Дела семейные.

Глава 1

Дела семейные.

-Эй, Умник, ты чего молчишь? -Этого задавшего вопрос старого мужика называют Локоть, и он меня раздражает больше всех, кого я знаю в "Семье". Опять мне приходится работать именно с ним. Нет, я не спорю, он отличный боец, да и голова у него "варит" как надо. Но то, что он постоянно ко мне цепляется, меня просто бесит. Хорошо хоть, я не такой нервный и вспыльчивый, как, допустим, тот же Ган. Но, боюсь, что в один прекрасный момент, я не смогу больше сдерживаться, и тогда накинусь на него. Ударю сначала ногой в колено, если пройдет, в чем сильно сомневаюсь...

-Умник, ну ка проснись! -Я аж чуть не подпрыгнул, когда он заорал, скотина!

-Чего тебе? -Умником меня прозвали как раз за это. Я иногда задумываюсь и теряю связь с реальностью, со мной это после службы в наемниках у империи начало происходить, хотя, может я всегда такой был. Но если остальные мои браться относятся к этому...с пониманием, наверное. То этот старый хрен постоянно меня пытается подковырнуть, ублюдок!

- Дождемся здесь или пойдем дальше, а остальным записку оставим? -У Локтя есть еще одна черта характера, которую я не выношу. Он, надо отдать должное, превосходный стратег. Но всегда валяет дурака, спрашивая, что же делать, хотя у самого уже давно есть план. И вот, ты ему что-то говоришь, а он разбивает твои доводы в пух и прах, и потешается над тобой, тварь.

-Как хочешь. - Мой ответ его не устроит, и он начнет сейчас изводить меня, Единый, дай мне сил перетерпеть сегодняшний день и не сорваться на этого старого козла.

- «КАК Я ХОЧУ»-это сходить в трактир и напиться там в усмерть в компании пары девчонок, может еще в морду кому дать.

-Значит так и поступим. -Хрен я ему дам себя вывести!

-Отлично! -Воскликнул Локоть, переплел пальцы кистей, и, вытянув руки вперед, хрустнул ими. - Какой кабак из местных предпочитаешь?

-Штрабба. -Ответил я не задумываясь.

-Ты имеешь ввиду жирного Штрабба, и этот его "Под крылом дракона"? Этот нужник?

-На прошлой неделе его трактир не показался мне плохим, напротив, хорошее пиво, приличная еда. - Температура моего тела поднялась на несколько градусов.

-Да он там мертвечину подает. - Локоть заржал. - Он ребятам с причала круглую сумму должен, откуда там приличной еде взяться. Про пиво сказать ничего не могу, я его, этот приют для бездомных, стороной обхожу. Не приведи, Единый, вшей еще подцепить с чесоткой. -Вот ведь какой у него язык ядовитый, и головорезов Гектора, что за причалом следят, приплел.

-Тогда в «Королеву». -Терпение, не уходи, не оставляй меня. Локоть присел на корточки, копошась в останках нашего задания-пятерых рослых мужиках, которые не стали разговаривать с нами, а просто напали, как только мы с Локтем ворвались к ним в комнату. Короткие мечи и кинжал, мы были готовы к такому повороту событий. Выполняя отцовские задания, часто попадаешь в подобные ситуации, привыкаешь быстро, ну, а если не привыкаешь, "Семья" прощается со своим "сыном", собираются те братья, которые находятся поблизости. Едят, пьют, поминают, - одним словом. А потом желающие могут отомстить за потерянного брата. Отец напрямую такого не поощряет, но и не возбраняет, он, как и любой родитель, понимает, что мы становимся ближе друг-к-другу, и "Семья" действительно становится нам родной. Вот и сейчас мы мстим за наших братьев, но не столько по своему желанию, сколько по просьбе Отца. Ему Тигр, Синий и Кейн, видимо, были дороги, раз он послал выяснить причину их смерти и наказать виновных. Я тоже знал этих ребят. Тигру я даже был побратимом. Вот, Локоть закончил обшаривать последнего из этой пятерки, и приступил к осмотру всей комнаты.

-Локоть, -мне вдруг стало интересно, -а твои побратимы еще живы? - Побратимов у одного члена "Семьи" может быть двое. Первое время мы так и таскаемся по двое, по трое. Потом же, как распорядится Отец, а у того, по настроению, может группу сделать из пятерых, а может и одного поставить у причала, и кукуй себе там, в одиночестве, до появления бороды по пояс.

-Ты чего, Умник? Зачем эту тему завел? - Он даже взгляда на меня не поднял, продолжая заниматься шмоном.

- Да так, интересно стало. Тигр ведь моим побратимом был.

-Хм, интересно. Я восемь лет назад Кейна в "Семью" привел. Хороший был парень, способный.

-Восемь лет? Ты сам-то, сколько уже в «Семье»? -Локоть выпрямился, положил обе руки себе на поясницу и прогнулся назад. Его мощная грудь проступила через холщовую рубашку.

-Всю жизнь, Умник. Всю свою жизнь. - И осклабился. Если не принимать в расчет его морщины и абсолютно седую голову, никогда не скажешь, что он уже старик. На голову выше меня, подвижный, умный как ученый и хитрый как змей.

-Что-то ты меня заинтересовал, Умник, своим вопросом. А кто второй твой побратим? -Что-то мне в его голосе не понравилось.

-Какой-то парень.

-Понятно, - я не видел, так как он стоял спиной ко мне, но почувствовал, как он ухмыльнулся, -не прошлого, ни имени...

-...а просто брат, -закончил я за него часть нашей фамильной клятвы, а Локоть в это время повернулся ко мне лицом и сказал.

-Ты идешь сейчас в этот рыбный трактир на пристани...

-У Пьера?

-Да, у Пьера. Садишься за столиком и спокойно дуешь пиво, можешь даже поесть пока. Здесь мы оставим записку для Черепа и Богги, чтобы и они подтягивались туда же. Я же смотаюсь кое-куда и потрясу кое -кого. -Локоть выглянул в окно, посмотрел на тень от колокольной башни, и добавил. -Сейчас начало третьего, до шести, край, до половины седьмого я к вам присоединюсь. Все понял? - Я коротко кивнул, и спросил.

-Что нашел, старик? -Тот неопределенно повел плечами.

-Они приезжие-это факт! Тот, что на тебя первым кинулся- оманец. Если он по суше к нам добирался, он лет пять назад вышел из дома. И это в лучшем случае. Одежда теплая валяется. Они по морю к нам пришли, на корабле. Обычно моряки, как с деревяшек своих сходят, к Пьеру попадают. Если их корабль здесь еще, там точно кто-то из их команды остался.

-Логично! -Я знал, что Локоть, что-нибудь, да накопает. Не зря его так ценит Отец, впрочем, и Череп далеко не простак. Завидев его, и портовые, и ребята из центра стараются вести себя потише.

-Умник, да ты и вправду-«Умник», -и он хохотнул, будто сам не знал этого слова. Я был свидетелем, когда он Отцу рассказывал об одном нашем деле, еще до того, как я служил наемником в Империи. Я такой правильной речи и от богатеев местных, что чуть не дворянами себя считают, не слышал. А с нами он любит прикидываться простачком. Да только кто ему поверит?!

-Сам ты «умник», -и он еще раз хохотнул.

-Все, можешь идти.

И я побрел. Прошел через рынок, где немного поболтал с Нимом о том, о сем. Узнал, что ребята Гектара поставили Штраббу ультиматум, или он до конца недели выдаст им сотню серебром, или изучать ему морское дно и мир загробный. Чертов Локоть оказался прав, Ним намекнул на неприятный душок в стряпне Штраббовской. Настроение мое пропало полностью. Потом какая-то троица дурачин попыталась ограбить меня. Я не знал их, проверил, назвав своё имя. Бес толку. Залётные оказались, за наглость свою и поплатились. К «Пьеру» я добрался уже вообще без настроения. Заказал кувшин крепкого пива, думал, что вернётся моя любовь к жизни. Пока пил первую кружку и пытался рубаху от крови оттереть, глазел по сторонам. Заприметил компанию матросни, рука от короткой стычки уже почти перестала ныть, кожа только на костяшках вздулась прилично, но это всегда так. Матросы сидели за самым большим столом, который почти в центре зала стоит. Стол их ломился от еды и выпивки. Вели они себя шумно и вызывающе. Ещё я приметил ребят Гектора, мы обменялись кивками, один из ребят мотнул головой, как бы невзначай, указывая на пирующих, ну, и вроде как предложил проверить их состоятельность. Ну, наверное, мне надо было послушать Локтя, надо было сидеть за стойкой, дуть своё пиво и ждать, тем более, что колокольчик внутри дернулся на манер поклёвки.

Нас было четверо, а матросов семеро. Ребята крепкие, сноровистые. Я глазом не успел моргнуть, как мы остались вдвоём с Верном против четверых матросов. Нет, я не струхнул, я, когда в империи наемничал, а повоевать мне пришлось, в таких передрягах бывал, а тут всего четверо. Верн держался за бок, из него кровища лилась, как из бутылки. Тот ещё оказался боец. Наверное, авторитет у Гектора исключительно своими габаритами заработал.

-Эй, вы, может объясните, из-за чего напали на нас? -Я решил сблефовать, ведь будучи даже многоруким азиатским божком, в этой схватке мне вряд-ли выстоять, слишком уж они сноровистые оказались. Отскочив от очередного выпада, и поняв, что Верн увернуться от примерно такого же выпада не смог, я решился на недостойный мужа, воина, героя, и ещё, Единый весть кого, поступок, а именно, на бегство. Портовый район для меня, что пять пальцев левой руки (ведь я левша), ну и побыстрее морячков буду. Вот так вот бесстрашный и безупречный Умник оказался на улице «Брасса Нарнана», а это, считай, в часе ходьбы от «У Пьера».

В подвале одного из домов портового района, над входом в который висела выцветшая от солнца и времени вывеска «такелажники Аньи Готье», находилась штаб-квартира «Семьи», и по совместительству этот самый подвал являлся жилищем Отца. Я немного помялся, прокрутил в голове все ответы на возможно заданные отцом вопросы, отдышался и ступил внутрь, в полутьму и прохладу подвала. Там меня встретил Чесар, старый привратник. Он у нас, как распорядитель выступает, для всех, кто решит заказать грузчиков. Он мнется, листает бумаги и говорит, что ничем помочь не может, и в ближайший день, неделю или месяц так загружен работой, что ни человечка выделить не может. Чесар глянул на меня, спросил кивком, типа, чего желаю. Я поинтересовался насчёт Локтя. Он ответил, что нет, не заходил, я спросил отца. Чесар кивнул, мол, проходи.

Отец, как всегда, встретил меня сидя за большим письменным столом, я, честное слово, не знаю, как его втащили в этот подвал, потому что в двери он точно не пройдет. Отец отложил перо и вопрошающего посмотрел на меня. Я прочистил горло и начал. Вылилось из меня всё, что произошло за день. Он помолчал, переваривая услышанное, а потом со вздохом сказал:

-Ральф…- и замолчал. Потом раскрыл рот снова, а я уже мысленно втянул голову в плечи, опасаясь крика. Но крика не последовало. Отец просто выдохнул и рукой махнул, якобы, чтобы я выметался. Когда я уже повернулся и направился к выходу, услышал:

-Постой! - Медленно-медленно, развернувшись, я увидел, что отец тянет мне в несколько раз сложенный листок.

-Отдашь Локтю. -Я кивнул и быстрым шагом направился на улицу, чтобы меня ещё раз не остановили.

Уже через полчаса я был у Гектора, где расписал ему во всех красках происшествие «У Пьера», тот выслушал меня, покивал, посетовал на тяжёлую жизнь и то, что смерть забирает лучших, и происходит все это ну никак не вовремя. Потом крикнул:

-Нильс! Грюттер! - На его зов вышли два амбала. Ну, Нильса-то я знал- не самый приятный тип. Характер у него через чур заносчивый. Говорили, что в деле он был хорош, ну, там: кого порешить, кого запугать. Но по жизни… Недолюбливал я его, вобщем. А вот Грюттер для меня был, как в Империи говорят, тёмной лошадкой. Хотя я его видал до этого. Живя в порту, особенно такой жизнью, какой жила Семья, волей-не-волей столкнешься с каждым из местных, не так нас и много, серьезных ребят, ха-ха. Тут я отметил про себя одну интересную деталь: Грюттер наклонился так, что его правое ухо оказалось возле самых губ Гектора, выслушал, поглядывая при этом на меня, затем кивнул, что-то шепнул в ответ, за что получил одобрительный хлопок по плечу, и мы пошли. Грюттер шел первым, чеканя каждый шаг, сразу видно, воинская привычка, наша, пехотная. Я вгляделся в его спину и часть лица, что мне была видна, но нет, в имперской нашей братии наемников, его не было, и на редких ветеранских встречах тоже. И, пока я его разглядывал, Нильс, чертов урод, начал мне задавать вопросы. За Верна, за Лима и Рябого. Я спокойно объяснял, что если бы остался там, то никакой мести не получилось бы, а так, мы их найдем, и всё. Спокоен я был только снаружи, внутри уже, конечно, всё кипело. Хотелось уже нож достать, да наделать дырок в этом ублюдке. Видно же, что специально цепляется, нарывается. Но терпение лопнуло не у меня. Грюттер внезапно встал, как вкопанный, резко развернулся, а в его поднятой для удара руке блестел на солнце нож. Такой, необычный, скорее похожий на иглу поварскую с треугольным лезвием, длинною в ладонь. Я слегка трухнул. Пока Грюттер не заговорил, а голос у него, надо сказать, был под стать внешности, не как у этого придурка, который с виду только был страшным. Я, говорит, если ты не заткнешься, сердце тебе вырежу. Сильно сказал! Прям в резонанс с моими чувствами попал. Нильс вроде зубы сначала показать хотел, ну наши же боевые товарищи, он их бросил. Но на это лишь услышал более укороченную фразу. А, точнее: «Я сказал тебе-заткнись»! Ага, понятно-кто тут главный, пешка-Нильс. Дальше мы шли молча. Я все думал про Старика. Ждёт ли он или что там вообще происходит. Не набежала ли стража. Трупов ведь прилично осталось. Считай, почти на самой пристани. Думал, скорее бы прийти на место, но, у гекторовских амбалов были свои планы. Мы дошли до улицы «Риттера Стара», я покорно молчал-не хотел дать повода Нильсу позлорадствовать над тем, что и мне вырежут сердце. Стой здесь, сказал мне Грюттер, и они ушли с Нильсом дальше, за угол, а я покорно остался стоять у побеленной стены, украшенной желтыми пятнами от брусчатки до самого моего пояса-типичный наш, портовый пейзаж: известь и нечистоты. Нет, Семья не слабее гекторовской банды, просто, не знаю, я мог бы дать дёру оттуда, но пошла бы молва обо мне, дескать, Умник струхнул, или ещё того хуже, вину за смерть Верна и остальных могли бы на меня переложить. Это же гораздо проще, чем разбираться с морячками. У Гектора в банде отношения не такие уж и близкие между ребятами, легко могли бы пойти по пути наименьшего. А время неумолимо текло. Я успел постоять, посидеть на корточках, снова постоять, понаблюдать за кошачьими играми, которые как мальчишки с разных районов, сначала переругивались, переходя от оскорблений к крику, а затем срываются в короткую, но жестокую перепалку. Сразу же подумалось о детстве, как жил у тетки Герды, что меня приютила, когда мать умерла, к слову, это было очень давно, и матери я не помню вообще.

-Эй, Умник, чего встал? -Грюттер вернул меня в этот мир своим скрипучим голосом. Теперь их стало трое. В голове снова зашевелились какие-то подозрения, будто что-то шло не так, как должно было идти. Тот, третий, что присоединился к гекторовским ребятам, был его (Гектора) козырной картой, последним аргументом, точкой в споре, гвоздем в гроб оппонента. Самый большой человек, что я когда-либо видел в жизни! Его в порту называли за глаза «Китом», а в глаза старались вообще ничего не говорить, если только он не спросит. Если уж спросил- из кожи вон вылезешь и всё в красках ему расскажешь. Ганс Груннер, самый страшный человек в порту. Всеми теми, кого он отправил к единому можно дорогу вымостить до самого Корабла.

-Здорова, Умник! - Поприветствовал он меня своим рокочущим басом после того, как за руку поздоровался с Нильсон и Грюттером. Я кивнул в ответ.

-Пошли, -вновь пророкотал Кит, и мы пошли. Солнце уже подошло к закату. Возле «У Пьера» не было ни души. Ни трупов, не зевак, не, даже, стражников, что меня и обрадовало, и расстроило одновременно. Я приготовился уже к тому, что меня будут убивать. Почему я так решил? Сам не знаю, но чувство это было уже нестерпимо-сильным, по спине тёк ручеёк пота, а рубаха взмокла. Причём, мою убийство для меня будет трагедией, а для них так, обыденное дело, обрыдлое даже.

-Вот, здесь мы схватились, - я показал на уже высохшие на жаре пятна крови. Та троица не обратила на мои слова никакого внимания. Они направились прямиком в трактир. Кит обернулся, перед тем, как зайти внутрь и коротко сказал:

-Пошли.

В "У Пьера" было темно. Отчасти так показалось из-за того, что мы зашли туда с, пусть закатного, но все равно солнца, а, отчасти, действительно было темно. Внутри царил полный беспорядок: все столы, кроме одного, валялись на полу, скамейки тоже. Воняло разлитым пивом, дерьмом и… вы знаете как воняет человек, когда ему вспарывают кишки? Вот этот тяжелый запах и стоял в трактире. За единственным уцелевшим столом, лицом ко входу, сидел Локоть и улыбался. Я уже было направился к нему, как меня за рукав схватил Нильс.

-Стояааать! - Проверещал он. Брови мои поползли вверх, я даже не заметил, как стряхнул его руку и оттолкнул того в сторону, одновременно обнажая свой нож и сделал шаг по направлению к Локтю. Послышался сухой щелчок. Нильса отбросило назад. Он повалился на пол, под ним громыхнули доски и разбитая посуда. За барной стойкой, что находилась метрах в десяти напротив входа, стоял Череп с ещё наведённым, но уже разряженным арбалетом и своим зловещим оскалом-улыбкой. Рядом с ним находился Богги. Тоже с направленным в сторону входной двери арбалетом, но болт на ложе ещё лежал. Я отпрыгнул к ближайшему лежащему на полу столу, перекатился за его столешницу. И вовремя. Прозвучал ещё один щелчок. Я выглянул из-за стола. Кит держался за древко болта и расшатывал его из стороны в сторону. Грюттер бросился к стойке со своим странным ножом. Череп, отбросивший арбалет, метнул в него нож. Грюттер как-то сумел отбить его и рванулся вперёд. Но Богги, доставший из-за стойки второй арбалет, почти не целясь, выстрелил. Болт попал Грюттеру в грудь. Тот ещё сделал пару шагов по инерции, даже сумел схватиться за стойку, но со стоном сполз на пол. Локоть же, спокойный, словно священник, всё ещё улыбаясь, поднялся со своей скамьи.

Кит ревел! Ему удалось (поступок, достойный уважения) вырвать из своей груди болт Богги, на котором, мотались тонкие полоски мяса. Думаю, что кровища из образовавшейся дыры лилась щедро. Каких-нибудь час-полтора, и он загнётся. Но этот верзила решил поторопиться. Держа нож в левой руке (надо же, он, оказывается, тоже левша), и занеся ее для удара (видимо, решил сделать ставку толи на свою быстроту и реакцию, толи решил вложиться в последний удар), эта гора мяса направилась к ближайшему противнику, а, именно, к Локтю. А тот, уже поигрывал в руке мечем. Причем меч его был не таким обрубком в локоть длинной, какие нам выдавали в имперской армии, и совсем не тем, что были у того приезжего оманца с товарищами, убивших наших, а длиннее, с рукоятью, которую вполне можно держать и двумя руками. Откуда он его взял? Как пронёс мимо стражников, которые и ножи-то бывало отбирали. Нельзя в портовом районе такие игрушки иметь нашей братии, не по чину.

С таким мечем всё становилось намного проще. Ни тебе танцев с хождением по кругу, ни резких выпадов. Старик просто поднял его высоко над головой, держа двумя руками. Кит приблизился ещё. Не знаю, бесстрашный он или тупой, но не стал он убегать. Свистнула сталь, и ещё одно тело упало на пол, хрустнув чем-то на полу. Вроде всё.

-Умник! - Это Череп крикнул.

-А?!

-Проверь эту тварь-Нильса. Я пока этого гляну, - он имел ввиду Грюттера, который поскуливал, лёжа на полу. Я подошёл к Нильсу и сильно удивился. Он был не просто жив, а очень жив. Болт Черепа попал ему в плечо, кровь текла лениво, если заражения не будет-выживет.

-Эй, Нильс, а ты почему не убежал? - Я смотрел на него сверху-вниз, он смотрел на меня, а лицо кривилось то от боли, то от ненависти, вот тут я и заметил. Его правая нога была вывернута, ну совсем неестественно.

-Аааа, вот оно что! Ты просто не смог. -Улыбка моя натянулась сама-собой. - На кой черт вы меня убить собирались? Знаете же, что вам-то точно не уйти от мести моих многочисленных родственников.

Рядом со мной встал Локоть.

-Я иногда тебе поражаюсь, Умник, - довольно весело сказал он. Я обернулся и увидел, что тот тоже улыбается. - Потому, что они считали, что ты убил их дружков, а этих хотел заманить в ловушку. Почти угадали! - Сказал и засмеялся.

-Чего? - Я искренне удивился тому, что сказал старик, точнее тому, что его слова совпадали с моими мыслями.

-Того! -Передразнил меня Локоть. -Вот именно эта троица завалила Кейна и Тигра. С согласия Гектора, естественно. - И тут он крикнул. -Да? - И от души пнул по вывернутому колену Нильса. Послышался хруст. Тот завопил, задёргался.

-Дааааа, это были мы!

-Ты с самого начала это знал? - Перебил я Локтя.

-Не-а. Знал бы сразу, мы бы давно уже Гектора рассчитали. На эту мысль меня натолкнул Гохакомерон. - Локоть хмыкнул. - Случайно.

-Что-то я вообще ничего не понимаю, -я глянул на Нильса, который смотрел на нас испуганными глазами.

-Да мутно всё, Умник, - это подошедший Богги сказал, - мы с Черепом сегодня по пристани гуляли.

-Ага, - отозвался Череп, - целый, чертов день. -Я глянул на него, потом на Богги.

-И что там?

-Там храмовники. - Ответил Богги. - Я ведь впервые их видел. Сначала подумал, что это церковники какие-то.

-Я видел храмовников, - сказал я.- в этих своих хламидах с символом веры.

-Сюрко, - оборвал меня старик.

-А?

-Эта одежда называется «Сюрко». Она служит для защиты кольчуги от грязи и воды. А у них ещё и для того, чтобы отличать своих от чужих, ну и ранг чтобы знать. - Не знаю, поняли ли его Череп и Богги, но я примерно понял.

-Они сюда не просто так прибыли, - Череп уже перестал ухмыляться. - Мы там прикинулись (хе-хе) интендантами, ну выпивка, девочки с доставкой. Разговорились с боцманом. Тот своим оказался, толковым. Вот он-то и поведал, что они это все через Гектора достают. Вино, пиво, девки и акура. Типа, не первый раз уже. У них дела какие-то свои. И это, Гектор им денег должен. Много. Попросил пять дней отсрочки, а заканчиваются эти пять дней послезавтра.

-Во вторник тоесть, - внёс свою лепту Богги.

-Вот тут-то и начинаются чудеса, -тем временем продолжил Череп. -Верн, видимо, был не в курсе, кто с кем и что мутит. И напал на ребят именно с той посудины.

-Нет, - мотнул головой Локоть, -они знали, на кого нападали. Ещё и Умник тут на удачу нарисовался.

-Ты же сам меня сюда отправил. -Я почувствовал укол обиды.

-Я тебя сюда зачем отправил? -Он повысил голос. -Ладно, -старик сбавил тон, - что сделано, то сделано.

Он присел над Нильсом.

-Кто был вашим связным? - спросил он прямо ему в лицо.

-Грюттер. - Ответил тот. -Он срок мотал на Корабле, сумел там как-то договориться, и, вобщем, выпустили его.

У меня было много вопросов, но я пока не решался их задать, хотя и чувствовал, что времени спросить может уже и не будет, а главное, не у кого будет спрашивать.

-Где это дерьмо? - Голос Локтя был жёстким. - Где оно?

Нильс молчал, по-моему, поздновато он начал себя так вести, особенно, после того, как признался, что наших завалил.

-На корабле, конечно. У нас если и осталось что, то только у Гектора. -Наконец ответил Нильс. Стенания Грюттера перешли в хрипы, и он зашевелился, явно пытаясь встать.

-Череп, а почему ты его не добил?!-Спросил Локоть.

-Да подумал, что сдохнет быстро, с него кровища течёт, не хотел мараться.

Тем временем Грюттеру удалось встань на четвереньки, голову он держал низко и пошатываясь смотрел в пол.

-Нет, Череп, так не пойдёт, - сказал старик.

-Да брось, Локоть, ну что он может сделать? У него дыра в груди с большой палец, он кровью быстрее изойдёт, чем до нас доползёт. -Пытался оправдаться Череп. Богги же поднял с пола осколок глиняной кружки с половину ладони, примерился и кинул его в Грюттера. И промазал на пол метра. У меня вырвался смешок. Богги поднял ещё один черепок и снова кинул, тот попал прямёхонько в голову Грюттера. Ударился и разлетелся. Грюттер качнулся, но продолжал стоять на четвереньках. Более того, он уже пытался встать на одно колено.

Локоть с силой пнул Нильса в колено, тот тут же заорал.

-Аааааа! Ах, - он всхлипнул и зашёлся криком с новой силой, -Аааааа! -Локоть тут же пнул его в бок, от чего У Нильса перехватило дыхание, и он лежал, корчась и разинув рот, словно рыба на берегу.

-Значит, только у Гектора?!-Проревел Локоть. И ещё раз пнул Нильса. -У Гектора? А? Какого черта тогда эта тварь поднимается сейчас с такой раной? Сила воли? - Локоть пинал и пинал Нильса, выбивая из него воздух, а вместе с воздухом и короткие уже ни на что не похожие звуки.

-Череп, добей того урода! -Повернув к Черепу голову рявкнул старик. Череп уже было пошёл, но тот его остановил, задержав за руку.

-Возьми меч, на всякий случай.

Я не верил своим глазам, Грюттеру удалось встать на ноги. Он, конечно, пошатывался, и вряд ли смог бы оказать достойное сопротивление хоть кому-то в этом зале. Не говоря уже о Черепе, который как-то при мне, на спор, голыми руками дрался с бойцовой собакой. И победил.

-Съев те пилюли, что храмовники таскают в Шуливию через Данпорт,- сказал, перестав пинать Нильса Локоть,- человек становится сильнее и быстрее. И боли почти не чувствует. Но и в голове что-то меняется.- Локоть покрутил у виска пальцем.- Но и дохнут от них гораздо быстрее. Я бы сто раз подумал, прежде чем это дерьмо сожрать, а потом бы всё равно не стал. Череп уже вернулся обратно, обтирая клинок о кусок ткани. -Что дальше?- Спросил он Локтя. -Этого,-он кивнул на Нильса,- к отцу. Остальных в море. Но не расходимся, ночью будем закрывать контракт. -Погодите.- Тут я вспомнил про записку и про незаданные вопросы. -Это, старик, мне тут для тебя отец дал…эээ, письмо. – И протянул бумагу Локтю. Тот глянул на меня, взял записку, развернул, быстро пробежался по ней глазами и рявкнул на меня. -Ты со мной! И ещё раз от тебя услышу «старик», вырежу своё имя у тебя на спине. Я пожал плечами, внутренне улыбнулся и ответил, как мы в имперской армии центурионам отвечали: -Так точно, командир! Локоть скривился, потом что-то пробурчал и всё. -Локоть, а куда вы всех дели? -Кого? -Ну, Пьера, посетителей, моряков техже. -Ааа, вот ты про что. Пьер по совету Черепа пошёл прогуляться. -А посетители? -С ними пришлось повозиться. Те моряки со «Славы Единого», видимо, на кураже, устроили тут потасовку. Порезали шестерых, дело дошло до стражи, хоть у нас и договор. Тут на всех подступах ребята наши стоят, никого сюда не пускают. Вежливо. -Кто из стражников пришёл? -Пришли Рейз, Нос старший, коротышка… -Трогот? Руди сапог? Нек? -Нет, Умник. Стражники пришли не разговаривать, а убивать. Поэтому твои дружки не входят в это число. Они же только по части взяток горазды. -Угу,-мне стало совсем не весело. По соглашению со стражей, которое много лет назад приняли лидеры всех крупных шаек портового района, представители власти не лезут в наши дела, а мы им платим. И зубы не показываем. Главное условие- не шуметь. Иногда, в порту происходят вещи, не вписывающиеся в это понятие. Как, например, двенадцать трупов за полдня в одном месте. В такие моменты со стороны стражи выходит карательный отряд-ветераны войн, полные отморозки, умелые убийцы,-толпа душегубов наделённых властью. В такие моменты трупов становится ещё на десяток больше, а шайки прекращают свою активность и платят просто чудовищные суммы Хактону Мерцу , капитану портовой стражи или Гохакомерону, как прозвали его в народе, человеку страшнее и влиятельнее которого, не было в портовом районе. -По чью душу они приходили?- Спросил я у Локтя. -Сложно сказать, Умник, я в это время был у Гохакомерона, тот, кто принёс новости о здешней резне, ничего не упоминал о тебе или Семье. Говорил он только о матросах. -Кто это был?- Я понимал, что мне, во что бы то ни стало, нужно найти этого осведомителя и потолковать обо всем, что тот знает и слышал. Локоть усмехнулся. Невесело так усмехнулся. -Сиг. -Гнилой Сигберт?-Для меня это был, пожалуй, худший вариант. Сигберт терпеть не мог ни меня, не Семью. Его можно было бы назвать идейным поборником справедливости, он, по крайней мере, себя так всем и преподносит, если бы не одно «но». Когда он узнает о чьих-то делишках в портовом районе, он начинает просить денег. Потом требовать и угрожать. Его бы давно уже на корм пустили рыбам, но никак, связи у него в страже. Случись что-за Сига спросят. -Ну и что дальше было? -Мы пришли сюда, а здесь никого. -…?- Я удивился. -Ту часть истории тебе поведает Череп, они, вместе с Богги, как раз встретили матросов на причале. Те хотели и с ними драку устроить, но оказался среди них здравый человек. Вообщем, как говорят моряки: «Разошлись бортами». А когда я и Хактон со своими упырями пришли, Пьер сначала попытался было угрожать и требовать отмщения, возмещения, утешения. Нос приложил хозяина таверны, а я его направил из кабака, но гораздо нежнее. Я вздохнул. Дерьмовый день. Ситуация ещё хуже. -Что дальше делать будем?- Спросил я. -А ты знаешь, какое задание было у Кейна?-Я задумался. А ведь и правда, весь сыр бор-то не совсем из-за пропажи наших братьев. -Нет, но думаю, что они не просто так пересеклись с этими,-я кивнул на Нильса, которого поднимали Череп с Богги. Старик покивал головой. -Правильно думаешь. Мы должны обезопасить Данпорт от того дерьма, что сюда из Корабла тащат через всё теплое море. Отец всегда был против таких вещей, как акура или эти самые пилюли с пауком. -С пауком? -Угу, они выглядят, как маленький чёрный паук внутри воскового шарика. -Аааа, ясно. И что же дальше? -А дальше…Как я уже говорил, идём домой. -По домам, чтоли?!-Локоть ухмыльнулся. -Нет, Умник, домой, к Отцу. Ночь была тёплой. Луна сияла. Прекрасное время для романтических прогулок с девушкой. Я сидел на корточках у входа в «Такелажные работы Анри Готье». Справа от меня стоял Ган. Безмолвный и совершенно спокойный. Чуть в стороне от нас, на другой стороне дороги стоял Рыбак, смотрящий вверх, на крышу одного из домов, на которой притаился Лок, смотрящий за дорогами к нашему штабу. Молчали все. Локоть предупредил, что Гектор может послать к нам своих, даже не смотря на то, что Гохакомерон поставлен в известность-кто виновен в дневной возне «У Пьера». Я с ним в этом согласен, Шайка у Гектора тоже не маленькая, врядли всех удалось накрыть стражникам. Да и облавы могло не случиться, если Гектор договорится со стражей и даст им денег. Локоть, Череп и Богги находились сейчас с Отцом, допрашивали там Нильса. Скорее всего, уже допросили, не думаю, что тот стал упираться и прикрывать чью бы то ни было задницу, кроме своей, конечно. Чем всё закончится? Одному Единому известно.