Что-то в этом чае

1 Что-то в этом чае

Молодой темноволосый парень сидел на маленькой кухоньке и курил. Дым его дорогой сигареты уходил в приоткрытое окно. Верхние пуговицы белой рубашки были расстёгнуты, а рукава закатаны до локтя. Чёрная узкая лента галстука свободно висела на плечах.

В дверь вежливо постучали.

— Входи, — скорее прошептал, чем сказал, Мэт и выдохнул очередное облачко дыма.

Вряд ли услышав его приглашение, на кухню, как тень, проскользнула маленькая хрупкая девушка. Она плотно закрыла за собой дверь, прерывая звуки послышавшейся танцевальной мелодии.

— Чаю? — едва слышный вопрос. На столе стоял чайник и две чашки. Одна из них была полной и явно не тронутой.

Девочка боязливо кивнула. О человеке, к которому она пришла, говорили разное. Всем, у кого она успела спросить, было совершенно неясно, как он оказался здесь, на квартирнике её двоюродного брата, и почему вёл себя по-хозяйски.

— Тебя Сьюзан зовут, — не вопрос, утверждение, заставляющее девушку кивнуть и убедиться, что опасениям есть причины, пусть все ещё необъяснимые. А своему шестому чувству Сью привыкла доверять куда больше, чем глазам...

Указав на единственный стул, Мэт молча подвинул девушке чашку чая и, прислонившись к холодильнику, замер в ожидании. Сьюзан села, но к чаю не притронулась и заговорить не решилась. Раз он узнал её имя, то и зачем она здесь, знает наверняка.

Мэт смотрел в окно, за которым стремительно темнело. В молчании прошло несколько минут. Сью почувствовала себя неуютно. Наконец, парень словил её взгляд и тем же тихим, почти зловещим, полушепотом произнёс:

— Тишина тебя угнетает, не правда ли?

Сью будто против воли кивнула.

— Я…

— Знаю, — прервал её Мэт и добавил, — Пей.

Девушка глотнула из предложенной чашки. Находящийся в ней отвар, меньше всего походил на чай. В его вкусе было что-то карамельно-молочное и одновременно пряное, захватывающее дух. Сью ватной рукой поставила чашку на стол и откинулась на спинку стула. Голова её сильно потяжелела и потянулась к столу. Неожиданно громко, впечатываясь в сознание, прозвучал голос Мэта:

— У тебя есть час. Всего 60 минут. Забери белый кристалл. Он будет залогом твоего возвращения. Тина тебя проводит.

Сьюзан заснула. Ей приснилось, как её собственное тело растеклось тяжёлым дымом и исчезло с кухни.

2 Во сне

С трёх сторон девушку окружили отвесные скалы, с четвёртой – бескрайнее море. Пейзаж не произвёл на Сью никакого впечатления. Она осторожно прошла по берегу, пока не заметила узкую расщелину в утёсе. Протиснувшись внутрь, девушка оказалась в пещере. Падающий туда лучик солнца освещал массивные двери с одной приоткрытой створкой, а также высеченную над ними надпись:

Lasciate ognesperanza, voi ch’intrate.

Сьюзан истерически хихикнула. Её познания латыни оставляли желать лучшего, но фраза «Оставь надежду всяк сюда входящий» оказалась понятной. Однокурсники наклеили такую, нацарапанную карандашом на скорую руку, на кабинет, в котором принимали экзамен по латинскому языку.

Девушка проскользнула за дверь. За ней начался тёмный коридор. В конце едва брезжил зеленоватый свет. Сью инстинктивно ускорила шаг. При ближайшем рассмотрении свет оказался множеством фосфоресцирующих светлячков. Туннель резко поворачивал в темноту. Светлячки остались за поворотом, но больше в них не было надобности. Циферблат дешёвых механических часов на руке девушки засветился ярким холодным светом. На нём исчезли все стрелки, кроме минутной, которая не замедлила прийти в движение, оставляя за собой тоненький потухший сектор.

Сьюзан пообещала себе: «Во что бы то ни стало – не удивляться». Пройдя вперёд, она упёрлась в стену, вернувшись обратно тоже упёрлась в стену. Не было ни массивной двери, ни поворота со светлячками. У девушки подогнулись колени и пронеслась мысль: «Как же так?!». Она прислонилась к стене и задумалась.

Две минуты погасли.

Девушка ещё раз прошла по коридору, держась рукой за стену, и облегчённо вздохнула. В стене слева оказался узкий малозаметный проём. Как раз такой, чтобы в него можно было протиснуться боком. За стеной туннель раздваивался. Сью не задумываясь пошла по правой дороге и снова упёрлась в тупик. Помня прошлый опыт, она вернулась на пару шагов и обнаружила узкий проход.

Если верить часам, четверть которых потухла, Сьюзан бродила минут пятнадцать. На развилках она выбирала только правые туннели, в тупиках находила незаметные сразу проходы. Дело осложнялось тем, что пройденная часть пути тут же менялась. Просторные коридоры становились каменными стенами, стены – коридорами. Происходило это бесшумно, тишину нарушали только дыхание и звук её шагов. Несмотря на царившее безмолвие, казалось, будто в лабиринте она далеко не одна. Боковым зрением Сьюзан мерещились тени, но когда она поворачивала голову и смотрела прямо на стены подсвечивая их часами, там ничего не было.

В бессчётный раз свернув, девушка очутилась в длинном широком проходе. В конце его были незнакомые, широко открытые двери. Сью обрадовалась и ускорила шаг.

Её надежды не оправдались. За дверями лабиринт продолжился, хотя стал намного светлее – как в первые часы перед восходом солнца. Сами стены стали дружелюбнее, проходы очевиднее и главное – шире. Но это стало слабым утешением.

Камни под ногами девочки зашевелились. Когда по ним стало почти невозможно идти и Сью чуть не потеряла равновесие, она побежала, стараясь отталкиваться от камней, выступающих над остальными. Преодолев злополучный коридор, девочка вылетела в следующий. Споткнулась о небольшой выступ, упала, ударилась головой и потеряла сознание.

3 Проходная

Тем временем Мэт заметал следы: вымывал остатки чая и ликвидировал своё лицо из памяти ничего не подозревающих тусовщиков. Закончив, он подхватил в коридоре чёрный, в тон галстуку, пиджак и вышел на улицу.

Холодный ночной воздух бодрил. Парень в одной рубашке поежился, оглядываясь по сторонам, но надевать пиджак не спешил.

Чёрный джип возле соседнего дома моргнул фарами. Молодой, атлетически сложенный шофер, с коротким каштановым ёжиком волос, запустил двигатель. В отличие от Мэта он был одет куда более неформально: рваные светлые джинсы и мятая бирюзовая футболка. Дождавшись, пока мистик сядет в машину, Джон спросил:

— Как прошло? Я почувствовал переход, но не успел отследить.

— Скоро узнаем, — задумчиво сообщил Мэт. — Не идеально. Её сначала кинуло куда-то мимо.

— В конце концов, она же не умрёт?

— Не умрёт, — эхом повторил Мэт и не озвучил: «Хотя, если не успеет вернуться, пожизненная кома её обеспечена».

Джон вырулил со двора.

— Не важно выглядишь.

Мэт, не отвечая, достал из кармана пиджака зажигалку и сигареты.

— Курение убивает, — сказал Джон, и, покосившись на молчаливого друга, добавил: — Если не делиться с водителем.

— За дорогой следи.

Сигареты и зажигалка легли в бардачок джипа. Пиджак улетел на заднее сидение. Галстук последовал за ним. Мэт закрыл глаза. Джон подавил в себе шутку про мужской стриптиз и включил медитативную музыку. Он знал, что мистика ближайший час лучше не трогать. Ночь обещала быть длинной.

4 Небывалая легкость

Сьюзан пришла в себя и чуть не упала в обморок. Над ней парила маленькая полупрозрачная Алевтина, пропавшая сестрёнка, ради которой девушка пустилась в эту авантюру. Призрак затараторил:

— У тебя очень мало времени! — на часах Сью светился только десятиминутный сектор. — Если не успеешь, застрянешь здесь, как я.

— Я умру?

— Хуже! Ну давай же, поднимайся скорее! Бежим! — и Тина полетела вперёд, показывая дорогу.

Хотя коридоры были хорошо освещены и Тина заранее сообщала, когда надо нагнуться, подпрыгнуть или уклониться, чтобы не попасть в ловушку. Сюзанна еле успевала за сестрой. Изо всех сил она пыталась не сбиться с темпа и не сорвать дыхание. Девушка регулярно бегала по утрам и любила полумарафоны, но тяжёлый подземный воздух лабиринта очень усложнял задачу.

— Долго ещё? — крикнула на бегу Сью.

— Надеюсь, нет. У тебя 4 минуты.

Препятствий больше не было. Они мчались по широкому коридору.

— Впереди будет головоломка. Ни один смертный ещё не заходил так далеко.

Тина нырнула сквозь закрытую дверь. Сью пришлось затормозить, чтобы не впечататься носом.

Тяжеленные створки плохо поддавались. Сил девушки едва хватило, чтобы приоткрыть хотя бы одну на достаточное расстояние. Победив дверь, Сью оказалась в просторном зале, в центре которого на возвышении стояла каменная статуя хорошо сложенного человека с головой быка. На шее у него светился белый кристалл, висящий на толстой металлической цепочке. Девушка сразу вспомнила слова Мэта: «Он будет залогом твоего возвращения». На циферблате часов светилась узкая полоска — не больше минуты.

При ближайшем осмотре возвышение оказалось пятью ступенями в человеческий рост. Девушка повисла на ближайшей в попытке подтянуться и вдруг ощутила небывалую лёгкость во всём теле.

— О нет, — послышался рядом голос Тины.

5 Фермент клевера

Мэт полулёжа сидел на неудобном стуле кафе. Автозаправочная станция, на которой они остановились пополнить запасы бензина и получить быстрый кипяток, была почти пустой. Небольшие часы над входом отсчитывали последние мгновения до полуночи. Влюблённая парочка, вздумав обняться по пути на кассу, на целую секунду заслонила мистику вид на часы. Впрочем, он и так почувствовал. Тело Сью продолжало спать на кухне. Душа осталась в лабиринте.

Джон вернулся с двумя горячими стаканчиками и запечатанными пакетиками чая. Ему не нужно было чувствовать. На лице Мэта всё было написано.

– Пойдёшь за ней?

– Точно не отсюда, – мистик отрицательно помотал головой. – И не сейчас. Утром, может заедем к бабушке?

Джон кивнул и поставил стаканчики на стол. Пакетики чая исчезли в кармане его куртки. В кипяток отправились извлечённые из другого кармана спрессованные травяные таблетки. Фермент клевера при должном обращении проявлял удивительные свойства.

Мэт, не глядя, провёл рукой над кипятком и что-то шепнул. Вода окрасилась в изумрудно-зелёный цвет и немного остыла.

– Из-под твоих рук хоть яд, – промурлыкал Джон, закрывая стаканчики пластиковыми крышками.

Мистик пропустил очередной подкол мимо ушей. С каждым разом заклинание требовало всё больше энергии. Он надеялся, что оставшихся сил хватило на преобразование фермента.

Напиток холодил горло и от этого бодрил ещё сильнее.

6 Внутри лабиринта

Два полупрозрачных силуэта медленно брели по пустым коридорам. Лабиринт то петлял, то кружил, то расходился в разные стороны множественными перекрёстками.

Алевтина чувствовала себя куда увереннее, чем сестра, однако всю дорогу оправдывалась:

– Он говорил, что ты скоро придёшь! За временем тут так сложно уследить. Если бы только я нашла тебя раньше…

Сью то и дело расплывалась. Ей с трудом давалось поддержание человеческой формы.

– А фто это за мефто? – даже голос девушки звучал неразборчиво.

– Я и сама толком не знаю. Иногда здесь появляются новенькие. Чаще всего сразу клубни дыма, не способные поддерживать человеческий вид или сопротивляться силе кристалла. Он просто впитывает их, как губка. Тебе надо научиться поддерживать форму.

– Чем дальше от кристалла, тем как будто легче?

– Да. Как думаешь, сколько времени прошло, с тех пор как ты здесь?

– Часа два? Может, три?

Алевтина тяжело вздохнула:

– Хотелось бы. Но тут ни в чём нельзя быть уверенной, – призрак на секунду растворился в стене, проверяя знакомые ориентиры в соседнем коридоре. – Это он научил меня собираться. И ещё проходить сквозь стены. Но тебе пока лучше не пробовать, я не смогу тебя достать.

7 Слоняра

Покинув заправку, водитель и пассажир поменялись местами. Мэт вёл куда более осторожно. Чёрный джип свернул с кольцевой в засыпающий город.

Джон, менее привычный к действию стимулятора, на пассажирском сидел сжимая и разжимая кулаки и почти не следил за дорогой. Покалывание в руках усиливалось и едва не переходило в лёгкий тремор.

На внутренней парковке ночного клуба не оказалось свободных мест. Недолго думая, Мэт развернулся по направлению к выезду и подпёр знакомую машину администратора. Джон молча выбрался наружу.

– Даже никак не прокомментируешь? – мистик улыбнулся приятелю. Машина почти никому не затрудняла выезд, но стояла объективно криво.

Джон поморщился, мол: «Не до шуток!» – и, достав с заднего сидения спортивную сумку, направился ко входу. Обменявшись любезностями с охранником, парни оказались внутри. Мэт занял наблюдательную позицию за столиком у входа. Джон растворился среди завсегдатаев.

Ночной клуб «Слоняра» мало чем выделялся среди себе подобных. Здание бывшего завода, стоящего на отшибе, в промышленном районе, позволяло врубать громкую музыку по ночам все семь дней недели. Этажом ниже, в подвале, нашёл приют подпольный боксёрский ринг. Именно там Джон, не без помощи мистика, потихоньку зарабатывал своё состояние и репутацию берсерка. Он выигрывал далеко не все бои, особенно если к поражению располагали ставки, но делал это с медвежьей непринуждённостью.

Лео, администратор бара, по совместительству, подпольный букмекер, сам подсел к Мэту. И вместо приветствия сразу спросил:

– Он принимал что-нибудь сегодня?

– Обижаешь, – мистик отсалютовал бумажным стаканчиком с логотипом заправки. – Вот, чаю выпили по пути.

– Тогда чай не предлагаю. Может, что покрепче?

– За рулём. И ему тоже не наливай.

– И не думал. Иначе плакали наши денежки.

– Шеф, там... – подошедшая официантка споткнулась на ровном месте. Почти всё тёмное пиво из бокала в её руках оказалось на белоснежной рубашке Мэта. Лео едва сдержался, чтобы не заржать и не обматерить девушку прилюдно. Вместо этого участливо спросил, подавая салфетницу:

– Майку? Или форму?

Сотрудники «Слоняры» как один носили чёрные рубашки и тёмно-синие жилетки. Мэт флегматично закатил глаза:

– Может мне ещё и за бар стать?

– Только на пару часиков, пока самая жара. Будем рады. Твой всё равно раньше трёх не закончит... Заметь, ты сам предложил! – Лео довольно поднялся из-за стола. – И девочки будут рады. За одну смену с тобой они получают больше чайника, чем за всю неделю без тебя.

Мистик нехотя кивнул. Всё лучше, чем наблюдать бои в подвале.

8 Тремя месяцами когда-то [флешбек 1/3]

Не то, чтобы Матвей искал работу. Скорее уж место, где можно спокойно выпить и обдумать своё положение. «Слоняра» на окраине идеально подходил под этот запрос. Людей вечером буднего дня было немного. За барную стойку и вовсе никто, кроме него, не сел.

Когда-то родной, сейчас город ощущался совершенно чужим. Бронь отеля заканчивалась уже послезавтра, и нужно было что-то срочно решить.

Решать не хотелось. Парень грустно смотрел на кубики льда в стакане тоника с джином. Перелёт, джетлаг, похороны, формальное наследство и неподъёмное наследие – всё это происходило, как будто не с ним.

Бабушка, оставила Матвею летний домик где-то в глухомани, маленькую квартиру и пушистого кота, серого дымчатого окраса. Кот временно жил у соседки и планировал там остаться. Парень никогда всерьёз не рассматривал вариант остаться здесь самому. Его отец отказался даже приезжать.

Отцу было откровенно всё равно, что станет с котом, квартирой, в которой Матвей провёл своё детство, и, тем более с домом, находящимся в аварийном состоянии здесь, на другом конце света.

Матвей или, как он привык представляться на американский манер, Мэт, почти не помнил свою мать. Отца – больше уважал, чем любил. От него мальчик унаследовал модельную внешность и белый билет в столицы моды. От матери – живой ум, любовь к чтению, глаза янтарного оттенка коньяка и проблемы со зрением. Во всяком случае, так выходило со слов отца.

Мальчик знал три языка, быстро адаптировался ко всему и очень рано понял, насколько он не вписывается в рамки окружающего мира. Нью-Йорк принял его, но так и не стал родным. Центральный парк не смог заменить дремучих лесов советской глубинки, по которым его таскала бабушка совсем ребёнком. Работать с пошивом одежды, как отец, было легко, но совершенно неинтересно.

Окончив старшую школу на неродном языке, Мэт кое-как сдал экзамены и, воспользовавшись связями отца, попал на совсем не подходящую ему программу для будущих юристов Нью-Йорка. Осилить её смог только благодаря своим красивым глазам, хорошо подвешенному языку и манерам. Вопроса о дальнейшей адвокатской карьере и близко не стояло. Подлинной страстью парня был разве что оккультизм. Но становиться мессией своей маленькой общины он не стремился.

Весть о похоронах бабушки Матвей принял как знак судьбы и одним днём улетел посмотреть на малую родину. Отец поворчал, но не воспротивился. К этому моменту, Мэт уже давно заметил закономерность – когда ему действительно что-то необходимо, всё складывается само собой, волшебным образом: билет на самолет, последний номер не очень дорогого отеля на окраине...

9 Наследие [флешбек 2/3]

Бабушка была строгой, но добродушной смотрительницей кладбища. Она так долго занимала административную должность, что с выходом на пенсию ничего не поменялось. А после смерти старая ведьма, буквально упокоилась на работе.

Одна деталь никак не вписывалась в общую картинку. Мистик не ощущал по ту сторону присутствие почившей Ванессы Вениаминовны.

Ведьмой свою бабушку Мэт никогда не считал. Возможно – знахаркой или доброй колдуньей, но отцу он и про это старался не упоминать.

Хотя, увидев в квартире банки с непонятными ингредиентами и связки разных трав, развешанные на натянутых бельевых верёвках под потолком, парень усомнился в собственном здравомыслии.

За годы его отсутствия, псевдоволшебное барахло выбралось за пределы серванта и заполонило обе комнаты. Кухня оставалась последним оплотом цивилизации. Электрический чайник, холодильник, газовая плита и круглый столик, с парой табуреток под ним, выглядели вполне обыденно. Что могло ждать в заброшенном доме, Мэт боялся себе даже представить.

Среди вещей бабушки его заинтересовал кулинарный справочник. Видавшая виды алфавитная записная книжка в твёрдом переплёте содержала в себе заметки, сделанные перьевой ручкой каллиграфическим почерком, вырезки из газет и даже страницы, явно вырванные из каких-то старых книг. Рецепты настоек, глинтвейна и шарлотки соседствовали с названиями на латинском и описаниями магических свойств лекарственных растений. Поминальные молитвы чередовались с описаниями обрядов и заклинаний. Среди прочего, на один из форзацев оказалась вклеена сложенная вчетверо карта кладбища.

Кот не показывался, спрятавшись в недрах соседней квартиры. Словоохотливая соседка сокрушалась, что теперь некому делать сбор для её поджелудочной. В аптеках что-то есть, но с травками бабы Вани, сравниться, конечно, не может. Матвей не спорил, только улыбнулся с «бабы Вани». Ванесса Вениаминовна явно общалась с соседкой достаточно близко.

Сам он едва ли мог вспомнить хотя бы названия всего богатства, развешанного под потолком, и, скорее всего, выращенного на участке. Не говоря уж о назначениях и сочетаниях разных трав. Даже полка с чаями на кухне вызывала у него больше святого благоговения, чем воспоминаний.

В тот же день парень позорно сбежал в ближайший открытый бар. Бушевала гроза.

10 Манхэттен [флешбек 3/3]

В жизни Леонида было всего две страсти: качественный алкоголь и деньги, вернее планомерное увеличение их количества. В будни, когда не было особой нужды выводить на смену много сотрудников, он сам иногда становился за барную стойку – поиграть в алхимика.

Тот день выдался дождливым и на редкость мерзким. Посетителей почти не было. Турнир по боксу этажом ниже закончился, а даты следующего ещё не обнародовали.

Удар молнии осветил вход в «Слоняру». Раскат грома забрал с собой электричество всего квартала вокруг. Охранник, кемарящий за столиком возле входа, шевельнулся, не просыпаясь.

Когда вырубило свет, Леонид просто вынес коробку толстых свечей из подсобки и расставил по заведению. Получилось даже атмосферно. Взъерошенный темноволосый парень, в целом привлекательной внешности, сидящий за барной стойкой, молча показал большой палец вверх.

Дело уже шло к закрытию, когда внутрь завалилась компания хорошо одетых иностранцев с огромными зонтами. Не андестенд, что от него хотят, Леонид воздел руки к небесам:

– Кто-нибудь в этом проклятом баре спик инглиш?

– Actually, I do, – отсалютовало пустым стаканом бледное недоразумение, сидящее за барной стойкой. И, обращаясь к иностранным гостям, что-то бегло заговорило. Те ещё более невнятно ответили. Леонид разобрал слова «бурбон» и «коктейль».

– Нет бурбона, водка есть, – сообщил он и произнес по буквам: – В-о-д-к-а.

– Да им без разницы, судя по состоянию. Но хотят Манхэттен. А виски есть?

– Вчера всё вылакали. Поставка по такой погоде не доехала, – сокрушённо сообщил Леонид. И обернувшись спиной к посетителям, посмотрел на полупустую барную станцию. – Может что-то другое?

– Не, им на спор. Но я предложил заменить состав, чтобы было похоже по вкусу. Сделаете? – Мэт присмотрелся к бейджику администратора. – Лео?

– Сам предложил, сам и делай, – в сердцах, а получилось вслух, воскликнул Леонид, привыкший быть максимум Лёней, и то для завсегдатаев.

– Да, что там делать, – Мэт привстал на перекладине барного стула и перегнулся через стойку. – Виски, вермут, ангостура…

– Нету, нету, и нету.

– Апельсин?

– Есть.

Мэт взглядом пересчитал иностранцев.

– Шесть долек.

Лёня, неожиданно для себя, послушно достал резать апельсин. В голове у него закрутился счётчик бабла. Модельной внешности, говорящий на нескольких языках бармен – мечта любого администратора.

Так и получилось, что чаевых иностранцы оставили больше, чем вышло за коктейли на водке. Весь джин-тоник нового знакомого, Лео закрыл за счёт заведения. И даже подвёз выпившего Матвея до отеля, заручившись его обещанием зайти на трезвую голову и обсудить возможное трудоустройство.

11 На ринге

Подсобное помещение было завалено коробками всякой всячины. Салфетки и средства для мытья посуды соседствовали с ящиками стеклянных бутылок.

В ростовом зеркале Мэт рассмотрел тёмное пятно на ещё недавно белой рубашке. С новой официанткой парню только предстояло познакомиться. В том, что девушка специально пролила на него пиво, не было никаких сомнений. Вопрос оставался только: по своей воле, или Леонид надоумил? Мог бы и просто попросить.

Парень вздохнул. Растрёпанные волосы в отражении почти доставали до плеч. Если так пойдёт и дальше, нужно будет одалживать у девочек резиночку для волос или шапочку.

Не найдя фирменной жилетки по размеру, Мэт вышел в одной чёрной рубашке. К его собственным брюкам она подходила как родная. Закатав рукава до локтя, парень потеснил Лео в проходе и стал за барную стойку.

Гостей было действительно много. Работать оказалось легко. Всё что только могло понадобиться бармену на кураже – было в наличии. Девочки порхали по заведению, не проливая больше ни капли.

Поджигая очередной коктейль, на радость зрителям, Мэт краем глаза заметил излишнее шевеление возле лестницы, ведущей на цокольный этаж. Лео нырнул туда, но вскоре вернулся и сообщил:

– Ты нужен внизу. Там кто-то потерял сознание.

Мэт кивнул, передавая зажигалку администратору, готовому сменить его на посту.

Подвальный этаж мистик не любил: потные боксёры, изрядно подвыпившая публика. Поясов и званий тут не давали. В ходу были только наличные. На радость несведущим зрителям, большая часть боёв являлась договорной и постановочной.

Джон обнаружился на ринге, сидящий на коленях рядом с судьёй, возле своего противника, распластавшегося на спине. Взглядом освободив себе дорогу, Мэт прислонился к ограждению, но внутрь не полез.

– Не моих рук дело, – Джон выразительно посмотрел на Мэта.

Судья кивнул, подтверждая его слова:

– Я дал сигнал к началу, он пытался схватиться за сердце и просто упал. Скорая уже едет. Мы без понятия, что с ним.

– Похоже на сердечный приступ, – добавил Джон.

Мэт обернулся к столпившимся вокруг людям. Те, кто ставил на поражение Джона, были раздосадованы и легко узнавались среди прочих. На пару долгих секунд мистик закрыл глаза, собираясь с силами.

– Не на что тут смотреть, – глубокий голос заполнил помещение. – Вы достаточно повеселились сегодня, пора по домам…

Джон толкнул судью рукой и заткнул уши сам. Что бы ещё ни объявил Мэт, это подействовало. Люди засобирались к выходу. Подвальное помещение вскоре опустело.

12 Похититель / Некоторые тонкости

– Пульса нет, – отметил Джон, когда в зале остались только свои.

Мэт пролез на ринг и опустился на колени рядом:

– Да вижу я, что подорожник тут уже не поможет.

Сложив вместе указательные и средние пальцы на обеих руках, мистик коснулся висков бездыханного тела. Время для них застыло. Все мысли отодвинулись на другой план. Душа, не могла улететь далеко. И всё же…

По ту сторону её не было. Мэт поднялся с колен. Его собственное тело при этом так и осталось сидеть, склонившись над человеком, стремительно теряющим шансы на долгую и счастливую жизнь.

Призрачный силуэт мистика огляделся по сторонам. Предметы физического мира выглядели несущественными очертаниями, как на рисунке рентгена. От людей исходил слабый свет, окутывающий их как коконы. Персонал «Слоняры» был почти незаметен на тонком плане. Судья тоже ничем не выделялся.

Джон светился гораздо ярче прочих. Тренировки и медитации под чутким руководством мистика давали свои результаты. Парень был сильным не только физически. Только в сердце Джона было что-то неправильное, чему Мэт уже два месяца старался не придавать значения. Пообещав себе с этим разобраться позже, мистик перевёл взгляд себе под ноги.

От бездыханного тела тянулась вверх тонкая, едва заметная, ниточка и уходила куда-то в потолок. Мистик чертыхнулся про себя. Надо было хотя бы спросить, как зовут отрубившегося.

Легко взмахнув руками, парень поднялся в воздухе и последовал за нитью. На крыше пятиэтажного здания она неожиданно закончилась. Как будто кто-то насильно вытянул душу, а затем оборвал тонкую связь с телом. Дело принимало интересный оборот.

Рядом угадывались чужие энергетические следы. В них не ощущалось ничего враждебного. Кем бы ни был оставивший следы, он пользовался тем же способом перемещения по тонкому плану, что и сам Мэт. Похититель души никак не шифровался. Скорее всего, и вовсе не ожидал погони. Отследить его не составило труда. И всё же следовало поторопиться.

Мэт предельно сосредоточился и ускорился, двигаясь по следам вдоль линии электропередач. Он быстро оценил элегантность решения своего потенциального противника. Высоковольтный кабель разрушал энергетические следы с небрежностью дворника зимой, расчищающего тропинку и забрасывающего снегом продавленных в сугробах ангелочков.

Похититель обнаружился спустя несколько домов. Рядом с боксёром, мечтательно рассматривающим тёмное небо, шёл небольшой пёс. На полной скорости Мэт вклинился между ними, сбил с ног человека и откинул собаку на приличное расстояние. Оскалившись, пёс бросился обратно, но получил с призрачной ноги по таким же призрачным зубам.

Потасовка вышла сумбурной. Мэт держал удар. Выразительно тяфкнув пару раз, пёс обернулся вороной и стремительно покинул место происшествия.

Боксёр восстановил равновесие и непонимающе оглядывался. Его контуры начали расплываться. В панике парень замахал руками и начал падать. Благо до крыши под ним оказалась всего пара метров. Уперевшись по своему разумению в твёрдую поверхность, он, наконец, обратился к мистику, спустившемуся за ним.

– Что происходит?

– Забудь!

Мэт взял расплывающийся сгусток энергии в боксёрских шортах под руку и взмыл в небо, как никогда радуясь перепаду давления и попутному ветру. От изначальной идеи, отправить бедолагу плутать в лабиринте, мистик успел оказаться.

С трудом отбуксировав полубессознательную субстанцию на крышу здания, приютившего «Слоняру», Мэт довёл его до почти растаявшей нити. Едва сгусток коснулся родного следа, как резко двинулся к собственному телу, в свою очередь, увлекая за собой сквозь этажи крепко держащегося Мэта.

С шумным выдохом оба парня открыли глаза. Боксёр, задыхаясь, схватился за область возле сердца.

Мэт тяжело повалился рядом, глядя на электрические лампочки до рези и световых пятен. В голове шумело. Тело слушалось с трудом. Каждое движение давалось будто в замедленной съёмке.

– Не хочу знать, как ты это делаешь, – искренне признался Джон, подавая руку и помогая мистику подняться.

– Сколько? – спросил Мэт вместо ответа.

– Двенадцать минут, – Джон кивнул на настенные электронные часы.

Красные цифры бежали, резво отсчитывая четвёртый час после полуночи. В дверях показались врачи скорой помощи с чемоданчиком и носилками. Оставив судью объясняться, парни скрылись в раздевалке.

13 Кругом одни плюсы

– Там был подросток, – Мэт лёг, насколько это оказалось возможно, на жёсткую деревянную скамейку. – Или…

Джон быстро скинул спортивную одежду, натянул джинсы с дырками, толстовку и присел рядом, завязывая шнурки на кроссовках.

– Или?

– Девушка, – мистик потёр глаза. – Энергия мягкая, она выглядела как собака, а потом перевоплотилась в птицу. Плюс как-то смогла увести человека от собственного тела.

– Мощно. Я не видел ничего необычного и не почувствовал: он просто упал.

– Кто бы это ни был, он или она действовала с филигранной точностью. Раньше такого здесь не случалось?

Джон задумался.

– Скорая сюда ездит не часто. На моей памяти всего второй случай. И то первый был из-за драки на верху, Лёне полоснули руку бутылкой. Кровищи было… Но с тех пор на входе дежурит обязательно трезвый охранник, и драки среди посетителей прекратились. Едем?

Джон запихнул шмотки в спортивную сумку и стремительным движением закрыл замок. Звук резанул по ушам, выдёргивая Мэта из размышлений. Парень неохотно поднялся.

В зале было пусто – скорая успела уехать. На первом этаже продолжалось веселье. Судья обнаружился сидящим за барной стойкой в пол-оборота к лестнице и отсалютовал бокалом. Леонид махнул рукой в сторону входной двери. Мэт кивнул.

Администратор вышел на курилку вслед за парнями, покинувшими «Слоняру». Стрельнув сигарету, он рассказал последние новости, которых оказалось немного. Турнир продолжится как ни в чём не бывало, новое расписание боёв появится на днях. Врачи подтвердили подозрение на проблемы с сердцем и госпитализировали боксёра. Тот не сопротивлялся. С родными связались, забрать вещи приедут завтра.

Мэт зачем-то уточнил, нет ли у того домашних животных, которых надо кормить. Леонид ответил отрицательно. На том и разошлись.

– Домой и спать?

– Да, если бы. В последний путь, – слабо пошутил мистик.

Оба парня чувствовали подступающее окончание действия тонизирующего отвара, которым закинулись около полуночи. Четыре часа было пределом работы фермента клевера. Ночь выдалась куда насыщеннее, чем предполагалось, и пока не думала заканчиваться. Небо начало светлеть.

Джон протянул руку. Мэт не протестуя, вернул ключи от машины и забрался на пассажирское. По пути мистик клевал носом и даже успел задремать. Лёгкий, почти нежный, толчок в плечо вернул его в реальность.

Джип остался одиноко стоять на парковке. Чёрная рубашка униформы «Слоняр» впитывала лучи только проснувшегося золотого солнца, но не грела, как бывает жарким летом.

Мэт зябко поёжился. Тёмные кудряшки его волос трепал ветер. Джон натянул капюшон толстовки почти до носа. На кладбище было пустынно и тихо. Ворота Мэт открыл своим ключом. Ржавые створки со скрипом распахнулись.

– Как ни крути, кругом одни плюсы, – сообщил Джон, осматривая неровные ряды разнокалиберных крестов с табличками.

Мэт пошёл вперёд по привычной дороге к чёрному обломку гранита, хорошо отполированному с одной стороны.

«Алевтина Короткова Вечная Память» – гласила, выгравированная там, надпись.

Мистик сел рядом прямо на клумбу и запрокинул голову, опершись на памятник.

– Привет, Тина, – позвал он.

Джон механически сорвал травинку и засунул в рот, но тут же выплюнул, вспомнив, где находится.

14 Не случайное знакомство [флешбек 4]

Если бы кто-то рассказал Джону, что он будет шататься по кладбищам в сомнительной компании вместо тренировок, он бы не поверил и может быть решил, что эта шутка – не самая удачная. И вот сейчас парень стоял и наблюдал, как его друг общается с гранитным памятником.

Если бы спросили у Мэта, он бы сказал, что считает их знакомство эпохальным.

Тогда, после грозы и большого количества джина за счёт шэфа «Слоняры», громкий стук в дверь гостиничного номера вырвал Матвея из сна. Голова раскалывалась, налицо были все признаки похмелья.

Часы показывали пять вечера. Стук в дверь прекратился, чтобы начаться с новой силой. Мэт проверил календарь на телефоне. До выселения оставалось чуть меньше суток, да и вряд-ли бы персонал стал так обходиться с дверью. Кое-как поднявшись, мистик пошёл открывать.

На пороге стоял крепко сложенный парень светлых джинсах и мятой футболке AC/DC. В руках незнакомец держал небольшой контейнер из алюминиевой фольги и кошелёк Матвея, оставленный в «Слоняре» накануне.

– Good morning, – хмуро поздоровался Мэт. – Чем обязан?

– Леонид прислал. Беспокоится, как вы после вчерашнего, Матиос?

– Matthaeus, – поправил произношение парень. – Матвей, по-вашему. Можно просто Мэт.

– Иван, – представился парень в ответ, протягивая вещи. – По-вашему, наверное, Джон.

Контейнер оказался тёплым, почти горячим. От него исходил аппетитный аромат еды. Мэт поморщился. Минералке он был готов обрадоваться куда больше. Или хотя бы сигаретам. Новый знакомый уже развернулся и собрался уходить.

– Куришь?

– Бросаю. Но знаю здесь недалеко хороший табачный. Подвезти?

– Привези сигарет, – Мэт поймал зрительный контакт и попробовал, как бывало, внушить прямую команду. – И минералку, пожалуйста.

– Так точно, – парень положил одну руку на голову, а вторую приставил ко лбу, отдавая честь. – Делать мне больше нечего.

Мистик хмыкнул.

– Ok. Забудь, – махнул рукой он отворачиваясь.

– Денег хоть дай, – Джон просунул ногу в дверной проём, не давая его закрыть. – Мне действительно делать нечего. Бар сегодня не работает, свет так и не дали. Авария где-то на линии. Полквартала без электричества сидит...

Мэт щёлкнул выключатель в номере. Свет зажёгся.

– Повезло, – искренне обрадовался Джон. – А это что?

На комоде возле входа лежала кулинарная книга Ванессы Вениаминовны.

– Моя самая большая головная боль, – честно ответил Мэт, заглядывая в контейнер с едой. Прямые команды на нового знакомого не действовали. Мистику вдруг пришёл в голову рецепт от похмелья, который он уже видел на страницах дневника бабушки. – А чайный магазин знаешь? Или где можно купить сушёную мяту?

Джон кивнул. Кто же знал, куда этот кивок его заведёт.

15 Хозяин погоста

Мэт стоял на пересечении двух больших тоннелей там, где последний раз видел Алевтину.

Лабиринт был настроен враждебно. Любая попытка пройти заканчивалась тем, что стены петляли и выводили мистика в противоположную сторону, вместо необходимой. Светлячки не показывались, другие обитатели попрятались. В воздухе витало невысказанное «добро пожаловать отсюда».

Тонкое тело не позволяло плотно взаимодействовать с этой частью реальности.

В сердцах пнув ближайшую стену, Мэт выставил обе призрачные руки перед собой и собрал в них оставшиеся крохи собственной энергии. Соорудив кое-как из получившегося шара печать призыва души, мистик вернулся в реальность. Джон встретил его вопросительным взглядом.

– Засеки 60 минут.

– Ты же не собираешься…

– Я уже, – ответил Мэт, проваливаясь обратно в темноту.

По всему телу разлилась лёгкость. Мистик снова стоял посреди каменных стен лабиринта. С трёх сторон его окружал тупик. В проходе с четвёртой – маячил свет, будто приглашая в путешествие.

Парень опустил глаза к земле, сосредоточившись на других ощущениях. Энергия отовсюду стекалась к центру лабиринта. Проход дружелюбно манил именно туда. Мэт сделал шаг в противоположном направлении и лёгким толчком ладони коснулся шероховатой поверхности перед собой. За его спиной с громким скрежетом выросла ещё одна стена, образуя замкнутое пространство.

Недолго думая, парень навалился на препятствие перед собой всем весом вполне плотного и ощущаемого тела. Получилось не сразу. Мистик едва удержал равновесие, отшатнувшись и наблюдая, как стена перед ним падает и толкает следующую за ней перегородку по принципу домино.

Лабиринт, наконец, признал хозяина и подчинился. Победно улыбнувшись, Мэт сделал пару шагов вперёд, привыкая к ощущениям. В его голове появилось ясное осознание всех дорог и тропинок вокруг. Стоило только подумать о Тине и Сью, как лабиринт сам подсказал путь.

Упавшие стены вросли в землю, а следующие за ними раздвинулись, уворачиваясь от цепной реакции, и образовали проход.

Мэт перешёл на лёгкий бег. Нерасторопность могла дорого ему обойтись. Тина и Сью обнаружились на солидном отдалении от центра. По сравнению с двумя тусклыми девушками собственное тело мистика имело совершенно ровный контур и сияло ярче всех светлячков в округе.

– Как же так, – призрак Алевтины держал сестру за руку. Сью расплывалась и потеряла приблизительно четверть от собственного объёма.

– Нет времени объяснять, Тина, она должна пойти со мной прямо сейчас.

Девушка выступила вперёд и закрыла беспомощно съёжившуюся Сьюзан.

– Она справляется, дай нам ещё немного времени.

– Отпусти её, сейчас же! Или ты хочешь потерять её навсегда?

– Она научится, вот увидишь…

Ощутив внезапный прилив сил, Мэт бесцеремонно вклинился между сестёр. Его сияние стало ещё ярче, настолько, что Тине пришлось невольно зажмуриться и отпрянуть. Едва Сьюзан коснулась мистика, её контуры стали чётче, а затем исчезли. Мэт строго посмотрел на Тину.

– Не оставляйте меня здесь, – взмолилась девушка.

В ответ только светлячки замелькали, вылетая на освободившееся пространство.

– Да очнись ты! – Иван зарядил бездыханному телу пощёчину.

Судя по тому, как горели щёки – далеко не первую. В нос бил острый запах нашатыря. Вернувшийся в сознание Мэт слабо отпрянул. Ткань на спине его рубашки и джинсы собрали в себя всю росу с клумбы вокруг памятника. Рядом лежала открытая автомобильная аптечка.

– Не. Делай. Так. Больше, – в голосе Ивана слышались истерические нотки.

– John, – со всей серьёзностью ответил Мэт, – Grand merci, mon cher ami. Большое спасибо, ты настоящий друг.

– С тебя причитается, – друг закатил глаза, поднялся с колен и подал руку. – Прошло 52 минуты, – сообщил он, глядя на наручные часы. – Ты помнил, что уже ходил туда сегодня?

Мэт не нашёлся что ответить и засмеялся. В лучах утреннего солнца собственная глупость, которая вполне могла стать роковой, казалась забавной.

На другом конце города, в затихшей после вечеринки квартире, проснулась девушка.

16 Два одиночества [флешбек 5]

После короткой словесной перепалки Мэт переоделся в собственные тренировочные шмотки, которые благо не выкладывали из машины, закутался в плед и завалился спать на заднем сидении джипа.

Обратный путь в город занял ещё час. Даже чересчур бодрый, после выброса адреналина, переливания энергии и возвращения товарища, Иван прокручивал в голове события последних месяцев.

Матвей, очевидно, мог за себя постоять.

Поначалу просьбу позаниматься с ним, Ваня воспринял скептически. Но уже через пару тренировок боксёр был готов ставить на мистика против любого гопника с района, даже самого лихого.

В «Слоняре» слишком щуплый, по сравнению с остальными бойцами, Мэт мог выдержать пару раундов благодаря скорости и резкости движений. Вероятно, даже выиграть за красивые глаза, договорной матч, разумеется. И всё же раз за разом Ваня укладывал Матвея на маты. Разница в опыте и силе была колоссальной. Потерпев очередное поражение, парень, стиснув зубы, поднимался и продолжал тренировку. Его упорству можно было только позавидовать.

– Хватит с тебя на сегодня, – наконец сдавался Иван, прекрасно понимая, что за каждую подножку и каждый обманный удар ему придётся держать ответ по ту сторону.

Учитель и ученик менялись местами каждый день. Из тренажёрного зала их путь лежал напрямую в квартиру почившей Ванессы Вениаминовны, а оттуда — на тонкие планы города.

Как-то само получилось, что на второй день знакомства, Иван помог Матвею переехать из отеля в бабушкину квартиру. Чемодан мистика весил немного, помощь была скорее моральной. Следом за ним, Иван перевёз из общаги и собственные немногочисленные пожитки: две спортивные сумки и ноутбук.

Естественное обаяние или дар убеждения Мэта помогли быстро узнать пароль от соседского вайфая. Жизнь незаметно вошла в рутинное русло: попытки разобраться в бабушкином дневнике, «Слоняра», тренировки.

В астрале Мэту не было равных. Джон смог удивить его ровно один раз, в самом начале занятий, когда принял форму медведя, так легко, будто делал это каждый день.

Также легко вокруг медведя возникла прочная клетка, из которой он не смог выбраться, как ни старался. Этот и все последующие раунды были за Мэтом. Менялось только оружие и способ. Воображение и самоконтроль Ивана сильно проигрывали мистику. Два месяца спустя совместных тренировок Мэт, наконец, смог подловить его в реальности. А Джон, в свою очередь, достаточно уверенно почувствовал себя в астрале, чтобы стоять часовым на границе перехода. Глубже по ту сторону он старательно не заглядывал, отшучивался: скоропостижная кончина или глубокая летаргия в планы на жизнь не входила – чего нельзя было с уверенностью сказать про Мэта.

Мистик устанавливал правила и временные рамки будто только затем, чтобы их нарушать. Рисковое поведение, присущее Джону за рулём и на ринге, Мэт не одобрял, но при этом на тонких планах мог вести себя куда хуже.

Что делать, если бы мистик не очнулся на кладбище, Иван предпочёл не думать.

16,5 Шерл

На ум боксёру пришло ещё одно воспоминание. Когда Мэт выяснил, что причиной, почему Ивану сложно на чём-то сосредоточиться, является недавнее расставание с девушкой, то, вместо шуток, потащил приятеля на шопинг.

Магазин камней ютился недалеко от центра города, в маленькой нише, между большим офисным зданием и любительским театром. Случайные прохожие не замечали его в упор. Чуть дальше банк, ресторан и торговый центр, в которых всегда кипела жизнь, привлекали куда больше внимания своими яркими вывесками.

Оставив джип на парковке торгового центра, Джон увязался за мистиком.

Магазин удивлял не только фактом своего существования. Полки были устланы разноцветными камушками и всевозможными изделиями из них. В глазах скоро зарябило. Джон переключился на постеры над витриной и вдруг застыл, как громом поражённый. Он был готов поклясться, что знает руки, демонстрирующие всю прелесть дорогих мужских часов и браслетов из натуральных камней. И когда успел только?

Матвей, обладатель этих самых утончённых рук, с коротким опрятным маникюром, ворковал с хозяйкой магазина о каких-то особенных свойствах и знаках зодиака.

– Ладно, – сдалась женщина, шумно выдохнув. – Подождёте меня здесь. Если зайдёт кто, солнышко, ты за главного.

Мистик серьёзно кивнул. Не закрывать же магазин в середине дня по его прихоти. Пожилая дама выскользнула на улицу, оставив молодых людей одних.

– Бабка моя дружбу с хозяйкой водила, – ответил на немой вопрос Мэт. – Ну я и нахватался поверхностных представлений.

Джон хихикнул. «Поверхностные представления» в устах мистика означали как минимум, что он знает весь ассортимент магазина и все возможные запросы к камням, с которыми приходят обычные люди. И, на сдачу, точно знает что-то выходящее за рамки частых запросов.

Так и вышло, что за полчаса отсутствия хозяйки, заглянула пара покупателей. Городской ведьмочке в чёрной юбке до пола и воздушной блузке, Мэт со знанием дела помог подобрать подарок на день рождения подруге. А пожилому мужчине – статуэтку для гармонизации пространства квартиры.

Джон сидел на стульчике возле кассы и изображал стажёра. В отличие от Мэта, легко вписывающегося в любой интерьер, крепкий мускулистый парень в мятой бирюзовой футболке за прилавком смотрелся чужеродно.

– Не растерял сноровку, красавчик! – восхитилась хозяйка, по возвращении обнаружив два чека на солидную сумму. – Держи твой артефакт.

В руках у Мэта оказался увесистый мешочек из чёрного бархата. Мистик достал и осмотрел его содержимое

– Должен быть как раз по размеру, – сообщил он протягивая приятелю чёрный браслет.

– Что это?

– Шерл. Чёрный турмалин. Один из самых сильных защитных камней. Его ещё камнем ведьм называют.

При упоминании ведьм Джон вздрогнул. Мэт продолжил:

– Он тебе и по стихии земли подходит и защитит от негативного воздействия, и сосредоточиться поможет на том, что действительно важно.

Грубо обработанные чёрные бусины успокаивали. Боксёр расставался с ними только в душе и на тренировках.

17 Душистая квартира

Часы показывали полседьмого утра. Завернув во двор, парень ничуть не удивился наличию свободных парковочных мест около дома. Среди соседей хватало ранних пташек.

Впустив прохладный воздух улицы в машину, Джон попытался бесцеремонно сдёрнуть плед с мистика. Мэт сладко потянулся, выпутался из пледа и по собственной инициативе сдал его в багажник. Затем надел пиджак прямо поверх майки и треников и в таком наряде прошествовал до квартиры.

– Видели бы тебя сейчас твои иконы стиля, – отметил Джон, глядя, как постоянный участник мировых недель моды пытается попасть ключом в собственный дверной замок.

– Они и не такое видели, – буркнул в ответ мистик. – Shit happens.

Душистая квартира, как её прозвал Джон за какофонию травяных ароматов, встретила тишиной. За три месяца она стала выглядеть гораздо более живой, чем при первом посещении.

Мэт поселился в своей старой комнате, которую почти целиком занимали книги. После отъезда внука Ванесса Вениаминовна завела роскошную домашнюю библиотеку. Среди атласов и справочников по растениеводству было полно книг о магии, медитациях и тонких планах. Джон даже позаимствовал парочку из коллекции по анатомии и захватил диван в соседней комнате. Среди развешанных по стенам букетов и мешочков с травами он чувствовал себя, как в уютной берлоге.

Оказавшись дома, Мэт первым делом скрылся в ванной комнате. Линзы резали глаза, и полусонный мистик стремился как можно быстрее от них избавиться. Горячий душ принёс облегчение вымотанному телу.

Тем временем Джон щёлкнул чайником на кухне, благословляя собственную предусмотрительность. Перед отъездом на турнир, дома на всякий случай был заготовлен стратегический запас вкусной и полезной еды. Карри с рисом ждало своего часа – его оставалось только разогреть.

«Забудет, как страшный сон» – отмахнулся Мэт от вопроса о том, что станет дальше с девушкой, побывавшей в лабиринте, отказался от еды и завалился спать в своей комнате.

Джон не стал спорить и вышёл на балкон, оставив дверь открытой и впуская прохладный воздух в душистую квартиру. Пачка сигарет поманила с подоконника. Конечно, он давно бросил. Всего-то в третий раз.

– Привычка дороже… – парень не успел закончить фразу, как будто в ответ, из-за соседской стены показалась серая пушистая морда.

– … жизни. Ну каков придурок, а? Барсик, правильно ты сделал, что к соседке ушёл.

Кот возмущённо мяукнул, преодолевая по перилам незастеклённую перегородку. Джон на секунду замер, в страхе за кота, не понимая, то ли ловить его со своей стороны, то ли заталкивать обратно на соседскую:

– Ладно, Дымочек или как тебя? Иди сюда, гостем будешь.

Кот элегантно спрыгнул на пол. Пачка сигарет осталась нетронутой. Парень присел на табуретку, в надежде погладить кота. Тот, не даваясь в руки, развалился на солнышке, будто у себя дома.

18 Эскиз

Проснувшись, Мэт обнаружил, что на улице уже стемнело. Джон, не добудившись его, оставил записку про еду и уехал на тренировку. По времени мог бы уже и вернуться. Позёвывающий мистик, первым делом, проверил джип. Машина стояла под окнами, обе пары ключей висели на домашнем крючке возле двери – боксёр принципиально уехал своим ходом.

Заботливо оставленная порция гречки с отварной курицей совсем не радовала. На телефоне обнаружились три пропущенных от Леонида. Горочка сообщений в общем чате «Слоняры» уведомляла, что сегодня неплохо было бы заехать. Собрав себя в кучу, мистик сунулся в комнату с травами, только чтобы убедиться, что весь запас тонизирующего клевера Джон увёз с собой.

Уже обуваясь, раздраженный Матвей не сильно удивился требовательному: «Мяу!». Пушистый серый кот гордо прошествовал на кухню. Подумав, что хоть кто-то вместо него оценит здоровое питание, мистик вернулся, выковырил курицу в отдельную тарелку и оставил на полу. В холодильнике обнаружилось молоко. Не долго думая, парень организовал рядом ещё блюдце.

Разрываясь между уважением к предусмотрительности приятеля, заправившего вчера полный бак, и неприязнью к его же ребячеству – забрать допинг, который сам не сможет активировать, Мэт доехал до «Слоняры» без происшествий. Но не успел зайти внутрь.

Джон пулей вылетел навстречу:

– Стой, – на одном дыхании выпалил он, утаскивая приятеля от двери бара сразу за угол, на курилку: – Там от входа, на три часа, сидит парочка. У парня в блокноте твой портрет!

– Прямо-таки мой? – мистик засмеялся в ответ.

– Я не думаю, что они фанаты, – резко и серьёзно оборвал его Джон. – Проверь. Мне кажется, я видел этого парня в зале.

Мэт присел на скамейку и, облокотившись на стену, закрыл глаза. Долгую минуту ничего не происходило. Голова гудела после вчерашних приключений и отчаянно нуждалась в порции активирующего клевера, или хотя бы джина с тоником. Сосредоточиться было невыносимо тяжело.

Иван выглянул посмотреть на вход, и на всякий случай стал так, чтобы закрыть собой обзор. Камеры, разумеется, снимали всё происходящее на курилке, но случайный прохожий или сотрудник, вышедший подышать свежим, никотиновым воздухом, мог создать куда больше проблем. Леонид был в курсе всех странностей своих подопечных, и, в конце концов, мог почистить записи.

Словив нужную волну и отделившись от собственного тела, Мэт сразу понял, о ком речь. Людей в баре было немного. Маленькая темноволосая девушка за дальним столиком покусывала губы и помешивала соломинкой безалкогольную пинаколаду, по цене сытного обеда на двоих в университетской столовой. Её спутник держался более непринуждённо. На первый взгляд в парочке не было ничего необычного.

Светлые волосы и растопыренные уши парня показались Мэту смутно знакомыми. На столе перед ними действительно лежал блокнот, на открытой странице которого красовался карандашный эскиз. Такое же лицо мистик наблюдал в зеркале каждый день. Сходству портрета можно было позавидовать.

– А если он не появится? – девушка подняла голову. Разглядев её поближе, невидимый Мэт от неожиданности отшатнулся.

– Значит, придём в другой раз, – парень улыбнулся, посмотрев прямо туда, где находился призрак, – Появится. Более того, он уже здесь.

Мэт открыл глаза, прерывая ментальную прогулку слишком резко. Всё поплыло.

– Ну что там? – Джон встревоженно обернулся и едва успел словить заваливающегося вперёд мистика. – Эй, у тебя кровь носом пошла.

– Это он. Вчерашняя псина. – Мэт почувствовал металлический привкус на губах, провёл по ним рукой и ничуть не удивился, увидев красные капли.

– И? Что будем...

– И это не самая большая проблема.

– Девушка рядом с ним, это твоя Сьюзан? – Джон успел предположить что-то подобное, наблюдая за странными посетителями.

– Алевтина. Но в теле Сьюзан, да.

Джон ошеломлённо сел на скамейку рядом. Мистик чистой рукой попытался себя ущипнуть и, почувствовав боль, продолжил:

– Понятия не имею, как они это провернули. И чего хотят теперь.

19 Двойная коллизия

– Ты мне нужен там, – выдыхая клубы дыма, мистик подразумевал тонкий план.

Пассивный курильщик рядом поник, прикидывая что-то в уме.

– Ну, нет, – Джон едва сдерживался, чтобы не выклянчить сигарету и заодно не послать Мэта ко всем чертям и его же бабушке. – Идём через реальность. Так у нас куда больше преимуществ.

Мистик спорить не стал. То ли экономил силы, то ли предложение действительно показалось ему рациональным.

– Что опять случилось? – Леонид был мрачнее тучи, но пачку салфеток и бумажный стаканчик с кипятком вынес на курилку сам.

– Вымотались вчера, – ответил боксёр за двоих. – И толком не выспались сегодня.

Леонид только покачал головой. Он бы и сам с удовольствием бы отдохнул, но работы навалилось невпроворот. Махнув рукой, администратор скрылся в заведении.

– Ты хоть поел? – спросил Джон, прежде чем закинуть в стакан спрессованную таблетку потемневших листьев.

Мистик щёлкнул пальцами вместо ответа. Кипяток остыл. Из всех фокусов Мэта, только этому Джон не нашёл объяснения. И не мог повторить сам. Вопреки всем известным законам физики, вода резко стала на пару десятков градусов прохладнее. Боксёр сделал несколько глотков, достаточно, чтобы подстраховать мистика энергетическим щитом.

Оставшиеся три четверти напитка Мэт выпил залпом. В голове прояснилось.

Избавившись от окурка и опустевшего стаканчика, мистик решительно зашёл в бар и как ни в чём не бывало направился сразу к дальнему столику.

– Итак, – вместо приветствия объявил Мэт. – Что вас сюда привело?

Мистик подсел на диван настолько стремительно, что девушка рефлекторно отпрянула. Её компаньон, светловолосый молодой парень, приятной внешности, попытался подняться с другой стороны столика и угодил в лапы боксёра, зашедшего со спины.

Джон легонько надавил на плечо, под ключицу. Не отличающийся мускулатурой художник был вынужден сесть обратно. Зыркнув глазами, он попытался отправить всю свою ненависть прямо на Мэта, но энергетическая атака скользнула мимо.

– Матвей, – мистик широко улыбался, будто ничего не заметил и протянул руку через стол.

– Тамрико, – сквозь зубы выговорил парень, скрепляя рукопожатие. – Рад знакомству.

– Зачем? – девушка открыла и закрыла рот, осмысливая, что по своей воле Тома не назвал бы полное имя.

Мэт пожал плечами:

– Вот и я спрашиваю, зачем вы здесь сегодня? – переформулировал он вопрос, буравя взглядом художника.

– Сама пусть рассказывает, я дополню, если надо, – Тома поднял обе руки, отказываясь от дальнейшей борьбы. Джон любезно улыбнулся и выпустил его плечо.

– Тина? – Мэт перевёл взгляд на девушку. От звучания собственного имени та вздрогнула.

– Тело Сью умирает, у меня нет над ним полной власти.

– Помоги вернуть их, как было, – Тома смотрел глазами побитой собаки. – Мне не хватает сил. И опыта, если честно.

20 Лабрадор

Джон обошёл столик и подсел на диван к художнику, положив руку ему на плечо, как закадычному другу. Тома попытался вывернуться, но быстро понял бесполезность своих действий. Разница в весовых категориях была слишком очевидной.

Внешности Тома можно было позавидовать. Дожидаясь, пока он успокоится, Мэт бесцеремонно рассматривал парня. Карие глаза никак не вязались с золотистым блондом волос средней длины. Слегка взъерошенный, он напоминал потешного щенка лабрадора, который только проснулся, но уже готов играть.

До Мэта не сразу дошло, что волосы у парня крашеные – настолько натурально лежал оттенок. Поймав зрительный контакт, мистик выяснил, что Тома находился здесь по своей воле и в надежде на помощь. Во взгляде читалась искренняя мольба. Желание перегрызть глотку затаилось на самом дне в ожидании своего часа. Всё остальное естество выражало дружелюбие и покорность.

Тома окончательно поник, когда осознал, насколько глубоко его прочитали.

– Что-нибудь сразу? – официантка принесла два меню за столик.

– Оформи бутылку джина, – лениво протянул Мэт и показал четыре пальца, имея в виду стаканы.

– Над остальным мы ещё подумаем, спасибо! – Джон сделал особое ударение на последнее слово. Официантка кивнула и ретировалась.

После неловкой паузы Тина продолжила:

– Что-то пошло не так при переходе. Ни твой, ни мой способы не сработали как должно. Я не знала, где тебя искать, пока случайно не увидела его, – девушка кивнула в сторону художника и портрета в блокноте.

– Я сразу понял, что не так, – подал голос Тома.

– И не придумал ничего лучше, чем притащить тело без души и заодно душу без тела на место твоего вчерашнего разгула, – закончил историю Мэт.

Тома сконфуженно кивнул, и всё же его любопытство оказалось сильнее осторожности:

– Как ты сумел до них дотянуться? По ту сторону?

– Он призвал собственную душу изнутри, – ответила Тина, исподлобья глядя на мистика.

– Не знал, что такое возможно, – Тома не скрывал своего удивления.

– Импровизировал, – разговор начинал действовать Мэту на нервы. – У меня к тебе тоже несколько вопросов.

– Отвечу за всё, – Тома перевёл взгляд с мистика на девушку, и обратно. – Только, может, не сейчас? Время поджимает.

Мэт опёрся на спинку дивана и замер, глядя на Тину стеклянными глазами. Частичный переход потребовал даже больше сил, чем полный. На первый взгляд ничего необычного на тонком плане не было. Мистик заставил себя как следует присмотреться, прежде чем обнаружил: между физическим и ментальным телом девушки отсутствовали несколько слоёв ауры. Ни один энергетический центр не касался души.

– Даже если у меня получится призвать Сью, – взгляд мистика приобрёл осмысленность, на губах появился уже знакомый металлический привкус. – Ей может понадобиться срочная медицинская помощь.

– Тебе тоже не помешает, – Джон пододвинул мистику салфетницу.

– Прошу меня извинить, – Мэт отмахнулся и встал из-за стола.

21 Шутник хренов

Джон угрюмо посмотрел на входные двери, до которых было достаточно далеко и затем на художника. Тома, наконец, освободился из дружелюбного медвежьего захвата и всем своим видом показывал, что никуда не денется. Тина зачем-то кивнула.

Джон тенью выскользнул из-за стола и, вслед за мистиком, пересёк заведение до уборной.

Проигнорировав кабинки, Мэт остановился возле общих умывальников и включил воду. Холодная, почти ледяная, она замедляла кровоток и успокаивала.

В этом трюке не было ничего магического. Мистику как-то, ещё в колледже, подсказал пожилой профессор: тёплая вода снимала внутреннее напряжение, помогала легче относиться к людям и принимать доброжелательные решения. Холодная – взять себя в руки, в стрессовой ситуации. Смыв кровь и приложив охладившиеся пальцы к переносице, Мэт, наконец, заметил приятеля и спросил сиплым голосом:

– Что изменилось? Там. Вчера. Что произошло?

– Даже не знаю, как тебе намекнуть, – Джон опёрся на дверной косяк, всем своим видом выражая неодобрение.

Из зеркала на Мэта смотрело помятое, взъерошенное, не хуже Тома, отражение. Джон продолжил:

– Пульса и дыхания не было минут сорок. Больше, чем достаточно, чтобы констатировать смерть. Если бы не знал, куда ты отправился, я бы вызвал скорую. И заказал панихиду.

– Испугался, что придётся переезжать обратно в общагу?

Джон ошеломленно замер, не поверив своим ушам. А затем резко вскинул кулак, нанося боковой удар. Хук прилетел бы точно в висок Мэта, но мистик рефлекторно уклонился, успев подставить руку, согнутую в локте.

– Шутник хренов. Надо же, – боксер смилостивился. – Хоть чему-то я тебя научил.

– Спасибо, – в голосе Мэта не осталось и тени улыбки. – Спасибо, что вытащил.

– Надолго ли, – Джон закатил глаза. – Сколько у нас времени, прежде чем она окончательно…

Мэт покачал головой.

– В душе не гребу. Возможно, времени уже нет.

– Скорую вызвать заранее?

– Не буду тебя отговаривать, – Мэт закрыл кран и стряхнул ледяные капли с рук в умывальник. – Только прошу, предупреди Леонида.

22 Иван-чай

– Леонид ответит, что «Слоняре» не нужны проблемы, – боксёр вышел первым и придержал дверь.

– Ты тоже надеялся, что они просто сбегут? – поинтересовался Мэт, осматривая полупустой зал.

– Они сидели тут, ждали тебя почти с открытия. Куда они денутся?

Мэт промолчал и достал телефон:

– У меня остался номер её двоюродного брата, можно будет маякнуть, чтобы присмотрел. Если что-то пойдет не так...

– Вот сама пусть и маячит, – Джон держался отстранённо. – Желательно заранее. Что ты вообще будешь делать?

– Как и всегда. Импровизировать, – мистик подмигнул и направился обратно к столу. Там уже появился графин прозрачной жидкости, вазочка с кубиками льда, четыре стакана и кроме всего прочего две бутылки индиан-тоника, покрывшиеся испариной – Леонид предсказал просьбу Мэта наперёд. Джон забрал один из стаканов и отошёл к барной стойке.

Мистик протянул телефон девушке, показывая открытый контакт в телефонной книге:

– Звони брату. Cкажи, что плохо себя чувствуешь, ной, жалуйся на самочувствие. Пусть морально готовится к тому, что придётся навестить сестренку в больнице.

– Может не надо? – Тина бестолково уставилась в экран. Там были открыты номер, полное имя и адрес родственника, у которого она сегодня начала свой длинный новый день. Прикидываться болеющей сестрой ей хотелось меньше всего на свете.

– Закопаем на заднем дворе? Есть идеи получше? – совершенно серьёзно спросил Мэт, поворачиваясь к художнику. Тома отрицательно покачал головой. – Тогда спишем на алкогольное отравление.

– Или аллергию, – Джон вернулся с чайником и одной чашкой, которые поставил перед девушкой. Мэт заглянул внутрь. В нос ударил запах сладковато-цветочного сена. Иван-чай на «Слоняре» не подавали. Мистик тихонько шепнул пару неразборчивых слов, возвращая крышечку на место, и уважительно посмотрел на Джона. Тот явно приспособился таскать с собой тизаны на любой случай как аптечку.

Температура чайника почти не изменилась.

– Если верить истории звонков, – Тина достала свой телефон и нашла контакт брата, – Последний раз Сью звонила ему два года назад. Они никогда не были близки.

– Как знаешь, – мистик налил чай в кружку и пододвинул девушке. Ирония ситуации зашкаливала: прошлым вечером такой же чай Сьюзан выпила в надежде увидеть Тину.

23 Авось

Девушка прикоснулась к чашке и замерла в нерешительности.

– Пей чай, – тихим голосом приказал мистик и потёр виски. Собственные слова отозвались тяжестью в голове. Эффект клевера сходил на нет быстрее, чем обычно, а для джина ещё было слишком рано. Химичить с тонкими планами следовало на трезвую голову. – Думай о сестре, тебя должно выкинуть сразу к ней.

– Дай угадаю, у меня будет всего час, – Тина постаралась максимально колко спародировать Мэта. – Шестьдесят минут, иначе я рискую не вернуться?

Мистик и бровью не повёл:

– У тебя будет только одна попытка дотянуться до Сью самостоятельно, – сообщил он вкрадчивым тоном, как непоседливому ребёнку. – Если вместо этого ты решишь отправиться не к сестре, а просто уснёшь или, скажем, потеряешь сознание, ты и так не вернёшься. Хуже всего, если застрянешь на середине пути. Но в крайнем случае, я всегда смогу тебя призвать обратно.

– Ты не посмеешь.

– Разве ты оставила мне выбор?

– Поясните, о чём идёт речь, – Тома съёжился всеми силами стараясь казаться меньше. – Я практик и свободно перемещаюсь по ту сторону. Но я только проводник, или, можно сказать, загонщик. И не понимаю, как это всё работает.

– Он, – девушка показала пальцем на Мэта, – Хозяин погоста.

– И что это значит? – Тома изо всех сил пытался вникнуть. Джон слушал молча.

– Хозяином погоста обычно становится первая душа, упокоенная на новом кладбище, – ответила Тина. – Но там, где похоронили меня, почему-то всё наоборот. И последний успокоившийся, может управлять теми, кто там остался.

– Значит, ты была предпоследней, – в глазах Мэта мелькнуло удивление. – И помогала мне только потому, что хотела увидеть сестру и разменять её душу?!

– Я же не могла предсказать, как всё обернётся! Смерть знаешь ли не то, к чему готовят в школе. И такое посмертие… – девушка всхлипнула. – Из лабиринта души никуда не исчезают. Они там как в ловушке. Или даже как в тюрьме.

– А вот это я могу понять! – заявил Тома – Я работаю с похожей схемой. Только мне говорят кого и откуда.. – парень осёкся на полуслове.

– Мы с удовольствием обсудим это позже, – Джон угрожающе улыбнулся.

Художник поник, перевернул страницу в блокноте и начал что-то быстро чертить:

– Есть простые схемы переходов. Авось, мы сможем использовать одну из таких?

Джон заинтересованно заглянул через плечо. Стол помешал Мэту и Тине сделать то же самое.

24 Бестия / Госпожа Виноградова

– Вот как я себе это представляю, – Тома схематично изобразил формулу, вырвал лист из блокнота и положил в центр стола.

Джон узнал скандинавские руны, символ стихии земли, а также восходящие и нисходящие потоки вокруг схематичной женской фигуры. Суть замысла при этом от него безнадёжно ускользала. Мэт и Тина переглянулись.

– Может сработать, – тихо, почти покорно, ответила девушка.

– Значит, пробуем, – так же тихо произнёс мистик.

Внезапный порыв ветра поднял лист в воздух. Через открывшуюся дверь в заведение впорхнула высокая девушка с огненно рыжими, почти красными, длинными волосами. Шумно поздоровавшись с официантками, она заняла любимое место Мэта за барной стойкой, рядом с администратором.

– Кто это с Леонидом за баром? Не видел её раньше, – мистик проводил девушку взглядом и вернул лист на стол.

– Богиня, – мечтательно протянул Тома.

– Или демонесса, как посмотреть, – Джон, едва увидев спину, о которой идёт речь, резко отвернулся, – Это Элеонора, или Елена по настроению. Держись подальше.

– Палец в рот не клади, отгрызёт по локоть, – согласилсяТома.

Девушка за барной стойкой, в свою очередь, осмотрела зал и выдала с придыханием:

– Ого, каких красивых девочек Ванька захомутал!

– Акстись, Бестия. – Леонид театрально упёр руки в бока. – Этих ребят я в обиду не дам. Вон тот светленький художник обещал расписать нам стены всего подвального этажа.

– А тёмненький?

– Сломаешь свои очаровательные зубки.

Рыжая девушка хихикнула.

– Ой ли? Силён?

– Практик, из ваших. Я не сильно в этих делах разбираюсь. Но пока тебя не было, он стал частью команды. Не смей портить мальчишку.

– Познакомишь?

– Обещаешь вести себя хорошо?

Вместо ответа, девушка собрала пальцы с идеальным маникюром в замок и, положив на них подбородок, игриво захлопала ресницами.

Лео закатил глаза и сам прогулялся до столика шушукающейся компании, чтобы украсть у них Мэта – переговорить “по барным делам”.

Оторванный от дел, в своём понимании куда более важных, мистик оказался за баром мрачный как туча, и из последних сил сдерживался, чтобы не послать Леонида. И всё же нашёл в себе силы улыбнуться, когда его представили даме.

– Матвей, для всех наших уже давно Мэт, внештатный бармен. Очень рекомендую. Елена, второй администратор и моя единственная заместительница...

– Можно сразу госпожа Виноградова, – девушка протянула ладонь тыльной стороной вверх.

– Как прикажете, моя госпожа, – приняв руку, Мэт удостоил её галантным поцелуем.

– Лёнь, а ты приуменьшил его достоинства. Как среди вас, мужланов, мог завестись этот франт?

Вопрос повис в воздухе. К бару подтянулись другие сотрудники «Слоняры».

25 Заговор

Утвердив расписание на следующий месяц, Лео отпустил большую часть персонала и достал толстую тетрадку собственных расчётов. На странице красовалась турнирная таблица прошедших и будущих боёв. Везде стояли отметки о победах и точный счёт.

– Дело есть, только Ване не говори, – Леонид понизил голос и на секунду замешкался, но всё же пододвинул открытую тетрадь к мистику, – Мы тут перетёрли с пацанами, хотим сделать его чемпионом турнира.

Будто в ответ на его слова, рядом подсели охранник «Слоняры» и уже знакомый Мэту судья.

Рыжая посмотрела на зал, выглянула в сторону лестницы и показала оттуда большой палец. Мэту стало неуютно. Леонид кивнул и продолжил:

– Он тихий обычно, робкий, не отсвечивал никогда, на пьедестал не стремился, радостно проигрывал.

– За хорошие деньги, – добавил судья. – А тренировался всегда как чёрт.

– И нас многих тренировал, – подтвердил охранник.

Мэт изумлённо смотрел на бойцов. Никого из них он не помнил в зале во время собственных занятий с Джоном.

На всякий случай парень прикрыл один глаз, произнося про себя проверочную фразу. Следов колдовского заговора ни на ком не было. И никакого другого отслеживаемого воздействия. Мистик потёр глаза и проверил ещё раз.

Заговор имел место самый настоящий. Не волшебный. Почему-то близкому кругу Леонида приспичило сделать чемпионом турнира именно Ивана. Администратор продолжил:

– Денег он тоже получит. Всё как полагается. Взнос обычный, никаких изменений в условиях.

– От меня то вы чего хотите, – Мэт, стараясь казаться невозмутимым, смотрел на тусовку.

– Он не должен пропускать бои, – сходу заявил судья.

– И тренировки, – добавил охранник.

– Да пофиг на тренировки. Хочешь, другой зал вам снимем? – Леонид принялся натирать и без того сверкающие бокалы, – Не дай ему слиться с полуфинала. И присмотри, чтобы никто не посмел.

– Это всё?

– Всё. Хочешь и тебе отстегнём…

Уже неуверенный в своём понимании русского языка Мэт посмотрел на Бестию.

– Почему сейчас?

Девушка хитро улыбалась:

– Лёня, котик, слышишь: “почему именно он?” – не спрашивает.

– Уймись, Бестия, с огнём играешь, – Леонид отложил полотенце и посмотрел прямо в глаза мистику, давая прочитать в своих усталость и отстранённость.

– Ну такой уже умничка, сильный практик! – рыжая Бестия томно закрыла глаза, приложив тыльную сторону ладони ко лбу. Когда девушка убрала руку, её голос резал как нож. – А оборотня рядом не заметил...

Мэт пропустил подколку мимо ушей. Леонид отвёл взгляд и произнес:

– Математика. В рейтинге хорошо стоит, – помолчав, он добавил, – Проучить нам кое-кого надо. Слить будут пытаться. Присмотришь? Есть ты в деле, даю ход.

– А почему у него самого не спросишь?

– Должно выглядеть естественно, он очень прямолинейный парень...

– Медвежонок, – вставила Бестия.

– Да хоть Мазай и зайцы в одном лице, – Леонид снова принялся за наведение порядка на стойке. – Порадуется пусть. И так после прошлого боя все взгляды на него устремились.

За свой столик Мэт вернулся ещё в большей задумчивости.

– Что-то случилось? – будущий чемпион заметил неуловимую перемену в лице мистика.

– Лео попросил подежурить на баре, – бесстрастно ответил Мэт. – Во избежание непредвиденных обстоятельств, когда вывесят новое расписание боёв. Я согласился.

26 Переход / По ту сторону

Пока мистик отсутствовал, Тома попытался объяснить Джону общий замысел. На листке со схемой прибавилось закорючек.

– Идите втроём, не вижу смысла в моём присутствии по ту сторону, – наконец объявил боксёр.

Чай достаточно остыл, чтобы Тина спокойно сделала несколько глотков. Мэт уселся поудобнее, положив руку на спинку дивана. Со стороны могло показаться, будто он подкатывает к девушке, что в целом было даже на руку. Тина оценила жест, подсела ближе, облокотившись на мистика, расслабилась и закрыла глаза.

Тома сложил руки на столе и лёг на них, упёршись лбом в предплечья. Мэт избегал смотреть в глаза Джону, чтобы не обнаружить там всё не одобрение мира. Боксёр достал телефон и включил секундомер. Последнее, на что обратил внимание мистик перед переходом, была вазочка некстати подтаявшего льда. Графин с джином остался не тронутым.

Призрак Тома выглядел гораздо менее взъерошено, чем его тело, оставшееся лежать за столом. В реальности торчащие в разные стороны волосы, здесь были послушными и прилизанными. Платиновый блондин с обложки модного романа в человеческом облике носил холщовую рубаху, штаны неопределённого периода времени и мягкие кожаные сапоги. Сам Мэт не стал тратить силы на изменение внешности. Тина же была сосредоточена на поддержании исходной формы.

– Сторожи, – мистик осадил Тома одним словом.

Тот зарычал в ответ, будучи ещё в человеческом облике, и обернулся уже знакомым Мэту псом. Пару раз гавкнул для отвода глаз и уселся на месте. Тина боязливо приблизилась. Тома ласково ткнулся носом в колено девушки.

Мэт увидел полупрозрачную нить, которая тянулась от Тины к телу Сьюзан. При внимательном осмотре она как будто состояла из пары свитых между собой разорванных концов. Осмысливая это, мистик медлил.

Самая тонкая часть плана заключалась в том, чтобы призвать душу Сьюзан прямо сюда, где тело девушки смогло бы само на неё отреагировать. Как откликнется лабиринт, работающий только на вход – никто не знал. Тома отвлекал Тину как мог: давал себя погладить, делал вид, что кусает и отбегал, чтобы прибежать и наброситься снова.

Сосредоточившись на своих воспоминаниях о Сьюзан, Мэт собрал в руках шар энергии и вложил туда призыв. Получившаяся печать безрезультатно погасла. Задумавшись, в какой стороне находится кладбище, и вместе с ним лабиринт, Мэт вдруг ощутил рывок. Тина и Тома перестали беситься. Все трое оказались на берегу моря, в окружении отвесных скал.

– Я знаю это место! – Тина прошлась по холодному пляжу. – Мы играли здесь, когда ездили в отпуск с родителями. Они жутко на нас ругались.

27 Не худший исход

Совершенно игнорируя джин, боксёр вскрыл уже вторую бутылку тоника и налил себе в стакан. Любимый напиток Мэта был горьким и совсем невкусным, но Джон, казалось, не замечал.

Минута тянулась за минутой. Дыхание ребят было ровным, как будто все трое были в сознании и закрыли глаза, чтобы насладиться грустной мелодией, которая очень кстати играла фоном в «Слоняре».

Тома внезапно поднял голову и потёр глаза.

– Они ушли глубже, – ответил он на немой вопрос Джона. – Мне туда путь заказан.

Взгляд художника, наконец, сфокусировался на джине.

– Меня просто выкинуло! – Тома негодовал.

Джон терпеливо ждал. С пробуждением художника секундомер понёсся вперёд быстрее. Налив себя чистого джина, Тома залпом осушил стакан, ничуть не заботясь о том, какое впечатление производит.

– Да что он вообще о себе возомнил? Кто он? Что он делает? — вопросы были отнюдь не риторические. Щёки художника покраснели, на смену негодованию пришла усталость. – И как он это делает? Бессмертный, что ли?

– Всего лишь мистик, – процитировал Джон фразу, которой Мэт сам объяснил странности в первый день их знакомства. – Так что произошло?

Тома подробно пересказал путешествие по пляжу до грота с лабиринтом. От двери веяло мертвечиной. По всему выходило, что Мэт с Тиной, будто не замечая, зашли внутрь, а когда Тома последовал за ними, он внезапно оказался обратно в собственном теле.

– Не худший исход, – утешительно напомнил ему Джон.

Тома кивнул, выудил из-под стола рюкзак и достал оттуда толстую тетрадь на кольцах формата А4. Отдалённо она напомнила Джону алфавитную книгу Ванессы Вениаминовны. Кроме рисунков, изнутри вывалились газетные вырезки, какие-то распечатки и даже фотографии.

Всё это богатство Тома разложил на столе, ничуть не заботясь о сохранности своих тайн.

– Смотри, – предъявил он, найдя нужную страницу.

Джон взял в руки выцветшую распечатку изображения. Парень и девушка в длинных полупрозрачных балахонах проходили через проём будто в самой ткани мироздания, за которым виднелись странного рода холмы. Наверху изображения была тонкая неразборчивая надпись на языке, которого боксёр не мог знать.

– И что это?

– Уильям Блэйк. Иллюстрация к «Божественной комедии» Данте. – Тома прочитал озадаченность на лице боксёра, который не отличался глубокими познаниями в творчестве и литературе. – Видишь надпись?

Джон кивнул.

– «Оставь надежду всяк сюда входящий», – Художник повторил себе джина, но, сделав всего глоток, скривился: – Врата Ада.

28 Белый кристалл

Оказавшись в лабиринте, Тина воспрянула духом, ей почти не надо было себя контролировать: очертания стали чётче, вернулась прежняя сила. Девушка разве что не светилась от радости. Мэт не разделял её чувств. Чем легче мистику давался каждый шаг в перёд, тем тяжелее обещал быть обратный путь.

И всё же лабиринт принял посетителей, как дорогих гостей. Прямо к центру открылась ровная дорога. Стены по обе стороны пути освещал рой светлячков.

Сьюзан обнаружилась в главном зале, сидящей на полу, под статуей минотавра. Увидев сестру и мистика, девушка поднялась на встречу. Тина бросилась к ней на шею:

– Прости, я не знаю, что на меня нашло, – голос призрака дрожал. – Он всё исправит, вернёт как было.

«Мне бы такую уверенность» – не озвучил Мэт, наблюдая за сёстрами, которые ни живы, ни мертвы, обнимались и рыдали:

– Это ты меня прости, на твоём месте…

Внимание мистика привлекла статуя. Никогда раньше Мэт не видел её так близко. Оставив девушек наедине, парень проигнорировал ступени и взлетел на постамент. «Ради такого зрелища стоило чуть-чуть умереть,» – подумал он.

Голова быка плавно переходила в человеческое тело. На уровне солнечного сплетения висел в грубой оплётке светящийся кристалл, размером не больше вершка в длину. Сам камень был скорее прозрачным, хоть и светился мягким белым оттенком. Волны энергии, исходящие от него, простирались на весь лабиринт и ощущались теплом на призрачной коже тонкого тела.

Прикоснувшись к кристаллу, мистик тут же отдёрнул обожжённые пальцы. Сила, заключённая внутри, манила и пугала одновременно.

Облетев вокруг, Мэт осмотрел цепочку. Погребённая на спине в шерсти быка, она показывалась на груди ниже ключиц. Повинуясь внезапному порыву, мистик схватился за цепочку двумя руками, по разные стороны от камня, стараясь не касаться его самого, и рванул на себя. Тонкие звенья поддались. Кристалл оказался в руках у Мэта, едва сумевшего его удержать.

Сила по цепочке хлынула в самого мистика. Сердце бешено застучало. Вместе с ощущением могущества липкий страх опустился по позвоночнику и распространился по всему телу. Статуя зашевелилась.

Доли секунды хватило Мэту, чтобы оценить ситуацию. Не выпуская цепочку из рук, он рванул вниз к девушкам:

– Уходим. Сейчас же.

Сёстрам Коротковым не нужно было повторять дважды.

29 Прелиминарии

Бестия засобиралась к выходу, громко прощаясь со всем персоналом, и не удостоила столик с ребятами даже взглядом. Оставив Тома собрать заметки и присматривать за двумя медитирующими телами, боксёр вышел следом. В тёплом свете фонарей рыжие волосы девушки блестели огнём.

– Ленка, – звук имени утонул в порыве уже совсем не летнего ветра. Ваня сжал зубы, подавляя желание отступить. И повторил гораздо громче. – Лена, подожди, стой.

Девушка впереди вздрогнула, сбившись с шага, но продолжила путь. Уверенный в том, что его услышали, парень догнал её, и поравнявшись, затараторил:

– Дело есть, по твоей части. Пожалуйста, помоги, не для себя прошу, – Ваня запнулся. – Там девушка, на грани жизни и смерти. И парни, которые за её душой на Ту Сторону пошли. Что хочешь, проси. Хочешь на колени стану?

– Хочу! – Бестия не сильно вникала в суть просьбы, но ей понравилась мысль посмотреть сверху вниз на заносчивого боксёра. Ваня был на полторы головы выше неё. Без каблуков разница в росте была особенно заметна.

Парень сделал несколько стремительных, широких шагов вперёд, развернулся и вправду стал на колени, удачно выбрав участок парковки между большой лужей и машиной. У Бестии не оказалось возможности его обойти.

– Это самая худшая из твоих попыток, – девушка задохнулась от возмущения.

Парень смиренно стоял на коленях, сложив руки перед собой в молитвенной позе:

– О, мудрейшая…

Девушка замахнулась сумочкой. Иван стойко и без комментариев перенёс удар.

– Вам не нужны два свежих трупа в разгар турнира, – у парня, наконец, получилось подобрать подходящие слова.

Бестия кивнула.

– Леонид знает?

Иван покачал головой.

– Рассказывай, – девушка развернулась и пошла обратно ко входу в бар.

Парень поднялся и побрёл рядом, в общих чертах вводя в курс дела свою горячо любимую бывшую – настоящую ведьму.

Оказавшись в баре, девушка ослепительно улыбнулась всем, с кем до этого успела попрощаться.

– Лёньчик, дорогой, – Бестия на ходу сняла лёгкую куртку и кинула в Джона. Тот ловко подхватил и её, и сумку, которую получил следом. – У нас осталась карта города?

Леонид пристально посмотрел на Бестию, перевёл взгляд на Джона, потом на дальний столик, сложил в уме «два плюс три» и покачал головой:

– Не уверен, гляну в подсобке, как раз туда собирался, – оставив бар под присмотром Бестии, администратор отошёл.

– Вот значит как, – девушка грустно вздохнула. – Ты не смог жить обычной жизнью.

Боксёр ничего не ответил.

30 Скорая ведьминская помощь

Леонид вернулся с парой упаковок салфеток и потёртым кожаным тубусом, который протянул девушке. Елена бережно приняла подношение и направилась к дальнему столику. Джон тихонько поплёлся следом, неся её вещи.

– Привет, красавчик, поможешь девушке?

Тома подавился джином, залпом выпил оставшиеся пару глотков и заторможенными движениями освободил стол. Бестия развернула карту, прижав углы к столешнице графином и пустыми стаканами.

Художник не верил своим глазам. Поверх городских улиц на схеме были отмечены лей-линии и места особой силы. Церкви, костёлы и некоторые памятники архитектуры предстали для художника в новом свете. Джон сел обратно на своё место, пристроив рядом тубус, куртку и сумку девушки, которая стоя нависла над столом.

– Слушайте, ну её можно не искать, – Бестия прищурилась, рассматривая девушку. Затем положила ладонь ей на лоб, что-то шепнула и быстро убрала руку.

Сьюзан очнулась, резко вскочила, стукнулась ногой о край стола, вынужденно села обратно и забилась в угол дивана подальше от незнакомого парня, с которым только что обнималась. Он никак не отреагировал, находясь без сознания. Напротив сидели ещё один незнакомец и приятель из студии, в которую Сьюзан иногда ходила порисовать, в качестве хобби.

– Тома?

– Только не волнуйся! – художник протянул обе руки через стол, пытаясь взять девушку за ладони.

– Почему я должна волноваться? – пискнула она и заплакала.

– Ох, зайчёнок, пойдём умоемся, – Бестия бережно, и одновременно с этим бесцеремонно, выдернула девушку из-за стола, помогла перебраться через Мэта и толкнула его тело на освободившуюся часть дивана. – Воды? Минералки? Как тебя зовут?

Парни переглянулись, но вмешиваться не стали.

– Девочки такие девочки, – прокомментировал художник. – Пульс прощупывается?

– Для него это не показатель, – Джон уложил мистика в ровное положение. Секундомер ушёл далеко за четверть часа, отведённые Мэтом на такие прогулки.

Бестия вернулась одна и склонилась над картой с маятником, сантиметр за сантиметром проверяя точки, до тех пор пока пёстрый фиолетовый камень в её руках не качнулся.

– Зайчонка я завезу домой, берите своего гения и езжайте сюда.

– Если душа не может найти путь к телу, – Джон, не глядя на карту, догадался, куда придётся ехать вторую ночь подряд.

– Вот именно, – изящный палец указывал на родное кладбище Ванессы Вениаминовны, – попробуйте в обратную сторону. Карту на склад. Чао, мальчики.

Бестия забрала свою сумку, и, перевесив через неё куртку, пошла к выходу, где её уже ждала Сьюзан.

31 Порядок

Джон быстро упаковал карту обратно и отнёс Леониду, вместе с пустым графином.

– Всё путём, – объявил он администратору, закрывая счёт с собственных денег. – Дай ещё тоника с собой.

Другие посетители уже разошлись, а Леонид не стал задавать лишних вопросов, когда Джон вынес тело мистика на руках, пока Тома придерживал двери.

Увидев, какая машина отозвалась на ключи, художник присвистнул:

– Да кто вы вообще такие?

Джон не ответил. Рассказывать, как именно Мэт арендовал джип, вместо его раздолбанного старенького бмв, боксёру совершенно не хотелось. Чёрный внедорожник на полном приводе летал по кольцевой и ел бензин, как не в себя. Уже только за это, боксёр был готов простить все странности и приключения, которые ворвались в его жизнь вместе с Матвеем.

Тома забрался на заднее сидение и помог изнутри погрузить мистика в машину.

Никогда ещё Джон не вёл так аккуратно, на такой скорости.

«Зайчонок дома и сладко спит <3» – сообщение от Бестии догнало Джона уже на парковке кладбища. Сердечко в конце могло обозначать всё что угодно, но на душе у боксёра от него потеплело.

После короткой словесной перепалки, парни выгрузили тело и занесли на территорию кладбища. Тома уселся по-турецки прямо на траву. Джин в крови не давал ему собраться с мыслями и сосредоточиться для перехода на нужный план.

– Если он не очнётся...

Тома оборвал боксёра на полуслове:

– Убьёшь меня? Тогда последним упокоившимся буду я. Он потеряет единственное преимущество, и ты его уже никогда не достанешь.

– Сдам тебя Бестии. С потрохами.

В глазах Тома мелькнул неподдельный ужас.

Мэт очнулся, резко вдохнув воздух.

– Порядок, – сообщил он, приподнимаясь на локти и садясь на траве. Реальность встретила светлеющим звёздным небом и острой мигренью. Глаза защипало, пара невольных слезинок скатились по щекам. Металлический привкус на губах почувствовался уже как привычный.

– И это ты называешь порядок? – Тома хихикнул. – Твой порядок явно не в порядке.

32 Собачьи дела

Затёкшие без движения мышцы покалывало.

– Сигареты есть? – при попытке подняться на ноги, разбежавшиеся мурашки сообщили мистику, что он, по крайней мере, точно жив и снова в физическом теле.

– Серьёзно? Это всё, что тебя интересует? – Джон был готов убить приятеля собственноручно, чтобы наверняка. – Обойдёшься.

Мэт слабо хихикнул, пошатнулся и без зазрений совести облокотился на гранитную плиту:

– Где девочки? Что с ними? – На все попытки пошевелиться тело отзывалось с задержкой, откуда-то издалека.

– Сью в порядке. Лена наворожила и присматривает, – боксёр запнулся. – Бестия.

– Тина?

– Сложно сказать наверняка, – подал голос художник. – Бестия не упоминала вторую душу.

– А мы были немного заняты, – Джон не мог избавиться от ощущения, что вынужден оправдываться за свои действия и замолчал. Мэт удостоил боксёра самым вопросительным взглядом, на который только был способен. Тот лишь махнул рукой, мол «потом объясню» и пошёл к машине. Мэт неторопливо последовал за ним.

– Куда тебя? – зачем-то спросил Джон, увидев, что Тома замешкался.

– До города, хоть куда-нибудь, – художник посмотрел на часы в телефоне. – В такое время домой мне путь закрыт.

– Общажный? – сочувственно предположил боксёр.

– Хуже. Иногородний, – художника замутило, как только он представил, как будет добираться до вокзала, потом на раздолбанном на автобусе и ещё долго пешком.

– Давай до заправки, там разберёмся, – мистик завалился на оба задних сидения, вынуждая Тома сесть к водителю на пассажирское.

Других машин на парковке не было. Радио молчало. В тишине, нарушаемой только звуком работы двигателя, Джон вырулил на трассу. Мэт словил взгляд художника в зеркале заднего вида.

– Говори. Давно вы знакомы?

– Года два, – Тома сразу понял, что речь о Сьюзан. – Кружок при художке. Она неплохо рисует, но ей нужно больше практики.

– А тот боксёр, вчера?

– Вообще его не знал, – Тома посмотрел в окно на проносящиеся мимо деревья. – Никогда бы не подумал, что всё окажется так серьёзно. Я много лет увлекаюсь практиками расширения сознания и осами…

– Wasp? Bee? – Мэт посмотрел на Джона, в поисках поддержки. Тот только пожал плечами.

– Осознанные сновидения. Выходы в астрал. Медитации, – зачесав обеими руками волосы назад, Тома схватился за голову. – И всё это время я не понимал, что делаю. Получается, всё вышло бы так, чтобы он умер на ринге!

Художник помолчал, прежде чем продолжить, обращая к Джону:

– Они хотели тебя подставить.

– Кто?

– Бульдоги.

Боксёр присвистнул.

– Я не знаю всех деталей, – голос Тома вдруг преломился. – Пожалуйста, я не хочу возвращаться, я вообще не хочу в этом участвовать.

33 Сыворотка правды

В предрассветный час других посетителей на заправке не оказалось.

– За минералкой, – буркнул Тома и пулей выскочил из машины, ничуть не заботясь о сохранности своего рюкзака, оставшегося внутри.

Мэт вышел, потянулся и, глядя вслед белокурому недоразумению, спросил:

– Врёт? Прикидывается? Или драматизирует?

– Он вточил твой графин, – ответил Джон, вставляя пистолет в горловину бензобака. – Единолично.

– Неплохо. Джин будет получше любой сыворотки правды. В таких то объёмах. Жалко пацана.

– Жалко у пчёлки, – Джон скривился. – Ну не к нам же его везти?

– Видишь другие варианты?

Боксёр покачал головой:

– Бульдоги разорвут его на части, когда вернется.

– Кто они?

– ММА, полный контакт. Такой же подпольный клуб, каким бывает «Слоняра». Ну ты знаешь. Только считай действительно бои без правил. Победитель забирает всё. Проигравший чаще всего остаётся калекой.

Настала очередь Матвея присвистнуть:

– Сталкивался с ними?

Джон неопределённо мотнул головой:

– Тренировался, знаю пару бойцов. Карту дашь?

– В бардачке.

Боксёр нырнул обратно в машину, достал портмоне, выудил из него платиновую карточку и ушёл от дальнейших расспросов, оплачивать бензин.

Тома показался из магазина вместе с первыми лучами солнца. Избегая смотреть на Мэта, он держал бутылку минералки, приложенной к виску, пытаясь остудить головную боль и ужас от осознания ситуации.

– Тамрико, – голос мистика прозвучал очень мягко. Художник вздрогнул от звука собственного полного имени и поднял голову, попадая в ловушку зрительного контакта. – Иди сюда.

Янтарным глазам Мэта невозможно было сопротивляться. Как заворожённый Тома подошёл близко, почти вплотную. Холодные пальцы мистика коснулись его висков, забирая головную боль и беспокойные мысли. Художник зевнул. Если бы Мэт предложил, в обмен на толику этого умиротворения, продать душу, Тома согласился бы без колебаний.

Мэт отстранился, открыл дверь джипа и приглашающим жестом указал на заднее сидение. Художник молча погрузился в машину. В следующую минуту он уже крепко спал.

– Хороший мальчик. Берём, – прокомментировал мистик вернувшемуся из кассы боксёру.

– На передержку? – Джон улыбнулся, увидев спящего художника на заднем сидении. – Ты же не…

– Нет, он согласился по собственной воле, – Мэт переложил рюкзак художника назад, в ноги к хозяину, и уселся на переднее пассажирское. – Хорошего же ты обо мне мнения.

– Самого лучшего, – Джон повесил на место заправочный кран, закрыл бензобак, сел за руль и завёл двигатель. – На какое только способен.

Дальнейший путь прошёл в тишине. Мэт не горел желанием делиться подробностями приключений в лабиринте. Джон не спрашивал. Возле самого дома мистик звонко щёлкнул пальцами. Наваждение спало, Тома вернулся в вертикальное положение и сонно потёр глаза.

34 Второе дыхание

– Душ занят, – оказавшись в квартире, Джон скинул кроссовки, стянул майку через голову и направился в ванную.

– Воу, – Тома опешил, глядя в спину удаляющемуся боксёру. – Ты ходячее пособие по анатомии!

– Бывало и лучше, – Джон развернулся вполоборота и согнул руку в локте, демонстрируя бицепс, – Сейчас поддерживаю форму.

– Можно потрогать?

– Шесть тренировок в неделю, и у тебя такие же будут, – буднично сообщил Мэт.

– Хотя бы три, – поправил боксёр и укоризненно посмотрел в сторону мистика. – Но регулярно и с нормальным питанием!

Тома успел достать блокнот и быстро что-то зарисовал. Мэт заглянул через плечо:

– So cute.

– Inspiring, – ответил парень в тон мистику. – В нашу художку бодибилдеры не заглядывают.

– Поэтому ты связался с бульдогами?

– Отчасти, – Тома не стал отрицать.

– Чувствуй себя как дома, можешь посуду помыть, – пошутил Мэт, оказавшись на кухне. – Аллергия на продукты?

– Всеяден, – коротко ответил художник, проходя следом.

Много часов спустя Джон застал их на том же месте.

– Во сколько вы встали? – боксёр, походкой сонного зомби в домашних трениках, зашёл на кухню. Часы показывали шесть вечера.

– Wrong question, – промурлыкал Мэт растягивая гласные и не отрываясь от ноутбука.

Джон налил себе стакан воды из давно остывшего чайника и осмотрел помещение. Места для завтрака в нём не нашлось.

Мистик и художник сидели за столом напротив друг друга. Вокруг бушевало царство открытых книг, исписанных листов бумаги, каких-то зарисовок и даже чертежей. Часть из них перекочевала на обои и висела там, приколотая портновскими булавками.

Записная книга Ванессы Вениаминовны оказалась выпотрошена. Эскизник Тома постигала та же участь. Сладкий, травянисто-медовый запах не оставлял сомнений – в кружках была изрядная доза клевера.

– Вы вообще не ложились, – боксёр обречённо констатировал факт.

– You've got the point, – Мэт оторвался от книги, которую штудировал и потянулся: – Take a beat.

– What?

– Time out mode.

Художник кивнул и, заложив карандаш за ухо, продолжил сверять газетную вырезку с открытой рядом книгой.

– Раскопали что-то интересное? – Джон принялся рассматривать заметки на стене.

На рисунках были изображены человеческие фигуры, сидящие внутри цветных луковичек разного размера. Авторство не вызывало сомнений. В таком же стиле Тома схематично описывал замену душ Тины и Сью.

Рядом были приколоты распечатки статей и стикеры с цитатами, написанными рукой Мэта.

– So-so, – Тома выглядел хоть и гораздо более бодрым, чем был ночью, но не слишком жизнерадостным. На смену похмелью пришла суровая сосредоточенность. – Can you... F*ck. Поставь чайник, плиз.

– Ты знаешь, что у второго дыхания есть своя цена?

– Я рассказал, – ответил за художника Мэт. – Потом отоспимся.

– На том свете, – хихикнул Тома. – Будем спать, как убитые.

Джон поднял глаза к потолку, не найдя что на это ответить, налил свежей воды, включил чайник и ретировался.

35 Рандеву

Следующий раз Джон показался на кухне полностью одетый, причёсанный и гладковыбритый. Шоколадный джемпер поверх чёрной майки придавал ему очень деловой вид. Даже темно-серые джинсы на этот раз были строгими и без дырок.

Мэт, давно привыкший, что его приятель всегда ходит немного помятым, в спортивных шмотках или рваных джинсах, откинулся на спинку стула, закрыл ноутбук и изумлённо поднял брови. Но вопрос задать не успел.

– Бестия написала. Хочет увидеться на «Слоняре», – Джон скорчил кислую мину. – Заберёте меня после полуночи?

Мэт задумался на секунду и кивнул:

– Чаю?

– Переживу, я выспался, – уже из коридора Джон продолжил, – Леонид хочет знать, как твоё самочувствие? И будешь ли ты сегодня?

– А у меня он спросить не может?

– Так ты ему не отвечаешь, – Джон показался в дверях кухни, держа два смартфона в руках. Один из них принадлежал Мэту. – Тебе зачем телефон вообще?

– Мемы с котиками лайкать, – не растерялся мистик и, глядя на пару пропущенных вызовов, зашёл в переписки. – Подожди, мы тебя завезём. Или ты нас.

Тома сделал глубокий вдох и стал собирать заметки обратно в свой эскизник и в записную книгу бабушки Мэта. Наблюдая за сборами художника, Джон улучил момент спросить:

– У тебя права есть?

– Только обязанности, – Тома хихикнул. – Водить не умею. Совсем. Профессиональный пассажир к вашим услугам!

– Пять минут, – Мэт скрылся в дальней комнате. Пиджак с галстуком висели ровно там же, где мистик их оставил. Последняя белая рубашка провокационно смотрела на мистика из открытого шкафа.

– Термос возьмите, – крикнул Мэт на кухню.

Джону не надо было объяснять. Тома не нуждался в гипнотических приказах. Когда мистик привёл себя в порядок и вышел в коридор, ему безмолвно подали собранную обратно бабушкину записную книгу и литр кипятка в её же походном термосе.

– Much obliged, – Мэт довольно улыбнулся, поправляя шнурки на туфлях дерби, принял дары и скомандовал: – Lets goo.

В пути разговор не клеился. Каждый витал в собственных мыслях. Парковка возле «Слоняры» оказалась почти пустой. Мелкий дождик подпортил видимость и общее настроение. Хмурая троица быстрым шагом перебралась в заведение.

Бестия уже сидела за баром, закинув ногу на ногу. Телесного цвета колготы сливались с тоном загорелой кожи, коленки в них выглядели вызывающе голыми. Изумрудное платье с глубоким вырезом выгодно подчёркивало её фигуру. Шею госпожи Виноградовой украшал чёрный бархатный чокер с маленькой пентаграммой. Образ был ослепительно хорош.

– Оу, Все в сборе? – Бестия наигранно улыбнулась. – Отлично, теперь у меня к вам дело. Вы же не откажете девушке, попавшей в беду?

– Ты не похожа на девушку, способную попасть в беду, – сообщил Тома, и осознав, что сказал это слишком громко, попятился, прячась за спинами парней.

– Ой, накличешь, – Леонид засмеялся в голос, глядя на реакцию Елены.

Девушка цокнула языком:

– Нужно всего-то нанести ответный визит бульдогам. Котик, – палец Бестии указал между Мэтом и Джоном, туда где спрятался Тома. – Будешь приманкой?

36 Цепные крысы Леонида

Мистик и боксёр переглянулись. Художник тихонько заскулил и попятился к выходу.

– Исключено, – произнёс Мэт ровным голосом. – Что бы ты ни задумала, Тома в этом не участвует.

Настал черёд Елены с Леонидом переглядываться. Художник замер на половине пути, не понимая, что ему делать дальше.

– А я говорил, – бармен от души улыбался. – Он не будет играть по твоим правилам. У него свои принципы. Вы присаживайтесь, ребята, это надолго.

– На кону неприлично много денег, и репутация не только «Слоняры», но и нас лично, – Елена начала свой рассказ.

Джон выбрал место возле девушки. Тома сел сразу за ним. Мэт обошёл барную стойку и встал на сторону Леонида. В баре было достаточно других посетителей, хоть и не полная посадка, работы хватало. Елена продолжала:

– Нужно съездить на клуб, навести шороху. Мои девочки узнали некоторую информацию. Если кратко, бульдогам очень не нравятся наши турниры. И они хотят внести свои коррективы.

– А если ещё короче, мы по уши в дерьме, – добавил Леонид. – Отойду на пару минут. Сам тут давай.

Мэт кивнул:

– Кому чего?

– Колу, – первым ответил Джон, – Без виски, если хочешь, чтобы я остался за рулём.

– И мне, – примазался Тома. – Видеть не могу алкоголь сегодня.

– Космополитен сделаешь? – Бестия оценивающе посмотрела на мистика, который инспектировал барную станцию, и, дождавшись его кивка, продолжила, – Вы не задумывались, почему информация о договорных матчах никогда не расходится дальше посвящённого ряда лиц?

Джон пожал плечами:

– Старательно не думаю об этом.

– Она расходится. Как круги на воде, – ответил Тома. – Только не всегда правдивая.

– Сечёшь фишку. Мы, по секрету всему свету, распускаем нужные слухи. Не только через девочек. Охрана и бойцы тоже бывают не прочь подзаработать на ставках. Как и многие участники, – Бестия покосилась на сидящего рядом боксёра. – Лёнчик сам следит, кому и какая информация перепадает.

– Цепные крысы Леонида, – Джон улыбнулся. – Можно было догадаться.

– Бульдоги знают и не знают одновременно. Старательно охотятся на наших. Докладывают лично Барону.

– Барон? Серьёзно? – засмеялся Мэт, разливая бутылку колы на два стакана. – Подходящая кличка для бульдога.

– Он там за главного. И когда догадался, как работает наша схема, оказался очень недоволен.

– У них же свои бои? Зачем им ещё один турнир?

– Травм куда меньше, – ответил Джон. – В долгосрочной перспективе все их бойцы окажутся у нас.

– И доходность выше, – добавила Бестия. – Мы им не нужны. Настолько, что они хотят, чтобы мы перестали существовать. Все девочки, кто с бульдогами мутит, об этом щебечут.

– Выходит, на каждого их пса, у вас есть своя крысонька? – мистик выглядел впечатлённым.

– Ну, почти. Не на каждого, конечно. Котика вашего вот не брали в расчёт, оказалось зря.

– А что со Сью и Тиной? – спросил Мэт, ставя перед девушкой бокал с коктейлем, украшенный долькой лайма.

– У меня они, на квартире, обе, – невесело ответила Бестия. – До смерти перепуганы. Старшая спит. Я её ромашкой напоила, с мятой и чабрецом, чтобы никуда не унесло во сне. Младшая мельтешит рядом, на тонком плане, охраняет. Знать бы ещё от чего?

Мэт удачно ушёл от ответа по делам на другой конец бара.

– Может, ты подскажешь, котик? – Бестия стрельнула глазами в художника.

Тома промолчал. Джон посмотрел на спину Мэта, отвернувшегося к холодильнику, и, чтобы слышала только Бестия, произнёс:

– Если начнётся потасовка, он всё-таки фотомодель, а не вышибала.

– А я думала – стриптизёр! – Бестия состроила глазки и заморгала ресницами. – В этом костюме он бы шикарно смотрелся на сцене, в неоновых лучах.

Тома прыснул в стакан с колой и закашлялся от смеха. Все трое посмотрели на точёный профиль Мэта, который передавал пару бокалов пива захмелевшему посетителю.

– Ему нельзя на Ту Сторону, – Тома резко посерьёзнел. – Совсем. Он. Там... Всё сложно. Если потеряет сознание, больше не очнётся.

37 Королева драмы

– А мне нельзя к бульдогам, – вздохнул Джон. – И тебе, кстати, тоже.

Тома промолчал.

– И Леониду, – Бестия задумчиво потягивала коктейль. – Значит, остались мы вдвоём. Насколько он сильный маг?

– Я предпочёл бы не проверять, – Тома задумчиво рассматривал донышко стакана колы. – Сильнейший из всех, кого я знаю.

– Он не в лучшей форме. И на стимуляторах третьи сутки, – добавил Джон.

– Стимуляторах?

– Они живут внутри чёртова гербария, – подсказал Тома. – Вся квартира в каких-то травах. Ой.

Джон отвесил художнику лёгкий подзатыльник:

– Тизан на основе клевера. Мы не знаем полный состав, если хочешь могу дать попробовать. Термос лежит в машине.

– Оно мёртвого из могилы поднимет, – заверил Тома.

– Благодарю, я пока жива и надеюсь, что так будет впредь, – не дожидаясь ответа, Бестия продолжила: – Так почему ему нельзя терять сознание?

– Там ждут неприятности, – Тома был немногословен.

Бестия мягко соскользнула со стула. Высоченные шпильки звонко поцокали по каменному полу. Поравнявшись с художником, девушка дружески приобняла его со спины.

Тома вздрогнул от неожиданности и ощущения дежавю. Хотя хватка Ивана прошлым вечером была куда более массивной, в движениях девушки было что-то такое же вызывающее липкий, панический страх.

– Во что вы вляпались? – заострённые ногти скользнули по горлу художника.

– А! – не нашёлся с ответом Тома.

– Прекрасный маникюр! – Джон перехватил руку девушки и одним движением притянул её к себе, чтобы шепнуть в самое ухо. – Выбирай противника себе по силам. Он под моей защитой.

Коготки оставили на руке боксёра тонкий порез. Проступили капельки крови. Джон отпустил девушку и улыбнулся:

– Неядовитые? Я и так отравлен тобою в самом сердце.

– Потом. Поговорим. Об этом, – зло выплюнула Бестия в ответ. – Мои девочки не выходят на связь уже несколько часов. Они ехали в клуб вдвоём. Что-то случилось. Нужно их оттуда забрать.

– Может, просто связи нет? – предположил Тома.

«Не для нас» – громкая и чужая мысль раздалась в головах у художника и боксёра одновременно.

– Понял, – Тома закрыл глаза, прогоняя наваждение. – Их могли узнать?

– Конечно, котик, у псов везде шавки.

– От королевы крыс слышу, – Джон хотел задеть Бестию, но девушка пропустила колкость мимо ушей.

– Знать бы наверняка, кто их внедрённый у нас? – задумчиво ответила Лена и, не заметив, как переглянулись боксёр и художник, добавила. – Я на пару минут.

38 Эрмес

Мэт помог вынести очередной заказ в зал и возвращался к барной стойке. Расстёгнутые верхние пуговицы и закатанные рукава рубашки добавляли шарма его внешнему виду. В запаре мистик скинул пиджак и галстук прямо за баром.

– Потанцуем, красавчик? – Бестия кокетливо положила руку на плечо Мэту и опустила взгляд. Ей на глаза вдруг попалась вышитая на рубашке буква Н. – Это что Эрмес?

– Не в настроении, – отмахнулся мистик. – Вон два бездельника сидят. К ним приставай.

– Оба мимо кассы, – вздохнула девушка. – Если решишься, прихвати со склада мою зелёную сумку.

Леонид, услышавший диалог краем уха, зашёлся ребяческим хохотом и, дождавшись, пока растерянная девушка отойдёт на достаточное расстояние, спросил:

– Как она тебе?

– Слишком вульгарно на мой вкус. Не понимаю, что Джон в ней нашёл.

– Ванька? А я ума не приложу, что она в нём нашла. Дурак дураком, – Леонид посмотрел на часы, – Дальше я тут сам. Съезди с ней, подмоги, в долгу не останется.

– Я вроде как уже должник. Ей можно доверять?

– Как мне, – сообщил администратор. – С рождения присматриваю. Хоть мы и не родня.

Мэт кивнул, на ходу застёгивая верхние пуговицы рубашки, выудил свои предметы гардероба из-за барной стойки и ушёл в подсобку.

Поправив макияж, Бестия вернулась в зал.

– Ты прямо в этом поедешь? – Джон без зазрения совести показал пальцем на декольте девушки.

– Тебе не нравится, что на меня будет смотреть куча красивых мужчин? Или что меня сопровождает главный модник местных домов?

Джон закатил глаза. Бестия, пользуясь заминкой, шёпотом спросила:

– Ты знаешь, сколько стоит его рубашка? Она настоящая?

– Могу только догадываться, – также шёпотом ответил боксёр. – Да и неважно, если эту он тоже кровью заляпает.

Лена отшатнулась. Мэт вернулся уже с идеально завязанным галстуком, в пиджаке и с небольшой дорожной сумкой в руках. Джон подбросил ему ключи. Мистик не глядя их словил.

– Адрес сама в навигатор введёшь, – отдав девушке свой телефон, парень отсалютовал приятелям. – Не прощаюсь.

Покидая заведение, Мэт пропустил даму вперёд, открыв перед ней дверь. Небольшая спортивная сумка легла в глубину джипа, на заднее сидение.

– Что там? – не удержался от вопроса Мэт.

– Дамские штучки, – съязвила Бестия и, забираясь в машину следом за сумкой, вернула ему телефон. Мэт увидел адрес. Клуб бульдогов находился на противоположном конце города от «Слоняры».

* * *

– Мы будем просто сидеть здесь и ждать?

Джон пожал плечами. Тома высказал вопрос, который мучил и его тоже.

– Присмотрите за ними, – Леонид уселся на освободившийся барный стул и повернулся к боксёру. – Вы, как никто, знаете, куда они сунулись.

Брелок мерседеса призывно мелькнул в руках администратора, прежде чем он выложил на барную стойку ключи от своей машины.

– Чтобы их не пустили на колбасу, или чтобы они не сожгли клуб? – Джон принял ключи.

– По ситуации.

39 Нашла коса на камень

Мистик первым выбрался из машины, открыл заднюю дверь и подал руку девушке. С грацией кинозвезды, Елена выставила на асфальт сначала ноги, и, оперевшись на Мэта, выпорхнула целиком.

– Смотри, красавчик, тебе оказана большая честь, – Бестия сделала вид, что пошатнулась на каблуках и вцепилась в мистика, чтобы устоять на ногах. Ироничная полуулыбка Мэта не оставляла сомнений в том, что он сам думает о сложившейся ситуации.

За спиной отчаянно не хватало молчаливого Ивана. Наличие задиристой Бестии ничуть не успокаивало, а скорее наоборот дразнило. Леонид был уверен в её безоговорочной преданности. Мэт побаивался властных женщин.

Избегая смотреть в глаза, девушка фамильярно поправила парню воротничок рубашки и узел галстука. Мэт сделал вид, что не обратил внимания на её дразнящие пальцы, скользнувшие по горлу острым маникюром.

Поведение девушки было вызывающим. Больше всего – вызывающим вопросы. Всю дорогу она отшучивалась, и не хотела поддерживать разговор о магии и тонких планах, хотя сразу дала понять, что знает достаточно.

Матвей решился на крайнюю меру. Замерев на секунду будто в поисках чего-то под ногами, парень поднял голову и рукой откинул волосы назад, принимая типичную позу для фотосессии. Тёплое освещение ночного города очертило его высокие скулы. Елена невольно залюбовалась, и, тем самым попалась в ловушку.

– Кто ты на самом деле? – спросил Мэт, поймав зрительный контакт.

– Полукровка, – зрачки девушки расширились. Радужка глаз приобрела мутно синий оттенок. – Как и ты.

Мэт прищурился, ощутив, как собственное сердце пропустило удар. Бестия не могла сейчас соврать. Она полностью верила в то, что говорит.

– Как тебя на самом деле зовут?

– Алёна Виноградова. Меня никто не зовёт. Я прихожу сама. Этот мир гораздо больше, чем ты думаешь, маг.

Мэт отметил, как нарастает головная боль. В ушах зашумело. Смотреть в глаза девушки оказалось невыносимо тяжело. Опасаясь, что снова пойдёт кровь, мистик придержал своё любопытство. Алёна продолжала:

– Ты ничего не знаешь, о настоящей магии. Ничему не удивляйся, когда с ней столкнёшься.

– Забудь, о чём я сейчас спрашивал, – приказал Мэт, отступая, и тихо добавил. – Идём?

– Да, – Бестия завела непослушную прядь рыжих волос за ухо. – Давай быстрее с этим покончим. Найдем моих и сразу по домам. Боюсь представить, что могла учудить твоя милая Сюзанна и её неуловимая сестра, пока мы тут скитаемся по ночным клубам.

40 Псарня

– Я думал, они боксёрский клуб, – подняв брови, Мэт рассматривал потешную собаку на неоновой вывеске.

– Разумеется, – ответила девушка. – Тремя этажами выше. А ещё тренажёрный зал и танцевальная студия. Всё принадлежит Барону.

Бульдог на логотипе ночного клуба высовывал язык и, не внушая никакого страха, вызывал скорее улыбку. Возле нараспашку открытой двери стоял амбал, по комплекции превосходящий даже Джона. От уха охранника под его пиджак уходил провод гарнитуры скрытого ношения. Мэт не подал виду, но успел пожалеть, что в суматохе не выпил новую порцию клевера.

– Киса, пропустишь нас? – Бестия томно состроила глазки, подойдя к дверям.

– Сегодня закрытое мероприятие, госпожа Виноградова, – смутился охранник, рассматривая спутника девушки. – Вход только по приглашениям.

– Пропусти без них, – Мэт лучезарно улыбнулся. – И забудь об этом.

Амбал послушно уступил дорогу.

– Он бы и так пропустил, – шепнула Елена, заходя в здание. – Не трать силы попусту. Здесь магию умеют отслеживать. Не хватало ещё привлечь внимание из-за какого-то пустяка.

Минув пустой гардероб, пара оказалась внутри. Играла танцевальная музыка. Задымлённое кальянами помещение то и дело разрезали цветные лучи неоновых прожекторов. Вытяжка, даже если была, совершенно не справлялась.

Публика собралась самая разная. Девушки в элегантных и вызывающих платьях встречались так же часто, как девушки в джинсах и футболках. Парни в спортивных шмотках по количеству тоже не уступали мужчинам в костюмах. Убедившись, что преобладает смарт-кэжуал, Мэт немного выдохнул. По крайней мере внешне, они с Еленой пришлись ко двору.

– Нас ждут, – сообщила Бестия и направилась к столику, за которым сидели две девушки. Одна из них приветственно махала рукой. Мэт её сразу узнал. Это оказалась та самая официантка, которая на днях разлила пиво на его белую рубашку под гогот Леонида на «Слоняре».

– Маг, мистик, медиум, – Бестия кратко охарактеризовала коллегу подругам.

– Матвей, – парень ощутил, как щёки заливаются краской. – Можно просто Мэт.

Испугавшись поначалу нового человека, девушки быстро убедились, что Мэт с ними не за красивые глаза или толстый кошелёк. К столику подошёл подвыпивший мужчина, с претензией:

– Слишком много девушек на тебя одного!

– Охране сцены закатывай, если такой крутой, – посоветовал Мэт, глядя прямо в залитые алкоголем глаза. – Или подерись с кем-то, повесели публику. Девушек не трогай. И забудь, что это я тебе сказал.

Мужчина заморгал и отошёл от столика. Ведьмы кратко обсудили обстановку. Не только Бестию обеспокоило отсутствие подруг. Весь ковен бил тревогу, недосчитавшись своих. Две девушки исчезли со связи вечером, а следом за ними ещё одна, отправившаяся в клуб раньше.

Музыка затихла. Раздались бурные аплодисменты. Группа танцоров в штанах и галстуках на голое тело спрыгнула со сцены в зал и рассыпалась в разные стороны.

41 Чемпион

– А что мы здесь забыли? – спросил Тома, когда джип свернул к большому торговому центру. – Магазины вот-вот закроются.

Боксёр молча припарковал машину и заглушил мотор.

– Ты меня узнал, – Джон отстегнул ремень безопасности и угрожающе навис над художником. – Как?

– Портреты, – пискнул Тома, сжавшись в комочек. – Я знаю, что в коридоре по пути зал не просто красивые бодибилдеры. Некоторых из них, – художник нервно сглотнул, – рисовал я.

Джон закатил глаза:

– Отсюда пешком, не хочу светить эту машину на парковке бульдогов. Там везде камеры. Сам знаешь.

Тома выбрался на улицу вслед за боксёром и какое-то время просто шёл рядом, стараясь не отставать. Понадеявшись, что угроза миновала и немного осмелев, художник продолжил:

– Ты самый молодой чемпион.

– Самый недолгий.

– Но чемпион! Ты их всех вынес однажды! Один на один. По чесноку.

– И будет лучше, если никто, слышишь? Никто на «Слоняре» не будет об этом знать.

– Почему переметнулся? – оглядевшись, Тома понял, что они совсем рядом с клубом, но обходят нужное здание стороной.

Джон проигнорировал вопрос:

– Идём через служебный. Заодно портрет заберём. Покажешь, где висит.

Вход для персонала никак не охранялся. Некстати возле него стоял охранник будущей смены и разговаривал с кем-то по телефону. Пожав ему руку, боксёр и художник невозмутимо прошли к лифтам. Дождавшись кабину, Джон пропустил Тома вперёд, нажал на нужный этаж и, пользуясь преимуществом в росте, снова угрожающе навис:

– Ты сам-то на чьей стороне?

Художник, боясь дать неправильный ответ, сполз по стене и попытался отгородиться рюкзаком. Двери лифта открылись. На площадке никого не оказалось.

– Ладно, вставай, я пошутил, – Джон протянул руку, но, видя на лице товарища полное замешательство, поднял его за верхнюю одежду, как котёнка за шкирку, и вытащил в коридор.

– Я не хотел быть чемпионом, – зачем-то добавил боксёр. – Который из них? Показывай.

Стены были украшены деревянными рамками разного размера. По одну сторону были вывешены фотографии и дипломы с профессиональных соревнований по разным видам борьбы. По другую сторону висели картины. Тома остановился у одной из них. Джон задумчиво смотрел на холст.

– Так непохож ведь.

– Брови, нос, уголки губ, – тихо ответил художник. – Ну, может, с формой лица чуть не угадал. Фотка была смазанная.

– Пусть висит, – Джон поднял руку, чтобы дать художнику подзатыльник, но вместо этого приободряюще похлопал его по плечу. – Наших чувствуешь внизу?

– Матвей фонит сильно, – Тома закрыл глаза и принялся перечислять. – Бестия затаилась, но вокруг много ведьм, которые её выдают. Три из них почему-то на этом этаже и в мужской раздевалке. В зале два бульдога, вышибалы, не заклинатели. Барона в здании нет. Из людей силы как будто больше никого.

– Да ты серьёзная ищейка, – Джон нахмурился. – Пойдём раздевалку проверим. Нам поближе будет, чем ведьмам сюда лезть.

42 Ведьмы

Тамрико не ошибся. Два крепких парня фотографировались в зеркале на фоне пустого зала. Художник замер перед входом. Иван подал ему знак не высовываться, зашёл сам и направился в раздевалку.

– Стой, туда нельзя, – едва завидел незнакомца, один из парней кинулся наперерез.

– Чего так? – боксёр остановился на полпути.

– Утечка, эээ, – горе-охранник запнулся.

– Воды, – пришёл ему на помощь второй, – В душевой трубу прорвало и всё затопило.

– Так я сантехник! Дайте хоть гляну масштабы катастрофы.

– По-хорошему тебе говорят, нельзя туда, – первый парень пригрозил кулаком. – Проваливай.

– Зал сегодня, вообще-то, закрыт, – добавил второй. – Вниз иди тусуйся.

– Да ну вы чего, мужики? – Джон поднял руки на уровень груди. – Барон свидетель, этот зал для меня открыт всегда.

Тома понял, что сейчас произойдёт, и выглянул из дверей, но ударов увидеть не успел. Два тела рухнули с секундной задержкой. Джон обернулся и неопределённо махнул головой:

– Сходи на тонкий план, уведи подальше. А то быстро очнутся, тренированные они. Только медленные.

Тома кивнул и, опершись плечом на стену, съехал по ней вниз, пока не достиг пола. В собственных мыслях художник лежал рядом с парнями без сознания и без головы на плечах. Страх, который внушал ему боксёр с первой секунды, вернулся с новой силой.

Джон отправился сразу в раздевалку, не видя, как призрачный пёс вовлёк в игру двух рассеянных духов, привязанных к телам.

* * *

– Вот же виагра!

На полу помещения, связанные верёвочными скакалками, лежали три девушки: блондинка, брюнетка и рыжая.

Чертыхнувшись ещё раз для верности, Джон поставил перед собой несколько быстрых защит, такой силы, которую только смог из себя выжать. И заодно снял с запястья турмалиновый браслет, подаренный Мэтом. На защитный артефакт он не сильно тянул, но ведь носил же название “ведьмин камень”.

Из трёх зол Джон выбрал блондинку. Коснувшись руки девушки, он влил в неё собственную энергию. Та дёрнулась, открыла глаза и разъярённо уставилась на боксёра.

– Здорово, – парень сидел на коленях с поднятыми руками. Одна ладонь была раскрыта в приветствии, другая сжимала в пальцах чёрный браслет. – Свои. Пошли Ленке сигнал, что с тобой всё в порядке.

Девушка кивнула осматриваясь.

– Я разбужу твоих подруг и выведу вас, – продолжил Джон, – Только тихо, без фокусов.

– Внизу что-то случилось, – художник заглянул в раздевалку и едва увернулся от энергетической атаки, которую по наитию запустила ещё связанная девушка.

– Свои, – буднично напомнил Джон, помогая блондинке освободиться от верёвок и подняться. – Не хотелось бы друг друга случайно поубивать.

– Не буди их. Испепелят, если силы остались, – процедила сквозь зубы девушка, глядя, как Джон развязывает рыжую. – Я сама. Бестия не слышит.

– Тома, помоги, – Джон кивнул на брюнетку. В отличие от двух первых девушек, на ней оказалось гораздо больше верёвок.

– А ты не шутила про испепеление? – покосился на блондинку Джон.

– Она вторая по силе, после Бестии. Сам думай, шучу ли я.

Тома внутренне содрогнулся. Джон тоже, но не подал виду. Втроём команда спасения быстро развязала оставшиеся узлы. Парни вышли из раздевалки и уставились в зеркало друг на друга.

– Барон бы на такое не пошёл, – первым нарушил молчание художник.

– Не думаю, что это он, – согласился боксёр. – Как-то глупо всё складывается. Вспомни, он слишком любит девочек, чтобы что-то такое с ними сотворить.

Три ведьмы показались из раздевалки. Обходя растянувшихся на полу тренажёрного зала охранников, каждая сочла своим долгом их пнуть.

– Спасибо, – одними губами прошептала блондинка и последней скрылась в дверях, ведущих к выходу. Джон шуточно отдал честь.

Завизжала пожарная сигнализация, призывая всех покинуть здание. Один из охранников на полу пошевелился.

– Уходим, – боксёр подтолкнул художника и перешёл на бег сам. – Нас тут не было, мы ничего не видели.

– Мы ничего не знаем, – поддакнул Тома на бегу. – А камеры?

– Зуб даю, окажется, что отключены с начала вечера.

43 Вечер перестает быть томным

Мэт вальяжно развалился на диване среди красивых девушек, вполуха слушая разговор. Они обсуждали сложные поисковые заклинания и, безусловно, являлись леди силы. По отдельности мистик превосходил каждую. Но собравшаяся триада вызывала у парня смутное беспокойство.

Внешне расслабленный и улыбчивый, Матвей чувствовал себя как натянутая пружина. На глаза ему то и дело попадались прогуливающиеся мимо столика молодые ребята в чёрных футболках и штанах. Чисто по-человечески, Мэт понимал – Бестия и её подруги выглядели первоклассно и уже только этим привлекали к себе внимание. И всё же недоброе предчувствие нарастало. На фоне заиграл неподходящий романтический трек.

– Следов нет, Барона нет, Лами ушла наверх и пропала, а вечеринка в самом разгаре, – резюмировала Бестия, задумчиво рассматривая посетителей. – Мне нужно выпить.

– Напомни, мы расцениваем клуб как место отдыха, – Мэт поднял глаза к потолку, – или как вражескую территорию? Здесь всегда так много охраны? Кто эти парни в чёрных костюмах? Танцоры? Бойсбэнд?

– Мелочь, можно не брать в расчёт.

– А я начинаю думать, что у них к вам не просто праздный интерес, – мистик кивнул в сторону барной стойки. Четверо парней в чёрном о чём-то переговаривались, показав на столик как раз в тот момент, когда Бестия обернулась, чтобы на них посмотреть.

– Сейчас и узнаем, – Елена закрыла лицо рукой. – Они идут сюда?

Мэт кивнул, заметив боковым зрением, что парни в чёрном стекаются со всего зала, и окружают кольцом. Быстрый пересчёт показал как минимум девять потенциальных противников. Четверо от бара подошли к столику.

– Госпожа Виноградова, вам не стоило сегодня сюда приезжать, – голос прозвучал слащаво. Его низкий и коротко стриженный обладатель, наклонился к Бестии, предлагая руку. – Пройдёмте со мной.

– Если у Барона есть ко мне дела, пусть спускается сам, – парировала девушка. – Я сегодня отдыхаю.

– Я настаиваю, – игнорируя свидетелей, парень схватил Бестию под локоть, – Не хотелось бы применять силу.

– Девушка не в настроении, – вступился Мэт и поднялся из-за стола. – Отпусти её.

Предводитель банды не шевельнулся.

– Не встревай, целее будешь, – посоветовал парень, стоящий за ним. – Что они тебе наплели?

– Охоту на ведьм отменили в восемнадцатом веке, – Мэт ляпнул первое, что пришло на ум. – А вам забыли сказать?

Парни в чёрном напряглись, хотя они выглядели куда более воинственно, чем сам мистик. И сильно превосходили числом. Лена выдернула руку, поднялась самостоятельно и, сделав пару шагов, пошатнулась на каблуках. Подруги засобирались следом. Медленная лирическая композиция на фоне закончилась. Заиграл рок.

– Фас, – коротко стриженный отдал команду.

От первого удара Мэт уклонился и успешно контратаковал апперкотом, отправляя забияку в нокаут. Получилось, в лучших традициях, как раз за разом его заставлял отрабатывать Джон. Тренировки не прошли даром.

Второго противника мистик принял на блок и уложил отдохнуть магическим щитом, вливая в движение столько энергии, что закружилась голова. Чтобы не упасть следом, Мэт присел над рухнувшим без сознания телом.

Перенапряжение дало о себе знать, пульс бешено стучал в висках. Кровь хлынула уже привычным образом. Облизав верхнюю губу, мистик поднялся. Бестия за это время оглушила своего противника, успевая прикрывать подруг, пятящихся к выходу.

Откуда появился ещё один нападающий Мэт не увидел. Глаза уже застилала красная пелена. Удар прилетел сбоку и под дых, выбивая воздух из лёгких.

Будто издалека мистик почувствовал, как его схватили, и, вывернув руки за спину, продолжили избивать. Неприятнее всего оказалось получить по лицу. Послышался характерный хруст сломанного носа.

«Прощай, карьера», – подумал Мэт, цепляясь за осколки сознания.

– Хватит с него, не увлекайтесь, – послышался холодный приказ. – Отвезите к Барону, пусть сам думает, что с ним делать. Может, перевоспитаем.

Ведьмы держали оборону. Кто-то визжал. Охранники и персонал выступили единым фронтом и оттеснили собравшихся вокруг зевак, давая возможность бульдогам и ведьмам выяснить отношения. Последние силы Мэт потратил на то, чтобы перейти на тонкий план и отрешенно наблюдал, как его тело волочат по полу в сторону, противоположную от входа в клуб.

В потасовке девушки развернули кальян с соседнего столика. Угли посыпались на стоящий рядом пустой диван, прожигая обивку. Давно забытое заклинание само сорвалось с языка Бестии.

Искры взвились под потолок, словно на диван вылили канистру бензина. Пламя принялось поедать мебель. Присутствия Мэта больше не ощущалось. В то же время разъярённых ведьм в здании оказалось рекордное количество. Ковен воссоединился. Бульдоги отступили.

Раздались звуки сирены пожарной тревоги. Музыка затихла. Посетители засуетились, поспешно покидая заведение. Бестия отделилась от других девушек, слилась с толпой и позволила потоку людей увлечь себя на улицу.

44 Роковая предусмотрительность

Джон и Тома стояли рядом с джипом Мэта, попивая клевер из термоса, когда растрепанная Бестия с туфлями в руках выскочила на парковку.

– Они его куда-то увезли, – сообщила девушка, ничуть не удивляясь ребятам, которых тут и близко не должно было быть.

– Почему ты не пошла за ним? – Джон открыл машину запасными ключами, впуская внутрь зеленый вихрь.

– Я что дура бегать на шпильках? – девушка забралась на заднее сидение, доставая спортивную сумку. Туфли полетели куда-то в глубину салона. Меньше чем через минуту, девушка появилась на улице, засунув ноги в высокие ботинки и натягивая поверх колгот чёрные тактические штаны с кучей карманов. В совокупности с глубоким вырезом собранного на поясе платья, образ смотрелся довольно экстравагантно.

– Снимай! – скомандовала девушка художнику ткнув его в полосатое плечо. Тот не посмел перечить и оставшись в одной майке помог девушке одеть свою рубашку прямо поверх остального наряда.

Пока Елена застёгивала пуговицы, скрывая вырез, и надевала тактические перчатки без пальцев, расписанные рунами, Джон присел рядом, помогая зашнуровать знакомые уставные берцы миниатюрного размера.

– Охраняй, котик, – сняв сережки и вручив их порядком обалдевшему Томе, девушка вытянула руки вперед и совершила пару наклонов головой. Джон как раз закончил со шнурками.

– Вот теперь погнали, – Бестия два раза подпрыгнула на месте, один раз присела, сделала по выпаду на каждую ногу, приняла позу низкого старта и резко сорвалась с места.

– Что она такое? – спросил Тома, забираясь в машину, всё ещё держа по сережке в каждой руке. Полумесяц резал ладонь. Острые зубцы солнца впивались в другую руку.

– Не думай об этом, котик, – посоветовал Джон, передразнивая Бестию. – Пристегнись. Сосредоточься. Ты ищейка или кто? Куда нам ехать?

Тома бережно сжал серьги и закрыл глаза.

– П-прямо, потом налево. Я плохо знаю город. Могу направление говорить.

Джон дал по газам, черный джип вылетел с парковки на оживленную улицу.

– Отлично, циферблатом пользоваться умеешь?

– Да.

– Прямо это на двенадцать часов. Налево девять, направо три.

– Знаю, бульдоги так же работают. Она свернула на два.

На встречу ехали пожарные машины.

45 Ищейка

– Она слишком быстрая, я не знаю куда дальше, – сообщил Тома после пары кварталов, на очередном перекрестке.

Джон сбавил скорость и припарковался на обочине. В сердцах ударив по рулю, он зачесал волосы назад обеими руками и запрокинул голову. Сидящий рядом Тома вжался в сидение, опасаясь за своё здоровье. Боксёр глубоко вдохнул и медленно выдохнул:

– Порядок, – тихо сказал он. – Извини, что впутали тебя в это.

– Если это порядок, – Тома сокрушенно опустил плечи и съехал вниз на сидении. – Подожди, я по-другому их найду.

Художник закрыл глаза, и заёрзал, устраиваясь поудобнее. Сосредотачиваться для выхода из тела почти не потребовалось. Изрядная доза клевера в крови сделала своё дело. Призрачный пёс мигом взял едва заметный след.

Покрутившись вокруг своей оси, невидимый для прохожих лабрадор запрыгнул на капот и оттуда на крышу джипа. Оставалась проблема, как не упускать из виду и при этом передавать информацию Джону? И вдруг в голове у Тамрико что-то перещелкнуло: при первой встрече Мэт просканировал его самого оставаясь в сознании.

Художник открыл глаза пытаясь сфокусироваться на дороге, при этом не теряя тонкие, почти прозрачные колебания в воздухе. Перед глазами всё плыло. К горлу подступила тошнота. Острая пульсирующая боль обручем стянула голову.

– А пример, однако, заразителен, – Джон открыл бардачок в поисках салфеток. – У тебя кровь из носа.

– Два перекрестка прямо, потом свернули за город. Лена почти их догнала, – художник провел ладонью над губами, размазывая алые капли. – Она зачем-то скрывает свои следы, и Матвея заодно.

– Зачем-то? Нам только случайных свидетелей не хватает, снявших на камеру, как девушка бежит марафонскую дистанцию со скорость мопеда. – Боксёр вырулил обратно на дорогу. Пока Тома молчал, Джон продолжил нагнетать: – Или ещё лучше, Хочешь чтобы за ней двинули псы? А следом за ними ковен?

– Не хочу, но еще немного и я бы совсем её потерял. – Тома потянулся за термосом.

– Не пей больше эту дрянь, – остановил его Джон. – Если твой организм не выдержит, воскрешать людей никто из нас не умеет. Застрянешь между жизнью и смертью, как лич или того хуже.

– Как Тина. Я, пожалуй, пас, – согласился художник, и прикидывая что-то в уме добавил: – Смерть это не выход. Смерть это вход.

46 Кикимора обыкновенная

Огни города остались далеко позади. Фонари закончились. Узкий серп растущей луны то и дело прятался за тучами. Ксеноновые фары джипа рассекали темноту ночной трассы. Вдруг мелькнул знак аварийной остановки. Джон едва успел выкрутить руль и объехать аварию по встречной полосе.

– Что это было? – воскликнул он, постепенно снижая скорость.

Тома, не обременённый необходимостью следить за дорогой впереди, успел разглядеть всю картину. Одна из машин врезалась в дерево на обочине. Вторая, гармошкой, протаранила ей багажник.

– Бульдоги, – обалдело сообщил художник. – Но наших здесь нет.

Джон хмыкнул, отмечая, насколько легко Тома сменил сторону. Ещё совсем недавно они оба “своими” могли бы счесть именно парней, окруживших разбитые тачки. Вдалеке послышался вой сирены скорой помощи.

– Значит, Бестия постаралась.

– Она настолько сильная ведьма?

– Обыкновенная кикимора, дай только повод покуролесить, – ответил Джон, в шутку, или всерьёз, Тома так и не понял.

Пару километров спустя возле дороги обнаружилось кладбище. Скорее догадавшись, чем почувствовав что-то, Джон свернул на маленькую парковку и затормозил возле открытой настежь калитки.

– Ну где вы так долго? – вместо приветствия, Бестия вынырнула из темноты с упрёком.

– Никого не убила? – спросил Джон, выбираясь из машины.

– Размечтался, – хмыкнула девушка. – Подумаешь, пьяные сели за руль, дерево выскочило на дорогу. Обычная история. Гаи и скорая уже выехали.

– И приехали, – сообщил Тома. – Мы слышали сирены.

– Ламия успела мне рассказать, что вы их вытащили, – Елена замолчала, борясь с собой. – Спасибо.

– Что с Мэтом?

– На грани. Сильно истощён, – Бестия кивнула в сторону кладбища. – Немного избит. Я подумала, что в его случае любая тёмная земля будет лучше, чем никакой.

Джон кивнул, соглашаясь, и нырнул обратно в машину за термосом.

– На, попробуй. Он на этом третьи сутки носился.

Девушка сделала пару глотков и закашлялась.

– Ну и дрянь, как вы вообще это пьёте? – спросила она и почувствовала, как лёгкость разливается по всему телу. Боль в руках и ногах, после скоростного забега, утихла. В голове прояснилось. – А вот оно как.

Достав из кармана зажигалку, девушка поднесла её ко второй руке и чиркнула кремнием. Огненный шар возник на пару секунд прямо в воздухе и осветил лица яркой вспышкой. Джон остался неподвижен. Тома в панике отшатнулся.

– Временное усиление всех характеристик, – проговорила Бестия, – Цена? Побочки?

– Высокое давление, – Джон залпом выпил остатки чая из термоса. – Думаю, мозг может взорваться. Не фигурально.

– Отвал башки! Состав не из этого мира, – со знанием дела хмыкнула Бестия, прокручивая ещё один огненный шарик в руках. – Здесь такое не растёт.

– Мне никто никогда не поверит, – прошептал одними губами Тома наблюдая огненное шоу.

– Не дрейфь, котёнок, на твой век чудес хватит, – ответила услышавшая его девушка.

Освещая путь маленьким огненным шаром, Бестия вернулась на территорию кладбища. Джон и Тома как заворожённые прошли следом. Огненный шар завис в воздухе, постепенно тая. Девушка присела над телом мистика и приложила обе ладони к его лицу. Зеленоватая дымка окутала тёмноволосую голову прежде, чем раствориться, впитываясь в землю. Кровоподтёки Матвея стали меньше, но не исчезли совсем.

– Немного избит? Да он отбивная, – Джон выругался, присаживаясь рядом на корточки.

– Даже с усилителем я вам тут не помощница, – девушка поднялась, отряхивая колени. – Идите за ним Туда, или думайте, чем его призвать обратно.

– Стимулятор будет действовать ещё пару часов, – сообщил Джон сквозь зубы. – Сгоняешь за машиной Леонида?

– Издеваешься?

– Ну что тебе стоит? – боксёр прощупывал запястье у мистика, чтобы убедиться, что пульса нет. – Одна нога здесь…

– Другая тоже здесь и никуда не побежит по твоей прихоти!

– Мы там все шмотки оставили. Я бы этого, – боксёр кивнул на беспокойно бродящего из стороны в сторону художника, – Отправил съездить, так он не сядет за руль.

– Добро, – оценив ситуацию, девушка сдалась. – Только не помрите тут.

Джон вытащил две пары ключей из карманов штанов, сравнил их в бликах гаснущего света и отдал Бестии нужные. Огненный шар совсем растаял, оставляя после себя болотный запах. Тома достал телефон, чтобы посветить под ноги.

– Выключи! – в один голос на него рявкнули Джон с Еленой и переглянулись.

В сторону города пронеслись три машины. Бестия, не попрощавшись, лёгкой трусцой двинулась за кортежем, постепенно набирая скорость.

47 Дача

– Почему ты её отослал? – художник пребывал в недоумении.

– Тома, поверь на слово, она не то существо, которое… – Иван осёкся. – Просто не хочу знать, на что она способна под стимулятором.

– Но она же легко нас найдёт?

– И не подумает. Как только окажется в городе и поймёт, что в машине Лёни не осталось наших вещей, обидится и займётся своими делами. Уж дел-то, после сегодняшней ночи, у неё и без нас хватает.

Говоря всё это, Иван поднял на руки тело мистика и пошёл обратно к машине. Тома помог открыть заднюю дверь, а, пока боксёр грузил Матвея в салон, сходил закрыть калитку кладбища и сел на пассажирское.

– Домой?

– Можем не успеть, – Джон вырулил на трассу, – Есть идея получше.

Сразу за кладбищем вдоль дороги начинался населённый пункт. Тома пропустил название, а боксёр вёл машину словно по привычному маршруту. После поворота на узкую улочку джип съехал с асфальта на грунтовую дорогу и, наконец, затормозил перед большим домом.

– Сиди, – приказал Джон, тоном, не терпящим возражений, и вышел из машины.

Камера на заборе зафиксировала, как парень подошёл к дверному звонку и приблизил лицо к датчику, давая просканировать свою сетчатку. Едва это произошло, как включилось гостеприимное освещение, а ворота на автоматике поехали в сторону. Джон вернулся в машину.

В тёплом свете фонарей Томе на секунду померещилось, что радужки глаз водителя стали оранжевыми.

Во дворе никого не оказалось. Джип заехал на внутреннюю парковку.

– Проверь, должно быть открыто, – Джон кивнул на крыльцо. Массивная металлическая дверь в дом выглядела надёжно.

Тома вышел из машины и дёрнулся обратно. Возле его ног мелькнула пушистая тень, быстро скрывшись в кустарнике.

– Скорее всего енот, – сообщил Джон.

– Мы же не…

– На даче у Барона, – кивнул водитель, доставая ценный груз с заднего сиденья, – Разумеется.

Дверь оказалась открыта. Внутри дом походил скорее на уютную берлогу, чем на логово богатого дельца и хозяина бойцовского клуба. Воинственный настрой задавали только арбалет и две катаны, висящие на стене.

Джон занёс тело Матвея и расположил в гостинной, на диване. На журнальный столик рядом запрыгнул пушистый серый кот.

– И ты здесь? – спросил Джон, увидев домашнего обитателя. – Ну тогда помогай!

Тома чихнул, уставившись на пушистое недоразумение. Кот фыркнул в ответ, спрыгнул со стола и пошёл в сторону лестницы.

– Сходи с ним, на втором этаже библиотека. Может, присоветует чего.

– Кот присоветует? – не понял Тома.

– Мяу! – возмутился пушистик и начал подниматься по ступеням.

– Мяя! – передразнил Джон. – Ты обычный человек? А с чего бы ему быть обычным котом?

Решив про себя, что у Ивана на фоне нервных потрясений окончательно поехали шарики за ролики, Тома поплёлся на второй этаж. Одна из дверей была приоткрыта. Недолго думая, парень прошёл туда и попал в комнату, заставленную книжными шкафами. Свет включился, как только художник оказался внутри. Кот сидел на полке, глядя вниз. На полу лежала потрёпанная старая книга.

– Ты хочешь, чтобы я её взял? – чувствуя себя полным идиотом, Тома подобрал толстый фолиант. На обложке красовались незнакомые иероглифы. Кот начал вылизываться, игнорируя человека.

Пролистав пару страниц, Тома убедился, что ни слова не понимает на этом языке, пока не наткнулся на картинки. Момент озарения снизошёл внезапно.

– Джо-о-о-о, – художник в спешке споткнулся на лестнице и последние несколько ступеней преодолел даже быстрее, чем хотел. Едва удержав равновесия, используя книжку как балласт, он ворвался в гостиную.

Иван обнаружился сидящим на ковре возле дивана, уперев голову в руки, а локти в колени.

– Есть заклинание, которое позволяет доставать предметы из снов, мы почти собрали его с Мэтом, вчера ночью.

Джон заинтересованно поднял голову. Художник продолжил:

– Здесь что-то похожее, только в обратную сторону, – он протянул книгу, открывая на нужной странице.

– Чем черти не шутят, пока боги спят, – ответил Джон, принимая в руки знакомый учебник анимансии за пятый курс. – Как ты понял, что здесь написано?

– Там же картинки, – Тома выглядел немного обиженным.

48 Минотавр

Мэт понял, какую ошибку совершил, как только вынырнул за пределы здания клуба, присматривая за собственным телом. Перестали действовать подавляющие ограничители, которые помешали внутри развернуться в полную силу. Вместе с тем в дверях заканчивались и защитные заклинания. Сразу за ними мистика ждали проблемы совсем другого уровня.

Огромная секира возникла из ниоткуда и перерубила едва заметную нить, связывающую дух и тело мистика. Второй удар был нацелен на саму душу, но Мэт уже успел оправиться от потрясения и отреагировать.

Реальный мир поплыл водной гладью и отошёл на другой план. Вернее, мир остался на месте, а на другой план перешёл сам Матвей и уже не увидел, как его тело, связав на всякий случай руки галстуком, погрузили в багажник.

Попросту не успевая преобразовать одежду в доспехи, мистик влил энергию в щит, чтобы заслониться от нового взмаха секиры. Последовавшей атаки такая защита не выдержала. Щит раскололся пополам и рассыпался белыми искрами. Матвея отбросило ударной волной. Границы реальности окончательно размылись.

Сил было мало. С ужасом мистик осознал, что отрезанный от собственного тела, он никак не может восстановить энергию. Значит, и тратить её привычным образом, разбрасываясь во все стороны, не стоит.

И всё же на тонком плане Матвей держался куда увереннее, чем в реальности. Петляя, уворачиваясь и подныривая под грозное оружие, мистик выбрал стратегию отступления. Не уверенный, что сможет вернуться после перевоплощения, он предпочёл остаться в человеческом обличьи.

Отлетев на достаточное расстояние, Мэт смог разглядеть своего противника. Ожившая статуя минотавра из центра лабиринта была выше его на две головы и обладала совершенным атлетическим телом. Кем бы ни была эта душа при жизни, секирой она владела в совершенстве и в посмертии.

Не давая расслабиться ни на мгновение, танец с минотавром выматывал. Спустя какое-то время Мэту послышался голос Бестии. И хотя слов оказалось не разобрать, двигаться стало легче. Чужая, тягучая, взрывоопасная энергия позволила ему продержаться ещё какое-то время.

Внезапно пространство вокруг снова преобразовалось. Знакомые очертания лабиринта вернулись на место, и Мэт ощутил существенный прилив сил. Дуэль затягивалась. Минотавр, не зная усталости, рубил с плеча. Кристалл на его шее сиял, источая волны чистой энергии.

– Да что такое? – мистик раздражённо пытался думать вслух.

Пространство лабиринта отказалось подчиняться ему на этот раз. Печати не действовали, а кинжал, который Мэт соорудил из собственной энергии и наивно попробовал воткнуть в минотавра, рассыпался белыми искрами. Продолжился бег по кругу. В скорости мистик по-прежнему сильно выигрывал, но смысл каждого следующего движения стал от него ускользать.

Усталость навалилась с новой силой, впервые в жизни Матвею захотелось сдаться. Пришла мысль, что если хотя бы один удар попадёт в него – всё закончится.

49 Прикладная анимансия

Следующий удар Иван остановил мохнатой рукой, подставив её под древко и затем сразу вырвав секиру у волшебного создания. Минотавр зарычал и бросился на нового противника рогами. Джон оказался проворнее и принял звериный вид целиком. Секира упала на каменные плиты лабиринта. В противостоянии разъярённому бурому медведю у быка не было шансов.

Тем временем лабрадор схватил Мэта за рукав и оттащил в сторону. В зубах у пса оказалась нить, которая, соединившись с душой, открыла доступ к неисчерпаемому колодцу энергии. Матвей буквально воспрянул духом, а Тома тащил его всё дальше от места битвы.

– Как вы сюда дотянулись? – мистик остановился, отгородившись от сражения несколькими слоями высокого камня. Стены лабиринта снова ему подчинялись.

– Вызвали подмогу, – ответила возникшая рядом Тина.

– Я не знал, как сюда попасть, – Тома принял человеческий облик. – И решил, что местный проводник не помешает. Но есть и другая проблема.

Тело художника неестественно светилось. Мэт посмотрел на собственные руки и убедился, что он выглядит так же.

– Что именно вы сделали?

– Я не уверен, но если всё сработало как задумано, то наши физические тела перешли на каузальный план целиком.

– Невозможно.

– Игра стоила свеч, – Тома хихикнул. – Ты же сам хотел достать отсюда бабушкин кристалл.

– Осталось только вернуться, – фыркнула Тина и, встретив взгляд Мэта, добавила. – Можешь не беспокоиться, я обычный призрак.

– Разве что, свободный, – художник улыбнулся девушке и пояснил для мистика: – Чары кристалла на неё больше не действует, как и на нас.

– Чары? – Матвей быстро прокручивал в уме всё, что он знает про лабиринт. Что-то не сходилось.

– На кристалле проклятие и защита одновременно, – поделилась наблюдениями Тина. – Он собирает энергию душ. Но если попытаться забрать его силой, никто не знает, что случится.

– Ничего хорошего, – закончил Мэт. – Если бы его можно было просто снять, я бы так и сделал. Надо предупредить Джона.

Мистик взмахнул рукой, чтобы стены лабиринта расступились, образовав прямой проход обратно к эпицентру.

Джон на секунду отвлёкся, удивляясь отъехавшей стене, и, не успев увернуться, получил рогами две дырки в корпус. Это сыграло боксёру даже на руку, дав возможность перехватить минотавра со спины и снять, наконец, цепочку. Крики друзей, призывающих этого не делать, Джон уже не услышал.

Едва освободившись от кристалла на шее, минотавр рассыпался на тысячи белых искр. Джон с ужасом осознал, что попался в ловушку. Холод разливался по всему телу, возвращая его в человеческий вид. Замёрзшие конечности больше не двигались. Статуя с головой медведя застыла. Весь лабиринт пришёл в движение, центральный зал сместился туда, где стоял Джон. Постамент подхватил и возвысил его тело, как ещё совсем недавно минотавра. Кристалл потух, чтобы начать напитываться новой силой.

Матвей забрался на постамент, чтобы снять цепочку с тусклым прозрачным камнем, но едва коснулся металла, как его отбросило. Воздух разрезала яркая вспышка.

– Это нехорошо, – Тома попятился назад, принимая облик пса.

– Совсем нехорошо, – согласилась девушка, глядя, как от центра лабиринта расползается неизвестное заклинание.

Из образовавшейся воронки Тина едва успела за хвост выдернуть лабрадора. Пёс почти ничего не весил и снова стал обычным призраком. На руках девушка отнесла его на пляж, по самому короткому пути и оставила там.

Любопытство взяло верх. Во всём лабиринте оказалось пусто. Постоянные призрачные обитатели исчезли, не видно было даже светлячков. Ни тела, ни души Мэта нигде не было.Убедившись, что новая статуя выглядит как наполовину преобразившийся в медведя Джон, девушка вернулась на пляж. Но и художника там уже не обнаружила.

50 Барон

Тома очнулся от того, что получил пинок мягким тапочком в рёбра. Обнаружив себя лежащим на ковре, он открыл глаза, потёр их и понадеялся, что ему снится кошмар. Приключения по Ту Сторону казались не такими пугающими, как их последствия в реальности.

– С добрым утром, соня, – кошмар поприветствовал художника нарочито дружелюбно. – Что-то тебя не было видно последние пару дней.

Крепко сложенный мужчина среднего роста осматривал собственную гостиную, поглаживая короткую седую бородку. Оплывшие свечи залили воском и журнальный столик, и диван, и ковёр, и ту самую книгу, с которой Джон прочитал заклинание на незнакомом певучем языке. Джона и Мэта в комнате не было.

– Расскажи всё в подробностях, с самого начала, – глаза Барона задорно сверкнули. – Хуже не будет.

Тома попытался сесть и закашлялся. Грудь сдавила острая боль. Вместе с кашлем изо рта вырвались капли крови.

– Ух, как всё запущено, – Барон вышел из комнаты и вскоре вернулся со стаканом тёплой воды и полотенцем, которые передал художнику.

Тома вытер лицо и руки и, наконец, сел. Барон никак не подгонял и не давил. Только выжидающе смотрел на художника, присев на подлокотник дивана рядом.

Парень всхлипнул и выложил взахлёб всё, что с ним произошло с того самого момента, как Мэт выкинул лабрадора с тонкого плана, отобрав добычу. Барон слушал с большим интересом, не перебивая, только хмурясь.

– Так ты у нас выходит герой, – домашняя версия Барона сильно отличалась, от холодного и неприступного руководителя, и всё же это был он. – Что же с тобой делать? Есть будешь?

Опешив от такой реакции на свой рассказ, Тома уставился на мужчину. Потом заторможенно кивнул. Барон вышел из комнаты. Художник, прекрасно осознавая, что, даже если попытается, далеко не убежит, остался сидеть на месте.

Там, где предположительно находилась кухня, раздались звуки гремящей посуды и открытого холодильника. Барон заглянул обратно в гостинную, держа в руках банку с измельчёнными тёмными листьями, среди которых были видны засушенные цветы:

– Хочешь забыть всё, что произошло, как страшный сон? Проснуться и жить обычной жизнью?

– Нет, – Тома до крови прикусил предательски задрожавшую губу. – Ни за что.

– Ну и правильно, – Барон кивнул, затем подошёл и подал руку, помогая художнику подняться. – Чай? Кофе? Клининг я уже вызвал, не переживай за бардак.

– Кофе, – жалобно попросил Тома. – Больше никакого чая.

– Это ты зря. Главное – подобрать подходящий сорт, – мужчина потряс баночкой с тизаном. Тома промолчал. Кухня, на которую его провёл барон, оказалась по-домашнему уютной.

– Как же Ванька теперь-то, – мужчина вернулся к готовке и задумчиво почёсывал седую бородку. – Впрочем, это уже не мои проблемы.

51 Исходная (Эпилоги)

На подвальном этаже «Слоняры» царил полумрак. Основной свет зала был выключен. Горела только дополнительная боковая лампа в одном из углов, где боксёрскую грушу методично избивала невысокая девушка. Её зелёные волосы были собраны в небрежный пучок, чтобы не мешались. Руки в синих бинтах мелькали с огромной скоростью. В каждый следующий удар Бестия вкладывала всё больше и больше эмоций. Рядом стояла пустая спортивная бутылка и светилась развёрнутая карта. В полумраке было хорошо видно, как над изображением города перемещались цветные точки.

– Барон разобрался в ситуации. Шлёт глубочайшие извинения. Просит не вмешиваться, своих щенят накажет сам, – Леонид принёс с собой дымящийся чайник и пустую чашку, которые поставил рядом с картой. Глянув на город он убедился, что Ивана и Матвея в нём не было. – Как ты? Отдохнёшь?

– Убью обоих, когда найду, – сообщила девушка, останавливая тренировку, и вытерла пот со лба тыльной стороной руки.

«Если найдёшь» – скептически подумал Леонид, но вслух сказал другое:

– Бульдоги выставили клуб на продажу. То, что от него осталось. Тебе подарить или сама купишь?

– Куплю. Но не откажусь от помощи с ремонтом.

– Стрипбар? Клуб самообороны для девочек? Студия маникюра?

– Посмотрим.

– Всегда можно совместить…

* * *

Художественная студия была залита ярким дневным светом. Солнечные зайчики отскакивали от гранёных стаканов и металлических подносов, нарушая светотеневой рисунок выставленного на драпировке натюрморта. До занятия солнце должно было опуститься ниже, чтобы свет вернулся в подходящее положение.

– Тома, ты тут? – в комнату впорхнула Сьюзан.

– Угу, – раздалось из самого дальнего угла. Художник сидел на полу, обхватив колени руками. Рядом валялись скомканные листы бумаги. – Чего тебе?

– Хотела поговорить, перед началом. Мне везде мерещится сестра, – Сьюзан пересекла студию, идя на звук голоса, пока не обнаружила приятеля. – Что с тобой?!

– Порядок, – сообщил парень, поднимаясь и незаметно вытирая слёзы. – Привет, Тина. Я думал, ты пойдёшь за ними.

Призрак за спиной девушки развёл руками. Сью резко обернулась туда, куда смотрел Тома, но ничего не увидела.

– Она тебе не мерещится, – Тома принялся собирать разбросанные листы. – Это будет долгий разговор. Может, прогуляем?

Девушка согласилась и помогла навести порядок. Повинуясь внезапному порыву, она развернула одину из скомканных бумажек, на которой оказался портрет Мэта.

– Кто это? Такой красивый.

Тома вырвал лист из её рук, скомкал и выкинул в мусорку под неодобрительные взгляды обеих сестёр.

* * *

В просторном зале на возвышении стояла каменная статуя атлетически сложенного человека с головой медведя. На шее у него висел потухший прозрачный кристалл, на толстой металлической цепочке.

Новый страж запертый во времени и пространстве ни о чём не думал и ничего не чувствовал. По руинам лабиринта спокойно перемещались человеческие души, держась на почтительном расстоянии от центра.

– Вот же молодёжь пошла, – у подножья статуи возникла утончённая фигура. – Ни стыда, ни совести, ничего лишнего.

Возраст женщины выдавали только короткие седые волосы. Из-под тёмно-серого потрёпанного фрака выглядывал чёрный корсет. Светлые бриджи были заправлены в высокие, почти до колена, кожаные ботинки для верховой езды.

Мадам оглядела статую со всех сторон и, легко взобравшись на постамент, надела взявшиеся из ниоткуда белые перчатки.

– Гуляй, медведик, ты свободен, – одним движением Ванесса Вениаминовна сняла цепочку с шеи статуи и вместе с ней защитное проклятие. – Правда, не очень жив. Но с этим уже пусть внучок сам разбирается. Как сил наберётся, авось сдюжит.

* * *

В небольшой комнате, на маленьком прикроватном столике дымился прозрачный стеклянный заварочник. Тёмная жидкость в нём не предвещала ничего хорошего. Как только мистик открыл глаза, остывающая рядом полная чашка взмыла в воздух.

Тело плохо слушалось. Ещё не до конца проснувшийся, Мэт изо всех сил попытался отодвинуться от парящей над ним приставучей чашки.

Серый пушистый кот, спящий в ногах у мистика, тоже проснулся и возмущённо мяукнул.

Звуки и шевеление привлекли внимание мужчины, по всей видимости, хозяина дома, перебирающего огромные свитки с картами на стеллаже в другом конце комнаты. Увидев панику, он задвинул карты на место и подошёл к кровати. Привычным движением словил чашку и спровадил обратно на столик.

– Иногда чай – это просто чай. Не пей, если не хочется, – сообщил он и, взяв кота на руки, вышел из комнаты.

Пить, конечно, хотелось до безумия. Всё тело ныло от усталости и плохо слушалось. Но голова оказалась на редкость ясной. Мэт занёс руку над чашкой. Сорт чая оказался совершенно незнакомым. Решив не искушать судьбу, мистик взял чашку в руки и сделал глоток.

Ничего не произошло. На вкус чай оказался самым обычным, без добавок и всякого волшебства. Мистик залпом осушил остатки. Чайник рядом вопреки всем законам физики взмыл в воздух, и тут же долил добавку. Сделав ещё пару глотков, Мэт сконцентрировался на окружающем пространстве. Оно дало сдачи, чуть не уложив мистика обратно в кровать. Капли чая, которые маг расплескал в процессе, не коснувшись пола, взмыли в воздух и вернулись в чашку.

«Мир гораздо больше, чем ты думаешь», – всплыли на задворках сознания слова Елены. – «Ты ничего не знаешь, о настоящей магии. Ничему не удивляйся, если вдруг с ней столкнёшься».