Диктант

Евгений Лукин

Диктант

Воевода пошатнулся…

А. С. Пушкин

В прихожей спели дверные петли. Коротко, отрывисто. Клиенты обычно берутся за ручку с бóльшим почтением и робостью. Да и стучатся сперва. Стало быть, пожаловал не клиент. Стало быть, вернулся Глеб Портнягин.

Так оно и оказалось. Послышался глухой стук брошенной в угол наплечной сумки — и в проёме возник рослый питомец старого колдуна Ефрема Нехорошева. Возник — и замер в недоумении.

Наставник в затрапезном своём халатишке, сгорбившись, сидел у стола и вдохновенно покрывал четвертушку ксероксного листа колдовской заковыристой вязью. Посетительница, тощая голенастая девица, изнывала в ожидании на краешке кресла. Спина — прямая, как шомпол.

Вроде вполне обычная картина. Если бы не одна мелочь: неподалёку от локтя Ефрема лежал пистолет.

* * *

— Бандитов обслуживаем? — ехидно полюбопытствовал Глеб Портнягин, дождавшись, пока гостья расплатится, заберёт оружие, манускрипт и покинет помещение. — Что-то на тебя не похоже…

— Какие бандиты? — ворчливо отозвался Ефрем. — Муженёк её завтра на стрельбы едет.

— Офицер, что ли?

— Ну да… Очередную звёздочку никак не отхватит. Чуть дойдёт дело до пальбы, мишень — как заговорённая. А может, и впрямь заговорённая… — сокрушённо добавил он, подумав. — Кто-нибудь из однополчан постарался…

— Это ты каждую пулю колдовал? — ужаснулся Глеб.

— Ещё чего! Каждую — замучишься… Да и не колдовал даже…

— Как не колдовал? А заклинание на листочке кто выписывал?

Усмехнулся Ефрем.

— С чего ты решил, что заклинание?

— Да ладно! Я ж его наизусть помню! «Господь мой, на тебя уповаю! Сделай руку мою твёрдой и верной, глаз метким, оружье справным! Пущай бьёт только в цель! Аминь!» Ну и, понятно: «Куда я — туда и удача!»

— Хорошая у тебя память… — оценил старый чародей. — Только присказка-то — охотничья! А тут дело иное. Тут не двустволка, тут «макаров»…

— И что?

— Самое верное — воеводе Боброку молитовку вознести.

— Кому? — не понял Глеб.

Ефрем Нехорошев смерил воспитанника негодующим взглядом.

— Боброку!

— Святой, что ли, какой?

И рассвирепел колдун. Вскинул космы бровей, прожёг оком.

— Двоечник! — неистово загремел он. — Боброка не знаешь? Может, ты и о Куликовской битве ни разу не слыхал?..

— Ну как это… — оправдывался застигнутый врасплох ученик. — Слыхал, конечно…

— Кто татарам в тыл ударил? Кто засадным полком командовал? Воевода Боброк Волынский! А чем его ратники вооружены были?

— Волынами! — в сердцах огрызнулся Глеб.

Старый колдун Ефрем Нехорошев поперхнулся, моргнул.

— Гля-кося! — подивился он, с уважением глядя на питомца. — Смышлён ты, однако…

* * *

И, придя вновь в доброе расположение духа, принялся Ефрем просвещать своего малограмотного, хотя и смекалистого ученичка.

— Сам-то он, Боброк, с Волыни, — с удовольствием излагал он. — Потому и звался — Волынский. А жил в Москве, служил у тёзки своего Дмитрия, Великого князя… Дослужился до воеводы. Кузнецов привечал. И придумал им однажды работёнку: сковать махонький такой тюфяк…

— Чего сковать? — не поверил Глеб.

— Пушечку такую, — перевёл наставник. — Чтобы в одной руке умещалась… Сковали. Хорошая вышла снасть. Справная. А тут как раз Куликово поле! И вооружил Боброк весь свой засадный полк этими самыми волынами (в его честь назвали).

— Ни-фи-гассе… — прошептал Портнягин.

— Во-от… Выскочили из леса… И как, стало быть, долбанут изо всех волын на скаку! Аминь татарам… С той поры и слывёт воевода Боброк покровителем короткоствольного стрелкового оружия. Так-то, Глебушка…

— Погоди! — спохватился тот. — Волына-то — слово жаргонное!

Пригорюнился колдун. Покивал.

— Теперь — да… — скорбно подтверил он. — Не хотим говорить по-нашенски, не хотим… Переняли иностранщину: пи-сто-лет! С Мамаем-то ещё и генуэзцы шли, ребята ушлые. Вывезли пару волын в Европу. Немчура обрадовалась — и ну обезьянничать! А чтобы никто их в воровстве не уличил — пистолетом переназвали.

Глеб соображал.

— Вот ты вроде срок отбывал, — с упрёком молвил Ефрем. — По фене ботаешь… А если б ты ещё по-древнерусски ботать умел, сразу бы усёк: словá-то сплошь и рядом одни и те же. Мисюрка, к примеру, что такое?

— Каска, — отрапортовал Глеб, и впрямь за полтора года отсидки неплохо изучивший блатную музыку.

— То бишь маленький шлем, — уточнил колдун. — Словечко-то вымершее. А в фене — осталось. И не оно одно, Глебушка, не оно одно… Феня, ежели хочешь знать, этакий тайничок… кладенец древних речений…

— Ага… — Портнягин озадаченно покивал. — Понял… А не надиктуешь мне эту молитовку? Воеводе Боброку… Вдруг пригодится…

— Отчего ж не надиктовать! Садись пиши… — Тут же спохватился, оглядел углы. — Ничего огнестрельного в доме нет? — тревожно спросил он.

— Да нет… Откуда?

— Смотри! — нахмурился старый чародей. — А то знаешь, как бывает? Скажешь вслух — отколдовывай потом…

* * *

На проспекте Парацельса путь Портнягину перекрыло некое шествие. Да и не только ему — троллейбусное движение, равно как и автобусное, тоже было приостановлено. Колонна военнослужащих (сплошь офицеры) дефилировала в направлении Божемойки.

— Это вся наша армия, или кто-то ещё на кухне остался? — полюбопытствовал Глеб.

Патриотически настроенные прохожие гневно фыркнули. Прочие промолчали.

— Нет, правда… Куда это они?

— В Колдобыши, — с готовностью отозвался некто гордый своей осведомлённостью. — Полигон у них там…

— И что будет?

— Как что? Стрéльбы! Из табельного оружия…

«Опаньки! — подумалось Глебу. — Значит, муженёк этой… тощей… тоже где-то здесь? И бумажка с молитовкой при нём…»

Включил духовное зрение и вскоре обнаружил искомое. Выписанная учителем молитва обреталась в нагрудном кармане… Всмотрелся, не веря своему третьему глазу. Трудно представить, но обреталась-то она в нагрудном кармане той самой девицы, что приходила к старому колдуну Ефрему Нехорошеву. Правда теперь на мосластых плечах вчерашней гостьи красовались погоны с тремя звёздочками.

Вот оно как! Стало быть, не ради супруга суетилась эта особа, а ради себя самой… Да и был ли супруг?

Вообще-то Портнягин шёл по вызову, однако подумал-подумал да и решил: бог с ним с вызовом! Тут куда интереснее интрига закручивается. И двинулся Глеб проспектом Парацельса в направлении Божемойки — параллельно колонне военнослужащих.

* * *

Домаршировали до западной окраины, загрузились в автобусы. Странно. Проще было подать транспорт прямо к казармам, хотя, с другой стороны, всё правильно: мы ж без парада не можем!

А не смотаться ли с ними в Колдобыши? Отвести служивым глаза, влезть в салон… В принципе труда бы это Портнягину не составило: за три месяца учёбы он и не такие штуки освоил. Другой вопрос: зачем ему туда ехать? Проверить, сработает ли обращение к Боброку Волынскому? Наверняка сработает. У Ефрема Нехорошева — да чтобы не сработало? Так не бывает.

Постоял, посомневался. Тем временем

Поднял, развернул. Это была ксерокопия той самой молитовки, собственноручно начертанной старым чародеем для офицерской лжесупруги.

Ну что за народ! Что за народ! Так и норовят обжулить. Нет чтобы каждому к Ефрему сходить — сэкономить решили!

Свернул как было, подошёл к перекуривающим.

— Слышь, друг! Ты что ж тут документами соришь?

* * *

Конечно, оказавшись в автобусе, Глеб мог бы навести на окружающих лёгкий мóрок, чтобы думали, будто он тоже из их числа. Однако смысла в этом не было никакого — внимания на подколдовка никто не обращал, каждый уткнулся в свою ксерокопию и, шевеля губами, затверживал молитовку наизусть.

Разоблачили его лишь на полигоне, когда служивые построились на плацу.

— А что тут делают штатские? — строго спросил подошедший полковник.

К сожалению, квалификация Портнягина была не настолько высока, чтобы обморочить старший командный состав. Его потолок — старлей, максимум капитан.

— Ты кто? Журналист?

— Товарищ полковник! — ахнула из строя та самая девица, что приходила на приём. — Да это же… Это же ученик колдуна!

— Ефрема Нехорошева? — отрывисто переспросил полковник.

— Так точно!

Ситуация продолжала проясняться. Выходит, не просто так пожаловала старлеиха к чародею — выполняла приказ свыше. Ну точно! Не рискнула бы она самочинно разгуливать по городу в штатском и с табельным оружием.

— Так что ты тут забыл?

— Предупредить хочу, — честно ответил Портнягин.

— О чём? — грозно сдвинув брови, продолжил допрос полковник.

— Не сработает молитовка.

— Почему?

— Она ж через ксерокс прошла!

Кажется, полковник растерялся. Снял фуражку, отёр лоб.

— И что теперь делать? — беспомощно спросил он.

Задумался и Портнягин. Затем его осенило.

— У вас тут учебный класс есть? Или там актовый зал, я не знаю…

— Есть.

— Тогда давайте так: соберите личный состав, раздайте бумагу, ручки. А я надиктую… Только…

— Что «только»?

— Во-первых, без оружия, — потребовал Глеб, вспомнив вчерашнее условие старого колдуна.

— А во-вторых?

— Да тут такое дело… — замялся подколдовок. — Даром чары не действуют. Пусть каждый какую-нибудь мелочишку отчислит…

Через полчаса собрали всех в актовом зале. Раздали бумагу, ручки.

— По рублю на край стола! — зычно скомандовал полковник (в те времена рубль ещё имел хождение на территории суверенной Сусловской области).

Порылись в карманах, выложили.

Портнягин расправил листок с выписанным вчера обращением к воеводе Боброку и, предупредив, чтобы постарались избежать ошибок, приступил к диктовке.

* * *

Как стало известно через пару дней, отстрелялись офицеры на «отлично», а полковник удостоился благодарности.

Но это через пару дней. А тем вечером ученик старого чародея вернулся гордый собой и, не говоря ни слова, вытряхнул из сумки на стол охапку мелких купюр — нечто вроде предназначенного к сожжению пригорка палой листвы.

— На паперти насшибал? — ядовито осведомился Ефрем.

— На полигоне, — с достоинством ответил ему Глеб.

И принялся рассказывать.

— Дожил… — дослушав, вздохнул наставник. — Родную армию шелушить…

— Значит, ей нас шелушить можно, — запальчиво возразил ученик, — а нам её — нет? Подослали эту хребёбру, выклянчили текст, размножили… А я-то с ними по-честному!

— Всё равно, — посопев, сказал Ефрем. — Такие деньги я дома держать не буду.

— И куда ж их?

— А знаешь что? — оживился тот. — Давай-ка мы их сразу потратим. За водкой сгоняй.

— Начинается… — процедил Глеб, однако сгрёб купюры обратно в сумку и двинулся к выходу. Обернулся. — На сколько брать?

Наставник взглянул на него с недоумением.

— Вот бестолочь! На все…

Май 2026

Волгоград