Для конкурсей

Глава 1

– Машка, сколько раз тебе повторять? – Юрка, самый низкий в классе, рядом с десятилетней долговязой девочкой выглядел смешным пухляшом, – ты, Загонщица, пилот "Тигра", не надо лезть в бой сразу. На тебе вот эти маленькие, надоедливые боты, – Юрка ткнул в экран, увеличивая изображение странного космического судна-автобота. – Я понимаю, что Колька вчера дёрнул за косу, но это не повод оставлять фланг на растерзание ойганских кораблей. Маш, ты слушаешь?

– Слушаю-слушаю, сам ты обгонщица, – по расфокусированному взгляду девочки можно было предположить, что она находилась в совсем другом мире. Юрка не знал, что там, наверняка что-то бесячее, девчоночье. Кто догадается выкрасить "Тигр" в ярко-розовый? И налепить на борт пони. То ли дело его "Барс" – сдержанно-чёрный. Юрка не переваривал эти девчачьи заскоки, хотя Колькин "Медведь" – позор – щеголял изображением Копатыча из "Смешариков" с девизом: "Укуси меня пчела!".

Юрка встал перед классом – надо дать задачу, указать позиции. Как будто его все послушаются. Сидят нервные, напряжённые – подумаешь, оценка за полугодие, тоже мне страшный страх.

– Кто мы? – Юрка хотел браво гаркнуть, но получилось визгливо. Задние парты заулыбались, а когда в ответ самый младший – Ванька, пискнул: "Третий А", то и вовсе послышались смешки.

– Дисциплина, товарищи! И тишина! – получилось сурово, – Иван, мы – Межзвёздные Когти, разведчики дальнего космоса, ударная группа, на наших плечах большая ответс... ответс...

– Ответственность. Что за глупое название: Мрур? – Машка всё-таки слушала, – и что на завтра по матеше?

Юрка нахмурился – девчонки такие девчонки.

Сергей Иванович зашёл в класс:

– Садитесь, – он старательно скрывал нервное напряжение, – сегодня у нас контрольная за полугодие. Приступим?

Небольшая вступительная речь, пожелание удачи. Не беспокоиться, не переживать.

На задних партах как всегда – смех, шуточки, Олеся подглядывает за действиями соседа: пытается не выпасть из строя. Сергей Иванович вывел происходящее на доску. Из недр космического крейсера почти ровными рядами появились боевые истребители: "Тигры", "Медведи", "Барсы", "Росомахи". И нагрянули, до этого находившиеся в режиме ожидания, ойганское боты. Первые вспышки бластеров и плазмо-пушек. Началось.

Мария Островская нервно покусывала булочку – зато девочка уверенно управляла подвижным и быстрым "Тигром". Хм, куда это она? Скорее всего обида за косичку ещё не прошла, вот Мария и снова создала брешь на фланге.

Ойганские боты злыми мухами ворвались в гущу сражения. "Медведи" Николая и Максима Буровых уверенно держали удар. Мальчики переглянулись и выписали друг дружке "пятюню". Тройное сердце Сергея Ивановича на секунду замерло и понеслось вскачь.

Юра Селиванов на своём "Барсе" успевал повсюду. Он умудрялся менять направление манёвров, отвечая на иногда неадекватные действия одноклассников. Отличник, если пробежит стометровку, вложившись во время. Несмотря на грандиозность и значимость момента Сергей Иванович волновался за паренька.

В боевых ботов Ойгана была вшита сложная система ИИ, способная к обучению и самосовершенствованию. Но она была рассчитана на противостояние сентарийским войскам. А здесь ботам противостояло детское мышление. Непонятное, не всегда логичное и правильное с точки зрения ведения космического боя сентарийцами. Ойганским войскам приходилось тратить лишние мгновения на анализирование действий врага, а дети... играли. Абсурд. Цена которого продолжение цивилизации.

Один за другим гасли экраны учеников. Обиженно надутые губы, шёпот: "Видел сколько я бабахнул?", гримаски недовольства – кто-то выбыл слишком рано, и взгляды, обращённые на учителя и доску. Сражение продолжалось, и Сергей Иванович успокаивающе поднял руку: "Урок ещё не закончился, оценки в конце."

Всё больше детей сидело без дела, их бой-игра закончен, лишь самое упёртое звено Юрия мелькало на экране голо-доски. Немыслимые виражи, старательно выпущенные под невероятными углами плазмо-струи, хаотичность действий и... и... последний точный выстрел "Барса".

Юрий оторвался от управления кораблём:

– Это победа? Мы выиграли?

– Да, мой мальчик, это – победа... Все молодцы, полугодовая работа сдана. Поздравляю! Пятнадцатиминутный перерыв, переодевайтесь на физ-ру.

Дети радостно зашумели, повскакивали. Сергей Иванович позволил себе странный человеческий поступок – смех. Свершилось!

– Сентарио Серхис, вынужден признать, что ваша затея... – Чефус замолчал, зелёное щупальце изогнулось в жесте удивления, – авантюра, а не затея, всё больше и больше кажется мне реальной. Вы были правы насчёт землянских детёнышей. Освобождённые от груза ответственности, воспринимая происходящее как игру, они близки к тому, чтобы прорвать заградительные отряды ойганов на пути к галактике Мрур. Парадоксально. Могу лишь выразить своё восхищение вашей дальновидностью и нестандартным подходом. – Чефус торжественно поднял щупальце, – это успех.

Хомопсихолог сентарио лишь устало отмахнулся, его ужасно радовали и одновременно раздражали подопечные – детский сад да и только.

Глава 2. Рождённый ползать

Рождённый ползать

– Э-э-эй, смерды! Появись! – Полина Андреевна уже в который раз пыталась призвать магических помощников. Безуспешно. Дама недовольно скривила лицо, достала из кармана кружевного передничка сложенный лист. Гневно сверкнув глазами, развернула, продекламировала:

– Властью, данной мне Диаволом, взываю к вам – духи металла, земли, явитесь на мой зов! – и визгливо закончила, – хорохорятся черти...

Раздался хруст, будто треснула скала, пахнуло горячим, и в комнате появились два странных существа. Были они невысокие – не больше трёх вершков, неказистые, грубоватые, словно слепленные из необработанной руды, желваков и булыжников. Чёрными глянцевыми глазами буравили они Полину Андреевну:

– Мы вам, сударыня, не крепостные. Требуем к себе уважения. Что в договоре с вашим Хозяином прописано: ведать не ведаем, знать не знаем. Мы же – вольнонаёмные рабочие, профессионалы, кстати... – говоривший тщательно отделял слова, вся его речь походила на дробный перестук камней.

– Профе... Бессовестные недомерки! Вам приказано служить мне – вот и служите. Как вас там? Фехрум и Плюрбум?

– Феррум и Плюмбум, сударыня.

– А я что говорю?! – закипела Полина Андреевна, – Самолетательный Аппарат снова барахлит. Не могли сразу на совесть сработать, теперь чините! Что-то стучит и визжит в роторе при запуске, – дама в доказательство включила странного вида агрегат, тот закашлял, задребезжал.

– В моторе, сударыня...

– Вот-вот. В роторе. И седло сменить надо, а то нагревается сильно, печёт.

– Это кресло пилота, сударыня, – Феррум не оставлял попыток объяснить Полине Андреевне хотя бы элементарные названия деталей инженерного чуда. Плюмбум уже приступил к осмотру и анализу проблемного двигателя.

Инженерное чудо появилось в доме по прихоти Полины Андреевны. Металлическое, с плавными изгибами, опережающее время и технический прогресс, инновационное. А всё потому, что захотелось сумасбродной хозяюшке выделиться среди ведьм местных. На последний шабаш Катька, обыкновенная портниха, прилетела на лосе. На лосе! Чем устроила знатный фурор среди леших, бесов и прочей нечисти. Зависть душила Полину Андреевну, но вредить Катьке колдовством было страшно, вот и пришло решение удивить богомерзкую публику средством передвижения: нужно только подобрать что-то модное, аристократичное. Так и появился Самолётный Аппарат. Никаких мазей, зелий – только наука. И немного чертовщины. Куда уж теперь всяким кухаркам и портнихам.

– Милый бесёнок, – смягчилась Полина Андреевна, – какое платье лучше надеть? – она крутилась возле зеркала, примеряя наряды один за другим, – бежевое или оливковое?

– Я не бес и не чёрт, сударыня. Я...

– То-то все удивятся, – перебила Полина Андреевна, – глупышки на шабаше летают голышом, а я буду в платье одна. Нарядная... – мечтательно улыбнулась дама, уже предвкушая всеобщее удивление. – Платье, конечно же, потом за ненадобностью, но момент прибытия запомнится этим дурёхам, – рассмеялась Полина Андреевна.

– Может не стоит...

– Что стоит, а что не стоит: я уж сама разберусь! Твоего совета, бес, никто не спрашивал!

– Я не...

– Пасть закрой и работай, лентяй! – Взвизгнула Полина Андреевна и вернулась к созерцанию отражения в зеркале. Надо отрепетировать самое тонкое, чопорное выражение лица. Надменное, властное, чтобы никто не усомнился, кто на шабаше главная ведьма – королева.

Из недр Самолётного Аппарата появился перепачканный Плюмбум:

– Сударыня, неполадка серьёзная, вмиг такое не починишь. Так что нам с Ферри придётся лететь с вами. Будем выполня...

– Косорукие уроды! Я вас лично в котле варить буду! – лицо Полины Андреевны перекосилось от злобы, её план мог рухнуть из-за двух малограмотных бесов, – вам придётся! Вам придётся лететь: хоть в роторе, хоть где, но чтобы доставила меня эта треклятая машина на Лысую Гору! Ясно?!

– Да, сударыня, – хором ответили малыши и весело перемигнулись.

Появление Полины Андреевны на ведьмовском шабаше получилось и впрямь фееричным и незабываемым. Ещё на подлёте к Лысой Горе в воздухе дико завыло, а потом бумкнуло. Адски громко. Чертовски ярко. Во все стороны брызнули искры, росчерки раскалённого металла, огненные всполохи. То ли не стоило Полине Андреевне нарушать вековые ведьмовские традиции, то ли надо было внимательнее и аккуратнее отнестись к договору с Диаволом, то ли не быть такой врединой... В любом случае Полина Андреевна задала тон полуночному шабашу. Даже Феррум и Плюмбум, не слишком уважающие бесовское общество, веселились от души, ещё больше раскаляясь после красочного приземления.