Дендралис: Слово Путника

Пролог

Предместья Бьекола, столицы Королевства Грейкасл.

16 февраля 1499 года.

Покосившийся старенький трактир встретил Урсулу. Её острые ушки дернулись — она почувствовала холодный ветер, задрожала.

— Холодно сегодня... — осматриваясь, она потерла руки в надежде согреться. Не вышло.

Некоторые сельчане загоняли детей по домам и подозрительно посматривали на эльфийку. Она носила плотную зеленую рубашку, напоминающую перекроенное платье. Короткие зеленые шортики почти не скрывали пухлых бедер, которые обхватывал кожаный ремень с широкой бляхой. Уродливые бабы переговаривались между собой, прикрывая рты. Видно, думали, что эльфийка читает по губам.

— Эльфов что ли никогда не видели? — Урсула кинула озадаченный взгляд в их сторону. Те сразу же отвернулись. Она пожала плечами и вошла в таверну.

Внутреннюю обстановку не назвать выдающейся. Аккуратный каменный камин в углу. Рядом расположилась стойка, за которой стоял трактирщик. Помещение было заполнено скособоченными столиками.

Сорокалетний, на вид, хозяин в заляпанном фартуке старательно протирал деревянную пивную кружку. Его взгляд упал на Урсулу.

— Хо! — воскликнул он, ухмыльнувшись. Урсула закатила глаза. Они точно никогда не видели эльфов.

— Ну, здравствуй, любо видеть гостей, — Трактирщик усмехнулся. Его густые брови дернулись от удивления, когда он заприметил острые эльфийские ушки. — Куда путь держишь?

Девушка села за свободный столик. Каждое ее движение, каждое виляние упругими ягодицами и колыхание груди сопровождалось жадными до молодого тела взглядами мужчин.

— Здравствуйте, господин трактирщик. В Бьекол, — улыбнувшись, вежливо произнесла Урсула. — Я могу заказать у вас пива?

Он приподнял брови. Девушке на вид можно дать лет четырнадцать, не больше. Однако ее эльфские ушки, забавно дрожащие под напором сквозняка, говорили об обратном.

— Конечно, — он замешкался, разглядывая девушку. — Сию минуту.

Белая, подобно снегу кожа, закрытая одеждой чуть менее, чем полностью. Броские рыжие волосы, заплетенные в косы, аккуратно ложились на ее плечи. Сзади, на темечке, показался хвостик, закрепленный зелёной резинкой без излишеств. Ярко выраженные изумрудные глаза и тонкие брови. Образ дополнялся её миловидным, в какой-то мере детским личиком.

— Леди, — к ней вновь обратился трактирщик, держа в руке кружку, наполненную жидким золотом до краёв, — с вас три медяка.

Урсула бросила на стойку деньги и взяла кружку. Отхлебнула, поставила на стол. Удовлетворенно вздохнула. Приятная прохлада разошлась по телу.

— Кстати. А вы откуда? — спросил трактирщик. — Можете рассказать?

— Ха! Могу! — она отпила еще немного и простодушно улыбнулась. — Я из Требета. Прибыла сюда, чтобы слушать и рассказывать истории.

— Истории? — уточнил трактирщик и получил утвердительный кивок. — Это какие же?

— О людях, монстрах, войнах. Да обо всем подряд! Ха! — Урсула облокотилась спиной о стул и задумчиво уставилась в потолок.

— Это ваше хобби или заработок? — спросил мужчина за столиком, стоящим в углу. Рядом с ним лежала кирка. Она покрылась ржавчиной и копотью. Многое видимо пережила, прежде чем попасть сюда.

— И то и другое, я журналистка и притом профессор университета по народным верованиям и эпосам.

Большая часть посетителей не поняла ни слова. Однако уверенная, поставленная речь Урсулы завораживала, интересовала их. Весь шум и гам в таверне вдруг затих.

— М? — девушка вопрошающе хмыкнула, думая, что сказала что-то не то. — Что-то не так?

— Нет, — ответил ей мужчина. — Лучше скажи, что ты делаешь в этой должности? — вновь спросил шахтер, наконец снимая с головы самодельную железную каску. Если бы не ремешки, которыми она подвязывалась к голове, ее можно было бы спутать с половником.

— А, путешествую по миру, собираю информацию об интересных людях, влияющих на эпоху, и заношу их в летописи. Ничего такого на самом деле, — она сделала еще пару глотков, искоса смотря на мужчину.

— Расскажешь что-нибудь нам? А мы тогда наберём пару историй для тебя. Да, парни? — он улыбнулся, скрестив руки на груди. Остальные посетители утвердительно кивнули, предвкушая что-то интересное.

— Ага! — азарт взял над ней верх. Урсула вытащила из походной сумки блокнот, перелистнула страницы и уткнулась взглядом в одну из них. — Вот! Это должно быть интересно!

Дисциплинарный Комитет

Столица Республики Дариу

Магическая Академия

9 сентября 1480 года

Кабинет пропитался ароматом алхимических веществ. Он усеян партами. Десятки учеников что-то царапали на пергаменте. Вдоль стен раскинулись столы с ингридиентами и стеклянными сосудами. Множество медных труб связывали отдельные емкости. Преподавательница объясняла тему урока.

— И таким образом мы получаем альбедо. Есть вопросы? — она поправила очки и с интересом взглянула на студентов.

Дети отмалчивались. За окном давно село солнце. Тьма воцарилась в городе. Седьмой этаж главного здания вместил подготовительные группы студентов-алхимиков. Они готовились вечером, в отрыве от остальных.

— Профессор Маргарет, — поднял руку Вильгельм, юное дарование факультета. — У меня есть вопрос.

— Да? Не ожидала от тебя, — она усмехнулась и поправила белоснежные завитые локоны. — Спрашивай тогда.

— Вы знаете об эссенции смерти? — весь класс повернулся к нему. В их взглядах читалось непонимание. Некоторые студенты одарили его недовольным фырканием.

— Снова он за своё... — раздался шёпот со стороны. — Он будто бы некромантию изучать собрался.

— Тихо! — рявкнула профессор, насупившись. — А тебе зачем это знать, Вилли?

— Просто любопытно, не больше, — он опустил руку и угрюмо хмыкнул, когда пополз недовольный шёпот.

На его лице распустились разные эмоции. От ревности до жадности. Они заставляли зубы поскрипывать. Он жаждал знаний, не тех, что можно получить из базового курса. Его интересовало иное, запретное. То, до чего дотрагиваться нельзя, но за чем наблюдать интересно. Другим студентам достаётся всё внимание, но не ему. Он, как никто другой, желал стать алхимиком. Однако, ему не додали возможностей. Так он считал.

— Ладно, — увидев недовольную мину ученика, Маргарет согласилась ответить на вопрос, — эссенция смерти...

— Не надо! Учитель! — крикнул один из студентов. Обладатель волнистых каштановых волос с укором посмотрел в глаза Вильгельма, черноволосого юношу с алыми глазами. — Он же безумен! Такие знания не стоит доносить до студентов, иначе за нас возьмётся ректорат!

Класс замолчал. Они не ожидали такого беспринципного нарушения дисциплины. Казалось, даже стеклянные сосуды задрожали от его высокого голоса. Лицо профессора исказилось. Она в гневе ударила кулаком по столу.

— Я здесь решаю, кто безумен, а кто нет! — властно гаркнула учительница. — Юта Колдберг, я добьюсь твоего исключения из академии. Ты посмел проявить ко мне неуважение и перебить меня!

Снизив тон, она приставила палец к артефакту в ухе. Провела свою ману в сферу и заговорила.

— Дисциплинарный Комитет? — она проверила связь. — Зайдите в кабинет семь - сто восемьдесят. Здесь процветает неуважение к преподавателю и группе.

— Конечно, профессор, — послышался угрюмый голос с той стороны.

— Как же так... — ошарашенный Юта испугался. Он вспотел. Его голос надломился еще сильнее, чем прежде. В висках загудело от страха.

— Ты поступал в академию магии, — ухмыльнувшись, взял слово Вильгельм. — Здесь правят балом лишь две вещи: личный авторитет человека и его сила. Ты только что поставил под сомнение обе. Причём, не кого-нибудь, а преподавателя.

Профессор Маргарет на мгновение замолчала. Она хотела услышать законченную мысль Вильгельма, своего любимчика. Из всех студентов ей больше всего импонировал именно он. А скрывать это она даже не пыталась.

— Продолжай, Вильгельм... Мы все тебя внимательно слушаем, — предвкушая разгромный финал, она облизнулась, глядя в глаза Вилли.

— Благодарю, профессор, — он ответил ей, повернулся к Юте лицом и продолжил. — Всё просто. Ты бросил вызов преподавателю. Значит, ты либо идиот, либо думаешь, что можешь унизить ее без последствий.

— Как по мне, это равносильно, — добавила Маргарет.

Класс замолчал в напряжении. Перепалка превратилась в избиение. Последним штрихом должны были явиться и представители ДК, организации, защищавшей права и обязанности студентов.

— Доброго времени суток, — в кабинет вошёл тот, кого не ожидал увидеть никто, но кого ненавидели практически все. — Я задержался.

— Фридрих де Борн... — процедила сквозь зубы профессор Маргарет. Она нахмурилась. — Что ты здесь забыл? Ты с факультета боевой магии, а не прикладной алхимии.

Юноша скрестил руки на груди. Студенты, искоса поглядывали на него, стараясь не встречаться взглядами. Профессор буравила его взглядом с таким презрением, какое могла проявить.

Вильгельм усмехнулся. Уголки губ приподнялись. Он встал из-за парты и повернулся к Фридриху лицом, поправив упавшую на глаза челку.

— Надо же, Фридрих. Как неожиданно! — он ухмыльнулся, невзначай кладя руку на палочку, прикреплённую к ремню.

Фридрих де Борн здесь был на правах залетной птицы. Хоть и обязанности позволяли ему применять силу в крайнем случае, он отчетливо понимал, что лучше решить все миром.

— Где преступник и в чем он провинился? — он ответил Вильгельму тем же жестом.

Фридрих принял угрожающую позу, из которой легко перейти в оборонительную. На его плече показался цветной шеврон. Две скрещенные палочки, под ними струились пламя и молния, сверху большие буквы ДК.

— Юта Колдберг, — взяла слово Маргарет. Она встала из-за стола и указала ладонью на макушку каштанового цвета, единственную в аудитории. — Он посмел перебить меня и оскорбил жажду к знаниям Вильгельма.

Фридрих заглянул в глаза почти каждого студента. Те отворачивались как можно быстрее и естественнее. Но они... Они не были искренними. Профессор лукавила.

— Боюсь, мне недостаточно только ваших слов, — Фридрих сфокусировался на Юте. Он подошёл к нему почти беззвучно и аккуратно положил руку на плечо. — Юта, скажи-ка, что произошло на самом деле?

Факультет алхимии - странное место. В нем два царя горы: профессор Маргарет, строптивая львица, и Вильгельм, юное дарование, гений алхимии; Они держали в ежовых рукавицах всю группу. Об этом знали все, но делать ничего не желали. Класс запуган, руководству университета лгут в глаза.

— Всё ясно, — сделал вывод Фридрих из пустой реакции Юты.

— Он виновен и признает свою вину, — глумливо произнёс Вильгельм. Он широко улыбнулся. — Арестуй его, комитетская шавка.

Садистская ухмылка красовалась на его лице. Он наслаждался процессом. Психологическое избиение студента, которое продолжалось изо дня в день, доставляло ему удовольствие.

— Конечно, сразу после тебя, — Фрид вытащил палочку и направил ее на Вилли. Они вместе ходили по лезвию одного ножа. Фридрих может запросто вылететь из академии, если окажется не прав в своих суждениях. Вильгельм же может пойти под суд, организованный студсоветом. Оба знали на что шли, но никто не хотел отступать. Первый из принципа, второй из азарта.

— Ого, не смог в слова и взялся за палочку? Так теперь работают члены ДК?

— Лучше тебе не знать, как мы работаем.

— Ха! — воскликнул Вильгельм, вытащив палочку следом. — Этим ты меня и бесишь. Ты за словом в карман не лезешь.

Фридрих потянулся к артефакту, закрепленному в ухе и включил внутреннюю связь.

— В кабинете семь - сто восемьдесят сопротивление аресту. Нужна подмога.

Он нисколько не сомневался в своих силах. Однако, следуя правилам, вызвал подмогу.

— Значит, ДК теперь плевать хотело на мнение преподавателя? — едва сдерживаясь, стервозно произнесла Маргарет. Она оскалилась. Сжала кулаки. Зубы скрипели от ярости.

— ДК одинаково относится как к преподавателям, так и к студентам. Наказать за проступок могут обоих, — ответив учителю, он перевел взгляд на Вильгельма. — Опусти палочку. Это приказ члена комитета.

— И что ваш комитет делает? Жалеет студентов-неудочек и лишает зарплаты достойных преподавателей?

— Он защищает права студентов на обучение в комфортных условиях. Не позволяет преподавателям переходить границы. И, что главное, наказывает нарушивших эти правила.

Атмосфера стала тяжелой. Не зная, что делать дальше, все участники перепалки дожидались другого члена ДК. Они питали надежду на то, что с иным договориться будет проще, чем с заносчивым второкурсником, новобранцем комитета.

— Фридрих! — воскликнула показавшаяся в проходе София. Запыхавшаяся эльфийка с белыми волосами. Они завязаны в плотный пучок. Порядком износившаяся черная униформа ДК говорила о количестве и качестве проделанной ею работы.

Вздымавшаяся упругая грудь немного натягивала китель. Заправленный красный галстук аккуратно лежал на ней. Штаны в строчку плотно обтягивали ее худые ножки. Черные кожаные сапоги топтали линолеум, оставляя на нем грязь.

— Прости, что вырвал с практики.

— Ничего. Я за тебя в ответе, все-таки.

— София де Лорент, третьекурсница значит, — усмехнулась профессор Маргарет. Она кинула взгляд на девушку, в частности на ее заостренные уши. — Никогда не любила эльфов...

Мерзкий характер профессора снова дал о себе знать. Даже в ситуации, когда она может пойти под академический суд за поощрение издевательств, она не перестала грубить.

— Что вы сказали? — София нахмурилась. Улыбка сошла с ее лица, уступив место оскалу. Всё её естество ненавидело проявления ксенофобии.

— Что лучше бы эльфов не существовало. Магия была бы куда чище и естественнее без них, — договорил за нее Вильгельм, за что сразу же поплатился.

Девушка не стала терпеть откровенного расизма в стенах академии. Она подошла ближе к Вилли и ударила коленом ему поддых. Весь воздух выбило из его груди. Он припал на колени, не в состоянии вздохнуть. Мерзкий угорь злобы обвился вокруг горла, мешая ему дышать. Фридрих убрал палочку в ножны и приблизился к преподавателю.

— Я арестую и вас, профессор Маргарет. Лучше не сопротивляйтесь, — сухо произнёс Фридрих. Он ловко вытащил антимагические наручники из подсумка и протянул их к ней.

— А если я не подчинюсь? — вызывающе спросила женщина, касаясь собственной палочки на поясе.

— Тогда вы будете представлены республиканскому суду в обход академического! — сказала девушка, выбивая палочку с пояса учителя магией.

— Посмотрим. Я дочь герцога, между прочим. Меня не так-то просто взять живой.

Маргарет провела магию в руку. Она нанесла удар в его живот, но встретила лишь барьер. Атака не удалась.

— Теперь я могу арестовать вас без последствий для себя, спасибо, — отрешенно сказал Фридрих и грубо схватил учителя за руку. Он дернул её и повалил на пол. Сковал антимагическими наручниками и под злобное шипение поднял ее за волосы.

— Будете оправдываться в академическом суде, — напоследок сказала София, тяжело вздохнув. Она, в свою очередь, заковала Вильгельма, пропуская мимо ушей грубости и ругательства, пропитанные ксенофобией. Однако на душе стало спокойно. Она знала, что поступает правильно и выполняет нужную работу.

— Пойдём, София. На пары ещё опоздаем, — произнёс Фридрих, ведя преподавателя на выход. Вдруг, он остановился в дверях. — Чуть не забыл. Пары алхимии на неделю отменяются, — он кинул добрый взгляд на Юту. — А ты зайди в кабинет ДК. Объяснишь, что произошло.

Под удивленные взгляды студентов с алхимического факультета, члены ДК удалились. И лишь Юта, морально пострадавший больше всех, облегченно вздохнул, сжимая кулаки.

— Если бы я был сильнее...

Вербовка

Столица Республики Дариу

Магическая Академия

7 августа 1479 года

Солнце село. Рабочий стол завален бумагами. В нос ударил запах ежевичной настойки, которую девушка растерла на лице. Это попытка уберечь кожу от сухости, а не алкоголизм в стенах академии.

— Итак, первокурсник Фридрих, — она добродушно улыбнулась. Взглянула на светловолосого юношу чуть ниже неё ростом.

— Фамилии нет. Ее пропустите пожалуйста, — он спокойно произнёс и сложил руки на груди.

— Как это нет? — она удивленно подняла брови и оторвалась от анкеты участника. — Как же ты собираешься учиться в академии без фамилии?

— Я сирота, — кратко ответил юноша. Мускулы лица чуть дернулись. Он неосознанно отвёл взгляд в сторону.

Симпатичная эльфийка смотрела на него пристально, будто бы изучала. Она заглянула в глаза, кинула взгляд на грудь и руки. Исследовала все контуры его тела, наверняка для оценки его боевых навыков. Так думал Фридрих.

— Сирота, значит. — она откинулась в кресле, постучала пером по столу, прикрыла глаза.

Фридрих осмотрелся. Антикварная мебель из чёрного дуба окружила его. Многочисленные шкафчики да полочки для документов забивали помещение под завязку. Синие шторы закрывали окно.

Его взгляд зацепился за кожаный диван с кофейным столиком. На нем развалился брюнет в черной униформе с характерной нашивкой на плече. Эльфийка открыла глаза и заметила нелицеприятного юношу. Он портил общий вид кабинета.

— Альфред, будь добр, сядь нормально! — она не стала терпеть неуважение во время собеседования и кинула в него кружку. Тот, не напрягаясь, поймал ее и поставил на столик. Надо отдать должное, реакции ему не занимать.

— Соф, да хватит тебе. Он сам не сегодня, так завтра развалится на этом же диване.

— Только через мой труп. Я не позволю тебе дурно влиять на новичков! — сердито произнесла девушка.

— Давайте продолжим, — Фридрих попытался съехать с темы лентяя. Не вышло. София разгорелась ещё сильнее.

— Не доводи меня до белого каления, Альфред. Ты либо поднимешься сам, либо тебя подниму я, — волосы девушки приподнялись, будто бы были живыми. Шёлковые белые локоны заискрились, испуская небольшие разряды электричества. Она совсем не контролировала силу своей магии.

Завидев это, долгоносый Альфред устало вздохнул. Он поднялся с дивана, отряхнулся и сел как положено, сложив руки на коленях.

— Довольна? — он сдул чёлку, упавшую на глаза. Замочек кителя расстегнулся.

— Ну хоть так, — она бросила попытки привести внешний вид Альфреда к идеалу. — Вернёмся к теме.

— Да, — в ожидании произнёс Фридрих. Он слегка улыбнулся, подмечая ярко выраженную женственность Софии.

Её серые глаза сверлили его душу. Вынимали каждый секрет и тайну. А он всё отдавал и отдавал, не в силах сопротивляться. Небольшая, но упругая грудь вздымалась при каждом вздохе. Тонкие пальчики стучали по столу, создавая приятную мелодию. Её милая, лучезарная улыбка запомнилась ему навсегда.

— Все студенты без исключения имеют фамилию и ты будешь сильно выделяться на их фоне. Тебе лучше выбрать хоть какую-то, пусть и придуманную, лишь бы избежать становления белой вороной.

— Тогда, пишите Борнео, — он выразил своё мнение. София лишь усмехнулась, прикрывая рот рукой.

— Ты серьёзно? Это же глупо!

Фридрих с улыбкой посмотрел в глаза милой эльфийке. Сердце бешено застучало, а руки задрожали. Он влюбился с первого взгляда. Полностью и бесповоротно.

— Понятно, тогда предложите что-нибудь и вы, старший ученик, — наконец взял слово Альфред. Он ехидно ответил Софии, зашугавшей как новичка, так и его самого. Тонкие губы расплылись в коварной улыбке.

— Хм, — София недовольно хмыкнула. Её раздражало самодовольство и неуправляемость Альфреда, но ничего она поделать не могла. Все-таки, он был старше неё.

— Пока она думает, давай с тобой познакомимся, — он встал с дивана, подошёл к Фридриху и пожал ему руку. — Меня зовут Альфред Могель, я четверокурсник. Учусь на факультете магической инженерии.

— Фридрих. Факультет боевой магии, первокурсник, — робко ответил юноша. Он засмотрелся на задумчивую Софию. Улыбка не сходила с его лица.

— Во-первых, отныне ты Фридрих де Борн. Сократим выбранный тобой вариант и получим семью де Борн, дворян королевства Грейкасл.

— Но, разве так можно?

— Те дворяне вымерли лет триста назад, не волнуйся. Даже если уличат в обмане, то докапываться не станут, — равнодушно отмахнулся юноша.

— Во-вторых, — взяла слово София, — мы — дисциплинарный комитет, стоим наравне со студсоветом. Наша власть и сила обеспечивают безопасность и комфортные условия для обучения студентов.

— Если ты хочешь стать частью нашей группы, то запиши данные сюда, — Альфред передал Фридриху чистый лист участника. Он кинул взгляд на стену, в которой были вырезаны лица глав дисциплинарного комитета. Всего их насчитывалось тридцать шесть с момента основания органа.

— Я же просто пришёл посмотреть на клубы и студенческие активности. Я не хотел записываться в стражу академии, — возразил Фридрих, отмахиваясь от листа участника.

Вдруг, стоящая на столе красная лампа загорелась. София с Альфредом переглянулись. Они удивились столь удачному стечению обстоятельств и подхватили Фридриха.

— Потом возразишь. Беги за нами и увидишь как мы работаем, - произнёс брюнет, на ходу застегивая китель.

Он с разбегу вылетел из кабинета и побежал прямо по коридору. София метнулась вслед за ним, оставив Фридриха в размышлениях. Он думал недолго и рванул следом. Альфред на бегу расталкивал от себя студентов, снующих между кабинетами. Нередко он задевал и профессоров, но те лишь старчески возмущались.

Следуя направлению из красных ламп, встроенных в стены, они прибежали к нарушителю спокойствия - мешковатому задире. На его голове зияла обширная плешь. Лицо у него квадратное, с выдающимися щеками. Мерзкие чёрные волоски неряшливо росли на подбородке и шее. Рядом с ним столпились другие парни, курса с третьего.

— Так, — сходу начал Альфред. — Что тут происходит?

Его взгляд зацепился за девушку, которую скрыли спины парней. Толстяк прижал её вплотную к стене и лез под юбку. Она дерзила и вырывалась, будучи явно напуганной.

— Хватит! Иначе мой отец с вас три шкуры сдерет! Я дворянка! — прокричала она толстяку, сильно морщась при этом. Он лез к ней с поцелуями и старался коснуться пальцами её самого сокровенного места. Но, она отчаянно дергалась, пыталась не допустить непоправимого.

— Давай быстрее, — поторопил его один из парней. — Если сделаешь это - мы перестанем тебя задирать. Всё от тебя зависит, Свинка, — он зажал руками нос и показушно хрюкнул. - Хрю-хрю!

Вены на лбу толстяка взбухли. Он злился как никогда раньше. Фридрих недовольно фыркнул и достал палочку. Однако, девушка остановила его и сама вышла вперёд.

— Именем члена дисциплинарного комитета приказываю: Отпустите Констанцию фон Бореалис. Иначе, - она произнесла в гневе, - будете собирать кости в мешок!

Лидер их группы рассмеялся, услышав угрозы эльфийки. Его рука сама потянулась к палочке, но ту выбила из рук магия Фридриха.

— Похоже, — взял слово лидер, — вашу гадскую шайку надо перебить. Ещё никто не смел ставить ультиматум нам, группе "тоннельных змей".

Фридрих не стал слушать пустое бахвальство и с подскоку ударил его коленом в поддых. Тот согнулся и припал на колени. Он не ожидал столь резкого начала драки, из-за чего и рухнул. Первокурсник чуть отошёл и нанёс мощный удар ногой прямо в висок. Лидера группы отморозков третьего курса, вырубил первокурсник. Альфред довольно улыбнулся найденному среди кучи навоза золотому слитку. Фрид хотел было закончить противостояние и с остальными, но жёсткий голос Софии остановил его.

— Фридрих, остановись! — она завела его за спину. Альфред, дай я поговорю с ними без применения насилия. Возможно, ещё удастся уладить проблему миром.

— Нечего с ними разговаривать. Они понимают только язык боли. Фридрих, айда ко мне. Переломаем им ноги! - он вскинул палочку и оттолкнул Софию в сторону.

— Дипломатия, — продолжил Альфред, — к тому же женская, никогда не приводит к желаемому результату. Иногда лучше ответить насилием на насилие.

Группа третьекурсников переглянулась. Их лидер оказался сломлен первокурсником. А за спиной новичка стояли статные фигуры опытных членов ДК.

— А знаешь, Свинка, лучше мы пойдём, — группа начала движение вдоль стены. Они не смотрели на троицу защитников порядка. Видно хотели сбежать, пока была возможность. Однако, Альфред не дал им на то разрешения.

Брюнет ударил магией в ногу одному из них. Первая кровь пролилась в коридоре. Его глаза закатились. Он мешком рухнул на пол, теряя сознание от боли. Ошарашенные товарищи наглеца, кто с испугом, кто с гневом, посмотрели на Альфреда. Они все вскинули палочки и атаковали члена ДК. Тот создал небольшой магический щит, заблокировавший магию. Фридрих вынырнул из-под щита и снёс магией ещё двоих, точным попаданием в голову.

Поток ветра, на скорости влетевший в виски, лишь вырубил их. Оставшиеся двое соперников одновременно ударили магией, но их заклинания перенаправили в них же. Осталась лишь "Свинка".

— Хатьфу, — гневливо плюнула София, подскакивая к толстяку. Она усыпила его одним взмахом палочки и взяла дворянку за плечи. Слегка потрясла её, чтобы та пришла в себя и обняла. Они обе чуть не разрыдались.

— Спасибо вам! — горько произнесла Констанция. — Спасибо огромное!

Альфред ловко связал нарушителей спокойствия и вызвал подмогу из ДК. Почти мгновенно пришли и младшие преподаватели, курирующие комитет. Они забрали отморозков куда подальше.

— Ладно, — произнесла София и отпустила Констанцию. — Ты не пострадала?

Девушка заботливо вытерла её слезы платком и похлопала по плечу. Нежные девичьи ручки соприкоснулись. Они посмотрели друг другу в глаза.

— Да, — угрюмо ответила Констанция, — идите. Я подойду позже.

— Подойдёт позже? — уточнил Фридрих.

— Да, — взял слово Альфред. — После таких происшествий мы собираем информацию и на их основе формируем сводку дела. Эти сводки мы передаём наверх и составляем правила поведения в таких ситуациях.

— Понятно, — немногословно ответил Фридрих, радуясь за Констанцию. Если бы они пришли позже, то это нанесло бы непоправимый ущерб её гордости и чести. Она бы попросту умерла.

— Так что? — к нему подошла София. Она протянула ему свою руку и угрюмо улыбнулась, едва отойдя от шока. — Ты вступишь к нам? Хочешь помогать людям так, как это делаем мы?

— С тобой, — он улыбнулся, всё ещё пытаясь успокоить сердце, — хоть в пекло.

Ведьма Севера

Предместья Бьекола, столицы Королевства Грейкасл.

16 февраля 1499 года.

— Ну? — заинтересованно спросил мужчина с татуировкой. — Ты же вроде фольклор собираешь, а рассказала нам бытовые истории.

— Фридрих де Борн уже давно стал легендой в мире магии. Странно, что вы ничего о нем не знаете, — поднимая брови сказала Урсула.

— Я знаю. — поднял руку один юнец в черной мантии. Накинутый на голову капюшон скрывал его лицо.

Девушка искоса взглянула на него. Отпила немного пива из кружки и задала вопрос.

— И что же ты о нем знаешь?

— Да разное, слухи в основном, — он начал загибать пальцы. — Что он с королями якшался, девку свою искал и поднял восстание против Черной Руки. По мелочи, в общем.

— Уже что-то, — устало протянула Урсула. Она подперла рукой голову. Захмелела. — В любом случае. Я рассказала вам о нем в качестве затравочки. Сейчас перейду к истории одной страшной женщины.

— Женщины все страшные, кто внешне, кто внутренне, но не все они известны повсеместно, - цинично отметил маг.

— Да, ты прав, — она согласно кивнула, — но есть те, о ком слышали даже самые глухие деревни. К примеру, Роза фон Мюнхаузен.

Маг дернулся. Он уставился в одну точку, едва заслышав это имя. Атмосфера в трактире переменилась. Она потяжелела так, что дышать стало сложно.

— Повтори-ка, — скалясь произнёс маг, скидывая с головы капюшон. Волнистые каштановые волосы взметнулись в воздух. Серебряные глаза просверлили дыру в эльфийке. — Роза фон Мюнхаузен?

— Да. «Ведьма Севера», Роза фон Мюнхаузен.

— Эта сука! — маг процедил сквозь зубы, сжимая кулаки. — Она же обрекла на страдание тысячи детей!

— Да, её руками были убиты чуть больше двадцати тысяч детей. Её магия убила многих, но ведьма получила заслуженное наказание. Позвольте рассказать кое-что и о ней, — эльфийка перелистнула страницу и начала рассказ.

Северные Территории

Империя Баурис

30 сентября 1443 года.

Холодная зимняя ночь опустилась на землю. Снег под ногами приятно хрустел. Серебряные волосы развевались на ветру, едва придерживаемые чёрным цилиндром. Чёрный плащ почти не защищал девушку от холода. Но ей это и не было нужно.

Улицы опустели, дворы тоже. Был канун «Нечистой Ночи», ночи, когда вся нечисть выходит на охоту. Даже городская стража не патрулировала.

— Кажется, это здесь, — улыбнувшись, сказала Роза. Она вытащила из кармана складную волшебную палочку и направила её на свои стопы. Два потока ветра подняли её в воздух, на высоту второго этажа.

Она заглянула в окно и лёгким касанием пальца нарисовала на стекле узор. Послышался топот по ту сторону. Девушка задорно улыбнулась и вытащила из кармана горсть карамельных конфет.

Ставни заскрипели и тоненькие девичьи ручки открыли окно. Холодный ветер ударил в комнату, погруженную во тьму.

— Белая Ведьма! — воскликнула девочка, одетая в ночнушку. Она искренне улыбнулась. На лице распустились веснушки, зубы скрепляла медная проволока с металлическими пластинами.

— Здравствуй, милая, будь потише, — она приставила палец к пухлым губкам девочки и продолжила, — я могу войти?

— Конечно! — уже тише заговорила девочка, активно кивая при этом.

Ведьма бесшумно пробралась в комнату и закрыла за собой окно. Девочка обняла её за стройные ноги и поёжилась от холода.

— Ты хорошо себя вела в этом году? — ласково спросила Роза. Она нежно провела по её щеке рукой. — Слушалась родителей?

Тут она заметила, что девочка едва перешагнула пятилетний возраст. По крайней мере с виду. Кажется, родители не рассказывали ей о том, что происходит на улице этой ночью. Тем лучше для Розы.

— Да! Я была хорошей девочкой!

— Моя ты умница, — ведьма обняла её, прижала к груди. — Возьми конфетки, ты заслужила. — Она насыпала девочке в руку немного конфет.

— Но, госпожа Белая Ведьма! — она насупилась. — Маменька не разрешает мне есть конфеты. Говорит, что это вредно для зубов.

— А мы ничего твоей маменьке не скажем. Хорошо?

Девочка задумалась. Она нахмурилась и поковыряла ножкой ковёр.

— Хорошо! — она взяла конфеты и сразу же закинула одну в рот. Тщательно разжевала. Расплылась в улыбке. Глазки-бусинки закатились за веки. Тело обмякло.

Ведьма подхватила её на руки и перестала строить маскарад. Улыбка мигом сошла с лица. Взор её жёлтых, хищных глаз, устремился в окно. Она взмахнула палочкой и коснулась ею лба девочки. Та вмиг сжалась до размера ладони и окаменела. Роза кинула получившуюся фигурку в карман и вышла на улицу тем же путем.

Она рванула за город, растворяясь во тьме. Магия, примененная ею заранее, подчищала все следы, какие она могла оставить. Идеальное похищение налицо.

Ведьма принесла несколько фигурок в свое логово: узкую пещеру, скрытую за каменной стеной. Крыши самых высоких зданий едва виднелись на горизонте. Света и вовсе разглядеть не получалось. Она недовольно хмыкнула, приставила руку к булыжнику и влила в него свою ману. Тот с грохотом отъехал в сторону, пропуская Розу.

Она миновала узкие коридоры и обвалившиеся комнаты, спрятанные внутри скалы. Вдоль стен бегали плотные колонны жирных крыс. Паутина развешена по всем углам подземелья. Ведьма добралась до еще одной двери, открыла её и вошла внутрь. Справа и слева от неё стояли камеры с решетками.

— Руины эльфов. Никак не могу насмотреться на них, — она коснулась рукой барельефа в виде горгульи и усмехнулась. — Знай вы о том, что здесь теперь происходит, сожрали бы не узников, а меня.

Она взглянула на камеры. Внутри содержались истощенные, изможденные, изляпанные в грязи и крови дети. Все разных возрастов: от пяти лет до четырнадцати. Ведьма открыла одну из них, прежде пустующую, и расставила в ней фигурки. Всего шесть штук. Посреди камеры было рассыпано порядком сгнившее сено. Также, тут стояли миски для воды и еды.

Роза наклонилась перед фигурками, начертила магический круг и влила в него магию. Клетку озарил яркий голубой свет. Сжатые до размера ладони дети стали прежними. Камень, защищавший тела от разрушения, раскололся. Ведьма вышла в коридор и захлопнула решётку. Она закрыла её на магический замок и коварно улыбнулась.

— Доброе утро, Белая Ведьма! — хором произнесла группа детей. Лишь их товарищи по несчастью, сидящие по соседству, опустили безжизненные взгляды в пол.

— Заткнулись все! — жёстко процедила сквозь зубы Роза. Её серебряные волосы поднялись в воздух. Темная мана насыщала помещение. Детей затошнило.

Девочки и мальчики резко отпрянули назад, в глубину камеры. Они испуганно озирались по сторонам, пытаясь понять, куда попали.

— Госпожа... — тоненьким, дрожащим голосом произнесла последняя похищенная девочка. На её глаза накатывали слёзы. Она боялась. Так боялась, как никогда.

Храбрый смуглый мальчик вышел вперёд. Он оскалился, проявил храбрость, взирая снизу вверх на ведьму.

— Кто вы такая?! Почему вы забрали нас из дома? — он сжал маленькие кулачки. С виду десятилетний ребенок закричал, пытаясь добиться ответов.

Девушка лишь приподняла брови в ответ. Она скрестила руки на груди. Сильная темная мана рябью разлилась у нее из-под ног.

— Дети должны слушаться взрослых. Разве вас не учили этому родители?

Едва она упомянула самых дорогих для них людей, те один за другим разревелись. Они подхватили накатившие на соседей по несчастью чувства. Даже ответивший дерзко мальчишка захныкал. Канун рождества, удивительного и ожидаемого праздника вмиг стал кошмаром. Дети надеялись на то, что всё это — дурная шутка их старших братьев и сестер. Но с каждой секундой, проведённой под испепеляющим взглядом ведьмы, уверенность таяла.

— Первой будешь ты, — она указала на последнюю похищенную девочку. Та сжалась в угол, пытаясь спрятаться. Её глазки забегали по помещению. Она не знала куда деться.

Ведьма не стала цацкаться. Роза щелкнула пальцами и девочка переместилась к её ногам. Она воспользовалась магией, чтобы вытащить ребёнка. Схватила её за волосы и потащила за собой.

Другие дети пытались было возмущаться, но ведьма магией лишила их голоса.

— Прекрати! Хватит! Мне больно! — хныкала девочка, пытаясь освободиться. Тщетно. Роза положила её на стоящий поодаль операционный стол и обездвижила магией. Слезы обильным ручьём стекали по её щекам.

— Лучше тебе перестать сопротивляться. Иначе будет куда больнее, — жёстко сказала ведьма.

Она взяла в руки нож и разрезала одежду ребёнка. Схватила несколько склянок с полки и установила их на капельницу

— Эксперимент: девятая серия, шестой порядок, тридцать второй номер. Подопытная: условное имя «Сильфи». Возраст: пять лет. Пол: женский.

Под крики отчаяния и мольбы о помощи, ведьма заносила в журнал данные о девочке. Она делала это так хладнокровно, будто бы не считала ребёнка человеком. Ей было чуждо сочувствие.

Закончив с журналом, она усыпила девочку, затолкнув ей в рот карамельную конфету. Она заставила её проглотить, просунув пальцы в горло. Несколько секунд и все закончилось. Ребёнок обмяк.

— Теперь можно поработать в тишине, — она промочила внутреннюю сторону локтя девочки спиртовой салфеткой. Воткнула иглу в вену. Прокрутила винт на капельнице и зелёная жидкость влилась в тело. Нескольких капель было достаточно.

Девочка застонала, непроизвольно задергалась. Изо рта потекла пена. Роза всадила шприц в вену ребёнка и влила алхимическое вещество. Дрожь прекратилась. Ведьма проверила признаки жизни и констатировала.

— Семь: пятьдесят пять, клиническая смерть, через две минуты начинаю реанимацию, — она перекрыла вентиль капельницы.

Ровно две минуты она наблюдала за состоянием девочки. Когда время истекло, ведьма влила энергию молнии в грудь пациентки и провела массаж сердца. В то же время она влила в вены другие алхимические растворы, чтобы оттянуть время смерти органов.

Сердце так и не начало биться. Прошла ещё минута, другая, третья. Девочка была на грани биологической смерти. Ведьма нахмурилась и отменила магию. Она быстро вспорола грудную клетку ножом и взялась рукой за её сердечко. Роза делала прямой массаж сердца до тех пор, пока оно не забилось самостоятельно. Пусть и слабый, но пульс появился.

— Клиническая смерть на протяжении шести минут и трех секунд. Плохо. Грозит повреждением коры головного мозга и тромбозом... — она кинула взгляд в сторону. На стене висела табличка с выгравированным на ней портретом. Маленький мальчик с неправильным прикусом. Его улыбка заставила улыбнуться и Розу. — Я обязательно дам тебе жизнь, мой милый...

Она вновь сфокусировалась на пациентке. Несколько часов она поддерживала состояние девочки магией и алхимическими растворами. К концу дня она заметила покраснения, выскочившие на теле. Шея девочки распухла, щеки и лоб тоже. Они почти закрыли разрез глаз.

— Крапивница и ангионевротический отёк... Видимо, у неё есть аллергия на один из препаратов, — она задумалась. — Как бы не началась перекрестная аллергия.

Порыскав по полкам, она нашла антигистаминное средство и вколола его в вену на плече девочки. За несколько минут отёк сошёл на нет. Пусть жизнь ей и удалось сохранить, но основной цели добиться не удалось.

— Черт возьми... Как же мне вывести верную формулу и алгоритм? Я уже сотни лет убила на это, а никакого толку нет... — девушка сползла на пол и прислонилась спиной к алхимическому столу.

— Быть может, пора заканчивать? Ты уже давно сбилась с пути. Пора бы уже смириться с утратой. Ведь три сотни лет минуло, — ответила себе же ведьма.

— Вряд ли. Я в одиночку проводила все исследования. Изучала трактаты по медицине, которые достались мне от отца. Даже в черную магию нырнула с головой.

— Ты за минувшие три сотни лет замучила и убила чуть больше двадцати тысяч детей. Разве это не слишком много? Как ты вообще умудряешься так холодно относиться к ним? Совесть не мучает? — её левый глаз окрасился в голубой цвет. Посреди каменной крипты была лишь она и ребёнок на операционном столе. Но голос, которым она отвечала себе, был иным, чужим.

— Ложь. Я никого не мучила, — отрезала Роза. — Лекарство от чумы до сих пор не изобрели, хотя она выкосила почти восемьсот миллионов человек, читай семьдесят процентов населения планеты. Причём только за минувшую вспышку, в тысяча четыреста двадцать третьем.

— Лекари и алхимики всего мира пытаются разгадать тайну этой болезни веками. Неужели ты думаешь, что разгадаешь её в одиночку? Неужели ты способна придумать вакцину, проведя десятки тысяч опытов на этих детях? Сопоставь. Восемьсот миллионов и двадцать тысяч.

— Разница в том, что людские врачи разбросаны по миру. У них нет общей базы данных. Исследования ведутся неравномерно, если ведутся вообще. Я действую согласно своим догадкам и теориям. Проверяю на людях экспериментальные препараты...

— На детях. Ты мучаешь детей.

— Без разницы, всё одно. Либо они погибнут сами, когда разразится очередной голод. Либо умрут во благо Лукаса, ну и всего мира тоже.

— Твой младший брат мёртв. Почему ты не остановишься? Ты пытаешься его воскресить, хотя его кости давно истлели. От него даже праха не осталось.

— Я смогла возродить Нонкураре, который застал самое начало эпохи рабства. Думаешь, что я не смогу помочь ребёнку, который умер всего три сотни лет назад?

— Не сможешь.

— Посмотрим.

Диалог закончился также внезапно, как и начался. Левый глаз вновь пожелтел. Девушка коснулась руки пациентки и попыталась нащупать пульс. Не вышло. Сердцебиение прекратилось за то время, что она общалась сама с собой. Очередной провал. Очередная смерть.

— Двадцать три: пятьдесят две. Фиксирую биологическую смерть. Начинаю вскрытие.

Она поднялась, потянулась, похрустела спиной. Наклонилась над трупом и вспорола живот от пупка до горла.

— Ясно. Почки не смогли усвоить реагенты и химические вещества. Они отказали. Начался некроз тканей печени. Чумная палочка не успела распространиться по телу. Её размножения не случилось. Девочка умерла слишком рано.

Девушка вздохнула, поправила волосы, которые лезли ей в рот. Она ловко зашила все разрезы и взвалила её к себе на плечо. В несколько шагов она дошла до ванночки из алхимического материала и положила девочку внутрь. Там плескалась мутная, темно-жёлтая жидкость, кислота.

Едва труп коснулся поверхности, химическая реакция не заставила себя ждать. Тело растворилось в воде за несколько минут, не оставляя после себя ни следа.

— Цк... — она цокнула языком, отводя взгляд в сторону. — Бесит.

Спустя каких-то несколько часов она была уже в городе. Завтракала в тихом семейном трактире. Она приняла облик знакомой ей по старой памяти дворянки. Желтые волосы, заплетенные в толстую косу. Белое кожаное пальто с золотыми застежками. Аккуратная шляпка-лодочка с торчащим пером.

Нарушая тишину мирного места, внутрь ворвалась зарёванная молодая женщина. Лет тридцати, не больше. Позади неё плелся не менее расстроенный мужчина, держа в руке рамку с портретом. Ведьма дернула бровями. Она узнала ребёнка. Те характерные веснушки и металлические брекеты. Такое не спутаешь.

— Господа и леди. Прошу, помогите нам. Мы с мужем потеряли дочь во время нечистой ночи. Если вы видели её или знаете, где её можно искать, то сообщите, не молчите!

Мужчина прошёл меж рядами столиков, показывая всем фотографию девочки. Когда же он остановился рядом с ведьмой, та помотала головой.

Уставшая, убитая морально мать рухнула на колени под косые взгляды постояльцев. Никто не решался с ней заговорить. Она была не в себе. Лишь старик, сидящий в углу, ответил ей.

— Значит нет её больше... Пропавшие в нечистую ночь никогда не возвращаются домой.

Мама девочки не смогла сдержать эмоции. Она разревелась прямо на полу. Её муж подошёл к ней и приобнял, пытаясь успокоить. Но, по нему было видно, что он и сам едва держится.

Посетители были растроганы, но не хотели связываться. Не желали давать ложные надежды. Им было страшно за своих детей также сильно, как и тем двоим. И тем более удивительно то, что ведьма, Роза фон Мюнхаузен, ничего не чувствовала. Она пережила всё то же самое, но по отношению к младшему брату. Девушка допила горячий чай, оплатила счёт и вышла на улицу. Её здесь больше ничего не держало.

«Продолжишь убивать даже после увиденного?» — раздался голос в голове.

«Да. Пока не спасу брата.» — решительно отрезала ведьма.

«Дендра»

В таверне воцарилась тишина. Мерзкое чувство съедало их изнутри. Люди скалились, злились, сжимали кулаки.

— И что с ней в итоге стало, с ведьмой этой? — спросил трактирщик, прерывая молчание.

— Погибла. Была убита, — ответил молодой маг.

— Слава Близнецам, — он облегчённо выдохнул.

— Толку от её смерти, если детям уже не помочь? Столько загубленных жизней, и ради чего? Ради воскрешения младшего брата? — произнес ещё один внимательный слушатель.

— Она считала, — взяла слово Урсула, — что цель оправдывает средства.

— В любом случае, а кто же все-таки смог убить столь сильную и опытную волшебницу? Неужто монстр какой? — спросил мужчина с татуировкой.

— Нет, это был юноша, который за несколько часов лишился всего. Мой добрый друг и ученик.

— А имя у него есть? — трактирщик пытался докопаться до сути.

— Имя есть, естественно. Правда в убийстве этой ведьмы, по официальной версии, он не принимал никакого участия.

— Насколько я помню, — произнёс молодой маг, — её убийцей называли Сильвана Майера, мага восьмой ступени.

— Верно говоришь. Сильван Майер действительно связан с этой историей. Но убил её не он.

— Неужели Фридрих де Борн?

— Оставлю этот вопрос вам на размышления. Я дала достаточно подсказок. Лучше вы мне расскажите что-нибудь. Что-то такое, чего я ещё не слышала, — она сложила ногу на ногу и допила пиво. Трактирщик вовремя налил ей добавки, за что удостоился милой улыбки Урсулы.

— Кстати, я тут вот что вспомнил, — взял слово мужчина с татуировкой.

Урсула перевела на него взгляд и откинулась на спинку стула. Она перевернула страницу блокнота и сделала новую запись.

— М?

— Мне как-то довелось работать в конструкторском бюро Королевства.

— Ты говоришь о том бюро, которое разработало и произвело воздушные корабли? — уточнил маг.

— Да, именно. Но история касается не кораблей. По крайней мере не воздушных. Все же знают о «Дендре»?

— Я кое-что слышал о ней, — ответил трактирщик. — Это флагманский корабль, построенный специально для поиска и исследования новых земель.

— Да, верно. У него довольно печальная история, которая привела к тому, что происходит в мире сейчас. Вся ныне идущая война - результат, к которому привело строительство Дендры.

В баре вновь воцарила гнетущая атмосфера. Каждый из присутствующих потерял близких на этой войне. Даже Урсула. На её учеников началась самая настоящая охота, прямо как во времена, когда Черная Рука считалась главной угрозой.

— Ну что? Расскажешь нам о «Дендре»? — спросил трактирщик.

— Да, расскажу.

— О, — девушка хлопнула в ладоши, — сейчас запишу!

Урсула открыла чистую страницу и взяла в руки перо.

— Началось все довольно давно...

Королевство Грейкасл

Торговая столица - город Требет.

14 июня 1489 года

Верфи и сухие доки Требета вмещали сотни кораблей. От самых древних каракк до современных трехпалубных фрегатов и галеонов. Голубиная почта доставляла множество писем по всему порту.

Шум тяжёлых кранов заглушал крики бригадиров и кораблестроителей. Крепкие мужчины в рабочих робах ловко управлялись с килем корабля, изгибая его в нескольких местах. Чуть поодаль кузнецы ковали гвозди и заклёпки в близком к промышленному масштабе. Боевые офицеры действующего флота внимательно наблюдали за строительством фрегата.

И среди всего разнообразия народа, здесь особенно выделялся учёный муж. На вид лет шестидесяти, в белом лабораторном халате, носит толстые очки. Он работал в одном из кабинетов, корпел над чертежами. Его длинная борода лежала на столе. Голова почти полностью облысела. От бровей также мало что осталось. Желтые глаза искателя знаний взирали на схемы, лежащие на столе. Поодаль от него стоял опытный корабел, прикидывающий на доске масштабы и размеры. На его голове зияла проплешина. Яркие чёрные усы, аккуратно постриженные, каждый раз дёргались, когда он хмыкал. Крепкие руки касались доски так нежно, будто он трогал девушку. Голубые глаза прожигали её насквозь. Он всматривался и цокал языком. Белая майка пропиталась потом и машинным маслом, ватные широкие штаны издавали неприятный шелест при каждом шаге.

— И все-таки, мы не осилим план. Наши верфи смогут построить ещё с десяток «Дендр» только через полтора года. В годовой отрезок не укладываемся, — высказал мнение корабел.

— Мне тоже так кажется, — согласился учёный. Он вытащил из кармана трубку, забил табак внутрь, поджёг его и закурил.

— Прошу прощения, — в кабинет вошёл юнец, лет четырнадцати на вид. В руках он держал тубус, набитый чертежами и схемами. — Профессор Кирк, это вам передаёт отдел исследований.

— Положи на стол у двери и подойди сюда, — не отводя взгляда от чертежей, произнёс учёный. Каштановые волосы и голубые глаза мальчика приковывали взгляд. В них читался редкий для детей его возраста интеллект.

Юноша послушно исполнил приказ и подошёл к нему. Тот сунул карандаш ему в руку и указал пальцем на схему рулевого механизма.

— Ганс, ничего не смущает?

Мальчик пригляделся, но ничего необычного не заметил.

— Вроде бы нет... — его взгляд зацепился за крепления руля на мостике. — Стоп...

— Во-о-о-от. Тут и оно, — старик подошёл к свободной доске и набросал примерное строение креплений: Т-образные металлические пластины, вбивающиеся в щели между досками с той и с другой стороны. На вертикальном основании располагается отверстие, в которое вкручиваются болты.

— Ошибочка, — лукаво произнёс корабел, отвлекшись от своих расчётов, — такие крепления сорвет при первом же шторме.

— Может быть, тогда использовать заклёпки? — обратился к нему юнец.

— Заклёпки на дереве сорвет ещё быстрее. Желательно их использовать только для скрепления мягкого металла, и то, путем раскаления докрасна, — сухо ответил корабел. По его тону отчётливо понятно, что он не желает разжевывать подмастерью всю теорию.

— П-понятно... — малец робко опустил взгляд в пол, чувствуя себя глупо.

— Подобный вопрос я слышал и от тебя, Юстас. Только это было не когда ты был ребёнком, а когда ты уже лет пятнадцать проработал в судостроительстве, — грубо отметил старик, начертив на доске уже порядка семнадцати разных видов креплений.

Корабел закатил глаза, угрюмо взглянул на деда и тяжело вздохнул. Он вернулся к расчётам. Юноша же подошёл ближе к профессору и наклонился.

— Мне выбрать верный вариант креплений? — спросил Ганс.

— Да. Ты должен был проходить такие вещи в Школе Герцогских Конструкторов.

— Хм... — он задумался, раскрыл более подробный чертёж рулевого механизма и пригляделся. — Кажется, что схема Гийома Савойского подойдёт лучше всего.

— Верно. Ответишь почему? — он искоса взглянул на ученика и приподнял брови.

— Ребристая М-образная поверхность креплений имеет два вентиля на обоих краях. Достаточно закрепить пазы между досок, вставить руль и закрутить вентили. Такой даже восьмибалльный шторм не сорвёт, — уверенно ответил юноша.

— Да. Ты многое знаешь, но тебе не хватает внимательности.

Мальчик вдруг приоткрыл рот. Глаза широко открылись. Он стукнул кулаком по ладони, видно что-то вспомнил.

— Точно... Чуть не забыл. Появились новости о «Дендре», — произнёс он.

— Мы знаем, что нам нужно построить ещё десять судов. Королевский двор мне ясно все объяснил, — недовольно пробубнил корабел.

— Нет, я имею в виду не класс кораблей, а «Дендру», корабль, отправленный за море.

Брови учёного поднялись. Корабел сел в кресло, чуть не падая. Они удивлённо переглянулись и почти одновременно выпалили.

— Ну-ка. Рассказывай.

— Королевская шпионская сеть нашла обломки корабля, который очень похож на «Дендру», на побережье. Его величество приказывает вам, как главному конструктору и главному корабелу «Дендры», отправиться к кораблю незамедлительно.

— Нужно проверить, «Дендра» это или нет? — догадался корабел.

— Да. Всё верно.

— Тогда, собираемся. Ты с нами. Бери ещё пару мужиков из стражи и поедем, — не принимая возражений, произнёс старик.

За пару часов они прибыли на место, которое указал им юноша. Огромная бухта, никем не заселенная, могла вместить больше сотни кораблей. Крутые обрывистые берега и высокие пески огораживали её от остального материка. Море кристально чистое. Это и позволило быстро обнаружить корабль. Опытный глаз старика быстро приметил очертания затопленного судна.

— Он там, — холодно произнёс Кирк. — Мужики, организуйте нам спуск.

Стражники, держащие в руках алебарды, молча кивнули начальнику. Они вытащили из повозки длинный трос, обвитый металлической леской. Ловко привязали его к повозке, дернули проверяя прочность и остальную его часть скинули с обрыва.

— Быстро вы, — робко произнёс подмастерье корабела.

— Мы служим в горном полку, молодой господин. Оттуда и наши навыки.

— Что-то я не видал гор вокруг Требета, — скептически отметил профессор Кирк.

— А я «Дендру» под водой, но и то и другое существует, — ответил стражник.

— Резонно, — усмехнулся корабел.

Один из стражей схватился за свисающий с обрыва трос и аккуратно съехал вниз. Протоптал песок, ухмыльнулся. Он крикнул команде.

— Спускайтесь, тут вроде безопасно.

Остальные со скепсисом отнеслись к столь небезопасносу спуску. Однако, другого пути не было. Бухта окружена высокими известняковыми скалами. Внизу же лежали песочные барханы, точь-в-точь как в пустынях. Через каких-то тридцать метров бились о берег морские волны.

— Чёрт с вами, — устало протянул старик и спустился следом. За ним последовал юнец, корабел и оставшийся стражник.

— Пацан, — обратился корабел, — магией владеешь?

— Да, но самую малость, — робко ответил подмастерье.

— Тогда прикроешь нас с Кирком. Мы удалим всю воду из корабля и вокруг него.

— М-мы будем д-драться? — спросил пугливый парень. Старик по-отечески потрепал его волосы морщинистой рукой.

— Да не боись ты. Сдюжим. Я в твои годы резал имперских солдат как псов, значит и ты справишься с парочкой тупых как пробка монстров, — старик попытался успокоить ученика и похлопал его по спине.

— Тут могут водиться разве что утопленники, гарпии и гигантские чайки, — дополнил корабел, шмыгая носом.

— Гигантские чайки? — удивлённо переспросил юноша.

— Да. Гигантские чайки. Крайне прожорливые ублюдки, которые даже водных ведьм сожрать могут, — ответил стражник постарше и тихо выругался в сторону.

Напуганный Ганс вцепился обеими руками в халат профессора. Он боялся отстать от них. Вспомнив о палочке, он вытащил её из кармана и прижал к груди. Его взгляд бегал по всем сторонам света в поисках опасности. Шумный морской бриз отвечал ему, бросая соль в лицо.

Преодолев несколько барханов на пути к берегу, профессор и корабел достали собственные палочки. Они синхронно вскинули их и вода поддалась воле магов. Море отступило от берега на пятьдесят с лишним метров. Обитателям морского дна не понравилось. Несколько гарпий вынырнули со дна и взлетели в воздух.

Едва уняв дрожь в теле, Ганс вскинул палочку. Он оскалился, чувствуя обуревающие его душу страх и злобу. Эти чувства стали магией. Несколько быстрых вспышек ослепили команду. Фиолетовая молния пробила крыло одной гарпии насквозь. Она упала, яростно крича, но по итогу разбилась о коралловое дно. Её живот насквозь пробил острый коралл, который мгновенно пророс из её тела. Он дал новые ветви, насытившись кровью.

Ещё две гарпии были убиты огненными шарами. Юноша мастерски орудовал палочкой, несмотря на юный возраст. Кирк усмехнулся, корабел насупился. Они не ожидали столь быстрой расправы и закончили заниматься водой. Прозрачный барьер оградил воду от судна. Удивлённым взорам команды предстал трехмачтовый фрегат, на половину состоящий из металлических пластин. Твёрдая древесина лежала в его основе, а металл сплошной чешуёй защищал борта. В разодранных парусах копошились моллюски. Само судно лежало насаженное на гигантский красный коралл.

Профессор заинтересовался. Аккуратно спустился к кораблю и пощупал основание коралла. Тот отдавал магией и кровью. Кирк нахмурился.

— Что-то тут не так... — выдал корабел, подойдя к борту. Он ощупывал металлические пластины. Они как две капли воды походили на те, что производили кузницы при верфях Требета. Однако, от них фонило мерзкой маной.

Остальная команда подошла к борту и осматрела окрестности. Обломков почти не было. Корабль был цел, будто бы его специально затопили. Лишь зияющая в киле дыра говорила о чем-то конкретном. В общем, не считая парусов, он был как новый.

Профессор провел ману в руку и коснулся одной из металлических пластин. Он пробубнил себе под нос магические слова и потайная дверь раскрылась. Внутри воняло сыростью и подгнившими досками. Петли на дверях, разделяющих отсеки, были сорваны. Вместо обеспечения живучести судна, матросы выбрали мобильность личного состава. Они сняли двери и оставили арочные проходы. Команда вошла внутрь. Темно. Ганс зажёг на кончике палочки огонёк, который немного осветил помещение.

— Судя по планировке, это пороховой погреб... — осматривая бочки, стоящие в углу, произнёс корабел.

— Ага... — кратко ответил ему Кирк. — Нам нужно найти три магических печати, которые я оставил на всех трех палубах фрегата. Они должны составить фразу руническими символами. Так мы и узнаем принадлежность корабля.

— И где вы оставляли эти печати? — спросил один из стражников.

— Одна в секции В19, среди камней.

— Балласт? Серьёзно? — удивлённо спросил корабел. — Ты похоронил одну из печатей под метровым слоем булыжника?

— Изначально не планировалось, что мы потеряем связь с «Дендрой», поэтому я ставил печати кое-как. Так что не грызи мне нервы.

— А другие две печати? — напомнил юноша.

— Вторая в камбузе, на второй палубе, где мы сейчас и стоим. И третья под рындой, на верхней палубе.

Вдруг, из-за угла раздался шорох. Перепуганный Ганс хотел было ударить магией, но его остановил корабел.

— Прекрати трусить. Это скорее всего водоросли. Наверняка теряют влагу и от того издают такие звуки.

Мальчик тяжело вздохнул. Ему было сложно находиться в замкнутых пространствах. Особенно там, где могли водиться монстры. Он сглотнул накопившуюся слюну.

— Идём. Нечего тянуть кота за хвост, — сказал корабел. Он ступил в мрачный коридор, откуда и донесся звук.

Едва выйдя за поворот, он исчез во тьме. Стражники переглянулись и последовали за ним. Они вскинули алебарды на всякий случай, но не думали, что на корабле может кто-то быть.

Гигантский фрегат стоял тихо. Казалось, даже морской бриз затих. Буйные воды западного моря успокоились. Корабль тихонько поскрипывал. По его помещениям пробежал свежий ветерок.

— Эй, Юстас? Ты чего замолчал? — старик кликнул корабела и прикоснулся рукой к стене. Он аккуратно выглянул из-за угла, посмотрел в темное помещение, рука расслабилась.

— Там порядок, — ответил ему корабел, выводя из темноты двух стражников. — Кажется, эта комната — склад для провизии.

— Насколько я помню, склад провизии на «Дендре» располагался в другом конце средней палубы.

— Нет, вы точно устанавливали его в этой комнате, — ответил стражник.

В нос вдруг ударил запах шафрана и лимона. Терпкая сирень его дополнила, но уже многим позже.

— Забавно, кто-то из нас настолько богат, что использует духи? — спросил корабел. Его взгляд скользнул вдоль присутствующих: Кирка, Ганса, двух стражников и парня, который стоит в углу. — А, о чем это я. Наверное это твои духи так пахнут, запах более чем хорош, — продолжил он, обратившись к последнему. Он махнул рукой на дальнейшие разговоры ни о чем и побрел в другой проход, ведя за собой группу.

— Палочки слабо освещают это место, — отметил профессор, — поэтому лучше взяться за руки, чтобы не потеряться.

Остальные кивнули. Они схватились за руки и пошли вперёд растянутой линией в порядке: стражник, корабел Юстас, подмастерье Ганс, профессор Кирк, парень в чёрном, второй стражник.

— Подожди-ка... — Ганс нахмурился. — А нас сколько вообще? Мы же впятером пришли, разве нет?

— Глупости. Нас шестеро было и шестеро сейчас, — отмахнувшись, ответил корабел. Замыкающий стражник молча кивнул.

— Он прав, господин Ганс, не трусьте вы так, — дополнил возглавляющий колонну воин.

— Да нет же. Нас было пятеро: Я, профессор, корабел, стражник и парень в чёрном.

— Так... — солдат остановил колонну и попытался рассмотреть юнца во тьме. — Ты намекаешь на то, что у нас тут завелся шпион или какая-то нечисть? Причём не просто завёлся, а вовсе дурит нас и водит за нос?

— Не знаю, это лишь предчувствие... — юноша поёжился, вжался в стену и крепче сжал держащие его руки.

— Ты, верно, обманываешься. У страха глаза велики, — ответил парень в чёрном.

— Может, ты и прав...

— Да конечно же прав, — воскликнул профессор, — вы же с ним прошли через огонь, воду и медные трубы. Он тебя ни разу не бросил и всегда оказывался прав, когда ты боялся. Одна только история о молоке на штанах чего стоит.

— Профессор! — возмутился Ганс. Он оскалился и недовольно фыркнул.

— Да ладно тебе, — предпоследний в колонне похлопал его по плечу. — Верь мне, все будет хорошо. Лучше пойдём дальше, а то так до утра провозимся.

— Верно говоришь, — сказал корабел, в кои-то веки улыбнувшись. Пусть улыбку никто не увидел, но тон говорил за нее.

Колонна продолжила путь через узкие коридоры корабля. Она петляла по ним так долго, что глаза привыкли к постоянной тьме. Передвигаясь наощупь, стражник нащупал проход в новую комнату.

— Судя по ширине помещения и его расположению, мы должны быть в камбузе, — сказал корабел, узнавший материал столов и стульев.

— Значит, печать должна быть под одним из них, — ответил профессор, касаясь каждого. Какое-то время он бродил между ними, пока не наткнулся на едва заметную во тьме нить маны. Она из рунической печати. Пройдя вдоль неё, Кирк нашёл искомое и влил ману. Печать загорелась, рунический символ тоже.

— Вот оно! — потирая ручки, сказал корабел. — И что там написано? Какая руна?

— Та же, какую оставлял и я. Идём дальше, на нижнюю палубу. Там придётся поработать, прежде чем отыскать её.

— Точно, камни... — проворчал юноша, закатив глаза.

Группа встала в колонну, но уже в ином порядке: корабел Юстас, парень в чёрном, профессор Кирк, подмастерье Ганс. Они вернулись к тупиковому проходу, в котором чуть не затерялись.

— Ты говорил, что тут тупик? — спросил парень в чёрном, дернув корабела за рукав.

— Должен был быть тупик. Но, видимо, мы не заметили лестницу.

— Кто «мы»? Ты один туда заходил, — угрюмо фыркнув, спросил Кирк.

— «Мы» — это я и он, — корабел кивнул в сторону парня в черном.

— Нет, с тобой заходили двое. Я это точно помню.

— Вы не правы, — ответил профессору Ганс. — всего заходили двое: корабел Юстас и он.

— Странно, кажется память начинает меня подводить... — угрюмо сказал профессор, скрестил руки на груди и хмыкнул.

На сей раз первым во тьму нырнул профессор Кирк. Он быстро отыскал лестницу, ведущую на нижнюю палубу. Спустился вниз, ведя за собой двоих: парня в чёрном и Ганса.

— Так, кажется это здесь, — Кирк наощупь прошёл к секциям балласта и отыскал нужную. Он потянул рычаг и створки под секциями открылись. Балласт выпал из корабля.

Ганс потянул другой рычаг. Створки закрылись. Профессор спустился в секцию В19 и отыскал там следующую магическую печать.

— Ну как? Это она? — спросил парень в чёрном.

— Ага. Она самая, — старик уловил колебания маны от печати и проявил магией рунический знак. — Идём дальше. Осталась верхняя палуба.

Они направились наверх, также держась за руки. Прошли первую лестницу, затем другую. Вдруг, вдали показался пробивающийся сквозь доски свет. Ганс отпустил держащую его руку и вышел на верхнюю палубу. Свежий воздух ударил в грудь. Солнце ослепило. Он обернулся через плечо. Парень в чёрном исчез, профессора также не оказалось рядом. Юноша хмыкнул, но значения этому не предал.

— Странно, я же изначально пришёл один. Почему я чувствую, что что-то забыл? — он подошёл к рынде, корабельному колоколу и протёр слой ила под ним. Там оказалась искомая печать. Ганс влил в неё свою ману и та загорелась алым цветом, не так, как другие.

— Ганс, ну что там? — послышался голос снизу.

— Печать красная. Я не знаю, что это значит. Да и вообще, зачем она мне? — он скрестил руки на груди, нахмурился.

— Не помнишь? Значит не так уж и важно. Спускайся давай. Я тебя жду.

Едва он услышал ответ, как по коже пробежал холодок. Он продолжил говорить шёпотом, взглянул на лестницу вниз, вздрогнул.

— Ладно, иду.

Вдруг, он остановился как вкопанный. Тело не слушалось. Он не двигался. Голова закружилась. Ноги потяжелели.

— Ганс? Ну ты где? — вновь раздался голос парня в чёрном.

— Д-да... — страх пробрался в его душу. Своими мерзкими лапками он вцепился в грудь, будто прилип.

Едва уняв дрожь в теле, Ганс вытащил палочку из ножен и глубоко задумался.

«Я пришёл сюда вместе с ним. Но, я не знаю как он выглядит и даже не помню его имя. Как же его звали... Может быть, он какой-то эльф? Да вроде нет, силуэт человеческий. Правда, он сливается с местностью из-за наряда. Или то был не наряд?»

Пока он думал, ветер усиливался. Корабль качало туда-сюда. Ганс взглянул на стену маны, отделяющую воду от судна. В его голове проявились размытые образы.

— Точно... Я бы не смог использовать такую магию. Маны бы просто не хватило. У парня в чёрном тоже, отчего-то я в этом уверен... — он сконцентрировался на кружащих в голове мыслях и прикрыл глаза. С каждым новым вздохом пелена на воспоминаниях рассеивалась.

— Ганс! Помоги мне! Я внизу! — вновь привлёк внимание юноши парень в чёрном. Но тому было уже плевать. Он вспомнил.

— Со мной были профессор Кирк, корабел Юстас и двое стражников. Тебя с нами не было! Ты вышел из темноты вместе с корабелом!

—... — в ответ он услышал лишь молчание.

Он решил развеять ещё одну догадку, которая прокрутилась в его голове. Подойдя к красному кораллу, на который насажено судно, он приложил руку к нему. Немного подождав, он обнаружил ману прежних членов группы. Он пораженно раскрыл рот. Весь путь по кораблю они прошли вот так, рядом с монстром, который тихо убивал его товарищей. И даже сейчас это чудовище тихо стонет внизу, на средней палубе, пытаясь позвать во тьму Ганса.

— Стоп... Мы его увидели только внутри корабля, спустя несколько минут после того, как зашли на борт. И сейчас он больше не разговаривает со мной. Я едва слышу его постанывания. Причём я на открытом воздухе тоже немногим меньше пяти минут. Значит ли это, что что-то в самом корабле даёт жизнь монстру?

Он повалился на колени и разложил перед собой блокнот. Накидал несколько вариантов произошедшего и тезисы к ним. Подумал и пришёл к выводу.

— Тот странный запах лимона и шафрана... Это же буремист, цветок, из которого делают галлюциногенные вещества. При должной обработке может стать питательным элементом многих магических механизмов. Похоже, что мы надышались газом, потерялись во тьме, а хищный коралл добил отставших.

Стена маны, держащая воду неожиданно лопнула. Миллионы кубометров воды хлынули на корабль. Грозили смести его, переломать, превратить в щепки. Ганс нахмурился. Времени у него не осталось вообще. Нужно было бежать.

— Простите меня, профессор, мне нужно идти, — он сложил руки в молитве, пробубнил себе что-то под нос и взмахнул палочкой. Его подхватил поток ветра и поднял с палубы.

Ганс поднялся так высоко в небо, что корабль стал точкой. Через секунду бурные воды ударили в его борта. Юноша унял дрожь в руках и полетел в сторону Требета. Он надеялся больше никогда не испытывать подобное.

Аркния

— Погоди, значит, что Ганс надышался газом, увидел какую-то хрень и это стало байкой? — спросил трактирщик, вскидывая брови.

— Можно сказать и так. Однако, я бы не был так скептичен к этому рассказу. Ведь в нем есть несколько пятен, от которых тянется шлейф тайны, — ему ответил рассказчик, мужчина с татуировкой.

— Звучит интересно. У вас есть ещё что-то, о чем вы можете рассказать? — взяла слово Урсула. Она в предвкушении облизнулась, прислонила перо к губам и прищурилась.

— Есть кое-что... Но я бы послушал ещё несколько твоих историй.

Остальные завсегдатаи таверны согласно покивали. Общество требовало хлеба и зрелищ. На столах расположились десятки разных блюд закусок. Люди хрустели гренками и пшеничными сухарями, запивали их пивом и ржаной водкой. По усам и щекам стекал мёд. Вечер рассказов заменил им привычный досуг в лице борделей и пьяных драк. Они хотели услышать больше.

— Ну, знаю я одного человека с интересной судьбой, — начала Урсула. — Его зовут Артур Форестер. Он — выходец из Аркнийцев, коренного народа другого континента.

— Кажется, нам и без того хватает новостей и историй о войне между Аркнийцами и Дендрийцами, — скептично произнёс трактирщик.

— Не, пусть рассказывает. Я слышал об этом Артуре, — ответил тому маг, который бурно отреагировал на историю о Ведьме Севера.

— И что это за человек такой? Артур Форестер, — допытывал его трактирщик.

— Если кратко, он пришёл сюда в составе войск Аркнийцев, лет десять назад. Несколько лет воевал против нас, а потом был побеждён нашими ребятами, — ответил маг и недовольно фыркнув.

— Нашими ребятами? Это кем же? — уточнил мужчина с татуировкой.

— Шесть Путей — организация, основанная выжившими студентами магической академии. Ее боевое крыло сражалось ещё с Чёрной Рукой, а после её гибели встало на защиту континента от Аркнийцев. Их же руками был на голову разгромлен первый контингент, отправленный на Дендралис. Как раз в этой группе состоял и Артур.

— Кстати, а почему именно Шесть Путей? Что это название вообще означает? — обратился к Урсуле мужчина с тату.

— Шесть Путей Магии — это полное название. В эти пути входят: атакующая магия, защитная магия, магия поддержки, алхимия, артефакторика и магическое фехтование. Соответственно, организация поделена на пути, во главе которого стоит конкретный человек.

— Да, слышал. Атакующая — Артур Форестер. Защитная — Циррус фон Эбмонд. Поддержка — Елизавета де Сантис. Алхимия — Августина Майер. Артефакторика — Сильван Майер. Магическое фехтование — Фридрих де Борн, — маг дополнил ответ Урсулы и вытащил из кармана папиросу. Он прижал её к губам и закурил. Кинул взгляд на свой браслет, который переливался всеми цветами радуги. Усмехнулся.

— Верно. Но, что-то мы отошли от темы, — девушка улыбнулась и перелистнула несколько страниц. — Алекс Форестер, верно? Что ж, начнём.

Континент Аркния

Столичный город Аркурия

Военный лагерь армии Аркнийцев

17 сентября 1486 года

Множество воинов Аркнийской земли усиленно тренировались. Они наносили друг другу десятки ударов мечами, атаковали магией, задействовали средства управления маной, вшитые в их тела. Молодые юноши, оголенные по пояс, ломали друг другу кости ударами в самые уязвимые точки. За несколько минут интенсивного боя, больше половины отделения слегло, не в силах продолжать бой. Среди победителей в дуэли был и молодой маг — Артур Форестер. Он крепко сжимал кулаки. Те переливались жёлтыми руническими символами, то раскаляясь добела, то остывая.

— Кадет Форестер! — крикнул сержант, грузный мужчина за сорок. Он держал в зубах толстую сигару, которая неумолимо тлела. — Прикончи слабака!

Форестер взглянул на лежащего под ногами бойца. Его покрытая потом грудь вздымалась при каждом вздохе. Из глаза шла кровь, несколько костей торчали из тела. Каналы маны разорваны. Он лежал молча, не подавал признаков жизни.

— Я не стану отнимать его жизнь, — строго отрезал Артур.

Он пропустил боковой удар в висок. Припал к земле. На руках сержанта показались рунические символы жёлтого цвета. Они неистово полыхали, переливаясь оттенками красного.

— Ты солдат! Ты будешь мне подчиняться! — мужчина склонился над упавшим на задницу Артуром и ударил его в грудь ногой. Тяжёлые шипастые сапоги порвали кожу и добрались до рёбер. Кровь полилась по телу парня. Тот сжал зубы, стараясь не вскрикнуть от боли. — Если отец не научил тебя послушанию, то это сделаю я.

Сержант надавил ногой сильнее, одно из рёбер треснуло. Капилляры в глазах Артура полопались. Тело перенапряглось. Адреналин поступил в кровь. Руки загорелись жёлтыми символами. Он схватился за ногу командира и приподнял её. Алые глаза взирали снизу вверх на сержанта. Неприкрытая ярость захватила разум Артура. Он рывком скинул с себя ногу мужчины и поднялся на ноги. Окружающие его кадеты и другие сержанты с интересом переглядывались. Столь явное неподчинение приказам они видели впервые. Им стало интересно, чем это закончится. Признает ли сержант волю к борьбе Артура. А может и просто убьёт, как очередного выскочку.

— Вот значит как. Ты ставишь под сомнение мой авторитет и боевые способности как командира и солдата? — оскалившись подобно дикому зверю, сержант покрылся руническими символами чуть меньше, чем полностью.

— С какой радости я должен убивать товарища, с которым мы ели из одной тарелки десяток лет? — рявкнул Артур, прижав ладонь к израненной груди.

Окружающие их кадеты неосознанно встали в круг. Они ограничили область сражения до минимальных трех метров в диаметре. Офицеры же, вытащив мечи из ножен, рявкнули в один голос.

— Кадеты! А ну быстро разошлись по местам!

Юноши, которым едва перевалило за шестнадцать, жили друг с другом годами. Аркнийская империя набирала детей в солдаты. По двадцать человек с деревни шли в армию, служили пятнадцать лет, а затем возвращались домой. Практически всеобщая воинская повинность была узаконена в пределах империи. И любое нарушение палочной дисциплины, созданной железом и кровью, каралось смертью.

Бойцы знали об этом. Они сурово смотрели на офицеров и командиров, лейтенантов и капитанов, сержантов и старшин. Кулаки сжались у всех. Они могли поднять бунт, но знали, что сил не хватит. Пришлось стерпеть.

— Так точно! — выкрикнул один из бойцов, который вышел из столпотворения первым.

Его провожали недовольные взгляды товарищей. Однако ему было что терять. Он не стал рисковать семьёй ради собственного эгоизма. Первый шаг был совершён им.

Он подошёл к офицеру. Едва переступив линию его ног, голова слетела с плеч. Лейтенант молниеносно срубил голову кадета. Кровь окропила плац.

— Кадеты! — обратился самый старший из присутствующих, атлетически сложенный старик. На его оголленном плече виднелась кроваво-красная майорская звезда. — Каждый второй из отделения лишается головы! Каждый третий получает двадцать ударов розгами! Каждый четвёртый отправляется в исправительную колонию!

Артур разозлился. Рунические символы расползлись по рукам до самых плеч. Каштановые волосы воспарили в воздухе. Голубые глаза, окрашенные кровью, взирали на офицера, который без зазрения совести убил подчинённого.

Сержант отреагировал вовремя. Он остановил наскок парня мощным ударом ноги по рёбрам. Артур отлетел в толпу других кадетов. Те попридержали его. Откуда-то сзади послышались слова поддержки.

— Эй, урод! — вперёд выскочил ещё один кадет. — Ты за это ответишь!

Новый удар не заставил себя ждать. Сержант с силой ударил выскочку в шею, но тот отразил атаку. Он сходу контратаковал, притянув сержанта к себе. Колено парня угодило ему поддых. Затем несколько прямых ударов ведущей рукой выбили из него сознание.

Юноши заразились воинственным настроем товарища, который вмиг лишился брата. Они практически синхронно активировали ауру. Желтые рунические символы покрыли их тела. Энергия мира струилась внутри вен и артерий.

Артур, как зачинщик беспорядков, вышел вперёд. Он встал вровень с победителем и кинул злобный взгляд на лейтенанта. Тот спокойно смотрел на истекающий кровью труп. Ему было плевать. Он лишь недовольно фыркнул и отвёл взгляд в сторону.

В Артура полетел каменный диск, который использовался как тренировочный снаряд. Юноша одним ударом раздробил его в песок и рывками добрался до офицера. Тот встретил его серией ударов по корпусу. Форестер устоял на ногах. Он с силой сжал кулаки и атаковал в ответ.

Лишь один удар рукой выбил челюсть лейтенанта, а второй, нанесённый в грудь, выбил из офицера дух. Он удержался на ногах и ответил зазнавшемуся солдату крепким ударом по ребрам. Артур согнулся.

— Ты попытался прыгнуть выше головы, сукин сын, — сплевывая кровь в сторону, произнёс офицер. — Выпускайте Арка.

— Арк? Серьёзно что ли? — послышались голоса со стороны. Другие кадеты начали перешептываться. Они понимали, что, а вернее кто предстанет перед ними. И понимание происходящего не вело к смирению.

Чуть поодаль, все ещё верные офицеру подчинённые вытащили три ключа из карманов. Они подбежали к крепостной стене, которая окружала поле. Красный кирпич будто гипнотизировал обитателей цитадели. Один из них провел по стене ладонью. Кладка поддалась давлению. Камень, подобно живому существу, разошёлся по сторонам.

Внутри стены была скрыта клетка с широкими, толстыми прутьями. Троица переглянулась между собой. Затем кинула взгляд на лейтенанта. Тот решительно кивнул им, пока Артур держался за проломленный бок.

Во тьме клетки скрывался монстр, от которого разило опасностью. Максимально милитаризированное общество Аркнийцев, с самых ранних лет приученное убивать. Только у таких людей хватило бы сил и мужества подчинить Арка — зверя, который олицетворял их. Из глухой тьмы раздался рык, а затем и хруст костей. Широкие лапы вышли на свет. Пушистый бурый мех исщепрен ранами и затянувшимися шрамами.

— Да... Он сейчас как раз голоден... — удовлетворенно кивнул лейтенант и отошёл в сторону от Артура.

Ответственные вставили ключи в замочные скважины клетки и синхронно провернули их трижды. Дверца клетки отворилась, солдаты покинули опасную зону так спешно, как могли.

Оскалившаяся морда выглянула из клетки. Затем показалась широкая грудь, мощные лапы вывели остальное тело на свет. По всему телу чудовища раскинулись магические кристаллы фиолетового цвета.

Артур едва смог поднять взгляд на Арка. Это был бурый громовой медведь. Более того, он был ветераном многих битв и являлся инструктором при сдаче на ранг.

— Солдат, который решил стать офицером, должен выжить в бою с Арком. Он — сокровище племени Баки. Моего племени, — лейтенант грозно взглянул на огромного медведя и прищурился. Зверь вновь зарычал, но более протяжно. Они сцепились взглядами. Никто из них не хотел показывать слабость.

Лейтенант задел Арка за живое, сложив руки за спиной. Он свободно переминался с ноги на ногу, расслабился. Солдаты понуро опустили взгляды. Им жутко, страшно. Они были в панике. Даже офицеры поёжились, увидев медведя.

Однако, среди всех присутствующих был ещё один человек, который не желал склонить голову перед ликом монстра. Артур Форестер выпрямился, несмотря на боль, сковавшую живот. Он скинул с себя всю одежду кроме кожаных сапогов и штанов. На груди парня красовался шрам, пересекающий тело по диагонали от плеча до пояса. Он оставлен когтями.

— Так ты тоже из племени Баки? — с интересом спросил лейтенант, разглядывая шрам.

— Нет, моё племя — Хуту, — Артур оскалился. — И мы славились своими охотничьими навыками задолго до того, как прибыли Великие.

— Бахвалься сколько влезет, — лейтенант махнул рукой, — Арк выдавит из тебя всё дерьмо.

Медведь истошно зарычал. Его рык походил на раскаты грома. Он оскалился в ответ, посмотрел в глаза храбрецу из числа кадетов. Артур бесстрашно смотрел прямо в глаза, будто специально выбешивая монстра.

— Сила моего рода - моя сила. Мои предки смотрят на меня и ждут меня там, куда уходят воины. На последнее поле брани. Я оправдаю их одежды, — заранее смирившись со скорой смертью, Артур вздохнул и выставил ведущую руку вперёд.

Медведя, однако, не смутили слова юнца. Он понёсся на него с такой скоростью, что миновал с десяток метров за пару секунд. Гигантская гора мяса врезалась в атлетически сложенное тело Артура. Тот устоял на ногах. Он схватил пасть медведя обеими руками и с силой сдавил их. Лицевые кости хрустнули. Нос зверя был сломан мгновенно, с верхней челюсти попадали зубы.

Животное отшатнулось. Он попятился назад, пока Артур наносил мощные удары. Один снизу, другой сбоку. Передняя часть тела врага подлетела в воздух, а затем была откинута в сторону. Медведь повалился на бок, упал наземь. Артур подскочил к нему и встал в защитную стойку. Вместо того, чтобы добить противника, он ждал когда тот встанет.

— Какого хера ты стоишь?! А ну дерись! — прикрикнул один из младших офицеров, за что моментально поплатился зубами. Владелец медведя хмуро посмотрел в глаза Артура, надеясь там что-то увидеть.

— Неужели ты не видишь? Он выказывает уважение к врагу. Несмотря на то, что тот медведь.

— Хатьфу! Чёртовы варвары... — недовольно сказал младший лейтенант, казалось не замечая травмы.

— Все мы варвары. Если бы не Великие, мы бы до сих пор охотились на мамонтов. Но благодаря их трудам, мы построили города, цивилизацию, сильную армию. И даже сейчас мы недалеко ушли от племен. Многие, в первую очередь, представляются именем своего племени. В качестве дани уважения предкам или желая причислить себя к какому-то обществу — не знаю.

— Так и Артур, — взял слово подоспевший сержант, с которым Артур совсем недавно дрался, — он сражается согласно традициям своего племени. Он даёт противнику шанс умереть достойно, не как трусу, но как воину.

— Ты тоже думаешь, что медведь племени Баки не устоит? — обратился к сержанту лейтенант. Он приподнял правую бровь, искренне интересуясь.

— Как знать. Лучше посмотрим сами.

Артур и медведь обменивались тяжёлыми словно скалы ударами. Поломанные кости, рваные раны, вырванные с корнем мышцы и свисающие с ран органы. Лужи крови образовались под каждым из них. Медведь выдохся, пока Артур методично избивал его голыми руками. Рунические символы горели ярким золотым на руках парня. Крепкое тело парня выдерживало атаки косолапого, даже несмотря на то, что тот покрыт электричеством с ног до головы.

Драка близилась к развязке. Рельефный торс юноши напрягся до предела. Он скрестил руки над головой, желая выдержать удар лапой сверху вниз. Гора рухнула на его плечи. Его ноги вошли в землю по колени под давлением медведя. Тот яростно рычал, выплевывал кровь изо рта. Сломанные ребра порвали его брюхо изнутри, они выступили наружу.

Артур оскалился. Жизнь проносилась перед глазами. Он испытал не злость, но азарт. Он поставил свою жизнь и хотел устоять каждой частичкой своей души. Он считал себя воином. А воин никогда не погибнет лёжа. Лапа медведя медленно приподнялась. Артур выбрался из образовавшейся ямы и рывком отбросил медведя от себя. Тот, заметно уставший, повалился на землю. Чудовище изнемогло.

Артур набросился на медведя сверху и сковал его лапы, придавив их коленями к земле. Его тяжелые кулаки раз за разом наносили удары по черепу медведя. Тот тщетно пытался укусить парня, но он каждый раз выбивал ему зубы. От них не осталось ничего, кроме одиноко свисающего клыка. Юноша вырвал его с корнем, ухватился за него и полоснул по горлу медведя.

Зверь отдал богу душу. Артур сыграл свою роль и сложил руки в почтительном знаке. Он закрыл глаза медведя и оставил себе его клык в качестве трофея.

— Вот и разрешилось... — удрученно сказал владелец медведя. Впрочем, он не казался расстроенным. Пускай зверя племени и убили, но бой был куда более честным, чем ожидалось. Зверь прожил хорошую жизнь с не менее прекрасным концом.

— Значит так, юнцы, — сказал сержант, обращаясь в толпу кадетов, — сегодня у вас выходной. Его завоевал для вас Артур! Будьте ему благодарны!

Немногие кадеты разразились радостными воплями. Атмосфера не позволяла, да и утраченного товарища это не вернёт. На языке чувствовался ком горечи. Привычный для кадетов, но не для офицеров, которые потеряли уже достаточно друзей. Они лишились эмоций и перестали привязываться. Тому же следовало научиться кадетам.

Континент Дендралис

Предместья Бьекола, столицы Королевства Грейкасл

16 февраля 1499 года

— Так значит Аркнийцы делились между собой по племенам? — уточнил трактирщик.

— Ага, — равнодушно ответила Урсула, допивая уже третью кружку пива.

— Ну и варвары. Не понимаю, как наши регулярные войска могли им проигрывать в первые годы войны? — продолжил трактирщик.

— Ну, пусть они и варвары, но сражаться умеют. Они за пару лет разгромили почти все государства континента и уничтожили многие организации магов, которые состояли в коалиции с Шестью Путями. Лишь Фридрих смог дать им отпор на первых порах, — вновь ответила Урсула, безразлично посмеиваясь.

— Как же так вышло, что Артур предал свою родину и стал сражаться против своих? — задал вопрос маг.

— Боюсь, что это уже совсем другая история, которую когда-нибудь он расскажет сам. Я не всеведующая, — Урсула убрала блокнот с записями в подсумок. Она кинула ещё несколько монет на стол трактирщика и хотела уже выйти. Однако, ей помешали.

— Ну-ка стоять. Неужели ты думала, что мы слушали все твои рассказы просто так? — обратился к ней пузатый наёмник, доселе хранивший молчание.

— Ну да, а разве нет? Вам не понравились истории? — искренне спросила Урсула, состроив невинное лицо.

Мужчина закрыл своим телом вход в трактир и потянулся к груди девушки. Та улыбнулась. Другие мужчины в баре с вызовом смотрели на толстяка. Они тоже с самого начала разговора похотливо разглядывали девушку. Лишь маг в капюшоне не решался поддержать их. Тем лучше.

— Да уж... Вечно все этим заканчивается... — проговорила себе под нос Урсула. Она закрыла глаза, сконцентрировалась. На её оголенных бёдрах и руках проявились желтые рунические символы, совсем как те, что у Аркнийцев.

Едва парни поняли, с кем столкнулись, она молнией пробежалась по бару. Она на ходу разбивала им челюсти, дробила ребра и рвала внутренние органы обычными ударами маленьких кулачков. Нежные девичьи руки устроили кровавую баню, выжить в которой довелось лишь магу.

— И как быстро ты понял? — с той же безумной улыбкой спросила Урсула, обращаясь к магу.

Его окружали изуродованные трупы. У некоторых не доставало конечностей, какие-то лишились внутренних органов, третьи же вовсе лежали как мешок мяса с перебитым позвоночником.

— Ты вела себя вызывающе с самого начала, будто бы проверяла нас. Мне сразу показалось подозрительным твоё поведение. Более того, я слышал об одной эльфийской знающей, которая переметнулась на сторону Аркнийцев.

— Вот оно как... — она жадно облизнулась. — Только вот, ты допустил одну ошибку. Я не переметнулась, а изначально была на стороне Аркнийцев. Ты умный парень, вижу по глазам. Так что, будь добр, услужи мне по доброй воле.

Страх сковал тело мага. Он крепко сжал кружку, которая царапала руку. Нервно сглотнул слюну, уставился в одну точку.

— Что нужно сделать?

— Скоро сюда придёт Фридрих или Артур. Кто-то из них будет меня разыскивать. Скажи им, что я отправилась на север, в бывшее пристан ище Белой Ведьмы.

На прощание, девушка помахала рукой магу и захлопнула за собой дверь. Таверна погрузилась во мрак. Хаос утих. Лишь хладное дыхание мага шумом раздавалось в тёплых стенах.