d20 или самый лучший новогодний подарок

Глава 1

d20 или самый лучший новогодний подарок

Когда приходит год молодой

а старый уходит прочь

Дано свершится мечте любой

Такая уж эта ночь...

Песня из кинофильма "Чародеи"

Ведущий: (со вздохом) Игроки, вы видите, как из расщелины в полном боевом обмундировании быстро-быстро маша руками медленно поднимается гном...

Из истории ролевых игр

- Эй, Макс, что это у тебя? - поинтересовался дежурный врач. Я продемонстрировал предмет, который в ожидании пациентов уже полчаса рассеянно катал на ладони.

- Кубик? А чего такой странный? - начальство с любопытством осмотрело красную пластиковую вещицу.

- Это дайс-двадцатигранник, для D&D, - пояснил я. - Младший брат подарил. По нему везение рассчитывают. Единица - споткнулся на ровном месте и свернул себе шею, двадцатка - врагу на голову упал метеорит.

- Ну-ну. - Сергей Михайлович рассеянно бросил кубик на стол (выпала девятка) и снова вернулся к компьютеру. - Нет, ну куда подевалась новая медсестра?

- Без понятия. - я сгрёб дайс со стола. - А что, сильно опаздывает?

- Час назад должна была заявиться. Если её ещё десять минут не будет - придётся весь план дежурств перекраивать. В новогоднюю ночь, чтоб её!.. - шеф со вздохом извлёк из стола объёмистую распечатку. - Значит так... Медсестра в приёмном покое необходима, придётся из другого отделения брать...

Несколько минут он сосредоточенно что-то высчитывал, после чего мрачно уставился на меня.

- Знаешь, Макс, придётся тебе сегодня в ожоговом подежурить. С Катей поменяетесь. Без практиканта я тут управлюсь, а вот без сестры - никак.

Я постарался не поморщиться - но получилось, видимо, не слишком убедительно. Врач строго посмотрел на меня.

- Максим, если ты действительно собираешься стать медиком... - начал он, но я его перебил.

- Извините, Сергей Михайлович, но я же всего месяц как оттуда перешёл.

И накушался этого по самое не хочу, - добавил я мысленно, Конечно, нервы у меня крепкие, без этого в медицине никуда, но после ожогового отделения я до сих пор кошмары вижу. А ведь сегодня новогодняя ночь, и количество идиотов, решивших поиграться с фейерверками, превосходит все разумные пределы.

- Знаю, что недавно оттуда, потому и отправляю. Значит, ничего не забыл. Ты ведь справишься, а, Макс?

- Я там хоть не один буду? - со вздохом уточнил я. Шеф довольно усмехнулся.

- Не один, не боись. Там ещё две медсестры, и дежурный врач заходить будет. Двигай, парень, я на тебя расчитываю!

Я вздохнул ещё раз. Новогоднее дежурство в приёмном покое - может и не самое весёлое занятие, но в кампании с Сергеем Михайловичем пролетело бы оно незаметно. А теперь ночь, похоже, будет тянуться бесконечно. Блин.

Ожоговое отделение встретило меня неласково. Полчаса назад сюда привезли новую пациентку с ожогами второй степени - запущенная каким-то нетерпеливым уродом ракета угодила случайно проходившей мимо девушке прямо в лицо - и сейчас врачи пытались спасти ей зрение. Медсёстры тоже были заняты по уши - как раз сейчас они разносили лекарства и готовили уколы, а узнав, что Катю сегодня переводят в приёмный покой, в восторг, мягко говоря, не пришли.

Старшая медсестра Анна Фёдоровна - с которой мы ещё во время моей здешней практики не поладили - и вовсе окрысилась на меня как на торговца пиротехникой. Мне было велено не путаться под ногами, а лучше смотаться на склад, пока не закрылся.

В общем, добрых три часа я бегал по всей больнице, таскал лекарства, относил бельё в стирку и отыскивал неведомо куда пропавшие раскладные носилки.

Наконец - уже в начале двенадцатого - всё утряслось, и в ординаторской начали накрывать праздничный стол. Меня тоже пригласили, но я отказался - веселиться и праздновать в этом месте я бы в любом случае не смог, а уж под свирепым взглядом старшей месестры и подавно. Так что пожелав всем счастливых праздников, я отправился в бокс к сегодняшней пациентке.

Девушка - Елена Васильева, двадцать два года - была без сознания, и этому можно было только порадоваться. Ожог лица и рук был очень болезненным, да и глаза, сидя по всему, серьёзно пострадали. Так что морфий сейчас был для неё - я угрюмо ухмыльнулся - самым лучшим новогодним подарком. Её лицо было забинтовано, как и кисти рук, и даже на глазах была специальная повязка, пропитанная заживляющей мазью.

Я не поворчивал выключатель, и в палате было темно, только с улицы проникал рассеянный свет он фонарей и луны. Отражаясь от свежевыпавшего снега, он казался каким-то неестественным, мистическим и даже, пожалуй, романтическим. Я мрачно усмехнулся. Ну да, кто ж не мечтает встретить Новый Год наедине с девушкой в комнате, главной достопримечательностью которой является кровать?

Интересно, ни к селу ни к городу подумал я, а какого цвета у неё глаза?

Время шло медленно. Я стоял, глядя на забинтованное лицо Елены и катал по ладони кубик. Наконец светящиеся стрелки на моих часах почти сошлись на двенадцати.

- С Новым Годом, - тихо сказал я, глядя на лежащую девушку. - Хотел бы я...

Слова не шли. Я даже не мог толком сформулировать свою мысль. Помочь? Вылечить? Избавить от этого?

- Хотел бы я совершить чудо, - наконец произнёс я, и посмотрел на кубик. Выпала двадцатка.

Я вздохнул и подбросил кубик к потолку. Он взлетел, крутясь и чуть поблёскивая в лунном свете, на секунду замер в самой высокой точке, упал мне на ладонь, отскочил и упал в снег.

В снег? Я машинально подобрал кубик и удивлённо огляделся. Это была не палата. Я, в пальто, шапке и ботинках, стоял в небольшом заснеженном скверике недалеко от той самой больницы, где находился всего секунду назад. На улице было полно народу, а мои часы показывали половину седьмого.

- Что за чушь? - изумлённо пробормотал я. Сегодня в половине седьмого я как раз подходил к больничному корпусу и здесь меня быть никак не могло. - Ничего не понимаю...

Я снова посмотрел по сторонам. Люди шли себе по своим новогодним делам, на меня никто не смотрел. Даже расположившаяся поблизости компания из четырёх подростков, которые устанавливали на какой-то тумбе большую ядовито-красную ракету... Ракету?

Я кинулся к ним, на ходу пытаясь прикинуть, что мне нужно сказать или сделать, чтобы...

- Эй, поосторожнее! - возмущённо воскликнула девушка, которую я чуть не сбил с ног. - Тебя что, пчела ужалила?

- Нет, извините, я... - я подхватил её, не давая упасть и присмотрелся. Что-то в её фигуре... или лице... или...

Фьюуууу-шшшшуууухххх-бабах!!!

Нечто очень быстрое, ярко-красное и рассыпающее позади себя хвост искр просвистело совсем рядом с нашими головами и врезалось в круглую афишную тумбу с впечатляющим грохотом. Картон и бумага - даром что отсырели от снега - вспыхнули ярким жизнерадостным пламенем, и у меня подкосились ноги.

- Эй, ты в порядке? - Девушка встряхнула меня. - Тебя не задело?

- Нет, не задело. Никого не задело! Никого! - радостно заорал я. - Никого не задело!

- Ну-ну. Стоп, а где? - она осмотрелась. Но подростков, запустивших это красное чудовище уже и близко не было. Кто-то из прохожих уже вызывал пожарных, а одна шустрая бабулька во весь голос выкликала милицию. - Ну ладно, мне пора, а ты смотри, куда несёшься!

Девушка торопливо пошла прочь, а я плюхнулся прямо на покрытую снегом скамейку и несколько минут смотрел ей вслед.

К больнице я подлетал на всех парах, поскольку мне пришлось объяснять раздражённому милиционеру, что лиц той четвёрки с фейерверком я не разглядел. Ракета оказалась профессиональной, предназначенной для запуска экспертами.

- Если бы кому в лицо попало... - возмущалась бабулька, вызывая у меня приступ истерического смеха, и требуя непременно разыскать хулиганов.

Входя в вестибюль, я нервно озирался по сторонам, с изрядным беспокойством ожидая увидеть самого себя. Обошлось - в гардеробе моего пальто не оказалось, и я поспешил к приёмному отделению.

- А, Макс, - бодро приветствовал меня дежурный врач. - С наступающим!

- Спасибо, Сергей Михайлович, и вас с ним же, - выдавил я, переводя дух. - Тут как, всё в норме?

- А как же, - он, улыбаясь, кивнул мне. - Да, познакомься с новой медсестрой - это Лена Васильева. А это Макс, наш практикант.

Склонившаяся над какими-то бланками девушка подняла голову.

- А ведь мы уже знакомы, - заявила она и рассмеялась. - Полчаса назад он меня чуть с ног не сбил!

- Правда? - шеф с любопытством смотрел на нас. - Ну, ты хоть извинился?

- А как же, - промямлил я, чувствую, как предательски краснею. Лена хихикнула.

- Ну, толком извиниться он так и не успел, - заметила она. - Нас обоих чуть не взорвали.

- Ага, ракетой! - я тоже рассмеялся. Моя правая рука наконец разжалась, и я уставился на сине-коричневую пластиковую вещицу, которую всё это время, оказывается, мертвой хваткой сжимал в кулаке.

- Ракетой, говоришь? - Сергей Михайлович как-то странно посмотрел на меня. - Ладно, потом расскажешь. А что это у тебя?

- Это? - Я подбросил в воздух двадцатигранный кубик и, поймав, посмотрел на верхнюю грань (двадцатка!). - Это - самый лучший новогодний подарок!

P.S. ...А глаза у неё карие.