономиста, — ответил Олег, осторожно пытаясь высвободить плечо. — И судя по звукам снизу, наш унитаз только что совершил прорыв в астральный план. Слышишь?

Откуда-то из недр квартиры действительно доносился низкий гул, похожий на работу турбины самолета.

Каэлана села, потягиваясь со звуком взводимых арбалетов. Доспехи сидели на ней как вторая кожа, даже когда она просто пыталась встать с кровати.

— Гравитационный колодец расширяется, — констатировала она, глядя на провал в полу. — Наш ручной патч работает, но ядро требует больше энергии, чем мы генерируем вдвоем. Если так пойдет дальше, через неделю гостиная окажется в стратосфере, а кухня упадет на головы местным демонам.

— Нам нужен генератор, — вздохнул Олег, массируя шею. — Что-нибудь размером с атомную станцию, работающее на чистом страдании. У тебя нет таких контактов?

— Мои контакты остались в Нижнем Городе, которого больше нет, — фыркнула она, подходя к окну. — Зато есть кое-что другое. Помнишь сумку Грэм-Башни?

Она кивнула на прихожую. Старая брезентовая сумка стояла у стены. Из нее лилось мягкое фиолетовое свечение.

— Мы стабилизировали квартиру физическим телом, — продолжила наемница. — Но магия никуда не делась. Кристаллы Бездны фонят так, что счетчик Гейгера Зиги сейчас плачет кровавыми слезами. Если расколоть один крупный камень и встроить его в твой протез вместо аккумулятора...

— Моя рука взорвется и оторвет мне половину торса, — закончил Олег. — Нужен конвертер. Кто может превратить сырую магию в электричество без риска устроить локальный Чернобыль?

Каэлана хитро улыбнулась, обнажая острые клыки.

— Тот, кто живет в твоем телевизоре. Вызывай своего призрака-механика. Скажи ему, что нам нужна «квантовая швабра».

***

Через десять минут лицо Зиги снова появилось на экране старенького «Горизонта». На фоне играла восьмибитная музыка из старой приставки.

— Швабра? Вы решили драить палубы вселенной? Одобряю, эстетически это гениально. Но технически вам нужен Реактор Обратного Порядка. Маленький такой, помещается в рюкзак. Питается маной, выдает стабильные 220 вольт и немного тепла для чайника.

— Где взять? — спросил Олег, наблюдая, как Каэлана пытается выудить засосанный в воронку пола тапок.

— Нигде. Их запретили пятьсот лет назад за то, что одно такое устройство случайно аннигилировало галактику Андромеда, — радостно сообщил Зиги. — Но! Поскольку вы украли кусок мира и отрезали его от Большой Сети, патентное право Старой Земли здесь больше не действует. Я могу собрать его из мусора, что валяется у вас на балконе. Там отличная куча обломков мироздания скопилась. Пришлите ведро.

Работа закипела.

Пока Зиги голосом управлял манипуляторами (которые материализовались прямо из воздуха в виде полупрозрачных роботов-сборщиков), Каэлана занималась бытовым терроризмом.

Пол нужно было выровнять. Вместо того чтобы использовать сложную физику, она просто нашла ломик и начала методично сбивать бетон вокруг воронки, превращая ее в ровный круг.

— Архитектура должна быть симметричной, — пояснила она, скидывая куски плиты прямо в Бездну. Оттуда возмущенно каркнул пролетающий грифон.

Олег же пытался решить проблему коммуникаций. Налоговая могла вернуться, да и соседи сверху наверняка слышали шум падения бетона.

— Зиги, пусти телефонную линию через мой имплант, — попросил он. — Мне нужно заказать пиццу.

— Ты хочешь кормить божественную сущность едой смертных? — ужаснулся динамик телевизора.

— Я хочу объяснить запах серы и звуки сварки тем, что у меня день рождения, — отрезал Олег. — Иначе участковый придет проверять документы у моей «сестры Марины», а у нее плохая привычка убивать людей за неправильные запятые.

Пицца приехала через сорок минут. Курьер выглядел подозрительно бледным, увидев парящий в воздухе балкон, но тысяча рублей чаевых творит чудеса с восприятием реальности. Когда коробка открылась, аромат плавленого сыра временно перебил запах ядерной реакции.

К вечеру Реактор был готов. Он выглядел как гибрид самовара, тостерницы и черепа древнего бога. Медные трубки переплетались с кристаллами маны, которые пульсировали в такт дыханию Каэланы.

— Осторожно, — предупредил Зиги. — Не включайте одновременно с микроволновкой. Соседская сеть Wi-Fi может дать наводку, и тогда весь подъезд начнет разговаривать на языке Древних. Хотя... учитывая контингент вашего ЖЭКа, никто не заметит разницы.

Олег подключил толстый кабель реактора к специальному разъему на бедре «Гарпии». Послышалось низкое гудение. Фиолетовые руны на протезе сменили цвет на спокойный синий.

*[ENERGY CORE: STABLE]*

*[POWER OUTPUT: 150%]*

*[GRAVITY ANCHOR: SECURED]*

Провал в полу перестал расти. Более того, линолеум начал сам собой разглаживаться, втягиваясь обратно к плинтусам.

— Работает, — выдохнул Олег. — Свет мигает стабильно. Можно включить чайник.

Каэлана подошла сзади, обнимая его со спины. Она положила подбородок ему на плечо, глядя на свое отражение в черном титане его руки.

— Знаешь, о чем я думаю? — тихо спросила она.

— О том, что завтра придут менять электросчетчик?

— Почти. Я думаю, что Инквизиция на орбите сейчас в панике. Весь их сектор управления погас. Спящий изолирован. Цитадель ослепла. Миллионы игроков застряли в своих телах внизу, не понимая, почему интерфейс отключился. Для них война закончилась сегодня утром. Они свободны.

— А мы? — спросил Олег, поворачиваясь к ней лицом. Его левая рука легла ей на талию.

— А мы получили самую странную ипотеку в истории недвижимости, — ухмыльнулась она. — Первый взнос внесен кровью. Теперь придется платить проценты хаосом.

Она встала на цыпочки и поцеловала его. На этот раз нежно, без привкуса пороха и адреналина. Просто поцелуй двух беглецов, наконец-то добравшихся до дома.

За окном бесконечный фиолетовый закат Эреба освещал верхушки летающих замков.

Где-то в коридоре щелкнул замок соседской двери и раздался пьяный бас:

— Никитин! Выруби свои колоночки, итить! Третий час рейва!

Олег тяжело вздохнул, оторвавшись от губ Каэланы.

— Кажется, пора знакомить соседей с понятием «Первобытный Ужас», — прошептал он. — Пойду открою дверь. Только сначала выключу реактор, а то превратим бабу Нюру снизу в новый орбитальный лифт.

Каэлана рассмеялась, впервые за долгое время звуча абсолютно счастливо.

— Дай мне минуту, — сказала она, доставая свои дымчатые кинжалы. — Я прикую твоего соседа цепями к батарее и объясню концепцию личного пространства. Демиург я или кто?

Битва за рай в панельном доме только начиналась.

Глава 23

**Глава 23. ЖЭК Апокалипсиса**

Олег никогда не думал, что управление божественной энергией окажется сложнее, чем заполнение квартального отчета в Excel. Но объяснять бабе Нюре, почему ее балкон теперь выходит видом на парящие острова Бездны, оказалось задачей уровня «Ультимейт».

— Я тебе говорю, старая, это оптическая иллюзия! — орал Олег сквозь цепочку, пока Каэлана невозмутимо точила кинжал о косяк двери, демонстративно игнорируя крики из лифта. — У нас тут ремонт! Перепланировка по фэншую! Вы лучше скажите, за какой год задолженность по капремонту?

— Демоны они! — причитала соседка снизу, брызгая слюной на дерматин. — Сектанты! Воду мне с потолка пустили фиолетовую! Она светится и пахнет спиртом! Я участковому звоню!

Каэлана перестала водить лезвием.

— Участковый? — переспросила она сладким голосом, от которого у Олега мурашки пошли по спине. — Человек в форме? С погонами? Который любит заходить в гости без приглашения после десяти вечера?

Баба Нюра осеклась. Лязг титановых лезвий друг о друга звучал в тишине лестничной клетки как-то особенно зловеще.

— Мы... мы просто погорельцы, — быстро поправился Олег, толкая наемницу коленом. — Из театра Маринкина. Репетиция пошла не так. Закрой дверь, я все оплачу!

Дверь захлопнулась. Щелкнул замок.

— Ты только что пообещала оплатить долги пенсионерки по капитальному ремонту вселенной, — заметил Олег, прислоняясь спиной к стене.

— Зато тихо, — пожала плечами Каэлана, возвращаясь в квартиру. — И запомни главное правило выживания: если хочешь скрыть магию, используй бюрократию или безумие. Люди скорее поверят в летающие тарелки, чем в то, что их сосед — бог.

Она прошла на кухню. Реактор Обратного Порядка уютно гудел под столом, накрытый старой скатертью. От него шло приятное тепло, а лампочка Ильича больше не мигала в такт дыханию Эреба.

— Кстати о долгах, — крикнула она оттуда. — Зиги передает привет. Говорит, засек активность порталов. Кто-то очень настойчиво ищет дыру в нашем пузыре.

***

Гость появился через час, когда Олег пытался заварить доширак прямо в стеклянной банке (конфорки плиты работали нестабильно из-за близости к сингулярности).

Пространство в углу гостиной пошло рябью, как вода от брошенного камня. Воздух запах озоном и палеными перьями.

Из марева шагнул ворон. Огромный, размером с орла, иссиня-черный, с глазами цвета расплавленного золота. Он приземлился на спинку кресла, едва не проломив кожзам.

*[Вестник Архонтов | Ур. Скрыто]*

Птица раскрыла клюв человеческим баритоном:

— Ошибка компиляции Никитиным аннулирована. Протокол изоляции признан законным во избежание каскадного обружения метрики пространства. Однако присутствие несанкционированного Вардена зафиксировано. Приказ свыше: провести аудит лояльности субъекта *Kaelana_White*.

Каэлана медленно поднялась с дивана. Ее движения стали плавными, текучими — инстинкты убийцы брали верх над бытовой леностью.

— Аудит проводит птица? — усмехнулась она. — Дожили. Раньше хотя бы Инквизиторы приходили, с ними можно было поговорить перед смертью.

— Я не птица, смертная. Я протокол верификации Старой Земли, — ворон расправил крылья, заполнив комнату тенью. — Твой статус изменен вручную. Это нарушение Пакта Безмятежности. Докажи свою ценность для системы, или твой код будет откатан до версии "Мясо для некромантов".

Ворон взмахнул крыльями. Комната исчезла.

Олег остался стоять посреди белой пустоты. Интерфейс моргнул критической ошибкой:

*[СЕРВЕР РЕАЛЬНОСТИ НЕ НАЙДЕН]*

*[ЛОКАЛЬНЫЙ ХОСТ АКТИВЕН (НОЛЬ РЕСУРСОВ)]*

Он был заперт внутри собственного черепа, пока его тело проходило проверку.

Каэлана стояла напротив ворона. Между ними повисла мерцающая лента кода — вся история ее жизни, начиная с загрузки в инкубатор Цитадели.

— Читай внимательно, жестянка пернатая, — процедила она. — Строка четыре тысячи двести одиннадцать. Миссия «Варден». Наблюдение за игроком Баг-Кровь.

Лента дернулась. Код начал стремительно перелистываться сам собой.

— Строка восемь тысяч девяносто девять. Игрок совершает прыжок веры в Разлом. Вероятность гибели 99.8%.

— Строка десять тысяч пятьсот сорок два, — голос Каэланы стал тише и опаснее. — Игрок изолирует ядро ценой собственной нервной системы. Моя директива: «Наблюдай и Докладывай». Мой выбор: прыгнуть следом. Нарушение протокола приоритетности миссии ради сохранения единицы гражданского кода.

Ворон склонил голову. Золотые глаза впились в лицо наемницы.

— Эмоциональный отклик. Иррациональное поведение. Девиация.

— Любовь — лучшая девиация во Вселенной, птичка, — Каэлана сделала шаг вперед. Кинжалы оставались в ножнах, но воздух вокруг нее дрожал от скрытой угрозы. — Если система считает багом то, что я предпочла сгореть вместе с ним, а не сдать его вам ради премии, значит, ваша система безнадежно устарела. Обновляйтесь.

Белая пустота дрогнула.

***

Реальность вернулась ударом под дых.

Олег упал на колени, выплевывая остатки виртуальной желчи. Его желудок сводило спазмом перехода.

Каэлана сидела на полу рядом, тяжело дыша. На ее бледной щеке красовался свежий порез, из которого капала обычная красная кровь. Вестник стоял там же, где и был, но теперь его золотые глаза потускнели.

— Аудит пройден, — каркнул он сухо. — Субъект классифицирован как [Свободный Агент]. Система более не имеет претензий. Но помни, девочка с белыми волосами: свобода стоит дорого. Налоговая служба уже выписала счет за уничтожение сектора Андромеды. Он придет позже.

Ворон растворился в облачке черного пепла, оставив после себя запах грозы и легкий бардак.

Олег поднял голову. Голова раскалывалась.

— Что... что ты ему сказала?

— Сказала, что если он еще раз влезет в мой разум без стука, я вырву его квантовый сервер через клюв, — прохрипела Каэлана, пытаясь встать. Ноги ее не слушались. Переход между слоями реальности высосал из нее всю энергию.

Олег подполз к ней, забыв про боль в собственном теле. Он обхватил ее за плечи, помогая сесть на диван.

— Глупая наемница, — прошептал он, прижимая ее к себе. — Зачем ты рисковала? Я мог бы переписать тебя заново...

Она посмотрела на него снизу вверх. Красные глаза были влажными — не от боли, от ярости и уязвимости человека, который впервые прошел настоящую проверку личности.

— Чтобы ты смотрел на куклу? — выдохнула она. — Нет, жестянка. Если мы крадем миры, то только те, где я могу сама выбирать, чье сердце резать, а кого целовать. Понял?

Вместо ответа Олег включил реактор на полную мощность. Синее свечение окутало их обоих. Энергия маны, пропущенная через конвертер, хлынула в импланты Каэланы, восстанавливая мышечные волокна и латая пробитый энергокаркас. Она закрыла глаза, прижавшись лбом к его груди, впитывая силу.

Когда свечение погасло, порез на ее лице затянулся, оставив лишь тонкую белую линию.

— Спасибо, — тихо сказала она.

— Всегда пожалуйста, партнер, — улыбнулся он. — Ну что, раз уж Вселенная признала наши отношения легитимными, может, наконец повесим шторы? Солнце здесь встает со стороны пасти левиафана, оно слишком яркое.

Каэлана фыркнула, отвешивая ему шутливый подзатыльник здоровой рукой.

— Только попробуй купить тюль с котиками. Я превращу твою бионическую руку в открывалку для консервов и уйду обратно в Нижний Город.

За окном бесконечный цикл разрушения и созидания Эреба продолжался своим чередом. Но здесь, в квартире номер сорок семь, наступило хрупкое, выстраданное равновесие. Они украли свой кусок вечности. Теперь им предстояло научиться платить по счетам.

Глава 24

**Глава 24. Ипотека на вечность**

Проблема с солнцем решилась радикально: Каэлана просто расстреляла восход из трофейного арбалета Грэм-Башни, используя зачарованные болты как временные светоблоки. Левиафан внизу обиженно рыкнул и перевернулся на другой бок, заслонив их балкон своей чешуей.

— Вот и отлично, — наемница потянулась, разминая плечи. Теперь, когда ее статус «Вардена» был официально аннулирован Зиги (удалившим соответствующие протоколы через лазейки в реестре Старой Земли), она двигалась свободнее. Исчезла та едва заметная механическая скованность, выдававшая марионетку системы. — Спать до полудня — лучшее достижение демократии.

Олег сидел за кухонным столом, обложившись распечатками схем Реактора Обратного Порядка. Чернила пачкали пальцы, а логика Древних сопротивлялась пониманию.

— Я не могу стабилизировать выходную частоту, — пожаловался он, стирая испарину со лба. — Если мы включим микроволновку одновременно с чайником, сингулярность под ванной схлопнется. А там мои носки замачиваются.

— Купи генератор на пердячьем пару, деревенщина, — отозвалась Каэлана из комнаты. Судя по звукам, она пыталась надеть броню, которая после вчерашнего квантового сжатия слегка деформировалась. — Или используй то, чего у нас в избытке.

— Воды? Терпения? Дешевого пластика?

— Хаоса, Олег. Мы сидим на самом нестабильном куске материи во Вселенной. Перестань пытаться сделать его стабильным. Это все равно что заставлять кошку ходить строем. Нам нужен не якорь, который держит корабль на месте, а парус, который ловит ветер Бездны.

Она вышла в кухню. Броня сидела идеально, словно вторая кожа, но поверх нее была накинута его старая толстовка с логотипом неизвестной земной киберспортивной команды. Выглядело это сюрреалистично и пугающе уютно.

— Собирайся, жестянка, — она бросила ему на колени потертый кожаный плащ. — Пойдем грабить банк.

— У нас есть банк? — удивился Олег, вставая и морщась от прострелившей поясницы. — Я думал, наш бюджет — это сумка с кристаллами.

— Наш бюджет — это карманные деньги. Настоящие сокровища Эреба лежат не в сейфах Инквизиции. Они лежат в Забытой Библиотеке Ур-Каалот, — глаза Каэланы загорелись тем самым азартным блеском, ради которого люди вроде нее веками грабили древние гробницы. — Там хранятся чертежи первых врат. Если мы найдем формулу стационарного портала, нам больше не придется прыгать из окон. Плюс, где-то там спрятана Корона Теневых Королей.

— Зачем нам корона? — устало спросил Олег. — Мне шапки достаточно, уши мерзнут.

— Не для того чтобы носить, идиот, — она щелкнула его по лбу. — Она сделана из живого обсидиана. Идеальный процессор. Если встроить его в твой протез вместо той консервной банки, что поставил Зиги, ты сможешь управлять гравитацией взмахом руки. Никакого форматирования диска мира при включении тостера.

***

Выход в город напоминал переход границы между государствами.

Квартира Олега служила шлюзом. Как только они переступили порог, воздух стал тяжелым, влажным и пахнущим серой. Под ногами вместо линолеума захрустел черный песок, смешанный с битым стеклом.

Они стояли на краю огромного плато, парящего над бездной. Их дом теперь выглядел как монументальная бетонная глыба, торчащая из края скалы, похожая на больной зуб. От балкона вниз уходили самодельные мостки из арматуры, ведущие к ближайшей торговой площади.

Нижний Город изменился. Без постоянного давления Инквизиции и протоколов Варденов анархия расцвела буйным цветом. Между скалами были натянуты канатные дороги из кишок левиафанов, по которым бегали дети-мутанты. Торговцы продавали жареных скарабеев прямо рядом с лавкой алхимика, торгующего слезами ангелов.

Каэлана шла сквозь толпу уверенно, раздвигая народ плечами. Но теперь ей не уступали дорогу из страха перед Меткой Первожертвы. Ей уступали дорогу, потому что видели татуировку «Свободный Агент» на ее шее — знак тех, кто выжил в Каскадном Сбросе и сохранил рассудок. Таких было мало, и каждый из них стоил армии.

— Куда сначала? — спросил Олег, стараясь не смотреть вниз, где в фиолетовом тумане плавали тени размером с гору.

— Сначала валюта, — отрезала Каэлана. — Сумка с кристаллами слишком яркая. Нас выпотрошат еще до первого перекрестка. Нужно зайти к Грызу.

Грыз оказался старым орком, чей правый глаз заменял оптический прицел от винтовки Драгунова (явно земного происхождения). Его меняльная контора располагалась внутри черепа мертвого дракона.

— Белая Смерть! — проревел орк, вытирая лапы о фартук из кожи троглодита. — Ты жива! А слухи говорили, тебя Архитекторы распылили!

— Слухи врут, Грыз, — улыбнулась Каэлана, демонстрируя клыки. — Но говорят правду про Никитуина. Он тут самый опасный тип.

Олег скромно кашлянул, поправляя очки, которые нашел в квартире (зрение без интерфейса иногда подводило).

— Меняю всё, — заявила наемница, вытряхивая содержимое сумки на стойку. Фиолетовые камни вспыхнули, залив пещеру светом. — Нужна местная ликвидность. Чешуйки душ, эссенция скверны, золото Старой Земли. И мне нужны облигации Банка Ур-Каалот.

Грыз сгреб кристаллы огромной лапой, даже не поморщившись от радиационного фона.

— Облигации нынче дешевы, девка, — прохрипел он. — После того как Цитадель ослепла, никто не верит в долговые обязательства демонов. Все хотят твердую валюту. Кровь богов или микросхемы Терран.

— Тогда предложим эксклюзив, — Олег достал из кармана плаща свой старый VR-шлем. Тот самый, с которого началась вся история. Провода висели клочьями, линзы треснули. — Технология Старой Земли. Полное погружение. Рабочий экземпляр эпохи До-Протокола.

Глаза орка-ростовщика расширились. Он осторожно, двумя пальцами, взял артефакт.

— Рабица... железо... стекло... — бормотал он, обнюхивая пластик. — Запах предков. Где ты это взял?

— Из другого измерения, — честно ответил Олег. — Вместе с собой. Оно идет бонусом к шлему.

Грыз посмотрел на Олега так, словно видел перед собой редкого жука. Затем перевел взгляд на Каэлану.

— Свободный Агент и Пришелец-Владыка живут вместе в бетонной коробке... Мир определенно сошел с ума. По рукам.

Орк открыл тяжелый сундук. Вместо монет там лежали аккуратные стопки квадратных пластин из черного металла.

— Токены Гильдии Исследователей Глубин, — пояснил Грыз. — Открывают любые двери в Нижние Арсеналы. Хватит вам, чтобы добраться до Библиотеки и купить себе небольшую луну на сдачу.

Когда они вышли из логова Грыза, солнце Эреба (то самое, которое Каэлана недавно расстреляла) начало садиться. Небо окрасилось в цвета запекшейся крови.

Каэлана остановилась, глядя на огни города. Впервые за все время их знакомства в ее позе не было напряжения пружины, готовой выстрелить. Она стояла расслабленно, положив руку на плечо Олега.

— Знаешь, — сказала она тихо, почти шепотом, чтобы слышал только он. — Когда я была Варденом, моя программа требовала защищать этот мир любой ценой. Даже если бы пришлось убить тебя. Я смотрела на эти улицы и видела активы, которые нужно стеречь.

Она повернулась к нему. Красные глаза отражали пламя пожаров Нижнего Города.

— А сейчас я смотрю на эту помойку... и понимаю, что хочу здесь жить. Просто жить. Купить вон тот дом с красной крышей. Завести боевого кота. Ругаться с тобой из-за того, кто моет посуду.

Олег обнял ее свободной рукой, притягивая к себе. Тепло ее тела сквозь слои брони ощущалось как самое настоящее чудо.

— Договоримся, — усмехнулся он. — Кот мой, посуда твоя. Идет?

— Наглый кусок кода, — фыркнула она, целуя его в щеку. — Ладно, пойдем. Надо успеть в библиотеку до закрытия, пока другие охотники за сокровищами не прочитали инструкцию по захвату миров раньше нас.

Они растворились в тенях вечернего Ур-Каалота. Два беглеца, ставшие хозяевами своего собственного ада. Битва за спасение вселенной закончилась. Начиналась жизнь.

Глава 25

**Глава 25. Библиотека, которая кусается**

Забытую Библиотеку Ур-Каалот нельзя было найти на карте. Она сама находила тех, кто ей был нужен.

Вход выглядел как пасть гигантского каменного идола, заросшая фиолетовым мхом. Вместо языка из темноты свисала скользкая цепь с узлами. Каэлана первой шагнула вперед, даже не проверив глубину шахты — наемница ее калибра доверяла лишь двум вещам: своим клинкам и своей способности выживать при падении.

— Если внизу кислота, я убью тебя за этот плащ, — бросил Олег через плечо, крепко держась за цепь здоровой рукой. Его протез «Гарпия» слабо светился в темноте, освещая стремительно несущиеся вверх стены колодца.

— Там не кислота, — отозвалась она снизу. — Там штрафы за просрочку возврата книг. Будь готов отдать палец.

Они приземлились на гору истлевших фолиантов. Пыль стояла столбом, пахло старой бумагой, озоном и формальдегидом. Огромный зал уходил во тьму; потолок поддерживали колонны, сделанные из переплетенных костей существ, которые слишком много знали.

— Ищи секцию «Пространственная Геометрия», — скомандовала Каэлана, зажигая химический светильник. В его тусклом свете ее лицо казалось высеченным из мрамора. — Чертежи врат должны быть там. А я поищу Корону Теневых Королей. Она нам нужна для питания схемы.

Разделившись, они двинулись между стеллажами.

Олег шел осторожно, стараясь не наступать на книги. Интерфейс администратора здесь работал иначе: буквы на корешках сами подплывали к глазам, переводя древние диалекты Старой Земли на понятный русский.

*«Квантовая кулинария для чайников».*

*«Как украсть галактику и не попасть под суд».*

*«Майнкрафт: руководство по созданию карманных измерений (Запрещено Инквизицией)».*

Он остановился у секции **[TOP SECRET // ARCHITECT CLEARANCE ONLY]**. Книги здесь были прикованы к полкам цепями из живого серебра.

— Нашел что-то похожее, — прошептал он в коммуникатор на воротнике. — «Стабилизация порталов методом резонанса Хаоса». Нужен ключ-резонатор.

— У меня тут проблема поважнее, — голос Каэланы раздался откуда-то слева, искаженный эхом. — Кажется, библиотека нас услышала.

Тени между книжными шкафами начали сгущаться, обретая плотность. Воздух похолодел до температуры открытого космоса. Из мрака соткалась фигура библиотекаря.

Это был не человек. Это был конструкт из пожелтевших страниц, скрепленных проволокой нервов. Вместо головы — вращающийся глобус со стонущими лицами. Шесть рук заканчивались длинными птичьими когтями.

*[Архивариус Забвения | Ур. ???]*

— Нарушение тишины... — проскрежетал Архивариус голосом миллиона шепчущих голосов. — Непогашенная метафизическая задолженность...

Одна из его рук метнулась к Олегу быстрее кобры. Страницы-пальцы сомкнулись на его шее. Бумага была острой как бритва.

*[ПОЛУЧЕН ДЕБАФФ: ОТТОРЖЕНИЕ РЕАЛЬНОСТИ]* — вспыхнуло перед глазами Олега. Мир начал распадаться на пиксели. Он чувствовал, как информация о нем самом вымывается из базы данных мира.

Каэлана оказалась рядом мгновенно. Ее кинжалы столкнулись с бумажными конечностями монстра, издав звук рвущейся ткани.

— Не трогай моего жестянщика! — рявкнула она. — Мы платим наличными!

Она швырнула в морду твари горсть золотых чешуек душ. Монстр на секунду отвлекся, поглощая валюту своими пустыми глазницами.

— Этого хватит?! — крикнула наемница, уворачиваясь от удара костяного хвоста, спрятанного в переплете одной из книг.

— За вход — да, — просипел Олег, пытаясь разжать бумагу на горле левой рукой. Правая, «Гарпия», пыталась трансформироваться в лезвие, но протоколы библиотеки блокировали изменение формы металла. — Но за шум штраф отдельно!

Олег понял, что силой эту штуку не взять. Архивариус *был* библиотекой. Нужно было использовать логику системы против нее самой.

Свободной рукой Олег ударил себя в грудь, активируя интерфейс напрямую.

`cmd > run find "Резонанс" /f`

Система считала окружающее пространство как файловую систему. Архивариус подсветился красным как `[CRITICAL_PROCESS_CORRUPT]`.

— Каэлана! — прохрипел Олег. — Ему нужен каталог! Дай мне Корону!

Наемница поняла без лишних слов. Пока Олег удерживал внимание конструкта, сцепившись с ним врукопашную (бионическая рука наконец пробила бумажную броню, выпустив гидравлическое масло), Каэлана нырнула под брюхо твари.

Там, подвешенное на серебряной нити, пульсировало нечто черное, похожее на комок живой тьмы. Корона Теневых Королей. Она коснулась раскрытой ладонью холодного обсидиана.

Энергия хлынула в нее потоком. Воспоминания тысяч тиранов затопили ее разум, но ее новая воля, очищенная от протокола Вардена, выстояла. Она просто взяла чистую мощь.

— Лови! — она бросила артефакт Олегу.

Черная корона полетела сквозь воздух. Олег отпустил шею Архивариуса, поймал ее подбородком и водрузил себе на голову поверх интерфейса.

Мир взорвался информацией.

*[ОБЪЕДИНЕНИЕ СИСТЕМ... ЗАВЕРШЕНО]*

*[АДМИНИСТРАТОР + ТЕНЕВОЙ ЯДРО = АДМИНИСТРАТОР АБСОЛЮТА]*

Бумажные руки снова метнулись к нему, но теперь двигались медленно, вязко, словно в сиропе.

Олег поднял руку. На указательном пальце перчатки «Гарпии» сформировался ослепительно белый луч лазера — функция, которой там никогда не было.

Он провел линию прямо по груди Архивариуса. Страницы вспыхнули не огнем, а чистым светом нулей и единиц. Конструкт развалился на куски, которые тут же сложились обратно в обычные, мирно лежащие на полу книги.

Тишина вернулась. Только гудело перегруженное ядро в голове Олега.

— Ты выглядишь идиотом, — выдохнула Каэлана, подходя ближе. Обсидиановая пыль покрывала ее лицо. — И почему от тебя пахнет злым диктатором?

— Потому что мы только что стерли местного охранника, используя модифицированную лазерную указку и шапку, — Олег снял корону. Черный обсидиан потускнел, став обычным камнем. — Дай нож.

Пока Каэлана подозрительно оглядывала коридоры на предмет новых стражей, Олег принялся вырезать формулы стабилизации прямо на титановой пластине своего протеза алмазным острием кинжала. Кровавый корень больше не требовался — кровь заменял машинный код.

— Готово, — сказал он через десять минут, вставляя обсидиановый фрагмент Короны в специальный паз на предплечье «Гарпии». — Теперь это не просто рука. Это Искатель Врат.

Он подошел к ближайшей стене, сплошь покрытой рунами. Приложил ладонь.

Металл загудел, сканируя структуру камня. Перед глазами Олега развернулась трехмерная карта подземелий Эреба.

— Есть, — улыбнулся он. Зеленая нить портала пульсировала глубоко внизу, под фундаментом города. — Стационарный узел Древних. Активируем схему отсюда?

— Нет, — Каэлана покачала головой, проверяя заточку лезвий. — Схема требует физического присутствия ключа активации внутри ядра узла. Нам придется спуститься в Первичную Кузню. Самое горячее место планеты. Там плавится само время.

Она подошла вплотную, прижимаясь лбом к его плечу. Несмотря на весь хаос вокруг, в этом жесте было столько домашнего спокойствия, что Олег невольно обнял ее свободной рукой.

— Знаешь, что самое страшное в том, что ты стал богом? — тихо спросила она.

— Что?

— То, что тебе все еще нужно платить ипотеку за квартиру, — усмехнулась она, отстраняясь. — Хватит романтики, жестянка. Надевай корону обратно. Внизу будет темно и очень больно. Мне понадобится освещение.

Они двинулись вглубь катакомб, следуя за зеленой нитью навигации. Где-то далеко позади, в реальном мире их квартиры, включился холодильник, заработавший от Реактора Обратного Порядка. Две реальности продолжали существовать параллельно, связанные лишь тонкой нитью воли двух людей, отказавшихся следовать правилам игры.

Глава 26

**Глава 26. Первичная Кузня и кулинарный кризис**

Спуск в Первичную Кузню напоминал падение в глотку умирающего бога.

Лестницы, вырубленные прямо в стекающем базальте, сменились спиральными желобами из застывшей магмы. Температура росла с каждой минутой. Обычный человек давно бы сварился заживо, но Каэлана двигалась впереди как призрак, ее импланты работали на полную мощность охлаждения, выбрасывая клубы белого пара при каждом выдохе.

Олегу было тяжелее. Бионическое сердце «Тихий Омут» работало на пределе, пытаясь прокачать кровь через систему жизнеобеспечения костюма, который начал плавиться по швам.

— Мой плащ... он дымится, — прохрипел Олег, опираясь на стену. Камень под рукой был мягким.

— Это не дым, это твоя мода испаряется, — бросила через плечо Каэлана. Она остановилась у края огромного провала. Внизу, в километре под ними, бурлило озеро жидкого света. — Ядро узла там. Прямо в центре. Нам нужно спуститься в лаву.

— У меня есть идея получше, — Олег надел обсидиановую Корону обратно. Мир вокруг замер, превратившись в чертеж САПР. Он видел линии напряжения в скалах. — Здесь полно геотермальных гейзеров. Если я дам залп из «Гарпии» вон в тот разлом, давление подбросит нас вверх... хотя нет, мы расплавимся.

Он сменил расчеты.

— Или...

Олег перехватил свою металлическую руку. Пальцы-лезвия втянулись. Из запястья выдвинулся массивный гарпун с четырьмя раскрывающимися лепестками захвата.

— Держись за меня. Крепко.

Каэлана молча обхватила его руками и ногами, прижавшись к спине так плотно, что он чувствовал каждый изгиб ее брони.

Олег прицелился гарпуном в огромный сталактит, нависающий над озером лавы посреди центрального зала.

*[СИСТЕМА: РАСЧЕТ ТРАЕКТОРИИ]*

*[ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: НАГРУЗКА НА ИМПЛАНТ КРИТИЧЕСКАЯ]*

Он нажал спуск.

Выстрел ударил по ушам даже сквозь рев вулкана. Стальной трос вылетел со скоростью пули, вонзившись в камень. Механизм лебедки взвыл, натягиваясь.

Они прыгнули в пропасть.

Свист ветра, запах серы, жар, способный превратить песок в стекло. Свободное падение длилось три секунды, которые растянулись в вечность благодаря адреналину.

Удар о натянутый трос отдался болью во всем теле. Захват-гарпун выдержал. Лебедка начала медленно, скрипя зубами шестеренок, вытягивать их из ада.

Когда они рухнули на платформу из черного вулканического стекла, оба лежали, тяжело дыша. Костюм Олега прогорел на плече до искусственной плоти, источая запах паленого полимера и мяса.

— Напомни мне... купить тебе огнеупорный костюм... на Новый год, — выдавила Каэлана, скатываясь с него.

Вокруг них возвышались машины Древних. Огромные прессы размером с небоскреб сжимали пустоту, превращая ее в кирпичи пространства-времени. В воздухе висела золотистая пыль — пепел сгоревших законов физики.

Прямо перед ними парил сам узел портала. Выглядел он как гигантская сфера из переплетенных золотых жил, внутри которой билось пульсирующее фиолетовое пламя.

— Красиво, — выдохнул Олег, вставая. — И смертоносно. Чтобы стабилизировать портал, мне нужно влезть внутрь этой штуки руками. Голова останется снаружи, надеюсь.

— Я буду держать тебя за ноги, чтобы твой процессор не вскипел раньше времени, — кивнула Каэлана, проверяя крепления своего оружия. — Но сначала давай решим проблему твоего гардероба.

Она подошла к одному из прессов, разбила панель управления кинжалом и вытащила оттуда толстый кабель высокого напряжения.

— Открой рот.

— Что? Нет! Погоди, ты хочешь...

— Живо! — рявкнула она.

Олег покорно открыл рот. Каэлана воткнула кабель ему между зубов, прямо в разъем питания бионической челюсти (стандартная опция для диверсантов Старой Земли).

Раздался треск. По телу Олега прошла волна такой мощной энергии, что волосы встали дыбом. Его интерфейс вспыхнул синим пламенем:

*[КРИТИЧЕСКИЙ ЗАРЯД ПОЛУЧЕН]*

*[АКТИВАЦИЯ РЕЖИМА «БЕЛЫЙ ШУМ»]*

Его кожа покрылась коркой мгновенно замерзшего пота. Искусственная кровь превратилась в антифриз. Теперь жара Кузни он просто не замечал — датчики сообщали, что температура тела упала до минус десяти градусов.

— А теперь иди работать, холодильник, — ухмыльнулась Каэлана, закуривая сигарету от искрящегося кабеля.

***

Процесс настройки врат занял час. Для стороннего наблюдателя это выглядело как сцена из медицинского хоррора: по пояс обнаженный мужчина стоит вплотную к солнцу, погрузив руки в ядерный реактор, а женщина-полуавтомат держит его за лодыжки, методично отбиваясь хвостом огненного элементаля, которого привлекло возмущение поля.

Олед работал. Код тек через его нервную систему напрямую в золотые жилы сферы.

`if(Chaos > Stability) { inject Void_Order; }`

Он переписывал саму аксиому причинности. Портал должен был вести не *куда-то*, а *домой*.

— Готово! — крикнул он, выдергивая руки. Кожа перчаток осталась внутри сферы. — Запускаю обратный отсчет!

Земля под ногами вздрогнула. Машины Древних начали замедляться. Золотое ядро начало схлопываться, втягивая в себя свет.

— Олежа, нам пора валить! — Каэлана выпустила последний заряд из арбалета в морду очередному голему и схватила Олега за воротник того, что осталось от его рубашки. — Лава поднимается!

Действительно, черный стеклянный пол пошел трещинами. Озеро света внизу решило сменить локацию.

— Куда?! До лифта сто метров! — Олег посмотрел на свои руки. Они были целыми, но перчатки исчезли, обнажив титановые пальцы, раскаленные докрасна.

Каэлана посмотрела наверх, затем на сужающийся купол потолка.

— Придется испортить мебель Грыза, — сказала она.

Она достала из подсумка одну из облигаций Банка Ур-Каалот — тяжелый золотой токен.

— Эти ребята ненавидят, когда портят их чеканку, — прошептала она и с размаху швырнула монету прямо в центр затухающего ядра портала.

Золото встретилось с чистой энергией Бездны.

Взрыва не было. Была вспышка абсолютной тишины и ярости. Законы физики решили взять выходной. Пространство выгнулось дугой, создавая короткий тоннель — рукотворный кротовую нору, пробитую грубым нарушением финансового регламента.

Каэлана, не раздумывая ни секунды, шагнула в этот хаос, волоча за собой Олега.

Мир превратился в калейдоскоп. Они летели сквозь чужие воспоминания, сквозь стены своей квартиры, сквозь стратосферу.

Приземление вышло жестким.

Они проломили крышу собственного дома и рухнули прямо на кухонный стол. Столешница треснула пополам. Реактор Обратного Порядка под столом жалобно звякнул.

Наступила тишина. Только капала вода из протекшего умывальника и где-то далеко гудел сигнал входящего сообщения на телевизоре.

Олег сел, скидывая с себя обломки фанеры. На нем остались только штаны и кусок ткани на груди. Волосы стояли дыбом, лицо было перемазано сажей.

Каэлана вылезла из-под холодильника. Ее белая броня местами оплавилась, открывая сложную механику суставов, а бровь была рассечена. Но в руках она крепко сжимала предмет.

Черный обсидиановый обруч. Корона Теневых Королей. Теперь она казалась живой, по ней пробегали едва заметные фиолетовые искры.

— Мы дома, — констатировала она, тяжело дыша.

Из вентиляционного отверстия высунулась голова Зиги.

— Ну наконец-то! — проскрипел динамик телевизора. — Я уж думал, вы решили остаться на ПМЖ в вулкане. Облигации банка оплатили штраф за шум, но вы должны Грызу новую крышу. Кстати, пока вас не было, приходил участковый. Оставил повестку. Кажется, баба Нюра все-таки написала заявление.

Олег посмотрел на Каэлану. Та смотрела на него. Затем они одновременно перевели взгляд на разбитый кухонный стол, торчащую из потолка арматуру и повестку в руках говорящей головы на экране.

Каэлана запрокинула голову и расхохоталась. Громко, искренне, сбрасывая напряжение битвы. Смех демона-полубога эхом гулял по разрушенной квартире.

— Добро пожаловать домой, Первый Клинок, — сквозь слезы смеха произнесла она. — Ужин готовить будешь ты. У меня рука немного... сломана пополам.

Она продемонстрировала свой правый манипулятор, сустав которого выгнулся под неестественным углом после падения.

Олег вздохнул, встал, подошел к холодильнику и достал две банки тушенки. Консервный нож он искать не стал. Просто сдавил банку пальцами «Гарпии». Металл жалобно хрустнул.

— Сегодня едим как короли, — сказал он, протягивая ей открытую тушенку. — Потому что завтра нам платить ипотеку.

Глава 27

**Глава 27. Ипотека, соседи и экзистенциальный кризис**

Тушенка из стратегических запасов Старой Земли оказалась на удивление вкусной, если есть ее пальцами прямо из мятой банки, сидя на полу разрушенной кухни.

— Нам нужен новый стол, — констатировал Олег, вытирая жир с подбородка тыльной стороной ладони. Бионические пальцы оставили на коже блестящий след смазки. — И дверь. И потолок. И, желательно, совесть, чтобы вернуть Грызу его облигации.

— Совесть не продается, она выдается при рождении, а у нас с тобой в графе «Создатель» стоит системная ошибка, — парировала Каэлана. Она пыталась примотать свою сломанную руку к туловищу куском провода от Реактора. Выглядело это так, будто куклу небрежно починил пьяный мастер. — Кстати о платежах. Зиги сказал, что пока мы штурмовали Кузню, банковский счет Олега Никитиана подвергся атаке.

Олед поперхнулся тушенкой.

— Что? Кто посмел? Инквизиция конфисковала золото?

— Хуже. Судебные приставы. Автоматизированная система взыскания долгов ЖКХ твоего старого измерения нашла твой ИНН через остаточный след квантового перехода. Они списали всё за неуплату капремонта за последние двести лет. С учетом инфляции и пени, разумеется.

Олег уставился в одну точку. Миллионы империалов, добытые кровью, болью и риском аннигиляции вселенной, исчезли со счета, потому что он забыл оплатить замену лифта в доме, где больше не жил.

— Это... это самое страшное, что случалось с нами за последний месяц, — прошептал он. — Демоны Бездны милосерднее бухгалтеров.

В этот момент в стену постучали. Не просто ударили, а вежливо, костяшками пальцев.

Звук был настолько чужеродным для их новой жизни (где проблемы обычно решались взрывами), что оба замерли с открытыми ртами.

— Мы кого-то приглашали? — спросила Каэлана, медленно кладя кинжал на край ванны (которая теперь выполняла роль журнального столика).

— Только кредиторов, но они обычно выбивают двери, — Олег встал, стараясь выглядеть максимально внушительно. Учитывая, что на нем были только камуфляжные штаны и половина обгоревшей футболки, выглядел он как бродяга после рейва.

Он подошел к входной двери. В глазке было темно, но интерфейс подсветил фигуру мягким зеленым светом.

*[ОБЪЕКТ: ПЕТРОВ И.И. | СТАТУС: СОСЕД | УРОВЕНЬ АГРЕССИИ: НИЗКИЙ]*

Сверху мигала иконка дебаффа: *[НЕДОУМЕНИЕ]*.

— Олег Валерьевич, — голос соседа звучал приглушенно, но твердо. — Я понимаю, молодежь, праздник, день десантника или свадьба гномов... Но у вас уже двенадцать часов подряд играет техно, пахнет серой и течет фиолетовая жижа с потолка прямо на мой антикварный комод. Мой комод старше вашей цивилизации!

Каэлана подошла сзади, бесшумно ступая босыми ногами. Она положила здоровую руку Олегу на плечо.

— План? — шепотом спросила она. — Вариант А: убить и растворить в кислоте. Вариант Б: наложить заклятие забвения.

— У нас нет кислоты, а заклятия тратят ману, которая сейчас питает свет в сортире, — так же тихо ответил Олег. Он нажал кнопку интеркома. — Петр Ильич, извините! У нас тут небольшая утечка пространственно-временного континуума. Рабочие уже едут. К вечеру закончим бурение!

— Какое бурение?! — возмутился голос. — У меня кошка поседела! Она смотрит в угол и видит там Древних! И верните мне мою болгарку, вы одолжили ее еще во вторник прошлой недели.

Олег посмотрел на Каэлану взглядом затравленного животного.

— Он знает про Болгарку Времени. Это конец. Если ЖЭК объединится с жильцами, нам придется съехать в черную дыру.

Наемница задумчиво почесала подбородок свободными пальцами.

— Дай-ка я попробую женский подход, — она оттеснила Олега от двери и прислонилась к ней сама. — Мужчина, — проворковала она голосом, от которого плавились броневые листы крейсеров. — Вы очень сильный. И надежный. Ваша аура буквально кричит о стабильности.

За дверью смущенно кашлянули.

— Ну... я качаюсь иногда...

— Мы ищем спонсора для одного стартапа, — продолжила Каэлана, включая все свое демоническое очарование. — Очень перспективного. Связанного с торговлей редкими артефактами. Нам нужно немного наличных на покрытие операционных расходов. Скажем... пятьдесят тысяч рублей. Прямо сейчас. Взамен мы можем предложить вам вот это.

Она просунула под дверь обсидиановый токен Банка Ур-Каалота размером с ладонь.

Наступила тишина. Было слышно, как у Петровича скрипят шестеренки в голове, пытаясь осознать удельный вес металла, который явно не принадлежал Солнечной системе.

— Это платина? — дрогнувшим голосом спросил сосед.

— Это валюта богов, — ответила Каэлана. — Эксклюзив. Больше ни у кого такой нет. Соседи лопнут от зависти.

Звякнула цепочка. Дверь приоткрылась на длину цепочки. На них смотрело лицо пожилого инженера с фонариком во лбу. Его глаза округлились при виде стоящей рядом девушки с белыми волосами и механическими узорами на лице.

— Она настоящая? — спросил он Олега.

— Своя собственная, — кивнул тот. — Берете валюту?

Петрович сглотнул. Рациональность советского человека боролась с жадностью коллекционера.

— Две тысячи долларов по курсу, — выпалил он. — И вы чините мне проводку. От вашего гейзера у меня микроволновка крутит еду назад во времени.

— По рукам, — быстро согласился Олег, пока сосед не передумал. — Где расписаться кровью?

***

Через час квартира стала похожа на стройплощадку.

Петрович, получив золотой слиток, преобразился. Старая советская закалка позволила ему воспринять ремонт квартиры между измерениями как обычный капитальный ремонт кривыми руками. Он притащил ведро шпаклевки, рулон рубероида и ящик дешевой водки «для протирки контактов».

— Значит так, хлопцы, — Петрович стоял посреди гостиной в грязной телогрейке поверх пижамы. — Плиту я вам выровнял. Эту дырку в полу, куда чуть ушла моя табуретка, мы зальем бетоном марки пятьсот. Держаться будет вечно. А вот эту штуку, — он ткнул пальцем в пульсирующий реактор под столом, — лучше накройте ковром. Фонят-сильно, тараканы уже зеленые бегают.

Каэлана сидела на единственном целом стуле, методично чистя кинжалы. Она наблюдала за человеком, который чинил дом богам, и в ее красных глазах читалась сложная смесь уважения и абсолютного недоумения.

— Ваш вид выживает вопреки всему, — сказала она, когда Петрович полез в подвал проверять трубы. — Вас нельзя победить. Можно только взять измором.

— Это называется ипотека, — усмехнулся Олег. Он сидел на стопке гипсокартона, потягивая чай из эмалированной кружки. Корона Теневых Королей лежала рядом, служа отличной подставкой под горячее. — Теперь ты понимаешь, почему я хотел сбежать в космос?

— Теперь я понимаю, зачем тебе нужна была Корона, — она встала и подошла к нему. Обсидиановый венец тускло мерцал. — С этим камнем внутри твоя рука сможет генерировать поле подавления. Никакая звуковая волна соседей, никакой перфоратор в семь утра не пробьет наш щит. Абсолютная тишина.

— Это даже лучше, чем управление гравитацией, — мечтательно произнес Олег. — Представь: суббота, девять утра. Перфоратор включается. Ты нажимаешь кнопку, и у всего подъезда пропадает электричество. Кроме нашего Wi-Fi.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. Впервые смех не был нервным или боевым. Это был смех двух людей, которые прошли через ад, украли кусок рая, потеряли состояние на штрафах и теперь обсуждали способы издевательства над пенсионерами с помощью темной магии.

Петрович вернулся, шумно высморкавшись в рукав.

— Всё, молодежь. Завтра привезу линолеум. Хороший, немецкий, остаток брал. Будете жить как люди. Может, познакомите меня с подругой? Уж больно статная.

Каэлана подняла взгляд. Ее импланты тихо загудели, активируясь. Температура в комнате упала на пять градусов.

— Попробуйте заговорить со мной без слова «хлопцы» еще раз, уважаемый, — ровным голосом произнесла она. — И ваше следующее воплощение будете обсуждать с моим клинком.

Петрович побледнел, часто закивал и начал пятиться к выходу.

— Понял-понял, шутка! Юмор специфический! Пойду я, цемент мешать надо...

Дверь захлопнулась.

Каэлана выдохнула, расслабляясь.

— Знаешь, какой главный урок я извлекла из этого мира? — спросила она, возвращаясь к Олегу и забираясь к нему на колени, прямо на стопку стройматериалов.

— Какой?

— Неважно, насколько ты велик. Неважно, можешь ли ты уничтожить звезду силой мысли. Всегда найдется человек с перфоратором, которому плевать на твои титулы, пока ты не оплатил общедомовые нужды.

Она поцеловала его. Вкус поцелуя смешивался с привкусом строительной пыли и дешевого чая.

— Но есть и плюс, — добавила она, прерываясь. — Теперь у нас есть бетон марки пятьсот. Никакой Архитектор не проломит нашу гостиную.

Где-то внизу, в Бездне, ревел Левиафан. Наверху плакал ребенок соседей сверху. Но здесь, в квартире номер сорок семь, впервые за долгое время наступил покой. Дом, пусть и странный, стал настоящим домом.

Глава 28

**Глава 28. Эпилог: Баг в системе (Endgame)**

Ремонт занял три недели субъективного времени и целую вечность по меркам соседей.

Квартира преобразилась. Бетон марки пятьсот залатал разрывы в реальности, а фиолетовая плесень отступила под натиском дешевой советской побелки. Олег лично сварил новую входную дверь из остатков обшивки «Ржавой Сирены», покрасив ее веселой зеленой краской, чтобы не выбиваться из эстетики подъезда.

Каэлана смирилась с необходимостью носить человеческую одежду, когда выходила за продуктами, хотя кожаные штаны все равно оставались частью базового комплекта. Она научилась пользоваться микроволновкой, но до сих пор пыталась чистить картошку кинжалом для разделки доспехов.

Вечер пятницы пах озоном после дождя и свежей пиццей.

Олег сидел в старом компьютерном кресле, которое они чудом спасли от выброса в Бездну. Его бионическая правая рука лежала на подлокотнике. Внутри обсидиановой Короны Теневых Королей мягко пульсировал процессор — теперь протез был не просто рукой, а полноценным терминалом управления их маленьким пузырем реальности.

*[STATUS: LOCAL SERVER STABLE]*

*[DEBUFFS: NONE]*

*[ATTENTION: NEW EMAIL // SENDER: ZIGI.MKII]*

— Он пишет мне чаще, чем налоговая, — проворчал Олег, открывая сообщение.

«Мальчики и девочки! — гласило письмо. — Поздравляю с новосельем. Я тут перехватил пакет данных Инквизиции. Они наконец поняли, что вы не взорвались вместе со станцией. И знаете, что самое смешное? Вы официально мертвы. Ваши капсулы внизу пустовали так долго, что ИскИн Цитадели списал вас как "потерянный лут". Наследство поделено, долги аннулированы. Можете больше не платить за капремонт *там*. Но есть нюанс...»

В комнату вошла Каэлана. На ней был его растянутый свитер, доходивший ей до середины бедра. В руках она держала две кружки с горячим кофе.

— Нюанс заключается в том, что Зиги нашел способ продавать наши селфи демонам Нижних Ярусов как открытки? — спросила она, протягивая ему кружку.

— Почти. Смотри, — Олег развернул голографический интерфейс письма.

Текст изменился. Зеленые буквы системного кода начали складываться в тревожные строки:

`[EXTERNAL THREAT DETECTED]`

`[SOURCE: THE ARCHITECTS' REMNANT]`

`[ENTITY DESIGNATION: THE PATCHER]`

`[LOGIC: IF BUG CANNOT BE FIXED -> ERASE ENTIRE HOST OS]`

— Пэтчер? — нахмурилась Каэлана, ставя кофе на край стола. Ее расслабленность испарилась мгновенно, сменившись боевой сосредоточенностью. Рука-гарпия тихо щелкнула, выпуская микро-щупы сканера. — Разработчик?

— Хуже. Чистильщик системы, — ответил Олег. — Архитекторы были вирусом. А у любого вируса есть антивирус. Тот квантовый взрыв, который мы устроили... он повредил изоляцию Эреба. Мы думали, что отрезали мир от сети, но на самом деле мы просто создали дымящуюся рану. И сейчас кто-то спускается сюда с гигантским пластырем, чтобы заклеить нас навсегда. Вместе с домом, Петровичем и всей планетой.

Каэлана подошла к панорамному окну. За стеклом расстилался Эреб. Их балкон теперь висел над самым спокойным районом Разлома, где вместо лавовых рек текли потоки застывшего света. Идиллия длилась двадцать минут.

Она положила руку на стекло. Там, далеко за облаками, там, где раньше была орбитальная станция «Эреб-Прайм», пространство начало искажаться. Оно дрожало мелкой рябью, словно воздух над раскаленным асфальтом.

— Сколько у нас времени? — спокойно спросила она.

— Понятия не имею, — Олег встал и подошел к ней сзади, обнимая за талию. Тепло его тела контрастировало с холодом титанового импланта на ее плече. — Эти ребята играют на уровне ядра Вселенной. У них нет расписания поездов. Могут постучать завтра утром, могут падать нам на голову прямо сейчас.

Он зарылся лицом в ее белые волосы, вдыхая запах стали, кожи и чего-то неуловимо домашнего.

— Знаешь, я ведь этого хотел, сбегая из офиса, — тихо сказал он. — Настоящих проблем. Тех, которые нельзя решить отпуском или новой работой.

— Ты психопат, Первый Клинок, — улыбнулась она, накрывая его ладони своими. Одна живая, одна металлическая.

— Я твой психопат, — поправил он.

Пространство снаружи внезапно издало звук рвущейся ткани. Громкий, режущий слух хлопок, похожий на выстрел гаубицы. По стеклу пошли трещины, которые тут же затянулись сами собой благодаря силовому полю Олега.

Они переглянулись. В глазах друг друга они увидели одно и то же: азарт, страх и абсолютное доверие.

Хлопок повторился, уже ближе. Воздух в комнате стал густым, тяжелым, наполненным запахом стерильной чистоты операционной — запахом форматирования диска.

Раздался стук в дверь. Не вежливый стук Петровича. Это был тяжелый, ритмичный удар металла о металл. Один. Два. Три.

Будто отсчет перед запуском ракеты.

Каэлана молча отошла от окна, доставая свои дымчатые клинки. Лезвия вышли из ножен со змеиным шипением.

Олег активировал протоколы «Гарпии». Обсидиановая Корона на его голове вспыхнула опасным фиолетовым светом, освещая комнату мрачным сиянием.

— Открыть? — спросил он, занимая позицию чуть впереди нее. Классическая стойка танка.

— Будь вежливым, пригласи войти, — ухмыльнулась наемница, скользя в тень рядом с холодильником. — Но тапочки гостю предлагать не обязательно.

Олег глубоко вздохнул, чувствуя, как разгоняется искусственное сердце, готовясь прокачать через себя энергию целого мира. Он сделал шаг к двери, протянул здоровую левую руку к замку.

Стук прекратился.

На секунду повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь гудением Реактора Обратного Порядка под столом.

Затем замок щелкнул сам собой.

Дверь медленно начала открываться внутрь квартиры, впуская холодный свет звезд иного измерения.

**Конец первого акта.**