Дева воды

Пролог

Стихии. Главные составляющие этого мира. Четыре материальные стихии, которые мы видим, можем ощущать и которыми можно управлять.

Огонь. Он нам безразличен. Его жаркое пламя не дано нам познать, так как огонь не может выжить там, где живем мы.

Ветер. Его мы презираем. Он осушает нашу кожу, выветривает влагу. С ним мы не в ладах. Мы редко контактируем, поэтому и конфликтов с этой стихией случается крайне мало.

Земля. Перед ней мы преклоняемся. Она дает начало всему живому, в том числе и нашей пище. Она спокойна. В ней сокрыта мощь, глубокая и непоколебимая.

Вода. Это наш дом. Бурные потоки, ершистые волны, неспокойные приливы, темные глубины... Это наша стихия. Мы ее любим, мы ее обожествляем, мы ее бережем. И мы ею управляем.

Глава 1

Капитан Тенарио стоял на палубе своего корабля, что звался «Эстина».

Закатное солнце окрашивало океанские воды в различные цвета: от ярко-розового до бледно лавандового, как и само небо. Каждый океанский закат — это событие, которое не повторяется дважды. Отчасти поэтому он выбрал своим домом безбрежные просторы много лет назад.

Тот день он запомнил в мельчайших подробностях. Тогда его отец, Император Матис, впервые взял маленького Себастьяна на борт военного корабля. Мальчик огромными глазами смотрел на переплетение канатов, на уходящие в небо мачты и пышные паруса. В первые минуты палуба корабля показалась ему ненадежным местом, но, когда они вышли в открытое море, Себастьян уже уверенно чувствовал себя на ногах, смотря в горизонт. Соленый бриз трепал его слишком отросшие темные волосы, а горизонт, сколько б они не плыли, так и не приближался... Вечно ускользающий горизонт...

Последним аргументом для него стал закат, который исполосовал небо и океан яркими красками. Мальчик старался держать эмоции в узде, как учил его отец, но восторженное выражение невозможно было скрыть. Император Матис в тот вечер понял, что его сын оказался в плену океана и был рад за него, так как у него был выбор стать кем-то, кроме приемника власти.

И Себастьян выбрал. Теперь он, младший наследник трона империи Деспалес, офицер третьего ранга имперской

флотилии, капитан Тенарио, возвращался домой. Провожая солнце за горизонт, он услышал шуршание юбок и легкие шаги. Чуть печальная улыбка тронула его губы.

— Сеньорита, как Ваше самочувствие? — не оборачиваясь, спросил он. Девушка подошла к нему и посмотрела с тоской вниз, где волны бились о борт корабля. Закат был прекрасен, и в любое другое время она, несомненно, дала бы своему взору насладиться этим зрелищем, но сейчас был не тот момент. Волны внизу куда больше манили ее. — Мое самочувствие не изменилось, ведь вы не изменили своего решения? — полу вопросом ответила девушка. Капитан Тенарио наконец перевел взгляд на свою «гостью». Он позволил себе окинуть девушку взглядом, который в глубине таил восхищение необычной красотой. Ее русые волосы с выбеленными прядями были длинной по пояс, заколотые небрежно парой заколок, они укрывали обнаженные плечи. Кожа имела светло-карамельный цвет, что добавляло контраста к ее бледно-аквамариновым глазам. Щеки горели чуть лихорадочным румянцем, свидетельствуя о нездоровом состоянии сеньориты, а немного тонкие губы и аккуратный носик с вздернутым кончиком довершали миловидный образ, который не оставил равнодушным капитана. Но он не желал показывать ей свои чувства, так как не привык выражать эмоции перед женщинами, потому взгляд казался безразличным и даже холодным.

Губы тронула ироничная улыбка, когда капитан перевел взгляд на платье. Оно было уже четвертым за этот долгий день. Три предыдущих девушка изорвала в клочья, жалуясь на то, что ее коже нечем дышать... Этот же наряд она преобразила под его пристальным присмотром до неузнаваемости: от модного покроя не осталось н

ичего, пару нижних юбок девушка начисто убрала, сделала два разреза по бокам до самых бедер, срезала рукава и вырезала горловину от чего получился достаточно пикантный вырез. Довершали образ аккуратные сапожки из тонкой кожи, которые он вез своей знакомой. Он предупредил «гостью», что на корабле в таком вызывающем виде лучше не появляться. Она ответила, что, раз он настолько с ней вежлив и учтив, то не даст ее в обиду.

И она была права. Его людям был дан строгий запрет на приближение к девушке. Но это не останавливало их от тех жадных взглядов, что они бросали ей вслед, когда она проходила мимо.

Его же ее «скромность» не трогала, так как этим утром он видел ее практически обнаженной...

День для него и его команды начался раньше обычного, так как вахтовый офицер поднял тревогу: на них шел пиратский корабль.

Бой был несложный, у капитана Тенарио имелся отличный опыт и хороший учитель за плечами. А вот дальнейший осмотр захваченного судна принес сюрприз. Когда он со своими людьми поднялся на пиратское судно, то первое, что бросилось в глаза — это подвешенная над палубой клетка. Это было странно. Обычно пленников или рабов держали в трюме, но вешать клетку над палубой, на высоте, где не достать человеку, да еще и с пленным внутри — это капитан Тенарио видел впервые. И смутные сомнения тут же появились в его голове. Закончив с пиратами, он тут же приказал привести их капитана, и пока его люди осматривали корабль, начал допрос.

То, что он узнал, ему не понравилось. Себастьян приказал опустить клетку и освободить девушку, что была заключена в кандалы. Пленница оказалась без сознания, со спутанными волосами и в изодранной рубашке, она казалась очень юной, хотя ткань не скрывала изгибы женского тела. Также Себастьян обратил внимание, что на ее запястье остался браслет из тусклых камней на цепочке. Пираты точно не оставили бы украшение.

Капитан корсаров напрямую ничего ему не сказал, лишь вслед прокричал, что они избавили его и всю его команду от морской дьяволицы...

Подтверждение своим мыслям Капитан Тенарио получил в шлюпке, в которой он под своим присмотром переправлял девушку. Особо озорная волна окропила ее ноги, что были обнажены, и на них тут же проступила голубоватая чешуя с редкими бледно-розовыми вкраплениями, которая под лучами солнца слабо сияла. Себастьян ловко убрал влагу с ее кожи, пока его люди не заметили эту странность, иначе на корабль бы она не попала...

О том, кого именно они спасли, знал только сам капитан и его друг Аксель Галан. Именно из-за него Капитан Тенарио отправился в это рискованное путешествие в воды враждебного государства Каснен, так как Акселя захватили в плен. Он был придворным магом высшего ранга и служил самому Императору Матису, но его освобождение было слишком рискованным, и Император не стал давать официального разрешения на это дело. И теперь Себастьян возвращался с разными вестями. А еще эта девушка... Только благодаря защитному куполу, что установил Аксель, они спокойно сейчас разговаривали с Роалин — девушкой-русалкой, так как ни одна капля воды не могла добраться до корабля, а значит попасть во власть девушки.

Капитан Тенарио чуть встряхнул головой, отчего пара прядей упала ему на лицо. Он небрежным жестом убрал их и обратился к Роалин: — Нет. Я не изменил своего решения, так как считаю опасным выпускать вас сейчас в воды океана. Ведь вы легко можете потопить мое судно со всеми на борту из мести за причиненные страдания. — Я это могу, не буду скрывать, — легкая улыбка тронула ее губы, но быстро истаяла. — Это не в моих интересах. Я лишь хочу поскорее оказаться в воде, — во взгляде девушка появилась тоска и даже боль... — И вы там окажетесь, но только, когда мы будем недалеко от суши, чтобы минимизировать возможность ущерба с вашей стороны, сеньорита. — Вы очень обходительны, но суша будет не раньше, чем через четыре дня при попутном ветре. — Вы не сможете потерпеть каких-то четыре дня? В конце концов, вам были предоставлены лучшие условия и вы на этом корабле гостья, а не пленница. Роалин с тоской посмотрела на океан. На мгновение ее лицо выдало муки, которые она испытывала, находясь так долго без контакта с водой. — Вы не понимаете... Ваш друг, — тут ее губы тронула горькая усмешка, — сделал из этого корабля клетку. И для меня нет разницы в том, что в этой клетки я могу носить дурацкие платья и сидеть за одним столом с капитаном. Заперта я в кандалы или являюсь вашей «гостьей», клетка остается клеткой.

Глава 2

Девушка дошла до своей каюты, вошла внутрь и закрыла дверь на ключ. Ее ноги не уступали по силе хвосту, что появлялся в воде, но сейчас она чувствовала в своем теле невероятную слабость и, оттолкнувшись от двери, Роалин потратила последние силы, чтобы практически ничком рухнуть на постель, как есть.

Девушка лежала с закрытыми глазами. Ее тело уже начинало лихорадить от высокой температуры. Ей нужна была вода, иначе она иссохнет, и температура ее изжарит. Но этот упрямый Капитан Тенарио!

Роалин, подначенная яростью, перевернулась на спину и, открыв глаза, уставилась в деревянный потолок. Но видела она не брусья, а Капитана. Она злилась на него, но не могла не заметить, что он с ней обходится хорошо, зная, на что она способна. Однако, под этой любезностью могло скрываться и коварство. Она знала это. И даже его привлекательность не могла затмить ненависть к нему. Тут девушка отчетливо вспомнила его образ: темно-каштановые волосы, карие, с темными крапинками глаза, высокого роста, он мог показаться излишне худым, если бы под камзолом не угадывалась фигура сильного человека. Лицо его было с острыми скулами, чуть выдающимся подбородком и яркими губами. Но больше всего в нем манил взгляд — пронзительный, умный, одновременно открыто-честный. Да, он был очень привлекательным мужчиной, не лишенный мужественности, но Роалин ни на секунду не забывала о том, что под этой красотой, учтивостью и манерами может скрываться подлость.

Глаза девушки закрылись, и она провалилась в лихорадочную дремоту.

Там, во сне, она снова была в своей стихии. Вода обволакивала ее тело, принося силы. Она неспешно плыла к своему дому, периодически ей встречались морские жители. В отличие от людей, русалки могли видеть подводный мир в красках. И эта красота, что открывалась Роалин, завораживала. Голубовато-синяя вода не отнимала цвета у кораллов, водорослей и цветастых рыб. Она, словно путник, что давно не бывал дома, встречала каждый кусочек этого невероятного мира с благоговейным трепетом и восторгом. Роалин не чувствовала времени, но вскоре картина изменилась. Теперь она была на пляже. Она спешила к тому, кто ждал ее. Его улыбка заставляла таять ее сильное, но осторожное сердце: ему она верила, ведь он любил ее. Вот ласковые руки приняли ее в свои объятия, поцелуи, отчасти утоляющие жажду быть ближе, закончились, и в следующее мгновение Роалин оказалась на песке. Она не видела, что ее окружили несколько человек, она звала его, моля о помощи. И вот он сел перед ней на корточки, провел рукой по ее волосам в успокаивающем жесте, но это не обмануло Роалин: в его взгляде больше не было тепла и любви... Слово, и на нее упало что-то тяжелое и ранящее тысячей кинжалов... Она проваливалась в забытье, а перед ее взором была его грустная усмешка...

***

Стук в дверь и обращение к ней Роалин уже не слышала.

Слуга доложил Капиту Тенарио о том, что девушка не открыла дверь и не отозвалась на его приглашение к ужину.

Себастьяну не понравилось это и, предчувствуя нечто плохое, он сам отправился в каюту Роалин.

Предусмотрительно оставленным ключом, он открыл дверь и увидел ее, лежащую на разметавшихся простынях. Не медля, он прошел внутрь.

— Сеньорита Роалин, вы меня слышите? — ощупывая ее лоб и прощупывая пульс, спросил Капитан Тенарио.

Ему никто не ответил. У Роалин был сильный жар.

Себастьян тут же распорядился принести кувшин с пресной водой и медикаменты.

Присмотревшись к лежащей на простынях девушке, он заметил, что ее кожа стала словно прозрачнее. Эту странность могли заметить, поэтому, когда слуга принес все необходимое, он отослал всех и остался ухаживать за ней сам.

Холодный компресс привел ненадолго в себя несчастную.

— Воды... — только и сказала Роалин, смотря на Капитана мутными глазами.

Он тут же протянул ей кубок с пресной водой, но девушка оттолкнула его.

— Воды... — и слабым жестом она указала в иллюминатор.

Себастьян понял, о чем она. Ей нужна была морская вода.

Он не хотел рисковать своей командой и своей жизнью. Приказав слуге направить в каюту Роалин Акселя, он вернулся к больной, что снова забылась в беспамятстве.

— Кажется, дело плохо, — с порога озвучил очевидное Аксель, окинув взглядом каюту.

— Да, ей нужна морская вода. Пресная не помогает. Но я не могу рисковать всеми нами, ради нее. В конце концов, мы не знаем сколь много ей надо, чтобы убить всех нас. Ты можешь что-то сделать? — четко озвучил свои мысли Капитан, прямым взглядом смотря на своего друга.

Тот прошел к постели девушки и внимательно осмотрел ее.

— Думаю, что она иссыхает. Я по воздуху больше специалист, ты же знаешь. А эта стихия ей не поможет, — Аксель ненадолго задумался, что-то прикидывая в уме. — Если рассуждать, что ее магия имеет схожую природу с нашей, и она берет силы из той стихи, к которой принадлежит, то, как и нам, на восстановление жизненных сил ей надо немного, — он обвел взглядом стол и, вылив из кубка большую часть обратно в графин, показал уровень оставшейся воды Себастьяну, — этого должно хватить, чтобы она пришла в норму, но не смогла навредить нам.

— Ты уверен? — беря из рук друга кубок, уточнил Капитан Тенарио.

— Нет, — честно признался тот. — Мы мало знаем о них, но другого ведь выхода у нас нет.

— Нет. Умирать ей я не позволю.

Вместе с Акселем, который убрал на время защитный купол, Себастьян наполнил нужным количеством морской воды кубок и вернулся с другом в каюту девушки.

И оба встали, не зная как поступить.

— Капни пару капель ей на кожу, — предложил Аксель.

Капитан именно так и сделал.

Уже через пару секунд дыхание девушки выровнялось, и она открыла глаза.

— Дайте, — слабым голосом попросила она, смотря прямо на кубок. Родная стихия очень сильно звала ее.

Капитан Тенарио, помедлив немного, отдал ей заветный сосуд.

Он с опаской следил за Роалин. А девушка не обращала ровным счетом никакого внимания на них. Она осторожно наклонила кубок и вылила всю воду к себе на ладонь. Вода медленно впиталась в ее кожу и девушка глубоко, с наслаждением вдохнула, прикрыв глаза.

Оба мужчины замерли.

Кожа Роалин приняла свой нормальный цвет. Лихорадочный румянец исчез с ее щек, и в целом вид посвежел.

Роалин открыла глаза и посмотрела ясным взором на своих пленителей.

— Я не причиню вам вреда, несмотря на то, что вы довели меня до такого состояния, — холодно сказала Роалин.

Аксель выдохнул, не скрывая своего облегчения. Однако, Себастьян не спешил верить словам девушки.

— Мы не могли знать о таких особенностях Вашего организма. И, тем не менее, я прошу у Вас прощение, — голос его оставался тверд, но в глазах появилось раскаяние.

Девушка ничего не ответила, лишь печально опустив взгляд.

Мужчины решили оставить Роалин. И уже собираясь выйти за порог, Капитан Тенарио расслышал тихое «Спасибо»...

Глава 3

Все следующее утро Роалин провела в постели. Крепкий сон мог лучше всего исцелить тело и восстановить силы. Себастьян, предположив тоже самое, когда девушка не присоединилась к завтраку, не стал посылать слугу и к обеду. Однако, к его удивлению и удивлению присутствующих за обедом офицеров, Роалин сама присоединилась к ним.

— Прошу прощение за свое опоздание, — сказала тихо вошедшая девушка, неуверенно остановившись в дверях. — Надеюсь, я не помешала? — озадаченным тоном поинтересовалась она, так как за столом воцарилась тишина. Ее рука лежала на ручке двери, словно девушка в любой момент могла развернуться и уйти.

Первым опомнился капитан.

— Нет, вы не помешали, сеньорита, присоединяйтесь, — слова Себастьяна разрядили обстановку.

После чего послышались тихие переговоры, но многие офицеры бросали взгляды на неожиданно появившуюся девушку. Все в ней видели красавицу с необычной внешностью, однако некоторые офицеры испытывали рядом с ней смутное чувство тревоги, ведь некоторые догадывались, что это необычная гостья.

Роалин прошла к столу и села на свободное место. Пока слуга обслуживал ее, девушка впервые с момента своего появления на корабле решила осмотреть обстановку салона, в котором они обедали.

Она уже успела заметить, что корабль и его отделка сделаны из дорогих материалов. Она видела военные корабли и этот, на ее взгляд, на них не походил. Интерьер салона выделялся строгой изысканностью и исключительным вкусом: обитый темным текстурным деревом с красноватым отливом, он освещался витражными фонарями. Вырезанные узоры на дереве были позолочены и такие детали размещались по всему периметру немалой комнаты, но освещение было подобрано так, что каждый завиток был заметен из любого уголка. В нескольких нишах висели картины, а мягкие детали стульев, дивана и ламбрекены на иллюминаторах были глубокого зеленого цвета.

— Это ведь не военный корабль? — ее чистый голос разнесся над столом, и все присутствующие устремили на Роалин удивленные взгляды.

Только в этот момент, переведя свой взгляд от интерьера на людей, Роалин осознала, что своим неожиданным вопросом приковала к себе внимание. Ее щеки вспыхнули смущенным румянцем. Она не успела извиниться, как ей ответил Себастьян:

— Нет, сеньорита Роалин, это не военный корабль. Он находится в моей собственности.

Себастьян внимательно посмотрел на свою гостью, чей вопрос немало удивил его. Приподнятые уголки губ и появившийся блеск в глазах, также говорили о том, что ее любопытство не осталось незамеченным.

Но до окончания обеда девушка не произнесла больше ни слова. Капитан Тенарио то и дело кидал на нее изучающие взгляды, и Роалин это чувствовала, но делала вид, что увлечена трапезой и глаза от переполненной тарелки не поднимала.

В ней боролись противоречивые чувства благодарности за свое спасение, ведь без этих капель она была обречена умереть. С другой стороны в ней все также были сильны недоверие к людям и злость на Капитана Тенарио за то, что тот держит ее в заточении. Вдвойне ее угнетало, что до заветной стихии было рукой подать, даже сейчас, когда она сидела за столом, Роалин ощущала каждую волну, что билась о борт корабля и словно зазывала ее обратно в океан.

Вскоре все разошлись и в салоне остались только Себастьян и Аксель. Роалин удивленным взглядом обвела опустевший стол и привстала, собираясь откланяться, но голос Себастьяна остановил ее:

— Сеньорита Роанил, вы не могли бы еще немного уделить нам своего времени? — любезно поинтересовался капитан.

Роалин застыла на мгновение, опасливо глядя на мужчин, но быстро поняв безвыходность своего положение, согласилась.

Девушка обвела взглядом обоих мужчин. Внешность Себастьяна она уже хорошо изучила, а вот его друга ей рассмотреть не удалось, так как обстоятельства их встреч нельзя было назвать спокойными.

Брюнет с болотного цвета глазами, аристократичными, тонкими чертами лица. Роалин пришлось поспешно отвезти взгляд, так как Аксель также пристально рассматривал ее. Себастьяна немало позабавили эти переглядывания. Он хорошо знал Акселя: извечная улыбка на лице, неплохо подвешенный язык обеспечивали ему достаток в собеседниках и, несмотря на его средний рост и, возможно, по-девичьи тонкие черты лица, дамы всегда желали его внимания из-за открытости и оптимизма, что горел в улыбке и искрился весельем в глазах.

Роалин уже достаточно смутилась под их пристальными взглядами, поэтому Себестьян решил отвлечь ее беседой:

— Как ваше самочувствие? — участливо поинтересовался он.

— Мне лучше, насколько это возможно, — ответила Роалин, все еще не глядя на собеседников.

Ей было немного стыдно за то, что она не проявляла должную благодарность, но ее положение оставалось изнурительным, чего она просто так принимать не желала.

Себастьян обратил внимание и на опущенный взгляд и на плотно сжатые после ответа губы.

— Вы практически не притронулись к обеду, — Капитан указал на полную тарелку с рагу.

— Это не та пища, к которой я привыкла, — с заминкой ответила Роалин.

— А к какой пище вы привыкли? — дружелюбно поинтересовался Аксель, с любопытством наблюдая за девушкой.

— К морской, — подняв, наконец, глаза, и, увидев недоумение на лицах, ей пришлось пояснить. — Рыба, водоросли, морская капуста — все, что дает нам океан, — девушка вспомнила нежное мясо краба, и желудок тут же заурчал.

— Водорослей у нас нет, но, думаю, овощи подойдут.

Себастьян жестом дал знак слуге подойти и распорядился, чтобы к столу подали овощную тарелку.

Девушка не успела ответить, как к ней обратился Аксель:

— Раз вы едите рыбу, значит, связи между вами и морскими жителями нет, как говориться в некоторых книгах? — Аксель поддался вперед и руки положил на стол, при этом выражение лица оставалось дружелюбно-открытым.

Роалин пришлось ответить:

— Все не так просто. Наверное, можно сравнить это с вашими животными. Те, кто слабее вас становятся жертвой. Но у нас есть морские обитатели, которых мы считаем, можно сказать, равными себе. И таких не мало. Связь, про которую вы говорите, описать словами на вашем языке будет сложно. Но, да, она есть. Это чем-то похоже на наш язык разума... — Роалин недовольно зажмурилась, пытаясь подобрать более верное слово, -то есть мыслей, но выражается не словами, а чем-то иным — смесью ощущений и чувств.

Перед Роалин поставили блюдо с разнообразными овощами. Девушка была рада, что разговор можно было прервать. Ей казалось, что она и так сказала то, что не следовало говорить.

Мужчины дали девушке время, чтобы она поела, пока сами обдумывали услышанное. И, если Акселя интересовали ее слова с точки зрения науки, то Тенарио в первую очередь думал, как наследник Империи. Эти слова он мог использовать, как преимущество в возможной войне Деспалес с Касненом.

Но после того как она закончила есть, вопросы продолжились, к ее разочарованию.

— Ваша возможность обмениваться мыслями как-то связана с магией воды, что вы владеете? — тут же начал Аксель.

Себастьян решил остаться наблюдателем, так как энтузиазма, эрудиции и любопытства у Акселя хватит на двоих, чтобы задать все необходимые вопросы. В деликатных допросах его друг всегда был хорош, тогда, как сам Себастьян предпочитал проводить их в более жесткой форме.

— Мы точно сами не знаем. Возможно, и нет, так как для нас просто нет иного способа, чтобы общаться под водой.

— Тогда за что отвечает ваша магия? Вы можете управлять только морской водой?

— Да, наша магия ограничена. Морская вода — это источник нашей магической силы. Но мы можем управлять и простой водой, если в нас достаточно энергии.

Роалин замолчала, не желая больше отвечать.

Мужчины, переглянулись, сразу заметив эти перемены.

— Прошу вас, сеньорита Роалин не злиться на моего друга. Он не хотел вас задеть своими вопросами, которые продиктованы простым любопытством и желанием понять и познать вас. И я также разделяю это желание, — добавил он после секундной заминки.

Роалин подняла на Капитана свои глаза, пытаясь понять степень его искренности, и Себастьян увидел в ее взгляде сомнение.

— Охота на ваш народ осталась давно в прошлом. Мы не причиним вам никакого вреда...

Он не успел закончить свою мысль, как Роалин перебила его:

— Вы нагло лжете мне, Капитан Тенарио! Охота на мой народ не осталась в прошлом! И я не буду верить вам, потому что веры в людей у меня не осталось! Все вы лживы, коварны и бесчувственны! Для вас нет разницы, раздирать ли друг друга на поприщах войны или кромсать чужие жизни ради собственной выгоды! Я по себе знаю, сколь много стоит слово человека!

С этими словами девушка поднялась со своего места, и под изумленными взглядами мужчин начала расстегивать свой «наряд». Ее пальцы дрожали, так как в груди клокотал гнев, но она упрямо, одна за другой пуговицы, расстегивала платье.

— Вы не имеете права утверждать, что охота закончилась, так как это не так, — она уже лучше владела собой, но тон ее голоса все еще был ледяным. Девушка повернулась спиной к сидящим за столом, и приспустила платье до пояса, обнажая спину.

— Боже! Что это? — негромко изумился Аксель, привстав со своего стула, смотря на оголенную спину Роалин.

Капитан Тенарио молча созерцал эту картину, казалось, он будто застыл.

Каждый сантиметр кожи ее спины был в рваных ранах, которые только-только начали затягиваться. Так как кожа девушки-русалки была чуть прозрачнее человеческой, от этого раны казались еще более ужасающими. Рубцы, множество рубцов, которые усеивали ее хрупкий стан, спускались и ниже спины.

— Откуда у вас эти раны? — раздался требовательный голос Себастьяна.

Он продолжал смотреть на Роалин, но мысленно пытался понять, кто и почему совершил с ней такое.

— Это, как вы выразились, закончившаяся охота. Охота на русалок, Капитан Тенарио. Даже сеть использовали специальную, которая лишает нас магии и обездвиживает сотней крючков, — девушка дрожащими руками накинула платье обратно и стала застегивать. — Это произошло не «когда-то», а всего несколько дней назад. Собственно пираты, что выкрали меня, спасли мне жизнь. Меня ждала участь подопытного кролика, — уже дойдя до двери, она остановилась и тихо добавила. — Только вот и сейчас я не уверена, что избавилась от нее.

Девушка, не оборачиваясь, покинула их.

Мужчины некоторое время сидели в полном молчании. Для каждого из них эти новости были неожиданными и неприятными.

— Ты же понимаешь, что, несмотря на ее слова, она была бы отличным трофеем для твоего отца? — тихо поинтересовался Аксель, говоря как бы сам с собой.

Себастьян перевел на него тяжелый взгляд.

— Тем более после того, как из-за меня ты разворошил осиное гнездо Каснена. Она бы стала кладезем информации. Возможностью наладить потерянные отношения с ее народом... — видя, что Себастьян никак не реагирует на его доводы, Аксель сдался. — Но ты не станешь этого делать, — обреченно закончил он.

— Не стану.

Капитан «Эстины» молча поднялся и вышел из каюты. Ему надо было убедить Роалин, что его намерения не такие.

Глава 4

В каюту к Роалин Капитан Тенарио пришел спустя час.

Девушка отворила дверь на мягкий стук и просьбу войти. Она пропустила Себастьяна внутрь, но сама так и осталась стоять у порога. В руках у него было два свертка из плотной дорогой бумаги, которые он небрежным жестом отложил, присев на один из стульев у стола.

— Если Вы пришли извиняться, то не стоит, — спокойным голосом, с грустью на лице сказала Роалин. — Это не изменит ничего.

Капитан Тенарио с задумчивым видом выслушал слова девушки, но не спешил отвечать.

Такой отстраненный вид Капитана несколько озадачил Роалин. Она ожидала от этого человека лживых извинений и пустых уверений в том, что они не сделают ей ничего плохого. Но они уже причиняли ей страдания, хоть и не осознавали этого в полной мере. Роалин ощущала себя выжатой до последней капли. А в мыслях один океан: его ласковые воды, наполненные магической силой, светло-голубые у мелководья, глубоко-синие в глубине, теплые струи течений и мощь толщи воды... Ее измучила недоступность того, что принадлежит ей по праву рождения.

Затянувшееся молчание и серьезный вид, с каким Капитан Тенарио размышлял о чем-то, пробудили в Роалин чувство беспокойства. Чтобы не мяться у двери, она прошла к столу и тоже села.

Себастьян наконец обратил свое внимание на нее, но то, о чем он заговорил, она никак не ожидала услышать:

— Сеньорита Роалин, Вы сегодня за обедом поинтересовались, чей это корабль. И я вам честно ответил, что он мой. Но я не был до конца с вами честен в другом: я не просто капитан «Эстины». Мое полное имя — младший наследник трона Империи Деспалес, офицер третьего ранга морской флотилии Себастьян Тенарио. И как законный представитель высшей власти, я лично займусь вопросом безопасности вашего народа на территории Империи Деспалес. В настоящее время у нас очень напряженная ситуация с соседним государством Каснен. Мы на грани войны и нейтральные воды Мирового океана сейчас небезопасны. Это касается не только морских судов, но и вас и вашего народа. Вам следует быть осторожнее, но в водах близ Империи после моего возвращения вам больше не будет ничего угрожать, — Себастьян сделал паузу, чтобы Роалин смогла обдумать и принять его слова, после чего продолжил. — В свою очередь, я надеюсь, что с вашей стороны вы также можете гарантировать не причинение вреда нам.

Капитан Тенарио ожидал ответа от девушки. Но Роалин настолько сильно впечатлилась его словами, что смотрела на него удивленными глазами, а мысли ее лихорадочно сменялись одна другой. Только через некоторое время девушка смогла взять себя в руки, но давать обещание она не спешила.

— Зачем вы это делаете? Вы считаете, что между нашими народами возможен мир? — скепсис, ясно прозвучавший в ее вопросе, говорил о том, что она в такую возможность не верит.

— Я сейчас не утверждаю, что между нами будет мир. Я ставлю вас в известность, что ваша безопасность будет гарантирована в водах Империи Деспалес. Но и от вас прошу дать мне обещание, что ваш народ не причинит нам вреда. Если вы можете говорить от лица своего народа, — чуть погодя добавил Капитан Тенарио.

— Я могу говорить от лица своего народа, — ответила задумчиво Роалин, затем подняла взгляд на Себастьяна и повторила вопрос. — Зачем вы это делаете?

Капитан Тенарио слегка нахмурил брови, лишь этим давая понять, что ему неприятно отвечать на этот вопрос.

— Мне не важно, что вы — иная раса. На земле нашей Империи никогда не будет такого кровопролития и жестокости.

Роалин также нахмурилась. Ее одолевали очень противоречивые чувства, и неожиданный поворот их разговора сбивал ее с привычных мыслей, где она относилась к Капитану Тенарио с недоверием, неприязнью, а порой, и с ярой ненавистью. Теперь же, после его слов, она не имела права так о нем думать. То, что его слова были правдивы, у нее не оставляло сомнений.

— Может связь между нами и утеряна, но это не значит, что мы не можем установить ее вновь, — менее официальным тоном сказал Себастьян.

Роалин смотрела в иллюминатор, взвешивая свои мысли. После некоторого напряженного молчания, она заговорила:

— Мы никогда не утверждали, что мир между нашими народами был нарушен из-за людей. Отчасти, в этом была и наша вина. Мы ведь наполовину люди, и, не смотря на то, что океан — наш дом, нас периодически тянет на сушу. А, оказалось, что здесь нам нет места, — девушка опустила глаза на свои руки, что лежали на складках платья, нервно теребя ткань. — Это было тяжелое время. Но охота за нами, как и последующая месть вам, стала причиной окончательного разрыва. Но это было уже так давно! Мы очень редко выходим на сушу, некоторые и вовсе отказываются, страшась историй из прошлого. Я не боялась. Но стоило быть осмотрительней...

Девушка замолчала, и алый румянец разлился по ее щекам. Чувство вины вперемешку с предательством всколыхнули память.

Капитан Тенарио очень внимательно слушал эту хрупкую девушку-русалку. В их истории эти создания представлялись, как жестокие хищники, которым нравятся издеваться над жертвами. Он, зная, как пишется история, относился к этим россказням с долей недоверия, и теперь, видя перед собой живое доказательства несправедливости, был уверен, что все обстояло несколько иначе. Но это не избавляло Роалин от магии водной стихии и обиды на людей.

— Сеньорита Роалин, мне искренне жаль, что с вами произошло это несчастье...

И снова она не дала ему договорить:

— Это несчастье произошло из-за моей же глупости, и жалеть меня не надо, — девушка от одолевавшего ее волнения поднялась со стула и подошла к иллюминатору. Она жадно вглядывалась в океан. — Я оказалась очень наивна и глупа. Встретив молодого человека, я оказалась быстро очарована им. Ведь в вас, людях, столько интересного. И очень скоро я раскрыла свой секрет, — Роалин закрыла глаза и вцепилась в раму пальцами так, что те побелели от напряжения. — Его внимание стало еще более сильным, комплименты обольстительней, а ласки жарче... Моя бдительность была окончательно усыплена... И из-за этого я чуть не поплатилась жизнью, — она замолчала, собираясь с силами, чтобы закончить свой рассказ. — Их прогнали появившиеся на острове пираты. Он просто бросил меня там... Так я попала на тот корабль, что вы разгромили. Во всем произошедшем моя вина. И я просто хочу вернуться домой.

Себастьян, внимательно слушавший историю Роалин, поднялся и подошел к ней. В его взгляде на нее проскользнуло сочувствие, но он понял, что оно было неуместно. Тогда он положил свою руку на ее, и легонько сжал.

— Я понимаю, что ваше положение очень удручающее и, несмотря на ваши слова, не вы являетесь виновницей всех этих бед. Сеньорита Роалин, — этим обращением он призвал девушку посмотреть на него, — будь я на этом корабле один, я бы выпустил вас в океан уже в первый же вечер. Но на мне лежит ответственность за людей на борту «Эстины». Они доверили мне свои жизни, согласившись на это опасное плавание в чужие воды, и я не могу поставить все это под угрозу. Но обещаю вам, как только мы прибудем к первым же островам на нашем пути, вы окажетесь в своей стихии.

Роалин смотрела в глаза Капитана Тенарио и видела в них искренность и сострадание ее тяжелому положению, которое он не мог исправить в данный момент.

От его сочувствия и понимания у нее потеплело на сердце, хоть она и держала в голове напоминание о том, что надо быть настороже.

Капитан Тенарио вдруг понял, что хотел бы так простоять с Роалин еще очень долго. Общество этой удивительной девушки было ему приятно и это его несколько удивило, что в итоге и привело в чувство. Он медленно отстранил свою руку и прошел обратно к столу.

— Я подумал о ваших словах, когда вы говорили мне, что ткань платья не позволяет вашей коже дышать. Сейчас я понимаю эти слова куда лучше, прошу прощение, что не смог сразу осознать это. Здесь, — Капитан Тенарио взял в руки бумажный сверток и начал раскрывать его, — две части женского туалета. Оно несколько отличается от того, что на вас, и сделано из очень дорогой легкой материи. Думаю, что оно сможет облегчить вам пребывание вне воды.

Он достал небольшой сверток ткани и развернул его. Это оказался длинный, не больше двадцати сантиметров в ширину обрез материи темно-красного цвета с разрезами на концах.

— Это платье женщин из далекой страны. Эту часть необходимо обмотать вокруг груди и завязать концы, — пояснил он.

Раскрыв второй пакет, где оказалась длинная юбка в пол такого же цвета и с несколькими разрезами, он отдал одеяние Роалин.

Девушка несколько смутилась.

— Я немного не представляю, как одевать эту часть, но, возможно слуга поможет... — неуверенно закончила она.

— Если вас смущает такой откровенный наряд, то я прикажу слуге поискать что-то другое, — учтиво предложил Себастьян.

— Нет, — на губах девушки мелькнула улыбка, которая сразу преобразила ее лицо, сделав его светлее. — Меня это не смущает, я просто не очень сильна в людских нарядах.

— Я могу помочь вам, — поддавшись не совсем понятному порыву, предложил Себастьян.

Девушка молча начала расстегивать платье.

— Повернитесь, пожалуйста, спиной, — может девушку-русалку было и нелегко смутить, но Себастьян не собирался пользоваться ее простотой, чтобы любоваться ею.

Роалин покорно развернулась, и уже расстегнутое платье полностью спустила с плеч.

Капитан Тенарио подошел близко к ней и подал верхнюю часть замысловатого одеяния.

— Прислоните ее к себе, — сказал он.

Роалин послушно взяла ткань и накрыла грудь, подавая концы Капитану Тенарио. Он в свою очередь, обмотал сзади поменяв концы и аккуратно сделал тоже самое спереди, так, чтобы его руки не прикасались к ней. Пока он проделывал эти манипуляции, Роалин ощущала его дыхание в своих волосах, и для нее было что-то волнительное, в том, что он стоял так близко. От волнения дыхание девушки участилось, что не укрылось от Капитана.

— Вам больно? — спросил он.

— Нет, — тут же ответила Роалин, чуть повернув голову.

Закончив завязывать сзади ткань, Себастьян сам перекинул волосы девушки назад: на ощупь они оказались мягкими словно шелк.

— Как вам ощущения? Я не сильно затянул узел? — нехотя отходя от нее, спросил он.

— Нет. Мне нравится. Это намного лучше, — повернувшись, ответила она, лучась довольной улыбкой.

Ощущения от этой ткани и правда были куда лучше, да и большая часть кожи оставалась открытой.

— Спасибо, — уже тише добавила Роалин, опустив свой взгляд. — За все спасибо.

Капитан Тенарио хотел что-то ей сказать, но тут в каюту нетерпеливо постучали.

— Войдите, — приказным тоном отозвался Себастьян.

— Надвигается шторм, Капитан. Вы нужны на палубе. Вас ожидает сеньор Аксель.

Капитан Тенарио тут же понял в чем дело. Матрос неспроста упомянул Акселя. Себастьян понял его скрытое послание.

— Сеньорита Роалин, мне придется вас покинуть, и я вынужден попросить вас оставаться в каюте, пока угроза шторма не минует нас.

Роалин смотрела вслед Капитану Тенарио со смешанными чувствами на лице, явно еще не осознав истинную причину его просьбы.

Закрыв за собой дверь ее каюты, Капитан Тенарио приказал матросу выставить здесь одного человека, проследить, чтобы девушка не покидала ее до поступления другого распоряжения. Сам же он быстро поднялся на палубу, где тут же посмотрел на небо: к ним приближались темные, серо-синие тучи, в которых то и дело сверкали всполохи молний.

Аксель уже ждал его.

— Я сколько смогу буду держать купол над кораблем, но, если шторм будет сильным, то он может сломить меня и купол придется убрать.

— Сможешь хотя бы комнату Роалин изолировать? — все также смотря на надвигающиеся тучи, спросил Себастьян.

— Да, это я смогу.

— Я уже приказал, чтобы ее караулили.

Аксель, который до этого тоже внимательно вглядывался в потемневшее небо, перевел взгляд на Капитана Тенарио.

— Себастьян, если этот шторм задержит нас...

Но Капитан не дал ему договорить, бросив короткое «Знаю» и отправился давать распоряжения, чтобы приготовить корабль и команду к неизбежному шторму в открытом океане.

Не прошло и часа, как начался сильный ливень с порывами ветра, когда на палубу вбежала босая Роалин.

Корабль уже нещадно мотало, хоть все паруса предусмотрительно были убраны. Над головой то и дело раздавались оглушительные раскаты, а под натиском ветра скрипели снасти и мачты.

Девушка ступила на сухую палубу. Аксель еще мог держать купол над всем кораблем, хоть и с трудом.

Она тут же оценила обстановку, ведь понимала и ощущала все стихии куда более сильно, чем люди. Они еще не попали в гущу шторма — самое худшее еще впереди.

Роалин глазами нашла Капитана Тенарио.

— Я могу вам помочь, — сказал девушка громко, чтобы было слышно из-за ветра, грома и рева волн.

— Что вы здесь делаете!? — спросил Себастьян, не скрывая своей ярости смешанной с изумлением.

— Ваш офицер оказался очень упрямым, но мы можем утонуть в такой-то шторм! Я могу помочь избежать этого, — смотря в глаза Капитана, повторила девушка.

Капитан Тенарио услышал ее слова, хоть взгляд его в этот момент и осматривал хрупкую фигуру. Роалин надела ту юбку и выглядела сейчас очень привлекательно. Все, кто был на палубе, не скрывая, пялились на девушку, так как в таком наряде им не часто удавалось видеть даже танцовщиц.

Подошедший Аксель, также не счел нужным скрывать свой заинтересованный взгляд.

— Вы должны пройти в каюту, сеньорита Роалин. Для вашей же безопасности, — сказал, он.

Сейчас на лице Акселя не было улыбки и по выступившим капелькам пота на лбу, а также напряженно сдвинутой переносице можно было понять, что ему крайне тяжело.

— Я могу помочь вам пережить этот шторм без потерь и поломки корабля! Вы же предлагали мне только что в каюте договоренность! Я думала доверие входит в него! — девушка не могла скрыть своего негодования, так как ей было очевидно: то, что она предлагает, не просто разумно, а необходимо.

— Мы сможем пройти этот шторм, — не смотря на Роалин, ответил Капитан Тенарио. Его безапелляционный тон дал ей понять, что спорить бессмысленно. — Вас проводят в вашу каюту, и на этот раз даже не пытайтесь выйти из нее, если действительно верите в наше соглашение.

Роалин поверить не могла, что Капитан судна, находящегося в такой шторм в открытом океане, отказывается от ее помощи.

Девушку увели, и Себастьян слегка расслабился.

— Я думал, ты примешь ее предложение, — сказал Аксель.

— Я тоже так думал. Но рисковать не могу.

Аксель кивнул в знак понимания, а потом на его лице появилась лукавая улыбка.

— Думаю, что твоей невесте не понравится, что ее наряд ушел к другой девушке. Но, если честно, на Роалин он смотрится куда лучше, чем смотрелся бы на Мание.

Себастьян перевел на него взгляд, не сулящий другу ничего хорошего, и тот поспешил уйти разбираться с каютой девушки-русалки.

А сам же подумал, что имеет такое же мнение. И такие мысли не сулят ему ничего хорошего.

Глава 5

Множество звезд, усыпавших небо, указывали на то, что они идут верным курсом.

Шторм остался позади. Но его не удалось пережить без последствий. Себастьян оторвал взгляд от океана и осмотрел свой корабль. За два дня его команда, как смогла, подлатала судно, но многие поломки невозможно было устранить, не причалив к суше. И вот уже два дня они очень тихо продвигались вперед. Несколько основных парусов сорвало, такелаж был сильно потрепан, но самым большим ущербом являлась трещина на грот-мачте. Из-за этих повреждений корабль не мог набрать большую скорость, и они слишком медленно продвигались вперед. Слишком медленно.

Капитан Тенарио посмотрел назад, где корабль оставлял еле заметный след кильватера. В такую ясную ночь горизонт был очень хорошо виден, и пока позади было пусто, но он опасался, что в скором времени их настигнет погоня. А он был уверен, что погоня последовала за ними, ведь их операция не осталась незамеченной на территории Каснена. Отрыв, который они сумели выиграть для себя, был потерян в этом безжалостном шторме.

И каждый раз, думая об этом буйстве водной стихии, Себастьян вспоминал Роалин и ее предложение.

Тут позади него раздались шаги и он повернулся.

— Не спиться? — спросил Аксель своего друга.

— Нет. Наша нынешняя скорость не дает спокойно спать.

— Команда сделала все возможное, чтобы корабль и дальше продолжил плавание, Себастьян. Мы еще можем успеть.

Аксель очень редко был действительно серьезен. И то, что сейчас был именно такой момент, говорило о всей тяжести ситуации, которая могла стать еще хуже.

— Знаю. Только воды Деспалес тоже нельзя считать безопасными. Эти скоты пренебрегают всеми правилами и законами.

— Я мог бы надуть сильнее парсу, но грот-мачта...

— Да, я об этом тоже думал.

— И Роалин нам здесь уже не поможет... — словно, невзначай, сказал Аксель.

— А ты уверен, что она и тогда бы стала нам помогать?

— Думаю да. Она не похожа на нас. Но жестокой ее не назовешь.

— Если ты намекаешь, что не воспользоваться ее помощью было жестко с моей стороны, то подумай о том, что могла сделать команда, узнай они, кто она такая на самом деле. Тут даже мой авторитет бы не помог. Для них русалки жестокие и безжалостные создания и страх перед ней мог лишить разума. Тем более узнай они об ее способностях. Так что я стараюсь думать обо всех членах корабля, а не только о себе и своей команде, — закончив речь, Себастьян снова устремил взгляд в горизонт.

— Прости. Я о таком повороте не подумал. Тебе стоит рассказать Роалин об этом. Она второй день не выходит из своей каюты и не желает никого видеть.

— Ей не стоит об этом знать. Но я отнесу ей поесть и попробую разговорить. А пока надо отдохнуть.

***

Утро встретило Роалин яркими лучами, что светили в иллюминатор. Девушка недовольно поморщилась и перевернулась на другую сторону. Она не хотела вообще вставать с кровати, но после бессмысленного лежания примерно час, поняла, что больше не может находиться в замкнутом пространстве. Приведя себя в порядок, девушка некоторое время размышляла, стоит ли ей надевать тот наряд, что отдал ей Капитан Тенарио. Она очень злилась на него, но мучить себя из-за злости на глупого мужчину не собиралась, поэтому надела мягкую ткань и босиком зашагала к двери.

Открыв ее, она вскрикнула: перед ней стоял Капитан Тенарио собственной персоной. Девушка тут же хотела закрыть дверь, но его выставленная нога не позволила ей сделать это.

— Сеньорита Роалин, прошу вас, давайте поговорим. И вам стоит поесть.

Себастьян прошел в каюту и поставил на стол поднос с едой.

— Не ведите себя, как маленький и капризный ребенок, в конце концов, вам не пять лет, чтобы показывать свой характер.

Девушка, слушая его оскорбительные слова, не могла поверить, что у него хватило на такое наглости. Ее гнев, наконец, вылился наружу.

— Это вы ведете себя неразумно и подставляете под огромный риск ваших же людей, которые служат вам! Как вы смеете называть меня капризным ребенком, если сами отклонили мое разумное предложение о помощи! Притом, что сами держите меня в заложниках! Убирайтесь из моей каюты!

Себастьян с некоторым удивлением наблюдал за этой вспышкой гнева. До этого Роалин всегда держала себя в руках и показывала свой характер лишь колким взглядом, да резким словом. Это же открытая ярость предала девушке совершенно иной облик: яркий румянец на щеках, небрежно рассыпанные по плечам волосы и глаза, будто потемневшие от вспышки ярости, смотрели на него бездонной глубиной океана...

Себастьян потонул в этих глаза. Шаг, другой и он аккуратно заключает лицо девушки в свои ладони и без промедления наклоняется для поцелуя, но медлит, чтобы насладится ее испугом, замешательством и еще большей яростью, но одуматься ей не дает, припадая к губам.

Именно так он и сделал бы, но что-то остановило его и эта картина так и осталась лишь в его сознании...

Капитан Тенарио понял, что отвлекся.

— Я поступил так, как счел нужным и не вам, сеньорита Роалин, указывать Капитану, что и как он должен делать. Не забудьте поесть, — с этими словами он направился к выходу.

Как только дверь закрылась за ним, с той стороны прозвучал удар, словно в дверь чем-то запустили.

Себастьян со вздохом подумал, что ему придется послать через пол часа еще одну порцию для Роалин.

***

После этого плавание никак нельзя было назвать приятным. Напряженная атмосфера витала над кораблем, так как Капитан, известно, задавал тон не только плаванию, но и настроению команды. А настроение Себастьяна портило не только строптивая русалка, но и очень медленное продвижение вперед.

И его опасения не оказались напрасны: ровно через сутки, на заре, дозорный доложил, что позади них, на самом горизонте виднеется корабль. Себастьян тут же взял подзорную трубу и лично убедился в донесении. По его расчетам, при всех благоприятных условиях, они должны доплыть до первых островов Империи через двое суток, но он не был уверен, что они успеют.

Капитан Тенарио приказал позвать Акселя.

— Ты сможешь дать чуть больше ветра парусам, чтобы наш ход немного увеличился? — спросил он друга, когда они стояли и смотрели на очертания корабля в горизонте.

— Да, я думаю, что у меня получится чуть увеличить скорость и два дня грот-мачта должна выдержать, как и такелаж.

Себастьян кивком головы дал добро действовать. Дальше пошла бурная деятельность по подготовке к вероятному столкновению с противником. К вечеру корабль был виден уже совершенно отчетливо и его размер неуклонно увеличивался по мере плавания.

На закате Роалин вышла из своей каюты, чтобы посмотреть из-за чего началась такая суета.

Она увидела Капитана Тенарио, стоящего на задней палубе и неотрывно смотрящего в горизонт. Тогда она заметила судно, которое шло по тому же курсу, что и они.

Она подошла к Себастьяну.

— Это ваши противники? — без лишних слов, спросила девушка.

— Да, — коротко ответил Капитан.

Девушка простояла довольно долго рядом с ним.

— Знаю, что вы не дадите мне возможности помочь, но вы должны знать, что моя помощь все еще в силе, — тихо сказала девушка и развернулась, чтобы уйти, но сильная рука сомкнулась на ее запястье.

Себастьян, не отпуская девушку, подошел к ней сзади и сказал у самого уха:

— Я благодарен вам за то, что вы предлагаете, но я обязан сохранить всех членов экипажа, — слово «всех» он выделил. — Поэтому вы, Роалин, чтобы не случилось, останетесь в своей каюте, и не будете выходить. Вы меня поняли? — вопрос, который должен был прозвучать твердо, был произнесен нежным полушепотом.

— Да, Капитан Тенарио, я поняла, — также тихо ответила Роалин, после чего Себастьян отпустил нехотя ее руку, и она отправилась к себе.

Следующая ночь была облачная, и преследующий корабль было не так хорошо видно, как раньше.

На заре Капитан Тенарио понял, насколько сильно их подвела погода: из-за облаков и плохой видимости они не смогли различить то, что так отчаянно пытались скрыть их преследователи: кораблей было три, а не один. Они шли друг за другом точным курсом за «Этиной», чтобы создать одну линию.

За ночь они очень сократили расстояние, разделявшее их, и Себастьян с полной уверенностью мог сказать, что они не успеют.

Тут же на корабле началась полная подготовка к бою, которого теперь не было возможности избежать.

Что еще понимал Капитан, да я вся команда — им вряд ли удастся выбраться из этого боя победителями: трое на одного практически не оставляло шанса.

Именно это и произошло во второй половине дня, когда трое кораблей, оснащенных отличными пушками, окружили «Эстину». Бой длился недолго. Поражение не удалось избежать, и вскоре корабль Себастьяна неумолимо начал идти ко дну. Себастьян попытался спасти шлюпки, но их врагам, очевидно, не были нужны пленные, так как они продолжали нещадно бомбить утопающий корабль и всем был дан приказ прыгать за борт.

Капитан Тенарио лично отправился за Роалин в ее каюту.

Однако, когда он уже был на подходе, ядро пушки прошило корабль насквозь и обломок ударил его по голове и он потерял сознание.

***

Роалин слышала звуки сражение и очень скоро почувствовала сильный крен корабля. Она понимала, что капитан Тенарио проиграл, и, что их всех ждет либо плен, либо смерть. Но она не собиралась просто сидеть здесь и ждать своей участи. Девушка взяла в руки подсвечник и начала выбивать им иллюминатор, но это ей не понадобилось: ядро пробило дыру, чудом не задев девушку, и в каюту хлынула вода. Роалин с облегчением скинула одежду и нырнула в родную стихию.

Первые секунды пребывания в воде буквально затопили ее приходящей силой и энергией. Столько времени она была истощена! Но теперь родной океан восполнит ей все: вода словно баюкала юную русалку. Теперь Роалин выглядела иначе: вместо ног красовался хвост с переливающейся чешуей. Она лениво махала им, чтобы оставаться на одном месте. Раскинув руки, она полностью позволила стихии сделать свое дело. Вскоре девушка почувствовала, что снова сильна, как и раньше. Она медленно открыла глаза, которые из бледно-голубых начали наливаться цветом и засверкали ярко синим — как и сам океан.

Битва и разрушения остались на поверхности. Роалин решила, что эта людская разборка не касается ее. Главное, что она спаслась и теперь может вернуться домой, к родным.

Русалка взглянула вверх, где светлая вода переливалась под лучами жгучего солнца и, извернувшись, поплыла в глубину. Но не успела она уплыть далеко, как услышала звук. Звук, который невозможно было спутать ни с чем, ведь у русалок отменный слух. Этот звук заставил кровь в жилах заледенеть, когда она поняла его смысл. Роалин тут же развернулась и молнией поплыла к поверхности.

Вынырнув в некотором отдалении от места крушения корабля, девушка увидела подтверждение своей догадки: три корабля окружили обломки вместе с остатками спасшегося экипажа и с бортов расстреливали всех...

Ярость тут же вспыхнула в лазуритовых глазах и по венам забурлила сила.

Одновременно с трех сторон поднялись невероятной высоты волны, их было много: тонкие и невероятно высокие, словно щупальца гигантского осьминога. Они расположились по кругу, словно защищая тех, кто был в океане и угрожая сразу трем кораблям. Гребни этих волн нависли над палубами и стрельба тут же прекратилась. Взоры всех были устремлены на это невероятное явление. Но Роалин не забавы ради это устроила. Одновременно все гребни, по-змеиному устремились на вражеские корабли. Сила потока была сокрушительной: обшивка, мачты, такелаж — все нещадно взрывалось в щепки под этими потоками воды. Роалин крушила беспощадно и быстро, однако сердце ее тревожно билось не из-за этого акта возмездия.

Не оставив и шанса всем трем кораблям, русалка нырнула под воду и поплыла в самую гущу спасенных.

Она плыла неглубоко, ища глазами единственного...

И вот, вскоре, вынырнув рядом с таким знакомым силуэтом, Роалин чуть было не закричала: Себастьян был без сознания, и она слышала, как его сердце замедляет свой ритм. Но раз оно бьется, то еще не все было потеряно. Оглянувшись, чтобы убедиться, что ее не увидят, девушка положила одну руку на грудь капитана, а второй придерживала голову. Роалин снова почувствовал поток силы, и осторожно направила его в Себастьяна. Через некоторое время из его рта струйкой потекла вода, а оттек, обнаруженный на голове, спал. Он уже начал приходить в себя, когда Роалин с сожалением отпустила его, предусмотрительно положив на плавающую рядом доску. В последний момент девушка снова подплыла к нему и надела на его запястье тот самый браслет, что не смогли снять даже жадные пираты.

Более не теряя ни секунды, Роалин скрылась под водой.

Но она опоздала. Открыв глаза, Себастьян увидел хвост, который явно принадлежал девушке-русалке.

А вскоре подоспела и помощь. Можно было предположить, что звуки боя долетели до ближайших кораблей, но капитан Тенарио отчего-то не сомневался, чьих именно рук это дело.

Эпилог

Себастьян стоял на террасе дворца столицы Империи Деспалес.

Дворец располагался на возвышенности и вид с него открывался впечатляющий: за дворцовой стеной начинался неугомонный город, пестрящий ароматами специй, яркими одеждами и узенькими улочками, утопающими в зелени. А за городом начинался порт и океан.

Пробыв во дворце всего неделю, Себастьян уже рвался обратно в плавание.

Известия, что он принес с собой, не обрадовали отца. О своем спасении он поведал тому немного и то, что рассказал, было слишком расплывчато, чтобы Император мог сделать определенные выводы. А все, кто выжил, не распространялись о том, как выбрались, поскольку и сами толком не могли понять, что тогда произошло.

А Себастьян из их рассказов все понял: Роалин спасла не только его, но и всех, кто был тогда с ним на корабле. Однако, торопиться кого-либо посвящать в эту тайну он не собирался и Акселю приказал не болтать.

Сейчас мысленно он был далеко от своего дома. Смотря в горизонт, он вспоминал девушку, что оставила на его руке браслет. В первые дни он дал себе слово не думать о ней, но, как только взгляд обращался к океану, ее прекрасный облик представал перед ним. Думал он не только об ее красоте. Роалин сделала правильный выбор, она спасла их, несмотря на долгое заточение, и Себастьян чувствовал вину за ее муки. Он знал, что будет искать девушку-русалку пока не найдет ее, ведь она стала для него главной стихией.