Драконы и принцы

Посиделки со Шляпником. Вечер первый

Шляпник расположился в кресле-качалке, откинувшись на спинку и рассматривая звёзды. В руке он держал бокал чего-то в меру сладкого, в меру терпкого, шляпа сдвинулась набекрень, взгляд утонул в далеком космосе, и где-то там же, очевидно, разбежались мысли. Настроение было, как это принято говорить, философским.

Лёгкий скрип калитки вернул Шляпника на землю. Он недовольно поморщился: философское настроение посторонних не жалует. Но увидев тонкую девичью фигурку, выскользнувшую на полянку перед домом, расслабился. Проводить время в компании Белой Королевы ему нравилось. Она любила с детской непосредственностью, почти как Алиса, поднимать серьёзные темы и рассуждать про них наивно и просто. И простота эта зачастую заставляла задуматься больше, чем иные витиеватые высказывания мудрецов. А ещё Королева и Шляпник тонко чувствовали настроение друг друга. Одновременно грустили, радовались и даже отрешиться от мира, задумавшись, могли едва ли не синхронно.

Так и на этот раз: девушка легонько кивнула, приветствуя друга, молча прошла в дом, по-хозяйски достала из холодильника бутылку лимонада, вернулась на поляну и с ногами забралась на второе кресло. И вот уже две пары глаз в задумчивости уставились на звёзды.

- Скажи, Шляпник, - нарушила молчание девушка. - А бывают ли люди, созданные друг для друга?

- Наверняка! - уверенно ответил тот.

- И можно это понять, как ты думаешь? - спросила Белая Королева.

- Ну… - Шляпник задумался. - Наверняка, конечно, вряд ли.

- А если не наверняка?

- Если людям интересно друг с другом, они могут вместе и посмеяться, и погрустить, если они… - Шляпник запнулся.

- Думают одинаково? - подсказала Королева.

- Да, причём так, что вот… как бы это…

- Что один может начать фразу, а другой закончить. Ну или просто вслух озвучить мысли другого, - сказала девушка.

- Именно это и хотел сказать! - согласился Шляпник. - Как будто дополняют друг друга. Вот тогда, наверное, можно сказать, что люди созданы друг для друга.

Над полянкой снова повисла тишина. Друзья молчали, думая о чём-то своём.

- Скажи, Шляпник, - снова первой заговорила Белая Королева. - А мы вот с тобой, мы не созданы друг для друга?

- Нуууу, вряд ли, - хихикнул Шляпник. - Видишь, сколько мы там с тобой всего перечислили? И настроение, и интересы.

- И совпадающие мысли, так, что можно друг друга без слов понимать, - продолжила девушка.

- Вот-вот, - согласился Шляпник. - Нет, такого человека найти сложно.

Друзья снова задумчиво замолчали. Им было комфортно проводить время вместе, даже в тишине. А зачем длинные разговоры, когда они всегда понимали друг друга с половины фразы? Да и, в конце концов, слова - это не главное.

Драконы и принцы

Творческое переосмысление услышанного некогда сказа.

- Да слезай же уже, ящерица-переросток! - гневно выкрикнул рыцарь.

- Пфф. Я существо древнее и магическое. Меня детскими дразнилками разозлить не получится, - ответил дракон и зевнул.

Рыцарь, сняв шлем, задрал голову, зло посмотрел наверх, на скалу, на уступе которой с комфортом расположился его собеседник. Боевой конь, ощущая эмоции хозяина, в нетерпении гарцевал на месте.

- Слезай, биться будем! - не сдавался рыцарь.

- А зачем? - скучающе спросил дракон.

- Я тебя убью!

- Нууу… - дракон скосил один глаз вниз, мельком глянул на рыцаря и хмыкнул. - Ну, допустим, хорошо. Допустим, убьёшь. И что дальше?

- Как что? - несколько растерялся рыцарь. - Убью. Освобожу принцессу. Она в меня влюбится. И будем мы жить долго и счастливо. Ну, ты же древнее существо, ты и так всё знаешь.

- Ааа, - дракон облегчённо вздохнул, отчего из ноздрей вырвались две тонкие струйки огня. - Тогда нет смысла драться.

- Почему?

- А нет принцессы.

Воцарилась тишина. Даже конь, казалось бы, прочувствовал момент и замер, едва дыша.

- Как… это нет? - наконец смог выдавить из себя рыцарь.

- А вот так, - равнодушно ответил дракон.

- Но ведь дракон есть?

- Ну, это как видишь.

- И логово?

- Ага.

- Значит, и пленница должна быть, - и тут рыцаря осенило. - Что, освободили уже?..

- Нет, сидит…

- Воооот, - в голосе рыцаря послышались торжествующие нотки. - Значит, есть пленница. А ты мне тут голову морочишь.

- Пленник.

- Прости, что?

- Пленник. Принц. Поэтому и говорю, нечего тебе тут делать, - дракон неожиданно выгнул шею, с любопытством посмотрел вниз, на рыцаря. - Или ты… из «этих»?

- Из каких? - не понял рыцарь.

Дракон объяснил. Рыцарь побледнел. Затем покраснел. Затем стал буквально пунцовым от ярости.

- Ну, ну, - примирительным тоном сказал дракон. - Не из «этих», так не из «этих». Я просто спросил.

- Да с чего ты вообще это взял, - наконец смог выдохнуть рыцарь.

- Не знаю. Розочки эти на щите. Перья на шлеме. Мало ли.

- Розочки - это наш родовой герб! - с вызовом ответил рыцарь. - А перья… это плюмаж! Сейчас многие так украшают доспехи.

- Многие - так многие, - сердито проворчал дракон. - Развели киркоровщину. А я существо старомодное, от всего этого далёкое.

- Что развели? - не понял рыцарь.

- Ай, неважно. Потомки твои поймут. В каком-то там поколении, - раздражённо дёрнул хвостом дракон. - Ну так что, за принца сражаться будешь?

- Нет, за принца не буду, - растерянно ответил рыцарь.

- Вот и ладненько. Значит, я дальше спать. А то пришёл тут с утра пораньше, разорался… - сказал дракон, разворачиваясь ко входу к логову. Однако, сделав пару шагов, обернулся, посмотрел на рыцаря, который продолжал стоять на месте, переваривая полученную информацию. - Ладно. Парень ты, вроде бы, неплохой. Помогу. За день пути отсюда лес проезжал, помнишь?

- Помню, - растерянно ответил рыцарь.

- Там с восточной стороны мельница на перепутье. Поскачешь на север - через три дня приедешь к башне. Вот там и дракон, и принцесса - всё как ты хотел.

Какое-то время человек непонимающе смотрел на собеседника. Затем взгляд рыцаря прояснился.

- Спасибо! - воскликнул он и с воодушевлением тронул поводья.

- Пожалуйста, пожалуйста, - пробормотал дракон, снова разворачиваясь ко входу в логово. - Для смелого воина не жалко… снял бы ещё перья свои…

Последняя часть фразы ушей рыцаря не достигла. Но он всё равно остановился, будто что-то вспомнил.

- Подожди, - окликнул всадник дракона.

- Ну чего тебе ещё? - с недовольным видом обернулся последний.

- А… часто приезжают… ну, за принцем?

- О… не часто, но были.

- «Эти»? - вполголоса выдохнул рыцарь, нервно оглядываясь и покрепче сжимая рукоять меча.

- Нет, «этих» ещё не было ни разу, - задумчиво ответил дракон.

- А кто тогда? - удивился воин.

- Ну… воительницы. Победить дракона, освободить принца, любовь до гроба и вот это вот всё… ну что ты, сам не знаешь, что ли?

- Женщины? - поперхнулся рыцарь.

- Чисто физиологически да… но ты бы их видел! Амазонки, валькирии! - дракон зажмурился и покачал головой. Снова открыл глаза и посмотрел на рыцаря. - Скажем так, сойдись вы в бою, не факт, что я поставил бы на тебя.

- Но они женщины! - рыцарь выглядел совсем растерянным. - Судя по тому, что пленник ещё на месте, ты их съел?

- Вот ещё, - фыркнул дракон. - Я питаюсь исключительно говядиной. Нет, не съел. Я, знаешь ли, кому попало своего пленника не доверю. Была парочка достойных кандидаток, но по характеру им принц не подошёл… инфантильный, видите ли. А чего они хотят, если «с характером» - то это явно не здесь искать нужно.

- А что же… принц… просто сидит и ждёт, пока его освободят?

- Ну почему же. За порядком у меня следит. Сокровища рассортировал. В настолки с ним поиграть можно. Да и рассказчик ничего такой, ещё и сочиняет сам. Творческая личность.

Всадник молча развернул коня и поскакал прочь. Дракон ещё какое-то время провожал его взглядом, затем хмыкнул и наконец залез в своё логово.

Воин ехал в глубокой задумчивости. Настолько глубокой, что далеко не сразу услышал, что его настойчиво окликают. Обернувшись, увидел, что за ним следует рыцарь в массивных чёрных доспехах. Судя по ростовому щиту и полутораручному мечу, его странствующий собрат обладал недюжинной силой.

- Что, простите, - переспросил рыцарь.

Воин в черных доспехах снял шлем. По броне рассыпались золотистые локоны.

- Вы от скалы едете? - прозвучал мелодичный голосок.

- От скалы, - ответил опешивший рыцарь.

- А дракон там есть?

- Есть, дракон есть.

- А пленник? - с подозрением спросила девушка.

- И пленник на месте.

- Хорошо, - с облегчением вздохнула воительница. - А то я уж подумала… ну… вдруг вы из «этих»…

- Почему же вы так подумали? - сам удивившись своему ровному тону спросил рыцарь.

- Ну, не знаю… розочки эти… и перья ещё…

- Это плюмаж, - всё так же без эмоций сказал рыцарь. - Сейчас такие многие носят.

- Ах, плюмаж, да… прошу прощения, - сказала девушка. При этом виноватой она не выглядела. - Ну, поскакала я. Доброй вам дороги.

- И вам, - холодно ответил воин.

Когда всадница скрылась за поворотом, рыцарь придирчиво осмотрел свой шлем. Затем вытащил кинжал и срезал с него все перья. Закончив работу, тронул коня, направляясь в сторону указанного драконом леса.

Хозяин болота

- Ну укуси-и-и-и, - подвывала девица пронзительно.

Упырь, или Хозяин болота, как прозвали его местные, поморщился. Громкие звуки его раздражали.

- Да не хочу я, понимаешь, не хочу! Ты уже третья за сегодня. Завтра приходи, да не к вечеру - а то опять не при делах останешься, - попытался кровосос выпроводить гостью.

В последние несколько лет Упырь не голодал. И даже наоборот - всегда переедал. И не менял места обитания, не опасаясь, что деревенские соберутся, возьмут в руки колья и придут по его душу. Но так было не всегда.

***

Всю свою жизнь, как и все подобные ему создания, Упырь скитался по лесам и жил впроголодь, перебиваясь случайными путниками. И каждый раз после удачной охоты забирался куда-нибудь подальше, чтобы не стать дичью самому. Соберется десяток крепких мужиков по его душу - со всеми не справиться, несмотря на всю быстроту и силу.

Всё изменил случай. Каждый раз после удачной охоты Упырь отсыпался в своём логове до тех пор, пока чувство голода вновь не разбудит его. Но в один из дней разбудил его не голод, а запах крови. Есть особо не хотелось, но инстинкт охотника взял своё. Какое-то мгновение, и вот уже за молодой женщиной, которой не повезло оцарапать веткой шею неподалёку от логова Упыря, следует незаметная тень. Нападение было настолько внезапным и быстрым, что жертва не успела испугаться: удивлённо вскрикнула и погрузилась в гипнотический сон.

Упырь не выпил женщину досуха, ему хватило совсем немного. Будучи в хорошем расположении духа - у кровососов это напрямую зависит от сытости - он решил пошутить. И наслал на погружённую в сон эротические видения.

Спустя неделю Упыря снова разбудил запах крови, причём запах знакомый. И точно: под деревом, прислонившись к стволу, сидела та же женщина. А по её шее стекала капелька крови из пореза, нанесённого, по всей видимости, самостоятельно и специально.

Упырь выступил из тени. Женщина увидела его, вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Поднялась на ноги и встала, опустив глаза в землю.

- Зачем вернулась? - речь для кровососа была непривычной, разговаривать с людьми ему приходилось… да что там - не приходилось вовсе.

- Я… Мне… - забормотала женщина. Потом вздохнула, подняла глаза и твёрдо попросила, - сделай со мной то же самое!

Упырь непонимающе смотрел на неё. Многое успел он повидать в своей жизни, но чтобы люди добровольно просили его выпить свою кровь…

- Все эти прикосновения, ласки, прямо здесь, на траве, я спать не могу. Только глаза закрою - так опять наша ночь грезится, - продолжила женщина, не дождавшись реакции вампира.

И тут до кровососа дошло, что именно просила повторить женщина. Он расхохотался.

- Было… что было? Да ничего не было, да и быть не может, мертвяк я оживший, не работает у меня ничего, - отсмеявшись, сказал он. - Гипноз это. Сон.

- Сон? - глаза женщины расширились. - Так что же, значит, и батюшке на исповеди про это можно не рассказывать?

- Думаю, можно не рассказывать. Хотя консультанта для дел церковных, скажу я тебе, ты выбрала не лучшего.

- А можно мне… ещё один сон? - собеседница покраснела.

- Нельзя, - ответил Упырь. - Для этого мне надо выпить крови, а тебе, знаешь ли, пока рано. Так и умереть можно. Приходи через неделю.

Женщина пришла через неделю. А потом пришла ещё раз… и ещё… А через какое-то время начала захаживать и её соседка, молодая вдовушка. Через полгода на болота заглядывала едва ли не вся женская половина деревни, за исключением стариков и младенцев. Мужиков это дико раздражало. Они было собрались, взяли колья да факелы, решили идти на болота, истребить кровососа. Да куда там. Женщины похватали сковороды, скалки да коромысла, и поход этот был разгромлен прямо у деревенских ворот.

Хозяину болота жилось сытно и вольготно. Ровно до тех пор, пока про него не узнали жители ещё двух соседних деревень. Вот тут-то желающих испытать его гипноз стало заметно больше, чем он смог съесть. Доходило до того, что возле логова Упыря случались настоящие женские баталии. Пришлось составлять график, чтобы не доводить до смертоубийства.

***

- Ну укуси-и-и-и, - продолжала ныть девица.

- Хорошо, - вздохнул Упырь. - В качестве исключения.

Кровосос наклонился и пронзил зубами нежную шею. Девушка вздохнула и блаженно погрузилась в долгожданные грёзы.

«Всё, сегодня точно больше ни к кому не выйду», - клятвенно пообещал себе Хозяин болота, тяжело заползая в своё логово.

Оценили 6 человек

Показать список поделившихся

Посиделки со Шляпником. Вечер второй

Шляпник пребывал в плохом настроении. И проснулся спозаранку. И заснуть снова не смог. Возраст, что ли? А что? Вполне быть может. Вроде бы, видел сегодня в зеркале седой волос. И погода весь день стояла пасмурная. Ещё этот ветер... после того, как шляпу пару раз сдуло, пришлось таскать её в руках. Причёску растрепало. В гости никто не идёт - который вечер приходится одному сидеть, целиком в своих мыслях. И вообще - всё не так, всё. И даже если что-то так, то не так «так», как надо. И, что самое главное, Шляпник не мог понять - а как же надо-то?

Даже открывшаяся калитка не отвлекла Шляпника от мрачных мыслей о бренности сущего. Пахнуло ароматным дымом. Стало очевидным, что гость сегодня - Синяя гусеница, который никогда не расстаётся со своим верным кальяном. Гусеница молча подошёл - если, конечно, это можно так назвать в его случае - к столику, водрузил на него кальян и взобрался на кресло. Устроившись, с наслаждением затянулся и выпустил в небо несколько ровных колец белого дыма. Всё также молча протянул вторую трубку Шляпнику. Тот тоже не стал нарушать тишины. Взял предложенную трубку, затянулся, а затем повторил фокус, проделанный Гусеницей. Так и продолжали, не говоря ни слова: выпускали в небо кольца, смотрели, как они растворяются, поднимаясь ввысь, выпускали новые кольца...

«А ведь как символично, - думал Шляпник. - Мы - прямо как эти кольца. Приходим в этот мир, плывём себе. И растворяемся. И ведь даже многие не успевают оставить какой-то след. А я тут накручиваю себя из-за ерунды... шляпа, причёска, ветер... волос ещё седой придумал... эх, дурачок...».

Вот и сидели Шляпник и Синяя гусеница молча, думая каждый о своём. Спустя час... а может два или три - кто ж их считал-то? - гость сполз с кресла.

- Вот такая вот хреновина, Шляпник, - тяжело вздохнул он. - Вот такая вот хреновина.

А затем подхватил кальян и не спеша отправился на выход.

«Эх... ну как же я с тобой согласен», - подумал Шляпник. Он продолжал сидеть и задумчиво смотреть вдаль. И всё в мире было «так». Потому что хорошо, когда есть друзья, с которыми можно просто помолчать.

Новая помощница

Иван отошёл в сторонку и придирчиво осмотрел результаты своего труда. Да, скульптор из него получился неважный. Вылепленная из снега фигурка, конечно, напоминала девушку с косой, но только отдалённо. Ну да ничего - посоху-то главное что? Главное - посыл правильный дать. Вещь волшебная, дальше сам разберётся. И сделает, как надо.

Молодой человек отошёл к углу комнаты, где у стены стоял посох. Прислушался. Вернись сейчас Дед, не удался бы эксперимент. Не разрешает тот волшебством пользоваться. Безответственным называет. А Иван вовсе не безответственный! Он всегда хорошо думает прежде, чем что-то сделать. Правда, при этом всякий раз получается не так, как он планирует - но что тут поделаешь. Волшебство - материя капризная.

Иван взял посох Деда двумя руками, закрыл глаза. Попытался как можно точнее сформулировать своё пожелание. А затем приподнял руки и легонько стукнул концом посоха по полу. В тёплой комнате резко похолодало. В воздухе даже закружились снежинки, парень чувствовал их колкие прикосновения. Посох в руках ощутимо вибрировал.

Когда волшебство перестало изливаться в пространство, Иван решился открыть глаза. Он сразу увидел, что всё получилось: на месте вылепленной им снежной фигурки стояла девушка изумительной красоты. Красивые розовые губки, очаровательный носик, большие синие глаза, платиновые волосы, убранные в толстую косу, и светлый пушок на... только тут до молодого человека дошло что девица была абсолютно голой. Поражённый, он застыл на месте, вцепившись руками в посох. А прелестное создание с живым интересом оглядывало всё, что её окружало.

За дверью раздались тяжелые шаги. Скрипнула дверь, раздался голос Деда:

- Ванька, сорванец ты этакий! Я тебе сколько раз говорил посоха не трогать? Думаешь, не почую волшебства? Что ты тут на этот раз учу...

Возмущённая речь Деда оборвалась. Видимо, старик увидел ответ на вопрос своими глазами.

- ...учудил, - тихо закончил Дед.

Создание с любопытством рассматривало ворвавшегося в избу Деда. И парня, застывшего в центре комнаты.

- Ты что тут делать собрался, окаянный? - всё ещё тихо, но уже с угрожающими нотками задал вопрос Дед.

О причинах возмущения Иван догадался не сразу. Затем по его шее на уши и щёки начала разливаться краснота.

- Нет-нет, ты не думай, - поспешно сказал парень. - Это я для тебя.

Дед икнул и закашлялся, поперхнувшись.

- Чегооой?.. - сдавленным голосом спросил он.

- Ну, ты сам говорил. Возраст у тебя. Тяжело подарки разносить. Да и с детворой вокруг ёлки резвиться - годы уже не те. А я - я с детворой нет, не моё. Вот я и подумал...

В это время взгляд девушки упал на окно. На улице порошил снег, кружились снежинки. Девица ойкнула забыла про Деда с внуком, повернулась к ним спиной, подбежала к окну и прижалась к стеклу носом. Потом распахнула створки. Попыталась поймать холодные звёздочки на руку. А затем перегнулась через подоконник, протягивая руку ладонью вверх. Дед и внук синхронно охнули и отвернулись.

- Дети, да. Дети - они-и-и... дети, конечно, да, - глубокомысленно сказал Дед после некоторой паузы.

- Угу, - согласился Иван.

- Вот что, надо только ей, конечно, шубу справить. И платье. Точнее сначала платье, а потому шубу. Да, прямо сейчас платье! Ну-ка, внучок, давай уже сюда посох!

Иван передал посох законному владельцу. Тот его принял, ненадолго задумался, а потом что-то прошептал и ударил по полу. По комнате пронёсся лёгкий порыв холодного ветерка. За спиной раздалось удивлённое «ойканье». Иван осторожно обернулся. Девица с любопытством рассматривала голубое платье, в которое она теперь была одета.

- Вот, теперь порядок, - голос Деда обрёл привычную уверенность. - Ну что, девица, будешь моей внучкой? Будешь помогать мне с Новым годом людей поздравлять, детишек радовать? Да и мне, старому, веселее в дороге будет. Только как же мы тебя звать будем?..

Драконы и принцы. Рассказ второй. Зелье

Приятно светило летнее солнце. Дракон (а точнее, как уже знал принц, драконица) подремывал на утесе у входа в пещеру, подставляя бока теплым лучам. Сам принц предпочел тень. Он изучал один из трактатов, позаимствованный из обширной библиотеки, скопившейся в пещере.

В зарослях у подножья скалы зашуршало. На полянку, испуганно озираясь, вышла молодая девушка. Крадучись дошла до противоположного края и в нерешительности остановилась у скалы.

– Ты к нам в гости, или заблудилась? – почти ласковым тоном спросила драконица.

Девица охнула и от неожиданности шлепнулась на попу. Подняв взгляд, она увидела драконицу и, завизжав, хлопнулась в обморок.

– Нет, эта не за тобой, – сделала вывод драконица. – Да и не похожа она на воительницу, собственно. Ты не вызывал?

– Кого вызывал? Она что, дух? – опешил принц.

– Ах, да, у вас тут пока со средствами связи... – пробормотала драконица. – Да нет, отчего, вполне живая, Ну, тогда возьми кувшин с водой и при веди ее в чувство. Быстрее очнется – быстрее восвояси отправится.

Пока принц сходил за водой и вернулся, девушка уже начала приходить в себя самостоятельно. Она открыла глаза и начала приподниматься, недоуменно оглядываясь – видимо, пытаясь понять, где и как она оказалась. Снова увидела драконицу, и ее глаза опять начали расширяться.

– Нет-нет-нет, – отреагировала драконица. – Не надо опять визжать. И в обморок падать тоже не надо. По крайне мере тут. Вот, отойдешь подальше, и там вот – сколько угодно. Кстати, уже можешь идти.

Девушка передумала кричать, но подняться с земли все еще не решалась. Драконица вздохнула.

– Ничего тебе здесь не грозит. Что ты вообще забыла у моей пещеры, если такая пугливая?

– Да я к ведьме шла... заблудилась, – неуверенно ответила девушка.

– К ведьме? А зачем? – заинтересовалась драконица.

– За зельем… зелье купить хотела, – уже смелее сказала заблудившаяся.

– Муж бьет? – с пониманием спросила драконица.

– Откуда вы знаете? – ошеломленно спросила девица.

– Ну... так я – существо древнее, волшебное, – самодовольно проворчала драконица.

Девушка смущенно опустила глаза, один из которых заплыл кровоподтеком, и потерла разбитую губу.

– Муж – кузнец у меня. И вся деревня за ним увивается, я же вижу. И дочка мельника все мимо кузницы ходит, и вдова по воду идет все ближе к кузнице и... И вот приходит с работы – мокрющий, хоть выжимай, ну разве в кузнице так потеют?.. Очевидно же. И вот пришел вчера, я ему это все, а он – разговаривать даже не стал... – девушка всхлипнула.

– Ага, – сказала драконица и окинула ту взглядом. – Ну... может, и смогу помочь. Не даром же я существо волшебное. И древнее. Будет тебе зелье.

– Правда?! – обрадованно воскликнула девушка.

– Правда, правда, – ответила драконица и повернулась к принцу. – Налей, пожалуйста, зелье из котелка. Ну, там, в пещере стоит. Отдай ей.

Принц недоверчиво посмотрел на драконицу, но, ничего не сказав, скрылся в пещере. Через десяток минут вернулся и скинул девушке пузырек из толстого стекла, в котором плескалась светлая жидкость.

– Слушай внимательно, – наставительно сказала драконица. – Каждый день утром капаешь одну каплю этого зелья в кувшин с водой. Потом капельку этой воды – в ведро, когда дом убираешь. Капельку – в еду, когда готовишь. А самое главное: когда муж уже с работы возвращается, набираешь в рот и держишь. Не глотай сразу, а просто держи. Часа три. Поняла? И каждый раз, когда муж будет начинать злиться, тоже набирай. Смотри не перепутай ничего, не забудь, а то не сработает волшебство.

Девушка с благоговением смотрела на склянку, крепко сжимая ее в ладонях.

– Поняла… Спасибо вам, великая… э-э-э…

– Не за что. Но твоя благодарность может быть в форме барашка. Или козленка. Ну, ступай уже, солнце садится.

Девушка активно закивала и скрылась на противоположной стороне полянки – откуда и появилась. Принц наблюдал, как ее фигурка исчезает в сумерках.

– И что, поможет? – спросил он наконец. – В котле же обычный отвар ромашки. Я им горло полоскал.

Драконица протяжно зевнула.

– Это, мой дорогой принц, магия психологии. Ее твои внуки изобретут. Или правнуки. Или пра-пра... ну, где-то там. Очень мощная штука.

– Психо… что? – не выговорил принц. – Как это ей поможет?

– Очень просто. Муж ее – кузнец. Работа тяжелая, домой приползает выжатый, как лимон. А его вместо ужина, тепла и покоя встречают подозрения и истерики. Вынос мозга, в общем. Он от бессилия и усталости бьет. Нехорошо, да. Но в ваше время по-другому-то не научили. Кнут и пряник, пряник и кнут. Нравы еще изменятся, слуг бить будет нельзя, женщин – тоже, но это потом. Или сначала женщин, а потом слуг. Не помню точно. И детей тоже. Но в целом неважно это, что там потом будет, сейчас-то что? Нужно воспитать – в морду, значит. Ну, или по морде. Тоже, знаешь, разницы особой нет. Так вот, если сделает, как я сказала – дома точно будет чисто и еда приготовлена, это раз. А два – пока держит во рту отвар ромашки, чушь нести не будет. Это главное, на самом деле.

Принц надолго замолчал.

– А можно научиться этой... психомагии? – спросил затем он.

– Психологии. Ну... а почему бы и нет. Добуду тебе книги. Правда, не вашего они времени... ну да ничего, вреда не должно быть. Главное, чтобы труды Фрейда не затесались – рано вам еще про «либидо» и «сублимации», надумаете еще бог весть что... Ладно, что-то у меня от всего этого аппетит разошелся. Там у нам, вроде, теленок оставался... – драконица потянулась, зевнула, а затем развернулась и скрылась в пещере. Принц, немного погодя, последовал за ней.