Чайная сказка

Глава 1

За окном завывала метель. Долгий, протяжный крик ее просачивался сквозь стены и двери, гулким шорохом пробуждая в людях плохие воспоминания. Ужасный ветер заставлял оконные ставни громко хлопать. Посетители небольшого и уютного волшебного кафе каждый раз вздрагивали и сочувствовали простым людям снаружи. Но тут же забывали о них и продолжали потягивать чай. Куда им до простых смертных!

Иногда раздавалась трель дверного колокольчика, впуская в помещение всё новых и новых магов. Тогда полненький хозяин кафе подбегал к ним и за локоток провожал к столам. На каждом из них горели длинные свечи с завитушками, озаряя полуподвальчик теплым светом.

За деревянным столиком сидел одинокий мужчина. На вид ему было не больше тридцати лет, но на лице его читалась вековая усталость. Многочисленные кольца на руках пестрели самоцветами, выдавая благородное происхождение гостя, а лекарские знаки и руны выглядывали из-под рукавов полурасстегнутого пиджака. Его парадный красный костюм выгодно оттенял короткую русую бороду. Мужчина словно в тысячный раз посмотрел на настенные часы, закатил глаза и разочарованно вздохнул:

— Сенька, ну сколько можно ждать чай? Ты там что, сам его листья собираешь?

Из предбанника пулей выбежал мальчишка. Задыхаясь и убирая с лица отросшую челку, он остановился, а после медленно зашагал к барной стойке. Там взял поднос и, расправив плечи, горделивою походкой подошел к столу гостя. По пути Сенька задел парочку светильников. Те начали падать. Но не достигли пола: мужчина взмахнул рукой, что-то нашептывая, и лампы вернулись на место. Сенька благодарно улыбнулся и поставил чашку с чайником на деревянный столик.

Лекарь налил себе чаю и, наслаждаясь теплом, чуть-чуть отпил из чашки. Откинувшись на стуле, он наблюдал за остальными магами. Вот сидит пожилая колдунья, которая, поговаривают, практикует обращение с чистой энергией. Даже сейчас она находилась словно в полутрансе: вероятно, мысленно искала нужные лей-линии для контакта с иным миром. Из-за колонны лекарь видел нескольких знакомых, с которыми встречался на практике в больнице. В закутке примостилась парочка. Темноволосая девушка и худощавый парень сидели в обнимку и тихо перешептывались. На лице гостя появилась ухмылка — кажется, кто-то прогулял сегодня занятия в академии.

Внимание его неожиданно привлекли две девушки. Они расположились прямо в центре зала. Одна из них, кокетливо похлопывая ресничками, окидывала взглядом всех молодых колдунов, которых только находила. Светлые, чуть ли не выбеленные волосы были собраны в высокий хвост, сквозь шифоновые рукава платья виднелись простецкие татуировки. Ее подруга особо не отличалась и, вальяжно развалившись в кресле и встряхивая золотистыми кудрями, покусывала красные губы. Но выбор у охотниц был невелик, и, заметив молодого лекаря, обе переглянулись. В его глазах читалось непонимание.

— Арсений, скажи на милость, — незнакомец рукой подозвал мальчишку, — эти две... особы... вообще знают, где они находятся?

— Не имею представления! — Сенька браво щелкнул каблуками сапожек. Ну, сорванец. — А что с ними не так?

Лекарь посмотрел на девушек. В такой холод колдуньи предпочитали носить теплые мантии и пальто, кутаться в собственноручно вязаные свитера и надевать скрипучие валенки. А уж чего стоили знаки на плечах и предплечьях, не походившие ни на целительские руны, ни на защитные обереги. Когда в руках одной из гостий неожиданно очутилось устройство, которое простецы использовали для связи с другими такими же простецами, лекарь услышал Сенькин вздох. Мальчик с удивлением наблюдал за юркими движениями тонких пальцев по светящемуся прямоугольнику.

— Вот что, Сеня, с ними не так. Это девушки из мира простецов, — лекарь неудовлетворенно постукивал пальцами по столу. — Наивные и ограниченные создания. Им не важна душа. Не важна природа, — он одернул полы пиджака. — Думаю, они вряд ли понимают, что это не обычное кафе, а все люди здесь — не просто люди.

Сенька, словно завороженный, замер и медленно переводил взгляд с лиц девушек на остальных гостей, как будто желая до последней капли прочувствовать разницу. Лекарь хмыкнул и отпил чаю:

— А еще они не знают, что такое волшебство.

Он наблюдал за реакцией мальчишки: Сенька в упор глядел сначала на бесконечные свечи, потом на самоподогревающийся чайник. Тот уютно пыхтел, чувствовался запах свежезаваренной мяты. Взгляд выдернул из толпы лицо медитирующей колдуньи, вокруг которой виднелось полупрозрачное сияние. Кажется, удалось соприкоснуться со Вселенной.

Лекарь тихо засмеялся и снова поглядел на взбалмошного Сеньку — всё-таки в мальчишке было что-то такое, что заставляло его каждый раз удивляться. Что-то в его непослушных волосах, слегка вальяжной походке и веснушчатом лице сильно отличало его не только от простецких детей, но и от колдунов. Сенька, еще раз посмотрев на странных девушек, кивнул гостю и медленно удалился обратно в предбанник.

Простецы тем временем поняли, что им здесь ничего не светит. Отодвинув тяжелые деревянные стулья и схватив с вешалки короткие шубки, они, недовольно цокая каблуками, направились к двери. Шпильки застревали в просветах между дощечками. Массивная входная дверь, легко поддающаяся колдуну, явно противилась их потугам. Сверкнули перстни, лекарь щелкнул пальцами: простецы мигом вылетели на улицу. А кафе тем временем продолжило свою обычную жизнь. Присутствие двух гостий даже не потревожило атмосферу магии. Молодой лекарь задумчиво уткнулся в чашку: неужели девушки и вправду не осознали происходящего? Их ничего не смутило в странном одеянии магов? Он представил выражение лиц потусторонних посетительниц, если бы заявился к ним на прием в фиолетовом кафтане и, гремя многочисленными амулетами, стремился бы просветить их о колдовстве. «Нет, — подумал лекарь. — Простецы на то и простецы, что тайны нашего мира им недоступны и непонятны. Они, даже эти девушки, не замечают очевидного под самым их носом. Но как же эти оказались в таком месте?»

Полон раздумий, он медленно поднялся и взял со спинки стула теплое пальто. Накинув его и плотно обмотав шею колючим шарфом, надел вязаные перчатки. В руках лекаря тут же очутилась длинная посеребренная трость. На столике словно бы из ниоткуда появились тяжелые кованые монеты.

На улице кружила снега зима, постепенно обсыпая острые крыши домов и домишек белым одеялом. Под ногами хрустело, в окошках горел едва теплый, еле согревающий тело и душу свет. Лекарь вышел из тяжелой и неприветливой двери и направился к соседнему проулку, попутно зачерпнув полные сапоги снега. Он шел задумчиво и словно по наитию. За спиной его, то загораясь, то затухая, мерцала вывеска волшебного кафе.