Драконьи будни

Джек

Столица Рударского королевства, Арго, утопала в ярких лучах утреннего солнца. Они ослепительным покрывалом падали на мощеные улицы, делали синюю черепицу крыш насыщеннее, а витражам главного городского храма придавали неземное сияние. Особенно религиозные даже могли решить, будто на Арго упала божья благодать. Но жители города уже давно привыкли: любой солнечный день превращал столицу в произведение искусства. И нынешний не стал исключением.

Арго просыпался в мгновение ока. Его улочки заполнялись многоголосой музыкой большого города: хлопали ставни, скрипели колеса телег, звонкий стук молота о наковальню сплетался с гулом голосов. И все чаще слышались восторженные возгласы людей, оказавшихся на главной площади. Там, омываемая разноцветными отблесками витражей, расположилась величественная статуя дракона из бронзы, чья голова возвышалась над крышами ближайших домов. Для многих, если не для всех, эта композиция стала настоящей неожиданностью. Ведь на площади собирались ставить статую нынешнего короля Вильгельма II, который славился той еще любовью к себе. А тут внезапно и дракон. Такая перемена пришлась по душе многим. Прохожие то и дело останавливались, чтобы с удивлением и восхищением оглядеть скульптуру.

— Нет, вы только посмотрите! Как маняще переливается каждая чешуйка... — шептала торговка украшениями.

— Ишь, когти какие, выглядят острыми! — один из рабочих с любопытством крутился у основания, разглядывая лапы. — А если потрогать?

— Оставь, Уве, еще твоих жирных пальцев там не хватало, — посмеивались над ним товарищи.

— Я их уже вытер, — отвечал Уве, обтирая руки о штаны.

Навалившись на постамент, рабочий погладил ладонью изогнутый коготь, а после потянулся к его краю. Как вдруг палец статуи словно бы шевельнулся, отбрасывая руку Уве в сторону. Мужчина замер, а после отскочил в сторону, вскрикнув:

— Она шевелиться!

— Это мозги твои шевелиться пытаются, а дракон стоит, — саркастично произнесла одна из женщин.

— А я предупреждал тебя вчера, Уве: пить больше трех стопок настойки на мухоморах опасно, — назидательно поднял вверх палец один из друзей Уве, чем вызвал хохот на всей площади.

— Я был обязан перепить того щегла, — буркнул Уве, с опаской поглядывая на статую.

Рабочий еще немного поворчал, но был вынужден уйти вместе с друзьями. Он ведь и правда выпил вчера многовато.

В подобных разговорах проходило все утро. Летние дни в Рударском королевстве всегда были особенно жаркими. И солнце, которое несколькими часами ранее дарило городу неземную одухотворенность, теперь начинало нещадно припекать. Но это не смогло побороть любопытство местной принцессы. Эмили, гордо вздернув носик к небу и обмахиваясь веером, чинно плыла через площадь. Ее сопровождение, пара стражников, изнывающих в броне, и подруга, затянутая в корсет, шли позади, явно мечтая вернуться в прохладные стены дворца.

— Статую папеньки делает сам маэстро Шильо, — вещала принцесса, растягивая гласные и подражая говору того самого маэстро. — Удивительно, как кто-то посмел занять его место и водрузить сюда что-то другое? Хотя, признаю, в статуе чувствуется рука профессионала. Но папенька тут смотрелся бы уместнее. А еще лучше я... — Эмили кокетливо хихикнула, невольно представив на месте дракона себя.

— Я слышала, как служанки шептались, словно это дело рук колдуна, — негромко произнесла подруга принцессы.

— Ах, неужели? И ты сама так думаешь?

— Я склонна с ними согласится, Ваше Высочество.

— Почему же?

— Без магии статую нельзя так незаметно принести на площадь.

— Неужели? Может, ее несла сотня молодых мужчин из числа тех, кто потом совершает подвиги и преклоняет колено, дабы получить звание рыцаря? Согласись, Леони, это вполне себе может быть. Если мужчина получает звание рыцаря, он способен на любые подвиги. Даже! Даже незаметно установить статую дракона. Особенно, если таких мужчин сотня, — назидательно произнесла принцесса.

Леони сочла благоразумным промолчать. Они как раз подошли к основанию статуи и теперь с интересом изучали ее линии. Поразительнее всего выглядела чешуя. Это не была просто пластина. Нет-нет. На ней, причудливо изгибались неровные круги. Чем ближе к центру, тем мельче. На их острых гранях солнце преломлялось и словно бы добавляло немного пурпура, отчего бронза искрилась. Эмили так низко склонилась к ним, что едва не касалась носом.

— Удивительно! — шептала она, поражаясь особенно мелким чешуйкам на стопах. — Иди сюда, Леони, посмотри.

Но посмотреть девушка не успела. Истеричный визг перепуганной птицей взлетел в небо, погрузив всю площадь в оцепенение и недоумение. Люди тревожно оглядывались по сторонам, пока их взгляды не останавливались на дрожащей женщине. Она стояла около лавки портного и трясущейся рукой указывала в сторону статуи. Та, в свою очередь, ничуть не изменилась.

— Кажется, полуденный зной особенно опасен для леди, — озадаченно произнесла принцесса, поглядывая на женщину с капелькой презрения.

— Вы совершенно правы, Ваше Высочество, — раздался хриплый, напоминающий скрежет камня о камень, громкий голос со стороны статуи. Он вызвал очередную волну вздохов и криков, бивший по чувствительным ушам ничуть не слабее кувалды. — Ну и зачем же так орать? После этой мухаморовой настойки у меня ужасно болит голова. Тем более, я весьма недурен собой и не похож на какого-нибудь водяного или лешего. Поверьте, вот там стоило бы покричать.

Дракон страдальчески скривился, недовольно подергивая хвостом. Подобная реакция всегда его утомляла, вызывала раздражение. А уж после того, как вчера он коротал время в местном трактире, ему и вовсе хотелось спрятаться куда-нибудь подальше. Где темно, сыро и прохладно. Поэтому, когда на площади началась паника, ящер, закатив глаза, тяжело выдохнул, украсив воздух небольшим облачком дыма. Это добавило некоторым горожанам прыти.

Тем не менее, среди бегства и страха нашлось место и весьма забавной картине. Стражники пытались увести строптивую принцессу, которая сыпала угрозами и била их веером. Поначалу мужчины старались быть деликатными, но оказалось, что в таком случае Эмили им совершенно не по зубам.

— Хватит! Я приказываю вам убрать свои руки!

— Ваше Высочество, прошу вас, давайте уйдем. Здесь опасно, — увещевала принцессу Леони, нервно заламывая себе руки.

— Нет! Это же целый дракон!

— Хорошо, хоть это понимает, — недовольно, но едва слышно заметил один из стражников.

— Дракон! Я хочу его себе! Сейчас же! — продолжала упираться Эмили.

— Но, Ваше Высочество! Его не смогут вам поймать, и содержать очень проблематично, — Леони пыталась убедить принцессу. Но когда заметила, как стражники переглянулись, поспешила им помочь.

Мужчины ловко закинули брыкающуюся Эмили на плечо, словно та была обычной селянкой, а не высокородной леди. Впрочем, когда принцесса выдала крепкое ругательство, все дружно решили в будущем не вспоминать этот эпизод.

Дракон, тем временем, оглядел площадь и отогнал пустые надежды, будто горожане успокоятся самостоятельно. Печально проговорив:

— Никакого уважения к почтенным годам гостя, — ящер набрал в легкие побольше воздуха. А после угрожающе рыкнул, позаимствовав весьма удобную фразу из другого мира: — Всем оставаться на своих местах! Это ограбление!

Осознав, что на людей это мало подействовало, ящер добавил:

— Всем стоять, иначе спалю все к гномьей матери!

Горожане замерли Со стороны можно было решить, будто здесь поработал василиск. Стражник с принцессой на плече замер с поднятой ногой. Эмили, агрессивно сжимая веер, перестала тянуть второго стражника за пику шлема. Леони испуганно замерла, держа в руках ногу принцессы. Шустрый мальчик, вытаскивающий у зеваки пухлый кошель, так и остановился в преступном положении. Остальные жители Арго оказались в не менее нелепых позах.

— Так-то лучшу, — самодовольно улыбнулся дракон. — Перейдем к условиям. Я забираю принцессу, — он ткнул пальцем в колоритный квартет у своих ног, — и оставляю ваш город в покое. Иначе...

Уточнять, что ожидает Арго в случае неповиновения, дракон не стал. Горожане все поняли по многообещающей и угрожающей интонации. Им не пришлось повторять дважды. Уже через пару минут у постамента началась небольшая баталия, где жители отбирали Эмили у удивленных стражников. Люди справедливо решили: лучше целый город без принцессы, чем руины, но с дочкой короля. Это-то они и пояснили весьма простым и доходчивым языком стражникам, оставив одному из них вмятину на шлеме, а другому синяк под глазом. После чего выволокли помятую Эмили перед взором дракона, напоследок кинув в нее веером. Принцесса переминалась с ноги на ногу и отчаянно краснела. Рядом с ней стояла бледная Леони, которую на всякий случай тоже представили дракону.

Дракон наклонился к ним, внимательно разглядывая девушек. Постепенно на его морде проступало недоумение.

— Это что? — подозрительно уточнил он, вглядываясь в лицо Эмили.

— Ее Королевское Высочество принцесса Эмили Аргонская, — без запинки, хоть и отчаянно робея, произнесла Леони.

— Леди, вы, наверное, шутите надо мной? Аргонскую описывают, как статную высокую девушку с изящным носом, золотыми волосами и невообразимо прекрасными глазами цвета незабудок. А тут... — дракон с нотками безнадежности обвел когтистой лапой Эмили. — Я не так много вчера выпил, чтобы ошибиться.

От подобного жеста принцесса побелела, затем побагровела.

— Да как вы смеете?!

— Ее Высочество точно такая, как ее описывают, — негромко проговорила Леони. Набравшись смелости, она добавила: — Не ее вина, что у вас проблемы со зрением.

— Ага, как же. Нос длинный и напоминает парус, волосы как солома, а глаза! Невообразимо прекрасные глаза от незабудок имеют только размер, — жестоко припечатал ящер. — У Людвига очень странный вкус. Я, честно говоря, не ожидал подобного... — доверительно проговорил он.

— Не смейте меня оскорблять! — Эмили гневно скрестила руки на груди, уничижительно взирая на дракона. — Не забывайте, с кем вы разговариваете и какие могут быть последствия.

— А я разве оскорбляю? Говорю, что вижу. Этот ваш, Людвиг, мне все уши прожужал о принцессе Рударского королевства, которая не только хороша собой, но и приданное имеет приличное. Чувствую себя обманутым. Хорошо хоть цену запросил по весу. Надеюсь, весит эта принцесса хоть нормально?

— Поменьше вас буду! И вообще, я с вами никуда не полечу. Если этот ваш Людвиг хочет моей руки, пусть приезжает и просит ее. А не подсылает ящериц-переростков.

— Цыц, женщина. Значит, будем откармливать. Эй, ты, да-да, ты, — дракон ткнул пальцем в мужчину, что находился рядом с трактиром и по виду напоминал его хозяина. — Я требую еще бочонок медовухи.

— Эй, уговор был только на принцессу! — тут же возмутился прижимистый трактирщик.

— У меня стресс, и не смотрите на меня так, у драконов он тоже бывает, — поглядев на принцессу, произнес ящер. — Особенно с такой работой.

— Вы хам, грубиян, неотесанное животное, — вышедшая из себя Эмили сыпала ругательствами, пока дракон пробовал принесенную медовуху на вкус. Не получив ожидаемой реакции, принцесса, заприметив рога на голове ящера, в гневе закончила: — Козел!

— Не правда, козла я съел ночью. Эта сволочь бодалась и не давала спокойно устроится на постаменте. Я и без него то, едва взобрался, — хохотнул дракон, поудобнее перехватывая бочонок. — И вообще, кикиморка, я меняю твою жизнь к лучшему.

После этих слов ящер схватил принцессу и взмыл в небо. Под непрекращающийся визг Эмили, он сделал круг почета над площадью и величественно, хоть и немного пафосно проревел:

— Запомните дракона Джека, лучшего наемника во всех девяти мирах! Кражи, похищения, запугивания, — поглядев на орущую Эмили, он добавил: — избавление от «монстров» и многое-многое другое. Приемлемые цены, качественное исполнение. Заинтересовало? Ищите меня через почту фейри.

После чего бронзовый дракон неровно полетел в сторону соседней державы. Он то и дело выдыхал дым и прикладывался к бочонку медовухи, распевая странную для здешних мест песню:

— Владимирский централ (Ветер северный) Этапом из Твери (Зла немерено) Лежит на сердце тяжкий груз...

Его провожали взглядом жители Арго. И только Леони печально промокала глаза белоснежным платочком, искренне переживая за судьбу своей принцессы.

Крэш

В наступающих сумерках хвойный лес напоминал таинственные картины из книг по зельеварению или бестиарий великого Эрена Уильямса. Лучи заходящего солнца с трудом пробивались сквозь разлапистые ели, алыми и оранжевыми отблесками подсвечивая тропу, петляющую между деревьев. Местами виднелись изящные ёлки и искривленные сосны, добавляющие лесу ощущение волшебства, словно бы пропитывая воздух, наполненный густым запахом хвои и смолы, магией.

По тропе, следуя за едва различимыми метками, двигался отряд. Он был маленьким и состоял из четырех воинов, одетых в легкие доспехи, и местного вельможи, чьи зеленые перья на шляпе воинственно торчали в разные стороны. Это был граф Лерман со своими людьми. Худощавый, еще не переваливший порог тридцати лет, он обладал волевыми чертами лица и хитрыми, жестокими глазами.

— Милорд, не угодно ли вам будет сделать привал? — один из воинов, статный бородатый мужчина по имени Карл, кивнул на ближайшую метку. — Нам идти еще около получаса.

Сопровождая Лермана не в первый раз на этом пути, Карл прекрасно знал дорогу. Не хуже он был осведомлен и о привычках своего господина.

— Дельная мысль. Не стоит выходить к пещере уставшими, — кивнул граф.

— Привал, парни, — тут же скомандовал Карл.

Мужчины нашли старое поваленное дерево, недалеко от дороги, и устроились на отдых. Бандиты и хищные звери обходили эту часть леса стороной. Отчасти благодаря стараниям местного дворянства, отчасти из-за существа поопаснее. Именно к последнему и направлялся граф, а потому воины хоть и оставались бдительны, не отказали себе в удовольствии сесть на землю и вытянуть гудящие ноги.

— Ох, красота, — протянул совсем еще молодой парнишка, которого прозвали Рыжим за огненную шевелюру.

Граф одарил его снисходительной улыбкой и достал флягу, дабы промочить горло. Карл в это время тайком вырезал на бревне перечеркнутую звезду — знак, который он всегда оставлял здесь, когда сопровождал господина. Маленькая шалость, доставляющая особое удовольствие на утомительном пути.

— Скоро будет звездное небо, — заметил склонившийся над бревном Лерман.

Карл неловко замер, так и не доведя нож до конца. Он неуверенно посмотрел на графа и столкнулся с холодным взглядом, пробивающим насквозь не хуже арбалетного болта.

— Убери это, — угрожающе произнес Лерман. — Не хватало еще оставлять здесь следы.

Воин послушно и поспешно принялся соскребать кору ножом, стирая семерку звезд, которые раньше украшали поваленный ствол. Как только он закончил, отряд вновь двинулся в путь. Через четверть часа они вышли к небольшому озеру, расположившемуся близ горного хребта. Пологий склон переходил в каменистое дно. Со скал падал маленький, но живописный водопад, за которым виднелся вход в пещеру.

Граф остановился близ воды, задумчиво разглядывая какие-то белые цветы. Вокруг них сгущались сумерки, солнце уже едва выглядывало из-за хребта.

— Милорд, скоро стемнеет, — поторопил Карл господина.

— Да, ты прав.

Лерман достал из кармана кристаллический амулет и выпустил из него маленькую искру. Та, в мгновение ока преодолев расстояние до водопада, врезалась в струи воды и взорвалась, окрасив их в насыщенно-зеленый цвет. Стоило отблескам угаснуть и в пещере загорелся огонь. Языки пламени извивались яростными змейками и стремились ввысь, освещая своды из камня. На дальней стене проступила тень гигантского ящера, чьи крылья были сложены за спиной.

— Кто явился ко мне? — голос дракона напоминал ржавые цепи на кандалах каторжников.

— Это опять я, Крэш, — Лерман ухмыльнулся, не то самодовольно, не то горько. Учитывая расценки ящера, вполне могло сочетаться одно с другим.

— Граф Лерман, какая приятная встреча! — тон дракона стал капельку мягче, в нем явно угадывалось удовольствие от личности визитера. — Какими судьбами на этот раз? Желаете отвадить соседа от своих деревень? Или, быть может, хотите второй могучий дуб с красными листьями?

— Если бы, — тяжело вздохнул позади Карл, за что получил убийственный взгляд от графа.

— Мне нужна твоя кровь, Крэш, — произнес Лерман.

От подобного заявления дракон отпрянул, его тень на несколько секунд пошла рябью.

— Зачем это? — подозрительно уточнил он.

— Мне нужна кровь дракона для приворотного зелья.

— Граф, ты понимаешь, сколько это будет стоить? — ошарашенный дракон заинтересованно подался вперед, не заметив, как перешел на «ты».

— Ты ведь знаешь: деньги не проблема. Я заплачу.

В это время к воинам позади графа приблизились светло-голубые огоньки, которые оказались группой фейри. Зубастые твари ловко распылили пыльцу вокруг мужчин, погрузив их в некое подобие транса. А после этого принялись стаскивать блестящие вещи. Парочка фейри даже позарилась на кинжал Карла, но пока они пытались вытащить его из ножен, на них налетели другие, возмущенно размахивая руками. Пришлось вернуться к пуговицам и пряжкам.

— Я почти продался... Но, граф! Неужели вы стали настолько немощны, что не способны влюбить в себя очередную дурочку, охочую вашего титула? — дракон то ли искренне не понимал, то ли издевался над Лерманом.

— Ни на грамм. Но мне нужно, чтобы наверняка и чары нельзя было развеять. Знаешь ли, — Лерман ухмыльнулся, — я планирую породнится с королевской династией. И надеюсь, твоя любовь золота перевесит вздорный нрав.

— А что, даже силой не попробуешь взять?

— Я авантюрист, но не глупец.

— А жаль, это была бы славная драка! — дракон азартно взмахнул лапой.

На такое заявление Лерман вежливо улыбнулся, не разделяя энтузиазма рептилии.

— Эх, ну ладно. Будет тебе кровь. Взамен я хочу... А-а-ах, ты ж, тролля тебе в задницу! — Крэш резко прервался, переходя сначала на визг, а затем на ругань. Голос его потерял скрежет, став почти что людским. — Убери свои грабли с моего хвоста, ошибка природы! Оторву тебе эти ослиные уши! — дракон подпрыгивал, притягивая к себе лапами собственный хвост. Прижав к груди, ящер бережно поглаживал его. — О, Уильямс, за что мне это неуклюжее наказание?

Все это время Лерман находился к изумлении, не понимая: стоит бежать, принять бой или переждать? Его пальцы нервно сжимали рукоять меча, а вся жизнь, начиная от шелковых пеленок и заканчивая последним турниром, проносилась перед глазами. В голове же набатом трепыхалась лишь одна мысли: может ли Крэш его нечаянно сжечь?!

— Так, на чем я остановился? — вновь прежним голосом продолжил Крэш, когда успокоился и перестал ругаться.

Впрочем, хвост он не отпустил и периодически грозил кулаком кому-то за своей спиной. Подобное поведение повергло графа в ужас. Он никак не мог представить в мыслях того, кто смог отдавить хвост дракону.

— Ах, да! Плата. Три корзины со сладкой выпечкой. Булочек с корицей побольше там что б. Бочка фруктов, бидон молока и пять сундуков с драгоценными камнями. Хотя... нет! Шесть сундуков!

— А ты не лопнешь? — негромко спросил Лерман, подсчитывая в голове расходы.

— Я же тебя к королю приближаю, а значит, могу требовать большего. Вот, еще раз в неделю чтобы приносили свежую выпечку и бутыль молока. В течении года? Хотя, нет. В течении шести лет. Иначе наследника утащу, — дракон указал когтем на графа.

К этому моменту Лерман прикинул, насколько будущая свадьба окупит предстоящие расходы, и оказался доволен. Облегченно вздохнул и огляделся вокруг, с печалью осознавая, что от солнца не осталось и следа. Честно признать, граф готовился к более странным и сложным требованиям.

— Это все? — на всякий случай уточнил Лерман.

Крэш какое-то время неразборчиво бормотал себе что-то под нос, а затем серьезно ответил:

— Нет. Хочу дно в озере, выложенное из сапфиров и топазов.

Граф удивленно охнул, моментально позабыв все свои опасения касательно дракона.

— А жирно не будет?! — возмущенно воскликнул Лерман. — Это же сколько магии надо! И то не факт, что сработает! Ты обнаглел, Крэш!

Он принялся ходить по берегу озера, периодически останавливаясь и пиная случайные камни в разные стороны.

— Я его, значит, делаю родственником короля, а он платить отказывается! Неблагодарная ты жмотяра, граф! Будешь платить или нет? — взревел ящер.

— Еще чего! Давай другую цену, гад!

— Вот так значит? Да? — угрожающе прошипел Крэш. А после резко подскочил и ткнул пальцем в графа: — Ату его, дамы!

В то же мгновение из кустов, камней и деревьев к Лерману полетело десяток маленьких, но злобных фейри.

— Это еще что за мухи? — удивился граф.

Но Лерману уже не оставили времени на размышления или иронию. Фейри принялись таскать графа за уши, дергать за волосы, разрывать ткань костюма, кто-то даже кусался. Одна фейри умудрилась выстрелить пыльцой Лерману в глаз. Бедный граф отмахивался от нападающих, но те оказались намного проворнее человека.

— Сдаешься? А? А теперь? — допытывался Крэш.

— Да, да, да! Сдаюсь!

Фейри отлетели от графа на несколько метров и застыли в воздухе, возбужденно трепеща крыльями.

— Выполнишь условия — получишь кровь и свое фамильное кольцо, — голос дракона излучал огромное ехидство и удовольствие.

— Черт, Крэш, давай хоть не озеро, а? — морщась от презрения к самому себе, взмолился Лерман, стоя на коленях у воды и пытаясь промыть глаз.

— А что взамен озера?

— Маленький прудик? И озеро свое не испортишь, и красивую систему тебе здесь организуем, — Лерман обреченно махнул рукой чуть в сторону.

— Прудик?

— С беседкой.

— С бесе-е-едкой, — мечтательно протянул Крэш, предвкушая, как будет плавать в воде, любуясь сверканием камней и бликами на своей шкуре. — Договорились.

— Слава богам, — простонал граф, откидывая голову назад.

— А теперь оставь меня. Я устал. Живо!

Лерман не стал больше препираться. Под бдительным контролем фейри, он и его люди, на которых перестала действовать пыльца, покинули озеро.

Когда отряд отошел на достаточное расстояние, из-за камня показался карликовый дракончик. Будучи не больше кошки, он ехидно улыбался. Его ярко-изумрудная чешуя красиво блестела под бликами догорающего костра, а фиалковые глаза весело поглядывали по сторонам.

— Как ваша охота? — поинтересовался он у фейри, поправляя на голове золотую диадему, которая когда-то была браслетом одной благородной дамы.

Следя за тем, чтобы не потерять многочисленные драгоценности, украшающие лапы и шею, Крэш принялся обходить берег озера. Он проверял награбленное и отдавал распоряжения фейри, которые тут же отправлялись их выполнять. Фамильное кольцо графа Лермана дракон забрал себе. Прижимая к груди перстень, Крэш представлял изящную беседку с лепниной, на белом камне которой будут отражаться блики от сапфиров его пруда.

Дамиан

Был полдень. Под лучами солнца снег сверкал миллионами бриллиантов. Он застилал старый лес, нынче покрытый инеем. Причудливые ветви изгибались и тянулись к небу, напоминая хрустальные фигуры потерянного дворца фей. Рядом, примыкая к спящим деревьям, раскинулись бескрайние луга, на которых летом паслил стада скота, а нынче были заметны лишь заячьи следы.

Греясь под лучами и выдыхая клубы пара, на опушке леса стояли двое. Невысокий паренек с каштановыми волосами, являющийся лордом Келли. И своеобразный дракон, словно бы пришедший из загробного мира. Ящер представлял собой огромный скелет, поверх и меж костей которого клубился мрак. И лишь в нутре его и глазах сверкали фиолетовый дым. Его звали Дамианом.

Снег звонко хрустел, когда дракон нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Он делал короткие паузы между шагами, чтобы насладится звуком сминаемого сугроба. После каждого хруста на губах Дамиана появлялась ехидная улыбка, в то время, как у лорда Келли все крепче сжимались кулаки.

— Может, хватит уже? — не выдержал в итоге парнишка, с возмущением оборачиваясь к дракону, из-за чего жиденькие волосы, торчащие из-под шапки, забавно колыхнулись. — Жди спокойно! Сколько можно действовать на нервы?

Лорд всплеснул руками и раздраженно пнул ближайший сугроб. Дамиан лениво следил за ним. Но стоило парнишке умолкнуть, как дракон сделал очередной шаг.

— Дамиан!!!

— Что?

— Ты издеваешься?!

— Я хочу своего скорпиона, — взгляд Дамиана переместился на грудь Келли, где под слоями теплой одежды хранился редчайший скелет обсидианового скорпиона.

— Выполнишь условия сделки и получишь, — мстительно прошипел парнишка, пытаясь прожечь в драконе дыру.

Тяжело вздохнув, Дамиан скучающе посмотрел на бескрайние луга, где с минуты на минуту должна была появиться вражеская армия. По крайне мере, так заверял его лорд Келли. Бесполезное ожидание сжирало ящера изнутри. Ему хотелось поскорее забрать свою прелесть и избавиться от необходимости терпеть капризы маленького лорда. Главной же прихотью Келли было победить захватчиков, вторгнувшихся в Шонтэн, чтобы получить милость короля и руку прекрасной принцессы. Несусветная глупость по мнению Дамиана.

— Лорд Келли, знаете, что говорил один мой знакомый? О снеге, что окружает сейчас нас с вами, — дракон расправил крыло, словно бы демонстрируя окружающую их белизну. — Он говорил, словно каждый шаг причиняет огромную боль снегу. Из-за него ломаются позвонки и кости сотни тысяч маленьких снежинок. Именно поэтому мы слышим такой скрип и хруст. Это рушатся скелеты ледышек, отчего они стонут от боли. И дабы прекратить или хотя бы уменьшить их страдания, не стоит выходить из дома зимой, — Дамиан еще несколько раз переступил лапами, наслаждаясь приятным хрустом.

По мере его слов лицо лорда Келли вытягивалось все сильнее, рискуя слиться своей бледностью с окружающими их сугробами. Морда дракона же изображала крайнюю степень блаженство.

— Мой знакомый ненавидел зиму, — продолжил ящер как ни в чем не бывало: — и предпочитал не выходить из дома, когда мир засыпало белым крошевом. Поэтому он и придумал такое нелепое объяснение. Но знаете, лорд Келли, мой знакомый в одном все таки чертовски прав. Когда раздавливаешь противников, они издают точно такие же звуки...

Лорд Келли передернул щуплыми плечами, побледнев еще сильнее и приобретя зеленоватый оттенок. Дракону пришлось приложить усилия, чтобы не рассмеяться. И этот мальчишка хочет занять трон Шонтэна? Конечно, у юнца ощущалась хитрость, коварство, но пока еще слишком слабо, чтобы перевесить многочисленные недостатки и слабости. Насколько смог разузнать Дамиан, мальчишка рос в парниковых условиях под крылом многочисленных нянь. Он оказался совершенно не готов занять кресло лорда, когда прошлый Келли умер от какой-то дряни. Здесь совершенно точно была необходима твердая рука, которая бы смогла слепить из этого изнеженного теста что-то приемлемое.

С неба начал падать снег. Редкие хлопья медленно кружили в небе, прежде чем опуститься вниз. Лорд недовольно смотрел на горизонт, потирая замерзшие руки и совершенно не обращая внимание, что ящер подозрительно перестал топтаться.

— Мы так в сугробы превратимся, — заметил парнишка.

Дамиан с готовностью кивнул и придвинулся к Келли ближе. В когтистой лапе оказался зажат огромный паук с фиолетовыми глазами, невесть как появившийся зимой. Дракон осторожно опустил лапы прямо над головой Келли и разжал пальцы. Паук шлепнулся на шапку паренька и начал скатываться по ней ниже, пока не зацепился за прядку волос. В этот самый момент Келли, скосив взгляд, его и увидел. Сначала раздался громкий визг, а затем лорд принялся метаться по опушке леса, пытаясь скинуть с себя мерзкое создание. Однако бедняга паук крепко держался тонкими лапками.

— Убери! Убери его! — кричал Келли под смех дракона.

Дамиан едва не лежал на снегу, захлебываясь в приступах веселья. Обряженный в сто одну одежку, лорд носился вокруг, напоминая волшебное ядро, потерявшее ориентир. И каждый новый вираж заставлял дракона хохотать сильнее, раскидывая крыльями и хвостом снег.

— Мой король, сражайтесь, как мужчина! Уверен, вы сможете победить! — подбадривал ящер лорда Келли.

Заглушенный криками и смехом, из леса никем не замеченным выехал небольшой, но вооруженный отряд. Келли, не успев затормозить, со всей силы влетел в бок крайнему седоку. Лошадь недовольно дернулась, а паренек упал попой в снег.

— Лорд Келли? — обратился к нему предводитель отряда.

— Д-да, — заикаясь проговорил паренек. Он прижимал к себе бедного паука и в испуге взирал на всадников.

— Замечательно! — продолжил тот же мужчина. — Вы захвачены в плен. Прошу вас пройти с нами.

Только после столь шокирующей новости паренек вспомнил о драконе, все еще находящемся за его спиной.

— Дамиан! — Келли подскочил и принялся отползать к рептилии. — Дамиан!

Дракон склонился над пареньком:

— Чего?

— Убей их!

— Зачем? — удивился ящер.

— Как зачем? Мы же договаривались... — в конец растерялся лорд, увязнув в снегу окончательно.

— Мы договаривались, что я уничтожу армию полководца Мерсера. А тут армии нет. Сир, вы видите армию? — обратился дракон к одному из всадников.

— Нет, — усмехнулся предводитель отряда. — Тем более, нашей армией теперь командует господин Уайтлоу.

— Вот! Ни армии, ни Мерсера! — всплеснул руками Дамиан. — Какой жестокий обман...

Дракон театрально схватился за сердце. На морде его проявилось фальшивое оскорбление и разочарование. Но во взгляде проскальзывало удовольствие. Теперь он мог легко расторгнуть договор с лордом Келли без вредя для себя.

— Ох, лорд, нам придется расторгнуть наш договор, — проговорил Дамиан печально.

— Как так? — Келли крепче прижал к себе паука, будто это была его спасительная соломинка.

— И я забираю скелет. В качестве компенсации, — еще более скорбно произнес ящер.

— Ч-что?

— Не волнуйтесь, лорд Келли, — улыбнулся предводитель отряда. — Наш господин Уайтлоу решил совершить жест доброй воли.

— И в чем он заключается? — одновременно обреченно и подозрительно спросил Келли.

— Он дарит вас дракону Дамиану.

— Но я же не вещь! — возмутился паренек, стукнув кулаком по снегу.

— Верно. Вы военная добыча, — важно кивнул ящер.

Лорд Келли затравленно огляделся по сторонам. Окруженный вооруженными всадниками и драконом, ему было некуда деваться. Все его планы и мечты в одно мгновение превратились в пепел.

— И зачем я тебе, Дамиан?

— Для сделки, — дракон похлопал парнишку по спине. — Видишь ли, у этого короля тоже есть дочка. И если я воспитаю тебя должным образом, кто знает? Может, мы найдем тебе другую принцессу. А мне много замечательных вещей... — Дамиан мечтательно прищурился.

— Но мое сердце отдано леди Елене, — пролепетал лорд Келли.

— Ой, я тебя умоляю. Сердце! Видел свою Елену один раз и тот на портрете. Так что выкинь эту глупость из головы. Она привела тебя в мои лапы!

Со стороны отряда послышались сдерживаемые смешки.

— Не волнуйтесь, лорд Келли, — произнес глава отряда. — Наша принцесса намного краше.

— Вот-вот, — дракон подтолкнул хвостом парнишку, чтобы тот поднялся. И затем продолжил: — И помните, лорд, за непослушание будете драить мою обитель. А там много всякого, чего вы так не любите.

Стоило Келли оказаться на ногах, как Дамиан подхватил его в лапы и взмыл в небо.

— Передайте Уайтлоу: я буду ждать его на озерном берегу! — напоследок крикнул дракон всадникам. Разворачиваясь в сторону далеких гор, он наставлял Келли: — Держи паука крепче, рот закрой. Вот так. И головой сильно не верти, оторвет.

Когда ящер оказался над лугом, его поглотила вспышка фиолетового портала. На опушке остался лишь небольшой отряд.

— А нас он не надурит? — задумчиво спросил один из всадником.

— Если и надурит, то господина Уайтлоу, а не нас, — пожал плечами командир. — Но надеюсь, нет.

— Я слышал, они старые приятели, — промолвил другой.

Окинув последним взглядом местность, предводитель повернул коня обратно в лес. И вскоре о произошедших событиях свидетельствовал лишь вытоптанный снег.

Барри

Удивительные и величественные Румарские горы возвышались над равниной грозными исполинами. Их заснеженные склоны таили в себе немало опасностей. Ледники, лавины, острые скалы и узкие тропы над глубокими ущельями. И если в основания вгрызались упорные рудокопы, то выше поднимались одни лишь безумны.

Опытный маг Грэг, одетый по последнему писку столичной моды, не относился ни к тем, ни к другим. Но жизнь завела его на опасные тропы Румарских гор. Низкорослый и не в меру упитанный, он с трудом поднимался вперед, надувая раскрасневшиеся пухлые щеки. Сопровождал его небольшой отряд и проводник из местных.

Остановившись на развилке, Грэг тяжело перевел дыхание. Достал из кармана часы и открыл крышку. Минутная стрелка показывала на запад.

— Пройти тут можно? — осведомился он у проводника, молодого мужчины по имени Хейтч.

— Придется воспользоваться старым мостом, — важно кивнул тот.

— Насколько старым?

— Прилично, — ухмыльнулся Хейтч. — И он подвесной.

Воины отряда тревожно переглянулись между собой. Старый мост мог и не пережить их вес, в который входила еще и броня с поклажей. Мага старая конструкция также могла не выдержать. Терять работодателя они не хотели. И пусть мужчины посмеивались над толстеньким магом, они все таки поглядывали на него с уважением. Несмотря на свой вес, Грэг поднялся по сложному склону и продолжал держать путь дальше.

— Вот ведь забрался, чешуйчатый засранец, — проворчал маг, утирая пот со лба. После громче добавил: — Значит в путь!

— Мэтр, вы уверены? — подал голос седовласый вояка.

— А что, Ивар, боишься научиться летать? — Грэг хохотнул, подтолкнув Хейтча тростью вперед.

— Не хотелось бы раньше времени, — честно признался воин.

— С вами председатель Лаймбургского союза магов, — Грэг постучал пальцем по медальону с гербом на груди. — Я не дам вам упасть.

Не сказать, чтобы маг успокоил свой отряд, но у них не было особого выбора. Грэг обладал репутацией упрямого и прозорливого человека, что предпочитал простые, но действенные пути. Если откровенно ленивый маг забрался так высоко, не стоило и надеяться, что он повернет обратно или свернет на другую дорогу. На проводника Хейтча воины и вовсе не надеялись. Этот местный точно не сможет убедить Грэга отправится к цели иначе. Во-первых, проводнику обещана щедрая плата. Во-вторых, глава деревни назвал Хейтча безрассудным малым. Но именно этот безумец лучше всех знал здешние тропы.

На подступах к мосту отряд столкнулся с очередной трудностью. Слишком узкая тропа. Хейтч без труда прошел вдоль выступающего над пропастью камня. Вояки, попыхтев и втянув все, что можно, также преодолели опасный участок. Но вот Грэг... Он не мог в достаточной мере втянуть живот, прижаться спиной также не особо выходило.

— И почему вы не предупредили меня об этом, Хейтч? — грозно осведомился маг, смотря на тропу, словно та была ядовитой змеей.

— Я не думал, что тропа станет проблемой, — честно признался проводник, озадаченно почесывая затылок.

Переведя уничижительный взгляд на Хейтча, Грэг похлопал себя по животу.

— Да-а... — протянул он. — Когда-то я был вполне способен на такие авантюры. Но чертова бюрократия не оставила шансов.

Со стороны вояк послышались неуверенные смешки. Они-то, наемники уже много лет работающие на союз магов, знали: мэтр Грэг всегда обладал склонностью к лишнему весу.

— Ну, хватит болтать, — маг в последний раз хлопнул себя по животу.

Деловито оглядев камень и тропу, Грэг отцепил от пояса маленькую флягу. Он сделал пару добрых глотков и передернул плечами, убирая емкость обратно.

— Эликсир? — заинтересовался Хейтч.

— Коньяк, — улыбнулся Грэг.

Маг подошел к тропе и повернулся спиной к камню, справедливо решив, что так будет удобнее. Двигаться приходилось боком, прилагая огромные усилия. Под ногами зияла пропасть, в которую скатывались редкие мелкие камешки. Грэга качало. На лбу выступили капельки пота.

— Я оторву ему все клыки, как только найду, — бормотал он, стараясь дышать неглубоко, дабы спина не отрывалась от камня. — А глаз выковыряю и насажу на пику центральной башни. Да, так и сделаю...

Грэгу показалось, словно прошла целая вечность, прежде чем он, под молчаливое волнение спутников, наконец преодолел опасный участок.

— Вы справились, мэтр! — Ивар помог магу сделать последние несколько шагов, вместе с товарищем затащив его на широкую площадку, где они все ждали.

— О, я и не сомневался в этом, — отмахнулся маг, переводя дыхание.

— Вы бы еще своего «эликсира» глотнули, — хохотнул Хейтч.

— Оставим его на будущие подвиги, — Грэг выпрямился. — Что ж. Ведите дальше.

После опасного приключения маг заметно сбавил скорость. Впрочем, он упрямо отказывался делать привал, чтобы отдохнуть. Сначала нужно было преодолеть старый мост. Грэг не сомневался: с ним, как и с тропой, будет трудно.

Через минут пятнадцать отряд вышел к обрыву. По легендам, когда-то с Румарской горы сползал ледник, вызванный схваткой двух сильнейших колдунов прошлого. Он-то и образовал расщелину, сделав подъем на вершину еще труднее и опаснее. Кто и когда перекинул через нее подвесной мост, до сих пор оставалось загадкой даже для жителей ближайших селений.

— Он? — без всякого энтузиазма спросил Ивар.

— Ага, — Хейтч положил руку на ближайшую сваю.

Мост действительно оказался старым. Толстые канаты крепились к двум сваям на каждой стороне. Местами прогнившие, широкие доски хлипкой основой нависали над обрывом. От любого дуновения ветра раздавался противный скрип. Выглядела конструкция ненадежно.

— По одному, — скомандовал Грэг, покручивая в руках трость.

Воины неуверенно переглянулись. Никто не хотел рисковать. Тогда Грэг наугад ткнул тростью в первого попавшегося вояку. Тот сначала инстинктивно отшагнул, но затем направился к мосту. Грэг сконцентрировался на досках, обхватив трость двумя руками и непроизвольно хмурясь. От мага к мосту потянулась тонкая нить силы, испускающая желтое свечение. Она постепенно принялась обволакивать всю конструкцию. Это воодушевило членов отряда, и они уже с меньшей опаской начали переходить на другую сторону. Замыкал шествие Грэг.

Когда с мостом было покончено, маг грузно привалился к ближайшей скале. Несмотря на мороз, его лицо было красным. Грэг обмахивал себя правой рукой, раздумывая: умыться снегом или это слишком недостойно мэтра? Ноги гудели от долгой ходьбы, дышать было трудно. Хотелось скорее вернуться в обитель к горячей ванне, отобедать сочной бараниной и испить красного вина. Вместо этого Грэг сидел в снегу у черта на рогах и тратил свой день по поиски проклятой рептилии.

— Почему я все время должен искать его по всем ближайшим ущельям? — риторически спросил маг, тяжело вздыхая.

— Простите? — удивился Хейтч.

— Каждый раз у нас одна и та же история. Верно, Ивар? — распалялся Грэг все больше.

— Верно, мэтр.

— Мы лезем на горы, в пещеры, взбираемся на скалы. И везде мокро, холодно или ветренно! Почему нельзя хоть раз выбрать что-то ближе или теплее? — Грэг посмотрел на Хейтча, словно это проводник виноват в том, что отряд вновь оказался в горах.

В этот самый момент маг почувствовал, как камень за его спиной начинает уходить в сторону. Не сумев удержать равновесия, он завалился назад, раскидав ворох снега и разразившись грубой бранью. Замолчал Грэг только, когда над ним нависла улыбающаяся морда дракона.

— А я-то думаю, кто мне спать мешает, — проговорил ящер.

— Барри! — не то испуганно, не то радостно воскликнул маг.

— Высокоуважаемый мэтр Грэг соизволил почтить меня, недостойного, своим присутствием, — фальшиво растрогался Барри. С его морды сыпался снег, а ноздри чуток подрагивали, пока дракон втягивал воздух. В итоге, он обличительно произнес: — Опять пили.

Встав в полный рост, ящер встряхнулся. Под лучами солнце сразу засверкала сапфировая чешуя, притягивая к себе все взгляды. Барри был истинно прекрасен. Изящное гибкое тело, мощные крылья и острые зубы. Казалось, словно перед людьми предстал не дракон, а искусная статуя.

— Вовсе нет! — тут же принялся отпираться Грэг, пытаясь подняться на ноги. — Зачем ты залез в такую дыру? Я насилу нашел тебя!

Ноги Грэга разъезжались в разные стороны, и он каждый раз плюхался обратно в снег, раздражаясь все больше. За спиной послышались сдерживаемые снежки Хейтча.

— Я чую запах коньяка. Мог бы меня позвать, — дракон мстительно плюнул капелькой огня под ноги мага, растапливая снег.

Грэг поднялся и печально оглядел большое мокрое пятно на своих брюках. Хейтч перестал сдерживаться.

— А я звал! — всплеснул руками маг, попутно высушивая штаны. — Еще бы ты услышал. И мне бы не пришлось лезть сюда. Но ты никогда не слышишь, если самому ничего не нужно.

— Я просто рассеян, — фыркнул Барри. — Что ты хотел?

— Мне нужна твоя слюна, — тут же перешел к делу Грэг.

Он не в первый раз обращался к Барри, и прекрасно знал, когда можно было пуститься в долгие разговоры, а когда стоило говорить коротко и по существу.

— Что, опять король послал шпионов? Хочешь их травануть моей слюной? — в любопытстве сощурился ящер.

— Если бы... И никого я убивать не собираюсь, — возмутился Грэг. — В магической академии объявился василиск. Его взгляд может нейтрализовать только слюна северного дракона.

— Ах, на моего дальнего родственичка покуситься задумал? — наигранно изумился Барри.

— Так дашь или опять жмотить начнешь?

— Да, дам-дам, куда я денусь? — отмахнулся дракон. — Погоди минутку.

Он развернулся и полез в пещеру, вход в которую до этого перекрывал. На обрыве остался лишь кончик сапфирового хвоста. Грэг наблюдал за драконом с подозрением. Уж больно быстро тот согласился.

— Так, — на мгновение Барри выглянул, оглядывая отряд, мага и проводника. Вновь скрывшись внутри пещеры, он продолжил: — С тебя алмаз в количестве пять штук, рубин — два, изумруд — шесть и чего-нибудь красивого по мелочи. Еще бочонок меда и один студент.

— Ого! Да ты меня обокрасть решил! где я столько камней найду? — внезапно ретиво для своего веса подскочил Грэг.

— А то, что мне нужен студент, тебя не смущает? — выглядывая из пещеры, с любопытством поинтересовался ящер.

— Нет! Их много, а камней у меня мало.

— Ну-у, — дракон полностью вылез, отдавая Грэгу баночку с мутно-лазоревой жидкостью. — Если отдашь паренька, — Барри кивнул на Хейтча, который изумленно вытаращился на говоривших, — то можем скосить все в половину. Кроме меда.

— Чертова сладкоежка, — проворчал Грэг, оборачиваясь к проводнику.

— Эй, я на такое не подписывался! — тут же отозвался тот.

— Вот поэтому я вас и не отдаю, но прошу добровольно совершить сей подвиг, — серьезно проговорил маг. — Жизни множества студентов в ваших руках.

— Но я не хочу становится обедом дракона ради каких-то там студентов!

— Я не собираюсь тебя есть, — презрительно скривился Барри. — Ты же не маковый рулет, в самом деле.

— Но зачем я вам тогда? — еще больше удивился Хейтч.

— Каждый уважающий себя дракон обязан посвятить в тайны бытия парочку учеников. Вот только мне с ними не везет. Вечно истерички какие-то попадаются, — посетовал ящер.

Услышав откровения Барри, маг с возмущением и даже капелькой алчности посмотрел на него.

— Почему не я?

— Ой, перестань, Грэг. Ты и ученик? Тебе корона не позволит, — хихикнул Барри под осуждающим взглядом мага. — Ну так что, парень? Согласен? Уходить из дома пока не надо. Но слушаться меня придется беспрекословно.

Хейтч призадумался, разглядывая рептилию. Его терзали сомнения и любопытства. Но в конечном итоге, тяга к безрассудству взяла вверх.

— По рукам. Или лапам?

— Ты не пожалеешь!

— Вредная ящерица, — фыркнул Грэг, прижимая к себе заветную банку.

Маг хотел было отправится в обратный путь. Но в памяти всплыли мост и тропа, а еще долгий путь вниз.

— Барри, а спустишь меня вниз? — попросил он дракона.

— Ты тяжелый, — тут же отреагировал Барри.

— А ты сильный, — заискивающе улыбнулся Грэг. — Заодно угощу тебя прекрасным вином из Рударского королевства с шоколадными конфетами. Изумительная выдержка! Безупречный букет!

Дракон заинтересованно склонил голову. Затем облизнулся.

— Ладно, залезай.

Барри пригнулся, помогая толстяку взобраться к себе на спину. Через пять минут они были готовы к пути.

— Парень, приходи послезавтра! — напоследок крикнул дракон Хейтчу, прежде чем взмыть в небо.

Барри легко поднялся в воздух, купаясь в лучах солнца и поднимая снежное крошево. На его спине восседал Грэг. Он был бледен, но на лице застыло выражение небывалого восторга. Его эмоции были настолько сильными, что передавались и дракону, который решил сделать магу небольшой подарок: доставить прямо к стенам академии.