Девять хвостов забвения

Глава 1

Прошло достаточно времени, чтобы отчаявшаяся рыжая лисица решилась утопить память о своем братце в море забвения. Она сильно подросла за то время, не столько физически, сколько морально. Если бы та продолжила каждый раз оплакивать его пропажу, или, скорее всего, смерть, она бы не добилась таких успехов в обучении магии. Ее сердце пылало от переполняемого его чувства мести, и именно это сподвигло Уцуни взяться за самую опасную стихию — огонь. Ради того, чтобы в полной мере научиться контролировать неистовую силу красного демона, она рисковала всем, чем оставалось — своей жизнью. Терять все равно больше нечего.

Но даже освоив этот элемент, ей не всегда хватало сил совладать с ним. Огонь требовал соответствующего хозяина, и, к большому сожалению, маленькая лисичка не подходила не его роль.

После очередного скитания по долине она обессилено опустилась на корни высоченного дерева, для ее ста сорока сантиметров, многое в мире казалось невероятных размеров. Расправив каждый из девяти пушистых и покладистых, в отличии от ее волос, хвостов, девушка закрыла глаза, медленно вдыхая приторный аромат цветов персика. Нежно-розовые матовые лепестки падали на ее уши, от чего те подергивались, стряхивая почти невесомые паруса. Да… Сайрил бы с восторгом носился вокруг сестры, пытаясь поймать каждый из них ртом, точно так же, как он ловил снежинки. Уцуни ясно видела его мальчишеское лицо и такие же непослушные вьющиеся волосы. Наверное, это было их единственным сходством. Если подумать… они были совсем разные. Тихоня Уцуни, вечно терявшаяся среди библиотечных полок, и шумный, энергичный Сайрил, гонявшийся наперегонки с обитателями острова, будь то молодые ученики или же простая дворняга.

А теперь когда-то спокойная рыжая лиса постепенно превратилась в бушующий, но очень слабый огонек, который в любой момент мог исчезнуть.

Над головой мелькнула тень. Уцуни нехотя приоткрыл глаза; быстро пульсируя ее зрачки приняли свою естественную форму: тонкий разрез поперек зеленой радужки.

Птица. Но она смогла заметить лишь ее размытое очертание.

Лисица слишком устала. Устала гоняться за целью, знавшей заранее каков будет исход сражения. Однако и сдаться девушка просто так не могла.

Пока по венам течет энергия Ци, заключающая в себе мощь Повелителя Огня, она ни за что не отступит.

Лучше уж умереть на поле боя, чем вот так, совсем одной.

Она уже не раз замечала за собой мысли о том, что, найдя врага, она, наконец, освободится от жаркого заклятия, дав волю всем своим эмоциям и высвободит эту боль, поддерживающую ее на протяжении стольких лет. Она видела то, как бы взорвала себя. Самовоспламенилась.

Уцуни невольно улыбнулась, издав короткий выдох. Суицид, как банально. Но даже в таком случае ее признали бы героем, спасшем мир. И этот титул остался бы с ней посмертно.

— Еще столько всего нужно сделать перед этим, — поднимаясь проговорила она сама себе, как бы настраиваясь на нужный лад. Занимаясь каким-то делом, она чувствовала себя чуточку сильнее, живее.

Сейчас даже обычное поручение для лисицы — тренировка. Сумеречная рана не щадит никого.

Из-за текущей по венам магме, находиться в заледенелых горах для девушки было не проблемой, ей даже не требовалось дополнительная экипировка или зелья. Лишь ее оружие.

— Прошу, помогите! Мой муж!

Уже немолодая женщина цеплялась за руки, плечи, и даже ноги проходивших мимо странников.

— Помогите мне! — морозный воздух разрывали ее охрипшие крики. Женщина упала на заснеженной дороге.

Уцуни помогла ей подняться. Еще один воин не прошел мимо. Молодой шэн, едва ли не в два раза выше девушки, наклонился к ней, одарив приятной улыбкой.

— В одиночку лучше не скитаться, — он сделал приветственный жест после чего обратился к женщине, чьи слезы застыли на щеках, превратившись в мелкие кристаллики льда.

Рыжая лиса выглядела очень слабой, и в какой-то степени это отношение не было предвзятым. Долгие и безостановочные путешествия хорошо потрепали ее здоровье. И где-то глубоко внутри она хранила это чувство никчемности. Но не здесь. Здесь все будет так, как этого захочет Повелитель Огня. Здесь ему будет, где распустить свои огненные цветы, заставить их цвести, питаясь нескончаемым источником энергии Ци. Ведь весь этот лед вокруг — творение его давнего заклятого врага.

-… Ледяные Девы. — женские всхлипывания донеслись до лисьих ушей. — Он не первая жертва и далеко не последняя… прошу найдите его…

— Не волнуйтесь, вернем в целостности и сохранности.

Но он не мог обещать этого. Если Девы забирают жертву — назад она не возвращается.

— Тогда идем, — Уцуни последовала по направлению к пещере.

Перед самым входом девушку притормозили.

— Ну-ну-ну, — шэн положил ладонь на голову Уцуни, вдавив ее босые ноги по щиколотку в снег. — Я сам справлюсь. За тобой приглядывать в мои планы не входит.

— В няньках не нуждаюсь, — девушка смахнула руку со своей головы и презрительно вильнула девятью хвостами.

На лице парня скользнула улыбка. Да, все решится на месте.

Пройдя через каменную арку путешественники оказались в огромной пещере, где светились сталактиты, угрожающе росли сталагмиты, множество ярусов спиралью уходили ввысь, утопали в голубом мерцании. Несколько приоткрытых дверей скрывали узкие проходы вглубь. Из щели одной из них проступал белый свет.

Слишком тихо.

— Они проводят обряд! — девушка кинулась к коридору. — Где-то здесь клетки, открой их и освободи пленных! Я разберусь с Девами!

Но парень уже опередил ее, распахнув ледяную дверь и растворившись в свете.

— Прекрасно, делай что хочешь. — девушка остановилась в проходе.

Закатив глаза, она вернулась в зал, ища комнату с клетками. Она выпустила похищенных жителей-счастливчиков, давая наставления, как безопасно добраться до деревни. Спустя длительное время, Уцуни последовала за так и не вернувшимся членом своей новоиспеченной команды. Другой огромный просторный зал скрывался за якрим свечением. Множество колонн по кругу, справа красовалась еще одна комната с распахнутой дверью. Эхо от шагов отражалось от голых, блестящих от мороза стен.

Помещение едва ли отличалось от предыдущего, и лишь нечто возвышалась посреди.

— Ледяной цветок, — ахнула лисица. Она еще никогда не видела такой искусной работы.

Подойдя ближе она смогла разглядеть фигуру, скрывающуюся за ледяными драконами. Очертания очень хрупкого тельца. Уцуни дотронулась до изваяния на уровне лица, чувствуя, что-то знакомое за толщей льда. Покров дал трещину, не выдержав жара ее рук. Она стремительно отступила, едва не упав. Плохо дело!

Серые глаза впились в нее. То, что находится внутри живое, и явно не хотело пробуждаться. Девушка метнулась к предполагаемому выходу, и успела только открыть очередную дверь. Ледяная воздушная волна с крупными осколками льда вышвырнула ее в центр зала. Уцуни оглянулась. Из белого дыма на нее смотрели те самые печальные или же злые глаза, понять она этого не смогла, ведь вокруг все стало затягивать мутной пленкой. Сильно шатаясь, она резко поднялась на ноги. Только бы добраться до колонны, здесь, в самом центре, она идеальная мишень. И как только та коснулась спиной спасательного сооружения, в него ударило ледяным снарядом, волна ветра обдала колонну, прихватив с собой лежащие рядом камни. Этот противник достаточно силен. Уцуни требовалось время, чтобы подготовить заклинание.

Этим занимался и нападавший. И, когда их снаряды встретились, ударная волна отбросила их в разные стороны. Девушка открыла глаза. А вот и пропавший шэн, правда уже в виде прекрасного бесформенного куска льда. На шум слетелась горстка Дев.

Ей не выбраться отсюда без помощи. Или хитроумного плана, на раздумия о котором времени было катастрофически мало.

— Амулет! — спохватилась девушка.

Амулет возврата вполне способен стать той рукой помощи, которую она сама же себе и протянет. Уцуни потянулась тайному кармашку на ее форме, но вместо него смогла нащупать лишь ледяную корку. Приподнявшись, той открылся вид на замороженную нижнюю часть тела. Кусок толстослойного матового льда, вросший в пол.

— Нет! Нет! — она ощутила, как дрожали губы, когда бесполезные выкрики слетали с них и исчезали вместе с дыханием пара. Мозг парализовала мысль о скорой смерти. Смерти, которая превратит ее в неупокоенного духа, вечного узника этого мира.

Когти впивались в твердую гладкую поверхность, мутно отражавшую яркие рыжие локоны ее жертвы. Куда же делась ее собранность? От чего она плачет не в силах что-либо сделать?

— Тепло… — Уцуни вздрогнула. Поддавшись панике, та перестала замечать происходившее вокруг. Девушка осторожно перевела дрожащие от волнения глаза с пульсирующими зрачками на свою щеку. Рука. Тонкие пальцы, по которым текли ее слезы, оставляя за собой дорожку из пара. Лиса с трудом сглотнула и направила взгляд вперед, прямо перед собой.

Мягкие черты лица, уставшие и почти безжизненные глаза, вьющиеся темно-синие волосы и такие же большие растопыренные уши.

— Сайрил…?

Девушка вскрикнула, ощутив на коже лица сильное жжение. Юноша одернул руку, от которой вьющимися струями валил белый дым. Уцуни дотронулась до щеки. Тонкая ледяная корочка, но она быстро растаяла, смешавшись с последними слезинками.

За спиной юноши показались новые Девы, они сверкали белоснежными одеждами, левитируя в воздухе.

— Сзади! — воскликнула Уцуни, неожиданно для себя обретя второе дыхание.

Грудь наполнилась жаром, удары сердца болью отдавались в теле, разгоняя лаву по венам. Девушка молниеносно отправила в снежных леди огненный шар, ладонью второй руки, раскаленной почти до бела, разбила свою ледяную клетку. Несколько Дев ухитрились разлететься раньше, чем снаряд достиг цели. Уцуни схватила парня за руку и потянула за собой, но столкнулась с неожиданным сопротивлением. Он рывком освободился из спасительного захвата. Девушка на секунду замешкалась, за что получила от него хороший удар в живот и кубарем покатилась по полу до другой стены.

К ее счастью, в паре метров от нее находился разлом, через который они ранее и пришли с замерзшим шэном.

Она болезненно посмотрела на скопление Дев. Значит, тот лин на их стороне. Но, кажется, только что помог ей?

Чудесным образом выбравшись из пещеры, лиса упала в первый попавшийся сугроб, стараясь отдышаться и привести себя в чувства. Девы не покинут пещеру, а пареньку по виду не было интереса следовать за ней. Странно, то лицо напомнило ей брата. Но это был лишь отголосок, и к тому же… она уже похоронила его. Снег вокруг нее стал медленно плавиться, и растекаясь, подниматься плавно вверх лёгкими полупрозрачными облачками.

Уцуни скомкала голубой воротничок и закрыла глаза, перед которыми тут же возникли серые, уставшие глаза.

— Наверное, он так же страдает… Стихийная магия опасна, она медленно губит своего носителя. — размышляла девушка возвращаясь в деревню.

Она так и не смогла определить, был ли среди спасённых муж бедной женщины, из-за которого и случилось все это. Акуши, так звали замороженного напарника лисы, благодаря своему геройскому рвению самостоятельно вырыл себе могилу. Что же, это была его собственная инициатива.

Как ни странно, но для лисы подобные случаи не редкость. Она настолько привыкла к тому, как соратники (если их вообще можно так назвать) пренебрегают ее ролью в команде, что перестала испытывать хоть какие-либо чувства к их потере. Никто из них даже не пытался дать ей шанс показать, на что способен этот маленький лин. По правде говоря, она и сама не знала.

Судя по радостным возгласам, спасти того самого все же удалось.

— Ты! — по румяной щечке лина пришлась сильная пощечина. — Акуши! Мой парень! Мне сказали, что он был с тобой!

Уцуни посмотрела на нападающего. Девушка. Чистая разъяренная фем. За ее спиной угрожающе крутились мечи, выстраиваясь в распушенный павлиний хвост.

Наверное, ей следовало разморозить того бедолагу. Но его поведение так выбесило Уцуни, что она решила преподать ему урок. Не стоило идти на поводу эмоций.

— Где он?! — крикнула девушка, сжав кулаки.

— Все там же. — сдержанно ответила лиса, утирая отпечаток ладони.

— Веди.

— Что?

— Я сказала, что ты отведешь меня туда! — фем схватила Уцуни за ворот и потащила за собой. Той было бесполезно упираться, ведь она даже земли не касалась.

По прибытии лису швырнули ко входу в ту самую пещеру, ни на миг не отпускающую своих жертв. Сейчас у нее совсем нет сил, чтобы снов вступать в бой. Она на контрольной точке. Точке невозврата. Она ощущала нарастающее давление внутри. Если силы покинут ее тело…

— Вперед, — девушка толкнула, едва успевшего встать на ноги лина в пещеру, отчего та вновь едва не оказалась на земле. Эта девушка была умнее, она не лезла вперед, видимо, в глубине души опасаясь за свою жизнь (и не зря).

Уцуни могла бы спокойно использовать тот сохранившийся амулет для побега, ведь дела до этой несчастной парочки ей было никакого. И тот юноша...

Фем постоянно оглядывалась, сомневаясь в правильности их направления. Каждый зал в точности повторял тот, из которого пришли девушки.

— Вон там, — выдохнула Уцуни, постоянно оглядываясь.

— Вперед, — после чего лиса вновь ощутила толчок.

Стоило им зайти в комнату, как фем бросилась к угловатой глыбе, скрывающей тело ее возлюбленного.

— Аку! Аку! — она била по куску толстого льда.

— Тише, — Уцуни подошла к ней, схватив за кусок материи ее наряда, — если слетятся Девы, мы не отобьемся.

— Ты! — фем злобно посмотрела на девушку. Но черты ее лица в миг смягчились, когда та заметила, как плавится лед, стоит лисе встать поближе. — Ты… ты можешь разморозить его!

Она рывком прижала Уцуни к искривленному изваянию так, что щека той приплюснулась от напора.

— Отпусти! Что ты делаешь?! — но даже если бы девушка отталкивалась и ногами, словно лягушка, соотношение сил все равно было неравным. Магу не тягаться с мечником в физической силе.

Словно одержимая, та вдавливала лина в лед. Она найдет способ освободить парня, и не важно, что для этого потребуется. Кожу на лице стало яростно жечь, Уцуни закричала настолько громко, на сколько позволяла сдавленная грудь. Воздух вырывался из лёгких единым спазмом, унося с собой последнюю надежду на пощаду.

— Аку! — фем вцепилась в плечи парня и осторожно подняла, придерживая его. Он был невероятно холодным.

Истощенная до предела лиса, распластавшись на животе, с ненавистью наблюдала, как парочка покидала зал с ледяными фигурами. Но далеко им уйти не удалось. Мутное пространство озарилось алым всплеском, а в уши врезался отдаленный приглушенный вопль.

Не осталось сил ни на сопротивление, ни даже на амулет возврата — всё забрали прошлая схватка с ледяным магом и жестокость фем. Тьма густела перед глазами, насильно смыкала веки, уводя лису в последний сон.

— Вот и… расплата, — усмехнулась она, отдавая себя небытию.