Дом с сюрпризом

Глава 1

ДОМ С СЮРПРИЗОМ.

- Джеймс, дорогой! Привет! Жив-здоров? Цветешь и пахнешь, надеюсь? - тараторила Ники на другом конце провода, - мне нужна твоя помощь...

Полноватый мужчина, старше сорока лет, улыбнулся трубке телефона:

- Привет, чем смогу... - но не смог закончить фразу, телефонный микрофон вновь радостно бомбардировал его ухо.

- Я и не сомневалась в тебе, милый. Я еду с Линдой, буду завтра вечерним поездом. Сможешь встретить? - и не дождавшись ответа, Ники продолжила, - умерла моя бабушка, помнишь её дом? Она оставила его мне в наследство...

Конечно, Джеймс помнил этот дом. В юности он столько раз прикладывался к щелям в заборе этого дома и наблюдал за передвижениями Ники...

- Она умерла месяц назад, бедняжка... А я даже и не знала, мне только вчера принесли её завещание, очень странное, ну ты же помнишь какая она была...

Бабушку звали Лиззи. Рыжеволосый и слегка неуклюжий парень всегда побаивался эту сухопарую женщину с пронзительным взглядом. Ему всегда казалось, что она читает его как открытую книгу.

- Хороший ты малый, - говаривала бабушка ему, - но Ники не бывать твоей невестой, и не я этому виной...

- Джеймсик, представляешь, я должна с дочкой прожить в доме целый месяц не выходя на улицу. Мы не должны пользоваться интернетом, телефоном и телевизором. Совсем как в допотопные времена! Помощники нотариуса уже вынесли аппаратуру и оборвали провода. Ключ от дома у него, а второй будет у тебя. Ты будешь нам приносить продукты. И больше никто не сможет заходить к нам в этот месяц...

Следом за Ники с Джеймсом связался нотариус Годвард Бэк.

Он вручил ему ключ от дома и предупредил, что дом обвешан камерами видео наблюдения для контроля. И подбодрил, что в случае выполнения завещания, Джеймс получит три процента от стоимости проданного дома.

Джеймс вздохнул с облегчением - будет как оправдываться перед Салмой. Он женился раньше Ники на три года и у него было двое детей. Салма все знала о юношеской любви мужа, и не ревновала, но Ники недолюбливала.

Поезд приехал вовремя. Ники выглядела радостно-возбужденной, а вот 16-летняя Линда была мрачнее тучи.

Джеймс не видел Ники девять лет и она здорово постарела, хотя все равно оставалась очень эффектной. Зато от Джеймса столичная жительница пришла в ужас.

- Вы что тут в провинции за собой не следите? Как можно было так растолстеть? Ты хоть в баскетбол играешь или решил сам превратиться в мяч?

Но внутри дома бабушки, увидев накрытый стол, Ники заулыбалась...

- Шампанское, сухое вино, виноград и шоколад, все как я люблю... спасибо тебе Джеймс!

Женщины прошли в дом, оставив мужчину на кухне и обещали скоро вернуться, приведя себя в порядок.

Вернулись они через два часа, и Джеймсу было тяжело ждать без телевизора. Но с Ники всегда было так. Прихорашиваясь, она забывала о времени, возможно и дочь пошла в неё...

- Скотский дом! - первым делом заявила Линда, плюхнувшись на стул, - как можно жить без телефона и интернета!

- Потерпи месяц, дорогая, - урезонила её мама, - нам разве не нужна новая машина, круглогодичный отдых на Канарах?

- Ты могла бы и без меня здесь куковать!

- В завещании ясно сказано: в доме должны быть все женщины по бабушкиной линии, - парировала Ники и даже всхлипнула, - жаль мама не дожила, она так хотела перед смертью съездить в Венецию...

На следующий день Джеймс привез продукты и кучу книг из библиотеки для Линды.

- А я стала читать бабушкины книги, - улыбнулась Ники, ведь надо что-то делать.

Всю первую неделю у Джеймса было странное чувство - с домом творится что-то странное, но он никак не мог понять что. В конце первой недели Джеймс снова купил вино, уже по просьбе Ники.

На кухне они сидели вдвоем, Линда даже не среагировала на шоколад и фрукты.

- Что с ней? Она в порядке?

- Линда нашла бабушкины карандаши и краски. Теперь целыми днями рисует... А вот посмотри на меня внимательнее, нравится? - и Ники показала на медальон, красовавшийся у нее на груди.

- Кажется серебряный, это бабушкин?

- Конечно, я нашла его в шкафу, в бабушкиных вещах. Когда я его взяла в руки, он как-будто бы сказал: «одень меня». И я теперь вижу все по другому, как-то правильнее что ли... Вижу небо красивое за окном... К нам стали птички залетать через форточку и я кажется стала их понимать, - она улыбнулась и взяла Джеймса за руку, - вижу и тебя, ты такой хороший...

Ники весь вечер смотрела ему в глаза и улыбалась... Когда Джеймс вышел из дома, он чувствовал себя очень пьяным, хотя выпил всего пол-бутылки вина. Он бросил взгляд на дом и понял что его смущало - дом сузился... Добротное здание из старинного кирпича было таким же высоким, но в ширину он стал меньше. Джеймс долго моргал, закрывал и открывал глаза, но ситуация не менялась...

Через несколько дней Ники позвала его в комнату, где обитала Линда. Угрюмое лицо девушки сменилось на очень задумчивое...

- Дядя Джеймс, вы видите эту глухую стену? Мне нужен холст на всю стену, я буду его разрисовывать, вы сможете его достать?

Джеймс удивленно кивнул и стал рассматривать рисунки Линды, разбросанные по всей комнате. Некоторых персонажей он узнавал, Гарри Поттера, Гэндальфа, снежную королеву, но многие были ему неизвестны...

- Линда, ты очень хорошо рисуешь, - восхитился Джеймс, - мне кажется из тебя выйдет удивительный художник!

- Дядя Джеймс, - деловито и не обращая внимания на восторги, ответила девушка, - у меня осталось 20 дней, прежде чем я выйду из тюрьмы, я хочу закончить задуманное полотно...

Выйдя из дома, Джеймс взглянул на него - здание сократилось ровно на треть. Он отмерил 30 шагов, но раньше эта сторона дома была шириной 45 шагов, ведь Джеймс столько раз шагал вдоль него, дожидаясь Нику. Он вернулся к крыльцу, постучал в дверь и снова зашел в дом.

Ника подошла к нему не скоро. Одетая в бабушкину одежду, она стала похожа на цыганку со сверкающими глазами...

- Хочешь со мной потанцевать? - и Ники удивительно ловко закружилась, - ну давай, толстячок, это так просто!

- Нет, Ники, - смутился Джеймс, - подойди ко мне, я должен сказать тебе что-то важное: дом сужается! Он сузился уже на треть!

Ники спокойно улыбнулась, взяла за руку незадачливого кавалера, и повела его по комнатам. Джеймс крутил головой и ничего не понимал: никакого сужения внутри дома он не заметил. Линда в своей комнате рисовала улыбающегося кентавра и не обратила никакого внимания на удивленные возгласы гостя.

- Джеймс, если бы дом сужался, то было бы какое-то движение, кирпичи бы скрипели, потолок и пол трещали бы, но мы ничего такого не слышим, - Ники ласково пожала ему руку, - иди домой, Салма уже волнуется.

Салма на самом деле волновалась - старший сын ушел на футбол и как в воду канул. Но Джеймс не успел растревожиться как следует - раздался звонок, и в двери появился Катервей с перебинтованной рукой.

- Ничего страшного, маленькая трещина, заживет - моргнуть не успеем...

Всю ночь Джеймс ворочался, пока Салме это не надоело:

- В чём дело?

- Этот дом какой-то странный, влияет на людей... Ники с Линдой изменились так, что их и не узнать... И сам он сужается в размерах...

- Это не дом странный, а ты влюбленный, вот тебе и мерещится... Дурит тебе голову Ники, а ты и рад... Хоть бы мне постеснялся говорить...

Джеймс махнул рукой и отвернулся к стенке, но в эту ночь он заснул только под утро...

На следующий день после работы Джеймс несколько раз приезжал к Нике и Линде. Сначала он привез холст, потом бруски, гвозди и грунтовку, которую приготовили по рецепту Линды в местной арт-мастерской. Кисти и краски Линда не заказывала - всё это было у бабушки дома...

В конце второй недели Ники заказала бутылку вина и виноград. Линда, как и раньше, не вышла из своей комнаты.

- Прошло две недели то ли заточения, то ли еще чего... - задумчиво произнесла Ники, изящно положив виноградинку в рот.

- Ты изменилась, - проглотив слюну, сказал Джеймс.

- Я стала краше? - оживилась заключенная.

- У тебя разгладились морщинки, глаза смотрят как-то по другому... Ты словно мудрая и красивая королева из сказки!

- А ты привык, что я вертихвостка, - хмыкнула Ники, - и кроме комфортной жизни ничего и не хочу!

Пока Джеймс пытался что-то возразить, она продолжила:

- Яхта и красивые машины, квартира в центре столицы, модные спа-салоны и светские рауты, муж крутой бизнесмен... Всё это у меня есть... Но настоящее счастье это Линда...

- Согласен, Ники, - кивнул Джеймс и протянул бокал, - выпьем за детей!

- Знаешь, друг мой... Скажу по секрету, - протянула женщина, - ужас в том, что красивая жизнь у меня есть, а любви нет. Я не люблю мужа. И Линда не любит отца... И мы бы сбежали от него... Но куда? Мы привыкли к роскоши...

Затем старые друзья чокнулись и выпили.

- А ты, Джеймс, - когда последние капли вина были разлиты по бокалам, спросила Ники, - расскажи про своё заветное желание! Я всегда была такой эгоисткой и никогда не интересовалась твоими мечтами, расскажи, пожалуйста!

Ники смотрела на него в упор и поглаживала медальон. Ногти она раскрасила дракончиками и Джеймс завороженно смотрел на них.

- Ну, не смущайся, - настаивала Ники, - я все сохраню в тайне!

Джеймс исподлобья взглянул на неё, не понимая такой неожиданный интерес к его личности.

- Ты мой лучший друг и я хочу знать о тебе всё, - тут Ники немного надула губки, - я же про себя всё рассказала!

Джемс опустил взгляд куда-то под стол, изо рта вырвалось какое-то пыхтение, но и только.

- Я жду, - улыбнулась Ники, явно показывая, что не отступит.

Наконец, после долгой паузы, он промямлил:

- Я хочу провести с тобой ночь страстной любви!..

Джеймс поджал плечи, ожидая гневной тирады или язвительного смеха, но Ники молчала. Волей неволей ему пришлось поднять глаза.

- Любой мужчина, познакомившись со мной, пытался в скором времени затащить меня в постель, у некоторых это даже получалось, - Ники смотрела на Джеймса внимательно и даже ласково, - ты был единственный, кто это не предлагал! Я тебя так ценила за это! Давай сделаем так — ты этого не говорил, а я этого не слышала...

- Ну, я тогда пошёл, - Джеймс допил вино и встал из-за стола.

- Не обижайся дорогой, - Ники вскочила и подбежала к другу, - жду как обычно тебя завтра.

Она слегка прижалась к Джеймсу и нежно поцеловала в щеку, слегка задержав поцелуй.

Он вздохнул и шагнул к двери, но, коснувшись ручки, Джеймс обернулся:

- Выгляни сейчас в окно Ники, пожалуйста, - и вышел из дома.

«Опустила ниже плинтуса», - с горечью думал он, но когда посмотрел на дом, то эта мысль ушла на задний план.

Дом сузился ровно наполовину. Окно стало тоже уже в два раза, но Ники не уменьшилась - она смотрела на него, улыбалась и махала рукой. Но было что-то в ней необычное.

«Господи, да она же просвечивается» - осознал Джеймс и отчетливо увидел в голове женщины череп и мозг, а в глазницах глаза, вращающиеся на мышцах, окруженные кровеносными сосудами. Ники помахала рукой и отправила воздушный поцелуй, а потом ушла в дом.

«Какие у нее изящные косточки на руке», - машинально подумал Джеймс, а потом пошел в магазин за вином...

- Что за повод? - Салма только что покормила сыновей, - а ты снова сытый?

- Я поем, - возразил Джеймс, - но мне надо что-то рассказать, а то голова лопнет от непонимания...

После распитой бутылки, Джеймсу удалось уговорить Салму пойти посмотреть на дом. Было поздно, но осень была ранней, да и фонари улицу освещали, так что наблюдателям ничто не мешало. Дом стоял в полной своей красе на все свои 45 шагов.

- Давай зайдем за забор, - упросил Джеймс жену.

Но и за забором дом был широким как и нужно.

- Подглядывать за твоей зазнобой я не собираюсь, - отрезала Салма, - пошли домой, фантазёр!..

Прошла еще одна неделя, Джеймс сам принес бутылку вина.

Ники не просвечивала, да и Линда, которая в этот раз пришла на кухню, была обыкновенной девушкой, перепачканной краской...

- Дядя Джеймс, кажется я успеваю, - доверительно сообщила Линда, с удовольствием попивая содовую, - вы поможете мне поставить леса, чтобы я смогла закончить верх картины?

В сарае нашлись нужные доски и Джеймсу не составило труда построить крепкие подмостки, которые тут же проверила довольная Линда.

По нижней части картины Джеймс понял, что на ней будет изображено - очень красивый пейзаж с лесом и дорога по центру... Краски были такие яркие, а мастерство художницы было таким ошеломляющим, что создавалось впечатление натуральности изображения.

- Ники, да она гений! - только и смог вымолвить Джеймс.

Линда уже не обращала внимания на взрослых, и напевая, стала разрисовывать верхнюю часть холста.

Уходя Джеймс попросил опять выглянуть Ники в окно. Дом был широким, а Ники не просвечивала. Он зло сплюнул, когда Ники исчезла в доме, и ушел восвояси, почему-то разочарованный...

И вот наступил долгожданный последний день месяца. Всю последнюю неделю ничего особенного Джеймс не наблюдал, дом был обычной ширины, Ники не просвечивала, а Линда не выходила из своей комнаты. Джеймсу вся эта история надоела, и под конец рабочего дня, он с удовольствием угостил своих коллег крепким пивом. С собой он взял аж три бутылки вина. Он присвистывал веселую песенку, но зайдя за забор дома, увидел что наваждение вернулось - дом стал шириной чуть шире дверного проёма. Пакет вывалился из рук. Подавив головокружение, Джеймс подошел к этой метровой стенке и попытался ее обойти. И это ему удалось! Он опустил глаза и увидел черную землю.

«Пиво было слишком крепким или я схожу с ума», - мелькнуло в голове, но вдруг ему пришла гениальная мысль: - «чтобы это ни было - оно сегодня закончится».

Взбодрившись, Джеймс поднял пакет, поднялся на крыльцо и открыл дверь. Перед его взором предстало обычное зрелище. Всё тот же коридор и кухня, и открытая дверь ведущая в следующие комнаты дома. Он взглянул в окно, там был самый обыкновенный вид. Никакого намека на искажение пространства. Машинально Джеймс занес пакет на кухню и стал выкладывать продукты на стол. И тут застучали каблуки Ники. Вздрогнув, он обернулся и увидел красоту несусветную. Нет, Ники не стала молодой и юной, просто она вся светилась неподдельной радостью. На ней было золоченное полупрозрачное платье и оно постоянно мерцало, окружая золотой каймой Ники.

- Я похожа на королеву? - мелодичным голосом спросила Ники.

- Да, - еле вымолвил Джеймс и заморгал, привыкая к ослепительному сиянию... С каждым взмахом ресниц, Ники становилась все прозрачнее, тем более что и платье практически ничего не скрывало. Белые кости, красные мышцы, бежевый желудочно-кишечный тракт, и сам желудок в котором переваривался бутерброд с сыром, кровеносные сосуды, переплетенные нервными отростками, все это пульсировало и жило своей жизнью, превращая женщину в анатомический экспонат. От увиденного Джеймса стало подташнивать...

- Что с тобой, милый?

- Ники, я вижу из чего ты состоишь, - еле выдавил из себя Джеймс, - а в крови у тебя бегает куча черных шариков, очень похожих на маленьких гремлинов...

- Вот так сюрприз! Дом признал тебя своим, - неожиданно обрадовалась Ники, - он подарил тебе этот дар!

- Что? - удивился одарённый, - Дом подарил мне способность видеть внутренности человека?

- Да! - улыбнулась красавица, - я видела твоё изумленное лицо в окне. Но не знала, что именно ты видишь... Теперь понятно...

- От этого дара меня сейчас стошнит, - чертыхнулся Джеймс, - я хочу видеть тебя, а не скелет, обмотанный органами...

- Так командуй своим даром, - спокойно посоветовала Ники, - будь себе хозяином!

Джеймс прищурил глаза и взмолился про себя: «Пусть всё исчезнет»... И сразу наступила полная темнота.

- Ники, я ничего не вижу!

- Командуй чётко и ясно, чтобы дому было понятно!

«Я хочу видеть всё естественным образом», - только он это мысленно произнес, как всё стало на свои места.

Очень довольная Ники смотрела на него и в глазах у неё плясали искорки, а улыбалась она как солнышко.

- Ты тоже наш, - и протянула ему руку, - а вот бабушка в это не верила, пошли в комнату, все нас ждут!

- Подожди, может выпьем вина?

- Вино нам не понадобится, - Ники ласково взяла его за руку и вывела из кухни.

Глухая стена комнаты Линды стало входом в сказочную страну, изображение было объемным, по деревьям летали птицы, трава колыхалась от дуновений ветра, и все звуки, шедшие из картины, были реальными. Линда сидела в углу комнаты и гладила кролика, который сидел в картине.

- Дядя Джеймс, мама, - повернув голову к вошедшим, сказала радостная девушка, - у нас гость!

- Привет Линда, - ответил Джеймс, - он что прибежал из леса?

- Ой, здрасьте, дядя Джеймс, - спохватилась Линда, - я забыла поздороваться, а может это кролик из Зазеркалья?

Джеймс и Ники одновременно повернулись друг к другу и улыбнулись. Рука Ники не отпускала руку Джеймса и ему было так хорошо на душе, как никогда в жизни не было. В глазах Ники он видел себя, его отражение купалось то в зеленом море, то в синем океане, то летало в серых облаках... Джеймс помнил, что у Ники цвет глаз изменялся из-за освещения, но тут это происходило само собой. Джеймс был готов любоваться глазами Ники до бесконечности, но его эйфорию разрушил голос донесшийся из картины:

- Джеймс, голубчик, рада тебя видеть, - пожилая стройная женщина в цветастом платье шла по дороге из картины.

- Бабушка Лиззи, - удивленно выдохнул Джеймс.

- Моё тело похоронили в вашем мире, а моё сознание обрело плоть в другом! С твоей помощью, Ники и Линда построили портал с Белым миром.

Бабушка протянула руки к Нике и Линде:

- Дети мои, нам пора!

- В вашем мире живут одни женщины? - пробормотал Джеймс, - почему только потомки по женской линии?

- Очень просто дорогой, - ответила Лиззи, - отец Линды не достоин Белого мира. Я знала, что дочь моя умерла и хотела пригласить только внучку и правнучку. Да и дом не пустит лишних людей. Я удивлена, что дом разрешил тебе увидеть действующий портал. Это удел избранных! Прожив месяц в доме, Ники и Линда очистились от скверны этого мира... Но не ты...

- Бабушка, - попросила Линда, - возьмём Джеймса с собой? Он хороший! И видит человеческие органы, Джеймс сможет стать великим целителем в Белом мире!

- Интересно, - хмыкнула Лиззи, - расскажи, что необычного есть в нашей крови?

Джеймс сосредоточился и приказал себе смотреть на бабушку пронизывающим взглядом. Лиззины кровеносные сосуды были битком набиты крошечными гремлинами.

- Ваша кровь наполнена черными шариками, похожих на зубастых гремлинов, - ответил Джеймс, - у Ники их немного меньше, как и у Линды.

- Правильно, - ухмыльнулась бабушка, - только это не гремлины, а скопление эритроцитов, имеющих волшебные свойства, видимо и у тебя они тоже есть.

- Ты пойдешь со мной? - посмотрела Ники на него своими умопомрачительными глазами... И у Джеймса уже готово было вырваться «да», как в дело вмешалась Лиззи.

- Если Джеймс уйдёт в Белый мир, то обратно не вернется! Знай, Джеймс - за Ники будут сражаться лучшие мужчины, и не только люди, но и эльфы... Сможешь ли ты выдержать конкуренцию? Умеешь ты стрелять из лука, владеешь ли копьем? Умеешь ли петь и играть на лютне или фиделе? А как же Салма и Катервей с Питом? Они будут думать, что ты сбежал с Ники, бросив семью. Ты готов к этому?

Невольно после этой тирады руки Ники и Джеймса разжались...

- Дети это главное счастье - прошептала Ники и отвернулась.

Дело завершила Линда, она подбежала к Джеймсу и чмокнула в щечку:

- Дядя Джеймс, ты очень хороший... Вот ключ от моей камеры хранения. Там лежит айфон самой последней модификации, это мой подарочек тебе...

Лиззи взяла за руки Ники и Линду, и они отправились по дороге вглубь картины, а кролик смешно зашлепал за ними.

Каштановые волосы Ники освещало закатное солнце и вся её фигура светилась золотом.

- Она богиня, натуральная богиня! Куда уж мне, - с горечью прошептал Джеймс, - Ники точно выйдет замуж за короля эльфов!

И тут солнечная женщина обернулась. Её лицо было всё в слезах, но это делало её ещё прекраснее.

- Торопись Джеймс, выходи из дома, сейчас истинная сущность дома исчезнет!

«Вино, вино, лишь оно спасет, оно...» - Джеймс встряхнул головой и решительным шагом пошел на кухню, даже не бросив последний взгляд на портал в Белый мир. Забрав пакет с вином, он вышел из дома, собравшись идти в паб. Дойдя до забора, горемыка услышал тихий хлопок... Обернувшись, Джеймс увидел то, что и ожидал увидеть - дом исчез...

Домой его принесли собутыльники, таща за подмышки. Салма вздохнула, раздела мужа и уложила спать. «Потом все сам расскажет» - таковы были её намерения...

Но утром первым разбудил Джеймса Годвард Бэк.

- Ники и Линда пропали! В доме их нет, я же их предупреждал, - нотариус был явно не в духе, - покупатель уже готов, куда они уехали? В столицу?

- Не только они пропали, дом тоже пропал, - с похмелья сболтнул Джеймс.

- Господи, протрезвеешь, позвони мне, - и нотариус бросил трубку...

Ники и Линду искали везде где можно, Джеймс благоразумно молчал, но однажды зазвонил телефон Линды. Джеймс долго не решался взять трубку, но вдруг какая-то отчаянная мысль пришла ему в голову и он ответил на звонок. В трубке царило молчание и сам не зная зачем, он спросил:

- Линда, Ники, - это вы? Как там ваш Белый мир?

- Это Мик, - раздалось в ответ, - я муж Ники и отец Линды, почему, черт возьми, телефон моей дочери у вас? Кто вы такой?

Джеймс чертыхнулся и отключил телефон. После ухода Лиззи, Ники и Линды в Белый мир, его охватила безудержная депрессия, ему ничего не хотелось кроме одного - напиться. Вот и сейчас он пошел в пив-бар, а после нелегкая понесла его к злосчастному дому. Дом стоял на месте, в своих обычных размерах, пустые глазницы окон равнодушно проглядывали через местами проломленный забор. Люди проходили мимо пошатывающегося человека, который бормотал нечто странное:

- Хочу видеть внутреннее содержимое этого человека!

Но у Джеймса больше ничего не получалось, он перестал видеть, он потерял свой дар. Вот в таком состоянии его и нашла полиция. Три дня его допрашивали в участке, как попал в его руки телефон Линды и куда пропали женщины... Но полиция ничего не добилась и его отпустили...

Три дня трезвости пошли на пользу Джеймсу. Для себя он решил так: "Нет никакого Белого мира! Лиззи, Ники и Линда это шизофренички. И ему страшно повезло - что он сам не стал шизофреником. А Ники с Линдой просто сбежали от ненавистного Мика. И жить ему сразу стало легче. И депрессия стала проходить. Если иногда у него вставал в памяти прекрасный образ Ники, он превращал его в череп, где в черных глазницах вращались безумные глаза... Он шептал «Сгинь нечисть» и улыбался... но если бы кто видел эту улыбку...

КОНЕЦ