День Гнева

Глава 1

День Гнева

Лес был рядом, рукой подать. Дивный, сказочный и немного игрушечный лес, начинался буквально в сотне метров от линии пехоты. Древние дубы с темно коричневой корой, рябина с узкими темно-зелеными листьями, кусты лещины.… Все это выглядело ужасно красиво и чуть странновато. Это был слишком хороший лес, слишком правильный, слишком красивый.

Тарион вздохнул, трубно высморкался на изумрудную траву, умело прижимая нос пальцем, и огляделся по сторонам. Сарнор, Талас, Тирон, Лимеррейн – вот кто стоял рядом с ним. Пехотинцы. Соль земли, основа армии. Оружие у всех было одинаковым - такое выдавалось всем пехотинцам-новобранцам. Простой прямой меч - железка без изысков, мешковатая тонкая кольчуга, способная лишь отвести удар ножа, да в придачу к этому всему круглый деревянный щит, годный только на то, чтобы швырнуть его в ноги противнику.

Тарион повернулся к лесу и кашлянул, прочищая горло. Заняться было нечем. Оставалось лишь ждать, беспомощно сжимая кулаки. И он ждал. Ну что такое, осталось тут всего ничего, один рывок и они на территории врага! Но команды все не было.

Битва тем временем шла своим чередом. Справа, за холмом, стоял многоголосый ор – фланг шел в атаку.

Тарион снова бросил взгляд на деревья. Они притягивали его своей странной красотой, было в них что-то необъяснимо таинственное, загадочное. Казалось лес, – это большой зверь, вольготно развалившийся в долине, разбросав в разные стороны зеленые мохнатые лапы. И от этого зверя исходила опасность. Она таилась в картинно красивых стволах деревьев, в нежно-изумрудных лужайках, в раскидистых гроздях еще не вызревших орехов лещины…

Тарион лязгнул мечом о ножны, сжал кулаки и смачно сплюнул в сторону леса. Ждать было просто невыносимо! У него уже начинало ломить виски, в ушах звенело, а изнутри поднималась странная волна протеста. Хотелось бежать вперед, разить мечом, атаковать - делать хоть что-нибудь, а не стоять подобно столбу. Тарион был готов уже наплевать на все приказы и рвануть вперед, на свой страх и риск, но тут далеко позади звонко запел рог.

-Атака! - Закричал во все горло Тарион и подпрыгнул от переполнявшей его энергии. - Атака!!!

Выхватив меч, он бросился вперед, полностью отдавшись волне гнева, окончательно захлестнувшей его при звуках рога. Крича во все горло он рванулся вперед, к деревьям, слыша за спиной яростные вопли других пехотинцев. Идут, они все идут вперед! Ударить, разорвать, рубануть сплеча… выплеснуть гнев. Вперед, только вперед!

До деревьев осталась пара шагов. Тарион на бегу увидел как из-за куста метнулась черная тень, следом за ней еще одна, и еще… Он замедлил бег, готовясь к схватке. Замешкался, снимая щит, прикрепленный за спиной и ругая себя что не додумался сделать этого раньше.

Тванг, тванг, тванг, - раздалось сзади и темные фигуры, поджидавшие пехоту в лесу, заметались между деревьев. Потом одна из них, замешкавшаяся на открытом месте, рухнула наземь и затихла. Остальные прятались за деревьями. Арбалетчики, прикрывавшие пехоту, не подвели.

Тванг, тванг, - снова раздалось за спиной и из кустов раздался приглушенный вопль. Тяжелый арбалетный болт нашел свою цель.

Теперь Тарион не задумываясь бросился вперед, мешкать больше не стоило. Спина прикрыта, пара врагов уже на земле, вперед только вперед!

С разгона он влетел в тень густых крон, перепрыгнул мертвяка в сером плаще и ринулся дальше в лес. Слева заревел медведь, вот ведь беда, уже и животинув бой гонят! Тварь ведь бессловесная а их туда же...

Но дальше мысли кончились. Прямо из середины огромного куста, на Тариона выпрыгнул гоблин. "Откуда он тут, в лесу" - мелькнуло в голове – "он же в пещерах обычно.." Дальше додумать Тарион не успел. Огромный, изогнутый меч гоблина обрушился на пехотинца и тот заучено вскинул левую руку, принимая иззубренное лезвие на щит. Удар! Как и следовало ожидать хлипкая деревяшка разлетелась щепками во все стороны, а левая рука мгновенно онемела. Тарион прыгнул в сторону, уходя от выпада, и гоблин с рычанием повернулся, следя за противником.

Его отвратительная темно-зеленая рожа скорчила угрожающую гримасу. Длинный нос, смахивающий на веретено, наморщился, верхняя губа поднялась обнажая мелкие желтые зубья. Косые глаза налитые багровым, бешено завращались - гоблин готовился к атаке.

Тарион рванулся вперед, ловко скользнул под размашистый удар изогнутого меча, и в длинном выпаде пронзил чудовище своим клинком. Гоблин бешено зашипел и упал на спину, выронив меч. Тарион перепрыгнул его и развернувшись, с размаху пришпилил врага к земле. Тот взвыл, поперхнулся своим криком и свернулся в клубок, дергая короткими кривыми ногами.

Тарион плюнул на него и побежал дальше, в глубь леса откуда слышались громкие крики и звон мечей. Гоблин и так сдохнет, некогда его добивать. А вот боевым товарищам, кажется, была нужна помощь.

Впереди слышалась солдатская ругань и звериный рев. На кого же они наткнулись? Это не гоблины, точно не они. Те сами орать горазды, но не таким же басом….

Тарион вылетел на широкую поляну и остановился, едва не споткнувшись о мертвое тело. Прямо посреди узкой лесной поляны шла битва. Огромный горныйтролль ворочался на месте, с ревом разбрасывая пехотинцев. Тарион, закусив губу, смотрел как его товарищи гурьбой накидываются на тролля, тычут мечами в его толстенную шкуру. Он же отмахивался от них как от мух - короткие мечи пехотинцев не причиняли ему серьезного вреда. Точный удар в слабо защищенное место мог бы помочь делу, но тролль вертелся как на горячей сковороде и вдобавок размахивал своими ручищами. Вот мелькнул его кулак размером с хорошую дыню, и Сандро, смуглый меченосец юга, с криком отлетел в сторону, ударился о землю, замер. Тарион выругался, вытер вспотевшие ладони о куртку и вскинул меч выжидая удобный момент. Сила была на стороне чудовища, но ловкий удар, всего один ловкий удар, мог решить дело.

Вот тролль размахнулся, повернулся боком, и Тарион решил - пора. Он закричал азартно и зло, бросился вперед, держа клинок перед собой обеими руками.

В горячке боя его никто и не заметил, до тех пор пока он не прыгнул на тролля, с разбегу всадив меч в его толстенный бок по самую рукоять… Тот замер на секунду удивленный внезапной болью и Тариону удалось откатиться в сторону, оставив свой меч в боку монстра. Тролль взревел, и завертелся на месте, старясь достать свой лапой воткнувшийся в бок меч - пехотинец зацепил что-то важное в его брюхе.

Тарион метнулся в сторону ища в траве меч Сандро и пропустил тот момент когда тролля повалили. Когда он поднял голову, высмотрев наконец меч, то увидел лишь то, как Талас, Сарнор и Волчье Брюхо рубят поверженное чудовище мечами.

Остальные лежали здесь, рядом. Разбушевавшийся тролль уложил почти всех из десятка Тариона, его удалось завалить лишь чудом. Тарион поднялся и оглянулся в поисках живых. На шелковистой траве поляны лежали Сандро, Лимеррейн, Тирон и двое незнакомых воинов. Больше никого. Лишь глубоко в чаще слышались человеческие голоса, едва различимые, но радостные. Похоже атака продолжалась.

Тарион вздохнул, поднялся с колен, и хотел пойти помочь ребятам добить тролля, но в этот момент пред его лицом полыхнула алая вспышка. Он еще успел разобрать впереди себя голубую нить молнии и успел подумать - вот как оно бывает. А потомгрудь взорвалась волной боли, и мир вокруг Тариона погас…

***

Изящный столик из горного хрусталя светился изнутри мягким светом. Здесь было темно, и столик выполнял роль светильника. Двери на балкон были распахнуты и ночной ветер осторожно заглядывал в комнату, шевелил тяжелые бархатные шторы. В глубине, на крохотном диванчике сидела Она. Черноволосая, миниатюрная, с тонкими чертами лица. На ней было длинное платье цвета морской волны с застывшей пеной кружева вокруг хрупких плеч. Она сидела уставившись в стену и казалось совершенно не слушала своего собеседника, - грузного мужчину с широкой кучерявой бородой, который словно гора нависал над ней.

-Ну послушай, - говорил он нервно похрустывая пальцами, - ну что ты обижаешься, ведь это только игра!

Она не ответила, лишь перевела взгляд на бархатные шторы, которые чуть шевелились от прикосновений ветра.

-Ну что я такого сделал, - устало сказал мужчина опуская руки, - ну почему ты молчишь!

-Ты его убил, - наконец отозвалась черноволосая, - а я так его берегла! Самый слабый из воинов, такой дохленький, но такой отважный. Я следила за ним, старалась помочь… А ты так равнодушно припечатал его, небрежно, мимоходом.

-Ну извини, - сказал он, - это же игра! Он мне мешал.

Она фыркнула и отвернулась. Мужчина поперхнулся и откашлялся, разглаживаю бороду.

-Ну и в чем проблема, - сказал наконец он, - если он дорог тебе, просто оживи его и все дела. Я знаю, у тебя есть в запасе ход и есть нужная карта... Оживи своего любимца и вернемся к игре! До утра еще далеко, у нас впереди целая ночь.

Черноволосая с сомнением глянула на хрустальный столик по которому были раскиданы цветастые картонки.

-Ты думаешь, можно продолжить? - спросила она изящно приприподняв левую бровь.

-Ну конечно, - оживился он, - пойдем! Ты же знаешь что такая возможность выпадает раз в несколько лет. Нельзя упускать шанс развлечься…

Заученным жестом он предложил ей руку. Она оперлась о нее и встала с диванчика, едва заметно улыбнувшись уголками губ. Хрустальный столик продолжал мягко светиться, ветер запутался в шторах и обиженно шуршал. Ночь за окном молчала.

***

Темнота подернулась странным белесым туманом. Тарион в изумлении вытянул руку вперед, пытаясь понять где он очутился и что происходит. В этот момент, ему навстречу шагнул человек, вышедший прямо из тумана. Тарион отпрянул, не понимая что происходит. Человек был среднего роста, полностью укутанный в длинную белую робу. Его лицо скрывал небрежно наброшенный капюшон. Из-под него были видны только чисто выбритый подбородок и прямые бескровные губы. Руки этого человека были молитвенно сложены на груди.

-Кто? - Хрипло спросил Тарион, чувствуя как язык еле ворочается в пересохшем рту.

Голос, ответивший ему, вряд ли можно было назвать приятным. Низкий, тягучий и при этом невыразимо тяжелый…

-Вставай.

Тело Тариона против его воли дернулось и затрепетало как язык пламени на холодном ветру.

Белый капюшон чуть дрогнул, бескровные губы раскрылись...

-Иди!

Тарион вскрикнул от пронзительной боли во всем теле. В глазах у него потемнело, как от крепкой затрещины.

Секундой позже, вспыхнул ослепительный свет. Тарион открыл глаза и обнаружил что сидит на той самой поляне, на которой его и настиг смертельный удар молнии. Пехотинец схватился за грудь, вспоминая адскую боль... Но на груди не было даже ожога.

-Святые небеса! - Прошептал он. - Сохранили, уберегли...

Тарион беспомощно огляделся по сторонам - рядом никого не было. Только валялся в траве тролль, напоминающий дохлого быка. Тарион поднялся на ноги.

"Атака, атака" - Билось пульсом в висках.

"Иди вперед! Иди" -шепчут бескровные губы, колышется белый капюшон...

Тарион помотал головой отгоняя наваждение. На секунду ему почудилось что-то такое, чему он не смог подобрать название… Но - показалось и сгинуло, надо двигаться дальше. Ребята ждут, атака продолжаются.

Тарион подхватил с земли один из мечей оброненных пехотинцами и бросился вперед. Он мчался напролом, через кусты орешника, перескакивал через корни деревьев. Спотыкался, но бежал. Его влекла за собой неведомая сила, тянула его вперед, в атаку! Тарион ощущал в себе силу гнева, туманящую сознанье словно крепкое вино, силу которую нужно было выплеснуть из себя, чтобы сохранить разум.

Тарион услышал как впереди зазвенел металл, и рванулся на звук. Там шла битва! Вперед, только вперед, не останавливаться!

Пехотинец продирался сквозь заросли лещины, когда увидел как впереди мелькнула спина Сарнора.

-Эй! - Закричал Тарион и бросился вперед, - эй, погоди меня!

Сарнор не ответил, он исчез в зеленой стене листьев, сгинул, словно и не было. Тарион бросился следом и с размаху влетел в очередной куст. Выбираясь из него, он споткнулся и на следующую полянку буквально выкатился, едва не выронив новоприобретный меч. Когда он поднял голову, то смог лишь тихо выругаться. После этого он осторожно поднялся, стараясь не делать резких движений."Ну что за день" - думалось ему – "как не задалось с самого начала, так и продолжается".

Там, сливаясь с зеленым фоном листвы, на поваленном дереве, примостился лесной змей - чудовищная змея с лапами, напоминающая ящерицу переростка. Тарион видел как немигающие глаза рептилии смотрят прямо на него а черныйраздвоенный язык пробует воздух. Около правой передней лапы змея лежал Сарнор. Лежал, придушенный змеюкой, вольготно раскинувшись в своем последнем сне... Тарион втянул воздух сквозь сжатые зубы. Да. Все правильно. У пехотинца не было ни одного шанса против этого чудовища. Ни одного. Зря Сарнор на него полез.

Чудовище сделало легкое движение вперед, и соскользнуло с поваленного дерева. Тарион понял, что убежать он уже не успеет. Ему оставалось только драться. Пехотинец сжал рукоять меча, ставшей вдруг влажной и скользкой...

Змей тихонько зашипел и двинулся к воину. Тариону была видна каждая чешуйка на змеиной голове чудовища. Оно медленно приближалось, вяло переставляя уродливые лапы, но пехотинец знал, что неуклюжесть лесного змея - лишь видимость. Змей просто играл с ним. Один бросок вперед и жертва не успеет даже глазом моргнуть. Спасти пехотинца могло лишь чудо. Оставалось уповать лишь на небо...

"Ну же" - подумалось Тариону – "Ну же! Святые небеса помогите мне. Только на вас вся надежда ибо сразить чудовище мне не под силу! Сегодня мне уже было явлено чудо - я восстал из мертвых. Значит не просто так воскрес. Что толку меня губить едва выпустить из плена тьмы… Дайте мне сил, святые небеса, дайте мне сил одолеть это чудовище!"

Он видел, как змей уже приседает на своих коротких лапках для броска, становясь похожим на несуразную кошку. Тарион, продолжая про себя вызывать к небесам, взялся за меч обеими руками и направил его острие ровнехонько на нос змея. "Прыгнет - мелькнуло в голове - присесть и снизу от шеи до брюха…" В этот момент Тарион вдруг ощутил странный толчок в плечо, словно его дружески приветствовал кто-то из друзей... А дальше случилось невероятное - пехотинец почувствовал как его руки наливаются страною силой, холодной и смертоносной. Он распрямил спину, принимая на себя поток энергии льющийся с небес. Рукоять меча нагрелась, на лезвии плясали ослепительно белые огоньки. Тарион шумно вздохнул и рассмеялся. Он чувствовал в себе силу пяти человек. Сила плескалась в нем как в сосуде,он переполнился ею, он пил из бездонного колодца, черпал с небес щедрой рукой... Благословенье сошло на Тариона, небеса не остались глухими к его молитве.

Осторожный змей подался назад, удивленный смехом человека стоящего перед ним. Тарион же наоборот шагнул вперед, отводя руку с мечом для удара. Из глаз его лился мягкий свет. Он улыбался чужой улыбкой.

-Да будет благословенье небес с нами, грешными… - пророкотал громоподобным голосом пехотинец и шагнул к змею...

***

Свечение давно угасло, и столик вновь превратился в безжизненную груду хрусталя, застывшую посреди комнаты. Шторы были отдернуты и с балкона в комнату пробрался первый солнечный лучик нового дня. Он осторожно скользнул по хрустальной столешнице, перепрыгнул через сложенные стопкой карты и уперся в бокал. Скользнул по его округлому боку, и запутался в рубиновом вине, которое еще оставалось на дне. Лучик задержался на краешке бокала а потом скользнул прочь. День вступал в свои права и опустевшая комната совершенно не интересовала его.

***

Головня в костре затрещала и выплюнула маленький уголек прямо к ногам Тариона, но он даже не пошевельнулся. Пехотинец сидел на земле около потухающего костра и смотрелв ночную тьму прямо перед собой. Он сидел спокойно, не шевелясь. Его глаза смотрели в темноту и никто не мог сказать что он там видит. Тарион находился в странном пограничном состоянии, когда явь путается со сном, мечты с реальностью...

Он просто сидел и смотрел в темноту не думая ни о чем, его меч валялся рядом, брошенный словно не нужная палка. Тарион просто смотрел в темноту, у него не было ни сил, ни желания думать, соображать. Он не заметил как темнота колыхнулась и к костру вышла странная фигура, чуть ниже человека. Полыхнула головня, и вспышка выхватила из темноты скуластое зеленое лицо. Человек у костра даже не шелохнулся.

-Это ты, Тар? - спросил гоблин подходя к костру. Он едва держался на ногах. В его животе красовалась рваная дыра сочащаяся зеленой слизью.

-Эй! - сказал он громче, подходя к пехотинцу. - Тар!

Тарион вздрогнул и поднял глаза на гоблина. Тот печально покачал остроконечной головой. Тарион выглядел плохо. Под глазами застыли синяки, лицо все в саже, как у трубочиста, борода с правого боку выжжена...

-Гашган ? - удивленно прошептал Тарион

Гоблин стал присаживаться рядом и закряхтел от боли.

-Я это кум, я…

Тарион посмотрел на рану в животе гоблина, потом перевел взгляд на зеленое лицо. Длинный смешной нос, которым Гашган обычно веселил ребятню, был странно повернут на бок, его веселые, вечно смеющиеся раскосые глаза были полуприкрыты, в уголках застыла влага...

-Гашган - сказал Тарион чуть отодвигаясь - это я, да?

-Не ты, не ты - прокряхтел тот - а может и ты… Какая разница. Кутру заживет.

-Благие небеса - простонал Тарион. Он повернул лицо к костру и в оранжевых отблесках пламени гоблин увидел как по грязной щеке его друга ползет слеза, оставляя за собой светлую дорожку.

-Опять - сказал пехотинец - опять все сначала!

-Да - протянул гоблин - а думали все, не будет больше…

-Это безумие. - Продолжал Тарион словно и не слыша Гашгана. - Друг на друга, брат на брата! Святые небеса, за что караете! Ведь совершенно все сходят с ума, даже твари в лесу и то глотку друг другу дерут.

-Два года было тихо - сказал гоблин осторожно щупая свой веретенообразный нос. - Но ведь мы ждали, верно кум?

-И дождались - вздохнул Тарион, - наверно это все-таки зараза, мор! Все сходят с ума. Памятьначисто отшибает! Безумие в чистом виде… Ты не помнишь из-за чего началось в этот раз?

-Нет, не помню - гоблин нахмурил густые брови - все пошли и я пошел… Хотя, мне вспоминается, чтокто-то из людей прикончил эльфа..

-О, нет. - Пробормотал Тарион,- ну вот опять… Ну хорошо, представим что мы, люди - кровожадные монстры, такие какими нас порой рисуют те же эльфы.... Но остальные то, остальные! Они то чего, дурману объелись?

Гоблин пожал плечами и оставил свой многострадальный нос в покое.

-Послушай, кум, - сказал он - ты опять пытаешься свалить всю вину на кого-то другого. Вы, люди, просто обожаете перекладывать свою вину на других. Мол это не я, это так оно само вышло. Неурожай – погода виновата. Корова подохла – колдун злобствует. А ежели девка порченая в жены досталась то, знать это постарался дух лесной. Это, наверно, у вас прямо в голове зашито. А ты не ищи виноватых то, не ищи крайних. Все виноваты. Как всегда. Ну, погорячились мы, все погорячились. Раскричались, разорались, вот и рванулись пар выпускать.

-И так каждый раз? - Горько усмехнулся Тарион - нет кум, не может такого быть, не может.

-Ну как знаешь. - Сказал гоблин и встал, разминая ноги.

-Погоди – позвал Тарион – не обижайся.

-Послушай. - Ответил Гашган. - Заходи завтра к вечеру. К этому времени все уже придут в себя, успокоятся. Дело то известное. Моя стерва пирог сварганит, кум Порис бутыль уже обещал. Только гнома нашего, Барибана, не будет. Помнишь старого бурчалу? Сгинул он куда-то сегодня. Пропал и все. Все наши собрались - кто живой, кто полудохлый, отходим помаленьку, шепчемся... А его и нет. Все, пропал. Ну точно Пастар, в позапрошлом году.

-И Ахмет пропал - тихо сказал Тарион и уставился на догорающую головню - даже тела не нашли.

-Вот и заходи. - Сказал гоблин. - Помянем ребят.

-Гашган, - пехотинец взглянут на гоблина. Тот стаял на краю светлого пространства и выглядел теперь просто темным силуэтом. - Гашган, как думаешь может это все-таки не мы, а? Может, мы все же не такие звери? Сегодня пьем вот собой, а завтра друг друга режем на куски. Ведь не бывает такого просто так! Ведь это даже не сумасшествие, это.. это.. – Тарион поперхнулся и зашелся в кашле.

-Не знаю кум, - отозвался темный силуэт. - Ты прости, если я что-то не то сказал. Знаешь, день такой уж сегодня. Гневливый. А завтра ты заходи, посидим, поговорим.

Тарион не отзывался. Он сидел уставившись в костер который превратился просто в горстку тлеющих угольев и молчал.

-Ну, бывай кум - сказал гоблин, - я пошел. До завтра!

И его сгорбленный силуэт исчез, слившись с ночною темнотой.

Тарион продолжал смотреть на костер. По его щеке ползла новая слеза, прокладывая еще одну светлую дорожку. Вот слезинка, сверкнув на прощанье багровым отсветом, осела в бороде. Тарион шумно вздохнул. Он спрятал в ладонях лицо и прошептал:

-Не мы это, не мы! Не может такого быть, чтобы мы! Быть такого не может...

Конец