Буря перемен

Железный волк

Маленькая рыжая девочка в лёгком сарафанчике сидела на коленях внушительного бородатого кузнеца и игриво дёргала того за бороду. В ответ тот расплылся в улыбке и бережно обнял малютку, будто ей что-то могло угрожать.

– Пап!

Девочка взобралась по плечу и пересела к отцу на шею.

– Да, ласточка?

– А у тебя был такой вр-р-р-р-раг, котор-р-рого ты не смог победить?

Папа осторожно снял ребёнка и усадил перед собой.

– Был... Тебе точно интересно? Ладно, тогда устраивайся поудобнее и слушай внимательно, это долгая история.

Давным-давно, когда солнце светило ярче, трава была зеленее, а нежить не восстала в поход против человечества, молодой и амбициозный охотник на чудовищ Приат срывал свой новый заказ в гильдии.

Старый охотник поблизости приподнялся от удивления, когда увидел на кого именно висело объявление. Железный волк. Самый опасный и злой заказ в этом заведении.

– Эй, При!

Воин повернул голову и вопросительно уставился на бывшего наставника, которого перерос в умениях уже три года назад.

– Да?

– Ты точно хочешь пойти на железного волка? Оттуда не возвращались даже охотники с золотым жетоном, а ведь ты всё ещё серебро.

Мужчина не ответил, только тяжело вздохнул и направился к выходу под чужой шепот и внимательные взгляды. Каждый из присутствующих думал о том, как поживиться с покойника: забрать лошадь или поискать тайники в одном из охотничьих убежищ.

– Я знаю что делаю.

На самом деле авантюрист немного сомневался, но не мог показать другим свой мандраж. В последнее время он с каждым разом становился всё сильнее и сильнее, но при этом не тешился гордостью и не шёл с мечом на ураган. Единственный страх заключался в сестре, которая остро нуждалась в лекарствах. Денег с заказа должно хватить, но если парень не справится…

С шумом захлопнулись двери, как все сразу громко стали между собой спорить и делать ставки. Часть кричала о жестокости и кровожадности железного волка, другая о силе и умениях амбициозного воина, третья с грустной улыбкой пила вино и вспоминала молодость и погибших в таких заданиях смельчаков.

На стук серебряных сапог по мостовой выглядывали местные жители. В небольшом городе слухи расходятся быстрее стрелы, поэтому каждый знал о новом событии.

– Приат!

Из-за угла неожиданно выскочила красавица, которая сразу же обняла охотника и разрыдалась. Мужчина сильнее прижал девушку к себе и наклонился, чтобы тихо прошептать на ухо:

– Джули, милая…

– Ничего не говори. Это ведь из-за сестры, да? Ох, это моя вина, если бы я работала хотя бы на два часа больше… Ладно! Слышишь меня, Приат Краймон?! Я в тебя верю! Не смей заставлять меня ждать из-за какого-то глупого зверя!

Под конец девушка сквозь слезы улыбнулась и легко подтолкнула своего суженого.

– Иди.

Охотник с необъяснимой тоской повернулся в сторону леса и пошёл, даже не оглянувшись. В душе он опасался истерик, ссор и ультиматума между двумя самыми близкими для него девушками, но на этот раз всё обошлось гладко.

Около двух часов ходьбы заставили проснуться многим воспоминаниям: как мальчик первый раз встал на ноги под радостные крики родителей, как в 4 года деревянным мечом сражался с воображаемыми монстрами, как все дружно радовались открывшемуся волшебному дару сестры, как вместе с ней нашёл маленького серого щенка, ставшего потом сильной защитой для целого дома. Его назвали Бомом, потому что каждый раз от звука колокола пёс забавно чихал и пытался сбить свои длинные уши. Со временем пёс повзрослел и оказалось, что семья приютила и воспитала самого настоящего волка.

В другом воспоминании мальчик возвращался домой с ягодами и увидел страшный погром во дворе, будто там пытались оседлать дикого вепря. С нехорошим предчувствием подросток поднялся в дом и замер. До последнего не хотелось не верить, но в проходе он увидел много кровавых пятен и ручеёк, идущий со спальни. Приат заглянул внутрь, и всё внутри оборвалось. На кровати лежала раненая мать и зажимала длинную рану в боку, а у разбитого окна в луже крови лежали два обезображенных тела с рваными ужасными ранами и стеклянными глазами. Сначала мальчик подбежал к телу Бома и расплакался — у того полностью разорвана глотка. Затем подросток перевёл взгляд на монстра рядом, такого же мёртвого, и вынес для себя твёрдое решение. Он станет охотником на чудовищ.

К счастью, деревенский знахарь поставил мать на ноги и даже рассказал о самом монстре — саблезубом медведе, который успел убить ни одного крестьянина. Лишь чудом волк смог победить такого страшного зверя. Но Приат знал — чудес не бывает.

Год за годом парень развивался, учился и в итоге вступил в гильдию, а через несколько лет поднялся на заказах с деревянного ранга до серебряного и заработал немало денег, которые вложил в себя, в семью и невесту. Но судьба не терпит счастливых — охотника чуть не сломила болезнь сестры. И вот настал час, когда он заработает на лекарство и спасёт родную кровь.

– Уже рядом.

Охотник настороженно замедлился, едва увидел глубокие борозды от когтей на дереве. На арбалете уже лежит зачарованная стрела, которая с лёгкостью пробивает каменные стены. Но хватит ли такой знаменитому монстру?

Хрустнула ветка. Прицел резко развернулся в сторону шума, но там уже никого нет. На одной интуиции убийца чудовищ резко прыгает в сторону, а серая тень пролетает в двух локтях от него.

Приат сумел предугадать, что монстр будет слишком быстр, поэтому зубы раздавили эликсир скорости в маленькой капсуле во рту. Теперь разница в скорости не так высока.

Бзззинь! Арбалетный болт вскользь попал в волка, но отскочил от его шкуры. Воин чертыхнулся, но достал копье с наложенными чарами, разъедающими металл. Зверь на несколько мгновений замер и припал к земле, готовясь к прыжку.

В очередной раз охотник увернулся от атаки и даже успел рассмотреть монстра. Волк с красными горящими глазами весь покрыт темной сталью, лишь на одну ступень уступающей гномьему железу. Что-то в образе зверя показалось знакомым, но не время отвлекаться. Из рукава вылетел небольшой магический камушек, который тоже сыграет роль в этом противостоянии.

Несколько пробных рывков и ударов пока не принесли никому преимущества, но прочный наплечник охотника после единственного удара слетел со своего места. Зато царапина от копья нанесла небольшое проклятие, из-за которого волк уже не так необдуманно рвётся в бой.

Следующие десять минут прошли в полном напряжении между внезапными ударами и бросками. Приат уже выдыхался, но и монстр чувствовал себя не лучше: проклятие металла достаточно его ослабило.

Вдруг хищник перестаёт бросаться и обходит кругом, будто ищет более выгодную позицию для атаки. Этот манёвр играет только на руку, потому что на маршруте зверя незаметно лежит амулет, готовый взорваться по приказу владельца.

– Грра!

Взрыв откинул волка в воздух, а два удачных удара копья загнали в ловушку и прижали к корням дерева. За весь бой охотник достаточно проанализировал зверя, чтобы понять его разумность. Грубейшая ошибка, но воин захотел посмотреть в глаза своей жертве перед её смертью. И проиграл…

Нет, волк не освободился от копья у горла и даже не атаковал. Приат узнал волка, спрятанного под железной шкурой.

– Бом?

На глазах всё ещё стояла больная сестра, и стоит немного подать копьё вперёд, как лекарство окажется почти в кармане... Но охотник не смог победить главного врага — самого себя.

Авантюрист отбросил копьё и протянул руку к зверю, чьи горящие глаза сменились ярко-зелёными. Но в ответ бывший питомец тоскливо взвыл, толкнул мужчину носом и побежал в лес.

Около часа Краймон сидел у сосны совершенно разбитый. На его памяти висело много боёв, в которых тот не всегда выходил победителем, но каждый раз он преодолевал, поднимался и побеждал. Сейчас всё иначе: будь даже в сто или тысячу раз сильнее, убийца чудовищ проиграл бы эту битву. Ведь убийство превосходящего в силах зверя никогда не сравнится со сражением с другом.

– Пап, а что было дальше? Ты пер-р-рестал быть охотником?

Мужчина перевернул поленья в костре и покосился в сторону меча в тайнике.

– Да, ведь я провалил заказ.

– А что стало с сестррой? Если я никогда не видела тётю… Тебе не хватило денег и она умер-рла?

По всхлипывающим нотам в голосе заметно, что девочка скоро расплачется. Отец усадил её на руки и ласково потрепал по голове.

– Не-а. Оказалось, что сестра отдала свой дар магии жрецу бога науки ради воскрешения Бома, из-за чего страдала первые несколько лет. А затем в скором времени пошла на поправку и вместе с железным волком отправилась в далёкое-далёкое приключение. Но это уже совсем другая история...

– Кр-р-р-руто! Р-расскажи!

– Ты же помнишь уговор, – укоризненно заглянул в глаза малютки Приат, – только одна история в день.

– Ла-адно. Но когда-нибудь ты мне обязательно р-раскажешь!

Бывший охотник на чудовищ усмехнулся и покачал головой своим мыслям. Однажды настанет час и для этой истории, но сначала девочку нужно подготовить ко всем неприятностям, которые ждут будущую героиню...

Зачем я пишу?

Меж высоких стеллажей книг в библиотеке стоял маленький дубовый столик, полностью заваленный бумагой и письменными принадлежностями. За ним расположился старый имперский каллиграф, чтобы открыть для других древние забытые рукописи.

Мужчина выглядел довольно неплохо как для своих почтённых лет: аккуратная седая борода, красивый красный камзол с золотистыми узорами и тяжелые серебряные сапоги, что выдают в добром писателе бывшего инквизитора, среди которых “бывших” не бывает. Особенно когда старый император умер, а на его место пришёл юнец, отдалённо похожий на самого библиотекаря.

Летописец тщательно выводил эльфийские руны на длинном свитке. Красивое пышное перо аккуратно чертило непонятные знаки, которые на деле могут стать главным переводом человеческих записей. На остром лбу проступила капелька пота от напряжения — такая работа тяжелая даже для мастера своего дела.

Вдруг раздался шум топота, а следом и упавшей книги. Мастер недовольно посмотрел на пыхтящего полноватого ученика в серой мантии и вопросительно поднял бровь: “Меч или удавка?”

– Учитель, чрезвычайная ситуация! Скажите, знак “Ирден” в заклинании пишется с палочкой сверху или снизу? Сами понимаете, проверить в библиотеке не можем: на огненные чары стоит запрет…

В воздухе алыми искрами проявилась вязь из магических нитей с нужным символом в центре. Правда, никаких палочек там не было, а Ирден вмещал в себе только два связанных круга и ломаную дугу между ними. Волшебник продержал заклинание около минуты и спрятал его плетение от обычного взгляда.

– О! Благодарю, мастер. Кстати, мне вот стало интересно. А зачем вы пишете?

Холодный задумчивый взгляд пытался найти что-то важное на лице ученика и явно в этом не преуспел.

– Зачем я пишу…

После резкого движения руки увесистый том попал студиозу прямо в лоб. Ученик, не будь дураком, не стал сопротивляться силе знаний, упал плашмя и лишь чудом не задел стеллаж с книгами. Писатель с интересной родословной недовольно поморщился и отложил учебник по истории Империи.

– Надо же… Где именно я допустил ошибку, когда взял к себе болвана с такими глупыми вопросами. Такое я слышал только трижды за всю жизнь. И каждый из них нёс за собой перемены. Хм.

Первый раз случился в камере смертника. Молодой отпрыск уже успел связаться с запретными школами и попался на ритуале с участием магии крови. В итоге плен, дознаватели, камера и предстоящая казнь. Самый странный вопрос задал заместитель главы инквизиторов над полумёртвым пленником. Зачем ты живёшь?

Тогда же в тюрьме умер бастард Риктор и появился смертник Таурус, который спустя несколько безумных операций выжил и нашёл своё место в ордене света. За два десятка лет служения свету мужчина повидал больше всего грязи, бессмысленной жестокости и насилия. Неужели кто-то до сих пор думает, что инквизиция свята и невинна, а ещё можно пройти через целое болото, не вступив в грязь?

За столь долгое время Таурус добился многого, но до сих пор стремился. Какой стал ответ на тот вопрос? Этого не знает никто, даже бывший заместитель главы, последним воспоминанием которого стал острый холодный взгляд спасённого дюжину лет назад пленника и зелёный дымок от магической иглы.

Второй вопрос задал умирающий на костре старик, которого приговорил третий советник императора. Таурус видел невиновность жертвы и понимал, что указ отдали именно из-за лишних знаний всего лишь деревенского знахаря. Но на все вопросы тот молчал, только перед самой смертью задал один вопрос. Для чего ты попал в этот мир?

Около месяца инквизитор размышлял над вопросом и в конечном итоге пришел к решению, которое далось ему тяжелее всего. На следующее утро орден лишился двух стражников и одного верного пса, который с того момента стал странником и поставил себе твёрдую задачу — обойти весь мир.

Многое путник повидал на своём пути: лесных эльфов с их священным меллорном, дикие племена орков-кочевников, подводное царство наг и тритонов, драконье гнездо, пещеры гоблинов и город тёмных эльфов, центральный оазис в пустыне, святилище большинства забытых богов, арену пиратов размером с целый остров и многое другое. За время странствий Таур исхудал, но закалил своё тело в испытаниях и безвыходных ситуациях. Наконец он вернулся в место своего начала и даже возгордился от пройденного пути, пока один противный страж не попросил плату за вход в столицу: “Ну и что остальным до твоих приключений? Плати два серебряка или проваливай.” Древняя кровь в жилах блуждающего отпрыска династии потребовала крови, но этот пёс умрёт позже.

Именно после этого странник и решил закончить свою серию путешествий в простой библиотеке среди глупых учеников, а все знания и выдумки перенести в книги и летописи, чтобы знания не пропали зря после смерти одного старика.

– Зачем я пишу?

Таурус хотел, чтобы его ответ был добрым: “потому что это поможет другим разумным”, “потому что иначе нельзя” или хотя бы “для развития”. Но, к сожалению, реальность оказалась прозаичнее, и сейчас старик осознал правду. Он писал ради признания обществом и славы.

Единственная загвоздка в том, что в библиотеке слава бывает только посмертная, а все приготовления для перерождения он уже подготовил. Какая слава в библиотеке за скучными книгами? Особенно когда есть совершенно иной путь — дорога власти и силы...

Мужчина поднялся и лёгким веянием магии скинул с себя мантию, под которой оказался полный артефактный доспех правящей семьи со скипетром императора.

– Пора напомнить юной выскочке на троне о своём старшем брате. Да здравствует Империя!

Перо против шпаги

Над высоким утёсом поднималась буря. Огромные волны бились о скалы, тучи клубились прямо над вершиной, а молнии вот-вот обрушатся на ничтожных людишек. Птицы с громкими криками разлетались по своим гнёздам, словно предупреждали: близится страшная гроза.

В уютной пещере между скалами за каменным столом два старика тихо обсуждали последние новости и медленно потягивали травяной чай. Первый из мужчин, сидящий спиной ко входу, даже невзирая на седину вызывал невольные мурашки по телу: уверенные жесты, множество шрамов и скрытая под скромностью сила. Второй же старик вызывал только лёгкий вздох и мысль о постепенно исчезающим прошлом. Тот заметно горбился и нередко тянулся рукой к поясу со свитками — будто проверяя, на месте ли труд всей его жизни.

– Надвигается буря.

Древний воин поднял ясные синие глаза на собеседника и неопределённо повёл плечом.

– Ты слышал больше моего, Алексий. Не мне рассказывать о дурном предчувствии.

– Да ладно тебе, Яр. Я доживаю свои последние года, а вот ты…

– Лекс…

Глубокие и тяжёлые, как небо на плечах атланта, глаза укоризненно поднялись на родного брата.

– Неужели ты забыл строки пророчества?

Когда вновь сойдутся пути,

Прольётся первая кровь.

Когда перед бурей брат скажет: “Прости”,

Империя рухнет вновь.

Но что стоят жизни на рубеже,

Коль век новой эры так близок.

И что будет первым: клинок или крест?

Судьбою итог не прописан.

– Да, но… Ты уверен, что именно сейчас и именно с тобой? Брат, ведь мы не обязаны…

– Не волнуйся, младший. Мы знаем собственное предназначение. В тот или иной день каждый исполнит свой долг.

Ярослав со вздохом поднялся с каменного стула, пригладил травяной наряд отшельника и трепетно поднял парные изогнутые мечи. Риш и Шир — два смертоносных брата с красными рунами на плоской стороне клинка. Как-то раз воин в шутку назвал их похоронной церемонией и со временем понял, насколько оказался прав. Ведь сейчас эти мечи пойдут не на убийство разумных, а на похороны старых порядков.

Сзади вспыхнула молния. Началось.

Уже давно в Империи за эталон мобильной группы установили пяти-лучевую звезду, где каждый выполнял особую функцию и поддерживал товарищей. Например, впереди шёл воин в тяжёлом снаряжении и с башенным щитом, сзади по сторонам от него располагались копейщики, мечники или лучники, а позади всех стояли целитель и командир.

На этот раз звезда включала в себя не магл, а каких-то третьесортных наёмников, что попробовали тихо проскользнуть в пещеру и атаковать отшельника в спину. Вот только тот не только приготовился к нападению, а ещё и разворачивался вместе с Широм в правой руке. Холодный небесный взгляд проследил как остриё на скорости режет горло незваного гостя, в то время как Риш в левой руке выскакивает из-под бедра и рубит запястье ближайшего вторженца.

Раненый вскрикнул и поднял руку вверх, благодаря чему Шир быстро вошел в открывшуюся плоть и быстро окончил жизнь второго страдальца, а сам воин зашёл тому за спину и толкнул тело в толпу. Грязная, но необходимая работа.

Остальная тройка оттолкнула павшего наёмника в сторону, но не заметили новую угрозу. Лексий со своего места размахнулся увесистым сводом законов Империи и кинул его прямо в затылок одному из убийц.

Яр покачал головой и парировал две следующие атаки.

– Не нужно, Алекс. Ты же знаешь, это только мой бой.

За минуту с первой звездой покончено, но буря только начиналась… Вторая и третья пятёрка скользнула аккурат с новым раскатом грома, и вновь завязался бой.

Затем третья, четвёртая, пятая… Им не было конца. Большая часть работы старого отшельника заключалась даже не в самих боях, а в очищении пещеры от трупов. Ведь нападавшие с каждой волной просто заваливали его телами и брали на усталость, и даже силы мастера имеют свойство заканчиваться.

После десятой звёзды классическое построение сменилось на более неприятное. Сначала в пещеру с грохотом вбежали типичные тяжелые болваны — стражники в неуклюжей броне. Два алебардиста, арбалетчик и пара с мечом в правой руке и щитом в левой. С этими врагами пришлось повозиться, но следующая партия не стояла у входа…

Седой летописец с грустью в глазах пил чай и внимательно следил за бойней. Единственное, что он делал для брата, так это с помощью воздушного амулета выталкивал тела в сторону выхода и дальше в пропасть.

Кому же настолько нужна смерть Последнего Рубежа? Неужели они не понимают, что губят не потенциальную угрозу и даже не какого-то ставленника империи, а носителя древности, сдерживающей исконные границы? Как люди могли забыть об атаках демонов, жестокости костяных лордов и до сих пор живом короле вампиров?

Вот Ярослав остановился на мгновение перевести дыхание, но пятёрка убийц не давали даже секунды для передышки. Казалось бы, какой смысл брать шпагу против мастера меча? Но хитрость лёгкого оружия не в защите, нет. Да и как защититься от того, по книгам которого учат мастеров меча и тайную стражу? Главная особенность шпаги в том, что от неё сложнее защищаться без особого снаряжения. А уж когда мышцы от усталости наливаются свинцом…

Глаза брата налились решимостью, и сердце тревожно вздрогнуло в момент, когда кончик шпаги глубоко вошёл в ногу отшельника. Самоубийца сразу схватился рукой за рассечённое горло, но главное он сделал — серьёзно ранил Ярослава.

От невольного вскрика Алексия двое переглянулись и осторожно двинулись в его сторону, чтобы избавиться от свидетеля, пока оставшаяся двойка тем временем добивала отшельника.

Вдруг один из “гостей” замедлился и локтём затормозил напарника.

– Погоди, да это же тот самый летописец Алексий. Помнишь, как…

Второй презрительно сплюнул и поднял на старика шпагу.

– Да плевать, хоть казначей нового императора. Ну что, дедуля, не хочешь проверить, что победит: перо или шпага?

От удивления Алекс выпучил глаза и резко выплюнул весь чай на своих убийц.

– Перо или шпага, говоришь...

Рука потянулась в сторону пояса, где висели свитки, чернильница и набор письменных перьев, но скользнула чуть глубже и ухватила знакомую потёртую рукоять.

– Неужели этот глупец подумал, что я после стольких лет в час опасности возьмусь за перо?

Длинный стилет молниеносно вылетел из-под пояса и остановился только в глазнице болтливого убийцы.

Первый от удивления открыл рот, но не остался без дела и с размахом рубанул шпагой сверху, вот только хрупкий на вид старичок не только ушёл от атаки, а ещё и ошпарил чаем своего противника.

От громкого вскрика один из атакующих Ярослава обернулся и из-за этой ошибки получил заслуженную смерть от Риша и вспыхнувшей на мгновение руны, но второй только занервничал и оступился, а в падении распорол зачарованным лезвием грудь отшельника. Губы Яра тихо прошептали последние слова:

– Прости, брат...

Все в пещере почувствовали явление могучей магии и застыли в ожидании. Густой воздух тревожно гудел от вырывающейся мощи, а из смертельной раны — из самого сердца вылетела мифическая птица Рух и пронзительно закричала. По целому миру покатилась огромная магическая волна, и у каждого от предчувствия сжалось сердце — как раньше больше не будет.

По щеке Лексия против воли покатилась горькая слеза. Брат… Как мне будет тебя не хватать. Сердце разрывалось от боли и страданий, и ноги больше не держали старого летописца. Он сел на голый каменный пол, обхватил руками колени и заплакал.

Даже после стольких лет к смерти нельзя привыкнуть. Невозможно просто терпеть гибель близких тебе людей на собственных глазах. Зная, что ты мог помочь… Мог его спасти, невзирая на все эти глупые пророчества безумных оракулов…

Спустя некоторое время, когда глаза уже пересохли от слёз, Алексий поднялся и с бесконечной тоской посмотрел на разорванную освобождением легендарного зверя грудь. Рядом безжизненно лежали тела простых исполнителей. Скорее всего, они и сами не хотели так рано умирать, но власть имущие сами выбрали дорогу этих молодых парней и сотен тысяч оставшихся без защиты обычных людей.

Усталый взгляд невольно упал и на его собственного душегуба. Тот застыл в нелепой позе, пришпиленный металлическим пером к каменному полу, и в чистых глазах висело непонимание: “Почему?”

– И всё-таки победило перо.

Летописец даже не усмехнулся от иронии судьбы, а только направил взор в сторону неба, где во всю мощь бушевала гроза. Буря уже началась, и больше в мире нигде не безопасно.

На границе Империи, в самих горах, раздался тоскливый долгий старческий вой.

Чем чёрт не шутит

Просторный готический зал таил в себе много изящных, но при этом мрачных изделий. На бордовых стенах висели страшные гобелены, ужасающие мозаики и фрески, на стенах зловеще сияли запретные руны, а между титаническими колоннами стояли скульптуры в виде горгулий, которые вот-вот сорвутся с места, чтобы покарать нарушителей инфернального порядка и свидетелей грусти юного принца демонов.

И посреди целого помещения огромный каменный трон, на котором торжественно сидел принц демонов и… грустил.

– Я устал.

Демон грустно почесал длинным когтём чешую сверх огромных мышц и продолжил жаловаться своему хвосту о тяжёлой жизни.

– Придворные меня не любят и только думают о том, как бы урвать лишний кусок власти или силы. Противные людишки поставили могучий заслон, через который не смогли бы пробиться даже старшие братья… Эх, а им сейчас хорошо: воюют в передовых мирах, наслаждаются приключениями и развиваются. Даже неудачник Триста двадцать седьмой попал на какую-то Землю и хвастается, что очутился среди дальних родичей зверолюдей на Кавказе и побратался с каким-то Гоги… А я просто сижу без дела, разве только играю в покер, иногда уничтожаю очередной глупый переворот, ну и слушаю чертей, которых почему-то пропускает Барьер. Вот за что меня сослали в такую глубинку?

Хвост сочувствующе обвил руку принца и в жесте милосердия ткнул жалом со смертельным ядом между чешуйками. К сожалению для обоих, инфернальная плоть только на мгновение почернела, а потом вернулась в норму.

Жалобы на жизнь прервал громкий стук в парадные двери. От повелительного жеста открылся проход, и вперёд пробежала суккуба с такими потрясающими большими… Чёрными прямоугольниками, скрывающими самое интересное.

– Не-е-е-ет! Папа, ну за что мне эта цензура?!

В голове раздался недовольный хриплый голос короля демонов.

– Потому что ты провалил испытание взросления и наказан. Как разберёшься со своим жалким миром, то тогда и поговорим. Скоро у тебя будет шанс, главное — не упусти его.

От обиженного удара ногой соблазнительница отлетела на несколько метров и жалобно заскулила.

– Иди в прочь, ничтожная, я в печали.

Сзади за демоницей возник маленький чёрт, который заботливо попинал суккубу копытом и виновато посмотрел на принца.

– Извиняюсь, т-ващ капрал… Простите, Владыка. Жизнь среди людей сказывается на этой вот, пискологии.

– Психологии.

– Да-да, вы как всегда преисполнены в собственной мудрости.

Демон нахмурился и рукой подозвал посыльного поближе.

– Рассказывай.

– Молодой Владыка, но…

– Рассказывай.

– … Как же цена? Ладно-ладно, сейчас-сейчас. Как там было? А, точно! У бродячего торговца хорошая скидка на защитные амулеты, а…

– Цена — твоя жизнь. Или ты хочешь умереть?

Чёрт испуганно задрожал и быстро заискивающие закивал, попутно осыпая правителя извинениями и подхалимством. Наконец принц не выдержал, поднялся с трона и громко закричал:

– Я сейчас тебе хвост оторву и пришью туда шипастую удавку самоубийцы, а копыта скормлю горгульям!

Громкий визг наполнил зал, когда как левая рука черта брёвнышком покатилось по матовому полу. Демон устало сел обратно и ленивым взмахом заблокировал боль у посыльного, чтобы тот смог начать рассказ.

Гонец новостей всё-таки смог успокоиться и принялся взахлёб выкладывать свежие события, попутно раздавая собственные комментарии и советы. Хвост во время пары деталей попробовал разорвать “советчика”, но принц криво усмехнулся и задвинул его за спину.

Исходя из рассказа, складывается следующая картина. После десятилетий тишины и спокойствия молодое поколение постепенно преобладало над остатками свидетелей великой войны. В Империи и дальних краях возникали слухи и волнения, даже часть эльфов откололись от Леса и обосновались в пещерах. Как же это знакомо, ха-ха!

И, по идее, главный претендент на трон уже перешёл в активную стадию перехвата власти. Мёртвая орда успела заключить с ним договор, вот только в чём смысл при монолитной Границе между людьми, эльфами, гномами и прочими расами с вампирами, некромантами, отступниками и теми, кого изгнали за ересь, запретную магию или какие-то прегрешения. Ну и, разумеется, мобильной армией небожителей, которых местные без раздумий приняли огнём и мечом. Хе-хе-хе, так и следует с этими крылатыми.

Чёрт с наслаждением в голосе рассказывал и об изменениях в обществе, в особенности про странные клубы для инакомысленников и строгом наказании за содомию в виде избиения плетью до полусмерти. Тьфу, кому что, а этим проказником лишь бы за своё взяться!

Разумеется, принц сразу пропустил такие пожелания как принять этого презренного в Легион Инферно для лучших из лучших, ввести в земли демонов филиалы садо-мазо, что бы это ни значило, передать всем чертям секретные артефакты для завоевания мира, позволить ходокам за Границу пользоваться элитным заведением с суккубами и редкими пленными светлых и нейтральных рас, как тех же дриад или эльфиек. На совет о переводе демонических земель режим войны он задумался, но всё-таки решил не прибегать к активным действиям.

К несчастью для мохнатого недоростка, тот под конец исчерпал запас новостей и откровенно заврался. Вот сколько стоит их учить, что все архидемоны чувствуют ложь?

Остатки карлика и суккубы с радостью пожирали верные псы, а принц в раздумьях гладил свой хвост и тщательно анализировал новости, сравнивая их с предыдущими докладами.

Вдруг размышления прервала незримая волна магии, которая резко ударила по чувствительным рецепторам высшего демона. Но вместо злости тот расплылся в широком оскале от долгожданного известия — границы между людьми и демонами больше нет.

В голову сразу вспомнился совет пробудить свой народ и развязать войну.

– Впрочем, – демон мысленно созвал круг высших и лениво прищурился, – чем чёрт не шутит?

Перемены затронут каждого, и скоро отец поймёт, что его сын достоин пройти испытание… А ещё избавит его от этой проклятой цензуры!

Живой мертвец

В старом готическом замке некроманта вопреки привычной унылости и мрачности всё буквально светилось от жгучего солнца. Зомби спокойно стояли у широких окон и под самыми острыми лучами выбивали на себе татуировки, а вампиры с серпами на поясах недовольно шипели на соратника, решившего стать то ли негром, то ли кучкой золы.

Но самое интересное находилось не во дворце, где слуги некроманта во всю пользовались спа-услугами от природы, а в чахлых садах… Хотя, почему чахлых?

Чуть дальше самого замка на активно цветущем огороде танцевал белоснежный скелет с лопатой руках и зелёным огнём в глазах. Его медленно сжигало солнце, но сразу восстанавливала быстрая регенерация.

– Наконец-то! Наконец-то мои персики прошли эволюцию!

На самом деле, от радости плясал не скелет, а полноценный лич. Где тогда плоть и фирменный плащ, спросите вы? А их мертвец потерял ещё во время прошлой пьянки со своим хозяином.

Может показаться странным, что у настоящего лича — адепта Смерти и вообще жуткого существа может появиться хозяин, то при детальной картине на иерархию земель некромантов всё становится просто. Вся низшая нечисть служила тому, кто её оживил или призвал, а вот более сложные создания могут выкупиться и освободиться от влияния. Но и после этого смысла в одиночках нет, потому из разделения вся простая тварь находится под руководством младших личей и лордов, сами же младшие служат обычным, а те уже верховным личам или лордам, которые входят в состав Совета.

Вот так Витали столетие назад закончил с уборкой сортиров и выкупился у слабого некроманта, после чего пару лет подумал и пошёл под руку Василия — странного лича, который щеголял кучей оригинальных идей и, на удивление, толерантно относился ко всем слугам.

Сам хозяин… Странная личность. Всем говорит, что он мёртвый анархист и показывает пиратский флаг, а сам на своих землях продвигает какой-то ком-му-низм и грозится серпом, молотом и личным секретарём с прозвищем Сталин. Чудак, как говорится, но если поверить словам про другие миры, то и ответить нечего. Главное, что ценит.

Как вообще стать личем и получить в подарок кучу бонусов, например, не нуждаться в дыхании, открыть огромный резерв магии и каждую секунду ощущать пронизывающий холод? Ну, всё просто! Надо только при жизни иметь магические способности и в момент смерти всей душой к чему-то тянуться, а уж потом после пары ритуалов и воздействия силы Смерть вместо страха будет вызывать одну приязнь. Правда, и думать стоит о достойных вещах, а не как обычно… Уже понятно почему так много личей живут идеей мести и жажды убийств? Именно. Перед самой смертью те так сильно хотели упокоить своих убийц, что при новой жизни раздутая идея сделала из таких агрессоров чуть ли не бездушных тварей.

К счастью для Витали, девятый сын бедного дворянина в момент своей смерти думал совсем не об убийствах. Да и глупо он всё-таки умер: побежал к брату в армию с вестью от семьи, но не из-за щуплого телосложения провалился в солдатском сортире и захлебнулся.

В последний миг проснувшийся дар не смог спасти своего владельца, который при смерти вдруг вспомнил о детской мечте — личном огороде, над которым парень может возиться целыми днями.

Через несколько недель при очистке выгребных ям люди заметили тело и вытащили труп из воды, чтобы за какую-то пару лет молодой некромант увидел тлеющую магическую силу в покойнике и смог оживить младшего лича. Вот только большой фантазией маг не обладал, пускай и знал полную базу о ключевой идее такого типа нежити. Поэтому Витали и чистил много лет сортиры… Брр… К счастью, это время прошло, и клятва зафиксировала исполнение долга, а девятый сын ушёл к нормальному графу с такой же природой и смог заняться любимым делом — выращиванием растений.

Поначалу сильная некроэнергия вызывала трудности в таком деле, но со временем Витали наловчился и стал направлять её в правильное русло, пускай и не без забавных инцидентов. Чего стоят только огурцы с коллективным сознанием и идеей захватить мир. Зато вкус сидра из местных яблок с восторгом оценила прочая нежить, ранее лишенная вкуса.

Сам Василий сначала не оценил талант, но окончательно согласился перевести младшего лича на огород только после арбузов, благодаря которым скелеты могли наращивать плоть. Особенно обрадовались костяные лорды, часть которых после регулярных поставок удивительных ягод поменяла название на маркизов.

А недавно местный владетель вспомнил про самогонный аппарат и перегнал некро-сидр в что-то покрепче. Самое обидное, что Витали запомнил только первые два стакана, а дальше непроглядная темнота и пробуждение в виде голого скелета… Кажется, на уголках сознания что-то осталось про смену веры не в Смерть, а в Зелёного Змия, но эту мысль лич отбросил на потом.

Василий только почесал затылок и заметил про чудесный рассол, о котором в этой глуши никто не дошёл.

– Ну, нет худа без добра. А мы знаешь как сделаем…

По итогам, защиту вокруг сада с огородом переместили и тем самым создали восхитительную дыру для лазутчиков. А что? Те посмотрят сначала на защищённые ворота с опытной стражей, затем на огород с каким-то скелетом, по внешнему виду вообще слабосилка… И выбор очевиден, как и новый набор удобрений для довольного лича. Стоит ли упоминать о горохе с системой свой-чужой, который стреляет по всем чужакам взрывными горошинами?

И в этот солнечный день Витали наконец добился эволюции очередного растения. Как оказалось, персикам потребовался в самом конце только солнечный свет, как первый плод изнутри засветился голубым и упал на землю.

– Так-так, что тут у нас?

Заклинание диагностики ничего смертоносного для нежити не обнаружило, поэтому лич неспеша поднял фрукт, закрыл огород магическим щитом и только тогда уже съел плод.

Сознание сразу же выкинуло из тела, и Вит с удивлением почувствовал, как сначала из тела поднимается его дух и взлетает всё выше, пока не сталкивается с солнечным лучом.

После столкновения на минуту наступила темнота, а потом нежить почувствовал себя… лучиком света, который сначала задержался на общей карте на участке воды возле самой суши, а затем поднялся выше и показал сначала огромную крепость над водой, а затем и целый край… От которого так и тянуло некромантией, только более чистой, чем в землях мёртвых.

Дальше лич оказался уже в собственном теле, с распахнутой челюстью сжимающий косточку от персика.

– Так это же… Нужно срочно сообщить Василию!

Скелет быстро схватил второй светящийся персик и побежал в замок. По дороге он сбил зомби в процессе солнечной татуировки, чем резко испортил рисунок нежити, и под злобные крики побежал дальше.

Воздушный таран рывком выбил двери в тронный зал, в котором… Вот чёрт, работодателя убивают!

Мёртвые лианы пробились из-под пола и как щупальца быстро пленили атакующих, невзирая на их сопротивление. Младший лич перевёл взгляд на Василия, который почему-то сидел и смеялся.

– Спасибо, Виталик, но это была только тренировочная инсценировка нападения в зале. Ты лучше отпусти их, а то мало ли насколько похотливые твои травяные тентакли.

Скелет отменил заклинание и помог пленникам освободиться и тем временем рассказывал хозяину замка о видении, после чего и вовсе дал попробовать персик.

На несколько минут Василия выбило из реальности, а потом тот вернулся в себя и принялся шагать по залу как механическая игрушка дварфов.

– Это ведь то, о чём я думаю? Тот самый раскол в братстве некромантов давностью в пять сотен лет… Они даже пропали на карте!

Скелет молча клацнул челюстью.

– Через неделю как раз собрание недовольных текущим положением с агрессией тупых личей и “повелителями мёртвых”, чтоб их клопы загрызли. А знаешь, Виталик, у меня есть план! Приготовь-ка побольше своих чудо-персиков и начинай потихоньку переносить огород в пространственный карман, чтобы не пропустить всё веселье с пустыми руками...

Монета вращается в воздухе

В маленький кабинет никогда не попадал солнечный свет. Зато, хвала горам, кроме магических светильников на стене постоянно висели масляные фонари.

У самой каменной стены стояли стеллажи с довольно интересными книгами: например, старинная рукопись про разделение дварфов и гномов или новый свиток с чертежами какой-то маленькой пушки. Справа от входа стоял надёжный столик из железного дерева, за которым в раздумьях сидел рыжий дварф с густой бородой, в чёрном камзоле из толстой ткани и мудрыми карими глазами.

На столе лежала открытая карта мира с множеством мелких заметок и черканий. В центре обведены жёлтым земли огромной империи, чуть ниже эльфийские леса с соседством с болотами, а правее горы и земли людей. Это всё обведено огромной синей линией, а за ней… Слева хватало и демонов, и нежити, и отступников, а вот справа совсем мало отметок: только халифат, вторая череда гор и джунгли с лесами.

Дварф задумчиво смотрел на общую картину и крутил в руках магическую палочку, которой обычно или рисовали руны, или подписывали важные документы.

– С одной стороны империя и остальные земли, с другой — демоны. Нет, не так. Тут и думать бессмысленно, в любом случае цверги займут наши горы.

Пару раз низкорослик порывался позвать к себе заместителя, но всё же останавливался и возвращался к карте. В конце-концов, не зря же его ценят именно за интуицию, которая не раз спасала задницы коротышек в острых ситуациях. Особенно Маркуса слушали во время глобальных решений, ведь даже глупое на первый взгляд решение в конце приносило наибольшую прибыль. Так, например, и заключили договор с гномами, благодаря чему твердолобые дварфы до сих пор лидируют в области технологий.

– Вопрос в другом… Стоит ли вступить в скорую войну, или лучше переждать в горах?

Первый вариант обещает хорошую выгоду, но и большой риск, а вот во втором случае опасность тоже остаётся, только уже и без самой прибыли. Но что-то в душе подсказывает, что не всё так просто…

Какое-то время дварф представлял разные расклады и возможности, но потом взгляд упал на золотую монету на краю стола.

– А пусть всё решит монета. Если выпадет сторона без зазубрины, то вступаем в войну, а если с ней, то закроемся от остальных.

Грубые пальцы подкинули монету, и та стала вращаться в воздухе…

Мозг лихорадочно раскинул варианты и сначала показал картину кровопролитной войны на уничтожение, а затем общий триумф. Во втором варианте появилась сцена глухой обороной и гибелью союзников, но целые и здоровые лица обоих сыновей.

За пару мгновений дварф уже определился со своим мнением, а монета… А что она? Упала и упала, даже смотреть не надо, когда и сам знаешь решение. Хитрость такого трюка в том, чтобы в момент полёта услышать себя и надежды на то, чтобы выпала определённая сторона.

Маркус свернул карту и открыл свиток со старым планом по изоляции от внешнего мира. Пару деталей стоит изменить, чем советник короля гор и займётся после того, как подпишет пару документов перед визитом к правителю с утверждённым решением на вопрос с падением мирового барьера между людьми и демонами.

Дварфы не будут участвовать в глобальной войне.

Сноходец

Иногда даже в эльфийском густом лесу можно встретить небольшую лужайку под чистым небом, чтобы каждый мог насладиться не только свежестью зелёных крон, но и полюбоваться звёздами. В таких местах хищники спокойно зализывали раны, чувствуя себя в безопасности, но на следующий день покидали пристанище.

Эльфы несколько раз пробовали ставить там сооружения для наблюдения за небесными телами, но каждый раз к утру всё исчезало, и даже магия пасовала перед чистой природой.

Этой ночью на поляне остановились двое: эльф в обычном зелёном костюме и с луком за спиной да маленький мальчик со слегка заострёнными ушами, что выдавало в нём полуэльфа, и приятной улыбкой. Ребёнок честными кристальными глазами с интересом разглядывал каждую мелочь и часто задавал вопросы.

– Пап, а почему и люди, и эльфы называют меня отбросом?

Отец нахмурился и украдкой сжал пальцы в кулак.

– Потому что завидуют, что твоя мама такая красивая.

– Правда? А где она сейчас? Я соскучился!

– Лео… Давай как-нибудь потом?

– Хорошо, пап! А ты расскажешь мне сказку на ночь?

Эльф внимательно проследил взглядом за упавшей звездой и мысленно повторил известное только ему желание.

– Хорошо. Ложись поудобнее и слушай.

Давным-давно, когда эльфы были добрее и трава зеленее, в великом Лесу всё процветало. Целые рощи меллорнов во главе с Материнским Древом делали счастливым каждого эльфа. Многие открывали в себе удивительные таланты и только начинали объединяться в рода. Тогда и появились самые древние семьи, такие как Корень жизни — сильнейшие целители, Пение ветра, после раскола ставшие Пением меча и Пением стрелы, да те же члены Древесной Коры не раз защищали Лес от ужасных атак вроде пылающего метеорита.

Много удивительных даров подарило Древо, за что эльфы благодарны и до сих пор. Картины в старых храмах о гармонии и порядке — они ведь ни разу не солгали, что бы не говорили старейшины!

– А разве это не продолжается? Вчера тот высокий эльф так классно мечом махал! Чуть руку не отрубил!

– Вот именно, он чуть себе руку не отрубил. Разве так делается бабочка?

Со временем немало родов пропали из свитка почёта из-за внутренней грызни и частых войн с внешним миром. Так в час генерального сражения с орками ушёл последний представитель Пути звёзд — клана великих астрологов и предсказателей. А в период передела власти так и вовсе исчезли Правящая длань, Голос Солнца и Багровый рассвет.

Но когда-то всё было совсем иначе, и эльфы стали забывать все те основы, которые и привели их к гармонии. Любовь, мир, радость, счастье… Мало кто помнит, что наш талант расцветает от этого, а не от постоянного смирения и букве заветов предков.

– Наш род тоже старый? Пап, а у нас есть своя способность?

– Верховный совет отрицает, потому что больше тысячелетия кровь никак не проявляла себя, но на самом деле…

Пускай никто и не признаёт, но мы так или иначе храним внутри дар сноходцев, но тот спит и ждёт достойного носителя, ведь не каждый способен остаться в здравом рассудке после чужих снов.

– Интересно…

Мальчик задумался и неожиданно для себя широко зевнул.

– Спи уже, – усмехнулся отец.

После рассказа в голове мелькали мысли о пропавшей матери, сноходцах и неведомо откуда всплывшего "Заклинатели снов", но спустя несколько десятков ударов сердца Лео уснул.

Сначала сон был родным и знакомым: маленькие эльфы на соседнем дереве вновь дразнятся и кидаются шишками, а он, как герой, достаёт из ниоткуда огненный хлыст и наказывает обидчиков. После этого хулиганы в страхе разбегаются в разные стороны, а кудесника встречают почестями.

Но сейчас что-то выбивалось из картины, мешало продолжить смотреть на представление. Лео неожиданно встретился с внимательным взглядом одного из ребят и почувствовал, что его куда-то утягивает.

Странная чёрная дыра полностью затянула его, и мальчик с удивлением стал рассматривать летающие звёзды вокруг него, пока не врезался в одну из них.

Сначала перед глазами появилась тропинка в лесу, на которой отряд эльфов вместе с молодым отцом и красивой девушкой сражались против чешуйчатых ящеролюдей с кривыми мечами. Последних оказалось в три раза больше, и даже мастерство эльфов не справлялось с численным преимуществом. В конце-концов несколько нападающих рывком прыгнули вперёд и ценой двух трупов схватили зеленоглазку, после чего убежали, оставив остальных сражаться с местными.

Отец громко закричал и попробовал пробиться через заслон, но не смог сделать этого быстро. А дальше было уже слишком поздно…

– Мария!

Мальчик с криком вылетел из сна и взахлёб рассказал отцу что и как увидел в чужом видении. Эльф с болью в глазах заново прослушал свой сон и в конце крепко обнял сына, в котором впервые за тысячу лет проснулся дар сноходца. Почти сразу он почувствовал забытую родовую магию, да и сам рассказ отличался множеством деташей, о которых уже не осталось воспоминаний. Впрочем, это может быть и дар оракула, поэтому... По мере рассказа отец сам узнавал новые детали трагического для него события. Если догадки верны...

– Скажи, Лео… Откуда ты смотрел на всё это?

Полуэльф неуверенно зажмурился и прокрутил перед глазами детали нападения.

– Сначала сверху, как птица. А позже… Мне кажется, что со стороны Марии… Да, точно! Даже вспомнил как в конце услышал мысль: “Так и не успела сказать ему, что малыш Лео получит младшую сестрёнку." Пап! А что это значит?

Вместо ответа тот ещё крепче прижал к себе сына, чтобы Лео не заметил невольную слезу надежды.

– Спасибо... Спасибо, сынок. Ведь если ты смог заглянуть в её сон, то это значит…

– Что мама жива!

Вера без веры

Между окраинами города и огромным лесом стоял одинокий маленький храм, к которому вела только узкая дорожка из обычных камней. Солнце привычно скрывалось за облаками, и лёгкий ветер шевелил кроны высоких деревьев.

От храма шёл скромного вида старик в сером плаще и глубоком капюшоне, под которым виднелась седая бородка. По одному только его виду трудно распознать кто он и чем занимается. Если присмотреться к сапогам с тяжёлой серебряной оковкой, то можно вспомнить об инквизиторах, если заметить потёртую древесину посоха — путешественниках, да взять во внимание тот же медальон ордена Пера на шее и скрытую уверенность в скупых жестах, как и вовсе неразбериха получается.

Противоречивый на вид человек за время постоянных визитов непопулярной церквушки притягивал внимание не только лесных разбойников, но и имперских егерей. Вот только они ощущали странную дрожь при мысли подойти к нему и, на своё счастье, только издали наблюдали за незнакомцем.

В этот день от старика разносилась аура удовлетворения и затаенного страха.

– Как же долго я этого ждал... В конце-концов, даже настоятель поддался голосу разума и согласился на ритуал. Удивительно, что кровь Леарров нашлась в такой глубинке.

На секунду он остановился и пристально посмотрел в сторону кустов, в которых прятался разведчик разбойников, но спустя пару мгновений тяжело вздохнул и отвернулся. Бандит с волнением стёр капли пота и продолжил наблюдение.

Дальше путник шёл молча, словно чувствовал к себе чужое внимание. За несколько десятков минут он скрылся за городскими стенами, а лесной лихач с удивлением заметил на тропинке случайно потерянное золотое кольцо, схватил его и быстро удалился в глубину леса к своему логову.

Уже ночью, когда все в лагере уснули, разбойник тихо придвинулся к костру и достал из кармана перстень. Вполне обычное колечко с выбитым на внешней стороне смутно знакомым портретом и маленькими буквами на внутренней части: “Цель оправдывает средства”. По мнению бывшего скупщика, кольцо сделали из золото достаточна чистой пробы по индивидуальному заказу. Но что-то в портрете смущало, вот только что?

Всю ночь грабитель мучился кошмарами и видениями, а на рассвете проснулся в холодном поту и почувствовал, как в голове играет светлая, но кривая мелодия.

Коль ты вне судьбы хочешь время убить,

То знай: мир всегда будет помнить.

Ведь глупо ту ветвь под собою рубить,

Что в древности дал всем паломник.

Верить в богов, но не верить в судьбу.

Поймёт ли он это когда-то?

И тешится лишь в заблужденьях плену,

Шагнув на ступень к Бездне яду.

Не бойся, разбойник, твой суд далеко.

Но знай во что влез ты невольно.

Увидел след след власти забытых богов,

И думай: сидеть ли в подполье?

Бледные то ли от утреннего холода, то ли от ужаса губы прошептали пришедшую в голову догадку:

– Лицо на портрете… Почему оно так сильно напоминает императора?

Кир, так звали лесного лихача, сначала посмотрел в сторону кинжала и представил, что может легко избавить себя от непосильной ноши и покончить с собой, но всё же поддался велению сердца и молча развернулся в сторону восходящего солнца.

Позже проснувшиеся бандиты с удивлением заметили пропажу их товарища и части пожитков и после короткого совещания приняли решение признать его не дезертиром, а без вести пропавшим.

Сидящий на дереве мудрый филин ещё немного посмотрел на лагерь разбойников, после чего громко ухнул и полетел на восток.

***

Столица Империи гудела от новостей. Яркий солнечный свет отражался от белоснежного мрамора дворца и наполнял людей ещё большей энергией. Придворные носились кто куда, дамы жадно делились сплетнями и слухами, улицы постепенно наполнялись толпами местных жителей.

Один из мальчуганов эмоционально размахивал руками перед сверстниками.

– Нет, вы это слышали? Император умер!

– Не умер, балда, просто заболел. Всё с ним будет в порядке, зря волнуешься.

– Ой, да ладно тебе! Я думаю, что это целое покушение! Шпионы, диверсанты-садовники, герои-стражники и дворецкий, который достал двуручный меч из штанов и всех победил, но не смог спасти императора!

Мальчишки расхохотались и шуточно принялись щипать выдумщика за бока, пока тот ойкал и пытался уворачиваться от рук. Торговец сердито посмотрел на беспризорников и повернулся к болтуну.

– Ты бы лучше за своим мечом в штанах следил, пока за изменческие речи не казнили.

Но за мелкого вступился проходящий рядом паломник в серой рясе, с мечом на поясе и ясными голубыми глазами.

– В такое время не казнят, не до того будет.

– Ты про явление Светлоликого, уважаемый? Да это же бред хромой свиньи, тут и дураку понятно.

– Я бы не был настолько уверенным.

Паломник многозначительно улыбнулся, потрепал мальчишку по голове и направился дальше, к центральной площади, где скоро должно начаться грандиозное событие мирового масштаба.

Тем временем в главном храме столицы суеты оказалось даже больше, чем среди обычных людей. Послушники носились по коридорам и скороговорками объясняли другим суть происходящего, пришлые святоши спорили с местными по поводу толкований деталей святого писания, а самые важные фигуры уже сидели в большом зале и уже вторую неделю проводили беспрерывный ритуал с целым свитком условий и деталей.

В центре круга находился довольно старый мужчина в золотой маске, а вокруг него в определённых позициях стояли разнообразные личности, начиная с настоятеля забытого храма из той самой глубинки и заканчивая верховным архиепископом. В силу особенностей церемонии и пробудившегося божественного влияния по залу тихо разносились мысли участников.

– Немыслимо…

– Хвала Солнцеликому...

– Неужели…

– Скоро начало...

– Как только сумели…

– Из ритуала древнего божества…

– Удивительно…

– Как же невыносимо чешется левая пятка…

– Даже завидую...

– Как Леарры смогли спастись после…

– К ангелам ритуалы, хочу наконец выспаться…

– А как же прошлый император…

– Это будет…

– Только бы жена не родила за это время…

– Вечная молодость...

– Грядут перемены…

– Какая же противная у рыжего инквизитора рожа…

– Кто посмел…

– Хе-хе-хе…

– Сейчас…

– Да, началось…

– Да поможет нам Светлоликий…

Присутствующих окатила волна божественного света, и каждый заулыбался, несмотря на невероятную сложность ритуала. Фигуры колонной вышли из храма через торжественно распахнутые врата.

Толпа громко зашумела, но послушно расступилась в стороны под напором вооруженных храмовников, магии и ослепляющего света.

Делегация медленно и торжественно направлялась на центральную площадь, где на возвышенном помосте уже сидел бледный император. Несмотря на слабость, он сохранял спокойный и мудрый вид, пока наблюдал за надвигающимися служителями Светлоликого.

Вокруг императора образовался свободный круг, в котором расположились святоши. Во главе встал странный человек в полностью золотом магическом доспехе, который ранее считался утерянной реликвией правящей семьи, и сияющей маске. На вид он даже старше правителя, по крайней мере, седина и тяжесть лет чувствовались даже сквозь маску.

Вдруг на “золотого человека” с неба упал столб света, поднёсший свою цель на метр выше земли, словно святого или чудотворца. В момент начала громкой речи толпа стихла, чтобы не пропустить ни единого слова.

– Светлоликий веками наблюдал за верной ему Империей, и ни разу не отказывал нуждающимся в помощи просителям. Без Него нас бы не было, ведь только Его воля не раз удерживала мир от гибели. Как пища питает плоть, так и наши радости дают Ему свет. После великой войны люди получили время для восстановления, но что Он увидел? Вместо развития мы начинаем тешиться малым и прозябаем в жалких интригах, спорим о ничтожном, забываем об исконном.

Жители столицы недовольно загудели в недовольстве от резких слов и оправданиях.

– Но так долго продолжаться не может! После нескольких десятков лет размышлений Светлоликий решил явить в мир свою волю и оставить своего ставленника во главе Империи!

За мгновение фигура ослепительно вспыхнула невыносимым светом и окатила всех божественной манной. Люди восторженно закричали — явилось чудо. Каждый больной на площади выздоровел, слепые прозрели, а несчастные и одинокие почувствовали тепло в глубине души. Никто не остался одиноким и потерянным, ведь теперь они знали — с ними Свет.

Император прищурился и вместо ожидаемого исцеления почувствовал, как из него быстро утекают остатки жизни. Тогда правитель из последних сил обратился к мирозданию и получил ответы. И даже могущественная маска не скрывала лицо от умирающегл.

– Забавно… Вера без веры. Что же нас ждёт?

Острый разум пробился сквозь пелену и даже узнал нить судьбы того, кто в неё не верит. В его дядю — брошенного на улицу бастарда. Не укрылись и последние события: как после прозрения в библиотеке тот в течении дюжины лет готовился к перевороту, как заключил договор с некромантами, чтобы те наложили особое проклятие, как открыл древний божественный свиток и переделал его под местную религию, чтобы обрести вечную молодость и могущество за счёт постоянного страдания. Больше всего император удивился тому, что Граница между ними и тёмными землями на самом деле истощала силы самой планеты и поэтому отправил убийц к хранителю ядра Границы, а дядя с давних пор пытался предотвратить гибель мира и даже пришёл к власти не из-за жажды повелевать, а из-за фанатичной идеи спасти человечество. К сожалению племянника, дядя в глубине души отказался верить в судьбу и следовал своему правилу: “Цель оправдывает средства”. Но стоит ли это бесконечных мук в вечно молодом теле?

В последние секунды жизни он поднялся, оглядел весь собравшийся народ и с пустым взглядом уставился в ту точку, где как раз стоял одинокий летописец Алексий, пустоту в душе которого не смог заполнить даже божественный свет.

– Не забывайте о том, что никто ничего не должен. Слова “потому что я должен” — обман самого себя, и если мудрый воин отдал свою жизнь, то это его решение. Не стоит грустить о мёртвых, ведь на месте светлых воспоминаний останется только тоска… Что ж... Моя жизнь подошла к концу, и ставленник Светлоликого как никто другой сможет справиться с тяжкой ношей императора.

После последних слов тело безжизненно упало вниз ровно в тот же момент, как ритуал подошёл к самому концу. Риктор в божественном свете поднялся уже на два метра и начал ошеломительно быстро молодеть: седина сгорала под солнцем и заменялась светлыми волосами, а старческая сутулость сходила на нет.

После всех изменений избранный снял с лица маску. Все с восхищением уставились на молодое лицо блондина с янтарными глазами, будто увидели перед собой живого идола.

Прекрасный мелодичный голос сразу же отвёл мысли жителей столицы от смерти их правителя.

– Как уже заметили, не стоит сожалеть о мёртвых. Да будет Император править вечно!

Люди мгновенно подхватили фразу и долго скандировали клич не только по столице, но и в целой империи.

А бывший разбойник Кир в дороге между трактами ощутил подлое чувство тревоги и незримую волну, прошедшую сквозь его тело. Интуиция и кольцо в кармане подсказали ответ — Границы между людьми и демонами больше нет.