Елена и Жульетта. Зимняя сказка

Часть 1. Незваный гость

- Лена, ну какого черта! Как ты могла в это вляпаться?! Опытный же главбух, вроде, со стажем, да, небольшим всего 3 года, но ведь достаточно же, чтобы не вестись на провокации! И тут такое! – я сидела в своем любимом кресле перед электрическим камином, обхватив руками голову, пытаясь уложить в ней все, что со мной приключилось этим вечером.

- Не жужжи! – послышалось рядом.

Я подняла голову. Передо мной зависла муха. На вид – самая обычная муха. Ну, может чуть больше обычной. И говорящая.

- Это ты не жужжи, навязалась на мою голову! Нет, ну почему именно я?! – огрызнулась я.

- Я ужже говорила: кровь позвала.

- Что, она у меня, голубая что-ли? Кровь как кровь, как у всех…

- Не как у всех, древняя кровь…

- Как ты ее вообще почуяла? Через стекло! И откуда ты вообще взялась зимой? – удивилась я, вспоминая эту встречу.

Я смотрела в окошко, никого не трогала, палец баюкала (саднил, зараза, нож соскочил, когда капусту на салатик шинковала), любовалась белыми мухами… В последнее время в Питере снег такая редкость. А тут прямо снегопад! Большие белые хлопья медленно кружились в воздухе, окутывая город снежной шалью… Красота! Я аж залюбовалась и немного выпала из реальность. И тут слышу – бум-бум, бум-бум... Сначала и не поняла ничего. Потом уже разглядела: какое-то черное нечто в окно долбится. Ой, я что это вслух сказала?

- Сама ты нечто! Посмотрю я на тебя после 20 минут на морозе!

- Какой мороз! -3!

- Ну, для тебя не мороз, а у меня чуть коматоз не случился, пока до тебя достучалась! - Как ты вообще меня нашла и что на улице делала в декабре?

- Что-то… Говорю жже, на пансионат фамильяров напали, бежжать пришлось. Лечу со всех крыл, а тут запах – такой сладкий, но слабый очень. Вот и полетела, и добиться стала. А что делать, раз ужж кровь позвала, да и холодно! - Вот теперь, когда меня спросят: какая муха тебя укусила, я тебя всем покажу! - Не-не, показывать меня никому не надо, и я тебя еще не кусала, а надо бы!

- Это еще зачем?

- Так привязку сделать, я жже теперь твой фамильяр!

- Это еще с какой радости?!

- Как с какой? Я тебя нашла? Нашла. Ты меня впустила? Впустила. Мой след теперь к тебе ведет. И если кто проследит, куда разбежжались фамильяры, то к тебе и придут.

- О Господи! Еще и это. Это подстава, муха! Вот как придут, так и отдам тебя им! Знать ничего не знаю, ведать не ведаю. Зачем мне это геморой?!

- Затем что ты tietäjä, тиетяя – знающая, как и твоя прабабка-ижжорка. И еще кто-то из знающих у тебя в роду был, не пойму пока, говорю жже, кровь надо попробовать.

- Ну уж нет. Утро вечера мудренее. Завтра решу, что с тобой делать. Ночь уже, спать пора.

- Ну, спать так спать. След я за собой почистила, не должжны пока к тебе прийти. - Ах ты ж, муха поганая! А пугала, что найдут!

- Можжет и найдут, скорее всего найдут, но время пока есть. И вообще, что ты все муха да муха. Ну да, я муха! Но у меня жже и имя есть!

- Вторжение – еще не повод для знакомства! Завтра поговорим. Всем спать!

Часть 2. Трудное решение

«Это не муха, это свинья!» - с такой мысли началось мое новое утро. Это наглое насекомое, пока я еще сладко спала в своей теплой постельке, куда-то ужужжало. Кажется, сквозь сон я слышала «скоро буду», но так и не поняла, сон это или просто показалось. Оказалось, что не показалась. Муха улетела. Ну и ладно, надеюсь, что не вернется. Мне еще годовые отчеты проверять надо, этим и займусь.

Субботний день пролетел незаметно, отчетность поглотила меня с головой. Под вечер, когда все цифры и строки уже смешались в одну большую кучу, наконец-то вылезла из-за стола с чувством глубоко удовлетворения. Основная часть работы уже сделана, на завтра маленький хвостик остался, можно выспаться и полноценно отдохнуть перед предпоследней рабочей неделей в декабре, нарядить, наконец, елку, докупить подарки.

Подпевая любимому Джо Дассену, приготовила себе на ужин треску с овощным рагу, налила заслуженный бокальчик белого сухого, собралась досмотреть сериал...

И тут бум-бум – дежавю, опять стук в окно. Ну нееет, муха вернулась! Чтоб ее! Пришлось впускать.

– Ну, здравствуй, давно не виделись. Я надеялась, что больше тебя не увижу. – Это ты зря. Фамильяр не можжет надолго покидать хозяина. Я тут пожужжала по своим, узнавала, как у нас дела. Все просто ужжасно! После нападения на пансионат часть фамильяров, кто успел, разбежжались по знакомым, но многие просто погибли – от взрыва, от холода.. Это ужжасно! – Сочувствую.

– Видимо кто-то решил извести всех волшебных существ в городе, а можжет и за его пределами. Очень вовремя я тебя нашла! Ты должжна нам помочь!

Я аж поперхнулась от таких слов.

– Я?! С чего бы это? Я тут каким боком?

– Ты – древняя кровь! Ее почти не осталось в мире. Мало кто реально видит магию в мире и может ей пользоваться. Всяких экстрасенсов-шарлатанов много, а видящих, знающих мало! А ты – знающая. Да и корни твои тут, так что нужжно тебе на Круг Семи идти, твои силы там нужжны. Он как раз в следующую пятницу собирается, на Корочун.

– Ага, бегу и падаю. У меня так-то работа есть, своя жизнь налаженная, а тут какой-то круг, какой-то корочун. Это мне скоро корочун придет от твоих разговоров. – А можжет и придет! Как ты не понимаешь! Магия уходит из мира, и вместе с ней душа этого мира умирает! Души людей черствеют. Чудес ужже почти не осталось! Где домовые, лешие, русалки? Кто сейчас верит в Бабу Ягу и Кощея? – Ну, ты сказала! Это же сказки, народный фольклор!

– И тем не менее, они существуют! И ты можжешь с ними на Круге познакомиться! – Вот уж спасибо, воздержусь! В жизни всегда есть место подвигу, нужно только быть подальше от этого места. Никогда не мечтала быть героем и спасителем мира.

– Ну как ты не понимаешь! Мы все умрем! Душа мира умрет!

– Ага, столько тыщ лет не умирала, а тут прям умрет. И вообще, душа бессмертна, как говорят.

– Вот и славно! В сказки не верит, на жалость не ведется, в герои не просится. Отличная ведьма будет! Нам такое точно надо!

– А мне нет! - припечатала я.

Вдруг от окна повеяло холодом. Декабрьским вечером за окном было темно. Окна моей квартиры на 5-ом этаже выходили в парк, поэтому не было света от квартир в домах напротив. И вроде бы все как всегда. Но темнота за окном ощущалась как живая, она клубилась и дышла холодом. Стекло покрылось инеем. И это было страшно.

Муха позвала тихонько уже из коридора: – Иди сюда, здесь окон нет, не увидят!

– Что это? - также шепотом спросила я, перебравшись к ней.

– Тень Мораны, следилку кто-то послал, теперь не отвяжжется. Тень-то уйдет, но квартирку и хозяйку на заметку возьмут.

– Вот же гадство! Это ты меня подставила! - кричать я не решилась, а потому шипела как бешеный кот.

- Муха, а давай ты улетишь, а я ветошью прикинусь: я не я, муха не моя, ничего не знаю, никого не видела. Вот зачем мне весь это геморрой с вашим волшебным миром?

- Хорошо. Я уйду. И силу, и фамильяра нужно принять добровольно. Но если передумаешь, завтра приходи на Лазаревское кладбище в церковь. Позови меня и 3 раза пожужжи.

– Издеваешься?

– Нисколько. Открывай окно, тень ушла.

Всю ночь я ворочалась в полусне. Снилась кикимора, которая тонула в своем болоте, Кащей, который чах над златом и рассыпался пылью, Баба Яга грозила мне костяной ногой.

Проснулась я рано, злая и с тяжелой головой. Сердце ныло. Разум твердил мне, что я все сделала правильно, а чуйка кричала, что надо вернуть муху, что я совершила ошибку.

Интуиция меня никогда не подводила. "У нее просто нюх на верные решения," – говорили все мои знакомые. Именно благодаря ей я нашла работу, и в делах она мне всегда помогала. И сейчас я нутром чувствовала, что упускаю что-то важное.

Но ввязываться в волшебные разборки не хотелось категорически. Чтобы отвлечься от тяжелых дум, я пошла на ярмарку мастеров. Всегда любила авторскую бижутерию, да и подарки подругам и родным там можно купить хорошие. Плюс открылась она в самом центре, можно было полюбоваться новогодним убранством города, зарядиться настроением праздника.

На выходе из подъезда я столкнулась с каким-то оборванцем. Проходя мимо, случайно коснулась его руки. Пальцы обожгло холодом. Замерз, наверное. Странно, в нашем районе бомжей не водилось.

Такси еще не приехало. Я осталась ждать у подъезда. Расчистила лавочку, присела полюбоваться заснеженными деревьями. Вдруг рядом садится цыганка, хватает за руку:

– Ай, красавица! Давай погадаю, всю правду расскажу! Вижу: на распутье ты стоишь. Дом родной с одной стороны, дальняя дорога с другой. Беда вокруг тебя ходит. Смотри не ошибись! Сердце слушай, оно не обманет! С этими словами цыганка встала и пошла дальше. И вот что это было?!

К счастью тут подошло такси. Доехали, на удивление, быстро, без пробок. На ярмарке глаза разбежались от многообразия украшений. И бусы, и серьги, и кольца, перстни, и модные в последнее время ободочки-кокошники. И жемчуг, и малахит, и бирюза, и прочие чудесные камни в не менее чудесном исполнении. Уж разгулялась я по полной! Купила подарки всем, кому хотела.

Хотела бы сказать, что отвлеклась, и душа успокоилась, так ведь нет. Червячок тревоги не отпускал. Гуляя по выставке, заметила мужичка в черном пальто и нутриевой шапке. Одет неказисто, но кто его знает, может он подпольный миллионер? Странно только что ходит он по тем же рядам, что и я. Вроде бы и не за мной, но и из виду не пропадает надолго. Очень, знаете ли, напрягает такое сопровождение. Особенно после живой тьмы за окном и цыганки с ее гаданием.

Однако, дело к вечеру, пора и домой. Пошла к выходу, а мужичок тот подозрительный за мной. Я ускорилась. Он тоже. Я уже побежала. А он за мной. Так и бежим. Выскочила на улицу, за колонну спряталась. Мужик стоит, оглядывается, меня ищет. Повернулся прямо к моей колонне и ко мне пошел. Я бегом на дорогу. Благо, пока он оглядывался, успела такси вызвать. Заскочила в машинку. Фух, не догнал.

– Куда ехать? - спрашивает водитель.

– Пока на Невский, потом скажу.

Вот сижу я и думаю, как дальше быть. Сердце стучит заполошно, еле отдышалась. Чуйка кричит: "Поезжай на кладбище, к мухе!" Что ж, видно, в самом деле, так будет правильно, раз уж вляпалась.

Ну, и приехала. Зашла в Лазоревскую церковь, перекрестилась на иконы, обошла гробы Шереметевых, задержалась у Параши Жемчуговой, актрисы-графини. Где же тут муху искать? И что, прямо в церкви жужжать? Делать нечего, зову тихонечко:

– Муха! Жжж, жжж, жжж…

Тишина в ответ.

– Муха-а… жж…

– Тут я, не жужжи. Проверяю, след за тобой идет нехороший. Кто-то на тебя маячок навесил. Стой, сейчас погашу.

Муха села на рукав пальто, и что-то там стерла своим хоботком. – Ну вот, теперь чисто. Созрела? Поняла, что не только ты нужжна нам, но и мы тебе?

– Да уж, увязала я в ваших делах по уши, как муха в варенье.

– Тогда поехали скорее домой. Дома привязку делать будем. Не здесь жже..

Дома первым делом поужинали вкусно. Нечего делами на голодный желудок заниматься.

– Ну, – начала я, – теперь рассказывай, что за привязка, что она мне даст и чем за это платить нужно. В бесплатные плюшки я, извини, не верю, по должности не положено.

– Как фамильяр у тебя появится, так чувство магии твое и откроется. Начнёшь видеть волшебство этого мира. Ты и сейчас можжешь, но не осознаешь этого. А иначе ты бы меня не увидела и не услышала. Потом силы знающей, что в крови носишь, проснутся. Сможжешь колдовать, сначала с моей помощью, потом сама. Станешь частью нашего волшебного мира и придётся тебе жжить по его законам и нести ответственность за этот мир тожже. – Вот ведь. А законов то ваших я и не знаю.

– Научу, не бойся.

– Ну что ж. Давай делать, что зря тянуть. Мне нужно тебе свою кровь дать? А потом? Ты мне свою дашь? Как это вообще будет?

– Жжжж, - засмеялась муха.– Кровь мою тебе дать. Как ты себе это представляешь? Нет. Я тебя просто укушу. Яд тебе свой дам. Он силы твои и разбудит. Ложжись поудобней. От укуса голова закружжится. Да и привыкнуть нужжно к волшебству мира. Это первый раз с ног валит не хужже стакана водки. И давай ужже познакомимся. Я Жжульетта Жжгучая.

И с этими словами наглая муха меня укусила за тот самый многострадальный, уже порезанный палец. Было больно. Очень больно! Жжульетта оказалась действительно жгучей. А потом мир замер.

Наступила тотальная, оглушительная тишина. Свет мы погасили заранее, так что было ещё и темно. Гулко стучало сердце. Потом эту темноту нарушили тонкие светящиеся точки и линии. Я дотронулась кончиком пальца до одной, и она зазвенела, тоненько-тоненько, как маленький хрустальный колокольчик. Запахло озоном, свежей травой, как в мае после грозы.

Моя волшебная муха светилась нежно-фиолетовым светом. Глаза у неё были голубыми, тельце чёрным с глянцевым блеском. Крылышки прозрачные, с голубыми прожилками, шелестели тихонько, на грани слышимости. – Жжульетта, ты красавица! – прошептала я и провалилась в глубокий сон.

Часть 3. Сундучок с секретом

– Елена, доброе утро! – настойчивое жужжание с трудом пробилось сквозь сон. – Жжульетта, ты что творишь? Еще только 6 утра! Я еще 2 часа могла бы спать! – моему возмущению не было предела.

– Какое спать! У нас дел невпроворот! Ты жже еще на работу свою собралась, а когда волшебству учиться будешь? За тобой кто-то следит, не забыла? Нужжно жже защите научиться? И вообще, кто будет волшебных существ спасать и душу мира лечить?

– Вот попала так попала. Ну уж завтрак у меня никто не отнимет. И пусть все остальные подождут.

Назло Жуле не спеша приняла душ, умылась. Ощущения были странные. Вроде бы тот же душ и та же вода, но в ней как будто бы отблески радуги видны. Глянула на себя в зеркало – глаза вроде повеселели, и кожа посвежела. Хорошо выспалась?

– Жуля, а что это за спецэффекты? – поинтересовалась происходящим у мухи. – Так это сила твоя ожживает. Тебе она молодость и здоровье продлевает, и ты видишь силу вокруг. Ваша вода водопроводная, конечно, не жживая, ужж больно много вы в нее чего добавляете, но и она остатки природной силы хранит. А у тебя силы целительницы и знающей, ты ее пробудить сможжешь, лечебной сделать.

– Еще и целительницы?

– Я теперь как фамильяр все о тебе знаю. Вспомни, бабка твоя по маминой линии кем была?

– А точно же. Лечила она, травами да заговорами, бабка-шептунья. Я с ней мало общалась. Мама что-то с ней не поделила, из дому ушла, рано замуж вышла. Долго они не общались, ну да потом помирились, мне уже лет 12 было. Пару раз к ней ходили, она тут рядом, в 10 минутах жила, сейчас сестра там живет.

– Чувствую, надо нам туда.

– Зачем? Ой, думаешь сестра тоже, как я, знающая? Еще и ее втянуть хочешь?! – Это мы посмотрим на нее, там решим, две знающие лучше, чем одна. Но дело не в этом, не могла твоя бабка просто так уйти, ей наследство надо передать. Она тебе дарила что-то? И как она ушла? Кто рядом был? Кому силу отдала?

- Умерла она странно. Мама говорила, что ходила куда-то или ездила, зимой… Точно, в декабре, перед Новым годом. Не было ее несколько дней. Потом вернулась чуть живая, болела долго, все книжку свою с рецептами читала да дописывала, а на Рождество и умерла.

- А книжжка та где сейчас?

- Так в доме у сестры и осталась. Мы ее вещи, которые хорошие и интересные, в сундук сложили, чтобы потом детям показывать, как раньше жили. Там много чего интересного есть. И прялка, и веретено, и тарелочка глиняная, расписная, шали старинные, платья.

- Еще и тарелочка, и веретено, значит. Нам точно туда надо! Быстро пошли, как раз до работы и успеешь. А от ижжорской бабки-ведуньи у вас ничего не осталось? – Так это когда было то! Еще при Петре. Есть у нас легенда, что лечила она Кирилла Нарышкина, первого коменданта Петербурга, когда простыл он при строительстве Петропавловской крепости. Да так и прижилась у него, с ним в Москву уехала, там и померла. Дочь ее тут осталась, при его сыне Петре, так и повелось, что ее потомки Нарышкиным и служили. Потом революция, войны… Ничего от них не осталось, только семейные легенды.

– Ну, хоть это! Память о предках храните, молодцы. А то сейчас дальше родителей родителей и не помнят никого. Ну да ладно, время поджжимает, к сестре твоей идем. Дай силу твою потяну, научу защиту ставить, чтоб никто ничего навесить не смог, ни сглаз, ни маячок.

Ставить защиту оказалось непривычно, но несложно, да и муха помогала. Так что справились быстро и через 15 минут были у сестры. Домашние ее уже разбежались по делам, да и сама она уходила, так что остались мы с мухой в квартире вдвоем. Оно и к лучшему.

– Сестра твоя только целительницей можжет быть, но дар слабый. Если не проснулся, то и не стоит будить. Но так по мелочи, если сильно захочет, можжет близким помочь.

– Да так и есть, детям температуру сбивает, при ковиде всех выходила, ни у кого осложнений не было.

– Ну, где тут ваш сундук? Красивый! Дерево правильное – дуб, полосы жжелезные ужже и проржжавели и погнулись. Что жж не следите за добром-то? Узор кованый ужже облез почти. Эх, обновить бы его, отреставрировать. Давай посмотрим наследство, должжна жже она хоть что-то по наследству передать. Так, веретено, тарелочка – явно вещи непростые, берем с собой, потом разберемся. А книга где?

– Да все тут было. Сейчас спрошу у сестры.

Пока звонила, перебирала бабушкины вещи. Сейчас, когда сила открылась, от них веяло теплом, остатками чужой, но доброй силы. Их хотелось гладить, согревая в руках, впитывая эту силу.

– Сестра говорит, что сама не знает, ей тут на днях звонили антиквары, кто-то им про наш сундук рассказал, знакомые знают, мы ж его не прячем. Про книгу тоже спрашивали, обещали хорошо заплатить. Сестра не хотела продавать ничего, все же память, на силу отвязалась от них. Потом сама все вещи посмотрела, а книги и не нашла, хотя тут должна быть, все вместе лежало. – А ты силой своей сундучок погладь, можжет чего и найдешь, все жже наследница, - предложила Жуля.

Я так и сделала. Сундук как-будто ожил от таких поглаживаний, краски стали ярче, но ничего нового мы не увидели.

– А ты крышку закрой, если это сундук-теремок, то в крышке должжен быть тайник, - снова советует муха.

Она оказалась права, внутри крышки на поглаживание силой явно слышался ответный отклик.

– И как же открыть этот секрет? Кровь?

– Вот и умница, сама догадалась.

Хоть и было неприятно, пришлось проколоть палец и капнуть кровь на крышку. В ней что-то щелкнуло и стала видна дверка. В тайнике лежала старинная тетрадь в истрепанном кожаном переплете, именно от нее шла сила, которая откликнулась мне.

Я с трепетом взяла ее в руки, погладила, открыла первую страницу. Неожиданно книга засветилась фиолетовым светом, и я услышала сухой и строгий голос бабушки: «Здравствуй, моя дорогая внучка. Мы с тобой мало общались, я сама так хотела, чтобы защитить тебя. Но раз ты меня слушаешь, значит пришло твое время стать одной из Хранительниц волшебного мира. Возьми мое наследство – веретено, тарелочку и книгу. Книгу береги особенно. Она волшебная и сможет ответить на твои вопросы, и про тарелочку с веретеном тоже. За тобой и за твоим наследством будут охотиться. Так что ищи себе помощников. Иди в Круг семи, книга подскажет, как туда попасть. Но не верь никому, пока не убедишься, кто есть кто. В Круге не все в порядке. Большего мне, к сожалению, узнать не удалось. Продолжи мое дело, защити волшебный мир.»

– Вот! Вот! Я знала, что неслучайно тебя нашла! – радовалась Жжульетта. Ты поможжешь нам!

– Да что я…

В это время послышалась трель звонка в мою квартиру, потом еще раз, потом пинки в дверь… Это сработала сигналка от защиты, которую, уходя, мы с мухой поставили на входную дверь.

– Ой-ей, кто-то ломится к нам в дом. – всполошилась Жуля. – Давай-ка собирай вещи и дуй на работу, там ты хоть на виду будешь. А я полечу, посмотрю, кого это там к нам принесло. Скоро буду. Я мухой.

Часть 4. Каменный цветок

– А толковая у нас молодая хозяйка, правда, Жжульетта? И ладная.

– Верно, Советница, – муха с найденной в сундуке тетрадкой тихонько устроились в кресле у камина и наблюдали за Еленой.

– Красивая она у нас. Волосы каштановые, глаза малахитовые, сама ладная, крепкая, не то, что современные красавицы, ужж насмотрелась я на них, пока в пансионате жжила. Сами тощие, ресницы, как у куклы какой, и хлопают ими, и хлопают.

– На всякую красоту свой спрос. Наша-то, что еще не замужем? При такой-то красоте? Характер есть, не тряпка какая. Не капризная, не стервь какая, умная. Куда мужики смотрят?

– Ой, и не говори, Советница. Ну, можжет и к лучшему. Нам абы кто не подойдет. Подкаблучника бесхребетного ей не надо, но и тирана, что ломать ее под себя станет, тожже рядом не потерпит. Нужжно, чтобы рядом с ней встал да плечо подставил, чтоб вместе идти, радости да тягости делить. Вот сила в ней сейчас открылась, на нее и полетят разные, будет из кого выбрать. – Я все слышу, старые сплетницы!

– Работай, работай, красавица! Не отвлекайся! – ответили хором муха и тетрадь. - Да ужж. Задала ты ей задачу – самой себе артефакт защитный сделать, да еще и с накопителем. Ужже ль справится?

– Куда ей деваться, справится. Вижу, девка она терпеливая, старательная. Ты ей принцип показала, теперь сидит, пыхтит, но делает.

А я действительно пыхтела, от усердия и напряжения. Задали мне наставницы мои в волшебстве задачку – сделать артефакт. Самой! Мне, колдунье второй день от роду. Хорошо хоть основу с нуля делать не пришлось – подошла брошка из чароита, которую я купила на ярмарке. Вот как увидела ее, так сразу и влюбилась. Теперь вот сижу, силу вливаю в каждый лепесток.

– Молодец, молодая хозяйка. В серединку вставила бусинку-накопитель. Сама нашла, в шкатулке с разными мелочами. Потом по капельке ее наполнила. Хорошо, защиту на окна поставили - ух сколько силы по началу-то расплескалось, пока поняла как делать. Теперь вот лепестки наполняет. Чароит – камень к волшебству чуткий, хорошо впитывает, потому так и назвали. Вот, лепестки, которые уже с силой, посветлели, остальные еще темные. Руки вон уже дрожат. Ничего, сейчас отдаст что есть. За ночь сил подкопит, утром повторим. А потом вечером еще. Так и контролю научится, и силу приручит, и запас сделает.

- Верно, Советница, все так. Потом ты заговор на защиту покажжешь, она и поставит. Чтобы сила от броши не фонила на всю округу, да и защитное поле готовое можно будет поставить, если нужжда придет, ну и запас тожже не лишним будет.

– И будет ей и помощник, и защита. Когда сам себе волшебную вещь делаешь, оно завсегда лучше. Душу ты туда вкладываешь. Любая вещь, своими руками сделанная, немного волшебная и живая – впитывает твои чувства, перенимает твой характер. А некоторые и судьбу с тобой разделяют.

– Что вы там все сплетничаете? Жуля, ты мне так и не рассказала, кто к нам вчера в дом ломился? Куда подевались?

– Так кто жж их знает. Но не простые смертные. Как защиту почуяли, так и ушли сразу, я только спины их и увидела, когда прилетела. Хотела проследить, да видно они отвод глаз поставили, потеряла я их, хозяйка, прости ужж.

– Может и к лучшему, а то если б заметили, еще прибили бы тебя. Что бы я без тебя делала? А на меня на работе сегодня гендир и девчонки из бухгалтерии странно косились, как в первый раз увидели. Спросили, к какому я косметологу хожу и чем пользуюсь. Чувствую, будут теперь меня за глаза не Елена Премудрая звать, а Елена Прекрасная.

- Привыкай, моя хорошая! Чем больше силы, тем больше и красоты в тебе твоей природной раскрываться будет, никакого косметолога и фотошопа не надо! Будешь ты Еленой Прекрасной! Только успевай поклонников гонять.

- Вот уж, спасибо! Привалило счастья. На кой они мне сдались, эти поклонники? Да женская зависть и ревность вмести с ними в придачу.

- А ты учись ужже силой своей владеть! Так себя поставишь, такую защиту сделаешь, что все ни по чем будет!

- Как у тебя все просто, Жуля! Раз – и защиту поставила. Да я свою силу еще толком и не знаю, сколько ее у меня, на что способна.

- Ничего, молодая хозяйка, научишься, какие твои годы! Да и мы поможем, Жульетта рядом будет, подскажет, защитит на первых порах. Ты, главное, не ленись, учись!

- Да учусь я, учусь. Вон, брошь уже закончила. А потому на сегодня все. Уже и руки дрожат, и глаза слипаются. Всем спать!

Часть 5. Ну, здравствуй, волшебный мир

Неделя пролетела незаметно. К концу года дел на работе было выше крыши, а по утрам, после ранней побудки (Жжулетта так и продолжала будить меня в 6 утра), и вечером после работы продолжалось обучение волшебству. Волшебная Советница учила и защищаться, и нападать, и чужую силу отслеживать. Я даже по ее рецептам несколько зелий сварила, в хозяйстве пригодиться, да и силой целительницы, от бабушки перешедшей, осваиваться надо было.

С силой знающей, по ижорской наследственности, было сложнее. Все же Советница тут мало могла мне помочь, тут больше на свое чутье приходилось полагаться и на общие советы от моих наставниц. Я училась эту силу слушать, задавать вопрос и ждать ответа от нее.

Муха же решила, что знающая должна иметь дар предвидения, поэтому заставила руны славянские учить (у ижор письменности не было, рунического письма тоже, поэтому решили гадать на славянских). Пришлось перелопатить весь интернет пока их нашла, потом самой делать карты с рунами для гадания.

В эти дни я много думала и над тем, что происходит в волшебном мире – кому нужно извести всех волшебных существ и само волшебство в мире, кто хочет извести душу мира. Советница мало что знала – бабушка, видимо, боялась свои подозрения в тетрадь записывать, при себе держала. Жуля тоже не могла помочь - после смерти от ковида прежней хозяйки она жила в пансионате для таких вот бесхозных фамильяров и мало что знала о происходящем во внешнем мире.

Нет, конечно сплетни и слухи там гуляли в преогромном количестве, все же постояльцы в пансионате менялись – кто-то находил нового хозяина, кто-то терял… Вот от последних-то новости и узнавали.

И картина получалась пугающая. Слабых волшебников становилось все меньше: у кого-то в роду перестала сила открываться, кто-то умер от разных случайных причин, кто-то просто перестал ей пользоваться, потому что слишком мало ее осталось и отклик мира на нее слабый, а, следовательно, и результатов нет. Сильные волшебники тоже теряли силу, теряли связь с волшебством мира. Сила куда-то утекала, но никто не знал, куда и почему.

И вот со всеми этими делами и размышлениями незаметно наступила пятница 21 декабря, Корочун – день зимнего солнцестояния, день сбора Круга семи. Но перед самим заседанием Круга всегда проводился большой зимний бал. И на него-то мне и надо было попасть, хотя приглашения у меня не было. Что ж, приду незваной, как Золушка.

В аврале рабочих и учебных задач я совершенно не подумала, в чем туда пойду. Вспомнила об этом только в пятницу утром, чуть не впала в истерику. Но наставницы успокоили, сказали, что никакого специального дресс-кода там нет, обычные вечерние наряды вполне подойдут. Ну, слава богам, уж приличное вечернее платье у меня в гардеробе имеется, и не одно. Остановилась на шелковом темно-зеленом, почти в пол. Оно хорошо подходит к цвету моих волос и глаз. Да и брошь-артефакт на нем очень эффектно смотрится.

Брошь велели брать обязательно, а то я совсем без защиты останусь. Фамильярам на бал нельзя, бабушкину тетрадь с собой не понесешь. Да и где там я стану ее читать? Посреди бальной залы? Вот и выходит, что еду незваная к совершенно незнакомым людям и не очень людям, да еще и рассчитывать приходится только на себя саму, и на непроверенный в деле артефакт. Страшно, аж жуть. Но куда деваться. Пора, как говориться, выйти из тени. Заявить о себе в волшебном мире, начать связями обзаводиться. А там посмотрим, что к чему.

От страха и волнения, не зная и не понимая к чему мне готовиться на этом балу, пыталась раскладывать руны. Выходило странное: Алатырь - Нужда – Чернобог.

Алатырь в раскладах означает, что появилась возможность управлять не только своей жизнью, но и судьбой, принятое решение является правильным, но важно не думать о плохом и убрать сомнения, которые мешают двигаться вперед. Что ж, с этим понятно. Ехать на бал и знакомиться с Кругом Семи – верное решение. Про сомнения и страхи тоже понятно – поздно боятся, когда влезла в самое пекло.

Руна Нужда – судьба, неизбежность, принуждение. Что это значит? На балу решится моя судьба? Меня к чему-то будут принуждать? Кто? Другие люди? Обстоятельства? Трудный выбор? Еще возможное толкование – осознание своих потребностей, признание проблем и настоящих желаний. Что ж, это как-то с Алатырь перекликается.

Теперь Чернобог. Уже само имечко пугает. Но значение не такое уж и страшное – освобождение от замкнутого круга и морока, мешающего трезво оценивать происходящее, разрушение старых связей. Ну, это, пожалуй, понятно – мое появление всколыхнет высокое волшебное собрание, и после этого моя жизнь не будет прежней. И возможно на балу я что-то узнаю, что поможет понять, кто мне друг, кто враг и чего ждать в дальнейшем.

Как бы теперь все это вместе собрать. Моя сила знающей пока на такие обобщения то ли неспособная, то ли я пока не владею ей в достаточной мере, чтобы понять расклад полностью. Однако пора ехать.

Как вы думаете, где эти волшебники решили проводить встречу? В Юсуповском дворце! Представляете?! И как я туда попаду в пятницу в 21 час? Там же все закрыто!

– Хозяйка, тебе жже надо сквозь магический заслон пройти, пройдешь его, земные замки сами откроются. Но это так только здесь и сегодня - в честь бала и Круга. – Жжульетта внутрь со мной идти не могла, но до самого дворца проводила, и обещала ждать в ближайшем ресторане, чтобы не мерзнуть на улице.

– Как мне это заслон пройти? Вижу цель, не вижу препятствий? Кровь покапать? – я начала злиться. И так ничего непонятно и страшно, так еще взломщиком приходится работать. Я главбух, а не домушник какой!

– Не кипятись. Для начала поставь на себя защиту.

– Уже.

– Потом подойти к парадному подъезду и

-– Так ведь вход с другой стороны.

– Это обычный вход, для туристов. На бал заходим, как ходили на балы раньше. Подойдешь и гладь дверь силой, как сундук, когда Советницу искали. Почувствуешь, где там замок и через брошь туда силу направь - она как усилитель сработает. За дверью, скорее всего, будет стражж, он попробует тебя завернуть обратно, так как ты самовольно явилась без приглашения. Но ты отвечай, что ты здесь по праву силы, можжешь фокус ему какой показать, если захочешь. Главное, не дай себя с толку сбить и двигай вперед, по центральной лестнице. Лакей у двери в бальную залу спросит твое имя и представит гостям, когда зайдешь. Да мы ужже это все обсужждали много раз. Давай, вперед!

Как Жжульетта обещала, так все и произошло. Магический заслон ощущался как липкая пленка для упаковки чемоданов в дорогу – пальцем не проткнуть, ножом резать плохо, к рукам липнет и сковывает их. Но на силу реагирует, сразу прижалась обратно к дверям. Ключ тоже сработал как надо. Стоило только нащупать нужную точку и направить в нее силу из броши, как магический заслон пошел трещинами, как стекло, а потом и вовсе исчез. Дверь открылась.

Ну, Лена, с Богом! Я поскорее зашла, пока не передумала.

– Кто такая?! Как посмела?! Вон обратно!

Я аж икнула от неожиданности и страха, а потом расхохоталась в голос. Нет, представляете, ничего более оригинального эти волшебники не придумали – стражем оказался скелет! Да, оживший и говорящий, но скелет же! После фильмов ужасов - кто его будет бояться? Похоже, бедняга обиделся. – Приглашение давай, - буркнул страж.

А я, наконец-то, успокоилась и поняла, что справлюсь с задачей. – А вот мое приглашение. – Я направила в мою чудо-брошь еще немного силы и выпустила ее небольшим фейерверком искорок с лепестков.

– Я здесь по праву силы. Проводи в бальную залу, страж.

– Слушаюсь, госпожа. Как вас представить?

– Елена Знающая. – ну, мы так с наставницами решили – наглеть так наглеть.

У входа в зал нас встретил лакей, к счастью не скелет, а обычный с виду молодой человек, одетый в ливрею с гербом Юсуповых. Скелетик что-то шепнул ему на ухо и ушел. Лакей же распахнул двустворчатые двери и громогласно на весь зал объявил:

– Елена Знающая. По праву силы!

Мдааа. Эффектно получилось, что тут скажешь. Все присутствующие обернулись и посмотрели на меня. Захотелось тут же уменьшиться в размерах и спрятаться, но я лишь еще сильнее выпрямила спину и подняла повыше подбородок. Помолчала, держа сценическую паузу, потом мило улыбнулась. – Всем добрый вечер. Прошу прощения, что без приглашения, но мне просто негде его было взять – я волшебница начинающая, а пропустить такое знаменательное событие я просто не могла. Так что я очень-очень рада попасть на бал с самыми сильными волшебниками нашего города и надеюсь, что и вы будете не сильно против этого.

Что ж. Пока высокое собрание пристально изучало меня, я не менее пристально изучала их. В глазах с непривычки слегка рябило в глазах от переизбытка магии в помещении: работали магические светильники, левитировали подносы с напитками и закусками, поблескивали ауры волшебников, пусть и слегка приглушенные артефактами, пробегали искорки между отдельными гостями, выдавая их отношения друг другу.

Ко мне подошла сухонькая старушка, одетая по моде начала 20-го века в стиле модерн.

– Добрый вечер, деточка. Вашу бабушку не Лилия Захарова звали?

– Да, все так, - удивилась я.

– То-то я вижу, что сила уж больно знакомая, да и лицо. Позволь представиться. Я Виолетта Георгиевна. Мы с твоей бабушкой большими подругами были, деточка, видела я тебя в детстве. Да, давно это было! Тебя сейчас и не узнать! Вон, какая красавица выросла. Пойдем, я тебя всем представлю. – Мои дорогие, какая радость для всех нас! Это внучка Лили Целительницы. Конечно же, мы должны принять ее в наши ряды. Такая кровь не должна пропасть. – С этими словами старушка начала обход по зале, представляя меня гостям.

И вот вроде бы это и хорошо было, удобно – сразу со всеми познакомилась. Но энтузиазм старушки слегка настораживал. Вот что она пристала ко мне как банный лист? Наконец, ее отозвали для приватного разговора, и я смогла слегка передохнуть. Однако недолго. Почти сразу ко мне подошла еще одна старушка, одетая скромно, но со вкусом и вполне современно. - Здравствуй, Леночка. Я знаю, после Виолетты странно говорить, что я тоже подруга твоей бабушки. Но это действительно так. После того, как Лиля помирилась с дочкой, она стала видеться и с тобой, она много мне про тебя рассказывала. Она переживала за тебя. Но у меня есть дело к тебе. В нашем волшебном мире все не так и ладно, как может показаться на первый взгляд. Твоя бабушка что-то знала об этом. Перед своей смертью, так же в декабре, на Корочун, она ездила куда-то, чтобы разобраться в этом. Она оставила мне записку, это последнее, что я получила от нее, я всегда ношу ее с собой, как память о ней и ее незавершенном деле. Вот эта записка, я отдам ее тебе, чтобы ты поверила мне. Приходи завтра ко мне домой, там мы сможем спокойно поговорить. А сейчас прощай. И не задерживайся здесь тоже. После полуночи уйдет на совет Круг семи, и гости расслабятся и начнут шалить. Новичку могут не понравиться их шутки.

- Спасибо за совет. Я обязательно ему последую, – поблагодарила я старушку и пожала ей руку. Записку она вложила мне в ладонь незаметно для других.

В целом мероприятие оказалось полезным и интересным. Я даже танцевала вальс с Добрыней Никитичем. Ну, это, конечно, был не тот самый богатырь, а его потомок, но все равно впечатляет. Завязала нужные знакомства, была представлена членам Круга семи. А сразу после 12ти часов, я, как правильная Золушка, сбежала с бала, даже не попрощавшись ни с кем. Села в такси, захватила Жулю, и домой, домой. Хорошего помаленьку. Надо бы и эти впечатления переварить.

Часть 6. Хранитель волшебства

– Алло, кто это? – хриплым спросонья голосом спросила я.

В субботу меня разбудила не Жуля, а телефон. Муха моя вела себя прилично, дала выспаться. А сладкий сон нарушил Добрыня Никитич. – Еленушка, куда же ты вчера пропала? У тебя все хорошо? Я беспокоился, хотел тебя проводить, чтобы одна по ночам не ходила, - его густой басок мерным рокотом наполнил всю комнату, хоть я и не включала громкую связь. – Спасибо, мамочка, у меня все хорошо. И вообще, я еще сплю.

- Ой, прости-прости. Я еле 9-ти утра дождался, переживал за тебя. Хорошо, что раньше не позвонил.

– Теперь успокоился? Можно я дальше спать буду? – после вынужденной побудки я редко когда бываю вежливой.

– Да-да, конечно, извини, просто подумал – ты же у нас новенькая, может совет какой нужен, рассказать, кто есть кто у нас и как тут все устроено. Ты, если надо что, не стесняйся, звони, телефон мой у тебя есть. Буду рад помочь. Ну, сладких снов тогда, извини, что разбудил. – Ладно, чего уж теперь. Все равно вставать пора. Спасибо за предложение. Если что позвоню, - и нажала отбой.

Жуля с Советницей с любопытством уставились на меня. Пока ехали от Юсуповых ко мне на Ваську (Васильевский остров), я, конечно же, во всех подробностях рассказала своей мухе, что было на балу. И про Добрыню тоже. Теперь вот сидят, старые сводницы, предвкушают роман. А какой тут, к лешему, роман, когда вокруг происходит не пойми что?

Вот скажи, дорогой читатель, ты же умный, тебе со стороны виднее, кому из двух старушек мне верить? Виолетте, которая первая меня признала и со всеми познакомила, чем, признаюсь, сильно мне помогла, хоть и была несколько назойлива, или все же Вере Сергеевне, второй подружке моей бабушки, которая мне ее записку отдала?

Записка, кстати, подлинной оказалась, мы сравнили почерк, моя Советница сразу узнала руку бабушки. А написано там было следующее: Если со мной случится что-то плохое, когда к тебе придет Леночка, направь ее сама знаешь к кому.

Обе старушки звали меня к себе в гости, обещали что-то важное рассказать. Однако назойливость Виолетты и то, что она, по ее словам, меня еще маленькой у бабушки видела, сильно настораживают. Я сама-то с бабушкой в 12 лет познакомилась. Но зачем же тогда она меня звала? Что ей нужно на самом деле? Определенно, стоит к ней сходить, чтобы хотя бы знать, откуда ветер дует. Но как-нибудь в другой раз. Пусть подождет пока.

А вот к Вере Сергеевне я схожу сегодня, раз это и в самом деле записка от бабушки. Надо же выяснить, что с ней случилось и к кому она меня отправила. Раз решила, сразу созвонилась с ней, и меня пригласили на обед. Вот и славно, как раз успею собраться и за тортиком заехать.

Жила Вера Сергеевна в шикарной профессорской квартире на Каменноостровском проспекте. Встретила она меня радушно и сразу пригласила за стол.

– Сначала обед, а то какие разговоры на голодный желудок.

Стол был сервирован по всем правилам: скатерть, столовый сервиз, суп из фарфоровой супницы, льняные, а не бумажные салфетки. Сразу захотелось выпрямить спину и сделать книксен, ну хоть кому-нибудь, уж больно обстановка к этому располагала.

Обед был выше всяких похвал – наваристая уха и нежнейшее пюре с котлетами из щуки были съедены с большим удовольствием. А вот под кофий с тортиком и поговорить уже можно было.

Оказалось, что Вера Сергеевна познакомилась с моей бабушкой на таком же декабрьском балу – тогда было принято представлять на нем дебютанток. Выходит, что и я традицию не нарушила. Хотя бы в этом. Правда, из возраста дебютантки я давно уже вышла, но это, право, такие мелочи.

Познакомились они на балу и подружились на всю жизнь. Вера Сергеевна была тоже целителем, но девушкой тихой и домашней, быстро вышла замуж, растила детей. Людей лечила тоже, конечно. Была она медсестрой в больнице при НИИ скорой помощи имени Джанелидзе. Там ее дар ох как пригодился - всех тяжелых больных ей выхаживать доверяли. И ведь многих выходила.

А моя бабушка Лиля всегда была девицей боевой. Работала она терапевтом участковым, но с ее характером нигде долго задержаться не могла – вечные конфликты с начальством. Но пациенты ее любили, ездили за ней по городу, после очередного увольнения, так и кочевали с ней от поликлиники к поликлинике.

В волшебном мире друзей у нее было немного из-за острого языка и бескомпромиссного характера. Та же Виолетта Георгиевна была ее заклятой подружкой. Была рядом, так как Лилю всегда окружали поклонники и просто интересные люди, но за глаза и гадости про нее говорила, и пакости делала.

– А что же на счет записки? Вот она, кстати, я ее вам возвращаю, все же это ваша память о подруге. К кому мне нужно идти?

– Идти тебе нужно к коту Баюну, да-да не удивляйся, тому самому из сказок. Он входит в Круг семи и занимает должность Хранителя волшебства, на балу его не было, сразу на Круг пришел. Лиля была с ним дружна и доверяла ему. Сейчас узнаю, сможет ли он тебя принять.

Оказалось, что сможет. И даже сегодня. Пригласил на ужин. Одну, без Веры Сергеевны и без фамильяра.

– Не удивляйся, он плохо переносит близкое соседство с другими волшебными животными и начинается раздражаться, а вам этого не надо. И, видно, разговор у него к тебе не для посторонних ушей, поэтому придется ехать одной. Благо это недалеко, у Ботанического сада.

Через 20 минут неспешной прогулки по центру я была уже у Кота. И если вы думаете, что меня встретил кот, то вы сильно ошибаетесь. Меня встретил невысокий пожилой импозантный мужчина с седыми волосами с круглым лицом, мягкой улыбкой и хитрым взглядом.

– Ну, здравствуй, Лилина внучка. Долго же тебя ждать пришлось. Бабушка твоя уже 5 лет как ушла.

– Да кто бы мне еще сказал, что меня ждут. Может, вы мне объясните, что происходит в волшебном мире и что случилось с моей бабушкой?

– Расскажу, конечно, за тем и пригласил.

Голос Кота Баюна обладал странной магической силой. Он успокаивал, убаюкивал, ему хотелось довериться и рассказать все-все секреты. При этом речь его сопровождалась странными визуальными эффектами: во время рассказа лицо мужчины словно бы поплыло, покрылось сверху новым изображением. Вот вроде бы смотришь на мужчину, а видишь кота. Причём облик кота постоянно меняется. То перед тобой мейн-кун черепахового окраса, то демонический иссиня-черный кот, то милейший белый перс. Это сильно сбивало с мысли и мешало сосредоточиться. Но ничего, привыкла.

И вот что кот мне рассказал.

Изначально все было устроено так. Мир волшебный тесно с миром реальным переплетен был, это как две стороны одной медали. Чем больше добра и любви в реальном мире, тем больше волшебства у нас. И наоборот, чем сильнее наше волшебство, тем больше чудес и у людей.

Но очень-очень давно правители мира реального решили, что не нужно им волшебство, мешает оно их власти, ограничения на них накладывает. Сначала хотели они его себе на службу поставить, усилить силу свою и власть с нашей помощью. Но волшебство – оно ведь не человеку служит, а миру в целом. Его задача мир хранить, душу мира питать, помогать там, где человек бессилен. Не вышло у правителей ничего.

И вот тогда решили правители жить без волшебства. Приказали они нам, волшебникам и волшебным существам, быть в этом мире неявно, и не влезать в дела земной власти. Вот тогда стало волшебство потихоньку слабеть, ведь не было ему выхода в мире реальном такого, как прежде. Но и это еще полбеды. За столько-то лет мы к такому порядку привыкли, приспособились, нашли себе места от людей и больших городов подальше. Но людям все мало, все больше места они себе захватывают, все меньше места в мире для волшебства.

Но и им от этого несладко приходится. Меньше волшебства в мире – больше войн и катаклизмов всяких. А тут еще словно решил кто-то изнутри наше волшебство изничтожить. На острове Буяне есть у нас Алатырь-камень. В нем бьется сердце волшебства этого мира. И вот кто-то нанес рану этому сердцу. Не смертельную, нет, малую, но не заживающую. Вот и тает итак уже ослабленное волшебство, умирает душа мира.

Уж и не знаю, зачем это ему нужно. Или по сговору с кем из мира реального, или по личной злобе своей. Но ведь это поставит весь мир на грань катастрофы. Может в этом и есть цель этого неизвестного? Довести мир до большой беды, чтобы вспомнили правители земные о силе волшебной и призвали ее в самый критический момент, объединились между собой и с волшебством помирились?

– Кто же этот неизвестный?

– Ну, так на то он и неизвестный. Знали бы кто это, давно бы уже с ним поговорили. – И что же делать теперь? Можно как-то эту рану исцелить? – Можно то можно. Да не каждый это сделать может. Пока вот не нашлось умельцев. Добраться до нее может лишь избранный, прошедший испытания да собравший 3 предмета волшебных, чтобы ту рану залечить. – И вы, значит, думаете, что я, колдунья новоявленная, этот избранный и есть? – Бабушка твоя так полагала. Пророчество об избранном у нас каждый знает. Видела она тебя на седьмой день от рождения, все знаки сошлись. Расклад на тебя делала, тоже все сошлось. Потому силу она твою запечатала до поры до времени, чтобы беды не случилось. А открыть ее могла только встреча с фамильяром. Так и случилось.

– И что же, мне прямо сейчас отправляться мир спасать? – Ну, зачем же сейчас, на ночь глядя. Да и испытать тебя еще надо. И волшебные предметы тебе надо найти. Вот загадками тебя и испытаем. Вот тебе загадка первая: «Я не юла, но тоже кручусь всегда, И чем быстрей кручусь — тем толще становлюсь.» А сейчас отпускаю тебя. Как отгадаешь, позвони, расскажу, что именно тебе нужно, чтобы в поиске не ошибиться.

Часть 7. Елки-иголки и маленькие смерчи

Вот давно я загадок не разгадывала. Пока ехала в такси домой все думала, что же это могло быть? Я не юла, но тоже кручусь всегда, И чем быстрей кручусь — тем толще становлюсь.

Что-то такое в голове вертелось… Это что-то мне знакомое, я это точно видела, даже в руках держала… Берешь в руки, крутишь, и эта штука толстеет. Явно оттого, что ее крутят, словно что-то на нее наматывается… Точно! Это же веретено! Вот я молодец! Что ж, звоним коту.

– И снова здравствуйте, я отгадала вашу загадку, это веретено. Любое подойдет? Нет? Что? Старинное, березовое, с рунами Берегиня и Путь. Хм... Ладно, кажется, я знаю, где его искать. Не уверена, перезвоню скоро.

Вот сдается мне, это точно бабушкино веретено. Знала она что ли про него, что понадобится, чтобы рану исцелить? Заранее собирать предметы стала, чтобы мне легче было? Бабулечка, спасибо тебе, родная моя, жаль, что мало общались, жаль, что ушла рано, мне ты сейчас ох как нужна!

Дома меня уже ждали с нетерпением Жжульетта и Советница. По гостям они со мной не ходили и сейчас изнывали от любопытства как все прошло. Я же сразу с порога, едва раздевшись, бросилась к шкатулке, куда положила бабушкины вещи. Достала веретено, осмотрела его со всех сторон – ну, точно оно, то, что Кот описал. Итак, первый предмет у меня есть.

– Ну жже, не томи, рассказывай давай, где весь день пропадала, что узнала? Зачем тебе веретено? – вилась надо мной Жуля.

Я и рассказала. И про Веру Сергеевну, и про Кота Баюна, и про загадку, и про наше веретено-отгадку.

– Ой шустра девка, вся в бабушку, такое же шило в одном месте, сто дел за один день успевает! – похвалила Советница.

– Молодец! – добавила Жжульетта, - нужжными связями обзаводишься, с Котом Баюном лучше дружжить. Он волшебник сильный, правильный, поможжет нам разобраться во всем, поддержжит и защитит, если нужжно будет. – Что-то бабушке он не очень помог. Не нравится мне все это, – я начала заводиться. – Советница, не подскажешь, когда она веретено домой принесла? Или оно всегда у нее было?

– Нет, не всегда. Где-то в конце осени, перед тем как уйти, она его откуда-то принесла. До этого у меня все спрашивала про веретено Макоши. Нет, конечно, не самой богини, но особое, ритуальное, которое в обрядах и гаданиях используют. В наши-то дни и простое веретено найти сложно, а уж обрядовое и подавно. Однако же вот, нашла где-то.

– Хорошо, давайте погуглим, что мы знаем про это веретено?

– Чего это сразу гуглить, - обиделась Советница. – Я тебе и так все скажу. У предков наших, у славян, так говорили: Макошь прядёт нити судеб людей и богов, сплетая их в полотно мира. Веретено олицетворяет бесконечное вращение жизни, где прошлое, настоящее и будущее переплетаются.

– Про ижор же вот что пишут, - добавила я. – В их мифах вращение веретена символизировало ось мира, соединяющую небо, землю и подземный мир, прядение могло сопровождать камлания или заговоры, направленные на исцеление или предсказание.

Я продолжила:

– А теперь давайте подумаем, что мы имеем. Вот такое непростое, обрядовое веретено, где-то и зачем-то нашла моя бабуля и принесла его домой. Потом она куда-то пошла, пропадала неизвестно где несколько дней. Вернулась домой, заболела и умерла. И это моя бабуля – одна из сильнейших целительниц-волшебниц. Вот спрашивается, куда я лезу, если она не справилась?! И ведь не сама же она заболела. Точно ее кто-то извел! И этот кто-то знает, что она искала и зачем. И теперь этот кто-то, сто процентов, будет пытаться извести меня. Так сказать, превентивно, во избежание, раз уж я наследница бабы Лили. Может он и про пророчество знает и знает, что этот избранный – это я. Итог какой? Хана нам всем.

От моих метаний сила вышла из-под контроля и закрутилась маленьким смерчем, следующим за мной по пятам.

– Успокойся! Силу втяни, ишь, расплескала! Ты баланс-то правильно свела, главбух-недоучка? – возмутилась Жуля.

– Чего это недоучка, у меня магистратура с красным дипломом!

– А того. Расход ты посчитала, а что у тебя из ресурсов есть, ты учла? У тебя сила не просто целительницы, а еще и знающей. А это вам непросто довесок, а вполне себе оружие, которое можно и нужно использовать. У тебя есть Советница и фамильяр – я. У Лили фамильяра не было. На твоей стороне Кот Баюн, он точно знает, что нужно делать, чтобы рану в сердце волшебства излечить. После смерти Лили он знаешь как себя винил, весь черный был от горя! Теперь он наизнанку вывернется, но тебя защищать будет до последнего! Связями в волшебном мире ты уже начала обзаводиться, так что нужны будут помощники – найдем, кого позвать. Хоть того же Добрыню, чай не откажет. Так что кончай истерить, звони давай Коту Баюну, рассказывай, что веретено нашла да про второй предмет узнавай, вдруг это наша тарелочка, тогда и вообще прекрасно будет.

Ну, я и позвонила. Кажется, кот даже и не удивился, что веретено баба Лиля нашла и оно уже у меня. А вот вторая загадка меня свалила наповал своим ответом. Когда Кот мне продиктовал следующее: «Не меч, не яд, не огненный вихрь —

Его погибель тоньше, чем нить.

В яйце сокрыта, в утке хранима,

В зайце укрыта, в сундуке незрима.

Что за предмет несёт ему смерть?»

Я невольно заорала прямо в телефон:

– Смерть Кощея?! Его игла?! Вы серьезно?! Мне надо ее найти и сломать? Убить Кощея? Он что, еще живой? - меня буквально трясло от эмоций. Маленькие смерчи пошли гулять снова.

Оказалось, убивать никого не надо, Кощей также здравствует как Кот Баюн. Они оба, а также еще Баба Яга и Василиса Премудрая являются членами Круга семи. Нет, меня, конечно, членам круга на балу представляли, трем из семи – это те, кто были на том балу, про остальных я как-то не спросила, просто не успела в общей череде представлений.

И вот, теперь оказывается, что мне нужно одолжить у Кощея его иглу, с возвратом, чтобы зашить рану в сердце волшебства. Игла, значит, чтобы шить, веретено, чтобы нить прясть (Боже, еще и прясть! Я не умею!!!). Пряжу, сказали, у стража состригу, когда на остров Буян пойду. Кто тот страж и как его остричь – про то третья загадка будет, велели не бежать впереди паровоза, а добыть пока иглу.

Ну, конечно, всего делов-то – найти самого Кощея, одолжить у него иглу с его смертью и вперед – мир спасать. И отчетность на работе сдать в перерывах между подвигами. А то налоговая нам устроит такую веселую жизнь – Кощею и не снилось.

Уже несколько маленьких смерчей отправились гулять за мной по комнате.

– Не жужжи! И силу втяни! – остановила мои метания моя муха. – Попей чай ромашковый с медом, успокойся. А там глядишь чего и придумаем. Чай, и правда, помог успокоиться.

– Жуля, а ты случайно не знаешь, где нам искать Кощея и как с ним связаться? – А чего не знать, знаю, конечно, это руководитель налоговой службы по Санкт-Петербургу – Костя Рыжих, очень серьезный мужчина.

Я аж чаем поперхнулась. Вот не стоит налоговую к ночи поминать, не к добру это.

– Ты серьезно? Рыжих? Наслышана-наслышана, зверь, а не мужик! У него все сотрудники при нем дышать забывают, а таких мух, как ты, он просто взглядом замораживает.

– Ты-то откуда знаешь? – уточнила Жуля.

– Знакомые в руководстве банков есть, наслышана… И как мы к нему подход искать будем? Просто на прием запишемся: «Здравствуйте, одолжите мне вашу иголчку, я верну! Често-честно!» - вот даже не смешно.

– А ведь есть способ познакомиться. Помнишь, тебя Виолетта в гости приглашала. Так вот, на наше счастье, она теща Кощея.

Тут я второй раз поперхнулась чаем. Нет, нельзя же так, без предупреждения! Теща Кощея! Ну, значит, пойдем завтра с той тещей общаться. Глядишь, и поможет с зятьком встретиться.

Виолетта Георгиевна моему звонку в воскресное утро обрадовалась, но домой не пригласила. На встречу позвала в кафе-кондитерскую Север-Метрополь на Невском. Ну и то ладно, что вообще согласилась.

Встреча оказалась не слишком полезной, узнать что-то про бабушку не получилось. Виолетта все выспрашивала меня, как я силу обрела, чему научилась за столь короткий срок, кто наставники у меня, ведь должен же меня хоть кто-то обучать, раз сила есть. Больше же всего хвалилась своими связями в Кругу семи – и Костик то (Кощей то есть) в ней души не чает, и Василисушка то (Премудрая) у нее в подругах, за советом не стыдится обращаться, чай Виолетта постарше и поопытней будет.

Хвалилась, что может посодействовать, попросить Василису – та может и поможет чем на первых порах, пока силой учусь владеть, а понравлюсь так и в ученицы возьмет. Она уже интересовалась мной. После бала на Совете сначала мою скромную персону обсуждали, вот Василисушка и спросила у Виолетты, что за внучка ее подружки объявилась.

Я же решила поймать ее на слове – сама предложила, никто за язык не тянул. – Спасибо вам, Виолетта Георгиевна, за доброту вашу и отзывчивость. А вот помощь мне ваша, пожалуй, что и нужна. С уважаемой Василисой Премудрой, мы обязательно встретимся, если она того пожелает, но попозже. А вот с Константином Викторовичем, если поможете, я бы хотела встретиться на следующей неделе.

– Чем же тебе Костик может помочь? Что-то про бабушку хочешь спросить или по волшебству своему есть вопросы? Так, может, и я чем могу помочь? – Что вы, Виолетта Георгиевна, это больше по его работе вопрос. У меня у знакомой хорошей, тяжба с налоговой: что-то они там ей не так насчитали, а пересчитать обратно никак не могут. Вот, если бы Константин Викторович, посодействовал, был бы это прекрасный подарок на Новый год для моей знакомой.

Сама знаю, так себе предлог, шитый белыми нитками, но ничего другого сходу придумать не смогла. На удивление, Виолетта согласилась и даже позвонила Кощею. И тот, также к моему большому удивлению, согласился со мной встретиться. В понедельник в обед, в итальянском ресторане на Фонтанке. Ну, Константин Викторович, держитесь. Вы еще сами не знаете, на что вы подписались.

Часть 8. Дань Семарглу

"Ну, Константин Викторович, держитесь. Вы еще сами не знаете, на что вы подписались," - с этой мыслью я заснула и проснулась с ней же. А что у меня ещё есть, кроме напускной храбрости? Скоро встреча, а в голове ноль идей как убедить Кощея отдать мне свою иглу.

Советница сказала силу Знающей использовать. Кто бы мне ещё сказал, как это делать. Методика уж больно странная - задать вопрос и слушать, что ответит мир. Вопрос то я задала, но мир пока молчал. Руны тоже ситуацию не прояснили. Однако руна Договор позволяет надеяться, что таки игла у меня будет.

Пока ехала на работу, задумалась. Из размышлений меня вернула в реальность песня Булановой "Скажи мне правду, атаман". Что это, подсказка? Раскрыть карты, сказать, что это я тот избранный из пророчества. А если Кощей и есть тот самый неизвестный, что мир к катастрофе ведет? Ладно, на месте разберёмся.

На встречу шла, трясясь, как осиновый лист. Шутка ли, с самим Кощеем встречаюсь. Он уже ждал меня за столиком. Поздоровались. Представились.

- Елена, заглушите свой страх, от вас им фонит на всю округу. Право слово, не съем я вас. По крайней мере, не сейчас.

Обалдеть, он ещё и шутит. Но стало, правда, легче.

- Рассказывайте, зачем пришли на самом деле. В эту глупую историю про тяжбу с налоговой я не верю.

- Ну, почему же глупую, тяжба есть на самом деле. Но встречу я искала и правда не из-за неё. Меня к вам направил Кот Баюн (всегда же лучше кого-то важного в компанию взять для большей убедительности). С волшебством в нашем мире в последнее время всё хуже и хуже. И у него есть план, как исправить ситуацию.

- А вы тут каким боком? И почему он сам мне это не рассказал? Мы с ним вчера виделись.

- Так уж вышло, что без меня весь этот план развалится. Поверьте, я и сама этому нисколько не рада. Никогда не рвалась спасать мир.

- Кот решил, что ты и есть избранная? Хм. И что же вам от меня надо? - холодным, полным скепсиса тоном поинтересовался Кощей.

- Вашу иглу.

Полог тишины упал на наш столик и отрезал нас от всего мира. Время остановилось. Кощей смотрел на меня как на вошь, которая возомнила себя царицей мира. Он давил взглядом и, кажется, пытался развоплотить на месте. Хорошо хоть Жулечка напомнила мне поставить защиту. Чароитовый пион пока держал удар. Я тоже. Смотрела на Кощея с вызовом. А чего он?! Ишь, давить меня вздумал. Фиг ему. И вообще, это я колдунья неделю от роду, а он - сущность древняя, ему волшебство нужнее, вот пусть и вкладывается. Не одной же мне корячится!

Кощей давил, я держала удар. Дышать было тяжело. Воздух вокруг потрескивал от скопившегося напряжения, проскакивали искорки. Кажется, сейчас рванёт… О-ох, кто-то откачал весь кислород. Это хорошо, огонь без воздуха быстро потухнет. Блин, о чем я думаю, какая чушь в голову лезет. Сдохну, но не отведу взгляд. Фиг тебе. Лёгкие уже горят, сейчас точно отключусь, вон, картинка уже поплыла...

И тут что-то щелкнуло и всё кончилось.

- Хороша ведьма! Рассказывай, что вы там с Котом придумали, - улыбнулся Кощей.

Я шумно выдохнула. И рассказала. Про рану и про то, что нужно мне идти на Буян и ту рану зашить.

Вместо ответа Кащей достал телефон и набрал чей-то номер. - Привет, Баюн. Далеко же ты девицу послал. Не стыдно? Нет? Ну, и то верно. Пусть пробует. Но иголку я ей не дам. Сам с ней пойду. А то мало ли что. У меня пока дела, так что стартуем в субботу утром. Ну, бывай.

И потом уже мне:

- И ты, ведьма, тоже бывай. В субботу в 6 утра заеду за тобой. Будь готова. Приятного аппетита, кушай спокойно, счёт оплачен.

С этими словами Кощей ушёл, а я осталась приходить в себя. Через пару минут примчалась моя Жуля. И только я хотела всё ей рассказать, как пришла смска от Баюна:

«Молодец, два предмета у тебя есть. Теперь загадка про стража, у которого тебе нужно шерсть собрать, чтобы нить спрясти. И помни, страж потребует жертву. Будь готова к субботе. Вот тебе загадка: Хранитель Порядка, божественный пес,

Стерегущий границы меж Навью и Явью.

Стоит на страже с горящим мечом,

Зло в мир не пропустит он нипочём!»

- Жуля, ты знаешь, кто это?

- Божжечки, да это жже Семаргл. Вот ужж точно без жжертвы не обойтись.

Пришлось гуглить, что это за зверь. Но всезнающий интернет ничего мне не сказал про то, как его подстричь и какие ему нужны жертвы. Что ж, разберёмся на месте.

К субботе я была готова. Оделась максимально тепло для зимней прогулки по лесу. С собой взяла еды на 3 дня, Советницу, веретено, расчёску и ножницы - Семаргла подстригать. Иглу Кощей сам принесет. А вот и он. На Хаммере. Вот даже и не удивилась. В машине с ним уже сидел Баюн. Ну а я с Жулей пришла.

Ехали мы не далеко, до Ротонды на Гороховой. Тьфу ты, а я в лесной поход вырядилась. Подошли к закрытой двери с навесным замком. Баюн что-то там прошептал, руками поводил - дверь и открылась, т.е. исчезла, и мы дружно шагнули вперёд. За нашими спинами снова появилась дверь.

А вокруг нас застыл волшебный зимний лес. О как! Как чувствовала, не зря, значит, готовилась. Мы стояли на маленькой полянке. Пушистые сугробы укутывали вековые сосны в белоснежных варежках на ветках. Верхушки деревьев уходили в безоблачное голубое небо. Низкое зимнее солнце ярко освещало всё вокруг. В его лучах весело играли искорки снежинок. Морозный воздух пощипывал щёчки. Плотный снег скрипел под нашими ногами, нарушая эту сказочную тишину.

Я с восторгом смотрела по сторонам, любуясь этой величественной и прекрасной картиной. В это момент к нам из леса вышел пёс Семаргл, Хранитель границ. Выглядел он как и писалось в легендах: Пёс был велик и грозен.

Крылья пылали огнём.

Где пробегал пёс, там оставался огненный след.

- Зачем пришли вы на Буян, волшебники? - спросил пёс.

- Пришли мы рану Алатырь-камня исцелить, верный страж. Пропустишь ли нас? - спросил Баюн.

- Плату вы знаете - капля крови, чтобы я мог проверить ваши намерения. Баюн толкнул меня в бок.

- Уважаемый Семаргл, - начала я. - Чтобы рану Алатырь-камня исцелить, понадобится нам нить из шерсти вашей, так как вы страж границы, в вас сила двух миров.

- Кто нить прясть будет и шить ей?

- Я и буду.

- Тогда тебе и жертву приносить. Ты мою шерсть берёшь, часть защиты с меня снимаешь. В ответ и ты отдай мне свою защиту.

- Как это? Обереги мои вам отдать? Другой защиты на мне нет…

- Зачем мне, божественному стражу, твои амулеты, человеческая волшебница? Отдай мне то, чем ты в своей жизни защищаешься. Смотри мне в глаза, я помогу.

Под его взглядом я замерла, вся моя жизнь развернулась у меня в голове. Глухо, словно через толстую стену, донёсся до меня голос Семаргла.

- Вспоминай, в школе дружили вы втроём. И ты была там третьей лишней, с тобой дружили, когда было что-то нужно - задачу решить, сочинение написать, или когда другая подружка занята была. Тебе было обидно и больно. Как ты защитилась?

- Отказалась от подруг. Лучше быть одной. Подруги обманут.

- Готова ли снять защиту? Подпустишь ли вновь к себе так близко?

Что? Открыться другим? Поверить в дружбу? Вот прямо сейчас?

- Не думай головой, волшебница, слушай сердце. Хочет ли оно тепла? Готово ли довериться вновь?

-Готова, - с удивлением ответила я. В своем сердце я и правда увидела удивительный цветок, точнее малый росток, который очень ждал человеческого тепла.

Огненный фейерверк взорвался у меня в голове, выжигая старое решение. Я упала на колени в снег и закричала, выпуская всю старую боль. А Семаргл продолжал.

- Вспоминай. В вузе с тобой не хотели дружить, считали заучкой и гордячкой. Как ты защищалась?

- Ещё большим высокомерием и пренебрежением.

- Отдаешь?

И я снова закричала.

- На работе тебе не давали желаемую должность, потому что ты молода и ты женщина, но при этом продолжали давать задания по той должности, а платили меньше. Как ты защищалась?

- Стала злой на язык, грубой и резкой.

- Отдаешь?

И я снова закричала.

И так ещё 4 раза, ещё 4 типа защиты от всего неприятного и больного, что было в моей жизни, пришлось мне снять, пока я не осталась без сил лежать на снегу с полностью с обнажённой душой.

- Не бойся, наш разговор никто не слышал. Твои тайны знаю только я. Ты дала мне часть своей души, плата кровью не требуется. Вот тебе шерсть, хватит, чтобы рану зашить. Ты справишься. Я знаю.

Пока я поднималась и вытирала слезы, остальные волшебники платили дань кровью. Жуле, как моему фамильяру, ничего платить не пришлось, за неё платила и отвечала я. А Жуля как могла утешала меня и помогала хоть немного восстановить силы. Шерсть Семаргла я сложила в сумку. Всё было готово, проход к Алатырь-камню был открыт.

Часть 9. Ночь тиха, ночь свята

Я медленно шла вслед за всеми. Молчала. Сил на разговоры не было совсем. Мои спутники, понимая мое состояние, молчали тоже. И это белое безмолвие вокруг постепенно исцеляло мою душу. Наполняло ее новым светом и смыслом. Я как будто родилась заново и начинаю теперь жизнь с чистого листа, такого же белого, как снег вокруг.

Немного успокоившись, я начала различать оттенки в это сказочном белом мире. Мои сапожки на меху, например, были цвета слоновой кости, шубка – кипельно-белая. Снег на дорожках – белый с голубым подтоном, снег на ветках деревьев – жемчужный, с матовым блеском и искорками от лучиков солнца. И такой же мягкий белый свет наполнял мою душу. Я постепенно оживала.

Шли мы не очень долго, до следующей полянки, на которой стояла небольшая избушка. Хотела бы сказать - на курьих ножках, но нет. Обычная лесная сторожка. Низенькая, почти занесенная снегом. В доме явно кто-то был – из трубы шел дым, в окнах горел свет.

Мы недоуменно переглянулись со спутниками, насторожились, приготовили защиту и атакующие заклятия (ну, у кого они были). Подошли к дому и осторожно заглянули в окошки, облегченно выдохнули – в комнате пили чай остальные члены Круга семи – Баба Яга, Василиса, Марья-Искусница, Илья Муромец и Леший. Зашли в дом, поздоровались.

– Что ж это вы, мир спасать собрались, а нас не позвали? Или думаете, сами справитесь? – укорила нас Баба Яга. – Хорошо, Василиса как-то по своим каналам про то узнала, да нас всех позвала.

– Вот, жена-дура, язык без костей. Опять все матери разболтала, - тихонько ругнулся Кощей.

– Ну, проходите, гости дорогие, самовар поспел, стол накрыт. Пора и отдохнуть с дороги. Да и гостью новую нам представьте, не все мы успели с ней познакомиться, – предложила Марья.

Что ж, познакомились, почаевничали. Новые члены совета, с кем еще не была знакома, с любопытством рассматривали меня, расспрашивали, кто я и как силу волшебную получила. Василиса больше помалкивала да кивала каким-то своим выводам, слушая мою историю. Баба Яга и Марья предложили помощь в обучении. Что ж, учиться – дело хорошее, спасибо за помощь, приму обязательно.

Я спросила, есть ли тут отдельная комната, где можно отдохнуть – как-то тяжело дался мне переход, еще не пришла в себя окончательно. Мне бы вздремнуть чуток, да еще и нить надо спрясть к ночи. Оказалось, что лечить рану в полночь надо, обязательно при свете луны, в одну из пяти ночей в канун Нового года. Одна ночь уже прошла, сегодня вторая.

Судя по дневному морозцу, она обещает быть ясной и лунной. Надеюсь, что так, не хотелось бы застрять на этом Буяне в такой важной компании. Как-то я себя не очень уютно чувствую на виду у всего Круга. Или это чей-то один взгляд меня тревожит?

Не поняла пока, но моя верная чуйка, шепчет мне, что не все так ладно в датском королевстве. Да и бабуля моя, и Кот мне об этом тоже говорили. Что ж, как ни странно, Коту и Кощею я доверяю. А вот кто из оставшихся пяти и есть тот неизвестный, что рану нанес? И что он будет делать, когда я ту рану зашивать стану? Ох-хо-хо… Надеюсь, остальные члены Круга уж как-нибудь не дадут мне умереть, а то не будет у них избранного.

Я вздремнула часик да начала учиться прясть. Тут мне сильно помогла Марья-искусница. С ее помощью дело пошло на лад. Вскоре Марья ушла, оставив меня одну, - нужно было прясть с наговором на нить, чтобы она целебной была, а тут свидетели были лишними.

Наговор Советница подсказала, его нужно было с помощью своей силы влить в нить и соединить в одно целое силу шерсти Семаргла, мою силу и силу наговора. Работать пришлось медленно, силу вливать по капле, улавливая волшебные потоки от шерсти и самого наговора.

Неспешность этого действа была похожа на медитацию, я как будто впала в транс и внутренним чутьем понимала, что и как нужно делать. Видимо сила знающей, наконец, проснулась. Я пряла и тихонько напевала: Я пряду-перевиваю,

Нить здоровую сплетаю.

Шерсть Семаргла на защиту,

Нитка крепкая — от хвори,

Камню — сила,

Душе — мир,

Волшебству – открытый путь.

Что пряду — то на здоровье,

А что шью — то на силу,

Что зашью — то от беды берегу.

К позднему обеду нить была готова.

Мою предусмотрительность и запасливость все оценили, но похихикали. Ибо припасы оказались не нужны, у них тут скатерть-самобранка была с услугой доставки из кафе и ресторанов. Что ж, будем знать на будущее. Ужин не предполагался. Ритуал нужно было проводить слегка голодным, чтобы и силы были, но и живот не раздувало от обжорства.

Вечером высыпали звезды, стало ясно, что ночь будет лунная и рану лечить будем сегодня. Мужчины ушли расчистить снег на поляне, подготовить все к ритуалу.

Я же места не находила себе от волнения. Как проявит себя неизвестный? Смогу ли я рану зашить и помочь Алатырь-камню, поправить баланс сил в этом мире? Еле дождалась начала.

Ближе к полуночи собрались. Под светом звезд и луны пошли в ночной лес, темный и безмолвный. Мы также шли молча. Каждый думал о своем. Через какое-то время вышли на очередную полянку, достаточно большую, чтобы тень леса не мешала.

Света звезд и луны хватило, чтобы рассмотреть все вокруг. В центре поляны стоял большой белый камень, похожий на мрамор. С такими же прожилками и разводами. От него шло неяркое свечение, отчего вся поляна казалась укутанной молочной пеленой. Все краски были приглушены и растворялись в этом молоке, изначальном потоке волшебства.

Этот поток придал мне силы. Плечи расправились, появилась уверенность, что я справлюсь - ведь я ощущала свое волшебство как никогда раньше. Обе мои силы, и целителя, и знающей, мощным потоком текли по моим венам, наполняя меня, открывая новые возможность. Я каждой клеточкой своего тела, всей душой чувствовала связь с этим местом, с этим миром, со всем волшебством, что еще оставалось в нем.

И я чувствовала, как оно тает, просто растворяется в воздухе. И одна из причин была сейчас прямо передо мной – небольшой, с ладошку, разрез на боку камня, из которого медленно, по капле, капало концентрированное молоко – сама суть силы. Но касаясь грязно-серых, словно пеплом присыпанных, краев раны, эта суть волшебства мутнела и, стекая по камню на землю, превращалась в зловонную жижу. Снег под ней растаял, и эта отравленная вода медленно растекалась по поляне, превращая чистый белый снег в ядовитую грязь.

Я бросилась к камню. Его боль сейчас была моей болью. Круг семи встал вокруг Алатыря и меня, образуя защитный контур. Они запели, усиливая суть волшебства, облегчая боль.

Я же, стараясь не наступить на ядовитую грязь, прижалась к камню, чувствуя его дрожь и тепло. Остатками шерсти Семаргла просушила рану. Достала нить. Посмотрела на Кощея. Он стоял сразу за мной и уже держал наготове иглу. Протянул ее мне. Я начала шить и петь.

Земля матушка, солнце батюшка,

Ветер братец, вода сестрица,

Все четверо сойдутся,

Хворь отгонят, рану залечат.

Волшба течёт ровно, камень стоит плотно,

Боль уходит, здоровье приходит.

Тело крепкое, рана тихая,

Всё заживает, всё срастается.

Слово моё твердо, дело моё чисто.

Края каменной раны, на удивление, были мягкими, шилось легко. Я полностью погрузилась в процесс, чувствуя как сила нити, моя сила, сила самого Алатырь-камня сливаются в единое целое, исцеляя страшную рану. Мне оставалось сделать последний стежок и завязать узелок, как вдруг что-то вокруг неуловимо изменилось.

Часть 10. Бой за волшебство

Я не сразу поняла, что меня вывела из моего транса внезапно наступившая тишина. Я осмотрелась. Сидя на коленках перед раной, конечно, немного увидишь, но все же достаточно. Круг семи замер в стазисе, только глаза гневно сверкали. Меня же стазис не коснулся. Из-за камня вышла Василиса.

– Что, не ожидала, избранная, что ваш неизвестный – это я? – усмехнулась она.

– Вижу, что и никто тут не ожидал. Вы, конечно, хотите объяснений, зачем я это сделала, зачем гублю волшебство и мир. А все просто. Люди выживают нас из этого мира. Волшебства становится все меньше и меньше. Ну, так и людишек нужно подсократить. А волшебства на всех не хватит, так что пока вы тут в стазисе, я ваши силы волшебные себе заберу, не все, конечно, но так, чтобы мне мешать не могли. Надоели вы мне! Круг, коллегиальное решение. То нельзя, это не по правилам. Вот теперь я вам буду указывать, что правильно, а что нет. И в Круг новых волшебников наберу, у вас то сил уже не будет. – и Василиса радостно захохотала.

Потом обратилась ко мне.

– Ты, дева, иголочку-то мне отдай, ни к чему она тебе. Рану я потом сама зашью, как силу заберу. Все же хватит уже раскачивать мир. С той силой, что будет у меня, я уж как-нибудь сама найду способ наказать людей.

– А если не отдам?

– Тю… Смотри-ка какая героиня выискалась! Где ж тебе со мной тягаться, недоучке. Не отдашь, так сама заберу, потом пеняй на себя. Я может тебя к себе позвать хотела, мне сила знающей очень даже пригодится. Но неволить не стану. Не хочешь, значит, тоже моим донором станешь. Отдай, говорю, иголку! – Хорошо, сейчас только узел завяжу, чтобы шов не разошелся. - я повернулась боком к Василисе, так чтоб и рану видеть, и ее саму краем глаза, но чтобы при этом она не видела, что делаю я.

Очень быстро, прошептав про себя наговор, я сделала последний стежок, завязала узел, оборвала нить. Рана была закрыта полностью, волшебство из нее сочиться перестало.

Но, к моему огорчению, ничего не произошло – края раны так и остались пока еще в пепельной дымке, ядовитая лужа так продолжала испускать зловоние. Никаких тебе спецэффектов – сияния там, радуги, феейерверков, голоса с небес, внезапного прилива сил. Все, до обидного, осталось по-прежнему. Что ж, попробуем сами побарахтаться, что-то мне не очень хочется в команду Василисы, да и обманет она, наверняка.

– Все, я закончила. Держи свою иглу, – я начала подниматься, отошла подальше от лужи. – Ой, нет, я передумала, она мне самой пригодиться, - и рывком бросилась за камень. Теперь нас разделял Алатырь.

– Глупо, очень глупо, - зло процедила Василиса, – все равно же далеко не убежишь. Поймаю и накажу!

И она начала двигаться ко мне в обход камня. Ну а я от нее пятилась. Потом она начала кидаться фаерболами. Я пока уворачивалась, да и защита от амулета стояла. Кто-то там хотел спецэффектов? Я передумала, отмените, пожалуйста. Так мы и двигались по кругу.

Бли-и-и-н, проклятая лужа! Совсем про нее забыла! Мой белый сапожок зацепил край этой грязи, и я позорно растянулась на земле, прямо у ног Кощея. Миг. Я тоже замерла в стазисе, только глазами хлопаю.

- Добегалась, дурочка? Я же говорю, всё равно по-моему будет, - рыкнула Василиса и повернулась к Кощею.

- Ну, что, дорогой? Не жалеешь теперь, что променял меня на молодую ласковую дурочку? Не захотел по любви со мной быть - будешь по принуждению: иголочку-то твою я сейчас приберу, пусть у меня положит, целее будет. Сейчас, только силу у этой дурочки заберу. Не была волшебницей - не стоит и начинать!

Василиса снова повернулась ко мне. Достала какой-то флакон, как из-под духов, какой-то проводок, видимо, чтобы силу перекачивать. Наклонилась ко мне.

И тут ей в глаз вцепилась моя муха. Жулечка, родная, я совсем про тебя забыла! На таком морозе ты мирно сидела в капюшоне моей шубки и теперь вот решила повоевать. Улетай скорее, пока цела!

Моя умная муха так и сделала, цапнула ведьму за глаз и скрылась за камнем. Василиса вскочила, отошла от меня, чтоб не путалась под ногами, чем-то замахнулась на Жулю и ... тоже замерла в стазисе.

- Еленушка, ты опять сбежала, не сказавшись! Я же волновался! Больше никуда одну не отпущу! - мерный басок Добрыни наполнил поляну.

Щелчок, и стазис спадает. Огромными ручищами меня аккуратно подняли, нежно сграбастали в объятья, прижали к широкой груди. Мне только и оставалась, что пропищать: "Да, мамочка, как скажешь".

И тут, наконец, включили спецэффекты. Алатырь-камень засветился ярким белым светом. Начал таять снег, из земли появились подснежники. Повеяло теплом. Мягкая волна волшебства пошла от центра поляны по всему лесу и дальше, в мир.

С Василисы спал стазис, она взмахнула руками, пытаясь что-то сделать, но стала терять свой облик и превратилась в ворону, громко каркнула и умчалась вдаль. Ну да и бог-то с ней. Легче жить.

Я тихо всхлипывала, нежась в надёжных руках, вдыхая плотный мужской запах с нотками можжевельника и, внезапно, корицы. Добрыня гладил меня своей широкой ладонью по волосам и спине, успокаивая и поддерживая. В капюшоне снова жужжала Жуля.

- Хм. Простите великодушно, что нарушаю такую идилию. Мне бы иголочку назад вернуть.

Скромный и застенчивый голос Кощея словно разорвал плен тишины. Это было так неожиданно и мило, что я засмеялась в голос, легко и радостно. Этот смех подхватил Добрыня. И вскоре хохотала уже вся поляна, отходя от потрясений и переживаний последнего часа.

Потом мы вернулись в сторожку и долго пили чай с разговорами, обсуждая случившееся и планы на будущее. Добрыня посадил меня к себе под бочок и, кажется, всерьёз решил исполнить свою угрозу - никуда меня не пускать.

Ну, это мы ещё посмотрим. Тем более вон сколько предложений. И Кощей к себе в бухгалтерию управления зовёт. А Баба Яга и с Баюном к себе в контору "Рога и копыта".

Нет, официально, это была какая-то независимая природоохранная лаборатория. А по факту управление волшебными ресурсами по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. А я магистратуру как раз как экономист заканчивала, так что работа по профилю.

Баба Яга и Леший ещё и обучить волшбе обещались, раз я силу ижорской знающей разбудила. Те всё больше с духами и стихиями общались, вот и обещали мне с ними помочь на первых порах.

Поток волшебства в мире потихоньку выравнивается, я это чувствовала. У меня теперь, видимо, после ритуала лечения особая связь с Алатырь-камнем. Слава богу, спасать никого не надо. И так планов на будущее хватает. Пора и о себе подумать.

Часть 11. Слышу голоса

Заболтались мы почти до самого утра. Но нужно было и поспать хоть немного, так как на поляне ещё остались незавершённые дела. Волшебная скатерть-самобранка не только накормила и напоила нас, но и со стола прибрала. А мы разбрелись кто куда, чтобы хоть немного поспать перед следующим днём.

Добрыня меня, конечно, никуда не отпустил, поэтому спали мы с ним в обнимку в уже облюбованной мной светелке под крышей. Остальные члены Круга тоже разошлись по маленьким комнаткам. В этом казалось совсем небольшом доме место нашлось всем. А может тут какое дополнительное измерение было, благодаря которому находилось всё, что было нужно жильцам.

Проснулись мы ближе к полудню. Позавтракали и отправились на поляну к Алатырь-камню. Нужно было сжечь ядовитую жижу, что осталась после раны. Да и саму рану проверить нужно, повторно наговор на исцеление прочитать. А потом отправить в мир вместе с обновлённой волной волшебства от Алатырь-камню волну благодарности самой душе нашего мира за то, что она есть и дарит этому миру чудеса и надежду на то, что добро не исчезнет из него, а вместе с ним не исчезнут ни любовь, ни дружба, ни всё-всё хорошее, что есть в этом мире.

С ядовитой жижей легко справился Кощей, всё же это его специализация - явления и сущности из Нави, а этот яд был точно оттуда. Рана была чистая и почти уже зажила, даже пепельная дымка с рубца ушла. Но для надёжности наговор я прочитала ещё раз.

Пришла пора благодарственной песни. Мы встали в круг, взялись за руки и начали петь все вместе:

О, наш мир, тебе пою я песню,

С благодарностью в душе.

За рассветы, за надежды,

За тепло, что сердце знает.

Ты даёшь нам дождь и солнце,

Шёпот листьев, смех детей.

В каждом миге — чудо скрыто,

В каждой тени — свет огней.

Спасибо, мир, за доброту,

За каждый миг и за волшбу!

За то, что ты — мой дом и путь,

За всё, что я могу вдохнуть!

За цветы, что пахнут нежно,

За моря, что вдаль зовут.

За друзей, что рядом вечно,

За мечты, что ввысь ведут.

За закаты, за созвездья,

За тишину и за грозу.

Ты — как песня, ты — как сердце,

Я тебя благодарю!

Спасибо, мир, за доброту,

За каждый миг и за волшбу!

За то, что ты — мой дом и путь,

За всё, что я могу вдохнуть!

Пусть звучит мое спасибо,

Как ручей, как птичий звон.

Ты — источник вдохновенья,

Ты — мой вечный горизонт.

Теперь эта песня вместе с ветром пойдёт по миру. И всё волшебники и все люди, чьи сердца открыты свету и добру, почувствуют её и добавят к ней своё Спасибо.

Да, Зло не уйдёт из мира. Да, плохих людей не станет меньше. Но простым людям станет чуть легче дышать, любящим сердцам проще будет найти друг друга, проще будет простить старые обиды и начать жить с чистого листа. Ну и волшебства в мире станет чуть больше.

Эта песня волшебным колокольчиком звенела в воздухе, уносясь вдаль. На сердце было легко и светло. Неожиданно теплая волна окутала меня, как бубушкина шаль, и я услышала: "Спасибо, внучка! Я знала, что ты справишься. Помни, я всегда с тобой. Если тебе будет нужна моя помощь вспомни колыбельную, что пела тебе твоя мама. А до этого я пела её ей. И перед этим мне её пела моя мама. Вспомни её, и весь наш род встанет рядом с тобой. Помни, мы рядом".

А потом я услышала голоса лесных духов и шёпот ветра, и лёгкий перезвон солнечных лучей в морозном воздухе: "Tere lapsi , здравствуй внучка! Мы слышим тебя. Наша кровь вновь звучит в этом мире. Спасибо тебе!" - Жуля, что это? У меня слуховые галюцинации или ты тоже это слышишь? - всё это было так трогательно, слезы стояли у меня в глазах. Но это было так неожиданно.

- Я тожже слышу, я жже твой фамильяр. Это Алатырь-камень тебе подарок в благодарность сделал, позволил твоим ушедшим родным пообщаться с тобой. - Благодарю! - я в пояс поклонилась чудо-камню. - Твой подарок бесценен.

А нам пора было уже собираться домой. Пакуя свой рюкзачок, я неожиданно нашла на подушке забавного розового жирафика в серую полоску, с зелёным шарфиком и в зелёных же сапожках. - Добрыня, это твоё? Это ты мне принёс?

- Нет, Елёнушка, это не моё. Это избушка тебе подарок сделала, ты ей понравилась. Она всём, кто ей по нраву, таких милых жирафчиков дарит. Бери, будет у тебя домовым, если своего нет, или помощником ему, если есть. - Ой, спасибо, избушка. Назову его Юсей. Ну что, ждём остальных и домой? Хватит с меня приключений!

Часть 12. Дом, милый дом

Ура! Я вернулась домой! Живая! Добрыня напрашивался в гости, но после всех приключений хотелось побыть одной. Он проводил меня до подъезда и мы простились. Новый год мы будем встречать врозь, каждый со своей семьёй.

Милый дом встретил меня тишиной и пустотой. Вот и пригодились припасы, что я в поход заготовила. В стазисе с ними ничего не случилось, а у меня кроме них съедобного в доме ничего не нашлось. Так что ушли за милую душу.

Завтра 31 декабря. Наконец-то, соберемся всей семьей. Я ужасно соскучилась и по маме, и по сестре с её детишками. Будем болтать, слушать песни и петь их сами. Я решила, что всё им расскажу. Про бабушку они и так всё знали, так что не должны принять за бред сумасшедшей мой рассказ про волшебный мир, параллельный с нашим. Про Добрыню тоже расскажу. Мама порадуется, что, наконец, нашла нормального мужика. Познакомлю их на праздниках. Но это всё потом.

А сейчас я пила чай и отдыхала. Время текло медленно и лениво. Казалось, что огонь в электрическом камине потрескивает как живой. Моё любимое кресло возле него, куда я забралась с ногами, сегодня было особенно удобным и, кажется, само подстраивалось под мою позу. Похоже, волшебство поселилось в моём доме окончательно и сделало его живым. И это было прекрасно.

За окном начался снегопад. Белыми коврами застилались дорожки, белыми шалями укутывались деревья в парке напротив. Жёлтые фонари неспешно перемигивались между собой и что-то рассказывали мерцавшим в темном ночном небе звёздам.

Я смотрела в окно, вспоминала прошедший год, мои недавние приключения и, наверное, впервые за долгие годы в душе моей был покой и предвкушение чуда, как в детстве. И также, как в детстве, я точно знала, что чудеса случаются и волшебство существует. Но теперь это была не наивная вера в чудо, а знание, что настоящие волшебники действительно живут рядом с нами.

Я смотрела на заснеженный парк, любуясь его красотой, наслаждаясь тишиной в мире и в душе. Волшебство момента разрушило ощущение лазерного прицела, нацеленного мне в лоб. Я встряхнула головой, сбрасывая наваждение: "Кажется уже черти что с устатку, спать пора".

- Тебе не кар-жется! - раздалось у меня в голове. - Я еще доберрусь до тебя! До встрречи!

(продолжение следует, возможно)