Екаи Японии: Прибытие

Пролог

Ночь опустилась на город, но не была властна на его улицах. Неоновые вывески освещали их. Даже фонари не так хорошо справлялись со своей задачей, как какая-нибудь очередная реклама или вывеска, зазывающая гостей на приятное времяпрепровождение.

Люди возвращались с работы. Некоторые шли в бар, чтобы отдохнуть, расслабиться или по душам поговорить с коллегами из других отделов. Некоторые люди торопились на последний поезд. Несмотря на ранний вечер на улицах уже появились пьяные в стельку люди. Некоторые из этих людей уже примостились поспать, рядом с ними постепенно образовывался заборчик из бутылок с водой. И никто даже рукой не пошевелил, чтобы забраться в карман к спящим людям. Настолько была безопасна эта страна. Или так могло показаться на первый взгляд.

Не каждая улица была освещена. Были в городе малоосвещенные подворотни, куда свет фонарей едва ли попадал и темные переулки, где найти дорогу можно было только вооружившись фонариком или, если ты знал дорогу как свои пять пальцев.

Вот в таком переулке и прятался человек. Он стоял, подпирая стену спиной в одном из самых темных уголков переулка. Он был среднего роста, внешность у него была незапоминающаяся. Такой запросто растворится в толпе. Самый обычный человек. На первый взгляд. Он ничем не отличался от простого обывателя. Он ходил на работу, ел обычную еду. Разговаривал с людьми, веселился, ходил на корпоративы. Но у него был маленький секрет.

Сейчас его неимоверно мучила жажда. Но он не хотел воды. Его мучила жажда немного иного рода. Ему хотелось крови. И в этом темном переулке он ждал свою жертву. Он уже давно наблюдал за этой девушкой. Ей недавно исполнилось двадцать пять. Парня у нее не было, с друзьями особо не виделась. Родители погибли в автокатастрофе. Если такая девушка исчезнет, то никто этого не заметит. Идеальная жертва.

Входная дверь ее дома располагалась в этом переулке, как и еще нескольких домов, но они ему не были интересны. Человек стоял напротив двери в ее дом, он просто физически не смог бы пропустить ее. Вот только девушка задерживалась. Она должна была пройти минут тридцать назад. Но ее все не было. Он уже начинал нервничать. Маскировка начинала давать сбой. Привычные человеческие зубы превратились в клыки. С его губ капала слюна, с шипением растворяющаяся на асфальте. Еще немного и он набросится на первого встречного. А этого ему не хотелось. В прочем он сам был виноват, что так затянул с удовлетворением своей жажды. Но человек просто побоялся, что у девушки есть кто-то, кто хватился бы ее, если бы она внезапно исчезла.

- Дядь, что ты тут делаешь, - раздался у него за спиной нежный девичий голос.

Он резко развернулся вовремя вспомнив, что надо бы прикрыть рот, если у нарушителя окажется фонарик. Перед ним стояла девчонка. Ей едва ли исполнилось шестнадцать лет. У нее были длинные черные волосы, округлое лицо и сиреневые глаза. Тело ее постепенно начинало круглеть в области талии и груди. Одета она была в черную школьную форму, белую блузку. На шее был повязан красный галстук, а на плечи накинут пиджак. Через плечо у нее висела сумка, а за спиной длинный футляр, в такой обычно укладывают синай после тренировки.

- Жду друга, - ответил он, не отнимая руки ото рта.

Он не задумался, что школьница забыла в темном переулке ночью. Все занятия в секциях должны были закончиться несколько часов назад. В стране, конечно, безопасно, но не настолько, чтобы ребенок свободно гулял ночью. Тем не менее он думал лишь о том, как бы не раскрыть свою сущность перед девчонкой. Если бы это произошло, то пришлось бы убить ее. Однако ее исчезновение доставило бы некоторые неприятности. Пришлось бы менять место жительства, обрубить прошлые связи, сменить работу. Но жажда становилась всё сильнее и он едва сдерживался, чтобы не наброситься на ребенка и съесть ее.

В момент борьбы со своим внутренним «я» мимо двух людей прошла девушка. Она не обратила никакого внимания на этих людей, затаившихся в тени, будто и не видела их. Он знал ее запах, он знал ее в лицо, ее одежду, волосы, походку. Это была его жертва. Человек проводил девушку взглядом не в силах двинуться под пристальным взором школьницы.

Девушка остановилась перед дверью, порылась в сумочке, достала ключи и открыла дверь. Через секунду на исчезла в доме. Ему едва удалось подавить вздох разочарования. Не стоило даже пытаться проникнуть в ее дом, люди бы подняли большую бучу и принялись искать виновного.

- Вы же друга ждали, - спросила девчонка, когда человек развернулся и собрался уйти из этого переулка.

- Он не придет, - ответил он, стараясь подавить жажду крови и вернуть зубам прежний вид.

Придется поживиться каким-нибудь мелким зверьком, чтобы хоть немного отсрочить неизбежное, а потом уже вернуться к этой девушке и съесть ее.

- А мне показалось, что вы ждете именно эту девушку.

Он хотел развернуться и приглядеться к девчонке, но почувствовал, что его глаз вернулся к истинному виду.

- Тебе показалось, - на секунду голос человека надломился, послышались едва слышимые нотки рычания.

Это маленькое изменение в голосе не укрылось от школьницы. Человек не успел сделать трех шагов, а она уже обогнала его и пристально смотрит ему в глаза. Он даже отреагировать не успел, встал как стоял и глупо смотрел ей в глаза. Он знал, как сейчас выглядел: клыки торчали изо рта, один глаз светился звериным светом, а зрачок изменился. Он ждал, что девчонка в ужасе отшатнется и с воплем бросится наутек. Так даже было бы лучше. Если бы она и рассказала о случившемся, то никто бы ей не поверил. Но ее губы растянулись в улыбке, какой-то уж очень невеселой.

- Жажда мучает, - поинтересовалась она.

Человек отшатнулся в ужасе уставившись на девчонку. Как она узнала, кто она такая? Почему не испугалась? Пока в голове у него роились эти мысли, маскировка дала окончательный сбой. Второй глаз загорелся звериным светом. Изо лба выросло два толстых рога. Тело человека постепенно менялось, увеличивалось в размерах. Рубашка затрещала по швам, кое-где даже лопнула. Обувь порвалась, показались пальцы с бритвенно острыми когтями. Но на этом трансформация прекратилась. Теперь уже не человек взял под контроль свои эмоции и силой воли остановил обращение.

- Боже, - притворно воскликнула школьница, прикрывая рот. - Да тебе срочно нужно утолись жажду.

- Издеваешься, - прорычал он.

- Да ни в жизнь, - также притворно ответила девчонка.

Расстояние между ними было минимальным, достаточно вытянуть вперед руку, чтобы сомкнуть пальцы на ее тонкой шее. Малейшее движение пальцами и она будет сломана, а приятный хруст заполнит его уши. Доводилось ему пробовать мясо сирот, еще один вид людей, которых никто не хватится, будут думать, что ребенок просто сбежал. Их мясо было таким нежным, а кровь невероятно бодрила. Настоящий деликатес.

Он сжал пальцы, но схватил лишь воздух. Екай был уверен в своей скорости, что он успеет сжать пальцы раньше, чем девчонка осознает произошедшее, а когда осознает, то тут же и умрет. Что-то пошло не так. Он только сейчас обратил внимание, что рука опущена ниже, чем должна была. Рукав был порван и почти вдоль всей руки красовался малиновый след.

- А-ай, грязный извращенец, он распускает руки.

- Ты кто такая, - зарычал екай, поворачиваясь на звук голоса.

- Что за странный вопрос, - удивилась девчонка. - Я обычная школьница.

- Не может обычная школьница так двигаться. Кто ты?

Он начинал уже злиться. Еще немного и его маскировка полностью будет уничтожена. Девчонка потупила взгляд, будто не понимала, о чем говорит этот екай, а потом приподняла руки, будто сдавалась.

- Ладно-ладно, - примирительно сказала она. - Меня раскрыли.

Девчонка скинула на землю сумку, скинула с плеча футляр и выхватила из него обычную катану.

- Хех, - усмехнулся екай. - Человеческое оружие мне не навредит. И ребенку меня не победить.

Что парадоксально, екай не чувствовал уверенности в своих же словах. Тем не менее он позволил природе взять верх и полностью обратился. Теперь его рост составлял почти два с половной метра. Рубашка лопнула от бугрящихся мышц и висела на нем лоскутами. Штаны были не в лучшем состоянии. Кожа его окрасилась кроваво-красным цветом.

- Не жалуйся, когда окажешься у меня в желудке.

Не успел екай сделать четырех шагов, когда девчонка резко вдохнула и медленно выдохнула, успокаивая бешено колотящееся сердце. Положив ладонь на рукоять катаны, она вынула клинок из ножен. Искры посыпались от места соприкосновения клинка и ножен. Лицо искривилось в гримасе боли, когда изо лба выросло два тонких рога.

Екай остановился, как вкопанный. Он не верил своим глазам.

- Почему собрат мешает мне охотиться, - негодующе воскликнул он.

- Не брат ты мне, красномордый, - ответила школьница.

Он кинулся на девчонку с удвоенной силой, но он все еще жаждал сломать ей шею. Он был полностью уверен в своей неуязвимости перед человеческим оружием. Чтобы она не собиралась делать, а ждет ее лишь смерть. Но девчонка проявила чудеса изворотливости. Она поднырнула под его когтистой рукой, сдала два быстрых взмаха и отступила на приличное расстояние.

- Быстрая, - смеясь сказал екай. - Но не более. Как я уже сказал, человеческому оружию мне не навредить.

Школьница резко взмахнула клинком. Капли крови слетели с идеально чистого лезвия. И меч вновь вернулся в ножны.

- Ошибаешься, - ответила девчонка, поднимая футляр.

- Я же сказа...кхе.

На асфальт упала рука екая, на груди открылась глубокая рана. Изо рта потекла кровь. На земле очень быстро собралась лужица крови. Екай с удивлением воззрился на эту лужицу. Он не мог поверить своим глазам. Считал, что они его подводят, но быстро уходящие силы подтвердили, что это не было иллюзией. Он посмотрел на школьницу, она уже убрала катану в футляр и отряхивала сумку от несуществующей пыли.

Он сделал шаг вперед, но пошатнулся и упал на колено. Взгляд его упал на отрубленную руку. Она медленно обращалась в пыль. Пройдет всего пара минут и от руки не останется и следа, а пыль разнесет по ветру.

- Невозможно, - прорычал он.

Но девчонка больше не обращала на него внимания. Екай хотел воспользоваться ее расслабленностью и постарался встать, но лишь еще больше исторг изо рта крови и повалился лицам на асфальт. Тело его распадалось. В глазах темнело. Сохраняя последние крупицы сознания екай заметил, что девчонка провела пальцами свободной руки по рогам.

- Блин, опять мама будет ругать.

Это последнее, что услышал екай так и не утолив свою жажду.

Хоть сражение и было коротким, но сильно сказалось на девчонке. Обычно рога у нее были очень маленькими и были скрыты длинной челкой, но во время боя они отросли и теперь могли привлечь лишнее внимание. А ей оно было ни к чему. Поэтому домой пришлось возвращаться темными переулками, да слабо освещенными улицами. А когда надо было перейти дорогу девчонка очень долго выжидала момента, когда людей станет как можно меньше и только тогда перебегала со скоростью ветра.

Спустя несколько минут блужданий показался большой дом, построенный в традиционном стиле. Ворота были слегка приоткрыты, поэтому школьница быстро проскользнула в открытую щель и закрыла их. Она повернулась, чтобы пойти в дом… и нос к носу столкнулась со своей матерью.

Мать у нее была строгой, но любящей. Дочь ее была полной копией своей матери. Их даже иногда могли спутать.

- Опять рога отрастила, - сказала женщина, схватив дочь за рог.

- Ай, - воскликнула она, - больно же.

- А не больно было, когда отращивала их?

- Было.

- Вот и сейчас потерпи, - ответила мать, отпуская рог.

После этих слов женщина критично осмотрела внешний вид своего ребенка.

- Еще и в форме пошла.

- Прости.

- А если бы порвалась? А завтра тебе в школу.

- Я же уже извинилась.

- Искренностью в твоих словах не пахнет. Кого на этот раз встретила.

-Еки с сильной жаждой.

- Понятно.

Девчонка опустила взгляд.

- Человек не пострадал, - спросила мать.

- Не пострадал.

- Вот и хорошо, - сказала женщина, ободряюще проведя рукой по волосам девчонки. - А теперь марш в дом спиливать рога.

Лицо ребенка исказилось, будто она целый лимон без сахара съела. Не проронив ни единого звука, два екая направились в дом. Девчонка быстро переоделась в домашнюю одежду и направилась в мастерскую. Отец уже ждал там. В руке он держал ножовку, а на столике рядом с кушеткой лежали напильники.

- На маникюр, - спросил он.

Девчонка лишь криво улыбнулась, надела медицинский халат и легла на эту кушетку, закрыла глаза и приготовилась к очередной порции боли.

Глава 1 Сегодня в школу

Тем же вечером, когда был убит екай с сильной жаждой, в портовой части города случился сбой в электросети. Произошел перепад электричества, а резервный генератор по какой-то непонятной причине не включился. Весь порт погрузился в кромешную тьму. Первыми на место происшествия прибыл наряд полиции. Но, что они могли сделать в такой ситуации? После них в порт прибыла машина электриков.

- Смотри-ка, - воскликнул водитель машины. - Полиция уже здесь. Только никого не видно.

- Не имеет значение, - ответил пассажир. - Мы прибыли устранять результат аварии, мы этим и займемся. А присутствие полицейских не должно на нас как-то влиять.

- Да ладно тебе. Чего ты такой серьезный.

Пассажир с печалью в глазах посмотрел на своего напарника. Это были два друга. Того, который вел машину звали Тацуя, а его напарника — Кадзуя.

- Не тебя оторвали от празднования дня рождения дочери.

- Прости-прости.

- Эх, - тяжело вздохнул Кадзуя, вылезая из машины.

С заднего сидения он прихватил сумку с инструментами и достал из нее налобный фонарик. Его друг заглушил мотор и вылез из машины взяв с собой ручной фонарь. Включив фонарики, мужчины подошли к капоту машины и разложили на нем небольшую карту с изображением порта.

- Вот где генератор, - сказал, оторванный от праздника, мужчина.

- Неблизкий путь, - пожаловался Тацуя.

- Нечего жаловаться.

- Даже не начинал.

В порту было темно и очень тихо. Путь освещал неверный свет двух фонариков. Электрики периодически останавливались, чтобы свериться с картой.

- Что-то полицейских не видно, - прошептал Тацуя.

- Тебе так интересно, где они?

- Не очень.

- Тогда зачем интересуешься?

Мужчина несколько секунд помолчал.

- Не нравится мне это место.

Его напарник посмотрел со смесью удивления и недоверия на него. Этот взгляд, несмотря на кромешную тьму, не ускользнул от внимания Тацуи.

- Слишком тихо.

- И?

- Работников порта нет. Запасной генератор не включился. Из звуков — только наши голоса. Даже ветер не дует.

Словно дожидаясь этих слов, подул холодный ветер. Под его натиском люди задрожали. Мороз пробирал до костей. И снова окружающий мир погрузился в полную тишину.

Как гром среди ясного неба покатилась по асфальту металлическая банка. Люди тут же высветили место, где, по их мнению, должен был оказаться источник звука. Слабый свет фонариков высветил силуэт. Человек стоял и даже не пошевелился.

- Эй, - позвал его Тацуя. - Что Вы здесь делаете?

Но ответа не последовало. Тогда мужчина решил подойти поближе к неизвестному.

- Стой.

- Чего?

- А вдруг это кто-то опасный.

- Опасный? Да не смеши меня. Или ты просто боишься?

- Не боюсь, - твердо сказал напарник.

- Тогда пошли.

Пока подходили к человеку несколько раз пытались его окликнуть, но он продолжал стоять не шелохнувшись. Когда мужчины подошли на расстояние десяти метров, то рассмотрели, что на человеке надета униформа полиции.

- Господин полицейский, - позвал Тацуя, но ответа не последовало.

Полицейский упал на землю. Электрики от неожиданности подпрыгнули, и кто-то из них даже вскрикнул, но никто из них не признается, кто это был. Первый страх прошел и мужчины тут же подбежали к упавшему. Проверили пульс — слабый.

- Вызывай скорую, - скомандовал Кадзуя.

***

Зазвенел будильник. Я медленно открыла глаза, пытаясь сообразить, что сейчас происходит и где я нахожусь. Спустя пару мгновений будильник был отключен. Откинув одеяло в сторону, я села, скрестив ноги. Несколько минут посидела так, зевнула, потянулась и принялась прибирать футон в ближайший шкаф.

- Мицуха, - услышала я, - ты встала?

- Да, - крикнула в ответ.

Скинув с себя ночную сорочку, я быстро переоделась в домашнее — шорты и футболку, причесала волосы и направилась на кухню. Работал телевизор — показывали прогноз погоды. Мама стояла возле плиты, жарила омлет — запах был просто восхитителен, что я была готова съесть его прямо со сковородки. Папа сидел за столом, вполуха слушал прогноз погоды, больше внимания уделяя каким-то своим документам. В руке у него был небольшой блокнот, с записями в котором он сверялся и делал небольшие исправления в документах, что лежали на столе. Но когда на пороге кухни показалась я, он отвлекся от своего занятия и, улыбнувшись, поприветствовал меня.

- Как спалось охотнице на екаев?

- Хорошо спалось.

- Подойди поближе.

Я нехотя подчинилась. Отец положил ладонь мне на лоб и отодвинул челку в сторону. Там, где вчера еще было два отчетливых следа от рогов, остались лишь две тоненькие полоски шрамов.

- Быстро зажило, - усмехнувшись, пробормотал он.

Когда папа убрал руку с моего лба, я тут же поправила челку, чтобы прикрыть шрамы — они будут видны еще полдня. Заняв свое место за столом, я послушала прогноз погоды — обещали кратковременные дожди. Посмотрела на папины документы — там было очень много цифр и очень мало текста, будто какой-то шифр, так что я ни черта в них не поняла. Перевела взгляд на кухню, ожидая, что через пару мгновений я смогу проглотить этот омлет. И не прогадала. В скором времени на столе появились тарелки с завтраком и, пожелав друг другу приятного аппетита, моя семья отложила все сторонние дела и занялась заполнением своих животов.

После завтрака заварили чай. Я быстро его выпила, немного поторопилась с этим — зашлась в кашле. Помыла за собой тарелку и кружку, после чего пошла в свою комнату. Там я сбросила с себя домашнюю одежду, переоделась в школьную форму, заплела волосы в пучок на затылке, закинула в сумку зонтик и пошла обуваться.

- Я ушла, - крикнула я в дом, особо не надеясь, что кто-то меня услышит.

- В добрый путь, - но родители отозвались почти одновременно.

Путь до школы занимал у меня примерно двадцать минут. Но сегодня я вышла несколько раньше, так что шла я чуточку медленнее. Стояло ранее утро. Было немного прохладно. Прохожих встретилось не очень много. И вот последний поворот, за которым виднеется моя школа.

Школа была недавно построена, представляла она собой трехэтажное здание белого цвета с двумя корпусами, соединенными между собой переходами на втором и третьем этажах. За вторым корпусом располагался спортивный зал, до которого вел крытый коридор.

- Доброе утро, Мицухида, - поздоровался со мной задорный голос, когда я уже собиралась пересечь ворота.

Обладателем голоса был наш староста. Он был высоким парнем с привлекательной внешностью. Некоторые девушки из моего класса признавались ему в любви, но он оставался к ним холоден, говорил, что у него уже есть та, которую он все душой любит. Я в это не особо верила и меня он не интересовал. Он был хорош в спорте и в учебе. Иными словами, лучший образец старосты класса.

- Доброе утро, Сакагучи, - поздоровалась я.

- А ты все так же холодна, - заметил он.

Я не стала обращать внимание на его замечание и продолжила свой путь. Хотя должна признаться, что я действительно холодно веду себя по отношению к окружающим людям. А все потому, кем я на самом деле являюсь. Я боюсь, что они узнают правду. Что начнут меня сторонится. Уж лучше пусть считают холодной, чем страшной.

Возле самой двери в школу Сакагучи догнал меня и открыл передо мной дверь.

- Спасибо, - поблагодарила я его, заходя в фойе.

В школе было очень тихо. Кому-то такая тишина могла бы показаться гнетущей, но меня она успокаивала. Для меня это значило, что все в порядке. Я быстро нашла свой шкафчик, достала из него сменную обувь, переобулась, а обувь, в которой только что шла по улице поставила на очередной конверт. Когда буду уходить надо будет его выбросить.

Я пришла в класс, когда староста наводил там порядок — стулья уже были спущены и сейчас он протирал доску от разводов. Сегодня мы с ним должны были этим заняться, но он считал, что негоже девочке заниматься тяжелой работой. Так что я села на свое место и приготовилась ждать появления остальных учеников, а потом и нашего классного руководителя.

- Ты сделала домашку, - спросил Сакагучи, закончив натирать доску.

- А ты как думаешь?

Парень занял свое место, достал какие-то тетради, открыл одну из них и что-то в ней отметил. После этого закрыл тетрадь.

- О, - воскликнул звонкий голос позади меня, - уже здесь.

Обладателем голоса был самый раздражающий парень в моем классе. Он все время был веселым и задорным, постоянно двигался и остальных старался расшевелить, развеселить, тянул всех куда-то во что-нибудь играть.

- А ты все такой же, - скучающим тоном сказал Сакагучи.

- А чего грустить? Жизнь коротка.

Я не стала слушать их разглагольствования, подошла к окну и всецело погрузилась в наблюдение за приходящими школьниками. Одноклассников я сразу же узнавала, было несколько человек, с родителями которых были знакомы мои родители. Но больше всего было тех, кого я даже в лицо не знала.

Я едва не упустила из виду одного парня. Расстояние было слишком большим, но я бы отрастила рога при всем классе, если бы не была уверена в том, что он иностранец. К тому же шел он как-то неуверенно и в мыслях у него крутилось что-то вроде: «А должен ли я здесь находиться». Но вот к нему подошел кто-то из учителей и поторопил зайти в школу.

«Интересно» подумала я «А в какой класс попадет этот потерянный?»

Парень оказался последним учеником нашей школы, после него никто больше не заходил, поэтому я вернулась на свое место, поздоровалась с соседями. Мы справились друг у друга о состоянии домашней работы. Договорить мы не успели — вошел классный руководитель.

Внешность его можно было бы описать, приведя в сравнение крутого учителя Онидзуку. Выглядел он странно, но при этом был хорошим учителем и пытался вникнуть во все проблемы своих учеников. Он был единственным человеком, который знал мою истинную природу.

- Встать, - скомандовал Сакагучи. - Поклон.

- Доброе утро, учитель Карасу, - провозгласил весь класс.

- Здравствуйте, дети, - поприветствовал он нас. - Присаживайтесь.

Он осмотрел весь класс, задержав взгляд на особенно непослушных учениках.

- Что ж, начнем перекличку, - он достал журнал с ручкой и приготовился отмечать отсутствующих и присутствующих.

По какой-то непонятной причине мне стало не по себе. Будто кто-то пристально за тобой смотрит, но ты его не видишь до самого последнего момента, когда от твоей реакции будет зависеть твоя жизнь или смерть. Пытаясь подавить это неприятное чувство, я осмотрела весь класс.

- Мицухида, - громче позвал меня учитель, - не витай в облаках.

- Простите, учитель, - извинилась я, осознав, что меня уже несколько раз позвали по фамилии. Раздались тихие смешки.

- Не теряйся больше, - шуточно пригрозил учитель, продолжая проверять класс.

Все ученики были на местах, кроме двоих — одна девочка заболела, и учитель попросил ее подруг отнести ей домашние задания, а вторым учеником был вечный прогульщик. Парень побывал только на вступительной церемонии и больше ни разу не показался в школе.

- И прежде, чем мы начнем классный час, я бы хотел представить вам нового ученика.

«Да ладно» промелькнула у меня мысль.

- Пожалуйста заходи, - пригласил учитель.

Дверь в класс открылась и… Из коридора потянуло могильным холодом. Страх сковал мое тело. Никогда в жизни я так не боялась, даже когда в сражении с ёкаем я была на грани смерти. Но только не сейчас. Все мои мысли направились на выживание и уже не важно было, узнает кто-нибудь о моей истинной сути или же нет.

Ощущение пропало, когда порог переступил ранее виденный мной парень. Он был высоким, выше, чем Сакагучи. Волосы у него были русые, а глаза голубые. На секунду я даже забыла, как дышать, а о могильном холоде забыла аж до урока физкультуры.

- Всем доброе утро, - сказал парень на идеальном японском. - Меня зовут Максимов Виктор. Мои родители переехали сюда по работе, так что я перевелся в вашу школу. Как видите, говорю я хорошо, но с написанием у меня все плохо. Буду рад, если мне кто-нибудь с этим поможет.

- Спасибо, - поблагодарил учитель Карасу. - Можешь сесть вон на то место.

Я сидела примерно в середине класса. И рядом со мной на постоянной основе пустовало одно место, которое занимал наш вечный прогульщик.

- Но учитель Карасу, - подал голос Сакагучи. - Это место Таро.

- Его все равно никогда не бывает, - отмахнулся учитель. - К тому же у Мицухиды самый красивый почерк, - а затем обратился к новому ученику, указывая на парту рядом со мной. - Садись вон там.

Парень коротко кивнул, подхватил свою сумку и направился к обозначенному месту. Когда он сел за парту, то первым делом полез в сумку, но вовремя заметил, что у соседей на парте ничего не лежит, поэтому поставил свою сумку рядом с собой.

- Привет, - поздоровался он со мной шепотом. При этом он так заразительно улыбнулся, что я сама чуть не расплылась в улыбке.

- Угу, - я старалась пока особо внимания ему не уделять, классный час шел.

- Учитель сказал, что тебя зовут Мицухида, - я не ответила. - А имя у тебя какое?

- Мицухида Мицуха, - представилась я.

- Мицуха, значит.

Я посмотрела на него из-под челки так, будто он сказал какую-то глупость.

- Прости, - спохватился он. - Мы же даже не друзья, чтобы обращаться друг другу по имени, - затем сложи ладони вместе и склонил голову. - Прости. Не привык еще.

- Угу.

- Мицухида, Максимов, - прикрикнул учитель, - у нас сейчас классный час. Потом пофлиртуете.

Тихие смешки раздались по всему классу.

- Простите, - извинилась я.

- Еще даже не начинали, - одновременно со мной сказал сосед.

Тут-то класс и не выдержал. Громкий смех заполнил весь кабине. Кто-то даже сквозь смех пытался что-то сказать, но получилось не очень вразумительно. Хотя смысл был понятен и так. Для класса я была холодной девушкой, так что они просто были в предвкушении того как я отошью очередного парня.

Когда одноклассники прекратили смеяться, учитель Карасу продолжил классный час. Посвятил в некоторые изменения в расписании занятий, о том, что кто-то из учителей приболел, а один даже уволился, поэтому его будет подменять другой учитель. Я пыталась все внимательно слушать и запоминать, но пристальный взгляд Максимова несколько сбивал с толку. Мне даже смотреть на него не хотелось и так было понятно, что смотрит он на меня с кривой ухмылкой.

Классный час закончился. Начались основные занятия. Главным изменением был перенос физкультуры на более позднее время. К моему удивлению парень не стал меня особо донимать. Спрашивал, только тогда, когда что-то не понимал. Правда, на уроке (Японского языка?) он пододвинул парту поближе, чтобы было проще разбираться в написании иероглифов.

Последним уроком была физкультура. Благодаря тому, что учитель Карасу знал о моей природе, родителям было намного проще договориться с ним о частичном освобождении от занятий. В моем случае мне пришлось немного побегать со всеми одноклассниками, очень сильно замедляя свой бег. Дальше следовала разминка, ну а после нее были какие-нибудь занятия. Девочки обычно играли в вышибалы, а мальчики — в баскетбол или футбол. Сейчас мальчики решили поиграть в футбол, а девочки решили на это посмотреть.

Еще при беге было заметно как соревнуются между собой Сакагучи и Максимов. Поначалу они бежали примерно, как все, но в какой-то момент то один обгонит другого, то другой чуть ускорится и обгонит его. Так дошло до того, что парни бежали во всю прыть чуть ли не снося со своего пути встречных людей. И вот теперь их определили капитанами команд. На цуефа разыграли очередность выбора сокомандников — победил староста. Тем не менее команды получились примерно равны по силе. Так что игра обещала быть интересной. Меня только не особо прельщало смотреть за этой беготней за мячом. Поэтому я села в тени дерева и, видимо, немного задремала.

- Берегись, - услышала я чей-то крик.

Только я подняла голову как я вижу, что мимо меня кто-то пролетает в горизонтальном положении, а от него вверх отскакивает мяч. Парень тяжело падает на землю, а мяч по дуге летит ровно мне на макушку, но я легко оттолкнула его в сторону. Больше всего меня беспокоил летающий человек.

Оказавшись возле него раньше остальных, я увидела, что это был Максимов. У парня было половина лица стесана землей, а на другой половине набухала гематома от прилетевшего меча. И при этом он приподнялся на локте и с облегчением посмотрел на меня.

- Хорошо, что ты в порядке, - криво ухмыляясь сказал он.

- Зато ты не в порядке, - в тон ему ответила я.

- Завтра уже ничего не будет, - уверенно ответил он. - Только посплю хорошенько.

- Такое не заживает.

К этому моменту к нам подбежали остальные одноклассники и сгрудились вокруг.

- Ну ты даешь.

- Охерительный прыжок.

- Научи меня.

- Решил так покорить ее сердце.

Звучали подобные комментарии. И честно говоря они меня очень сильно разозлили.

- Ему в медпункт надо, а ваши восхищения, - сказала я.

- Верно, - Сакагучи подскочил, помогая подняться Максимову.

Все расступились, пропуская нас троих. Хотя моя помощь по мнению большинства была излишней — я была слишком низкой по отношению к парням, поэтому Максимов меня в большей степени обнимал за плечо, но меня это не сильно волновало.

- Мицухида, - заговорил староста. - Прости. Это моя подача была такой неудачной.

- Не у меня извинения проси.

- Да ладно вам, - возразил пострадавший. - Я говорю, что на мне все заживет к завтрашнему утру, даже корки не останется.

Вот так мы довели Максимова в медпункт, где ему обработали раны и налепили пластыри на особо глубоких царапинах, дав рекомендацию особо сильно не кривляться.

Уроки закончились. Все собрали свои вещи и пошли по своим кружкам. Я старалась особо не выделяться, поэтому была рьяным посетителем кружка идущих домой. Но у вселенной на этот счет были несколько иные планы.

- Мицухида, - ко мне подскочила одноклассница, если не ошибаюсь, фамилия у нее Нишитани. Мы с ней учились в средней школе и, можно сказать, дружили. - Пошли с нами в караоке.

- Нет особого желания, - сразу же отказалась я.

- Ну почему, - начала она канючить.

- Просто не хочу.

- Ну, пожалуйста, Мицухида. Они просто не верят, что у тебя хорошо поставлен голос.

- Меня это не волнует, - сказав это, я подхватила сумку и собралась уже уходить, когда в разговор неожиданно влезло несколько человек.

- Чего, - удивленно воскликнул один из них. - Мицухида, ты поешь?

- Удивительно. А я всегда думал, что ты только цыкать на нас умеешь.

- Чего вы к ней пристали, - влез в разговор староста.

- Староста, - Нишитани подскочила к нему и начала строить глазки. - Я пригласила Мицухиду в караоке, чтобы все услышали, какой у нее потрясающий голос.

- Да, - удивился староста. - Я бы послушал.

- В караоке собрались, - поинтересовался Максимов.

- Да, - пять голосов сказали одновременно.

- А с вами можно?

- Разумеется, - тут же отозвалась Нишитани.

Остальные выжидательно на меня смотрели. Вот оно — давление общества. Когда ты уже просто не можешь сказать «нет».

- Ладно, - сдалась я.

- Ура!!!

***

Спустя пару часов мы возвращались из караоке-клуба. У всех было приподнятое настроение и брели мы куда глаза глядят, в направлении ближайшего дома. Результаты в караоке — моя безоговорочная победа. Но не смотря на победу, я брела позади всех. Не очень сильно я хотела быть частью этой развеселой компании.

- Почему ты не хотела петь, - Максимов немного отстал от остальной группы и поравнялся со мной. - У тебя же такой замечательный голос.

- Стесняюсь, - соврала я.

- Не очень похоже, - тут же парировал парень.

- Другого ответа у меня нет.

Какое-то время мы молча шли. Вот Нишитани забежала к себе во двор. Сакагучи скрылся в подъезде своего дома.

- Тебе не нравится внимание, - вновь заговорил Максимов.

Я сделала вид, будто не услышала его. Отвернувшись я наблюдала за тем, как солнечные блики играют на волнах. В скором времени должен будет показаться порт.

- Просто давно не пела, - ответила я.

- И все же порвала их всех, как Тузик грелку.

- Кто, - удивилась я.

- Тузик грелку. Разбила в пух и прах.

- А, поняла.

Мы еще какое-то время прошли молча. Нас покинуло еще два человека. Остались только я, Максимов и парень с девушкой из моего класса.

- Мне сложно тебя понять, - выговорил парень.

- Что?

- То ты ведешь себя холодно, то беспокоишься о царапине. То не хочешь петь, то отдаешь себя всю этому занятию. Так, где же ты?

Впереди показался порт. Но что-то там было не так. Район был оцеплен. Стояло несколько патрульных машин, а перед ограждением сгруппировалась толпа. Было несколько журналистов с видео и фотокамерами. Но полицейские просили их убрать аппаратуру. Чуть дальше за ограждением стояло три машины скорой помощи.

- Что это там случилось, - поинтересовался Максимов.

И тут меня словно холодной водой облили. Я почувствовала зловоние смерти. Вот только это не та вонь от разлагающегося трупа. Хотя я в большей степени чувствую кем был убит этот человек. И вот здесь я чувствовала зловоние сверхъестественного убийства.

Глава 2 Прогулка в порт

Оказавшись возле периметра оцепления, мои одноклассники достали телефоны и принялись снимать погрузку пострадавших в машины скорой помощи. Но полицейские заметили это и оперативно пресекли распространение информации, к тому же загружался последний пострадавший, так что особо ничего заснять они не успели. Рядом стояло несколько журналистов, они пытались что-то узнать от полицейских, но те удовлетворили их фразой «без комментариев».

- Пойдемте по домам, - предложил Савада. - Мне завтра еще дежурить.

Возражений не поступило. К тому же больше ничего интересного не происходило. А смотреть на хождение полицейских было не так интересно, как могло бы показаться.

***

- Я дома, - крикнула я, пересекая порог

- С возвращением, - голос матери был очень приглушенным. А если судить по запаху, то очень скоро у нас будет очередной вкуснейший ужин.

Скинув обувь и аккуратно пристроив ее на стойке, я прошла на кухню. Мама стояла возле плиты. Перед ней стояло несколько кастрюль, в которых кипела или закипала вода. Рядом с плитой стоял кухонный стол, на нем стояло несколько тарелок с заготовленными ингредиентами. Когда я зашла на кухню, мама как раз переворачивала содержимое одной из таких тарелок в кастрюлю.

- Привет, мам, - поздоровалась я.

- Привет, Мицуха, - ответила она, ненадолго повернув ко мне голову и улыбнувшись. - Как дела?

- Неплохо. У нас новенький появился.

- Понятно. Иди переодевайся. За ужином расскажешь.

Коротко кивнув, я направилась в свою комнату. Сняв школьную форму, я повесила ее на вешалке, аккуратно разгладила и повесила на крючок. Переодевшись в домашнюю одежду, я села за столик и достала учебники и тетради — принялась за домашнее задание. Все равно предстояло немного подождать пока ужин не будет готов. Но работа не шла. У меня постоянно роились мысли в голове происшествии в порту. Особенно о том необычном зловонии смерти. Как вспомню, так в дрожь бросает. Тем не менее любопытство брало верх над осторожностью и я уже планировала побег из дома.

Раздался стук в дверь — я разрешила войти. Дверь отворилась и в комнату заглянул отец. Он уже переоделся в домашнюю одежду.

- Привет, - сказал он.

- Привет, - ответила я.

- Ужин готов.

- Уже?!

- Ты время видела?

После этих слов он прикрыл дверь — послышались удаляющиеся шаги. Бросив взгляд на часы, я очень удивилась, увидев на них без пятнадцати восемь.

- Сейчас подойду, - крикнула я.

Он тут же заглянул в комнату, что я от неожиданности даже подпрыгнула. Он так пристально на меня посмотрел, что я подумала, что что-то у меня в волосах или на лице. Перевел взгляд на столик, где до сих пор лежали учебники и тетради. И, не знаю, что он увидел, но он задал вопрос.

- Тебя что-то беспокоит?

На секунду мои глаза полезли на лоб. Этой реакции оказалось достаточно, чтобы отец переступил порог моей комнаты, закрыл за собой дверь и заговорил со мной заговорщическим тоном, пониженным до шепота.

- Рассказывай, - велел он, усаживаясь по удобнее.

Мне оставалось только подчиниться. Отнекиваться не получится, а ложь, после моей реакции, будет сразу же распознана. Я села напротив него и рассказала обо всем произошедшем. Включая то, что я почувствовала необычное зловоние смерти. Он слушал меня очень внимательно, не прерывая рассказ.

- Хочешь пойти, - это был не вопрос, а констатация факта.

Отрицать очевидное у меня причин не было. Пожалуй, только папа был единственным человеком, который поддерживал почти все мои авантюры. Мама же хотела, чтобы ее дочь выросла в хорошую девушку, устроилась на работу и нашла мужа. Но моё нутро кричало, что мне не светит спокойной жизни, пока ёкаи безнаказанно убивают простых людей.

- Я помогу тебе, - сказал папа.

- Как, -удивилась я.

Мои родители были самыми обычными людьми. Ни капли крови ёкая. Тем не менее у них родилась я. Они не могли мне помочь в борьбе с нечистью.

- Поспрашиваю у знакомых врачей. Может тебе станет яснее произошедшее в порту.

- Спасибо.

- Не благодари, - махнул рукой он. - Не забудь взять меч.

- Но я же только посмотреть, - возразила я.

- Твои «просто посмотреть» заканчиваются убийством очередного ёкая. Так что не пререкайся. Поняла?

- Да.

- Вот и хорошо. А теперь, пошли ужинать. Нельзя заставлять твою маму долго ждать.

Спустя примерно час после разговора с отцом я пришла в портовый район. Оцепление уже было снято, но в некоторых домах, попавших в оцепленный район свет еще не горел. Возможно, люди были еще на работе. Сам порт был погружен в кромешную тьму, если не считать пары светлых пятен. Небо затянуло облаками, скрыв свет луны и звезд. А по причине того, что человеком я не была, темнота была для меня не проблемой.

Разумеется, не обошлось без преград. Въезд в порт оказался закрыт. Благо, что забор был без колючей проволоки, поэтому немного попыхтев я перелезла через него. Можно было бы отрастить рога и перепрыгнуть, но папа строго наказал: не пользоваться силой без крайней необходимости. А если такой случай все же наступит, я надела кофту с капюшоном, на котором были нашиты рожки. Если мои рога отрастут, то попадут в нашитые рожки. Еще я прихватила с собой полумаску, изображавшую рот оскалившегося ёкая. Иронично.

Пока я была дома, заранее узнала размещение камер в порту. Их расположили только в складской зоне. В некоторых местах я чуть не напоролась на полицейские машины с притаившимися в них служителями закона. Расположились они так, что мимо них никто не смог бы пройти, но погода была на моей стороне, так что проскользнуть мимо них не составило особого труда. Пару раз я чуть не попалась редким патрулям. Их выдал свет фонаря, а я находила темный переулок и затаивалась в нем, пока полицейские не проходили мимо.

В скором времени я пришла в складскую зону. Камер здесь было настолько много, что меня бы тут же обнаружили, если бы эти камеры не были бы направлены на входы складов.

Через некоторое время и множество петляний, я вышла к первому освещенному месту и тут же спряталась за ближайшими ящиками. В свете фонаря стояло три человека, одетых в офисные костюмы. Выглядели они непримечательно — обычные офисные клерки. Но что-то мне подсказывало, что «обычными» они не были. Все мужчины держали в руке маленький серый чемоданчик. Иногда они ставили чемоданчик на землю, но когда они передвигались, даже если на пару шагов в сторону, то чемоданчик неизменно оказывался у них в руке.

Люди о чем-то тихо разговаривали, но я с такого расстояния не могла разобрать ни единого слова. А ближе подбираться я не намерена. Тогда я обратила внимание на их перемещения. И заметила, что останавливаются они прямо перед силуэтами, начертанными мелом на бетоне. Некоторое время назад на этих местах лежали и, что удивительно, стояли пострадавшие люди. Меня осенило, что это какие-то спецслужбы наподобие людей в черном, которые расследуют необычные случаи.

Мне стало понятно, что я вряд ли дождусь, когда они уйдут, поэтому тихонько убралась подальше от этих «клерков». Пришлось обойти место встречи на несколько складских помещений, тем не менее я в скором времени оказалась возле другого освещенного места. Оно показалось мне пустым, если не считать меловых силуэтов. Я уже хотела ступить под свет фонаря, чтобы подробнее рассмотреть и прочувствовать произошедшее, когда в голове раздался тревожный звоночек. Моя сущность ёкая почувствовала опасность, исходящую от этого места.

- Блин, - тихо выругалась я.

Проверять с какой опасностью мне предстоит столкнуться я не стала. Так что мне пришлось отправиться на поиски следующего места.

Видимо, боги решили надо мной посмеяться. Все места, где были обнаружены пострадавшие люди, представляли опасность. Едва я подходила к освещенному кругу, то все мои чувства кричали: «уходи». Мне ничего не оставалось, как начать искать другие места происшествий. Но и там меня ждало разочарование.

Я уже начала отчаиваться, ведь для того, чтобы что-то почувствовать мне необходимо находиться в непосредственной близости от места происшествия. Тогда я и наткнулась на изображение двух ботинок. Причем произошло это совершенно случайно — я скрылась в переулке от очередного патруля. Там я и нашла следы. Опасности я не почувствовала, однако продолжала сохранять бдительность.

Когда я подошла к следам поближе, то ничего не почувствовала. Обычно, если в смерти человека повинен ёкай, то оставался своеобразный крик души. По нему можно было понять, кто является убийцей. Вот только сейчас я ничего подобного не почувствовала. Будто умерло не тело, а душа. Но это же просто невозможно.

Дольше оставаться в порту не было смысла. Все равно больше никакой информации найти не удастся. Был бы вариант посмотреть камеры видеонаблюдения, но мне почему-то кажется, что они ничего запечатлеть не сумели.

Я уже собиралась покинуть переулок, когда все мои чувства завопили об опасности. Я отшатнулась назад, а в том месте, где мгновение назад была моя голова, появился нож. Он ударился о бетонную стену склада и упал вниз.

Едва лезвие ножа коснулось бетона, я выскочила из переулка, выхватила катану из ножен и нанесла горизонтальный удар. Столкнулись два клинка. На секунду наши лица, скрытые масками, осветил сноп искр. Почти неуловимое движение его руки и в мою сторону опять полетел нож. Я увернулась и тут же отскочила назад на пару метров.

Теперь мне представилась возможность хорошенько его рассмотреть. Моим противником оказался хорошо сложенный парень. Он был на голову выше меня. Одет был в джинсы и толстовку. Но голову был накинут капюшон, а из-под него на меня уставились пустые глазницы белого черепа. В руке у него был европейский меч, на поясе висели его ножны и еще два ножа.

Больше я рассмотреть не успела. Он метнул в меня нож и побежал следом за ним. Нож был отбит в сторону круговым движением. В оконечности кругового движения наши клинки столкнулись.

Правую ногу прожгла жгучая боль. Стараясь не закричать от боли, я зашипела. Секундная слабость и в мой живот словно тараном ударило. Я отлетела на несколько метров, остановившись только, когда впечаталась в стену. В глазах померкло. Но чувства предупредили об опасности. Рывок в сторону, а там, где я только что лежала образовался маленький кратер.

Из моего бедра торчала рукоять ножа. Кровью залило всю ногу. Начала образовываться алая лужица возле стопы. Я только успела выдернуть нож, а уже пришлось отводить меч противника в сторону, а потом и самой уходить из-под атаки его кулака.

Противник попался не очень обычный. Его сила поражала, а скорость делала его движения едва заметными, но ничем таким он особо не отличался. Самые простые удары мечом, другого ему и не нужно. Он любого противника задавит своей силой. Я думаю, что в борьбе со мной он надеется, что я истеку кровью. Вот только и я не было обычным человеком. Рога тут же отрасли, оказавшись в рожках на капюшоне. Рана затянулась, стало легче дышать.

Однако даже такого усиления мне не хватало, чтобы в полной мере противостоять его силе. Он столкновения клинков у меня немели ладони. А удары его рук и ног крошили бетон. Еще мне следовало держать в голове трех людей в черном и не забывать о патрулях. Так что мне следовало завершить этот бой как можно быстрее и уходить.

Мысленно представив карту порта, а медленно смещалась в сторону выхода. Я парировала его удары мечом и уходила от размашистых ударов кулаком. И, когда выход оказался за моей спиной. Он нанес очередной удар мечом, за которым последовал нижний удар кулаком. Меч был отведен в сторону, а на кулак его я наступила и подпрыгнула. Используя энергию удара, я подлетела высоко вверх, перелетела несколько складских помещений и по дуге полетела вниз. Катана была заблаговременно убрана в ножны, а сама я сгруппировалась. И все равно от столкновения с землей из легких вышибло весь воздух. Жадно глотая его ртом, я встала и пошатываясь пошла в сторону выхода. Я была полностью уверена, что ему потребуется не менее пятнадцати минут, чтобы миновать все складские помещения.

Я допустила ошибку. Мои чувства вскричали об опасности, но, когда я попыталась уйти в сторону и посмотреть, что за новая опасность, но увидела кулак, закрывший почти весь обзор. Боль почти полностью застлала разум. Я даже на секунду потеряла сознание. Очнулась я от того, что что-то очень громко захрустело.

Перед глазами все плыло. Пошатываясь и чуть ли не падая, я заметила под ногами две половинки маски демона и множество щепок, оставшихся от ящиков, с которыми у меня произошло столкновение. И только в конце я обратила внимание на то, что оказалась в освещенной области.

Бледноватое сияние символов, вписанных в круг окружило меня. Чувства прямо-таки завизжали об опасности. Но при всем желании я ничего сделать уже не смогла. На все тело надавила такая тяжесть, что даже если бы я не словила недавний удар, меня все равно впечатало бы в бетон. А потом я закричала от нестерпимой боли. Будто тысячи иголок вкалывают в твое тело, а некоторые из них идут по кровеносной системе, прокалывая стенки сосудов.

Продлилось это недолго, так мне показалось. Боль прекратилась также внезапно, как и началась и тяжесть сразу пропала. Тело само собой свернулось в позу эмбриона. На видимой части тела обнаружились медленно заживающие сильные ожоги. Сознание начало ускользать. Но в свете фонаря я заметила блеск клинка. Я попыталась нащупать свой и хоть как-то защититься.

Я провалилась во тьму.

***

- Да ну, - воскликнул парень в маске черепе.

Он смотрел на своего поверженного противника. Нужно сделать всего несколько шагов, опустить клинок и ее жизнь будет прервана. Как и кошмар, который длится уже не один год.

Но он узнал ее. Его удар сломал ее маску. Она беззащитна. Не может даже двинуться.

- Черт, - выругался парень.

Он не мог позволить себе пасть настолько низко, чтобы нападать на беззащитного, даже если этот «беззащитный» убивает людей ради забавы. Но и оставить ее здесь он не мог. Уже слышались торопливые шаги патрульных и тех, кто оставил эту ловушку.

Вложив меч в ножны, он подбежал к бессознательной девушке, положил ее меч ей на живот, подхватил на руки и бросился бежать из порта, пока не стало слишком поздно.

В скором времени он покинул порт. Девушка уже начала приходить в себя, поэтому он быстро нашел безлюдный переулок. Оставил ее там и быстро убежал.

***

С трудом разлепив глаза, я нащупала рукоять меча. Ощущение меча помогла прояснить мысли. Я была жива и раны мои затянулись. Оставалась только сильная слабость. Я даже языком нормально ворочать не могла.

День медленно полз к своему началу. А мне надо было добраться до дома, стесать рога и переодеться. Благо, что я еще вчера сделала все уроки. Каждый мускул моего тела болел, каждая кость трещала, а мне хотелось плакать от своей беспомощности. Очень медленно я поднялась и, пользуясь катаной, как костылем, побрела домой. С каждым метром мне становилось чуточку лучше. Когда я дошла до дома, то уже не пользовалась катаной, как костылем.

Однако на первый урок я все равно опоздала. Повезло, что благодаря усилиям папы, мама не обнаружила моего отсутствия. Сам же он был в полнейшем ужасе, когда увидел меня. Одежду пришлось выкинуть. Рога были оперативно стесаны. И вроде бы все вернулось в привычное русло. Вот только оставались вопросы и возникло еще несколько.

В школе день прошел без особых эксцессов, хотя я получила выговор и меня оставили после уроков прибираться в классе. Так я думала. Только у судьбы оказались совершенно другие планы.

Глава 3 Случай в офисе

Когда закончились занятия, мои одноклассники собрались, чтобы пойти в караоке или игровой клуб. Мне пришлось перед ними извиниться и сказать, что папа попросил меня прийти домой пораньше.

- Тогда в другой раз, - сказала Нишитани.

Собрав вещи в сумку, я вышла из школы.

Пока я шла домой, пыталась вспомнить подробности короткого столкновения с неизвестным в маске. Каждый удар его был грубым, но преисполненным силой. При столкновении клинков у меня рука немела. А умопомрачительная скорость, с которой он догнал меня. И все же он не был тем, кто совершил нападение на работников порта. Он бы весь порт раскурочил. А если бы он был с людьми в черном, то не стал бы вытаскивать меня из того круга. Он был посторонним. Лишним. Его мотив мне не был понятен. Слишком мало информации.

Другой странностью были эти люди в черном. Эти их пентаграммы. Такое я только в аниме или манге видела. В интернете по тегу «люди в черном» выдавались только фильмы с Уиллом Смитом. Надо полагать, что эти люди занимались чем-то подобным, только с земными существами. Возможно, они знают о существовании паранормальных существ, таких как ёкаи. Одно только интересно — они мне враги или возможные союзники.

Пока я раздумывала, оказалась недалеко от порта. Он вернулся в прежнее рабочее русло. Или так просто казалось со стороны. Наверняка у людей есть повод для беспокойства, ведь здесь впали в кому несколько человек. Так же я заметила спрятанную полицейскую машину. Но постаралась сделать вид, что ничего не видела и с прежней скоростью отправилась домой коротким путем.

До дома оставалось пройти совсем немного, когда из ворот выскочил отец. Вид у него был растрепанный. Волосы всклочены, рубашка заправлена только наполовину. А на ногах была разная обувь. Возле уха он держал телефон.

- Скоро буду, - сказал он.

Его голос дрожал от волнения и страха. Дрожащими руками он отправил телефон в карман и собирался уже припустить, когда догнала его и схватила за руку.

- Пап, что случилось?

Ужас был в его глазах, когда он посмотрел на меня. Но очень быстро он взял себя в руки.

- Ничего не случилось, - он попытался выдернуть свою руку.

- Пап, - не отставала я, - я же вижу твое беспокойство, - тут и мне самой стало неспокойно. - Что-то случилось с мамой?

И только сейчас он перестал вырываться и посмотрел на меня со смесью печали и надежды.

- Нет, - ответил он, но чуть погодя добавил, - пока еще нет. Акиха позвонила, сказала, что в офисе происходит что-то странное.

- По дороге расскажешь, - прервала я его. - Я сейчас.

С этими словами я забежала в дом. В сарае нашла недавно починенную маску и свою катану. Закинула меч в чехол и выбежала на улицу. Едва я оказалась на дороге, мы тут же припустили в направлении маминого офиса.

Он рассказал, что был дома и подготавливал продукты к ужину, когда позвонила мама. Голос у нее был испуганный и она кое-как рассказала, что люди начали падать на пол без признаков жизни. Сама она заперлась в кабинете. Но слышала, что неизвестный бил в дальнюю дверь на этаже.

Некоторое время мы бежали молча. Закусив нижнюю губу, я пыталась вспомнить, что-то очень важное, о чем говорил папа. Спустя пару мгновений меня озарило.

- Пап, ты разговаривал со знакомым доктором? Что он сказал?

Еще минуту мы пробежали молча. Я уж испугалась, что он забыл поговорить. Оказалось, что он просто собирался с мыслями.

- Все эти люди живы, но впали в кому. Но, что удивительно, даже малая активность мозга пропала.

В принципе, ничего нового я так и не узнала. По виду людей было понятно, что они живы. Скорая не стала бы их так быстро забирать, если бы они были мертвы. На местах происшествия отсутствовал отклик души, будто забрали душу, а не жизнь.

Некоторое время мы бежали молча. А когда впереди показались входные двери офиса, где работает мама, я остановилась и схватила папу за руку, останавливая его бег.

- Что, - начал он.

- Не иди туда, - сказала я.

- О чем ты говоришь, Мицуха, - опешил он. - Там моя жена и твоя мать!

- Я знаю! Но, тебе нельзя туда идти. Этот неизвестный, он не человек. Он даже не ёкай.

- А кто тогда?

- Я не знаю. Но в одном я уверена, - хотя не на все сто процентов, но папе об этом знать не обязательно. - Он пожирает души.

- Тогда…

- Нет!!! Ты не должен туда идти. Пап, я справлялась с более опасными ёкаями, но я не хочу беспокоиться о маме и о тебе.

- По твоим словам, я буду тебе мешать.

- Понимай как хочешь. Но если ты продолжишь настаивать, то мне придется тебя просто вырубить.

Таких слов он не ожидал услышать. Поэтому отступил на один шаг.

- «Вырубишь», значит.

- Мне этого делать совсем не хочется. Но я смогу это сделать и смогу вывести маму из того здания. Так что подожди нас здесь. А когда мы окажемся дома, то вспоминать об этом случае будем, как о страшном сне.

- Ладно, - согласился отец и я спокойно выдохнула. - Но, если через пятнадцать минут здесь не будет тебя и Акихи, я пойду и сам со всем разберусь.

Вместо ответа я просто кивнула, надела маску и побежала в сторону офисного здания.

Оказавшись недалеко от офисного здания, я замедлила шаг. Перед входом стояло две полицейские машины, мигалки работали, а район был оцеплен. Однако служителей закона видно не было. Скорее всего они вошли в здание и разделили судьбу находящихся внутри людей. Рация не умолкала. По ней постоянно вызывали то одного полицейского, то другого. Перед самым входом в здание лежало несколько тел. Но выглядели они так, будто их кто-то пытался оттащить, а потом бросил это занятие.

Подойдя поближе к ближайшему телу, я знала, что увижу и почувствую. Смерть тела не наступила. Пульс был в норме, а человек впал в кому. Их души были пожраны. Через панорамное стекло первого этажа я заметила еще несколько тел, в том числе охранника и полицейских.

Я уже была готова войти в здание. Автоматическая дверь отъехала в сторону, когда за моей спиной кто-то заговорил приглушенным голосом.

- В такой короткой юбке не стоит идти на разборки.

Я резко разворачиваюсь, выхватив катану из ножен. Передо мной стоит черепоголовый. Выглядит он точно так же как и в ту ночь, только капюшона на голове не было. Изнутри меня поднялась такая злость, что я не удержалась и отрастила рога. Не задумываясь и на секунду, я набросилась на вчерашнего противника.

- Стой, стой, стой, - затараторил он, подняв руки на высоту плеч.

Лезвие катаны остановилось в миллиметре от его шеи, еще немного и его жизнь была бы прервана. И мне очень хотелось завершить движение клинка, но что-то останавливало меня от принятия такого решения.

- Мир, - предложил он, протягивая вперед свою ладонь, но не сильно далеко.

- И почему же я должна принять твой «мир»?

- Я сохранил тебе жизнь и из ловушки вытащил.

- Предварительно избив и в эту самую ловушку загнав.

- Эй, - возмутился он. - Я не специально. Думал, что ты и есть убийца, - затем добавил понизив голос почти до шепота, но я все равно услышала, - в темноте ты была похожа на парня.

Я посмотрела на него раздраженным взглядом.

- Ладно, - ответила я.

Повернув катану лезвием вверх, я резко провела ею по веревке, удерживающей его маску, и только после этого убрала клинок в ножны.

Веревка лопнула, маска слетела с его лица. Я увидела как округлились у него глаза. А потом он принялся неуклюже пытаться ее поймать, но в итоге маска все равно оказалась на асфальте.

Честно признаться, я ожидала увидеть кого-нибудь знакомого, с кем уже много лет дружу. Когда моя маска сломалась он узнал меня и поэтому решил спасти из того круга. Но под маской оказалось лицо человека, с которым я не так уж давно познакомилась.

- Ты, - удивленно воскликнула я.

- Теперь довольна, - улыбнувшись поинтересовался Максимов.

Он поднял маску с земли, отряхнул ее от несуществующей пыли и принялся возиться с веревкой. Я же развернулась и пошла к двери.

- Подожди, - крикнул он, надевая маску и накидывая капюшон на голову.

- Не лезь ко мне, - сказала я ему, пересекая порог здания.

В тот же миг я пошатнулась, будто меня сильно приложили по голове. Я едва устояла на ногах. Да, смерть души происходит без крика. Но, когда люди видят своих знакомых, друзей, коллег падающими замертво, они начинают испытывать ужас. А здесь его столько, что запросто мог бы зародиться какой-нибудь ёкай.

- Еще как буду, - продолжил парень, заходя в здание вслед на мной. - Я знаю об… этом… Как же мерзко, - слова на секунду застряли у него в горле, лишь для того чтобы выплюнуть их, словно оскорбление.

Охранник лежал на столе, левая рука у него свесилась со стола, возле головы уже натекла лужица слюны. В паре метров от входа лежало четыре полицейских. Двое из них крепко держали в руках пистолеты, их им выдали после случая в порту, на полу лежало несколько гильз. А дальше за турникетом в разных местах и позах лежало около двадцати человек. Среди них даже оказался маленький ребенок.

Когда я более-менее привыкла к обволакивающему меня страху, я двинулась вперед. Вначале я шла медленно, но с каждым шагом ускоряла движение.

- У тебя здесь кто-то знакомый, - поинтересовался Максимов.

- Мама, - коротко ответила я.

Мамин кабинет располагался на шестом этаже. Не сговариваясь, мы отправились к лестнице. На каждом этаже мы замечали выломанные двери. В этих кабинетах, как и на этажах лежали люди в коме. Сама не заметив, я ускорила шаг и лишь твердая хватка на запястье заставила меня замедлиться. У нас пока было преимущество внезапности, не следует так легко его разбазаривать.

Оказавшись на четвертом этаже, мне показалось, что я услышала, как кто-то сильно бьет в дверь. Но, преодолев очередной пролет, я поняла, что мне не показалось. На секунду я остановилась и взглянула на своего спутника. Он кивнул, давая понять, что тоже слышит эти удары. Мечи бесшумно покинули ножны и мы продолжили восхождение.

Оказавшись на шестом этаже, мы остановились на последней ступеньке, чтобы оглядеться. В глаза сразу бросилось бессознательное тело мальчика лет восьми. Его пальцы крепко сжимали родительскую руку. Несколько дверей уже было выломано. За ними виднелись тела «убитых». Раздался очередной удар в дверь, за которым последовал вопль. Я сразу же сориентировалась по звуку. Перед предпоследней дверью, боком к нам, стоял тощий мужчина. Одежда на нем висела мешком. Лицо было бледным, обрамлено сальными патлами до плеч. И губы у него растянулись в мерзкой улыбке, будто он был под сильным кайфом.

Очередной удар проломил дверь. Из кабинета раздался вопль ужаса, а я уже была на ногах и метнулась наперерез бледному человеку.

В миг оказавшись подле человека, я нанесла горизонтальный удар по шее. Я почувствовала прилив адреналина, кровь стучала в ушах, заглушая посторонние звуки. Голова человека подлетела в воздух, тело начало валиться. Я едва различила «защищайся» за громом в ушах, когда безголовое тело, оперлось рукой на пол, крутанулось и ударило меня ногой. Я успела выставить руки для защиты, но от удара они онемели, а я поскользила по полу пару метров.

- Незваные гости, - воскликнула голова, водружаемая на законное место. - Пришли посмотреть на мой пир. Не стоит. Я смущаюсь, когда на меня смотрят.

Максимов подошел ко мне.

- Ты в порядке?

- Более чем, - ответила я, встряхивая руками.

Лицо человека в миг изменилось. Внезапно стало серьезным.

- Тебя я помню. Это ты мешал мне трапезничать, - он перешел на английский. - Даже здесь будешь мне мешать?

Я сносно знала английский, пара слов потерялось из-за быстрого говора, но смысл был понятен и так.

- Я буду преследовать хоть до края света, - также на английском ответил парень. Вот он произносил почти все буквы.

- Ой, не стоит, - воскликнул мужчина, махнув рукой, - а то девочка подумает, что мы любовники.

На секунду мой одноклассник опешил и посмотрел на меня. Этой заминкой воспользовался мужчина и попытался заскочить в кабинет. Я ту же побежала к нему, но я не успевала. В этот миг Максимов вышел из ступора, выхватил кинжал и метнул его под основание черепа мужчины. Он замер и начал валиться вперед. Но завалиться я ему не дала, подбежала и пнула его в сторону от вскрытого кабинета.

Как и в прошлый раз смертельная рана не прервала его жизнь. Он встал, будто марионетка, которую тянут на нити. Выдернув кинжал из шеи, он подвигал головой из стороны в сторону, похрустев шеей.

- Ты же знаешь, что таким меня не остановить, - сказал мужчина, пристально смотря на Максимова.

В ответ парень лишь пожал плечами.

- Мицуха, - услышала я крик папы, - Акиха!

- Папа, - тихо выдохнула я. Уже прошло пятнадцать минут.

Мужчина воспользовался моментом и метнул в меня кинжал. Я едва успела его отбить. Он сделал пару быстрых пасов руками, а затем прыгнул через перила на первый этаж. Максимов тут же последовал за ним. Я и сама уже собиралась побежать к перилам, но в этот момент зашевелились тела людей, которых я посчитала бездушными. На секунду я обрадовалась, что с ними все в порядке, но затем обратила внимание на то, что они поднимались, подобно бледному мужчине.

Я встала спиной к выломанной двери, перехватила катану поудобнее и крикнула не оборачиваясь.

- Забаррикадируйте дверь.

Шатаясь, люди повернулись в мою сторону. С их губ капала пена, движения били дерганными, резкими, будто человек только недавно научился ходить. В общем напоминали типичных зомби.

- Если в Вас остался разум, прошу Вас остановиться.

Но восставшие люди не думали останавливаться. Они продолжали медленно идти ко мне. За спиной кто-то в ужасе вскрикнул.

- Я же сказала Вам забаррикадироваться.

Один зомби подошел очень близко, за что поплатился отсечением головы. Его тело повалилось на пол, окатив меня густой кровью. Я ждала, что он встанет, как их хозяин, но тело более не подавало признаков жизни. О причинах подумать не было времени — следующее существо тянуло свои руки ко мне. Я отсекла ему их, а голова последовала следом.

В следующий миг кто-то вцепился мне в ногу, а затем укусил. Одновременно с этим на меня набросилось два зомби. Я совсем забыла, что здесь был ребенок. Я припала на колено, ломая ему шею, взмахом клинка, подрубаю ноги двум приближавшимся противникам. Они повалились назад, но продолжили двигаться в моем направлении. Освободив ногу от захвата челюстей, мне пришлось уйти в сторону, потому что он из зомби догадался кинуть тяжелый горшок с цветком.

Очередной взмах клинка располовинил нового противника. Двое безногих продолжили ползти в кабинет, я подскочила к ним и одним махом снесла головы. И снова мне пришлось уйти в сторону. Тот же зомби, который кинулся в меня цветком, он напал на меня с вешалкой, стоявшей в одном из кабинетов. Крутанувшись еще раз, я отсекла ему голову. Остался последний, но он уже не представлял особой опасности.

Расправиться с ними не составило особого труда. Тем не менее, я очень тщательно осмотрела заживающий укус от зубов, решив, что надо бы его промыть. А когда я закончила, то услышала завывание сирены. К двум пропавшим машинам присоединилось подкрепление.

Надо было выбираться. Можно было бы притвориться одной из пострадавших, однако, посмотрев вниз, я обнаружила, что почти полностью испачкана в чужой крови. К тому же у меня отросли рога. Да меня же расстреляют как виновницу резни без суда и следствия. С мамой все было в порядке, до ее кабинета бледный мужчина не добрался. А папу, я надеюсь, спас Максимов. Потом надо будет его поблагодарить. Мне оставалось только сбежать самой.

Я метнулась к лестнице, глянула вниз. В здание уже вошел вооруженный отряд. Внизу путь отрезан, остается только бежать вверх. Но я остановилась, едва не ступив на лестницу. Пол был весь в крови, а раз уж я только что там прошла, то на подошве должна остаться кровь. Пришлось снять обувь и нести ее в руках, пока поднималась на верхние этажи.

Я хорошо помнила, что это офисное здание сильно возвышается над окружающими зданиями. Поэтому я и поднялась до девятого этажа. Поставив обувь в горшок с цветком, я с помощью катаны проткнула стекловолокно. Через щель я не увидела соседнего здания — я находилась выше него. Нужно было только хорошенько разбежаться и прыгнуть. Конечно, разбитое стекло привлечет внимание, но, думаю, бойцы будут продвигаться медленно.

С другой стороны от окна стоял еще один цветочный горшок. Я схватила его и метнула на манер копья в место, где повредила стекловолокно катаной. Оно легко поддалось и разлетелось в дребезги. В здание тут же ворвался поток воздуха. Прошла всего пара секунд и ветрище немного успокоился. Стараясь не смотреть в дыру, я забрала свою обувь и отошла в противоположный окну конец. Разбежавшись, я оттолкнулась от самого края.

«Я не перепрыгну» пронеслось у меня в голове, когда я посмотрела на пролетающую подо мной дорогу. Но вот приблизилась крыша соседнего здания. Мои ноги едва коснулись его и тут же подогнулись, я сделала перекат, чтобы погасить инерцию падения. Я сбежала из офисного здания, отделавшись ушибами колен и пары других причинных мест.

Домой я вернулась намного после ужина — пришлось ждать в одном из переулков, когда стемнеет. Погони не было, скорее всего вооруженные люди остались помогать пострадавшим. Пока я сидела в переулке, мое сердце перестало бить набат и до меня дошло осознание того, что я совершила. Я убила людей. До этого смерть от моей руки принимали только ёкаи. И только те, кто сам убивал людей. Мой клинок никогда не окропляла человеческая кровь. Мне хотелось отбросить меч как можно дальше. И сдаться. Сказать, что это я убила тех людей. Что это я оборвала их жизни.

Домой я ввалилась чуть не снеся дверь, повалившись на пол в прихожей. Тут же появился папа. На лице у него было написано сильное беспокойство, но мне было стыдно смотреть ему в глаза, поэтому я опустила голову. Он присел возле меня, но дотронуться не решался. Потом все же положил руку на плечо и заговорил будто с маленьким ребенком.

- Ты в порядке? Нигде не болит?

- Я в порядке, - ответила я хрипловатым голосом.

- Вот и хорошо, - сказал он снимая с меня обувь.

Папа помог мне встать. Кровь уже давно высохла, превратив часть одежды в «дерево», но следов за мной не осталось. Он провел меня в ванную и закрыл дверь, оставшись стоять снаружи. Я пару минут постояла, тупо уставившись в свое отражение. Перед глазами все мелькали лица убитых мной людей. Их смерть на моих руках.

- Мицуха, - позвал отец. - Если ты коришь себя сейчас за убийство тех людей, то это того не стоит.

Я не ответила, начала медленно расстегивать блузку.

- Ты же мне сама сказала, что существо пожирает человеческие души. Не думаю, что их можно было спасти.

Я молчала, продолжая раздеваться.

- Когда я впервые увидел твоего друга и того бледного человека, я очень испугался. Но он оказался хорошим человеком. Помог мне, вывел из здания и продолжил преследовать бледного человека.

Я выскочила из ванной и забежала в туалет. Согнувшись над ним мой желудок исторг желчь. В горле появилось жжение и отвратительный привкус во рту. Сзади подошел папа, протянув мне салфетку и стакан воды. Вытерев рот салфеткой и осушив стакан, я спросила.

- С мамой все в порядке?

- Все хорошо. Она недавно звонила, сказал, что ее и остальных выживших осматривают. И сказала, что их просили задержаться, чтобы дать показания.

- Я рада, - ответила я, слабо улыбнувшись.

- Еще она сказала, что тебя видела ее коллега.

- Что, - встрепенулась я.

- Сказала, что ее спасла рогатая девушка.

- Но… я же убила людей.

- Чтобы спасти других людей. Ты можешь бросить это дело. Оставить на своего друга в маске.

- Нет, - категорично ответила я. - Он посторонний. Это мой город.

- Тогда тебе придется убить не одного человека. К тому же, этот бледный человек сам монстр. Он сильно отличается от ёкаев, которых ты успела убить. Так что возьми себя в руки, помойся и сожги одежду.

- Хорошо.

Этим вечером мама домой не вернулась. Хотя она позвонила и сказала, что их задержат еще ненадолго. Я немного переживала за нее, но школу никто не отменял, поэтому пришлось идти. В новостях не стали освещать вчерашние события, дабы в городе не началась паника. А бледный человек снова пропал. Мне оставалось только поговорить с тем, кто гонялся за ним полмира.

Перед выходом из дома я составила короткую записку:

Надо поговорить

М.

Когда пришла в школу, закинула записку в шкафчик Максимова, после чего отправилась на занятия.