Доминик и Мерк. Хорошие парни

Доминик и Мерк. Хорошие парни

Доминик и Мерк. Хорошие парни

*

- Ей, белобрысый? Это рядом кто, твой отец? Что, тебя одного на рынок не отпускают? Боятся, что ты потеряешься?

Услышав такие слова, я медленно обернулся, и увидел, как две молодые девушки насмехаются над моим младшим братом. Хотя, почему только над ним? Получаются, что и надо мной тоже. Отец? Да какой я ему отец? Я -его старший брат, и взрослее его лишь на год. Мне - двадцать лет. А ему – девятнадцать.У меня темные волосы, а у брата – светлые. У него двухполосная рубаха синего и серых цветов, а у меня – зеленая вместе с коричневым. Да, внешне мы похожи – у нас один овал лица, один и тот же узкий подбородок. Но отец и сын? Ишь, чего надумали.

Ясное дело, что я в ответ говорить ничего не стал. Но я не Мерк – моему брату всегда есть что сказать в ответ тому, кто его обидел.

- Слышите вы, седьмая грязь на девятом поту! Идите-ка отсюда и не донимайте важных людей! – окрысился он в ответ.

Молодые девушки, по виду, служанки в небогатых домах, одетые в простые суконных платья, услышав такое, прыснули от смеха

- Ой, и это вы-то – важные в городе люди? – рассмеялись они.

Так-то оно так – на важных людей мы были мало похожи. По нашей одежде нас можно мы больше тянули на простых горожан.

Но Мерк имел ввиду не одежду.

- Да! – ответил брат. - А если и дальше будете нас донимать, то мы с моим братом так вас оприходуем, что мало не покажется. Поэтому идите отсюда и не донимайте молодых магов, чтобы я не превратил одну из вас в мерзкую лягушку!

Девицы вновь захихикали, но на всякий случай решили убраться в толпу. Увидев это, я с облегчением выдохнул. Я люблю разговаривать. Но как себя везти с такими нахальными особами, я не представлял.

Убедившись, что девицы ушли, Мерк повернулся ко мне.

- Так, о чем это ты? – спросил он меня наигранно беззаботным голосом.

- Да все о том же. – Я указал рукой на лавку кожевника, которую мы совсем недавно покинули. Мы зашли в него чтобы купить сумки для эликсиров, и при их выборе чуть ли не подрались.

Как? А вот так. Этим утром, перед тем как пойти в лавку кожевника, мы условились, что в любом походе нам нужно иметь с собой как минимум пять зелий: зелье исцеление малой раны, зелье исцеление большой раны, зелье против боли, зелье исцеление от слабой заразы и зелье исцеление от заразы сильной. Условиться то мы условились, но, когда мы пришли в лавку и стали выбирать себе поясные сумки, я стал выбирать сумки на пять ячеек. Мерк же собирался брать себе сумку всего на три ячейки.

- Но почему она такая маленькая? – спросил я его, когда увидел выбранной им размер.

- Как почему? – Удивление брата было очень искренним. - Мы же договорились, что нам с тобой нужно брать не менее пяти зелий. Верно?

- Да. - Так мы и договаривались.

- Мы на все задания ходим с тобой вдвоем. Верно?

- Да. – И это тоже правда. После первого задания, на которое я уговорил брата, и второго, где мы победили тварь благодаря тому, что действовали вместе, мы стали выполнять все задания только вдвоем. Так спокойнее. И надежней.

- Ну вот. Нам нужно в дорогу пять зелий. А мы ходим вдвоем. Так сколько нам нужно на брата? - спросил он меня с улыбкой, уверенный в своей правоте.

Ах вот он как считает?

- Нам нужно по пять зелий на одного. По пять зелий на каждого! Это тебе понятно? – заявил ему я, возмущённый таким подходом.

- По пять на каждого?

- Да.

- Но это же очень глупо. – Мерк развел руки в стороны, словно показывая, насколько много глупости в моем утверждении. - Зелье исцеление малой раны нужно для малой раны, - заявил он, поднимая руку и загибая палец. - Зелье исцеление большой раны нужно от большой раны. – Загнут ещё один палец. - Зелье против боли нужно от разной боли. Зелье исцеление от слабой заразы нужно от слабой заразы. Зелье исцеление от сильной заразы нужно от большой заразы. – Закончив с перечислением, он поднял вверх получившийся кулак. – И ты хочешь казать, что где-то будет бой, где мы используем для лечения все эти пять зелий?

- Ну...- Утверждать такое я никак не мог.

- Вот. Вот! - Лицо моего брата засияло уверенностью. – А это значит, что нам не нужны два комплекта зелий. Нам нужно всего оно. Всего одно на двоих.

Однако я с ним в этом был не согласен.

- Эти пять зелий это - минимальный запас. Так нам сказал продавец в алхимической лавке. И этот запас рассчитан на одного человека, - выдвинул я очевидный довод.

- Но, поскольку мы вместе, то нам достаточно и одного комплекта, - выдвинул свой довод брат.

- Одного будет мало, лучше взять два на двоих, - я не унимался и стоял на своем.

- Мы с тобой маги. Ты -маг земли, а я -маг воды. Мы с тобой сражаемся издалека. Какой вообще шанс, что кто-то нас может ранить? Этот шанс очень мал. Поэтому комплекта зелий на двоих нам хватит с головой. – Мерк уперся рогом как упрямый баран.

- Может и так. - Тут я спорить не стал. – Но вдруг мы разъединимся? Вдруг кто-то из нас потеряется? Пойдет не той дорогой и попадет в беду сам? Как же ему быть тогда с половиной комплекта?

- Потеряемся? Мы? Мы что с тобой, дети малые? Взрослые не теряются, а потому одного комплекта нам хватит с головой.

Вот же упрямый лось.

- Ну хорошо. А если кто-то из нас потеряет свой комплект. Что делать тогда, скажи, а? - Я продолжал напирать.

- Потеряется? Мы что. дети малые, чтобы что-о терять? Я вот ничего не теряю. И ты никогда не теряешь. Так с чего бы вдруг… - не сдавался он.

- Хорошо, хорошо. - Я слегка призадумался. – А если случится, что мы найдем кого-то еще? Кого-то такого, кому нужны будет зелья? Если так выйдет, то мы можем что-то отдать из второго комплекта, и все одно мы не останемся с пустыми руками.

Вроде разумный довод.

Но брат так не считал.

- Ну, гляди. Если кто-то решил пойти в опасное место и умудрился там потратить все свои зелья то, с чего я должен делиться своими зельями с этим человеком? - Брат распахнул руки в стороны, и в этом движении он обрел форму весов, застывших в ожидании решающего взвешивания. – Тот человек пошел в лес один? Пошел без поддержки? – «Весы» качнулись, и левая рука пошла вниз. – Человек в бой вступил? Силы не рассчитал? Зелья все потратил и все-равно ничего не добился, раз ему нужна помощь? - Левая рука осуждающе опустилась вниз, а правая словно поднятый меч, взывала к небесам. – И я должен такому человеку пожертвовать свои зелья? Дать защиту ему и забрать у себя? - Брат взглянул на меня осуждающим взглядом. – Не честно. И не разумно. Неравноценный обмен, - уверенно сказал он и опустил свои руки.

Вот же противная овечья гавнюшка. Такую чушь говорит и с таким умным видом! И как его переубедить? Хотя… А стоит ли его убеждать?

- Ладно, так и быть – ты купи себе свою сумку, а я куплю свою, - решил я наш спор.

- Вот так бы и раньше, - с довольной улыбкой согласился брат.

*

На следующий день мы с братом решили уйти в ближайший лес, подальше от суеты города и людских глаз, чтобы полностью посвятить себя оттачиванию магических навыков. Конечно, у нас были и дом, и лавка, но ни в одном из этих мест мы не могли позволить себе развернуться в полную силу. Мерк, чья магия воды была относительно безопасна для помещений, еще мог надеяться, что его заклинания не разрушат стены и пол. Но я, с моей стихией земли, о подобной свободе мог только мечтать. Поэтому наш выбор пал на Светлолесье – место, где мы могли дать волю своей силе без всяких ограничений.

Мы вышли в поход сразу после раннего завтрака. Хотя Светлый лес считалось относительно безопасным местом, мы оделись в путь как на боевое задание. Наши тела были защищены короткими кожаными безрукавками, сшитыми из множества слоев тщательно промасленной воловьей кожи. Такая броня служила надежным щитом как от мощных челюстей, так и от острых когтей. На поясе у каждого из нас покоился меч – остроносый клинок с двусторонней заточкой, а за спиной – фляга, вмещающая воду на целый день. Еще я прихватил с собой небольшой мешок, предназначенный для сбора редких трав, а Мерк – свой верный нож. Ну и конечно, на каждом из нас были сумки с зельями: у Мерка на три флакона, а у меня на пять.В довершении образа, сверху на нас были мантии магов: на Мерке – синего цвета, а на мне – коричневого. Зачем нам мантии в лес? Мы же пройдем через город. Пусть его люди видят, что мы с моим братом маги.

У северных ворот в этот день было достаточно людно – командир воротной стражи не мог о чем-то договориться с хозяином въезжающего в город каравана, и из-за этого образовался затор. Но мы не расстраивались. Во-первых, мы с братом никуда не спешили. Во-вторых, Светлый лес находился всего в нескольких сотнях шагов от городских ворот. И под конец, было приятно ловить на себе заинтересованные взгляды толпящихся рядом людей и их тихий шепоток. А-то! Рядом с ними стояли настоящие маги. Теперь им до конца дня будет что рассказать соседям.

Однако наше внимание привлекла группа лиц, стоящих перед нами. Их было пятеро. Было видно, что все они очень нервничают. Особенно сильно волновался, а если точнее, был просто вне себя высокий худой жилистый мужчина с темными волосами. Он постоянно оглядывался назад, обыскивая взглядом собравшуюся толпу, и что-то бубнил себе под сломанный нос. Стоящий с ним рядом здоровяк пытался его хоть как-то успокоить, но по его глазам тоже было заметно, что он сильно переживает. Еще двое других, низкорослый рыжий мужчина и сухопарый юноша, тоже беспокоились, но волновались молча. Пятый же, судя по одежде слуга из богатого дома, переживал больше все – это было видно по его опустошенному взгляду. Раз за разом его тело бросало в мелкую дрожь, и он едва заметно поглаживал свои плечи, чтобы ее унять. И чем ближе было окончание спора командира с хозяином, тем больший страх читался в лицах этой пятерки.

Наконец жилистый мужчина не выдержал.

- Какого драного лешего! – крепко ругнулся он, и резко дернулся, как кукла на верёвках. – Аурен был должен давно сам явиться сюда. Еще до рассвета. А его все нет. Что за дела, а, Зан?

- Может он придёт. Он придет. Не может не прийти, - продолжал успокаивать его здоровяк, однако по тону мужчины я сразу понял, что и он в это не верит.

- Зан, у нас времени нет. Как только до нас дойдет очередь, мы покинем Сатус. Мы не можем здесь дольше оставаться – у нас на это просто нет времени. Нет времени, что б его!

Услышав резкую речь, большинство людей сразу же отошли, образовав рядом с парой кучу свободного места. Однако мы с братом наоборот, сразу заинтересовались услышанным разговором.

- Ты прав Брокк – времени нет. Нам надо идти, - согласился с ним здоровяк – Но без Аурена, без мага… Что это будет за путь? Мы же не пройдем через Дуболесье и половину пути.

- Знаю. Знаю, что б его. – Брокк нервно дернулся, словно ему было больно. - Поэтому я и взял на задание этого выскочку мага. Мечи и луки - это хорошо. Но и магия нам совсем не помешает. Особенно, если это магия укрощения животных

Мечи и луки? Только тут я обратил внимание, что все в этой компании были вооружены. Даже слуга. Брокк носил с собой два меча, здоровяк – щит и алебарду. У рыжего мужчины был лук, у худого паренька – арбалет, а у отчаявшегося слуги что-то вроде пращи. И, да - на всех, кроме слуги, виднелись кожаные доспехи.

Наконец спор подошел к концу, и хозяин каравана принялся отчитывать воину в голубой тунике с орлом золото и серебро. Видя это, Брокк в последний раз обернулся назад. В его глазах полыхнула такое безумное отчаяние, что я слегка отшатнулся. Я сделал маленький шаг назад, и этим привлек его внимание к нам. В начале его взгляд нисколько не поменялся - все тот же огонь безумия вместе с волной отчаяния. Однако потом его глаза сфокусировались на наших мантиях и в его взгляде промелькнула надежда.

- Маги?- Резкий вопрос и столь же резкий поворот ко мне с братом.

- Да, мы маги. А что? – тут же спросил его я. Но тот пропустил мой вопрос мимо своих, чуть подранных, ушей.

- Какая ваша сила? – выдавил он новый вопрос. Увидел его интерес, остальная команда тоже развернулась и стала глядеть на нас с искренним интересом.

Ладно, что ж, отвечу.

- У меня – магия земли. У моего брата - магия воды, - пояснил ему я. – А чего вы хотите?

Брокк снова меня не услышал.

- Ранг магии у вас какой? Есть хотя бы второй?

- Нет. У нас только первый, - ответил я ему честно.

Брокк отчаянно скривился, но все равно кивнул головой.

- Сейчас свободны? Ни с кем контрактом не связаны?

- Ни с кем, - ответил я. – Мы просто идем потренироваться в ближайший к городу лес.

- В Светлолесье, значит?

- Да.

Брокк снова поморщился, но его лицу я видел, что он на что-то решился.

- Как вы смотрите на то, чтобы заключить со мною контракт? Контракт на один день? Мы идем в Дуболесье, и, как вы уже слышали, нам не хватает мага. Я могу вас нанять. Что скажете? Хотите?

Предложение было быстрым и необычным, отчего какое-то время я просто молчал, словно меня ударили по голове пыльным мешком с одеждой. К счастью, в этот момент Мерк меня подменил.

- Дуболесье – лес небезопасный. Там можно встретить много хищных зверей. А еще там могут водиться разбойники, нежить и даже монстры. С чего вам туда идти? - прямо спросил брат его.

- То, что он опасный, мы знаем. Иначе бы мы так не вырядились, словно мы идем на войну. - Брокк попытался улыбнуться в ответ, но его улыбка получилась неискренней - сразу было видно, что улыбаться он не привык. – И именно потому нам не хватает мага. Зачем это нам? Вас, посторонних, это не касается. Я вам расскажу, но после того, как мы договоримся. – Брокк снова постарался нам улыбнуться, чтобы казаться вежливым, но поняв, что у него не выходит, бросил эту затею. – Итак, что вы скажете? – грубо спросил он у нас.

Теперь за дело решил взяться я.

- Контракт на один день? – стал я спрашивать у него.

- Да, – четно, почти по-военному, отозвался Брокк. – Как взойдет луна, можете быть свободны.

Еще один вопрос.

- Какова наша задача? – спросил я у него.

- Защищать нас при ходе через лес. Защищать от всего что нам встретится: от людей, от зверей и от монстров.

Вроде все понятно. И последний вопрос:

- И какой будет плата?

- Плата? – Брокк оглянулся назад, и тут же караван начал двигаться в город. Как я понимал, времени у него не было. – По серебряному на брата.

По серебряному на каждого. Как для молодых магов - очень щедрая плата. Вдвое больше того, на что я рассчитывал. Даже его компаньоны, услышав эту цены, недобро нахмурились. Нахмуриться-то нахмурились, но возражать не стали – сразу видно, кто у них за главного.

- Договорились, - дал я ему ответ, быстро взглянув на довольное лицо брата. Еще бы он был не довольным. Ведь, по сути, нас ждет та же магическая тренировка, что мы с ним, да еще за деньги. Да еще и задание просто так получили. Для пущей уверенности стоило бы подписать договор...

- Вот, держите. – В свете солнца сверкнули два новеньких медяка и тут же упали в наши выставленные ладони. – Хорошие парни денег жалеют. А мы – хорошие парни. Так?

- Так, так, - раздалось одобрительное.

Все, больше мы с Мерком ни в чем не сомневались.

- Винчи! Поговори со стражей - пусть нас выпустят побыстрее.

Подчиняясь приказу Брокка, слуга тут же направился к командиру воротной стражи. Пара мгновений – и мы вышли за ворота.

- Идем, - скомандовал Брокк, поднял с земли небольшой холщевый мешок и шагнул вперед.

*

День для путешествия выдался хороший. Несмотря на то, что половину небесной лазури затянули серые облака, даже на маленький дождь не было и намека. Легкий ветерок лишь приятно шевелил волосы, и даже не думая перерастаться в что-то более сильное.

Пятеро путешественников уверенно шли вперед, в сторону тонкой полоски зелени, видимой на горизонте. Это до Светлого леса можно было добраться в два счета, а вот до Дуболесья придется прилично идти.

Наши спутники шли молча, лишь изредка перебрасываясь непонятными нам словами. Первым шел, понятное дело, Брокк. Он шел легко, быстро и уверенно, как будто путешествия всегда были частью его жизни. Первое время, пока мы еще не отошли далеко от каменных зубчатых стен, он еще тревожно оглядывался в сторону открытых ворот, но с каждой сотней пройденных нами шагов, его голова поворачивалась все реже и реже, пока он и вовсе забыл о своих волнениях. Каждый его шаг сопровождался легким позвякиванием мечей, скользящих по ногам и тихим ударом о спину подпрыгивающего мешка.

Рядом с ним шел тот самый здоровяк. Несмотря на вес кожаных доспехов, большого прямоугольного щита и длинной алебарды, он так же шел легко и непринужденно, словно этот вес был для него пушинкой. Как и у Брокка, на его лице читалось волнение, но он то ли меньше переживал, то ли старался меньше выражать это чтобы успокаивать Брокка. За что именно они переживали - за то, что упустил своего мага, или за поход по небезопасному Дуболесью, я пока не знал.

Низкорослый рыжий мужчина, которого звали Куши, так же выглядел на взводе – едва мы покинули город, он тут же схватился за лук, словно был готов тут же пустить его в дело. Это меня удивило – до Дуболесья было еще далеко, а лучник нервничал, словно мы уже вошли в его подлесок. Но шел рыжий легко и плавно – при каждом шаге его ноги плавно пружинили, словно он шел не по твердой земле, а по мшистым болотным кочкам.

Тоже самое можно сказать о худощавом юноше с арбалетом, которого Куши всего один раз назвал по имени - Ларес. Как только они отдалились от города где-то на сто шагов, он сразу же стянул со своих худых плечей арбалет, а даже вложил в него болт. Еще через каждые сто шагов Ларес, то и дело посматривал на лица своих товарищей, но судя по тому, что он видел, его уверенность даже не думала прибавляться. И шел вперед он совсем не так легко и уверенно, как остальные трое.

Но хуже всех было Винчи, слуге. Ужас в его глазах так сильно хлестал наружу, что был подобен рою ос, вырвавшемуся наружу из разорённого гнезда, чтоб наказать наглого обидчика. Я и раньше обратил внимание на его расширенные от ужаса глаза, но даже сейчас, по прошествии некоторого времени, его лицо нисколько не изменилось – ужас не ушел, а глаза были подобны двум широким блюдцам. И что ещё бросалось в глаза – он был не ходок. Вот совсем. Он не то, чтобы не умел ходить в дальние походы – ему даже небольшие переходы были явно не по плечу.Он часто сбивался с ноги, часто ступал не в такт, потому что не умел с ходу выбирать правильное, ровное место, чтобы поставить поднятую ногу. Видимо, он больше привык к ходьбе по ровной мостовой, чем по неровной земле.

«Ох и намучаемся мы с ним, – с тоской подумал я. – И зачем он отправился в этот сложный поход? Кстати, а не пришло ли время узнать про поход подробнее?» – спросил я сам себя и тут же понял – пришло.

- Брокк, - смело заговорил я, поправлявшись с предводителем этой странной команды. – Вот, мы теперь уже с вами. Не желаете ли просветить нас о цели похода?

Услышав мой вопрос, Мерк тут же навострил свои уши. Оно и понятно - и ему было интересно. Кстати, почему-то услышать это оказалось интересно и всем остальным. По крайней мере я так истолковал их любопытные взгляды.

- Цель? А цель у нас проста, - весело ухмыльнулся Брокк, скосив взгляд на меня. – Но тут главное - история. А она такова – сегодня в этом городе произошла крупная кража.

- Кража? – тут же громко воскликнул я.

- Угу. – Брокк уверенно кивнул. – И не абы какая - сегодня ночью воры выкрали фамильные драгоценности у семьи Лагуер. - Мужчина кивнул на слугу, а точнее – на герб на его одежде.

- Фамильные драгоценности! Семья Лагуер! – выкрикнули мы с Мерком, не в силах сдержать возбуждения. Вот это да! Вот это происшествие! Пока мы с братом мирно и сладко спали, в этом большой городе произошло такое событие! А мы пошли себе в лес, ничего не ведая.

- Кража прошла удачно для воров – как я, кх-м, слышал, они успели затемно пересечь городские стены. Пропажа вскрылась утром. Семья Лагуер в ужасе. Стража семьи в панике – ведь они хранили свои сокровища за семью печатями.

Семья в ужасе, слуги в панике. Неужто этот Винчи поэтому так напуган? Если так, то это все объясняет

Брокк собирался продолжить, но Мерк его перебил.

- Если вскрылась пропажа, то эта семья должна была позвать стражу. Так должно быть! – заявил он уверенно.

- Они и позвали, – заверил Брокк его. - Но, сам пойми, стража — это чужие люди. Да, они на службе у города и блюдут закон. Однако в этом мире есть нечто более ценное и надежное. Что-то такое, на что ты всегда и везде можешь положиться,

- И что же это? – спросил его брат с интересном.

- Конечно же это друзья! Друзья и никто другой! -ответил Брокк, и на его лице промелькнула короткая кривая ухмылка. - Они всегда готовы прийти на помощь по твоему первому слову. Друзья не станут спрашивать, что, почему, да как, а сразу пойдут выполнять все твои поручения? Да парни?

- Да! Да! Конечно! - дружно ответили те, и я услышал в их голосе облегчение и веселье.

- Поэтому семья Лагуер обратилась к одному из таких друзей, а тот нанял нас, м-м-м, своих друзей, которые помогали ему при всяком удобном случае, чтобы мы пошли и нашли тех самых расхитителей.

- То есть, получается, что мы идем наказывать тем самых воров? – мои слова прозвучали с недоверием, почти с неверием. Я даже немного присел, словно пытаясь удержать равновесие в этом внезапно перевернувшемся мире. Преизбыток чувств – вот что захлестнуло меня. Неужели это правда? Неужели мы, два молодых, всего лишь перворанговых, мага, оказались в центре такой истории?

- То есть, выходит, что мы сейчас идем спасать сокровище Лагуеров? – Мерк вторил моему изумлению, но в его голосе звучало не столько недоверие, сколько бурный восторг. Он даже подпрыгнул, его глаза горели предвкушением. Виданное ли дело! Нет – вот виданное ли дело, чтобы мы оказались в центре таких событий!

Невероятная кража. Похищенные сокровища. И не просто сокровища, а наследие семьи Лагуеров, известной своими несметными богатствами и, как оказалось, не менее изощренными методами защиты. Воры, которые смогли незаметно перейти через стену – это звучало как вызов самой природе, как насмешка над всеми известными нам магическими барьерами. Как им это удалось? Какими силами они обладали? Эти вопросы роились в голове, подстегивая любопытство и одновременно вызывая легкий трепет.

И среди всего этого хаоса, среди этой загадки, среди этой погони за неуловимыми преступниками – мы. Два молодых перворанговых мага, еще этой зимой пивших чай в своей родной деревне, и даже не помышлявших о чем-то таком великом. Мы, чьи магические способности за эти три года еще только формировались, чьи знания были поверхностны, чья храбрость - настоящая храбрость, еще не прошла должного испытания. Нам выпала честь, или, возможно, судьба – участвовать в погоне. Не просто наблюдать со стороны, не просто слушать донесения, а быть активными участниками, теми, кто должен будет вернуть украденное, теми, кто должен будет столкнуться с теми, кто смог совершить невозможное.

Это было одновременно пугающе и невероятно волнующе. Страх перед неизвестностью смешивался с острым ощущением собственной значимости. Мы, те, кого еще недавно считали лишь подающими надежды, получили шанс доказать свою состоятельность. Шанс проявить себя, применить свои знания на практике, столкнуться с реальной опасностью и, возможно, совершить подвиг.

Я посмотрел на Мерка, и увидел в его глазах то же самое смешение эмоций. Мы были на пороге чего-то грандиозного. На пороге приключения, которое навсегда изменит наше представление о себе и о мире магии. Мы шли не просто наказывать воров, мы шли спасать сокровище. Мы шли в центр вихря событий, и, несмотря на всю неопределенность, я чувствовал, что это как раз то место, где мы должны быть. Наша магия, пусть и юная, будет испытана, и, кто знает, возможно, именно мы станем теми, кто раскроет тайну этой невероятной кражи и вернет покой семье Лагуеров.

Я не знаю сколько шагов мы смогли пройти, прежде чем волна охвативших меня эмоций несколько ослабла и я, взяв себя в руки, снова смог думать трезво.

- То есть, мы идем вслед за похитителями сокровищ? - переспросил его я, пытаясь снова собраться с мыслями.

- Да, это так - мы идем вслед за этими поганцами, - согласился Брокк.

Хорошо.

- А сколько их? Это нам известно? – уточнил я у него. Понятное дело, что тут командует Брокк. Но хотелось бы иметь хоть какую-то информацию.

Брокк расхохотался.

- Думаю, немного. Пакостников пять или шесть.

Действительно, немного.

- А как хорошо они могут быть вооружены и стоит ли нам их опасаться?

- Думаю…. – Брокк криво усмехнулся. – Думаю, их команда чем-то похожа на нашу – там есть пару мечников, пара мастеров стрелы и арбалета, и, конечно же, маг.

Так-так-так. По-моему, Брокку нужен был маг не столько для сражения с тварями Дуболесья, сколько для защиты от вражеского мага. Что ж, вполне понятно.

Но мне непонятно кое-что другое. Кое-что очень важное.

- И последний вопрос – а откуда мы знаем, куда нам нужно идти? - спросил я о том, что меня волновало. - Откуда мы наем, куда пошли эти воры?Когда я охочусь, и преследую жертву, то я иду за ней по ее следам или по ее крови. Но как я заметил, на земле нет никаких следов. Так как же мы знаем, куда нам нужно идти?

Я высказал свои сомнения честно. Преследование – это идти именно по следам, а погоня – когда видишь, за кем именно ты гонишься. А тут я не вижу ни того, ни другого. Как тогда знать, куда нам нужно идти?

Услышав мой вопрос, остальные люди уставились на Брокка – кто с любопытством, а кто с напряжением. Тот немного замялся, но через время все же мне ответил.

- Знаете, в чем вся соль? Эти воры... - Он неловко замялся. – Они промахнулись. Не учли одного: в тот ларец, который они сперли, засунуто кое-что. Ну, как бы... – Снова неловкая пауза. - Заклинание. Да - именно заклинание. Как только ларец уносят из дома, оно, значит... - Опять тишина. - Знаю, о - активируется. И шлет сигнал на кулон. Так что владелец кулона сразу понимает, где этот ларец, и может туда своих ребят отправить, - закончил он уверенно.

- И этот кулон у вас? – догадался я.

- Да. У меня. Под этими вот доспехами. - Брокк широко улыбнулся и похлопал рукой по коже на груди.

Вот как? Ого! Что за чудная магия. Услышав такой ответ, остальная его команда снова заулыбалась

Но только не Мерк.

- А вы нас не обманываете? – Прямой, как удар, вопрос, прозвучал в тишине, заставив всех, включая меня, замереть в немом изумлении. – Просто ваша речь, ваше объяснение… Оно выглядит так, как будто вы его придумали только что, на ходу.

Все, и том числе я, молча замерли от такой неслыханной наглости.

Все. Кроме Брокка.

- Так это потому, что тут замешана магия, - живо пояснил он, возвращая на лицо свою кривую, но уверенную улыбку. – Если что до боя, то тут я мастак объяснять. А если дело в магии, то это, троллий кал, не мое. Ну не понимаю я в ней и все. – Вдруг он широко улыбнулся и сделал ход, который, казалось, должен был окончательно развеять все сомнения - Если ты все еще сомневаешься и не веришь мне, то, сам подумай, что тут делает слуга самих Лагуеров. – Темноволосый обернулся и указал рукой на трепещущего мужчину.

- Что? Ну, не знаю, - тут же сдулся мой брат. Да и я сам не смог на это ответить. Я сразу заметил, что Винчи не путешественник. И может статься, что он даже не боец. Тогда, и правда, зачем он тут, вместе с нами?

Брокк, уловив нашу растерянность, продолжил свою речь, словно дирижер, ведущий хор к кульминации.

- Вот. А он тут для дела. Хозяева ларца послали нас вместе с ним, чтобы он, после нашей победы, получил тот ларец, проверил, все ли сокровища, и мы вместе с нами, как дружная семья, вернулись в дом хозяев, чтобы отдать его им. Если наличие в нашем отряде слуги Лагуеров тебя не убеждает, то я не знаю, что может тебя убедить. – Он широко развел руки, словно извиняясь за свою прямоту, но в его жестах читалась уверенность в своей правоте.

Эти слова, подкрепленные весомым аргументом в виде слуги влиятельной семьи, словно сняли с моего брата заклятие недоверчивости.

- Ладно, ладно, я понял, - успокоился брат.

- Что ж, раз ты теперь веришь, что мы хорошие парни, то ускорим шаг – впереди уже Дуболесье! – громко скомандовал Брокк, и его голос, полный решимости, эхом разнесся между деревьями.

*

Как только мы углубились в сумрачный дубовый лес, Брокк отдал распоряжение перестроить группу. Теперь первыми шли Куши и Ларес, за ними – сам Брокк и Зан. Я с Мерком оказался в середине, а Винчи замыкал наш отряд. Меня тут же охватило любопытство: почему Брокк решил расставить нас именно так? Я не был командиром, и по правилам не мог оспаривать его решения, но интерес был слишком силен. Настолько, что через какое-то время я не смог сдержаться и спросил:

– Что вы задумали? Почему мы теперь идем в таком порядке, а не как раньше?

Брокк не проявил ни малейшего раздражения. Напротив, он с явным удовольствием принялся разъяснять мне все детали.

- Кого ты видишь перед собой, Доминик? – спросил он меня, натягивая на губы свою волчью усмешку.

- Как кого? Людей, -удивленно ответил я, вновь осматривая нашу команду.

- Э, нет, брат-братишка, - усмехнулся тот. - Это не просто люди. Совсем не просто люди. Это, тролль раздери, команда из специально отобранных для этого дела людей. Вон, видишь того парня? - Он указал щетинистым подбородком на мелькающий в тридцати шагах слева кожаный доспех. - Это Ларес. Не смотри что он худ и нескладен. Зато он глазаст – запросто увидит даже воробья в темном небе.

- Правда?

- А-то! Я его знаю уже лет пять и на его зрение я еще никогда не жаловался, - заявил тот с непоколебимой уверенностью. - Еще из-за своей фигуры он может пролезть почти в любую дыру, - забавил он уже ехидным тоном.

- Почти в любую?

- Да. Я мог бы назвать тебе те две дыры, куда ему ни за что не суждено проникнуть, но боюсь, что грубость этих слов может оказаться слишком тяжелой для твоих нежных ушей. – Идущий рядом Зан глумливо расхохотался. Брокк улыбнулся. Я ничего не понял и украдкой взглянул на Мерка. Тот покраснел, но ничего не сказал. – И выносливость у него самое то, что нужно, - добавил Брокк уже обычным тоном. - Другими словами Ларес – просто отменный лазутчик. Поэтому он и идет впереди отряда.

- А...

- Справа от него шелестит ногам Куши. - Он указал подбородком на второй доспех, еще видимый впереди за другими кустами. – Я его знаю не так давно, как Лареса, всего лишь пару дней, но, поверь, по своей глазастости Куши Ларесу ни в чем не уступает.

- Правда? – Я снова удивился.

- Не сомневайся. Мы познакомились с ним на постоялом дворе. Один из моих, м-м-м, приятелей заболел, и мы были вынуждены присматривать за ним. Представляешь он отравился пивом. Пивом, чтоб ему волки ноги отгрызли, - хохотнул собеседник. – Так вот. Вечером, в том дворе, устроили пострелушки – кто попадет в центр кружки с полусотни шагов. Игра шла, само собой, на деньги, поэтому я, не задумываясь, послал на эту забаву Лареса.

- И он выиграл?

- А-то как же! Благодаря острому глазу и верной руке, попасть в центр кружки с пятидесяти шагов ему так же легко, как мне - испортить воздух. – Снова ехидная улыбка. – Однако там нашелся еще один такой, и выигрыш пришлось делить пополам. Я вначале расстроился и решил позвать того смельчака к себе… Так, просто, поговорить. – Брокк сделал рукой неясный витиеватый жест. – Но парень мне понравился, поэтому бить мы его не стали, а взяли в команду вместо того, зачахшего.

Вот оно как? Интересная история знакомства получается.

- Поэтому эти парни и идут впереди. Они – наша глаза, - подытожил Брокк, и указал пальцами вначале на два своих глаза, а потом на дорогу перед нами. – Если они обнаружат что-то непонятное, то враз дадут знать нам, мне и Зану, и у нас будет пару мгновений чтобы подготовиться. А если во что-то вляпаются они, то мы, я и Зан, снова получим фору в пару мгновений.

Темноволосый алебардист, внимательно слушавший все пояснения Брокка, кивнул в знак подтверждения.

- То есть, получается, что вы - сердце отряда? – подал я с усмешкой.

Но Брокк насмешки не понял.

- Само собой разумеется. - Брокк резко всплеснул руками, словно бы расстраиваясь от моей непонятливости. – Мы с Заном - самые сильные воины в этом отряде. Знаешь, сколько лет мы месим грязь вместе с этим парнем? - задал он мне вопрос и сам тут же ответил. - Лет двадцать, не меньше. При нашей первой встрече, на том поле боя, названия которого я уже не помню, да и леший с ним, он еще тогда впечатлял меня своей силой. – Брокк поднял правую руку и шутливо сжал мощное плечо под плетёным доспехом. Сильно сжал. Но здоровяк даже не поморщился. – Алебардой на поле боя махать это тебе не языком плескаться. Тут сила нужна. Большая сила. - Брокк усмехнулся и отпустил плечо своего напарника. - И, поверь, брат-братишка Доминик – просто махать им мало. Им надо убивать. Колоть, - его палец потянулся к острому наконечнику. – Резать, – он перевел палец на тусклое лезвие. - Бить, - Палец указал на массивный обух. – Убивать. Лишать жизни. Умерщвлять. Предавать смерти. Чтобы кто-то другой не сделал это с тобой.

Брокк замолк, переводя дух. И вроде бы он никому не угрожал в этот момент, не страшил, не запугивал. Но отчего-то после этих слов мне стало не по себе.

- А в чем твоя сила? – спросил у Брокка Мерк. Прозвучало это несколько грубовато.

- В чем сила? Да в этом. – Тот без претензий указал на висящие на поясе мечи. - Знаю, знаю, - начал говорить он, как будто прочел мысли в голове брата. – Мои две ковырялки не идут ни в какое сравнение с этой дурындой Зана. – Вот алебарда – да, - протянул он с искренним восхищением. - Она, скажем так, впечатляет. И длинной, и весом, и тем, что ей по плечу. Но у меня есть то, чего нет у алебарды. Вот, братишка, гляди.

Дальше все происходило словно по мановению магии. Я видел. Клянусь, я видел. Видел, как рука его, неспешно, но неотвратимо, потянулась к одному из мечей. Видел, как сталь, словно змея, выскользнула из кожаных объятий ножен. Видел, как лезвие, живое, хищное, описало в воздухе сложный, завораживающий пируэт, чтобы в финале замереть, острым, смертоносным жалом, у самого горла моего брата. Я видел. Клянусь, я видел. Но все-равно ничего не успел с этим сделать.

Ни-че-го.

- Понимаешь ли, Мерк, – спокойно, почти ласково, заговорил Брокк, медленно, с достоинством, возвращая меч в его законное ложе. – Меч… Меч, он как городская шлюха. Пока дело не дойдет до постели, ты не представляешь, чего от нее ожидать. Формы, цвета, обещания и украшения – это все очень важно. Но пока ты не увидишь эту бабенку в деле, пока своим тело не ощутишь, на что она способна… - Его взгляд, пронзительный, словно клинок, скользнул по его расширенным от ужаса глазам. Он видел страх Мерка, видел его беспомощность, и продолжал, словно не замечая, или наоборот, наслаждаясь этим зрелищем. - Так же и меч. Пока он спрятан в ножны и спокойно себе весит на поясе у владельца, ты даже не представляешь на что он способен. Форма лезвия, цвет стали, гравировка и украшения рукояти… Опытный воин даже по этому может понять кое-что. Но как только меч вылетит из ножен, как только ты увидишь первый его пируэт, только тогда ты сможешь по-настоящему оценить все его прелести и достоинства. Понимаешь, малыш?

Но «малыш» молчал. Мерк, чье сердце билось в бешеном ритме, словно пойманная птица, все еще переживал от вида представленного к его горлу лезвия меча. Переживал от картины, запечатлевшейся в памяти, от холодного прикосновения стали, от запаха страха, который, казалось, исходил от него самого. Но наверняка сильнее этого его терзала мысль о собственной никчемности. Мысль о том, что он, с его опытом, с его амбициями, с его желанием стать лучшим магом, оказался совершенно бессилен. Совершенно. Целиком и полностью!

В какой-то момент я хотел разозлиться на Брокка и смело сказать, что так поступать нельзя. Особенно с теми, кто в твоей команде и кто, в случае чего, будет защищать его спину. Но, немного подумав, я решил смолчать. Мне стало казаться, что я понял замысел этого грубоватого воина. Брокк не просто демонстрировал свое мастерство. Он преподавал урок. Урок о природе силы, о ее скрытой возможности, о том, что истинная мощь проявляется не в обещаниях, а в действии. Меч, как и жизнь, раскрывает свои истинные грани лишь в момент наивысшего напряжения, в танце с судьбой. И я, и Мерк, стоял на краю этого танца, осознавали свою слабость, но, возможно, впервые, видя проблеск того, что значит быть по-настоящему сильным. И этот проблеск, как это ни странно, был рожден из самого глубокого страха.

- Зато как мы пировали после каждого боя! - Брокк всплеснул руками и на его лице разошлась широченная улыбка, словно только что не произошло ничего такого. – Знаете, парни, почему, мы, воины и наемники, так ревностно относимся к нашему времени отдыха?

- Нет. И почему же? – задал я вопрос. Знаю, его задал бы и Мерк. Но ему сейчас было не до того.

- Потому что отдых – это такая же часть нашей жизни, как бой или поход! - заявил Брокк с глубокой уверенностью, которой, по моему мнению, мог обладать лишь всезнающий архимаг, или, пожалуй, король. -Бой – это мерзкая кровавая каша. Поход – это мерзопакостная тягомотина. Стоянка, зачастую, это грязь, вонь и слякоть. Нет, я не жалуюсь - вся жизнь такое себе гавнецо вперемежку с блевотой.- Он откровенно скривился, словно бы только попробовал эту смесь на вкус. – Но зато отдых… Его ты всегда выбираешь сам и берешь то, что тебе по вкусу.

- А помнишь ту драку в трактире «Пьяный корчмарь»? – мечтательно протянул Зан, ухмыляясь сам про себя.

- Это какую? – не сразу вспомнил Брокк.

- Ту, что была где-то десять лет назад, - напомни ему его могучий товарищ.

- Нет, я не помню. А из-за чего была драка?

- Просто по пьяни. Мы были в стельку пьяные и решили себя развлечь.

- Жертвы хоть были?

- Нет, куда уж там. Мы же едва на ногах стояли. Все обошлось лишь синяками и ссадинами, - ухмыльнулся Зан.

- Нет. Я правда не помню. – Брокк, похоже не помнил, но особо не переживал по этому поводу. – А ты помнишь ту драку в конюшне? – вдруг оживился мечник.

- Ту? Которую из? – насмешливо осклабился тот.

- Она была… Она была… Где-то лет семь назад, если я все помню верно. Когда мы посещали конюшню в первый раз, то ее хозяин оказался с нами недостаточно неучтив. А когда мы возвращались обратно, уставшие, злые, и наголову разбитые, хозяин вообще отказался нас принимать. Ну, мы тогда взялись за факела и…

- И сожгли конюшню?

- Само собой, что сожгли. А потом стали биться с хозяевами разбежавшихся по всему лесу коней.

Оба мужчины отчаянно рассмеялись.

- А драку на постоялом дворе, где мы оба заработали по кривому шраму?

- Та, которая началась из-за какой-то женщины?

- Да. Мы вроде бы как за нее заступились.

- Ага. Но ее обидчики вскоре нас нашли…

- Привели подкрепление…

- И решили вздуть нас по первое число.

- Да. Мы же тогда все были при золоте – поход прошел удачно.

- Вот только они не знали, что мы все равно считали, что нам недоплатили, и потому мы были очень злы.

- Да что там! Мы были взбешены.

- Люто взбешены!

- Раздражены и озлобленны.

- И нам нужен был только повод…

- Только один повод…

Мужчины вновь довольно расхохотались.

- Жаль, что король решил на нас сэкономить – в итоге он лишился половины города. Дым от пожаров три дня стоял такой…

- Постойте-постойте! – наконец рискнул остановить их я. – Вы что, сожгли половину города? - спросил я у них, явно им не веря.

- Ну да. Ага, - дружно, в тон, ответили мне они.

- Полгорода? – переспросил их и Мерк.

- Да. – Их глаза сияли искренне чистотой, как глаза младенцев.

- Вот так просто? – произнес я с явным недоверие. Я понимаю спалить дом или, скажем, конюшню. Но чтобы пол города?

- Так тут была же причина! - ответил Брокк несколько обиженным тоном. – Давайте я расскажу вам, мои братья-братишечки. Дело было так…

Мы с жадностью слушали очередную историю, а сзади, всеми забытый, плелся усталый Винчи.

*

Когда пришло время первого привала, Брокк решил устроить его у небольшого ручья.Первыми напились он сам и Зан, потом он позвал Лареса и Куши. Когда подошла наша очередь, мы, как обычно, не стали рисковать, пробуя воду из незнакомого источника. Вместо этого Мерк поднял левую руку и коротко сказал:

- Девигейт! Вода!

Его ладонь тут же окутала взвесь из мелких голубых капель, и на землю стал литься небольшой ручеек. Я тут же подставил под него обе ладони, сложенные лодочкой. Вот так. Вначале нужно хорошо вымыть свои руки. Так. Затем набрать воды и напиться из них самому. Есть. Затем набрать в ладони еще воды и протянуть их брату, чтобы и он напился. Вот так, хорошо. Дома все выходит гораздо проще – подставил ему под руку бочонок и вот, у нас воды на неделю. В пути же не так, приходится изгаляться. Да, у нас с собой есть по фляге воды. Но они полны, и они, скороей, про запас.

Увидев это, Брокк недовольно нахмурился.

- И что взять с этих магов? Сплошное самовольство, никакой дисциплины. Вот были бы вы у меня в отряде, то я бы…

Что бы Брокк с нами сделал, мы так и не узнали, потому что в конце этой фразы Ларес и Куши резко напряглись и подняли правые руки, призывая к вниманию. Брокк мгновенно заткнулся, и его правая медленно поползла к рукояти одного из мечей. Мы же приподняли свои левые, готовые начать метать заклинания в увиденную мишень.

Но пока о враге не было даже намека. Мы стояли на краю довольно большой поляны, в центре которой рос высоченный дуб. По краям поляны проглядывались кусты, за которыми высочили стволы разных деревьев. До самых ближних где-то десять шагов, до самых дальних не более полусотни. За нами - небольшой холмик с родниковой водой. Никого постороннего не видно и не слышно. Но все же тут кто-то есть, иначе бы разведчики Брокка не стали бы бить тревогу.

- Кого вы учуяли? – тихо спросил наш командир, бросая резкий взгляд от куста к кусту.

- Волки. Совсем рядом, - тихо прошептал Куши, рыща своим взглядом по левым кустам от нас.

- Волки. Около дюжины, - подтвердил Ларес, сфокусировав взгляд на противоположных кустах.

Вот это слух так слух! Мне бы с Мерком такой!

Наконец они показались. Вначале между дальними кустами мелькнула одна серая спина, затем другая, затем сразу две. Волки. Я прислушался к ветру – он нес наш запах в сторону волков. Значит, давно учуяли и просто шли на запах. Теперь они увидели нас и тихо приближаются под прикрытием кустов.

- Волки. Обычные волки. - Увидев угрозу, Брокк тут же расслабился и спокойно опустил руку вниз. - Так вот. Я не закончил. - Он повернулся ко мне. – Были бы вы у меня в отряде, то я бы вам всыпал розг до кроваво-алого цвета. – Сказав это он сделал многозначительное лицо, и, помолчав, продолжил. - А поскольку вы сейчас лишь под моим началом, то вот вам мое наказание – идите и сразитесь с этой стаей волков.

Я резко нахмурился.

- Мы? - переспросил его я.

- Да, вы, - подтвердил Брокк даже не моргнув глазом.

- Мы? Вдвоем?

- Да.

- А что в это время будете делать вы?

Хорошо, что первым отреагировал я. Я уже видел красное лицо Мерка и представлял, что он хочет сказать. В своих речах я чуть более сдержан, и никогда не спешу переходить на крики или ругательства. А вот Мерк не такой. Он любит говорить честно и откровенно, особенно, когда его что-то не устраивает. Но свои мысли он обличает в такую жгучую форму, что мне иногда кажется, что лучше бы он молчал. Искренности и честности должно быть время и место. Нельзя же бросать в лицо своему нанимателю, что он в корне неправ.

- Ну, если что, мы вам сразу поможем. - Брокк расплылся в чарующей улыбке, которой мужчины обычно соблазняют женщин. Однако же, как всегда, на его лице она просто превратилась в еще одну кривую ухмылку. Он бросил взгляд на брата и поспешил добавить. – Считайте это, хм-м-м, эдаким испытанием. Испытанием на свою силу.

- Испытанием на свою силу? – переспросил его я, обдумывая слова.

- Да. Ведь оно как получается? – заговорил он уже более свободно. – Я вас нанял? Нанял. В отряд к себе взял? Взял. А ваши способности даже не проверил. А это нехорошо. Очень нехорошо. Для меня. И для нашего дела, - сделал уточнение он. - Вот я и исправляюсь, как только представился случай. Вы тут посражайтесь, а я погляжу, на что вы способны. Уж лучше проверить себя в бою с простыми лесными волчками, чем, хм-м-м, к примеру, с никогда невиданным монстром.

И как тут с ним поспоришь? Убедил. Выкрутился. Язык у него хорошо подвешен. Ладно, пойдем на бой. Покажем, что мы с братом можем.

Я кивнул Мерку и мы осторожно прошли ближе к середине поляны – подальше от людей и скрывающих все кустов.

- Что, решил-таки биться? - недовольно пробурчал брат, резкими движениями разминая левую руку.

- А почему бы и нет? – попытался его подбодрить, массируя запястье своей левой руки.

- Да как-то все… коряво, - выложил он мне свои невысказанные претензии. – Такому, как он, мне не очень хочется помогать.

- Знаю. – Мне и самому не нравилось то, как все это попахивало – словно нас и правда, отправили сюда в качестве наказания. – Но ты же слышал его – нам нужно ему показать, на что мы способны. Тут Брокк прав - он о наших умениях ничего не знает. Догадывается, конечно. Но наверняка не знает. И это нехорошо, - попытался я хоть как-то объяснить его действия.

Но Мерк уже не нуждался ни в каких объяснениях – он уже думал о предстоящей битве.

- Да, да, - отозвался брат, начиная мрачно вглядываться в окружающую природу.

- А еще он сказал, что, в случае чего, он придет нам на помощь, – продолжал успокаивать я его.

- Да, да, - безразлично донеслось до меня.

- Да и вообще – это простые волки, - использовал я свой последний козырь.

На что получил закономерный вопрос.

- А сколько их?

- Кого?

- Ну, волков?

Опять он за свое? А я откуда знаю!

- А мне-то почем знать? - слегка возмутился я.

- Вот! – Мерк поднял указательный палец, привлекая мое внимание. – Волки - сильные и быстрые твари. До сих пор у нас с тобой получалось уложить стаю не более чем из шести волков. Будет шесть – мы справимся. А если их будет больше? Вот об этом то я и волнуюсь, - пояснил мне брат.

И верно – хоть мы и маги, но лесные волки непростые противники. Они сильны и быстры, их пасть рвет плоть на куски. А когда они в стае, то нужно оглядеть разом во все стороны, чтобы такой волк не напал на тебя со спины. Бороться со стаей сложно, но вполне возможно, если ты знаешь все правила и будешь до крайности собран.

- Тогда соберись, – приказал я ему. – Биться будем так, как бились той осенью на опушке соснового бора.

- Ты атакуешь, а на мне поле битвы? – сразу же вспомнил Мерк.

- Да. И – плечом к плечу. Никуда не девайся, – напомнил я ему.

- Да уж не потеряюсь, - отмахнулся он.

И вот, из зарослей показался первый серый поганец. Лобастая голова, словно высеченная из камня, была насторожена до предела. Уши, взметнувшиеся торчком, улавливали малейший шорох, каждый вздох ветра. Глаза, два уголька, метали дикий огонь, отражая в себе первобытную силу и неукротимую волю. Из приоткрытой пасти, полной острых зубов, капала слюна – предвестник голода и хищнической решимости. Голова низко опущена к земле, словно он принюхивался к запаху добычи, а густой хвост, мощный и гибкий, яростно хлестал его по бокам, выдавая внутреннее напряжение и готовность к броску.

Чуть левей от него показались еще две такие же лобастые морды, а в кустах справа мы заметили еще несколько торчащих серых хвостов. Я принялся лихорадочно считать увиденные волчьи спины. Одна, пять, семь, восемь. Не меньше, чем восемь спин! Больше, чем мы рассчитывали. В последний раз мы победили стаю лишь из шести. А теперь их аж восемь. Сможем ли мы справиться? Сможем ли их победить?

- Справимся? – хмыкнув, нервозно спросил меня брат, словно его посетила та же самая мысль.

- Справимся, – ответил я единственно возможным ответом. Нечестный ответ, но другой сейчас и не нужен. – А если ты сдрейфишь или промахнешься, то я сто дней не разрешу тебе мыться! – пригрозил я ему.

- Ой-ой! - Мерка не проняло.

- А еще запрещу ходить на свидания...

- Ой-ой!

- И лишу всех твоих денег.

- Ну, ты не перегибай! - слегка напрягся он.

Ага, поверил. Задело. Вот и хорошо. Теперь никто не думает о поражении. Мысли только о бое. Только лишь о победе.

Тишина леса, до этого казавшаяся такой умиротворяющей, внезапно разорвалась. Не звуком, а скорее ощущением – предчувствием надвигающейся опасности. Воздух, еще недавно наполненный пением птиц и шелестом листвы, сгустился, стал тяжелым, пропитанным невидимой угрозой. Каждый шорох, каждый треск ветки теперь звучал зловеще, предвещая нечто ужасное.

Первый показавшийся волк напряженно сощурил глаза и вдруг сорвался с места. Его бросок был не просто выходом из укрытия, а настоящим объявлением о начале схватки. В его глазах, горящих диким огнем, читалась первобытная ярость и жажда жестокой битвы.

Наши левые руки сразу же вытянулись в сторону врага, словно нами повелевал какой-то невидимка. Это был инстинкт, отточенный годами боев, знание того, что в такой момент нельзя медлить ни секунды. Каждый мускул напрягся, готовый к четкому действию.

- Мерк! - крикнул я, проверяя не впал ли в панику брат. В его глазах я увидел отражение собственной решимости, но и легкую тень тревоги.

- Вижу! - ответил он сквозь плотно сжатые губы. – Готовься. Сейчас начну. – Быстрый вздох. - Галопитуло! Болото!

Внезапно между волком и нами появилось небольшое болотце. Маленькое, почти крохотное. И совсем не глубокое – по щиколотку от силы. Но дело было вовсе не в его глубине. Грязь. Именно грязь болота нам и была нужна. Это было наше первое оружие, наш проверенный годами и битвами хитроумный ход, призванный сбить с толку наших серых противников.

Как и всегда, несущийся хищник не глядел на землю – он ее уже изучил перед началом броска. Он видел врагов только в нас, но никак не в земле. Не в той земле, что всю жизнь служила ему помощницей и опорой. Очередное приземленье на могучие передние лапы, и вдруг твердая доселе земля предательски поехала в стороны, оставляя зверюгу в полном недоумении. Он не ожидал такого подвоха от привычной стихии. Вожак сумел извернуться и не грохнуться мордой о землю, и напряженно замер, стараясь понять, в чем дело - его инстинкты, привыкшие к предсказуемости природы, были сбиты с толку.

Этого я и ждал.

- Мефездо! Малый земляной шип! Малый земляной шип!

Замерший в размышлении волк даже не думал ожидать нападения от нас, поэтому два острых, размером с мизинец, земляных шипа, раздвинув крепкие ребра, с глухим чавканьем вошли в мягкую податливую плоть. Второй раз напуганный волк пружиной подпрыгнул вверх, а опустившись на землю, залился отчаянным воем – попавшие внутрь шипы больно резали внутренности. Миг - и пронзающий вой сменился мокрым кашлем.

Одного волка нет – неплохое начало.

Душераздирающий вой послужил сигналом остальным волкам. Теперь на нас неслось сразу двое – волк с двумя подпалинами и волк с оторванным ухом. Их ярость была уже не просто инстинктом, а местью за раненого сородича.

- Мерк!

- Да вижу я, вижу. - Указательный палец его левой руки повернулся в сторону одного из волков. - Болото!

Невидимая сила вновь создала ловушку из земли и влаги. Заклинание было выпущено просто отменной точностью – приземлившийся на задние лапы волк не смог сделать отскок от земли, а вместо этого проехался по ней пузом, смешно растопырив свои передние лапы. Грозная атака превратилась в комичную нелепицу. Стремительный наскок превратился в комичное ерзание и мне лишь осталось подгадать момент.

- Малый земляной шип! Малый земляной шип! Малый земляной шип!

Первый земляной шип лишь черкнул между острых ушей, не причинив мохнатому охотнику никакого вреда. А вот второй попал в шерстяную грудь. Отчаянный визг, а за ним еще – третий шип раздробил кости передней лапы. Два раны из трех шипов. Просто великолепно.

Но радоваться победе пока было некогда - Мерк колдовал следующее заклинание.

- Болото!

Одноухий волчище оказался просто на редкость проворным - вовремя заметив опасность, он сумел извернуться, и перескочить непонятно как возникшую преграду. Перескочить-то он ее, конечно, перескочил, но вот при его приземлении что-то пошло не так. Неправильно поставленная лапа резко подвернулась вперед, тело сделало непредумышленный кувырок и …Раздался глухой хруст и одноухий так и остался неподвижно лежать. Видимо зверь сломал позвоночник. Что ж, и так бывает. От судьбы не уйдешь.

- Доминик! - Голос Мерка, резкий и настойчивый, вырвал меня из оцепенения.

- Да! - Взгляд, еще мгновение назад прикованный к дрожащей туше поверженного волка, теперь метнулся к новой угрозе. Теперь на нас неслась целая тройка волков. Сражение с паленым и одноухим украло наше время и новые противника были в опасной близости.

Но это ничего не меняло. Особенно – в нашем бою.

- Болото! Болото! Болото! Болото!

Четыре болотца всего на трех волков. Мерк начинает нервничать. Хотя оно и понятно – когда ты видишь три пары алых глаз, глядящих на тебя, как на свою добычу, три широкие пасти, желающее тебя разорвать на сотни мелких кусков, когда в каждом прыжке, в каждом движении несущегося на тебя супостата ты видишь волю и решимость отобедать тобой, словно ты кусок мяса, вполне нормально ощутить толику страха.

Я тоже чувствовал его. Холодный, липкий, он пытался просочиться сквозь броню моей воли. Но мы, боевые маги, не можем позволить ему взять верх. Не потому, что так надо или так положено. Нет. Мы держим страх в себе, потому что знаем одну прописную истину: стоит дать слабину, и страх прорвется наружу. Вырвавшийся страх заставит дрогнуть наш голос, а ведь наш голос – это наше оружие. Поэтому для нас, магов, смелость – это не просто прихоть, не каприз души. Смелость – это наше оружие, или, скорее, наш надежный доспех.

Первый волк споткнулся, упал и проехал по свежему болоту грязным серым боком.

- Малый земляной шип! Малый земляной шип! Малый…

Зубастая пасть недовольно лязгнула, и волк непредсказуемым кубарем покатился вперед и вбок, заставив все три шипа бесполезно воткнуться в землю. Хорошо. Тогда если так:

- Марео! Малый земляной кол!

Крик ужаса и жуткой боли. Крик, а не визг. Когда крепкий кол из земли вонзается в твою плоть, кол длинной в локоть и толщиною с ногу, когда ты при этом полностью лежишь на земле и кол протыкает тебя от края до края, круша не только ребра и мясо, а и твои внутренности, тот тут не до воя – тут хочется кричать как минимум в три горла. И волк заорал, выплёскивая в крике свою ужас и боль – так сильно, как не вопил никто из его сородичей.

Но не время, не время слушать - я повернулся к новому противнику, и увидел его глаза всего дюжине шагов от себя.

Близко. Чересчур близко. Так их подпускать нельзя.

- Мефездо! Малый земляной шип! - прокричал я, целясь волку сразу под нижнюю челюсть. Затем повернулся и прицелился во второго.

- Малый земляной шип! - воскликнул я, быстро целясь в бедро поднимающегося с земли волка. И снова к первому волку:

- Малый земляной шип! – Я метнул шип ему в грудь и вновь перешел ко второму:

- Малый земляной шип! - Шип вошел в левую лапу. Снова разворот.

- Малый земляной шип! - Заклинание по лбу.

Я быстро метался от одного волка к другому, стараясь не давать им обоим опомниться. Каждый шип, каждый земляной шип, наносил врагам двойной удар дикой боли. Если плотные водяные шары доставляли боль только от ударов, то мои острые земляные шипы, попав по цели, проникали внутрь, чем наносили еще больше повреждений и нестерпимой боли. Вот почему на этот раз атаковал врага я, а брат мне лишь помогал.

Внезапно количество зияющих пастей передо мною удвоилось. Последние два волка, о которых я уже позабыл! Две последних твари, словно забытые призраки! Четыре на одного! Это уже не охота, а настоящая бойня. Против такого количества я точно не смогу устоять. У меня есть всего одна рука для моего колдовства, а врагов у меня больше в четыре раза!

- Мерк! – завопил я. привлекая его внимание.

- Да понял я, понял, – зло раздалось в ответ. - Я сейчас наколдую. Только смотри, чтоб меня не дергали.

Брат выпростал руку вверх.

- Агаваласо! Водное лассо!

На долю мгновенье в воздухе резко запахло дождем, но вместо струй воды к нам опустилось водяное лассо. Толстый жгут воды, толщиной мою руку, опустился с небес, и стал кружиться между нами и нашими врагами, превращаясь из обычной струи в движущуюся преграду, способную сбить с ног все, что к нему прикоснется. Волки мгновенно опешили, увидев такое чудо. А я? Я, конечно, только это и ждал.

- Малый земляной шип! Малый земляной шип! Малый...

Воздух дрожал от напряжения, пропитанный запахом сырой земли и острым, леденящим дыханием приближающейся опасности. Я метался, словно вихрь, между четырьмя силуэтами, чьи глаза горели голодным огнем. Волки. Не просто звери, а воплощение дикой, неукротимой силы, готовые разорвать меня на части. Но сегодня я был не добычей. Сегодня я был охотником. Очень голосистым охотником.

- Малый земляной шип! Малый земляной шип!

Каждый мой шаг, каждый резкий поворот был просчитан. Я не давал им ни мгновенья на передышку, ни мгновения на то, чтобы собраться с силами. Мое тело стало продолжением земли, из которой я черпал свою мощь. Земляные шипы, острые, как клыки хищника, вырывались из-под моей ладони, словно живые существа, жаждущие своей цели. Они не просто царапали, они впивались, проникая сквозь густую шерсть, разрывая плоть, причиняя боль, которая проникала до самых костей.

- Малый земляной шип! Малый земляной шип!

Мерк все это время стоял, плотно закрыв глаза, лишь слегка помахивая поднятым вверх пальцем. Со стороны могло показаться что он ничего не делает. Но кто-кто, а я знал, как он сосредоточен. Заклинание водяного лассо. Сильное заклинание, требующее много магии и еще больше внутренней концентрации. Ведь стоит ему расслабиться, стоит лишь на каплю отвлечься, и заклинанье тут же перестанет существовать, превратившись из оружия защиту в мелкий живительный дождь. А потому…

- Малый земляной шип! Малый земляной шип!

Я чувствовал, как мои силы сливаются с землей, как каждый удар становится все более точным и сильным. Волки, почувствовав мою силу, начали колебаться. Их первоначальная агрессия сменилась осторожностью, а затем и страхом.

Еще шип, еще, еще. Последние заклинания. Последние удары и последний волк, вздрогнув от боли, бессильно рухнул на землю.

Битва была выиграна. Не только благодаря моей силе, но и благодаря нашей с Мерком слаженной работе. Я был тем, кто наносил смертельные удары, но без его поддержки, без его умения отвлекать и ослаблять врага, моя победа могла бы быть куда более трудной. Сегодня я был охотником, а брат – моим верным союзником, и вместе мы доказали, что танец земли и воды может быть смертельно опасным для любого, кто осмелится встать на нашем пути.

Хотя, ничего нового. Так у нас было и раньше.

*

- Все. Мы победили. Победа, - провозгласил я об окончании боя.

- Хорошо. – Мерк резко опустил руку, и он остался стоять, чуть сгорбив свои плечи.

- Остался без магии? – сразу понял я.

- Да. Вылил всю до капли, - ответил он, закрывая глаза.

Неприятное чувство. Остаться без магии это как остаться без воздуха. Вроде ничего не болит, но как-то не по себе, и внутри ощущается пугающая пустота.

Я прислушался к собственным ощущениям. Я тоже был на пределе – магия во мне плескалась где-то на самом дне, и я походил на кружку последнего глотка. Еще немного и да – я бы тоже выдохся. Пришлось бы хвататься за меч, но так сражаться опасней.

Подчиняясь тугому приливу усталости, я, как и Мерк, попытался закрыть глаза, но через мгновение тут же их открыл. Пасти. Волчьи пасти. Открытые и закрытые, скалящиеся и раззявленные. Каждая из их была воплощением ужаса. Они всплыли у меня в голове, едва я закрыл свои веки. Голодные пасти, алчущие пасти. Челюсти, полные острых зубов. Челюсти, полные мерзкой густой слюны. Пасти тех волков, которых я боялся и которых мне все же пришлось одолеть. Волки были мертвы, а ужас, который они поселили в моей душе все еще оставался.

От этого меня отвлек мягкий шелест травы. Я повернулся – Брокк вышел из-за скрывавших его кустов и медленно направился к телу одного из волков. Стал рядом, присел, взял башку за уши и повернул рылом вверх.

- Слюнявые, - медленно выдал он с явным отвращением в голосе. – Я так и думал. А-то стоял и гадал – откуда такая ярость.

- Слюнявые? – переспросил его я, пытаясь понять, что не так.

- Слюнявые, ага. Или по-простому больные. – Брокк положил морду на землю и неспешно поднялся. – Если зима была теплой, а это так и было, то голод волкам не грозит. А это значит, что шанс нападенья на человека чрезвычайно мал. А эти, вон, польстились. И я хотел понять почему.

Брокк еще раз глянул мохнатую тушу и с презрением сплюнул на ее всколоченный мех.

- Никого их вас не задело? – спросил он, поворачиваясь. – Слюнявые волки больные. Заказу передают.

- Нет, мы оба не ранены, - сразу ответил я, и инстинктивно стер пару капель слюны со своего доспеха.

- Что ж, должен признаться, что, как для магов, вы неплохо справились. – Это была похвала, но что-то в его тоне намекало на то, что внутри, в душе, он был другого мнения. Но мне было не до этого.

- Вы обещали нам помочь в случае чего, - сурово сказал ему я. - Нам было тяжело. Очень тяжело, особенно в конце. Но вы даже тогда не пришли к нам на помощь! - недовольно обвинил его я.

- Но вы же победили! - Брокк улыбнулся и широко развел руки, как бы указывая на поляну с телами.

- Но ты обещал помогать!

- Но помощь же не понадобилась! - Он снова широко улыбнулся.

- Но ты же обещал…

- Так вы же все сами сделали… - Он кинул на меня еще один насмешливый взгляд, понял, что его слова до меня не доходят и сменил тон разговора. – Да я готов был вам помогать – Ларес и Куши держали волком на прицеле. Но вы и сами справились, а оттого их помощь вам не понадобилась.

Заявив это, Брокк скосил на меня хитрый взгляд. Я снова понял, что возразить ему нечего. Говорит ли он правду, я сказать не мог, поэтому и дальше спорить мне с ним было не о чем.

Но тут вмешался Мерк.

- Брокк. Так использовать магов совершенно нельзя. Нельзя разрешать им выливать свою магию досуха, - заявил он наконец оживая.

- Нельзя? А-то что? – Брокк принял это как вызов.

- Не «что», а «потому что», - поправил его брат. – Если маги будут выжаты досуха, то их телу сложнее вновь налиться магией. Это, ну, как перенести что-то очень тяжелое, а потом несколько дней пластом лежать в кровати.

- Маг - это как колчан стрел, - поддержал я его. – Опустевший колчан снова можно наполнить, но если он прохудится, то его наполнить сложнее.

- Понял, понял. - Брокк привычно заулыбался, но было понятно, что отсчитывание ему не понравилось. – Всё, все волки мертвы. Значит, теперь снова в путь. Ларес! Куши!

- Да, - отозвались разведчики и снова помчались проверять наш путь.

Следующую часть пути Брокк демонстративно держался подальше от нас, больше разговаривая со своим напарником Заном. Однако на новом привале я все же улучил момент чтоб с ним поговорить.

- Брокк, скажи, ты действительно считаешь, что мы неплохо справились с этими волками? – спросил я у него, как только он остался один под старой черной сосной.

- А с чего вдруг тебе интересно мое скромное мнение? – уколол он меня.

- С чего? – А повод у меня был. – Ты много, где побывал, и много что повидал.– Услышав эти слова, Брокк надменно фыркнул. - Наверняка ты видел работу молодых магов. Таких же, например, как и мы. Вот мне и интересно, насколько мы хороши по сравнению с ними.

- Ну… - Он слегка призадумался, подбирая слова. Его подбородок поднялся, а взгляд устремился в небо. – Я мало что понимаю, как и в самих магах, так и в их сраной магии, - честно ответил он. – Я только знаю, что маги делятся магии и по рангам, и, чем их ранг выше, тем больше им нужно платить.

Это и так понятно.

- Я видел магию магов огня. Магию магов воды, магию магов природы. Видел темную магию, и магию некромантию. Как по мне, то все они одинаковые – и той, и другой, и третьей можно убивать. Понятно, что чем выше ранг, тем убивать врагов легче.

И это тоже понятно.

- Но я вот вас не понял. – Он опустил голову и взглянул на меня. - Фигли болото? Почему именно болото, а не что-то другое? - спросил он о нашем выборе вспомогательного заклинания.

- На это есть две причины, - ответил я с удовольствием. – Волка кормят ноги. Без ног он - ничто. Выходит, ноги - его слабое место. Лиши волка ног, а точнее, опоры, и ты лишишь волка половины его грозной силы.

- Что ж, возможно и так, – задумчиво протянул Брокк.

- Вот. А почему болото, а не что-то другое? Оно почти не видимое. Земляной кол на пути можно разглядеть, а если увидишь, то можно увернуться. Бугор или яму тоже можно увидеть. А вот болото, или, скорее, топь, покрытую мягкой землей, увидеть гораздо сложнее. Тем более, набегу.

- Занятно, занятно. – Брокк выглядел удивленным. А я не удивлялся. Это был не мой выбор – это была наша, общая с Мерком придумка. Волки - хозяева многих лесов, поэтому приходилось придумывать, как лучше от них защититься. – Но, все одно – это были просто обычные волки. Самые обычные волки. Против людей вы бы с Мерком не выстояли.

- Это еще почему? – сразу же вспыхнул я – неприятно слышать о том, что тебе что-то не по плечу. Хотя в глубине души я к как-то так и думал.

- Во-первых, люди не так просты, как обычные звери, - пояснил мне вояка. – Что волки могут особенного? Только окружить или напасть на жертву с разных сторон. Большие киски, например, любят нападать из засады. Некоторые хищники загоняют добычу в тупики, на крутые склоны или в воду, ограничивая ее маневренность. И это все. Но люди… - На лице мужчины проявился предупреждающий опасный оскал. – Люди. Они способны на большее. Гляди. – Брокк вынул свой меч из ножен и стал в боевую стойку.

Я наконец смог рассмотреть его оружие и оценить по достоинству. Меч из узорчатой стали. Хороший меч, дорогой. Почти никогда не тупится и никогда не ломается. Второй его меч, очевидно, точно такой же, до пары. Эх, мне бы и Мерку по одному такому. Да только где взять столько денег? Год, два, три копи, не накопишь – вот насколько он недешевый.

Но долго рассматривать его мне не дали. Быстрое движение - и меч из правой руки переместился в левую. Резко, почти мгновенно. – Могут такое звери? Нет, звери такого не могут. Или вот. - Несколько взмахов меча, а во второй руке уже лежит смертоносный кинжал, появившийся словно из ниоткуда и уже готовый к броску. - Могут звери такое? Нет, ни в жизнь не могут. Или вот такое. – Брокк сымитировал высокий удар, как будто он метил в голову невидимого противника, и тут же перевел его в низкий удар, в живот. Ни один человек не мог быть к такому готовым. – Ложный выпад, финт. Такого у животных не встретишь. – Он успокоился и вложил острый меч обратно. - Да и можно ли чего-то толкового ожидать от магов, когда вы все в бою стоите, словно какие-нибудь каменные истуканы! В сражении надо двигаться, а вы стоите и все!

Пока я усиленно думал, что мне ему ответить, Брокк вдруг решил сказать мне что-то еще.

- Если честно… Если вот прямо честно, то я не понимаю, почему короли так носятся с вами, магами, - неожиданно донеслось до меня.

- Ты что? Серьезно? - Я не верил своим ушам.

- Да, не понимаю, тролль тебя раздери, - в ярости выпалил он. Я видел, что он говорит вполне себе даже искренне. - Как по мне, в них, то есть в вас, нет ничего особенного. Вы - это те же лучники, что стреляют издалека.

- Да ну? – Ставить магов и лучников в один общий ряд? Я даже не знал, плакать мне или смеяться от такой откровенности.

- Мать твою, а что, нет? - Брокк снова повысил голос. – И те, и другие, далеко стреляют. И те, и другие, не могут бесконечно стрелять. Разве нет? Нет, а?

- Но маг может через какое-то время восполнить свою магию и снова атаковать. А лучник...

- А лучник может найти новые стрелы на поле боя. Или ему могут поднести припасы. Кстати – припасов можно наделать или купить загодя. А магической силой разве можно запастись наперед?

Хм…. Признаю - я о таком никогда так не думал. Но я еще не закончил список своих преимуществ.

- Но ведь у магов есть разные заклинания, - бросил я еще довод.

- Да. А у хороших лучников имеются разные стрелы – одни для убийства, другие для оглушения, третьи для отсечения конечностей, четвертые - для пробивания брони.Прям как заклинания у магов, да?

Но я не спешил сдаваться.

- Однако мощь каждого мага с повышением ранга растет…

- Так ведь и человеческие умения не стоят на месте – есть обычные слабые луки, есть чуть получше, охотничьи. Есть простые боевые луки, есть длинные боевые. Про силу луков богатеньких парней, сделанные из дерева, рога, сухожилий я вообще молчу. Еще есть стрелометы, есть катапульты в конце концов. И к каждому, к каждому можно подвести туеву гору припасов - стрел, копий, камней и прочего. – Брокк резко всплеснул руками и опустил их, уверенно сложил у себя на груди. - Нет, нет и нет, брат-братишка – сколько ни говори, но сила не за магами.

- А за кем же?

- За простыми воинами и их командирами. За духом, за мужеством, за упорством и за смекалкой. А маги… Разве маги могут похвастать чем-то подобным? Именно эти вещи и берут города: дух поднимает наемника на бой, мужество помогает ему идти, упорство помогает преодолевать встающие перед ним проблемы, а смекалка – разрешать все препятствия на пути. А маги? Есть ли в них этот дух? А мужество? А упорство? Они не знают ни пота, ни крови, ни грязи. - Он закрыл глаза и глубоко втянул новом воздух, словно стоял сейчас посреди сражения, где одна армия шла в бой на вторую, меся ногами жидкую кровавую грязь. Наверняка он видел стелящийся дым от пожаров, сотни стрел в небе и кучи трупов с одной и с другой стороны. - Толку от них, как от полководцев, никогда не видевших поля боя вживую. Да что я тебе объясняю – ты же один из них… - Брокк отмахнулся и снова позвал разведчиков – это означало, что мы снова должны идти.

- То есть ты – наемник? – наконец, понял я.

- Бывший наемник. Точнее, бывший солдат, потом наемник, а теперь просто - бывший наемник, – тут же поправился Брокк.

- Наемник, наемник… - Я принялся вспоминать все что я о них знаю. Но я помнил лишь основные правила. – «Верность оплате, а не королю». «Соблюдай свой контракт или не берись за него вовсе». «Дисциплина всегда и везде». «Все что нужно сам добудь в бою». «Честь одного влияет на честь других», - перечислил я их нерушимые принципы.

- Это все дерьмо, - зло усмехнулся Брокк. – Правило тут одно – не доверяй никому кроме своего чутья. Предадут все - друг, напарник и брат. Только ты один себя никогда не предашь. Поэтому быть у себя на уме – вот закон наемника.

- А все остальное? – чуть растерялся я.

- Сказочки для детей, - заявил он уверенно. Его глаза сверкнули нехорошим блеском.

Сказав это, Брокк отвернулся к своим парням, показывая, что разговор закончен.

*

Дальше мы снова шли, каждый погруженный в собственные мысли. Не знаю, о чем думал Брокк, но мои мысли были нехорошими. Очень нехорошими. Не нравилось мне то, что я недавно услышал. Очень не нравилось. Очень-очень не нравилось.

Однако через время стало не до этого – разведчики остановились у большого серого камня, где дорога раздваивалась.

- Развилка? - Удивление в голосе Брокка было явным и искренним. – На моей карте не было никаких развилок, - озадачился он.

- И все же - вот она. – Зан указал алебардой на раздвоение дороги.

И правда – вот она. Узкая дорожка, что привела нас сюда, разделялась на левую и на правую стёжку. Одна стезя уходила слегка налево и быстро терялась в огромных кустах крапивы. Вторая стёжка уходила от камня направо, и немного просматривалась сквозь колючие ветви терновника.

- Гляньте, что там к чему, - глухо распорядился Брокк. Куши шагнул первым и пошел вперед по второй дороге. Ларесу ничего не оставалось другого, чтобы пойти по первой.

Разведчики осторожно стали продвигаться вперёд, готовый по любому шороху отскочить назад. Вот они прошли по дюжине шагов и остановились.

- Ничего необычного, – первым откликнулся рыжий Куши. – Тропинка ведет вперед. Впереди только лес.

- И у меня то же самое, - отозвался юноша. – Слева от меня крапива, справа большая колдобина.

- Поглазейте еще, - приказал парням Брокк.

Парни пошли дальше, и вскоре скрылись из глаз наблюдающей за ними команды. Однако их голоса были еще слышны.

- Лес, как лес – буки, грабы, ели, - громко кричал нам Куши.

- У меня небольшой овраг. А так - все спокойно, - говорил, что видел, Ларес.

- Дальше, - рявкнул и Брокк в ответ, да так, что с одной ели градом посыпались шишки.

Через какое-то время голоса разведчиков растворились в лесу, и от них не было ни духу, ни слуху.

Первым вернулся Ларес с недовольным видом.

- Тропа продолжает идти вперед, почти так, как нам надо, - бордо отрапортовал он.

- Это хорошо. Но…? - Брокк сразу понял, что хорошо все, да не все.

- Шагах в ста от нас я видел на земле, свежие следы большой лесной кошки, - честно ответил юноша.

- Что б ей коромысло в горло всунули да вынули через …, - громко выругался мужчина. - Если это ее земля, то она нам проходу не даст.

- А если у нее еще и детёныши, - скривил физиономию Зан.

Да, попадать под удар большой лесной кошки никому не хотелось. Это было бы равносильно встрече с самой судьбой, с неумолимой силой, которая не знает жалости и не признает слабости. Представьте себе картину: густой, сумрачный лес, где солнечные лучи едва пробиваются сквозь плотную крону деревьев. Тишина, нарушаемая лишь пением птиц и шелестом листвы. И вдруг – внезапное, стремительное движение. Из тени, словно призрак, появляется она – большая лесная кошка. Ее глаза, горящие янтарным огнем, пронзают насквозь, а мускулистое тело, покрытое густой шерстью, излучает первобытную энергию. Путешественник мог бы увидеть в ее глазах не просто хищника, а воплощение дикой природы, перед которой он бессилен. Даже самый отважный воин, привыкший к битвам, почувствовал бы холодок, пробежавший по спине, осознав, что против такой силы его оружие может оказаться бесполезным.

Затем вернулся Куши.

- У меня впереди отлично, - бодро стал рассказывать он. – Дорога ведет, куда надо, и на ней тоже пусто.

- Уверен?

- Уверен.

- Следов большой кошки там нет?

- Там нет никаких следов кроме заячьих, - заверил его разведчик

Выбор был очевиден и Брокк отдал приказ двигаться направо.

Вначале все и правда шло очень хорошо. Солнце ласково грело, легкий ветерок шелестел в листве, и казалось, что этот день будет наполнен лишь спокойствием и красотой природы. Мы миновали длинную каменную россыпь, где каждый шаг требовал внимания, и какое-то время шли рядом с глубоким оврагом, чья бездонная зелень манила своей таинственностью. Тропинка, словно живая, вильнула и повела нас в лес. Это был относительно редкий лиственный лес, где даль неплохо просматривалась шагов на полста вперед, создавая ощущение простора и свободы.

Однако, едва мы углубились в него на пару десятков шагов, как привычная лесная идиллия рухнула. Из высокой, густой травы, что колыхалась под порывами ветра, стали подниматься они. Скелеты! Нежить!

Первое, что поразило меня до глубины души, и чего я совершенно не ожидал, было их абсолютное разнообразие. В своем сознании я представлял себе их совершенно одинаковыми, как братья-близнецы, как гвозди или наконечники болтов и арбалетов на прилавке у кузнеца – безликие, равноотмеренные. Но настоящие скелеты оказались совсем не такими. Среди них были высокие, словно вытянутые из земли, другие – обычного роста, а третьи – очень низкие, приземистые. У одних виднелись широкие, мощные плечи, а у других плечи были узкими, почти хрупкими. Некоторые выглядели, если можно так сказать, худощавыми, с торчащими ребрами, словно под ними когда-то был мощный живот. И тут меня осенило: ведь скелет – это остатки когда-то жившего человека, а люди бывают высокими и низкими, худыми, обычного телосложения и упитанными толстяками. Вроде бы и так понятно, но до этой первой встречи со скелетами я так и не думал об этом!

Оружие у них тоже оказалось различным, что добавляло хаоса в эту уже сумасшедшую картину. Одежда, да какие-то непонятные тряпки грязного, землистого цвета, которые, казалось, были частью их самих, а не надетыми поверх. Но в своих костяных руках они держали все, что душе угодно: камни, грубые дубины, ржавые ножи, ржавые серпы, лезвия деревенских кос. А кое-кто, к моему ужасу, держал в руках даже мечи и металлические дубины. Пусть грязные, пусть ржавые, но оттого – не менее смертоносными.

И самое жуткое, что объединяло их всех, это их глаза. Точнее, глазницы. Они горели неприятным, потусторонне-красным светом, словно угольки в ночной тьме, проникая в самую душу и вселяя первобытный страх. Этот свет был не просто отражением, он был воплощением зла, безжизненной, но все же живой угрозы. В этот момент я понял, что наше путешествие по лесу только что превратилось в битву за выживание.

- Куши, да твою ж ма… - громко ругнутся Брокк, и в его голосе я услышал больше недовольства, чем настоящего страха. Он быстро пригнулся, бережно опуская мешок на землю, и тут же его мечи будто сами выпрыгнули из ножен. Взгляд его был направлен в собирающуюся толпу врага. Злой взгляд. Изучающий взгляд. Холодный и не менее опасный, чем у этой нежити. – Я такое с тобой сделаю, если ты мы вместе выживем… - пообещал он, шипя, словно змея.

- Но командир, я же не знал. Я даже не догадывался! - Куши заблеял, словно малая овца перед опасным волком.

- Нет? А должен был, - прошипел он в ответ и тут же скомандовал: - Парни! Все в бой!

- Да! – поддержали командира Куши, Ларес и Зан, и одной командой дружно ринулись в бой.

Признаю – я и Мерк ринулись в бой не сразу. Сказать, что нам было страшно – значит ничего не сказать. Видеть в такой близости голые кости черепа, обнаженные зубы, худые костяшки пальцев, ребра, под которыми давно уже ничего нет. И у этого всего – ножи, мечи и дубины. И так думать о сражении с этой нежитью страшно, так еще и не понимаешь, как это все побороть.

Мысли метались, как перепуганные кролики в клетке, и я попытался поймать хоть одну из них.

- Сколько в тебе магии? – крикнул я брату, в надежде перекричать гомон начавшейся битвы.

- Да с гулькин нос! – тут же ответил он.

- У меня малость больше! Начнем с тобой бить ту нежить, что далеко стреляет.

Мерк согласился, и подняв левые руки, мы принялись выискивать в толпе желтых костяшек лучников и копейщиков. Но их там не оказалось. Ни одного. Ни единого.

Какой тогда новый план? А такой же, как при любом нашем сражении с братом.

- Колдуем скелетам болото под их худые ноги! – принял решение я. – Кости у них сплошь гладкие – на скользкой земле им явно будет туго.

Мерк, как всегда, не стал спорить или обсуждать. Его молчаливое согласие было красноречивее любых слов. Наши руки, словно единый организм, синхронно двинулись вниз, и в безмолвную толпу скелетов полетели разные заклинания.

- Галопитуло! Болото! – прокричал брат.

- Вефейра! Грязь! – понеслось от меня.

Заклинания разные, а эффект у них практически одинаковый – магия воды заставляла воду набираться в указанный кусок и баз того сырой земли, а магия земли заставляло землю непомерно впитывать в себя всю ближайшую воду, превращаясь из упругой, но тверди в вязкое болото.

Два заклинания дружно слились в одно. В воздухе повис запах земли после дождя.

- Всё?

- Всё.

- А теперь – мечи наголо и… - Мы с криком ринулись в сторону врагов, спелёнатых нашей магией.

Битва была жаркой. Скелеты, лишенные возможности двигаться по твердой земле, скользили, теряли равновесие, и каждый их шаг превращался в борьбу с вязкой трясиной. Их гладкие кости, призванные даровать им устойчивость, теперь становились их проклятием. Каждый шаг превращался в борьбу с вязкой, предательской землей, каждый шаг – в потерю равновесия и иногда в падение. А мы, я и Мерк, налетевшие на них с яростью соколов, принялись прилагать все усилия, чтобы лишать их второго, явно лишнего шанса на жизнь.

Мы с братом оказались лицом к лицу против троих скелетов. Их костяные челюсти щелкали в беззвучном рыке, пустые глазницы горели красным потусторонним светом. Каждый шаг их сухих, скрипучих суставов отдавался эхом в тишине, предвещая неизбежную схватку. Но этот звук, этот жуткий скрип, ни шел ни в какое сравнение с бешенным стуком колотящегося в моей груди сердца. Если бы грохотом сердца можно было бы убивать, то, я клянусь, мы бы враз победили.

Первый скелет ринулся вперед, его ржавый серп взметнулся в воздух с угрожающим свистом. Я парировал удар, чувствуя, как сталь скрежещет о сталь. Звук был резким, неприятным, словно крик самой смерти. Я отступил, уворачиваясь от следующего выпада, и снова, целясь в хрупкую грудную клетку, нанес врагу удар.

- Н-на! – выпалил я в азарте.

Мой меч прошел сквозь пустоту, но удар был достаточно силен, чтобы отбросить противника назад. Тот сделал шаг, поскользнулся на вязкой от влаги земле и упал назад – прямо под ноги своему боевому товарищу. Громкий треск костей – и одним противником тотчас стало меньше.

- Вот так тебе! Не поднимай руку на мага! –само сорвалось с языка, словно эхо победы.

Зато остальные противники никуда не делись и продолжали наступать на нас костяной стеной.

Второй скелет, вооруженный дубиной, попытался обойти меня с боку. Я почувствовал его приближение по шороху костей и резко развернулся, нанося удар по его руке.

- Вот так!

Кость хрустнула, и грязная дубина выпал из его хватки. Но это было лишь временное облегчение – скелет жадно попытался схватить меня за голову второй своей костлявой рукой. Резкий взмах меча - и упрямый скелет остался совсем без рук. Я, что есть силы, пнул его ногой и он упал на меч своего товарища.

- Выкуси! - выдохнул я с облегчением.

Еще одна победа. В голове промелькнула мысль, что, если я останусь в живых, то буду рассказывать о своем первом бое с нежитью своим детям и внукам. Хорошая будет история. Но мне нужно было еще выжить. Битва продолжалась, и каждый удар, каждый шаг, каждый вздох был на счету.

Тем временем ко мне подскочил еще один скелет и принялся яростно размахивать перед моими глазами лезвием старой косы. Я успел увернуться от первого, яростного взмаха. Лезвие, издавая зловещий скрежет, пронеслось в сантиметре от моего лица. Второй удар был не менее стремительным, но и его я сумел избежать, отпрыгнув назад. Третий же, однако, оказался коварнее. Тупое, ржавое острие, словно голодный зверь, впилось в мою мантию. Широкий разрез от груди до бедра – вот что осталось от некогда добротной ткани. Но в этот момент, когда лезвие застряло, я увидел свой шанс. Сжав рукоять меча, я опустил его навершие на грязные кости черепа.

- Получай! – выкрикнул я, вкладывая в удар всю свою силу.

Раздался треск, и череп лопнул, как перезревшая тыква. Красный огонь, что еще мгновение назад горел в его глазницах, погас, оставив лишь пустые глазницы. Одним скелетом меньше. Слава богам, каждая такая победа была глотком воздуха в этом царстве смерти.

Но передышки не было. В следующий миг я уже отбивал ржавое лезвие меча, нацеленного в мое плечо. Враг был шустр, очень шустр. Я оттолкнул его клинок, пытаясь контратаковать.

- Эх!– выдохнул я, но скелет, к моему удивлению, увернулся, отставив плечо назад. Умело. Очень умело. Новый взмах, и тусклое лезвие нацелилось мне в бедро. С трудом, но я отбил и этот удар, поворачиваясь к противнику боком, делая большую часть тела недостижимой для его атак. Еще один удар некогда хорошего меча. Я увернулся, поднял руки и нанес косой удар по его пустопорожней грудине.

- Вот так!

Скелет снова от меня ускользнул. Вот же какая досада!

Атака! Я отбиваю, и атакую сам.

- Н-на! – с напором нанес я удар.

Желтые ребра хрустнули, как пересохший веник. Скелет взглянул на меня, как мне показалось, удивленным взором. Пылающий взгляд пропал, и он осел на землю грудой обычных костей. Вот так, хорошо. Столько побед подряд. Хотя и не удивительно – скелетов хоть и много, но воины они так себе. Я тоже, признаюсь, не мастер махать мечом. Но кое-какие приемы, я, конечно, знаю, и это помогает мне оставаться в живых.

Но - не в бою сразу с несколькими противниками. Пока я отбивался от очередного скелета, я краем глаза заметил дубину, летящую мне в правое плечо. Заметить-то заметил, но увернуться не смог.

Бам! Ай! Удар пришелся между локтем и плечом. Сильный удар. Я тут же сделал широкий взмах мечом, чтобы проверить, целы ли мои кости. Кости в порядке, но рука в месте удара отозвалась предостерегающей болью.

Пока я думал, что у меня с рукой, с другой стороны в мою мантию влетело грязное короткое лезвие. Я резко отстранился, но поздно – в мантии появилась еще одна прореха. А первый скелет уже вновь замахивался своей сучковатой дубиной.

Надо собраться. Широкий шаг назад. Скелеты дружно пошли за мной, собираясь в кучу. Удар… и мой меч застрял в древесине парирующей дубинки. Вот же незадача, и никак не выдернуть. А в это врем в меня снова несется нож! Я, как смог, вывернулся, не отпуская меча. Нож снова прорезал мантию и уткнулся в вареную кожу доспеха.

Ого, почти попали. Нет, так не пойдет. Я извернулся и с силой ударил скелета ногою. Ударил наобум, никуда конкретно не целясь. Послышался хруст костей и вместо трех пар красных глаз на меня теперь уставились две. Мой меч освободился, однако он теперь стал чересчур тяжел для удара. Тролль, тролль, тролль. И как мне теперь защищаться?

Я едва не запаниковал, но в разум меня привел близкий свист дубины. Удар. Ай! Плечо! Раненная рука плохо повиновалась, и я криво поставил защиту, пропуская еще один удар. Да что б вас всех!

- Н-на!

Удар кулаком по ближайшему черепу. Тот сразу раскололся, чем-то опалив руку и безголовый костяк завалился на бок. Теперь мы один на один. Сейчас поглядим, кто кого.

Удар скелета. Дубину-то я отбил, то ее сучок распорол мне правый рукав мантии, превратив некогда достойную одежду в красивую рваную в тряпку. Вот же поганец. А теперь мой удар.

- Держи!

Скелет принял удар меча на дубину. Хорошо, ничья.

Второй удар желтого костяка. Я уклонился и попытался нанести врагу мгновенный ответный удар.

- А вот так!

Скелет уклонился тоже. А он не так уж и прост.

Снова удар, на этот раз резкий выпад вперед. Острый сучок просвистел возле самого уха. Опасненько. Очень опасненько. Зато враг открылся, и я сразу поспешил этим воспользоваться.

- Сдохни!

Свист металла и лезвие разрубило кривой позвоночник. Красный свет пропал, и я остался один.

После такого боя сердце в груди бешено колотилось, словно умалишенное, и я отступил назад, чтобы передохнуть. Моя голова сразу же завертелась во все возможные стороны, чтобы оценить все, что было вокруг. Четверка воинов упрямо сражалась, принимая остатки врагов на себя. Я взглянул на Брокка – его руки крутились как крылья ветряной мельницы. Зан лихо орудовал своей большой алебардой, оставляя от врагов даже не кости, а костную муку. Слева от меня Мерк отбивался сразу от двух скелетов. Лес переполняли крики и брань людей, когда как наши враги сражались в полном молчании. Страшная картина, что и говорить. И где-то вдали, за дальними кустами, прятался напуганный и трясущийся Винчи.

Увидев, что мы побеждаем, я тут же бросился на помощь своему брату. Теперь заруба шла куда веселей. Удар сменялся блоком. Еще, еще, еще. Удачный выпад брата, и его противник рассыпался как пересохшая охотничья клетка.

- Вот так тебе, погань. Не смей нападать на мага! - огласил он победу.

Я задержался чуть дольше – удар в кости таза, и последний удар, рубящий, в ничем не защищенный позвоночник. Потеряв целостность, скелет отлетел на назад и его кости впечатались во влажную землю.

- Откуда вышел, туда тебе и дорога, - гордо сказал ему я, отмечая финал.

Финал? То есть, победа? Звуков боя больше нигде не слышно. Значит, это – победа!

*

Тишина, наступившая после боя, казалась оглушительной. Я тяжело дышал, ощущая, как пульсирует раненое плечо. Мантия, некогда гордость моего облачения, теперь представляла собой жалкое зрелище – рваная и в пятнах грязи. Но это были лишь внешние повреждения. Внутри, в глубине души, боролись усталость и облегчение. Облегчение от того, что этот кошмар закончился, и усталость от того, что он вообще начался.

Я огляделся. Вокруг валялись обломки костей, сломанные дубины и искореженные лезвия. Следы жестокой схватки, свидетельство моей и не только моей борьбы. Борьбы не только с врагами, но и со своими слабостями. Страх, боль, отчаяние – все это пыталось сломить меня, но я не поддался. Я выстоял.

Я поднял меч, который все еще казался тяжелым в моей ослабевшей руке. Но теперь эта тяжесть была не бременем, а символом моей стойкости. Я знал, что впереди еще много испытаний, много битв. Но я был готов. Готов встретить их лицом к лицу, с мечом в руке и непоколебимой волей в сердце. Потому что я – герой. И моя история только начинается.

- Что, доволен собой? – услышал я насмешливый голос Брокка. Я повернул голову и оглядел остальных. Левая рука наемника слабо шевелилась – видимо ее все же достал кто-то из этих скелетов. Еще я заметил пару мокрых разрезов на его правой штанине. И туда попали. Очень неприятно. А мешок, который он все время тащил с собой? Нет, мешок уцелел – вот, лежит под корнями.

Зану тоже досталось – на наших глазах от засунул руку под расстегнутый доспех и вынул ее обратно, уже окровавленную. И его задели, и достаточно сильно. Так же пара порезов виднелись у него на щеках. Куши и Ларес, так же схватившиеся за мечи, наоборот, держались очень бодро, а потому были ли они ранены, я не представлял.

- А почему нет? – слегка улыбнулся я, возвращая меч обратно за пояс.

- Да нет, почему- же, можешь. Вы оба можете быть довольны. Я наблюдал за вами – вы неплохо дрались. Неплохо, как для магов, - тут же поправился он. - В отличие от нас. – Он указал головой на себя и на Зана.

- С чего это вдруг? – не согласился с ним здоровяк, вынимая откуда-то флакон с каким-то зельем и залпом выпивая его. – Мы приняли на себя основную часть удара, а они…

- И что с того? - Брокк резко возмутился и гневно зыркнул на Зана. – Ты хотел бы чтобы основной удар приняли они? Они? Маги? – Он указал правой рукой на нас.

- Нет, ну… - Алебардист мгновенно смутился и ответ свой взгляд.

- Вот. Они откусили кусок пирога по своему рту. Откусили и проглотили, не подавившись, - Он резко тряхнул головой, и с его волос посыпались капли пота. – Гляди, гляди – на них даже крови нет. – Бывший наемник снова поднял правую руку и дважды ткнул в сторону нас. – А мы? У меня рана на ране, и у тебя дыра. Разве это можно назвать первосортной работой?

- Но ведь врагов было почти полсотни? – раздалось мычание Зана, копошащегося на поясе.

- И что с того? Что с того? Когда это нас останавливало? А?

- Никогда, - согласился здоровяк, протягивая Брокку еще один флакон. То его быстро выпил и вернул напарнику. – Потеряли мы форму, пока были в городе. Еще как потеряли, – выдавил он с тоской. – Ладно – хватит жаловаться. – Объявляю привал. Куши, Ларес – вам стоять на страже. А вы. – Он указал на нас, – подойдите сюда. – Мужчина указал на место возле себя.

- Это еще зачем? – насторожился я, но все-таки подчинился.

- Пока мы отдыхаем, я покажу вам пару очень хитрых приемов. Не почтите это за особую честь. - Воин ухмыльнулся. - Но, кто знает, с чем еще на этом пути нам предстоит столкнуться. А чем больше у меня в отряде боеспособных солдат, тем оно лучше.

Что ж… А почему бы и нет?

Буду честен – он действительно нам кое-что показал. Он показал нам три хитрых приема - "выпад с подскоком", "закрутка" и "свищ". И не просто показал, а заставил по дюжине раз повторить, а потом попрактиковать их друг на друге. Получалось, честно признаться, не очень. Но, тем не менее, Брокк остался доволен.

- Молодцы, молодцы, - сыпал он похвалой. – Схватываете налету. А то, что у вас сейчас не очень хорошо получается, это ничего. главное, что вы поняли, что делать и когда. Все остальное – это дело опыта. будете тренироваться, и сможете делать эти финты на одном дыхании. А так, признаю – вы молодцы, молодцы! – продолжал он обильно поливать нас сладкими похвалами.

После обучения мы снова отправились по опасному лесу. Я и брат пребывали в слегка приподнятом настроении. Еще бы! Нас обучили трем финтам на мечах, да еще и бесплатно – в городе Сатус любой мастер-мечник содрал бы за это монеты.Однако ни такое внимание к нашим скромным персонам, и ни такая чрезмерная щедрость на похвалы не могли сгладить того неприятного ощущения, что я испытал в последнем разговоре. Немного поотстав, я поделился своими сомнениями с братом. Тот выслушал меня и на мое удивление, полностью меня поддержал.

- Нет. Нет, нет и нет. Что-то тут не так, - выдал он, покачав головой. – Не может наемник так о себе говорить. Может быть когда-то Брокк и был наемником, но то, что он сейчас говорит, на слова наемника не похоже.

- А на что похоже?

- Да кабы я знал, - пожал плечами брат. – Надо бы нам с кем-то еще поговорить…

- Надо бы, да вот с кем? – Я взглянул вперед, на пару впередиидущих бойцов. – Разговаривать с Заном я не вижу смыла – он с Брокком заодно, как два сапога одного хозяина.

- Я согласен, - хмуро поддакнул брат.

- Ларес и Куши? – Я взглянул на две едва видимые вереди спины. - Если они что-то знают, то ничего не скажут – они бояться Брокка, как мыши боятся голодного кота.

- Тоже верно.

- Остается только… - Я обернулся и посмотрел назад, на едва плетущегося далеко за нами слугу.

Мерк обернулся вслед за мной. Брови его резко взлетели.

- Винчи? – переспросил он недоуменным голосом.

- Да. А почему нет?

- А что он может знать? - Брат все еще сомневался.

- Вот это мы и проверим, – предложил я ему. – Мы знаем одно – он точно не стороне Брокка. А что он знает еще – это мы и выясним.

Я решил не откладывать дело в долгий ящик, и воспользовавшись тем, что Брокк и Зан были поглощены какой-то очень важной беседой, стали потихоньку отступать назад, пока не сравнялись с уныло бредущим Винчи.

- И чего мы так медленно идем? – с насмешкой поинтересовался я у отстающего и тут же пожалел – тот глянул на меня таким затравленным взглядом, что я побоялся, что он вот-вот упадет от страха. Похоже, этот мужчина боится меня и Мерка так же, как и остальных. Откуда у него такой страх?

- Простите, господа маги… - Его худое лицо, казалось, осунулось еще больше, а в глазах, тускло блестящими над тремя серыми мешками, плескалось отчаяние. – Простите. Я увы, не ходок по лесам. Будучи слугой господина Лагуера я все больше сидел в его особняке, а если и путешествовал, то только по мостовым. А вот лес… - Мужчина вздохнул. – К путешествию в лес я был совсем не готов.

- Вот как?

- Да. Все мои путешествия ограничивались соседними лавками и обратно. А тут такой путь, такой путь. – Он вновь тяжело вздохнул. – Я даже не догадался одеть нужную обувь.

- О…

- И, с вашего позволения, я добавлю еще - на последнем привале я снял обувь и заметил, что мои пальцы сбились в кровь. А с такими ранами быстро не побежишь.

- Да, я понимаю. – Такие страдания вызвали во мне сострадание. – Вот, держите. – Я вынул из сумки зелье исцеления и протянул мужчине. – Выпейте, - искренне предложил я ему.

- Что это? - И снова страх в усталых глазах. Да что же тут происходит?

- Это – зелье исцеления. Выпьете – и ваши раны на ногах быстро заживут. Тогда точно не будете отставать, -пообещал я ему.

Винчи еще раз взглянул на протянутую бутылочку.

- Зелье же дорогое. Вам что, совсем не жалко? – спросил он у меня с удивлением.

- Для своих верных спутников нам ничего не жалко, - заявил я с некоторым пафосом, чтобы хоть немного поднять ему настроение. Мерк на мгновение одарил меня вопрошающим взглядом – с каких это пор Винчи наш верный попутчик? Но я сделал загадочную мину, и брат отвернулся, приняв мою игру.

- Благодарю, – мужчина улыбнулся, отвесил шутливый поклон и выпил эликсир в три глотка. А я понял, что у взятых с собой бутылочек может быть еще одно полезное свойство - подкуп. Или что-то вроде.

Дождавшись, пока эликсир начнет свое целебное действие, я стал задавать ему разные вопрос.

- Винчи, скажи – я слышал, что Лагуеры – достаточно богаты, - задал я свой первый вопрос.

- Да, так и есть, - легко ответил он.

- Тогда расскажи – что значит быть богатым в городе Сатусе? Мы с Мерком тут новички и мало чего знаем.

Вопрос был простым. К тому же, Винчи льстило внимание сразу двух магов, поэтому он без труда пустился разглагольствовать.

- Быть богатым в городе Сатусе это, в первую очередь, жить не где-либо, а в квартале богачей, - начал объяснение он, и на его лице я впервые увидел что-то кроме страха. – И не просто жить, а иметь свой дом! И не просто дом, а домину! Целый особняк! И не на каких-то два этажа, а на целых три! – Винчи вдохновленно понял указательный палец вверх, как бы подтверждая, что это крайне важно. – Хотя нет. Да что это я, – тут же смутился он. – Дом настоящего богача не определяет ни размер дома, ни количество его этажей, – тут же поправился он.

- А что определяет? – тут же спросил его Мерк. Глаза брата зажглись неугасимым огнем – о, как же он падок на власть и богатство. Я слегка улыбнулся, но ничего не сказал.

- Великолепие! Именно великолепие. Везде и во всем! – Он снова воздел палец к небу, и так на него засмотрелся, что чуть не упал. – Бедняк, он что? Если у него пол застлан камышом и травой, то он этим доволен. А богатей? Покрытые лаком доски его точно не устоят. Ему подавай только плитку и плитку глазурованную. Именно она предает интерьеру нужную изысканность!

- О! – протянули мы с пониманием и почтением, хотя даже не знали таких мудреных слов.

- А стены? – Видя нашу реакцию, Винчи решил продолжить. - Стены должны украшать роскошные гобелены. Роскошные, а не те, что стоят меньше одного золотого.

- А! – протянули мы.

- Окна должны быть защищены решетками, и затянуты тканью пропитанной смолой и салом. А знаете, почему? – задал он нам вопрос.

- Почему? – Мы не знали ответа.

- Потому что именно такая ткань хорошо пропускает свет. Только такая ткань оберегает от сквозняков и не дает влаге возможность испортить раму!

- У! – Судя по его тону, он знал, о чем говорил, и не согласится с ним мы просто не могли.

- Хотелось бы, ох, как хотелось бы, иметь на окнах эту потрясающую штуку, что зовется стеклом. Но – увы, увы, увы: из-за цены его могут позволить себе лишь короли да церковники.

Мы снова молча кивнули – о "стекле" мы знали еще меньше, чем о загадочной "плитке". То есть – ничего.

- Но сердце каждого дома – это его кухня. – Винчи продолжал. Его глаза горели ярким, неугасаемым огнем. – В доме Лагуеров стоят огромные камины, где на вертелах жарят мясо самых разных размеров, вплоть до туш целых быков.

- Ого! – Туша быка на вертеле. Вот это мы понимали.

- По желанию господина на стол поднималось все что хранилось в кладовых: лебеди…

- А!

- Дрозды…

- У!

- Голуби…

- О!

- Утки…

- Угу! – С каждым новым словом наши рты все больше наполнялись дразнящей густой слюной.

А Винчи не унимался,

- Зайчатина, крольчатина, баранина, оленина и мясо кабанов.

- Да! Ух ты! Здорово! – доносилось от нас.

- Но что такое мясо без хороших приправ. На кухне хранились такие дорогие приправы, как…

Я постарался не слушать – терпеть просто не было сил.

- А какие дорогие платья висят в их шкафах! А какие цвета – сплошь алый, зеленый и синий! А какие ткани! Тут тебе и шелка, тут тебе и парча. Был там и бархат, и тонкое сукно. Что полегче, то для жаркого лета, а что потяжелее, да с мехом куницы, то как раз для зимы…

Винчи все говорил да говорил, не смолкая. Мне было интересно слушать о таких вещах. А вот Мерка аж распирало чуть ли не до судорог – так сильно он завидовал богатству семьи Лагуэров и так же сильно страдал, что такого нет у него. Видя мучения брата, я поспешил перевести разговор на другую тему.

- А слуг там много было? – спросил я у знатока.

Винчи аж расплылся в улыбке.

- Много? Да целое море, - похвалился он. – В этой семье служил один дворецкий, семь одежных прислужниц, три постельные горничные, две служанки для особых случаев и три молодых пажа. Все молодые, здоровые и лишь по рекомендациям. – Он снова воздел палец вверх, как бы отмечая, насколько это важно. - И это только личные слуги, только для семьи!

- Это - только личные? - с тоской в ответ протянул Мерк.

- Да. Еще были слуги, следящие отдельно за домом. Это управляющий особняком, управляющий винным подвалом, хранитель столового серебра и одна старшая горничная, стоящая над простыми служанками. А простых слуг было вовсе не перечесть: кухонные слуги - повара и поварята, посудомойки, кухонная прислуга, прачки, низшие служанки. И это только те, что служили в доме.

- А что, были и другие? – со стоном протянул брат.

- Другие? А-то как же! Конюшие, стражники, садовничьи, посыльные, гонцы. Их там столько было – всех и не сосчитать.

Я тут же нахмурился, пытаясь все быстро запомнить. А брата опять развезло от тоски и зависти,

- Легко у вас там работать? – задал я новый вопрос, надеясь хоть в этот раз успокоить брата.

Перемена была разительной – с той же радостью и вдохновением, с какой слуга описывал достаток семьи Лагуэров, с таким же неудовольствием он заговорил о работе.

- Легко? Легко? А вот ни за что! Я бы в жизни не пожелал никому такой работы!

- Это еще почему? – удивился я.

- Почему? Да что вы знаете о…- Винчи нервно дернулся, словно от оплеухи. – Все почему-то считают, что, раз семья богатая, то будут богаты и слуги. Что мы будем есть в три горла, пить в три кувшина и спать от заката до полудня. А о нашем жаловании ходят такие легенды… Но это все не так. – Он горько махнул рукой

- И что же на самом деле?

- Мы и правда получаем жалование, но оно совсем небольшое.

- Насколько оно небольшое?

- Намного меньше нашей ответственности, - не дал подробностей он. – Да, мы питались с господской кухни, но только лишь объедками. Да, у нас была форма. Но в ней можно ходить только когда мы в доме.

Он тяжело вздохнул – видимо эти слова дались ему нелегко.

- Что до самой работы, то она весьма тяжела. Иногда она могла начинаться до рассвета, а заканчиваться лишь с приходом темной ночи. Временами, когда господа предавались буйному веселью, для слуг не существовало ночи. От самого главного дворецкого до скромных поварят – никто не мог позволить себе ни минуты покоя.

- Вот как?

- Ага! А наши спальные комнаты? Многие думают, что мы ночуем чуть ли не с господами! Но нет, куда уж нам. Комнаты прислуги маленькие, тесные, а у многих даже общие. Только у дворецкого есть хорошая комната. У всех остальных же не комнаты, а конуры!

- Но самое страшное это иерархия! – заявил он с глубочайшим надрывом. - Если ты не господский слуга, даже если ты кто-то из смотрящих за домом, то никогда, ни за что, тебе почтенья не будет. Последняя постельничная служанка будет смотреть на тебя снизу-вверх самым презрительным взглядом, словно ты грязь, что прилипла к ногам. – Плечи его содрогнулись, и он чуть не заплакал. – Постельничная. Да что у нее за работа! Постирать да заправить постель? Убрать с неё пыль по полудни? Постирать полотенца в ароматном душистом мыле? То ли дело я, хранитель фамильного серебра. Двадцать лет службы. Двадцать лет верной службы. И за эти года ничего не пропало. Ничего. Ничего! Ни единой ложки! А на том приеме мне даже не нашлось места. Ненавижу их, ненавижу, - вдруг тихо прошипел он, но даже этот голос поверг нас двоих в глухой ступор. – Неблагодарные. Неблагоразумные. Люди без чувства и совести. Вот я и решился на это и ни о чем не жалею, - вновь злобно прошипел он. Его губы плотно сомкнулись, а пальцы согнулись в страшные кулаки ненависти. – Вот вам за все. Это вам моя месть! Месть за годы службы, полные унижения! Это вам за то, что не ценили меня, ни словом и не монетой!

Мы с Мерком переглянулись, и у каждого из нас на лице царило полнейшее непонимание.

- На что решился? О чем не жалеешь? – переспросил его я. Винчи ничего не ответил, лишь бросил быстрый взгляд на мешок, что нес собой Брокк и больше ни о чем с нами не разговаривал.

Чем дальше, тем все страннее. Сначала – наемник, который в душе вовсе не наемник, а очень странный тип, которого навряд ли мог нанять кто-то из благородных. Особенно – для такого важного дела. Теперь слуга, который по рассказу Брокка должен быть верной рукою своих господ, а как оказалось, что желает им мести. Наемник не наемник, и слуга не слуга.

И, самое интересное – что находится в том самом заплечном мешке, который Брокк так сильно оберегает?

*

Путешествие через опасный лес продолжалось, однако теперь все шло не так хорошо, как раньше. Обычный переход, каких было много ранее, превратился для команды в настоящее испытание, где каждый шаг был пропитан тревогой и борьбой. Казалось, сами боги сговорилась против них, подкидывая одно препятствие за другим, испытывая на прочность не только их тела, но и дух.

Первым и, пожалуй, самым ощутимым ударом стала усталость команды. Измотанные предыдущей битвой, бойцы часто обращались к Брокку с просьбой об отдыхе. Но он, как всегда, с непоколебимым, почти фанатичным упорством, отвергал их просьбы.

- Что вы как дети малые? Не сахарные, не растаете, - зло отвечал он им. Его взгляд, обычно полный решимости, теперь казался ещё более жёстким, а слова – горькими и колкими. Он видел в каждом призыве к отдыху проявление слабости, угрозу для выполнения задуманного дела, и это лишь усиливало его негодование.

Вторым, и куда более серьёзным, была неприятность с Заном. Как стало понятно, во время битвы с нежитью он как-то повредил левый локоть. Целебное зелье, которое он выпил, оказалось бессильным против такого ранения. Оно могло залечить кровоточащие раны, остановить кровь, но не вернуть на место вывихнутый сустав или сросшийся перелом. Для этого нужен был живой лекарь, мастер, которого в нашей команде, к нашему глубокому сожалению, не было, поэтому через какое-то время Зан, скрепя сердце, был вынужден оставить свой тяжёлый щит в густых ежевичных кустах.

Что тоже не осталось незамеченным Брокком.

- Как с девками всю ночь на сеновале валяться, так это ты завсегда. А как маленькую ранку в плечо получил, то все, уже нету сил? – скалил зубы он.

Не лучше обстояли дела и у самого командира отряда – похоже, оружие нежити занесло в его тело какую-то заразу. Очень скоро его начало лихорадить, тело шатало, и это лишь усиливало его и без того недружелюбный нрав. Каждый его шаг становился тяжелее, каждое слово – резче, а его обычно грозный вид теперь омрачался болезненной бледностью.

Еще одним источником напряжения стали споры Куши и Лареса. Куши постоянно оспаривал выбор Лареса, утверждая, что тот ведёт нас неверным путём через темную чащу. Каждый поворот, каждый выбор тропы становился предметом жарких споров, отнимая драгоценные силы и подрывая уверенность идущих за ними людей.

И вот, когда мы снова поднялись и пошли вперёд после небольшого и такого нужного всем привала, оба разведчика, Куши и Ларес, неожиданно замерли.

- Что там, впереди? – тут же насторожился их командир.

- Я не уверен, но там, впереди, точно что-то есть, - несколько неуверенно ответил ему Ларес.

- Что-то? Или кто-то? - разъярился Брокк от неопределённости. – Звери или нежить, или кто-то еще? - потребовал он точных объяснений.

- Точно не звери, - заявил ему отчего-то занервничавший Куши. – Похоже, это люди.

- Люди? – Брокку и этого было мало – крутой нрав, усиленный болезнью, давал о себе знать. – Скажи точнее – кто? Охотники? Собиратели? Кто?

- Не знаю.

- Проклятье. – Брокк чертыхнулся. – Остановились. Замерли. Попробуем обождать. Все прячемся за деревьями, и никому – ни звука!

Зан, Куши и Ларес тут же принялись исполнять приказ своего командира. Мы тоже подчинились, занимая место за толстыми стволами. Подчиниться-то я подчинился, но в моей голове набатом бил вопрос – если это люди, то чего мы боимся? Мы - хорошие парни. Мы ничего дурного не сделали!

Я бросил взгляд на Мерка, стоящего за каштаном. Брат в ответ сурово нахмурился – ага, и ему непонятно. А что он не понимает, то его очень злит.

Какое-то время мы так и простояли, напряженно вслушиваясь в тишину зеленого леса. Вначале мы не слышали ничего, кроме звуков чаши – слева запела птица, справа застрекотал кузнечик. Вот сверху на легком ветру затрещали ветви, вот снизу по сухим листьям пробежался енот.

Все, как всегда. Обычные звуки леса. Ничего особенного.

Однако вскоре мы стали различать среди привычных звуков кое-что непривычное. То там хрустнула ветка под чьей-то тяжелой ногою, тот там обломился сучок от неловкого продвижения. И после каждого лишнего звука - мертвая тишина. Звери так не ходят.

Вдруг тишину разорвал чей-то чих. Мы тут же встревоженно обернулись на неожиданный звук. Куши! Куши стоял среди зеленых кустов, и крепко зажимая рукой свой предательский нос. Крепко, до покраснения. Но уже было поздно - незнакомцы чих услыхали.

- Куши! Да чтоб твоя мать тебя никогда не рожала! Да я тебя сейчас … - злобно прошипел Брокк. Я даже не хотел думать, что может сделать с ним его командир за такую оплошность. Сам Брокк тоже распинаться об этом не стал, чтобы еще больше не выдать врагу своего положения.

И тут, словно подтверждая наши худшие опасения, над лесом пронесся крик:

- Эй, вы там! Сдавайтесь! Мы знаем кто вы и сколько вас. Сдавайтесь и мы не причиним вам вреда. И даже обещаем – вас ждет честный суд.

Этот человеческий голос, такой громкий, такой властный, прозвучал для нас словно раскат грома. Он разорвал остатки лесной тишины и принес с собой осознание серьезности ситуации. Незнакомцы. Может они для нас действительно незнакомцы, но кто мы такие они, похоже, знают. Знают, кто мы, сколько нас, и куда мы идем. Это совсем не случайная встреча. Это была засада, спланированная под нас.

Первым пришел в себя, разумеется, Брокк.

- А меча в седалище получить, вы, случаем, не хотите? – бросил он незнакомцу с очевидной насмешкой. – Если хотите, то это мы пожалуйста.

Незнакомец не удивился столь наглому ответ.

- Брокк! Сдавайся! Ты же знаешь, что тебе от нас не уйти! - вновь повторил громкий голос.

Сомнения отпали – нас ждали. Ждали именно нас. От этой мысли я весь похолодел. Засада. Первая в моей жизни засада. Я даже понятия не имел, что мне делать дальше. Я чувствовал, как от волнения вспотели мои ладони, и я их тут же вытер о складки потрепанной мантии. Сердце колотилось где-то на уровне горла, а в голове царил совершенный сумбур.

Но непоколебимости Брокка могла позавидовать даже гранитная скала. В то время как я ощущал, как холодный пот стекает по спине, он сидел, словно вкопанный, с выражением абсолютной уверенности на лице. Его голос, когда он ответил на угрозу, звучал не просто твердо, а с такой дерзостью, что я сам невольно выпрямился.

- Сдаваться? С чего бы? Да идите вы к троллю! Судя по лязганью оружия и доспехов, вас там человек восемь-десять. А нас - целых шестеро. К тому же со мной - два мага. А еще мы в лесу. А вы, насколько я знаю, к битве в лесу не приучены. Так что уйдите с дороги, иначе мы вас всех перебьем.

Ого! Ого-го! Я, конечно, знал, что язык у Брокка хорошо подвешен, что он может дать ответ на любой вопрос. Но чтобы так, чтобы заставлять большего по числу соперника уступить дорогу… На такую наглость или ловкость языка я даже не рассчитывал. Это было не просто красноречие, это было искусство убеждения, граничащее с магией. Он не просто говорил, он внушал, он заставлял противника сомневаться в собственных силах, в правильности своего выбора.

- Брокк, сдавайся! Пожалей людей! Мы можем решить все без кровопролития. – Голос незнаком теперь звучал не настолько уверенно, но он, как и Брокк, не желал уступать.

- Пожалеть людей? Пожалеть людей? Тут погибнут только твои люди. Твои, не мои, – сделал ударение он. – А твоих людей я жалеть не намерен. – Бывший наемник уверенно рассмеялся.

Этот смех, этот холодный, уверенный смех, прозвучал как приговор. Тени за деревьями неуверенно зашевелились, и я услышал тихое перешептывание. Даже те, кто стоял в засаде, почувствовали эту мощь, эту непоколебимую волю.

Но все осталось по-прежнему. Никто не двинулся с места.

- Брокк, даю тебе время. Подумай и лучше сдайся, - снова приказал ему голос.

- Спасибо за щедрое предложение. Но лучше бы ты привел с собой свою мать, и я бы провел отпущенное тобой время более, ха-ха, приятно, - глумливо ответил он.

Ответа не последовало – незнакомец умолк. Тишина, повисшая после слов незнакомца, была зловещей. Она словно сгустилась, предвещая нечто неизбежное.

Но только не для Брокка. Воспользовавшись затишьем, командир отряда повернулся к нам.

- Надеюсь, всем все понятно – эти сволочи нас нашли. Значит, будет драка.– Его слова, резкие и отрывистые, словно молот, готовили всех к неизбежной неотвратимости. Он поочередно обвел взглядом своих парней. – Куши! Ларес! Будете защищать фронт. Ваша задача – не дать им прорваться вперед, - объяснил он им роль. – Судя по звукам, там стоят парни в доспехах, а это значит, что ваша работа усложнится вдвойне.

Куши и Ларес молча кивнули. Никто не сказал ни слова, но я ощущал, что с каждым ударом сердца напряжение, витавшее в воздухе все росло и росло.

- Зан. Ты будешь биться вместе со мной. Если они прорвутся, то на тебе защита моей спины. Ты все понял?

- Да. – Алебардист кивнул. Коротко и четко.

- Доминик и Мерк. – Брокк повернулся к нам, и я почувствовал, как неистово бьется мое сердце – сейчас мне предстоит услышать и свою роль в предстоящей битве. - Вы защищаете фланги.

- Фланги? – Опять незнакомое слово. Как же много вещей я еще не знаю!

- Да. – Брокк, заметив мою растерянность, тут же пояснил. – Фланги, это то, что по сторонам. Не дайте врагу обойти нас ни слева, ни справа, а, если будет возможность, помогайте Ларесу и Куши.

- Хорошо. – Сердце забилось еще во сто крат сильней, и я почувствовал, что мое лицо вот-вот закипит от такого жара. Брокк начал отворачиваться, но я набрался смелости и задал ему вопрос: - Слушай, а ты знаешь, кто на нас напал?

Я понимал, что он знает. И все вокруг понимали. Но я с моим братом оставались в неведении.

- Кто? – Брокк аж поперхнулся от такого вопроса. Но через пару мгновений взгляд его забегал. – Ну разве же, м-м-м, непонятно? Это же они! Они! – Он хлопнул себя по лбу. – Те, кого мы преследуем. Они как-то почуяли нас и сделали засаду, - объяснил мне все он.

Я кивнул с благодарностью за его объяснение. Вот так значит, да? Теперь мне уже все понятно.

И вот, в преддверии схватки, когда каждый из нас получил свою задачу, когда враг был назван, мой страх сменился неуклонной решимостью. Я был готов. Мы с братом были готовы. Мы все, как один, были готовы к бою. Готовы к драке, к защите, к тому, чтобы не дать врагу обойти нас. И хотя я не был уверен, чем этот бой закончится, я знал одно – врагу так просто не будет.

- Брокк! Что ты решил? – Снова голос из тишины.

- Хочу, чтоб ты удавился! – расхохотался тот.

В ответ на его слова в нас полетели стрелы и болты.

Битва началась.

На удивление, ни страха, ни трепета не было и в помине. Враги не пугали, оставаясь в тени кустов и деревьев непонятной угрозой, а редкие стрелы и болты летали слишком далеко от меня, чтобы я их боялся - скорее, они служили напоминанием о необходимости все время быть начеку. К тому же, все мое внимание было поглощено поисками целей, чтобы моему заклинанию было куда лететь, чтобы оно нашло свою цель и исполнило свое предназначение.

Шевеленье в кустах. Попался! Держи!

Я высвободил свою магию в руку.

- Мефездо! Малый земляной шип!

Маленькая песчаная буря, словно послушный слуга, погладила мою руку и из нее в кусты полетел небольшой острый шип. Я услышал глухой звук удара – шип попал по металлу, и само собой, он его не пробил. Обидно, да. Но ничего не поделаешь – вот был бы мой шип из камня, результат был бы иным. Впрочем, даже такой "подарок" заставит противника действовать осторожнее, замедляя натиск. Небольшая, но ощутимая выгода. К тому же, доспехи врага точно не монолитны. Продолжу обстрел – и возможно, удача мне улыбнется, и я найду уязвимое место.

Из-за соседнего дерева я слышал голос брата.

- Евейра. Малый водный шар! Малый водный шар! Малый водный шар!

Я улыбнулся – какой мой брат расточительный. Но на этот раз мы были полны магией под завязку, а значит могли себе позволить колдовать сколько душе угодно. Но количество – это не главное. Главное – попасть в цель.

- Малый земляной шип! - – снова произнес я, сосредотачивая внимание на новом шевелении.

Бам! Звук бряцающей кольчуги и громкое проклятие. Кольчуга - это не латы. Если я их и не пробил, то синяк грабителю уж точно оставил. Маленькая победа, но в этой битве каждая такая победа была на счету.

Но и враг не стоял сложа руки. Звук спущенной тетивы, и в стволе передо мной появился болт. Промах на две ладони. Но все-равно страшновато. Это было напоминание о том, что магия – это не единственное оружие в этом лесу. Сталь, дерево и конский волос тоже имели свой вес и свою смертоносную силу.

Рядом с собой я слышал звонкий гул спущенной тетивы лука и басовитое гудение тетивы арбалета – Куши и Ларес тоже не бездействовали. О результатах их стрельбы мы узнавали по бранный вскрикам, доносившимся до нас из-за густых кустов. Лучник и арбалетчик целились очень тщательно, аккуратно выбирая мишени, но отчего-то Ларес попадал чаще, чем рыжий Куши.

- Брокк! Сдавайтесь! - снова в который раз повторил невидимый незнакомец. – Сдавайтесь и мы обещаем, что вас ждет честный суд.

- Да пошел ты со своим честным судом знаешь куда!? – выпалил в ответ бывший наемник.– Прямо говори, что ты сдрейфил и не можешь нас взять!

- Я много что могу, и я пока вас щадил. Но это не будет вечно, – раздался ему в ответ.

- Поговори мне еще, - выдал Брокк в ответ.

Незнакомец отдал команду. Кусты зашевелились и тени за ними стали идти в обход, явно намереваясь обойти нас с боков.

- Доминик! Мерк! Настало ваше время! – отдал команду Брокк.

- Да! Хорошо! – дружно ответили мы и быстро переместились по сторонам от главного очага сражения. Я тщательно спрятался за толстым стволом бука и принялся наблюдать за всем, что разворачивалось впереди. Из-за кустов дружно выскочили три темных фигуры и стали приближаться, осторожно прячась так же, как я. В редком солнечном свете блеснула сталь готовых к бою мечей. Обойти хотите? Нет, нас с братом не провести!

- Малый земляной шип!

Шип сорвался с моей левой ладони и улетел вперед. Бам! От шершавого ствола отлетела кора. Промахнулся! Я промахнулся! Ладно, ничего – я еще только начал.

Увидев, что их заметили, грабители тут же приникли к шершавым стволам. Я думал, что они струсили. Но я ошибался. Одна из темных фигур бросилась вперед.

Этого я и ждал.

- Малый земляной шип!

И снова досадный промах. На этот раз шип пролетел совсем близко. Но это меня не радовало - пока я целился в одного врага, двое других незаметно для меня и безопасно проскочили вперед. Ах же стервецы! Обмануть меня вздумали? Я вам покажу. Битва только начиналась, и у меня будет, чем их удивить.

Я подождал, пока первый противник, отвлекая внимание, пробежит вперед, а потом дождался появления остальных, и запустил в них сразу два заклинания.

- Малый земляной шип! Малый земляной шип!

Громкий взрыв ругани послужил мне сигналом, что я не прогадал. Одному из бегущих я попал в плечо, а другому – в бедро. Наплечник и кольчуга смягчили оба удара, но, судя по брани, им точно не было сладко. Пока они совещались, я решил применить свою любимую хитрость.

- Вефейра! Грязь! Грязь! Грязь! – тихо прошептал я,

Я прекрасно знал, за какими деревьями прячется мой враг, и хорошо понимал, куда он будет бежать - на меня. Поэтому выбор места для заклинания был вполне очевиден.И что оно сработает я тоже не сомневался – человек, как и волк, не боец, если у него под ногами нет твердой земли.

Вновь один мужчина бросился вперед, отвлекая мое внимание. Но не успел он сделать и полдесятка шагов, как тут же поскользнулся и с криком упал на мокрую землю.

Этого я и ждал – моя левая рука уже смотрела вперед.

- Мефездо! Малый земляной шип!

К чести упавшего, стоит признать, что он, упав на землю, не стал просто лежать, а откатился в сторону, под прикрытие камня. Ни волк и никакое другое животное об этом бы не подумали. Да, Брокк вновь оказался прав – сражаться против животных и монстров это одно дело, а против живых людей – дело совсем другое. И вот, опять же – оставшиеся двое вояк побежали на помощь упавшему товарищу. Однако один из спасителей поскользнулся на одной из моих грязевых ловушек и неловко упал. Но друг его не бросил, а, прикрыв небольшим щитом, оттянул назад.

Похвальная дисциплина, что и говорить.

Похвально, очень похвально. Но это им не поможет. Когда они подойдут ко мне еще немного ближе, то я смогу применить заклинание земляного кола. Не самое страшное и опасное заклинание, должен я признать. Но его сила в том, что он бьет из-под земли. А у кого из людей есть что противопоставить? Доспехи и кольчуга не рассчитаны на удар снизу. Особенно - дешёвые, какие носят грабители.

Спрятавшиеся нападающие больше не выскакивали, а что-то прокричали другим своим товарищам, что оставались в центре. затем раздались крики от тех, что были слева. После переклички звуки сражения стали потихоньку стихать, и, через время, прекратились совсем.

Я ликовал.

- Что, испугались? - прошептал я едва слышно. – Похоже, вы не поверили, что среди нас есть маги? А, как убедилось, то, спеси-то поубавилось. Ну, ничего – еще пару атак, и мы с вами точно справимся. И поделом вам – не зарьтесь впредь на чужое.

Победа, победа, победа! Я уже почти чувствовал ее сладкий вкус.

Лес снова потряс голос незнакомца:

- Брокк! Прикажи людям сложить свое оружие! Пусть будет меньше крови. Я обещаю, что суд будет честным!

- В задницу меня поцелуй, – раздался хохот Брокка. – Или отдай свои деньги – вот тогда будет честно.

Ответа не последовало. Лихих поползновений тоже. Наступила неопределенная пауза – ни тот, ни другой командир не желали терять своих людей.

В наступившей тишине я увидел, как Мерк отчаянно пытается привлечь мое внимание. Его движения были суетливы, но в то же время осторожны, словно он боялся спугнуть что-то хрупкое. Я, следуя его настойчивому зову, тихо отступил, скрываясь за густыми деревьями. Одна перебежка, другая, и вот, мы снова с братом рядом.

- Что, что случилось? – тут же спросил я, чувствуя, как тревога начинает сжимать мое сердце.

- Я тебе кое-что покажу, но обещай, что ты не будешь кричать, – тихо проговорил брат, его голос был полон какой-то странной смеси напряжения и ожидания.

Эти слова заставили меня застыть на месте. Что он мог мне показать, что требовало такого обещания? В голове мгновенно пронеслись самые мрачные предположения: опасная рана, укус змеи, или что-то еще более ужасное, что могло случиться в этом диком лесу.

- Мерк, о чем речь? – снова спросил его я, глядя в его глаза. На его лице отразилось что-то новое, что-то, чего я раньше не видел – странное, смешанное выражение чувств, которое я не мог разгадать.

- Молчи. Не спеши. Не кричи, - остановил он меня. – Я тебе сейчас кое-что покажу, а потом ты можешь переживать сколько влезет. Идет?

- Хорошо – идет.

Уразумев, что с братом все в порядке, я коротко кивнул, готовый увидеть все что богам угодно. Пока Мерк поднимал руку, я уже успел сделать десяток предположений. Но то что я увидел… В своей руке брат держал кусок испачканной ткани. С первого взгляда – самой обычной ткани. Оторванный край туники, или плаща, или чего-то похожего. Но ее цвет, ее голубой, а если точнее, васильковый цвет… Такой цвет ни с чем невозможно спутать. Такой цвет только один во всем нашем королевстве. Цвет флага. Цвет праздничных лент. Цвет туники у ополчения и городской стражи.

- Где… Где ты это взял? – спросил я таким тоном, каким обычно дети спрашивают своих отцов о причитающемся наказании.

- Где? Это оставил один из тех, с кем я недавно сражался, - тихо ответил он.

- В смысле оставил?

- На колючках куста, когда уползал обратно.

- Один из тех грабителей?

- Грабителей? А вот в этом я уже сомневаюсь… - пространно ответил он.

Нет. Нет. Этого просто не могло быть. В голове сразу всплыла картина: хорошая дисциплина нападающих, их слаженная взаимовыручка. Я допускал мысль, что и среди злодеев такое бывает. Но если предположить, что этот клочок ткани из одежды тех нападавших…

Нет – я в такое не верю. Я не желаю верить.

- А ты… не ошибся? – на всякий случай переспросил я его.

- Ошибёшься тут, как же, - с тоской ответил брат, и в его голосе зазвучала горечь разочарования. Значит, он твердо уверен. Выходит, ошибки нет.

Лес. Темный лес с густой кроной, которая почти не пропускает яркий солнечный свет. Наш противник, наш враг, сначала сидел за кустами, а при атаке ловко прятался за деревьями. Ничего удивительного, что я не разглядел цвета их туник. И Мерк тоже не разглядел – не до того ему было. Правду открыл лишь этот васильковый ошмёток.

Я закрыл глаза, глубоко вздохнул носом и принялся искать и другие знаки о том, что мы не ошиблись. Это? Это? О, нет...

- Они говорили, что нас ждет честный суд, – проговорил я слегка дрожащим голосом. – Говорили про суд, а я думал про честный бой. Да я тогда вообще кроме боя ни о чем о другом не думал, - повинился я. - То есть, получатся, получается…

- Что мы столкнулись со стражей, и дрались с ними, приняв их за грабителей! – закончил брат за меня.

- Стража? - Брат все понял правильно. А я все еще отказывался принимать неизбежное.

- А-то! Кто еще может предлагать нападающим честный суд? – заявил он с иронией.

- Верно. Верно, Мерк. – Признавать очевидное было тяжело. - А мы с ней сражались.

- И не на жизнь, а насмерть. Я-то уж точно собирался их всех перебить. - Слова Мерка звучали, словно приговор.

Полностью уразумев, что случилось, вся моя отвага, вся моя смелость, вся моя воля тут же меня покинули, словно их никогда и не было. Ноги подкосились от слабости, и я тут же оперся спиной о шершавый ствол старого бука, чувствуя, как холодная кора впивается в мою спину. Великие боги – что же мы натворили! Великие боги – во что же мы с братом вляпались!

В голове закрутилось лишь одно оправдание. Оно было хрупким, как паутина, сотканная из обрывков чужих слов и собственных заблуждений, но в этот момент оно казалось единственным, что могло удержать меня от полного падения в бездну отчаяния.

- Но ведь Брокк нам сказал, что мы настигли грабителей! Тех самых грабителей, что обнесли дом Лагуеров! – вспомнив, заявил ему я.

- Брокк, да? – Голос брата был полон язвительного недоверия. – По-моему, Брокк только то и умеет, как водить людей за нос, - высказал свое мнение он.

- То есть, он все знал и намеренно нам солгал? – Моя искренняя натура содрогнулась от такого ответа.

- Верно.

Но… зачем? Я снова перебрал в уме все вопросы, что теснились у меня в голове, словно стая неугомонных птиц. Наемник, что в душе вовсе никакой не наемник. Преследование, которое на преследование не похоже. Слуга Лагуеров, как гарант честной сделки, который желает плохого своим господам. И тот странный мешок, что бывший наемник всегда носит при себе. Если все это сложить, а потом вновь разложить, но правильно, то тогда получается…

Ужас от открывшегося передо мной ответа едва не заставил меня в бессилии свалиться на землю.

- То есть, похитители сокровища, это они и есть? – промолвил я еле слышно, словно боясь спугнуть эту новую истину.

- Выходит, что так, - согласился брат с неохотой, и в его голосе я услышал отголоски моего собственного ужаса.

- Тогда... у ворот города они волновались не о пропавшем маге, а о возможном преследовании?

- Очень на то похоже.

- Тогда… никакого кулона, что указывал Брокку путь, не существовало? – Я продолжал распутывать клубок дикой лжи.

- Скорее всего. Его же никто не видел. Я вот не видел. А ты? – укорил меня Мерк.

- Тогда слуга, который должен был бы проверить отобранные у бандитов сокровища…

- Тут точно за другим делом.

- А когда за ними погналась городская стража, и устроила им засаду, то…

- Брокк обманом заставил нас стать своими подельниками.

- Получается, что мы теперь… бандиты? – Произнести это вслух было выше моих сил. Но я заставил себя, чтобы мы могли взглянуть правде в лицо. Это было необходимо, как глоток воздуха в удушающей атмосфере лжи.

- Да. – В широко открытых глазах брата тоже читался ужас. Тот же ужас, что отражал мое собственное смятение и страх. - Мы же оказали сопротивление страже. Не по своей воле, конечно. Но закон есть закон.

Все так, все так. Ужас. Какой же ужас.

Брат с отчаянием глянул в мое лицо – в его глазах читалась немая просьба о помощи: мечта стать великим магом рушилась у него на глазах. Я видел, как гаснет огонек надежды в его глазах, как его плечи опускаются под тяжестью осознания. За нападение на стражу нам грозит тюрьма. А кто станет связываться с магом с такой репутацией?

Нет, не время отчаиваться – надо что-то придумать. Я не дам лжи и обману сбить нас с большого пути. Нужно показать страже что мы на их стороне, и тем самым разрушить коварные планы Брокка.

- Спокойно. Я что-то придумаю, - пообещал я ему.

- Точно придумаешь?

- Да. - Я кивнул, чувствуя, как внутри меня зарождается новая решимость. Страх не исчез, но он уступил место желанию разобраться, понять и, если потребуется, исправить эту ошибку.

Тем временем обстановка на поле боя накалялась дальше.

- Брокк! Предлагаю в последний раз – прекрати сражаться. До сих пор мои лучники и арбалетчики лишь пугали вас. Но если я отдам им команду бить наверняка, то тогда…

Ответ Брокка, как всегда, был резок, словно удар клинка.

- Да иди ты к лешему, мандула голозадая! Лучше бы признался, что у твоих воинов кривые руки – я бы тебе больше поверил.

- Ну, как знаешь, – голос незнакомца умолк, и тут началось что-то невообразимое: за той стороной кустов тетивы загудели с просто-таки удвоенной скоростью, словно к бою подключился еще один отряд. Фьють, фьють, фьють – разрезали воздух остроносые болты и стрелы. И мало того, что они летели чаще – теперь они и били гораздо точней: первые две стрелы чуть не задели Лареса, еще одна стрела тут же попала в левую руку Зана. Нас с Мерком спасло лишь то, что мы стояли за деревом и с того место, откуда они стреляли, попасть в нас было сложно.

- Куши, Ларес! Ну-ка покажите, на что вы способны, - заревел в ответ Брокк. - Доминик! Мерк! Ну-ка отрабатывайте то, что я вам заплатил!

Лучник и арбалетчик защелкали быстрей – болты и стрелы полетели в кусты еще чаще. И кое-что из них все же нашло свою цель - мы услышали из кустов пару охов и ахов. Однако рой стрел со стороны врага был плотней, и Ларесу и Куши приходилось больше прятаться, чем вести огонь.

Само собой, что после такого ужасного открытия не могло быть и речи, чтобы атаковать врага. Но, пока суть да дело, пока я не придумал план, нужно было хотя бы делать вид. Поэтому мы с Мерком делали что могли, чтобы создать видимостью хоть какого-то боя.

- Евейра. Малый водный шар! – прокричал брат, отправляя посланца поверх возможных голов.

- Мефездо! Малый земляной шип! –Я выпустил снаряд в ствол далекого дерева.

- Малый водный шар! – Снова вода в никуда.

- Малый земляной шип! – Я отколол от дерева крупный кусок коры.

- Доминик! Мерк! Что вы так криво стреляете! Да моя бабушка могла бы стрелять куда лучше. – Брокк едва сдержался, чтобы не сквернословить.

- Да они сильно лупят. Мы даже не можем высунуться, - бросил я первое, что пришло на ум.

- Да, да – огонь от них слишком плотный, – с хитрой улыбкой поддержал меня брат. – Мы почти не можем высунуться из-за ствола.

- С вами все понятно, - отмахнулся наемник. – Куши, а ты чего? Ты же такой мастер! – прокричал Брокк, найдя себе новую жертву.

- Да под таким напором я не могу прицелится. Стрелять я мастак, но не под таким ливнем стрел, - бросил он извиняясь.

- Но Ларес как-то умудряется же…

- Тогда я поменяю место…

Куши не договорил. Фьють, фьють, фьють. Одна из стрел промелькнула у его уха и он, отпрянув, не договорив до конца. Фьють, фьють, фьють. Дзанг! Короткий болт влетел в экипировку Зана и его доспех снова окрасился кровью. Фьють, фьють, фьють. Один из наконечников вонзился в древко арбалета, выбивая его из рук.

Ситуация для отряда становилась все хуже и хуже.

- Да чтобы вас всех подняло и три раза шлепнуло, –в отчаянии выкрикнул Брокк. Ситуация для отряда становилась все хуже и хуже. По его глазам я увидел, что он тщательно думает, как же ему выкрутиться. Его взгляд метался между вражескими стрелками, скрытыми в кустах, и его собственными бойцами, которые, казалось, были готовы сдаться под таким страшным натиском.

- Нужно что-то делать! – прорычал Брокк, обращаясь скорее к самому себе, чем к нам. - Нельзя же так просто стоять и ждать, пока нас перебьют! - Он огляделся, ища хоть какую-то возможность для маневра, но местность была открытой, а враг – хорошо укрыт.

- Может, попробуем прорваться? – сделал предположение Зан. Его голос звучал хрипло и напряженно –раны давали знать. - Если мы сможем добраться до них, то их лучники станут бесполезны.

- Прорваться? – Брокк усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. - Ты видел, как они стреляют? Любая попытка прорыва закончится тем, что нас перестреляют еще на полпути. Из-за этой заразы из меня сейчас плохой воин. Да и на что ты горазд, в твоими-то двумя дырками.

Внезапно его звериный оскал сменился на странную колючую улыбку. Улыбку довольствия. Не было ни малейших сомнений, что Брокк что-то придумал. Похоже, он нашел выход. Знать бы только какой!

- Эй, мандула голозадая! - закричал он в кусты. – Мы готовы сдаваться.

- Что ж, это хорошо. – Один короткий приказ, и лютый свист стрел прекратился. Над полем боя зависла пугающая тишина. – Выходите вперед с поднятыми руками!

- Мы, м-м-м, это, не можем – бросил ему Брокк в ответ. - У нас тут много раненных. Вы идите сюда.

Голос слегка помедлил.

- Что ж, хорошо, – сбросил согласие он. – Только вы без глупостей.

- Да что ты! Куда уж нам! – с усмешкой ответил наемник. Тут же его усмешка испарилась, как дым, уступив место ледяной решимости. Он быстро залез правой рукой под доспех, а левой мягко сделала призывный жест остальным своим людям. – Слушайте, - прошипел он голосом заговорщика. - У меня с собой есть три отравленных метательных ножа. Они не для боя, а, хм-м-м, для особого случая, - не стал он вдаваться в лишние подробности и быстро развернул на земле небольшой тканевый сверток. – Ларес и Зан, мои верные братья-братишки - берите по одному и куда-нибудь спрячьте. Как только подойдет главный, мигом бросайте в него.

- И что тогда? – слегка опешил Зан, без доли сомненья принимая кинжал.

- Что-что? Смерть, – заявил Брокк будничным тоном, забирая второй. – А без своего командира они нападать не станут. Как всегда – сразу в панику. Тут-то мы их и прижучим.

Ларес кивнул, соглашаясь, и взял последний кинжал.

В этот момент я почувствовал, как холодный пот стекает по моей спине. Брокк не только лгал, как дышал, но и обладал коварством пустынной змеи. Вместо того, чтобы сдаться и попасть на честный и справедливый суд, он готовил своим милосердным преследователям коварную и внезапную смерть. Страшный и крайний бесчеловечный поступок.

И что же нам с этим делать? Ведь допустить такого нам никак нельзя! Три смертоносных отравленных ножа уже спрятаны от лишних глаз за широкими рукавами и почти готовы сделать свое черное дело. Пока я глазею и думаю, что предпринять, уплывают мгновения. Вот из-за кустов показалась одна фигура в голубой тунике, вот вторая, вот третья. Оружие всех троих нацелены на врагов. Но пока их мало и пара арбалетов метается между нами, ни в кого конкретно не целясь и угрожая всем сразу. Но это ошибка – таких людей, как Брокк, таким не остановить.

Нужно что-то сделать, нужно что-то сделать. Но что, и почему опять мне? Я быстро взглянул на Мерка –брат стоял, рассеяно глядя вперед, теряясь в происходящем. Выходит, все делать мне. Да я бы и рад. Но что? Три ножа, три готовых к удару воина. А я всего один, и время поджимает. Был бы нож один, я просто напал бы сзади. Быстро и эффективно – один удар и все. Но когда врагов сразу трое…

Я понял, что выбора у меня не осталось. Каждый маг первого ранга, такие, как я и Мерк, имеют на вооружении десяток простых заклинаний и одно, особенное. Простые заклинания способны поразить одним махом только одну цель. Особое же заклинание может сразить сразу несколько – как брат в том бою с волками. У меня, само собой, тоже имелось такое. Однако особое заклинание требует и много магии и очень много времени. Тролль с ней, с магией – сейчас мне не до нее. А вот время! Если кто-то увидит меня колдующим, и решит, что я враг, то тогда мне не жить. А если погибну я, то погибнет и командир этих стражей.

Умирать не хотелось. Как и не хотелось мне идти на риск. Сердце стучало как бешенное, отдаваясь в висках, а руки не гнулись, отчаянно сопротивляясь. Жить хотелось так сильно. Но я понимал, что другого выхода нет и был готов заплатить за свои ошибки, что привели нас в столь незавидное положение.

В голове проносились обрывки воспоминаний: уроки магии, первые успехи, гордость за свои способности. Первый приезд в город Сатус и первые успехи. Теперь все это казалось далеким, почти нереальным. Реальным был только страх и необходимость действовать. Я закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться, пытаясь найти в себе силы, которые, казалось, покинули меня. Я должен был сделать это. Ради себя, ради брата, ради всех тех, кто сейчас нуждался во мне.

Я сделал глубокий вдох, чувствуя, как воздух наполняет легкие. Мои пальцы начали двигаться, медленно, неуверенно, но все же двигаться. Я чувствовал, как магия начинает пробуждаться внутри меня, как она собирается, концентрируется. Страх во мне все еще был, но он уже не главенствовал. Я был готов сделать все, что нужно.

- Евейло де ла саро, ендеро верио…- Я старался говорить четко, но очень тихо, чтобы иметь возможность сказать все заклинание. Дальше, дальше… О нет – один из вышедших воинов заметил мои движения. Арбалет прекратил метаться между возможными целями и стал уверенно двигаться именно на меня.

Заклинание почти досказано – остался финальный жест. Делать или не делать? Эх, была не была:

-… Алмала! – громко воскликнул я, и что есть силы ударил кулаком оземь. Вмиг от удара по земле разошлась волна, да такая сильная, что люди вокруг меня начали падать с ног. Мерк, Брокк, Зан, Ларес – никто из них не мог устоять. Последнее, что я заметил, это летящий в меня острый болт, и испуганного Куши, яростно махающего руками в сторону все большего количества появляющихся голубых туник.

*

Первое, что я услышал, это глухой цокот копыт.

Цок-цок-цок.

Цокот копыт? Значит, где-то лошадь? Похоже. Но, что удивительно, цокот копыт раздавался почти подо мной. То есть, я на лошади? Я всадник? Что за бред. Я попытался открыть глаза.

- Доминик! Ты очнулся! – слышу я радостный голос брата. Я, наконец, открываю глаза, но ясности увиденное мне почти не приносит. Я вижу, что лежу на телеге, а рядом со мной сидит мой брат. Лицо Мерка немного обеспокоенное, но глаза сияют – он явно рад, что я пришел в себя. Я пришел в себя? Боль в боку сразу напоминает о том, чем все недавно закончилось. Болт арбалета, да. Я опускаю взгляд вниз, и вижу расстёгнутые ремни доспеха и тугую повязку ниже своей груди.

- Все зелья лечения на тебя потратил, – ухмыльнулся мне брат. - Но, как видишь, ты почти здоров.

Все зелья лечения.

- А если бы ты не упрямился, их могло бы быть больше – пожурил я его. Случись что-то еще с тобой – чтобы смог сделать я?

- Ладно, уговорил. - Брат весело рассмеялся. – Вернусь – обменяю сумку с трех на пять ячеек.

- Ты мог бы гордиться своим братом - он очень сильно за тебя переживал. Даже меньше, чем я за своих ребят.

Этот голос. Голос того незнакомца. Я встрепенулся и перевел свой взгляд. Рядом с телегой ехало около дюжины всадников. Рослые, широкоплечие, улыбающиеся - все как на подбор. И все как один – в голубых туниках.

Городская стража. Сомнений быть не могло.

- Мы… Арестованы? – спросил я у одного из всадников – седеющего светловолосого мужчину с угловатым лицом, одетого в более крепкие и богато украшенные доспехи. Капитан городской стражи, никак не ниже по чину.

- Вы? – Мужчина в крепких доспехах насмешливо улыбнулся. – Они – да. – Он указал щетинистым подбородком на дальнюю часть телеги. Я проследил за его пронизывающим взглядом и увидел Брокка, Лареса, Зана и Винчи. Все четверо были обезоружены и крепко-накрепко связаны по рукам и ногам. И даже их рты – в каждом из них торчал огромный кляп.

- Значит, все закончилось хорошо. – Я облегченно вздохнул. Приятно было видеть, что большая часть преступников схвачена, награбленное забрано, а мое позорное путешествие, полное лжи и обмана, подошло к концу.

- Да. И это, отчасти, благодаря тебе, - услышал я за спиной крайне знакомый голос. Я снова обернулся, и увидел на козлах телеги сразу двух возничих – еще одного воина в тунике и, ого – примелькавшегося мне рыжеволосого лучника!

- Куши? Ты? Почему? - Я удивленно округлил глаза, а вопросы посыпались из меня, словно горох из порванного мешка.

- Потому что Куши не бандит и разбойник, а наш человек. Человек из стражи, - с улыбкой пояснил мне светловолосый всадник.

Вот оно как? Ни за что б не подумал. Я перевел взгляд на связанную четвёрку. Видимо, те уже и так это поняли, потому что в их глазах светилась только непроглядная тоска.

- Мне доложили, что в город прибыл очень опасный тип. – Всадник с презрением бросил взгляд на наемника. – Обычно, если он где-нибудь появлялся, через несколько дней у благородных что-то да пропадало. Поэтому я решил быть начеку. И даже больше - я решил послать к ним в банду своего человека.

- Куши?

- А-то кого же. Я подстроил так, чтобы один из приспешников Брокка сильно заболел, и договорился с хозяином постоялого дома о соревновании. Так они узнали про Куши. А поскольку им срочно нужны были люди, то они забрали его в свою темную банду.

Так вот как все это было! Потрясающе, ну и ну!

- Куши каждый день докладывал мне об их планах. Вот только Брокк меня все-таки смог перехитрить – он провел ограбление на день раньше, чем сам всем рассказывал. Он разработал план и остался в таверне, а Зан, Аурен, Куши и Ларес отправились вместе на дело. Воин Зан обезвредил охрану возле особняка, ловкач Ларес пробрался в имение и открыл двери дома. С помощью подкупленного слуги, этого самого Винчи, они нашли фамильные драгоценности, а с помощью мага Аурена снять с них защиту и умыкнуть с собой. А вот теперь они здесь. - Капитан указал рукой на притороченный к луке седла знакомы холщевый мешок.

Так вот что хранилось в мешке! Если б я это знал…

- А Куши? - спросил я.

- Куши стоял на часах, - разъяснил роли всадник. - Как только дело было сделано, Брокк и его банда сразу рванули из города, - продолжил он свой рассказ. – Оказавшись у ворот, Куши благоразумно не стал сдавать банду воротной страже – эти поганцы могли бы перерезать и их, и половину города.

Верю, что могли – Брокк способен и не на такое.

- Поэтому он решил пойти с ними дальше, потихоньку отравляя этой банде жизнь и замедляя ее.

- Правда? - Я насколько мог, обернулся назад, и уперся в довольную рожу Куши.

- А-то! – заулыбался рыжий. - Во-первых, я испортил им карту, поэтому они могли подвигаться, полагаясь лишь на слова разведчиков. То есть, на мои и Лареса. А, как ты понимаешь, лучшего пути я им не предлагал, - усмехнулся он.

- О! – А я об этом даже не догадывался.

- Ага. Во-вторых, я оставлял по пути метки для преследующего отряда, чтобы они не затерялись в пути!

- Да? – И это тоже обошло мое внимание.

- Угу. В-третьих, я завел их в ту засаду от нежити на сражение с которыми Брокк, и его парни потратили столько сил.

- Намеренно? То есть ты нарочно привел наш отряд туда? – О таком исходе я даже и не думал.

- Еще бы! Не будь этой битвы, поимка негодяя Брокка не была бы такой легкой.

Легкой? Я не согласен. Но поверю ему на слово.

- И, под конец, именно я своим чихом предупредил солдат, что грабители близко и не дал им попасться.

- О-хо! – А я тогда думал, что он чихнул случайно.

Мы подъехали к группе из нескольких всадников, одетых не как воины, а в простые одежды. Капитан стражи указал на свой груз, дал им указания, и они тут же разъехались, каждый к своей цели.

- Патрули? – сразу понял Мерк.

- Да, - подтвердил капитан. – Если бы Брокк решил смыться по обычным дорогам, его бы ждали десятки вооруженных патрулей. Но он решил через лес выйти к границам соседнего баронства, и, если бы не помощь Куши, это бы ему удалось.

Понятно. Более-менее понятно.

- И разрешите еще один вопрос, господин, э-э-э, капитан, - попросил его брат. – Как я понимаю, вы шли за нами следом.

- Ну да.

- Тогда как получилось, что вы смогли нас обойти?

Мерк. Он любит замечать такие тонкие вещи.

Рыжеволосый лучник еще раз усмехнулся, и поняв, что его время славы вышло, вернулся к управлению лошадьми.

- Это потому, что с нами тоже был маг. – Капитан кивнул на одного из всадников – тоже в доспехе, тоже в синей тунике. Глянешь вот так вскользь, и от обычного стражника никак не отличишь. – Это его заклинание нам в этом помогло.

- Заклинание? – Я пытался понять, какое заклинание может это сделать, но как на зло, ничего из мне известного не приходило на ум.

- Да. Оно придает скорости людям и животным, и то, что обычно они проходят за два часа, мы проходили за час. Так мы вас и настигли, и даже сумели быстро обойти.

Заклинание скорости. Вот оно что. Вот оно что! Стоп, стоп. Так вот из-за какого заклинания стрелки городской стражи нас в конце боя едва ли не засыпали стрелами! Заклинание скорости. Отличное заклинание – оно помогает и быстрей идти, и быстрей стрелять, что однозначно поможет выиграть любую битву.

Насладившись таким открытием, я с удовлетворением взглянул на мрачно лежачего Брокка.

«Понял, нет? – спросил я его мысленно, про себя. – А ты говорил, что маг — это тот же лучник. Э, нет – ни один лучник не моет дать войску такого преимущества как один такой маг. Поэтому, Брокк, что бы ты не говорил о нас, о магах, сила все же за нами».

Я усмехнулся, а Брокк, поймав взглядом мою улыбку, лишь плотней сомкнул губы.

- А теперь буду говорить я. – Капитан стражи откашлялся, привлекая наше внимание. – Вы не задумывались, почему я все это вам подробно рассказываю?

- Ну, эм-м-м. - Я тут же смутился. Смутился и Мерк, явно догадываясь, к чему ведет капитан. – Наверное для того, чтобы мы поняли всю глубину вашей вины? - попробовал было догадаться я.

- Отчасти, - кивнул детина и заговорил уже куда более строго. – Нахождение, а тем более поимка в такой компании чреваты для вас многими неприятностями. Я уже не говорю о том, что вы атаковали моих ребят – атаку магией воды и земли ни с чем другим не спутать.

Мы с братом вмиг покраснели и опустили головы.

- В обычном случае мы бы вас повязали и бросили бы лежать вместе с остальными. Потом город. Затем казарма. И, под конец, суд. Нападение на городскую стражу – простым штрафом вы бы точно не отделались. Тут даже ваша гильдия магов не смогла бы помочь – нахождение в такой грязной компании не отмоет ни одно рекомендательное письмо. Вы можете быть стократ хорошими магами, но мы прекрасно знаем, насколько соблазнительной бывает кривая дорожка.

Мы стыдливо опустили головы чуть не до дна телеги – вина давила на нас не хуже гранитного камня.

- И, если бы не Куши, и его рассказ, мы бы не узнали, что вы присоединились к этой черной компашке только как наемники, ничего не зная обо всем содеянном.

Я подумал, что рыжий лучник заслуживает от меня за это какой-нибудь награды.

- И та битва с нами – Куши тоже нам рассказал, что Брокк представил нас вам как вымышленных врагов.

Сумма награды в моих глазах тут же удвоилась. Все верно, если бы не он, эти здоровяки сопровождали нас отнюдь не улыбками

- А тот финальный маневр… - Светловолосый воин усмехнулся в бороду. - Когда Куши узнал про отравленные кинжалы, то весьма растерялся. Еще бы – действовать приходилось быстро, а кинжалов, а значит, врагов, было стразу трое.

Я кивнул, не поднимая тяжелой головы – в то самое время и я так же растерялся.

- А потом ты со своей магией.… Мои парни тогда не поняли, что к чему – ты и твой брат считались для нас врагами. Ну они и сделали все как, как и полагается, и угостили тебя арбалетным болтом. Хорошо, что Куши замахал руками, а иначе бы воин довел арбалет до конца и сделал бы свое дело.

Снова Куши. Что ж, похоже, что я перед ним просто в неоплатном долгу.

- Что ж… - Светловолосый воин вздохнул и принялся теребить свою бороду. – Собирая все это до кучи, мне очень трудно прийти к какому-то одному выводу. С одной стороны, вы помогали ворам, насильникам и бандитам, с другой выходит, что это неосознанно. С одной стороны вы спасали меня от большой беды, с другой, мои парни вас за это чуть-чуть не прихлопнули. Вот я еду и чувствую себя вам чем-то обязанным. С другой стороны, это ваша вина что вы во все это впутались.

Это моя вина. Только моя. Как старший брат, я должен был всё предвидеть — догадаться, просчитать, почувствовать. Обязан был. Но не смог. И мы за это поплатились. Понимаю, откуда у меня или у Мерка, двух деревенских парней, взяться умению разбираться в людях? Но, все одно, как-то, но должен был.

- Поэтому давай так – попробуй что-то попросить у меня, и, если я сочту твою просьбу не наглой и выполнимой, то мы с вами сочтемся. Если же нет… то пусть все решит наш лейтенант.

Неожиданное решение. Надо что-то придумать. Думай, голова, думай. Тут оплошать нельзя.

- А можно сразу две просьбы? – стремительно выдал я.

- Сразу две? Не жирно ли? – Капитан стражи нахмурился.

- Одну для нас, а одну для Куши. Ведь я не могу пожалеть себе что-то, обделив его. Ведь, как-никак, именно благодаря ему мы с вами разговариваем на равных, - объяснил я ему свою нахальную просьбу.

Капитан рассмеялся.

- О Куши вы не волнуйтесь – за такую работу его ожидает хорошая награда.

- Правда?

- Конечно. Целых семь дней отгулов и месячное жалование.

Ого! Наверное, это немало. Тогда на счет нас…

- Я бы хотел получить оба меча Брокка, – вдруг заявил брат с самым невинных видом.

- Это еще зачем? – искренне удивился тот.

- В качестве, м-м-м, трофеев, - тут же ответил он, подмигивая мне. - Вы, как поимщики, наверняка получите за это дело награду. Куши тоже получит свое, вы уже сказали. А мы… Мы с братом тоже пережили это приключение, а в качестве трофеев нам останутся только наши воспоминания. Вот я и прошу два меча для нас двоих, - закончил он свои объяснения.

Капитан рассмеялся, да так, что его лошадь отчаянно заржала.

- Ладно, уговорил. Радик, подъедь-ка сюда. - Капитан поманил к себе одного из всадников, у которого из мешка на седле торчали мечи и арбалет. – Вот вам, держите. – Он бросил в нашу сторону два меча в одинаковых ножнах, даже не удосужившись вынуть их и осмотреть. – По приезду в город вы еще получите от меня по одному серебряному, чтобы вам было за что поднять кружки за городскую стражу.

- Да. Конечно! – хором воскликнули мы.

Оставшийся путь до города я проделал в тишине, но это было не просто молчание, а время размышлений. Это было время, когда мысли роились, а душа перебирала события. Вспоминая пройденное, я ощущал двойственное чувство: и стыд за одни поступки, и неподдельную гордость за другие.

Первым на ум приходило само путешествие. Оглядываясь назад, я осознавал: это приключение, пережитое нами, скорее всего, останется единственным в жизни, или одним из тех, что случаются лишь раз. Мы оказались втянуты в вихрь событий, достойных самых захватывающих сказаний. Легендарные грабители, чьи имена передавались шёпотом, мрачный, опасный наёмник, чьи кровавые дела лучше было не знать – всё это уже само по себе было необычно, выходящим за пределы обыденности. Но это было лишь начало. Опасный лес, где каждый шорох мог обернуться бедой, схватка с волками, чьи глаза пылали бешенной яростью, и встреча с нежитью, один вид которой вызывал леденящий душу ужас. И кульминацией всего стало наше первое сражение против врагов - людей. Этот опыт навсегда изменил нас – им можно было бы гордиться и рассказывать о нём долгие годы.

Второе, что заставляло сердце биться чаще, было не менее поразительно: мечи из узорчатой стали. Эти клинки были не просто оружием – они были живым воплощением мастерства кузнецов, настоящим кладом, чья ценность для нас была невообразимой. Если бы мы решили их продать, то могли бы позволить себе месяцы безмятежных вечеров в трактире, поднимая кружки за здоровье стражи, которая и не подозревала, какое сокровище доверил им их капитан. Его легкомыслие, с которым он вручил нам эти клинки, казалось почти преступным. Зная истинную цену этих шедевров, он, несомненно, сто раз бы задумался, прежде чем расстаться с ними.

Но я уверен, мы с братом поступим иначе. Эти клинки – слишком прекрасны, чтобы расставаться с ними. Они рождены, чтобы стать продолжением руки воина, его верным щитом, не знающим пощады. Их совершенство было столь очевидным, что мы оба знали: вряд ли найдем что-то столь же достойное до конца наших дней. Наша мечта – постичь тайны магии, и эти мечи, оставшись с нами, станут источником средств для нашего магического роста. Они будут не просто оружием, достойным восхищения и гордости, но и мостом к нашему будущему – к той магии, которую мы так страстно желаем постичь.

Что до наших ошибок… Да, мы с братом ошиблись, выбрав себе не того нанимателя, и таким образом попав в плохую компанию. Но мы получили опыт, и наверняка в такую ловушку больше не попадемся.

А вот и город Сатус. Город, где нас ждут новые заказы, новые задания и, конечно, новые награды и новый магический опыт. И эти мечи, что сейчас рядом с нами, будут молчаливым свидетельством того, что мы идём правильным путём.

КОНЕЦ