Быть смелой

Глава 1

Оксане Ласковской

Солнце уже практически вошло в зенит. Припекало. Из березовой рощи, стоящей в трех лигах от приграничного Моандора, вышла высокая, стройная женщина. Она была одета в зеленое, длинное платье. На плече ее сидел серый кот. Внезапно, она остановилась и прислушалась. Всхлипы раздавались со стороны рукотворной поляны, по краю которой были вертикально расставлены большие камни. Стороннему наблюдателю могло показаться, что животное что-то прошептало на ухо хозяйке, после чего та нахмурилась и направилась к мегалиту.

Картина, открывшаяся ее глазам, оказалась совсем неприятной. На лугу,в аккуратно скошенном круге, в землю был вкопан деревянный столб. К нему за руки и ноги был привязан заплаканный ребенок. Девочке с замурзанным личиком, в когда-то нарядном белом сарафане, на вид было около десяти лет. Вокруг нее вились жирные мухи, привлеченные вонью разбросанных вокруг столба животных внутренностей. Выругавшись, женщина вытащила из висевших на поясе, богато украшенных ножен кривой клинок. Разрезала веревки, освобождая ребенка. Девочка без сил упала на землю, еще сильнее извозившись. К ней подошел брезгливо поднимающий лапы кот и лизнул ее в лоб. Кот оглянулся на хозяйку, которая отвинчивала крышку походной фляги. Приподняв голову изможденной пленницы, женщина аккуратно, тонкой струей, влила меж растрескавшихся губ немного воды. Девочка сделала несколько судорожных глотков, закашлялась. Потеряла сознание. Женщина покачала головой и, подняв бесчувственное тело на руки, двинулась в сторону леса. Отойдя на достаточное расстояние, она выкрикнула в небеса заклинание и внесла ребенка в открывшийся портал.

Малышка пришла в себя в большой пещере, освещенной нежно-голубым сиянием. В жаровне, стоявшей рядом с мягкой лежанкой, курились ароматные травы. Их сладковатый, немного отдающий ладаном запах щекотал ноздри так, что хотелось чихнуть.На прикроватном столике стояли глиняный кувшин, наполненный до краев водой и грубая оловянная чашка. На краю подушки, одуряюще пахнущей свежим сеном, лежал, мурлыкая, серый кот. Он внимательно посмотрел на девочку зелеными глазищами и призывно мявкнул. Послышались торопливые шаги и перед кроватью на корточки опустилась красивая женщина. Она погладила спасенного ребенка по волосам:

- Не бойся меня. Я - Ласка. Ты у меня в гостях. А как зовут тебя?

Девочка с трудом пошевелила распухшим от жажды языком, из ее горла вырвался только слабый хрип. Кот осуждающе покачал головой, а Ласка, спохватившись, поднесла к губам девочки чашку. Напившись, она серьезно посмотрел на свою спасительницу:

- А я совсем и не боюсь. Мамочка говорила мне быть сильной. Я Элиза. И меня избрали боги.

Черные брови женщины удивленно поползли вверх. Впрочем, она тут же взяла себя в руки, сходила к очагу, ярко пылающему в глубине пещеры и вернулась с миской исходящей паром похлебки. Поправила подушку в головах Элизы так, чтобы ей было удобно сидеть, принялась кормить девочку с ложечки. Когда малышка наелась, и серые ее глаза стали смотреть немного живее, Ласка отставила миску в сторону и весело спросила:

- Значит, ты у нас избранная. А, позволь полюбопытствовать, для чего?

***

Третий год кряду жители Моандора, небольшого городка-заставы, страдали из-за пересыхающих источников, питающих реку Плавинку и колодцы, снабжающие жителей водой. Если первое время нехватка влаги сказывалась на городском хозяйстве постольку поскольку, на это не обращали особого внимание. Но когда ведра хозяек начали царапать дно колодцев и подниматься наверх полупустыми, а оросительные каналы опустели, оставляя горожан без привычного урожая, глава совета забил тревогу. Моандорцы отправили к истокам Плавинки разведывательную экспедицию, однако та вернулась ни с чем - насытить реку, сейчас более напоминающую ручей, могло только чудо. Или, как сказал недавно пришедший в город чародей-гадатель, вмешательство богов.

Пришелец очень легко втерся в доверие горожан, поскольку обладал даром говорить с мертвыми. Конечно, находились скептики, которые утверждали, что все, рассказываемое чародеем Мендаций от лица усопших, было слишком туманным и образным. Но после того, как он предсказал причину длительной болезни сына одного из старейшин, на их слова уже мало кто обращал внимание. Позиции мудреца укреплялись, а очередь из желающих погадать росла вместе с его доходами. И без того голодные жители Моандора с радостью несли чародею монеты, хлеб и мясо. Те, кто не мог оплатить услуги гадателя, шли батрачить на него, лишь бы только услышать ободряющее предсказание, что вскоре нищему откроется клад, а дочка золотаря выйдет замуж за состоятельного дворянина. Правда, для этого первому необходимо было привезти в дом мудреца десять подвод дров из леса, где и скрыт клад, а второму - отыскать таинственный амулет, скрытый в кабаньем желудке. А увидеть его сможет только сам чародей, поэтому туши так же свозились на его ледник.

Противники роптали, а члены совета, которых Мендаций не обходил своей щедростью, во всем прислушивались к его мнению. Но голоса тех, кто говорил, что колдун - лжец становились все громче. Наверное, поэтому гадательные палочки все чаще предлагали отправить на поиски магических артефактов все новых рейнджеров. И даже давали описание внешности тех, кто отмечен для этого высшей волей. На удивление, под это описание подходили исключительно недоброжелатели чародея. Отправился в странствия и отец Элизы, один из тех, кто громче других утверждал о том, что пришелец - шарлатан. А перед этим, прилюдно, поклялся,что, если найденная им сфера Воды не поможет - он омоет в крови чародея свои руки и напоит ею жаждущих.

Но время шло, река совсем обмелела, урожай “горел” под палящими лучами солнца. И добрые моандорцы все чаще роптали. И вот, однажды вечером, Мендаций собрал горожан на площади, где пообещал раз и навсегда решить проблему воды. В своей шикарной мантии, украшенной мистическими знаками, он сообщил, что боги открыли ему способ, благодаря которому процветание снова войдет в дома жителей заставы. Он нашел его в древней книге, написанной мудрецами седой древности. Там было сказано, что водяные ключи запер Восточный дракон, рассердившийся на поселян. Чтобы вернуть его расположение, самый богатый житель должен в одиночку отправиться в горы, где всё его добро будет предано огню. Самому же чудовищу нужно принести в жертву избранную жребием невесту. Палочки, определяющие жребий, были брошены тут же, при всем честном народе. Воля богов была следующей:

“Золотоволосое дитя с небесно-чистым взором,

воспитанное женщиной одной,

рожденное от мужа, что не покрыв себя позором,

ушел, чтоб напоить людей водой.”

Долго ломать голову старейшинам не пришлось. Единственным, кто ушел на поиски воды не из-под палки, а с гордо поднятой головой был Родерик, отец Элизы. А сама Элиза, идеально подходила под описание невесты дракона…

Мать девочки, Кэйтлина, истинная дочь Севера, оскалилась и, закрыв дочь спиной, вытащила длинный, с локоть, нож, готовясь сложить голову, но защитить своего ребенка. Свою жизнь она продала очень дорого - первые стражники, тянущие руки к Элизе, свалились на камни площади замертво. И когда стрелы лучников унесли душу храброй женщины в чертоги богов, она успела сказать:

- Будь храброй и смелой, Элиза! Будь смелой…

***

- А потом меня нарядили в свадебный сарафан, женщины оплакали мое девичество, а глава совета, дядя Торез, со стражниками отвез меня на лобное место. Они привязали меня к столбу, а колдун зарезал бычка для того, чтобы дракон вволю попировал. Они быстро уехали, а я осталась ждать чудовище, которое вернет в город воду.

Девочка зевнула и потерла кулачками глаза. Ласка аккуратно взбила подушку и, уложив Элизу, укрыла ее легким и очень мягким покрывалом. Малышка прижала к себе кота, который тут же замурчал ей баюльную песню, задремала.

Женщина поднялась на ноги. Ее темно-карие глаза буквально метали молнии, а кулаки были сжаты так крепко, что костяшки побелели. Поправив платье, она направилась в дальний, неосвещенный угол пещеры. Остановившись около зеркала в массивной золотой раме, она прошипела несколько фраз на странном языке. Магическое стекло осветилась, показывая волшебнице родной город Элизы. На площади его полным ходом снаряжалась вереница подвод. Горы мяса, сундуки с драгоценными камнями и монетами, толстостенные кувшины с вином - все это моандорцы выносили с подворья чародея.

За спиной Ласки нервно мявкнул кот. Женщина на миг оторвалась от зеркала:

- Ты прав, Раби. “Самый богатый человек города” собирает свое состояние, чтобы принести его в горах в жертву дракону. Поможем ему?

Кот пристально посмотрел на посапывающую девочку, трогательно зажавшую меж зубов пальчик руки, вздыбил шерсть на загривке, злобно зарычал.

- Ты прав, мой юный друг. Они принесли жертву и должны быть вознаграждены за это. Вознаграждены так, чтобы никто не ушел обиженным.

Раздался треск, зелеными молниями осветив полумрак, перед Лаской появился портал.

- Присмотри за малышкой, паж.

Сзади послышались шлепки босых ног. Оглянувшись, серый кот увидел проснувшуюся от шума Элизу. Широкими от удивления глазами она смотрела на то, как ее спасительница скрылась за магической завесой. Раби поджал уши и, казалось, пожал плечами, указывая головой на портал. Девочка взяла своего нового пушистого друга на руки и бесстрашно шагнула навстречу неизвестности.

***

Моандор стоял залитый огнем. С холма, на котором оказалась Элиза, было отлично слышны вопли умирающих людей. А над городом кружил огромный, изумрудно-зеленый дракон. Заходя на очередной вираж, он опускался к самым крепостным стенам и извергал на сгорающих заживо людей и животных очередной поток пламени. Изредка он нырял в самое пекло, хватал нескольких горожан когтистыми лапами, взмывал вверх и швырял изуродованные тела оземь.

Истерзанный труп рухнул с высоты прямо перед девочкой. То, в чем с трудом можно было узнать человека, ранее носил балахон, испещренный мистическими символами. Труп Мендация. Чародея, убившего родителей Элизы.

Элиза беззвучно плакала. Кот прыгнул к ней на руки и, мурча, потерся о шею девочки. Дракон описал еще несколько кругов, а когда стало понятно, что в городе не уцелели даже крысы, издал победный вопль и вознесся в небеса. Откуда-то сверху прогремело:

- Будь храброй и смелой, Элиза! Будь смелой!

Девочка крепче прижала к груди кота и, наконец, позволила слезам ручьем хлынуть из глаз. На ее плечо легла нежная рука. Рядом с Элизой стояла Ласка, молча взирающая на пламя, пожирающее город ослепленных ложью убийц. Ребенок поднял глаза на женщину. Лицо и платье той были покрыты копотью, а волосы - хлопьями пепла. В правой руке Драконица держала длинный нож с ничуть не тронутой пламенем рукоятью, который протягивала девочке. Нож, длинной в локоть.