Богоборцы

Глава 1 История

Эта история берёт своё начало в те далёкие времена, когда Изначальный бог Ахули, вместе со своими благословенными сёстрами-богинями Данунах и Нихуа-Хуа только-только сотворили этот юный и дикий в своей первозданности мир, получивший имя — Стормверден.

Новосотворённые горы только-только успели подняться из морских пучин. А молодые дубравы едва успели зашелестеть молодой листвой, а весёлый ветер даже не успел поднять свежую степную пыль. Когда боги-творцы оказались перед сложной проблемой – куда расселить новых жителей этого Новорождённого мира.

Дело, собственно, осложнялось тем, что сотворением живности занималась их тётушка Отбалды, случайно заглянувшая к ним в гости из какого-то всеми забытого уголка Необозримой Вселенной, где она пряталась от справедливой трёпки, которую ей пообещал устроить — дедушка Мировой Порядок.

Дедушка Мир, как его называли все боги, полубоги и недобоги этой Вселенной, сильно прогневался на тётушку Отбалды, за её многочисленные шутки, незаконченные предприятия и создания, сотворённые без должного уважения к основополагающим законам бытия.

Тётушка Отбалды, создавала легко, мимоходом. Не сильно задумываясь или печалясь о том, как её творения будут потом существовать. А сотворив, уносилась прочь. Напрочь забывая о своих творениях.

Весёлым ветром, она проносилась над мирами. И невзирая ни на какие последствия творила, творила, творила. Всё новых и новых созданий. А потом, дедушка Мир, мучился ликвидируя последствия её безудержного творения.

Мы не станем вспоминать о мучениях вампиров-рыбоедов на планете бескрайних пустынь или короткохоботовых слонов в мире бескрайнего океана. Дедушка Мир, довольно быстро ликвидировал все подобные последствия. Но это сильно отразилось на его настроении.

Вот и сейчас, пребывая во вновь созданном мире бога Ахули, тётушка Отбалды собиралась создать что-то эдакое, но столкнулась с сопротивлением сестёр-богинь Нихуа-Хуа и Данунах и ей таки пришлось немного ограничить свой неуёмный темперамент.

Мир получился пёстрый. В нём маги и эльфы сошлись в схватках с простыми людьми и оборотнями всех мастей. Которых с другой стороны теснили и трепали извечные противники драконы и дворфы.

При этом последние, радостно истребляли друг друга в борьбе за обладание несметными богатствами, до времени сокрытыми в недрах этого мира.

Когда пришла пора расселять жителей на пространствах планеты, боги сошлись в ожесточённом споре, касательно мест обитания. Ведь каждый из богов уже имел своих любимцев и фаворитов.

Вот и тётушка Отбалды, не осталась в стороне и в одной из самых Северных областей Дикого Мира, поселила своих любимцев, которых она назвала Кланом Отмороженных Дворфов.

Её расчёт был достаточно прост. Клан, сможет жить спокойно, ведь Драконы, к чьему созданию приложил руку сам Ахули, хоть и огнедышащие, и сильные, да и не обделённые наглостью, но всё-таки – теплолюбивые рептилии. А значит не станут сильно досаждать её любимцам, прикрытым со всех сторон снежными полями. И в свою очередь, сами, послужат барьером для проникновения магов, людей и эльфов, так и рыщущих по поверхности в поисках всего, что плохо лежит. Будь то золото или драгоценные камни, или какие-то иные ценные с их точки зрения, ресурсы, к которым дворфы, имели неограниченный доступ.

Другие боги, тоже не отставали от тётушки, в своей заботе о подопечных. И всё было бы прекрасно, если бы не происки ещё одного бога — бога несчастливых случайностей — Заппа-Дло.

Заппа, тайком вмешался в процесс сотворения божественных любимцев и в результате этого вмешательства, в мире появились тотальные неудачники.

Тем временем Заппа предпринял попытку подчинения себе, чужого мира. Боги-творцы, тоже не собирались сдаваться и в Высших сферах разразилась самая настоящая война. Казалось, Заппу ничто не может надолго остановить. Его атаки на Стормверден, становились всё яростнее и яростнее.

И тут, молодым богам пришла в голову идея – объединить самых странных из своих любимцев в один отряд и забросить их в мир Заппы.

Вот с этого момента и начинается эта история.

Глава 2 Гутфрит

Гутфрит Гудбранд сидел за столом в своей родовой пещере, подперев голову правой рукой и задумчиво поглаживая бороду левой. Ему было о чём подумать. Рудоносная жила, которую его семья разрабатывала не одну сотню лет, совсем истощилась. Обвалы в шахтах, чуть было не стоили жизни ему и его братьям. Перед ним встал неотвратимый выбор - идти на поклон и услужение к более удачливым сродникам, чьи дела шли намного лучше или сниматься с насиженных мест и отправляться дальше, вглубь ледяной пустоши в поисках новых месторождений.

Было не совсем понятно, почему, вдруг, начали случаться частые обвалы в его шахтах. Всё чаще рудничные газы прорывались в штольни и копи. И хоть и не было каких бы то ни было доказательств, Гутфрит, всем своим существом чувствовал, что дело не чисто. Кто-то строит ему козни. Но кто? Кто этот неизвестный недоброжелатель, что своими действиями старается заставить семейство Гутфрита покинуть насиженное место?

Сперва, под подозрение попали его ближайшие соседи – Льет Колльбейн и Моди Мортен. Но после двух серьёзных обвалов у Льета и взрыва рудничного газа в шахте Моди, Гутфрит был вынужден отказаться от скоропалительных выводов. Ибо дела у соседей шли немногим лучше, чем у него самого. И им, было явно не до Гутфрита и его шахт.

Годовой круг, дворфы, а вместе сними и остальные жители Стормвердена, делили на четыре части. Каждая по четыре месяца, в котором насчитывалось по три недели из восьми дней и ещё одна неделя, не входившая ни в одну из четвертей годового круга и знаменовавшая смену года. Каждая четверть года была посвящена одному из изначальных божеств, которые славно потрудились, создавая мир Стормвердена.

Первая декада посвящалась богу Ахули. Считалось, что в это время, любая разведка, будь то поиск новых залежей или поход в логово Сумеречных драконов, что обитали на границе, отделяющей мир, от обжитого дворфами места, которое сами дворфы назвали Искальдоркен, будет исключительно удачна. Любой дворф, старался дождаться окончания недели свободы – Укемедфрихет, чтобы начать нечто новое для себя.

Вторая четверть посвящалась богине Нихуа-хуа. В это время заключались самые удачные торговые сделки, и долгосрочные договоры.

Во время третьей четверти, дворфы устраивали всевозможные празднества и гуляния в честь своей богини-покровительницы – Отбалды. Самые сумасбродные затеи и предприятия находили своё воплощение в это время. Особенно благоприятной считалась серединная неделя, когда по поверьям, богиня Отбалды имела самую полную силу, ибо другие божества Стормвердена не имели на неё влияния.

Последняя четверть посвящалась сестре богини Нихуа – Данунах. Это была пора отдыха от всех трудов, пора путешествий и открытий.

Трудолюбивые дворфы, старались как можно более тщательно подготовиться к этому моменту. Потому, что никто не мог точно предсказать, что с ним случится на следующий день.

Под конец года следовала неделя свободы – Укемедфрихет. В эту неделю, боги, уставшие от своих трудов и забот, отправлялись на покой и Стормверден, на целых восемь дней оказывался предоставлен самому себе.

Это было самое опасное для жизни время. Вялотекущие или, даже, вовсе позабытые конфликты разгорались с новой силой.

Эльфы, при поддержке оборотней, сходились в схватках с людьми и магами. Драконы, без зазрения совести обрушивались на поселения дворфов и орков, но и сами бывали гонимыми теми же людьми. Дворфы объединялись в могучие боевые кланы и сходились в схватках со всеми. В общем всякий переживший эти восемь дней, по праву мог считать себя счастливчиком.

Вот и сейчас, подходила к концу третья неделя последней четверти года. Боги собирались отправиться на покой, а Гутфрит Гудбранд пытался определиться со своими планами на будущее, если оно конечно наступит.

Рука Гутфрита, поглаживавшая бороду протянулась к мешочку с рунами и наугад вытащила три округлых камешка с высеченными знаками. Руны — вечные спутники Гутфрита. Они попались в его цепкие руки ещё тогда, когда он малышом, только научившимся вставать на ножки, ходил по родовой пещере, держась за мамину юбку. С тех пор он с ними не расставался ни днём ни ночью. И не принимал ни одного решения, не посоветовавшись с ними. Что частенько вызывало раздражение и насмешки у его товарищей по детским играм.

Увиденное не слишком обрадовало дворфа. Он встал, одёрнул короткий кафтан, подбитый мехом полярного лиса, немного прикрутил фитиль керосиновой лампы и не оборачиваясь пошёл вглубь родовой пещеры, готовиться к выходу. А на столе остались лежать три камешка, возле бархатного мешочка. Руны – Гебо – дар, вручённый нуждающемуся и друзья, обретённые в пути; Райдо – долгое путешествие и поиск смысла; и перевёрнутая Хагалаз – град с неба и успех после больших усилий. Сами по себе, руны, вроде бы и хорошие. Но они не обещали Гутфриту спокойной жизни.

Глава 3 Проблема

— А ты, всё сидишь? – Данунах подобно порыву штормового ветра, ворвалась в чертог Ахули.

Сам Ахули полулежал на невысокой, резной тахте перед которой возвышался изящный мраморный столик, уставленный кувшинами с амброзией и фруктами. И с каким-то отсутствующим видом, подперев голову рукой, рисовал пальцем странные узоры в лужице с вином, пролитым из опрокинутого бокала.

— А, это ты Дану. Пить будешь? – мутный взгляд Ахули, на секунду сфокусировался на сестре.

— Нет. Не хочу. Ты видел, вообще, что вокруг творится? Ты, когда из своего чертога выбирался, в последний раз?

— Ночью. Ходил, смотрел, думал. Это полный абзац. Всё летит в про́пасть. Апокалипсис, мать его. И что делать, ума не приложу.

Нихуа, заперлась у себя, и только молниями швыряется, в ответ на каждое слово.

Тётушка, как всегда верна себе – весела и деятельна, но, как обычно, практически безрезультатно. Я, сначала, думал, что это старый пердун Мир, решил отыграться за тётушкины проделки. Но оказалось, что он сейчас, вообще на другом конце вселенной.

— Ну и кто, тогда, всю эту пакость учинил? У меня уже не хватает сил сдерживать всё от разрушения.

— Есть тут один гад. Божество несчастливых случайностей – Заппа-Дло. Это его проделки. Надо всем собраться и решить, что с этим, Заппой, делать. Сможешь Нихуа из норы вытащить? А я тётушку пока позову.

Ахули поднялся с тахты, мгновенно трезвея, провёл рукой в воздухе, преображая помещение из сибаритского алькова во вполне деловой кабинет.

Некоторое время спустя, все четверо Изначальных богов сидели в кабинете Ахули. Каких трудов стоило Дану вытащить сестру из её депрессивного убежища, осталось неизвестным.

Тётушка Отбалды, резво сотворила себе удобное кресло, устроившись в нём поудобнее и выхватив прямо из воздуха бокал с восхитительным нектаром, поднесла его к губам. Дану и Нихуа, тоже сотворили себе нечто подобное и только Ахули остался стоять у раскрытого окна, задумчиво глядя куда-то вдаль.

— Ну что, – после недолгого молчания, нарушил тишину Ахули: – что будем делать?

— Да забросим этот мир нафиг и сотворим новый, – тётушка Отбалды сделала неопределённо-легкомысленный жест рукой, как будто проводя окружность и откинулась на спинку кресла.

— Отличная идея тётушка. – мелодичный голос Нихуа, просто сочился скрытым ядом. – Мало того, что огромное количество труда, времени и ресурсов, будет просто выброшено на помойку, хотя вам тётушка, к подобному не привыкать. Но в этот раз, вы хотите превзойти саму себя. Вы решили сделать так, чтобы над нами все остальные представители божественного сообщества потешались. Как же, посмотрите на этих неудачников, они не смогли защитить собственный мир. – Нихуа очень живо изобразила кого-то из богов-соседей: - да ещё и эту старую дуру Отбалды к себе позвали.

Она встала с кресла и отошла к окну, за которым весело бегали лучики вечного рассвета, очень эффектно подчеркивающие изящные линии её фигуры, облачённой в лёгкую тунику, перехваченную на поясе золотым шнурком. В красивых длинных пальцах, появилась тонкая сигарета в длинном, костяном мундштуке. Нихуа задумчиво затянулась, выпуская струйку дыма, с ароматом вишни.

— Успокойся Нихуа. – Ахули подошёл и положил руку на плечо сестры: – Ты же знаешь взбалмошный характер нашей тётушки. Она всегда по началу что-нибудь ляпнет, а потом глядишь, что и придумает толковое. Нихуа, движением плеча, сбросила руку брата и с недовольным видом стала смотреть в окно.

— А что тут придумывать? – тётушка материализовала большой и сочный персик, и с удовольствием впилась в него зубами: –Подобное сто́ит лечить подобным.

— Ты это о чём? – Дану заинтересованно посмотрела на тётушку. Её огненно-рыжие волосы, укрытые сеточкой из красиво сверкающих, драгоценных камней, вильнули подобно лошадиному хвосту.

— Как проявляется влияние Заппы? – Отбалды откусила кусочек персика и капли сока, весёлыми ручейками заструились по её руке. – Просто.

Отбалды снова откусила персик, с шумом втягивая в себя капающий сок.

— Заппа проворачивает всё так, что если есть какая-то ситуация, то она развивается от плохого сценария к худшему и так далее. Что если у чемпиона по бегу, на всём пути будет лежать только один небольшой камень, то он именно об него споткнётся. Он использует малейшую возможность негативного исхода любого предприятия.

— Ну и? – спросила Нихуа: – дальше-то что?

— А то, – тётушка выбросила косточку в окошко: – что ему можно подсунуть уже готовых персонажей, чья ситуация и без его участия весьма плачевна. Которым терять уже, всё равно, нечего и они могут идти только вперёд. И подсунуть их ему нужно именно в тот момент, когда он уже решит, что его план сработал и наш мир, уже падает к его ногам. Что Апокалипсис состоялся, и он уже полновластный хозяин нового мира. Смею вас заверить, что они ему устроят такой Апокалипсис после Апокалипсиса, что он вряд ли уцелеет.

— И где мы возьмём таких умельцев? – Ахули, отошедший к окну, снова повернулся к присутствующим.

— Ну, я ещё от начала времён собирала всякие курьёзные случаи. – тётушка в задумчивости уставилась в потолок. – Есть у меня в коллекции и маги, и эльфы, и дворфы, даже безбашенный болотный орк есть. Совершенно геройский парень, жаль, что при первой же опасности в обморок падает. Вот из таких героев мы команду и забросим. Пусть Заппа порадуется.

* * *

Гутфрит Гудбранд стоял посреди своей комнаты внимательно разглядывая довольно объёмистый баул с вещами, которые собрал в дорогу. Внутри баула лежало всё, что могло бы потребоваться ему в долгом пути, включая комплект мифриловой брони, бережно завёрнутый в большой кусок холстины. Из всего боевого комплекта, Гутфрит надел только кинжал, который тщательно закрепил на поясе.

Ещё раз осмотрев всё в комнате, он вздохнул и потянулся к баулу…

В этот момент пол под ним зашатался, непонятно откуда сверкнула вспышка, за ней последовал грохот, темнота и Гутфрит почувствовал, как будто падение, вскоре сменившееся состоянием странной невесомости. С трудом подавив рвотный спазм, он попытался ощупать пространство вокруг себя. Рука нащупала что-то тёплое и слегка шершавое на ощупь. Он попытался ухватиться за это обеими руками, но получил такой сильный удар в грудь, что будь он к примеру человеком, ну или эльфом на худой конец, то без сомнения расстался бы с жизнью.

Полёт прервался столь же резко, как и начался. Его остановило нечто твёрдое, очень похожее на стену. Натолкнувшись на неё спиной и приложившись затылком так, что клацнули зубы, Гутфрит медленно сполз вниз, где обнаружился вполне горизонтальный пол. Слегка усыпанный каким-то твёрдым мусором.

— В следующий раз, – раздался над ним странно-переливчатый голос. – когда попробуешь меня за задницу хватать, я тебе копытом в лоб засандалю. Ясно?

Зрение потихоньку восстанавливалось и Гутфрит увидел странную лошадиную голову в чёрно-белую, горизонтальную полоску, со спирально закрученным, чёрно-белым рогом посреди лба.

— А ты кто? – Гутфрит не смог найти более толкового вопроса.

— Конь в пальто. Единорог я, не видишь, что ли? И сразу предупреждаю, про окрас не спрашивай и не пытайся шутить. Убью.

— Понял.

Гутфрит уже успел рассмотреть единорога. С ног до головы покрытого чёрно-белыми полосками, на манер одежды людей-мореходов. Кажется, у них это называлось — тельняшкой.

— А звать тебя как? Меня, например – Гутфрит Гудбранд из Клана Отмороженных Дворфов.

— Стало быть Гуго, если до приемлемого сократить. – Единорог задумчиво подвигал челюстями, как будто что-то жуя. – А меня, родители, Сихорсом назвали. А некоторые другие, букву «П» в начало приладили, да в конце подсократили, и теперь все Психом кличут. Сперва обидно было, очень, а потом привык. Даже нравиться стало.

Глава 4 В гостях у Изначальных

— А, где, собственно, мы находимся? – Светловолосый эльф, прячущий глаза за чёрными стёклами очков, сделал вопросительный жест.

— Понятия не имею. – худое и чуть сутулящееся существо в простом, коричневатом балахоне с больши́м капюшоном, надёжно прикрывающим лицо, пожало плечами. – Моим способностям не удаётся прощупать пространство вокруг. Такое ощущение, что за стенами – пустота.

— Что ты имеешь в виду? - Жёлтый глаз дракона, сверкнув чёрным, вертикальным разрезом зрачка, сфокусировался на фигуре. А в окно, специально открытое перед драконьей пастью, рванулся столб огня. Рама начала тлеть, испуская клубы вонючего дыма. Комнату заволокло, а все присутствующие закашлялись.

— Слышь, рептилия. Болтай поменьше, а то дышать нечем. – полосатый единорог мотнул головой.

— Сам дурак. – дракон выплюнул очередную порцию чадящего пламени, а все присутствующие снова закашлялись.

— Знать бы кто и зачем нас сюда притащил. – Гутфрит опустился на корточки и привалился спиной к стене.

Внезапно стены как будто раздвинулись. Дворф, потеряв равновесие, упал на спину, но быстро сгруппировался и застыл, стоя на одном колене и слегка пригнув голову, будто прислушиваясь. Правой рукой, он сжимал рукоять кинжала, готовясь пустить его в ход. Его товарищи. Также приготовились отражать нападение, если таковое последует.

Но вопреки их ожиданиям, по помещению пролетел свежий ветер, пахнущий цветущим лугом вперемешку с горным вереском и ещё чем-то восхитительно-приятным.

Вместо дальней стены образовалась огромная площадь, где в отдалении стоял огромный помост, на котором были установлены четыре золотых трона.

С тронных седалищ, на теряющуюся в догадках компанию, с молчаливым интересом смотрели трое богов. Чьи образы были с малолетства знакомы каждому жителю Стормвердена. Четвёртая богиня стояла рядом со своим троном, положив руку на подлокотник и медленно переводила взгляд с богов на компанию и обратно.

— Вы только посмотрите, какие красавцы, а? – нарушила затянувшееся молчание тётушка.

— Скажи мне тётушка, – произнесла одна из богинь, в которой без труда угадывалась богиня Нихуа-Хуа. – А, вот ты точно уверена, что они справятся?

— Всё дело в том, девочка моя, – Отбалды сделала неопределённый жест. – Они, именно те, кто идеально подходят для этой миссии.

Вот, например, дракон, – она ткнула в сторону почти бескрылой ящерицы. – как видишь, он не может летать и при этом не умеет сдерживать пламя. Но, в то же время, он смог отлично приспособиться. И долгое время, буквально, контролировал целый архипелаг в южном море.

При этих словах, дракон сделавший неудачную попытку спрятаться за столб, горделиво выпятил грудь.

— Или эльф, – продолжила она, – который практически не умеет стрелять из лука и драться на мечах, по причине врождённого косоглазия. Парня, во младенчестве, несколько раз с дерева вниз головой роняли, но он, не только умудрился выжить, но и стал просто гениальным лекарем. Жаль соплеменники это не оценили.

Она провела рукой в воздухе и тёмные очки на носу эльфа исчезли, явив присутствующим сведённые к переносице голубые глаза.

Эльф при этом стоял неподвижно, и только подёргивающееся правое веко, указывало, каких сил ему стоило сдерживаться.

Отбалды снова махнула рукой и тёмные очки вернулись на место.

— Про полосатого единорога, даже добавить нечего. Его характер испортился сразу после рождения, если не раньше. Но смею вас заверить и здесь полно́ скрытых талантов.

Теперь маг. Огромный потенциал и пытливый ум. Иногда, так увлекается исследованиями, что забывает о возможных последствиях.

— И кого, это он мне напоминает? – Нихуа, многозначительно посмотрела на тётушку. – Уж не родственник ли?

Отбалды фыркнула и продолжила.

— Результатом одного из его опытов, стало визуальное развоплощение, вернее новообретённая способность его тела, выражающаяся в том, что лучи света его просто обтекают, не отражаясь.

Она подошла к магу, скрывавшему лицо под глубоким капюшоном и отбросила капюшон назад.

Безголовое тело, с зияющей дырой просвечиваемого вглубь плаща, смотрелось несколько эксцентрично. Руки мага, затянутые в чёрные перчатки, поднялись и натянули капюшон на место.

— И, наконец, дворф – образец хронически не уверенного в себе индивида, который шагу не может сделать, не погадав на рунах. Но при этом, он талантливейший изобретатель и работяга, каких поискать.

Если не справятся они, не справится никто. Заппа может ожидать от нас чего угодно, и изменить всё на своё усмотрение, но такой команды, в своём мире, он ожидать никак не может. Я вам точно говорю.

Богиня Отбалды посмотрела на притихшую компанию.

— Радуйтесь смертные. – Отбалды, величественно склонила голову, как бы снисходя до разговора с этими неудачниками. – Мы решили оказать вам высокую честь. Вам предстоит встать на защиту вашего мира.

— А, оно нам надо? – осведомился единорог. – лично у меня нет ни единой причины печалиться об его исчезновении.

— Оно надо Нам, в первую очередь. – раскатом неземного грома, прогремел под сводами голос Ахули, от гулкого эха разнёсшегося по залу раскачались даже колонны, чьи верхушки исчезали в непроглядной тьме свода.

— А так, же всем остальным живущим в вашем мире? – добавила богиня Данунах. – вам этого мало?

— Вам надо, – подал голос дворф. – вы и спасайте. А мне, о семье позаботиться надо.

— Нам это, пофиг. – голос мага прошелестел из-под капюшона. – Судя по тому, что сказала несравненная Богиня Отбалды, если я не ошибаюсь, нам просто повезло родиться и выжить в этом прекраснейшем из миров. В котором нас, так радостно, не ждали. А некоторых, с самого момента зачатия. Так с какого перепуга, мы должны усердствовать в его спасении?

— Это ваш единственный шанс получить возможность управлять своей судьбой. – Богиня Нихуа-Хуа, неспеша встала с трона и приблизилась к стоящей компании.

— Мы могли бы отдать вам прямой приказ, и вы бы дружно ломанулись его исполнять. – тихим и ласковым тоном, продолжила она. – но, мы, предпочитаем договориться. Нам нужны сознательные, инициативные добровольцы, а не кучка безмозглых зомби. Вы, конечно, можете отказаться, и тогда, мы найдём других исполнителей, более покладистых. А вы, вернётесь в то место откуда вас призвали и навсегда потеряете свой единственный шанс. Шанс – радикально изменить свою судьбу. И встать на совсем иную ступень бытия. Впрочем, свои жизни вы потеряете тоже. Вы все, были изъяты из своих мест в тот момент, когда ваша жизнь, должна была прекратиться. Так что это ещё и ваш шанс, пожить подольше.

Глава 5 В путь

Сколько времени длилась беседа с богами, никто из четвёрки, точно сказать бы не смог. Но в итоге все согласились потрудиться на благо мира. Только дворф всё ещё сидел в раздумьях.

Наконец он подошёл к столу и по обыкновению, бросил на стол руны. Все дружно посмотрели на стол. На столе лежали Уруз – зверь свирепый и опасный, Лагуз – вода, что падает из горного водопада и Альгиз – руна жизни.

— Ладно, – Гутфрит перевёл взгляд на компанию. – я в деле.

— Гуго, – голос единорога был полон сарказма. – ты хренов неврастеник, ты хоть в туалет ходишь, не кинув руны, а?

— Хожу, но редко.

— Всё, прекратили. – Отбалды хлопнула ладонью по столу так, что даже дракон, мирно дремавший в углу подпрыгнул и неожиданно исторг струю пламени оттуда, откуда обычно никто не ожидает.

— Вот же блин, — Данунах быстрым движением сбила пламя с загоревшейся туники и лёгким жестом восстановила своё одеяние. – тётушка, ты так, зверушек-то не пугай, а то они вместо Заппы нас развоплотят.

— Ну, извини. Я такого тоже не ожидала. – тётушка всеми силами пыталась скрыть улыбку на лице.

— В общем так. – она провернулась к новоиспечённой команде. – С заданием, я надеюсь, всё ясно. Правда действовать вам придётся своими силами. Нет, совсем без даров мы вас не оставим, разумеется. Но это совершенно не изменит вашей сути. Так, немного повысим ваш магический потенциал. Ещё кое-что по-мелочам, но, чтобы вы сильно не выделялись из общей массы. Добираться до конечной точки маршрута, кстати, вы будете своим ходом. У вас есть маг в команде, вот пусть он вас и телепортирует по адресу. Координаты, родного мира Заппы, мы ему дадим.

— Если мне не изменяет память, – снова встрял единорог. – этот маг, постоянно ошибается в расчётах. Вон, даже сам себя превратил в невидимку, а обратно никак. И я сомневаюсь, что он нас доставит туда, куда надо.

— Куда надо, я гарантирую. – Нихуа подошла к магу и положила руку ему на плечо. – А вот насчёт, когда… Я бы сказала, что мы и сами затрудняемся с определением момента. Так что молитесь, да вот только кому?

— Всё. – Ахули подлетел ко всем, не покидая трона, на котором сидел, задумчиво подперев голову. – хватит разговоры говорить. Вперёд маг. Колдуй.

Маг послушно вышел на середину зала и зашептал какое-то заклинание, сопровождая слова целой пантомимой из пассов руками.

По залу пролетел ветер, сверкнула беззвучная молния и появился разрыв в пространстве, чёрный провал, клубящийся по краям, поглощающими свет протуберанцами.

— Прыгайте, быстро – прохрипел маг, – я его долго не удержу.

Команда богоборцев не оглядываясь шмыгнула в провал, последним, повернувшись лицом к остающимся, в провале скрылся маг, шагая задом наперёд.

Портал провисел в воздухе ещё пару секунд, после чего исчез с негромким хлопком.

— Ну, и сколько нам ждать? – Данунах посмотрела на тётушку.

— Всё зависит от того, когда они к Заппе попадут. А пока, пусть Ахули просмотрит вероятности развития будущего. Может чего и узнает.

И тетушка растворилась в воздухе, отправившись по каким-то своим, неотложным делам.

— Вот, всегда она так. – Нихуа посмотрела на сестру, потом перевела взгляд на брата – пожалуй и я пойду.

И тоже исчезла.

Перемещение через портал, сложно было назвать приятным. Дворфа плющило и скручивало в спираль, растягивало и сгибало. А потом сжимало и комкало. Где-то рядом он явно ощущал присутствие своих товарищей, но вот ни крикнуть им ни потрогать их он не мог.

Наконец перемещение закончилось, и он кубарем вылетел… а собственно куда? Он катился по какому-то склону Некрупные камни, повстречавшиеся на его пути, оставили на его теле несколько болезненных синяков, а при очередном неудачном приземлении он умудрился расквасить себе нос. Под конец, подпрыгнув на какой-то кочке, он обрушился в реку, подняв тучу брызг.

Вода оказалась довольно теплой. Гутфрит сделал несколько взмахов руками, выгребая на поверхность и только успел первый раз вздохнуть, как небо над ним внезапно потемнело. И в воду, совсем рядом с ним, подняв большую волну, плашмя обрушился дракон. А следом за ним и единорог, на шее которого, уцепившись руками за рог, висел маг. И только эльф, легко и элегантно приземлился на ноги, рядом с кромкой прибоя.

Фыркая и отплёвываясь, команда выбралась на берег.

Глава 6 Дракон

Первым на берег выскочил дворф. Быстро стянул сапоги, выливая из них, наверное, по ведру воды, затем скинул одежду и принялся отжимать.

Единорог степенно выбрался на сушу вслед за ним. Отряхнув гриву и хвост, он с достоинством улёгся на верхушке каменного холма, неторопливо оглядывая окрестности.

Маг, не смог удержаться от эффектов, а по тому, как какой-то призрак, всплыл вертикально вверх, широко расставив руки и почти не касаясь поверхности воды, расписанными разноцветными узорами белыми сапогами, медленно полетел к берегу.

Торчащие, как палки худые руки, в тёмных кожаных перчатках, которые обозначились под намокшими широкими рукавами и живописно излохмаченный подол хламиды, с которого ручейками стекала вода, добавляли картинке налёт мистицизма.

И только я, позволил себе вволю поплескаться в прохладных струях реки. А заодно и поохотиться, благо рыбы оказалось достаточно много. Ну а чем, по-вашему, может питаться бескрылый дракон, к тому же презираемый всем драконьим сообществом.

От неминуемой смерти, только и спасало, что я никак не мог научиться сдерживать огнемётный рефлекс, а в момент испуга, так и с обоих концов, что в принципе странно, я же не сросшийся близнец. Меня, даже старшая драконица рода проверяла по этому вопросу. А вот сверстники, вволю поизгалялись, пока одному из них, улучшив момент, голову не откусил. Правда, из-за этого, меня из племени изгнали. Поэтому я и жил один.

Но, ничего. Я и тут приспособился. Научился классно плавать и глубоко нырять. В море рыбы и другой живности много, а бывает и корабли людишек заплывали в мою бухту, укрыться от шторма. Уцелевшие, потом рассказывали истории о страшном морском змее.

Охотники пару раз приплывали, думали изловить. Ага, сейчас.

Потом, некоторые, даже поклоняться стали.

Приходя в бухту, дары в море кидали. Кто победнее овец или коров, кто побогаче золото в море сыпали, это значит, чтобы меня задобрить.

Потом, кто-то от строптивой дочки или жены решил избавиться, а может, от рабыни надоевшей. Не пойму я людишек.

В общем, раз в год стали мне молодых девок засылать. Не, я, конечно, не против человечинки. Мясо как мясо. Вполне себе вкусное. Но я и красоту, ценить умею. А потому, тех, что покрасивее, на мой взгляд, я съедать не стал, а перенёс на остров неподалёку. Пусть живут.

Вот они и жили. Изредка, подбирая в море потерпевших кораблекрушение мужчин и обращая их в рабство.

Понемногу научились строить корабли и стали совершать набеги на близлежащие острова. А на всех парусах, мой портрет рисовать стали. И вы знаете довольно похоже. Я даже изредка подплывал поближе, чтобы на их рисунки полюбоваться. Они от этого приходили в неописуемый восторг и с двойной силой громили прибрежные поселения. Свирепые девки были, жуть. Их людишки ещё амазонками прозвали.

А потом пришли маги.

Вот тогда, мне худо пришлось. Нет, к магическому воздействию я устойчив. Всякие там заклинания, моя шкура хорошо отражает. Но вот к тому, что они объединят свои усилия с людишками и их технологиями, я оказался не готов. Снова пришлось спасаться бегством. Жить на больших глубинах, лишённым нормального солнечного света, боязливо выбираясь на поверхность под бледным светом двух лун.

Но и такое существование было недолгим. Однажды я таки угодил в техномагическую сеть. И выпутаться уже не смог.

Я чувствовал, как меня совсем обессиленного, неторопливо тянут на поверхность. И уже совсем было приготовился попрощаться с жизнью, как меня перенесли в чертоги Изначальных.

Если кто-то думает, что я долго размышлял, соглашаться или нет на их предложение, то он дурак. Тут хоть какой-то шанс выжить есть. Мне же не надо с этим Заппой один на один сходиться. Нужно просто продержаться и не погибнуть от несчастных случаев и всего-то.

Вывалившись из портала, я приземлился прямо на спину и, набирая скорость на крутом склоне, заскользил вниз. Неприятное, скажу я вам, ощущение. Чтобы, хоть как-то исправить столь досадное положение, я извернулся и, ухватив в зубы кончик хвоста, наподобие верховного бога драконов – Уробороса, попытался принять кольцеобразную форму.

Дело сразу пошло веселее. Подобно огромному колесу я катился по направлению к реке, постепенно догоняя кувыркающегося, далеко впереди, дворфа. Напоминающего нелепый пёстрый мячик.

Я так засмотрелся на его смешные кульбиты, что и сам не заметил, как оказался над водой. Изогнуться для красивого входа в воду, времени не осталось. И я, плашмя грохнулся в воду, подняв тучу брызг. Желудок сработал рефлекторно, и я почувствовал, как возле хвоста закипает вода.

Справа, больно ударив меня копытами по боку, в воду свалилась эта полосатая психованная лошадь, с уцепившемся за его рог магом, что болтался на ветру, как флаг на флагштоке во время шторма.

Ещё немного поохотившись, сытый и довольный, я наконец выбрался на берег.

Эх, как же хорошо, сытое брюхо на солнышке погреть. Глаза закрылись сами собой, но именно в этот момент, лошадюга подала голос и испортила весь кайф.

— Ну что, други. Мы так и не познакомились, пока у Изначальных гостили. Меня зовут Сихорс, для своих Хорс, но можно и Псих. Я не обижаюсь. Этого вот этого коротышку – Гуго.

— Не Гуго, а Гутфрит Гудбранд. – дворф исподлобья посмотрел на единорога.

— Ага. Именно так тебя и зовут, но как ты прикажешь тебя позвать, если что случится. Пока в бою твоё имя выговоришь, или тебя убьют, или ещё что. - Хорс задумчиво посмотрел в небо.

— Ладно, – согласился дворф. – зовите Гуго. В принципе неплохо звучит.

— Я – Мерлин. – прошелестел голос из-под капюшона исходящей паром хламиды.

— Ну а тебя как звать, наш двоякопышущий друг? – весьма довольный собой единорог, выгнулся на камнях, приняв благородную позу.

Все, сразу посмотрели на меня.

Я посмотрел, одним глазом, на единорога. Вопросительно изогнув бровь, как бы размышляя, сразу спалить его или поджарить, медленно растягивая удовольствие. Но потом передумал и, отвернувшись в сторону от всех, представился:

— Меня зовут Ао Гуан. Можно просто Ао, чтобы некое непарнокопытное не мучилось с долгим произношением.

Струя пламени, при этом пробила через реку и слегка опалила кусты на противоположном берегу.

— Отлично. – голос Хорса принял деловой тон. – теперь осталось узнать, куда мы попали и где нам искать этого самого Заппу. И главное, понять, что же нам делать, чтобы его остановить.

— С первым, просто. – снова прошелестел голос из-под капюшона. – Мы в мире, где Заппа является одним из главнейших божеств. Правда, на постапокалиптическое состояние этот мир, вроде, пока не тянет. По крайней мере, я, себе, апокалипсис несколько иначе рисовал. А значит, где-то вкралась ошибка в расчёты. Правда, я её исправить уже не смогу. Энергии маловато и взять её негде. Тут очень слабый магический фон. Часто не поколдуешь. Может раз в месяц, от силы два.

— Нам нужно оружие. – Гуго поднялся на ноги, одевая подсохшую одежду и стряхивая налипший песок. – только купить его нам не на что, да и негде. У меня, только кинжал есть. А им много не навоюешь. Да и молотом или лабрисом я лучше владею. Щит, какой-никакой тоже лишним не будет.

— Я владею боевым шестом. – прошелестел Мерлин. – ну и мечом, чуть похуже.

— Отлично. – Хорс прошёлся по каменной площадке туда-сюда. – У меня есть рог и копыта. Но вот как использовать нашего друга, ума не приложу. Он в бою и своих и чужих спалит на раз.

Я недовольно стегнул хвостом, перед единорогом, раздробив несколько мелких камней.

— Ну-ну, не балуй. – единорог отскочил в сторону от разлетающихся осколков. – я же правду говорю. Да и спрятать тебя сложно. Ты, вон какой здоровый.

— Стоп, стоп… – дворф подбежал к осколкам. – а ну-ка, Ао, не мог бы ты, немного раскалить вот эти камни.

С этими словами он подобрал несколько обломков и выкопав в песке яму, бросил их туда.

Я поднапрягся, сдерживая напор струи и легонько дунул.

Камни раскалились и потекли красивым белым расплавом.

— Мерлин, тебя не затруднит, перенести этот расплав в воду? – попросил дворф.

— Сколько угодно. - Мерлин сделал небрежный жест рукой, и расплав бултыхнулся в реку, выбросив облако шипящего пара.

— Отлично, одну проблему, мы можем решить. – радостный дворф вытащил из воды нечто бесформенное. – немного времени, и у нас будет и оружие, и защита. Здесь отличный рудоносный слой. Я нам такие прибамбасы выкую, закачаетесь.

— Ты, вон, сперва трусы дракону выкуй с пламеотводом вперёд, – Хорс в очередной раз, ловко увернулся от пролетающего драконьего хвоста.

Я так разозлился, что представить себе трудно. Мне очень захотелось тоже, как-нибудь поиздеваться над этой лошадью, я представил себе, как я беру в руку хворостину, и от всей души стегаю эту полосатую задницу.

Хлопо́к, в воздух взметнулась туча песка и все ошарашенно уставились на меня.

— Ты, это как это – пробормотал дворф.

— Что ты имеешь в виду? – проговорил я. И осёкся. Голос был немного не мой, да и пламени не было.

— Ты как в человека превратился? – Мерлин задумчиво обошёл вокруг меня. – и огнём не пышешь. Хотя это как раз понятно. У человека нет органов, ответственных за пламеобразование. Но вот как ты обратился, непонятно. Вот посмотри сам.

Он сделал пасс рукой и в воздухе возникло серебряное зеркало, в мой рост.

Я осмотрел себя.

Круто. Телосложение было что надо. Достаточно высок, с сильным, пропорционально ра́звитым телом. Я просто чувствовал, как под шкурой перекатываются мышцы. Кожа слегка желтоватого оттенка, глаза небольшие со слегка косым разрезом, но при этом гармонично сочетающиеся с некрупными чертами лица. Волосы длинные, иссиня-чёрного цвета, почти как вороново крыло. И, главное, одет, вполне себе прилично одет.

Опустив в карман руку, я даже нащупал несколько монет, сверкнувших золотым отблеском, когда я вытащил их наружу.

— Вот спасибо Нихуа-хуа, какой классный подарок ты мне сделала. – я радовался как ребёнок.

— А вот как теперь оружие ковать? – дворф задумчиво теребил бороду. – Ты обратно перекинуться можешь?

— Не знаю. – я пожал плечами. – Сейчас попробую, вот только сначала…

Я подобрал с земли валявшуюся ветку, выброшенную волной на берег, и от всей души хлестнул по заднице зазевавшегося единорога.

— Получи зараза копытная.

Единорог взвился с диким визгом. А потом бросился в атаку, пытаясь боднуть меня своим рогом.

Я увернулся и снова стегнул его по заднице, оставляя довольно болезненную, рваную рану. Бедняга подпрыгнул, заверещал, из глаз его покатились крупные слёзы, но он вновь, упрямо рванул в атаку, низко пригнув к земле голову.

Я стоял, поигрывая окровавленной веткой, и во весь рот улыбался, стараясь посильнее вывести его из себя. Теперь уже не со зла или досады. Мне, просто, было умопомрачительно приятно пользоваться своим новым телом. Ощущать его силу, лёгкость и вместе с этим, какую-то плавную текучесть. Я не отпрыгивал от разъярённого противника, а подобно волне, буквально перетекал на другое место, не оставляя ему никаких шансов.

— Стойте! – между нами выросла фигура эльфа. До этого момента, безучастно сидевшего на небольшом валуне. – Нам нельзя враждовать между собой. А ты мог бы быть чуток снисходительнее. Слабого обидеть может каждый.

— Не каждый сможет убежать. – тихо пробормотал единорог, глядя на меня злым взглядом и роя землю копытом.

— Тем более слабую. – закончил фразу эльф. И подойдя к единорогу, стал ласково водить руками по ранам.

Только теперь все обратили внимание на тот факт, что наш единорог был кобылой.

Мы с удивлением смотрели, как под его руками, раны на теле затягиваются, не оставляя совершенно никаких следов.

— Офигеть! – пробормотал дворф. – Ты где такому научился?

— Сам в шоке. Раньше у меня так не получалось, сколько не пытался. Наверное, это и есть тот подарок, что богиня Данунах мне подарила. Да, кстати, меня зовут А¢Хренуэль Пар-а-Цель. Но Хреном, попрошу меня не называть.

— Спасибо док. – единорог благодарно потёрлась щекой о его плечо. – это было очень мило с твоей стороны. А с тобой, рептилоид недобитый, мы позже сочтёмся, и она отошла в сторону.

А потом, с негромким хлопком превратилась в стройную девушку, в облегающем, чёрном, кожаном костюмчике и выглядывающей из-под курточки белой рубахе. На ногах у неё оказались полосатые, немного мохнатые полусапожки, элегантно подчёркивающие форму её аппетитных ног. Высокая, но небольшая грудь девушки, вздымалась в такт её дыханию, вызвав во мне какое-то странное томление.

— В нашем полку, оборотней прибыло. – констатировал Мерлин.

— Ага, – поддержал его Гуго, – зато животных поубавилось. Но как теперь металл добыть? Слышь Ао, попробуй обратно перекинуться.

Я, на всякий случай зашёл по пояс в воду и попробовал. Попытки с третьей или четвёртой, у меня получилось.

Вернувшись в привычное тело, я ощутил неимоверный голод, и первым делом рванул вдоль по реке, хватая зубами и глотая, почти не разжёвывая, всю живность, что не успела спрятаться.

Утолив голод, я вернулся на берег и уселся перед наваленной в большую яму грудой камней.

— Слышь, лошадь. – Я скосил глаза на сидящую девушку. – давай мириться. А я тебе, взамен, один секрет раскрою.

— И какой, такой секрет ты хочешь мне поведать, змеюка-подколодная?

— Нет, ты сперва скажи – мир?

— Ну, мир, мир. Говори уже. – она подошла и почесала меня где-то за щекой. Не скрою, это было чертовски приятно. Особенно от осознания того, что это женская рука.

— Ты, когда обратно перекидываться захочешь, делай это там, где корма много, а то копыта протянешь. Энергии, как оказалось, масса тратится и её, сразу необходимо восполнить.

— И с чего ты вдруг таким добрым стал?

— Если помнишь, Изначальные сказали, что противостоять, мы сможем только вместе. А я не люблю проигрывать, тем более что воевать мы ещё даже и не начинали.

Всё это я говорил тихим голосом, не отрывая взгляда от ямы с рудой. А языки пламени, вылетающие из моей пасти, радостно лизали песок и камни, расплавляя руду и превращая песок в стеклоподобную массу.

Глава 7 В город

На берегу мы провели ещё несколько дней. За это время мы смогли разобраться с подарками Изначальных, а дворф умудрился, буквально из ничего, разумеется, с моей и Мерлина помощью, создать сперва вполне нормальные инструменты. А затем выковать для всех разнообразнейшее оружие.

Вместе с Мерлином, они создали прекрасный, механический, боевой шест. В обычное время служивший посохом и превращавшийся, в случае опасности, в смертоносную глефу. А также, меч-полуторник, который Мерлин с довольным видом повесил себе на пояс.

Себе он выковал, украшенную по лезвию рунными узорами, секиру и небольшой боевой молот.

Для Хорс Гуго создал многозарядный небольшой, но достаточно сильный арбалет и внушительный запас стрел-болтов к нему. А также, небольшой дополнительный кинжал, тоже украшенный, по лезвию, рунами.

Про каски и кольчуги я вообще не говорю. Лёгкие и чрезвычайно прочные, они сидели так, как сидит костюм, пошитый высококлассным портным или так, будто мы в них и родились.

Мне же достались прямые, парные мечи. Один покороче, другой подлинне́е и ножны с перевязью, позволявшей крепить их на спине. В качестве дополнительного оружия я получил пару десятков отточенных, до бритвенной остроты, метательных трёх и четырёхконечных звёздочек. Прекрасно сбалансированных. Отчего метать их было сплошное удовольствие.

Только Эльф, остался лишним, на этом празднике убийственных игрушек. Всё это время, он бесшумно ходил по окрестностям собирая и засушивая, одному ему известные травы и коренья. А заодно снабжая дворфа древесиной для его поделок

Несколько дней после этого, мы потратили на привыкание к нашему новому оружию, и наконец отправились в путь.

Не мудрствуя лукаво, мы решили выдавать себя за отряд наёмников. Благо Мерлин, пользуясь своим развоплощённым состоянием, успел сходить на разведку и выведать, что к чему.

Новости были, мягко говоря, неутешительные. Мир, в который мы попали, был несколько странным. Совершенно непонятно было, как они до сих пор, умудрялись выживать.

Заппа-дло, являлся здесь одним из двух верховных божеств. Который по непонятной причине смог тотально усилить своё влияние, буквально искоренив культ второго божества. Адепты которого повсюду преследовались и уничтожались.

Подавляющее большинство жителей этого мира стали поклоняться ему, а потому, старались сделать друг другу какую-нибудь пакость, при этом в случае удачи, громко вознося хвалу Заппе. А в случае неудачи, также делая это, но уже намного тише.

Гнев, этого странного божества выражался в том, что на голову провинившегося, обрушивалось такое количество бед и несчастий, что бедолага с удвоенной силой, был вынужден строить всё новые и новые каверзы, чтобы вернуть себе расположение божества.

Даже удивительно, что в этом мире победившей подлости, люди смогли как-то приспособиться и выжить. Сильных магов здесь и в помине не было. Так, мелкие колдуны и знахари. Притом такого низкого уровня, что даже Мерлин мог, здесь без труда, называться Архимагом. Да и сложно достичь высот в искусстве маготехники, когда все твои силы тратятся на выстраивание подлых схем, иначе не выжить.

Выяснив этот момент, Мерлин засел за изготовление защитных амулетов, способных отражать мелкие сглазы и порчи, что могут запустить в нас местные умельцы. Ведь даже простой чирей на заднице может надолго задержать, а то и окончательно свести на нет, выполнение нашей миссии.

Так прошёл месяц. Постоянные тренировки с оружием и без, отрабатывание совместных действий в различных ситуациях, помогли нам превратиться в более или менее сносно действующий отряд. И вот наконец, мы решили выступать на поиски.

Вот только как разыскать бога? Подойти к первому попавшемуся жрецу и спросить

– А вы Заппу, случаем не видели? А где расположены его чертоги?

— О да, – ответит он – идите всё время прямо, а во вторник налево поверните…

Ладно, сперва выйдем в люди, а потом посмотрим.

* * *

Всё-таки сложно жить в человеческом теле. Это я вам точно говорю. За тот месяц, что мы провели в нашем импровизированном лагере, я довольно сносно научился проходить превращение в человека и назад. И каждый раз, когда я видел принявшую человеческий облик Хорс, у меня внутри поднималось томление, становившееся, подчас столь невыносимым, что я поспешно возвращал себе драконье тело. Уж слишком соблазнительными были её формы. А желание обладать ею затмевало все остальные инстинкты и разумные мысли. Сама же Хорс, при этом не вела себя как-то провоцирующе. Была одинаково дружелюбна со всеми, сохраняя при этом некую дистанцию, не переходящую в фамильярность или тем паче в эротизм.

Наконец мы снялись с места и двинулись в сторону ближайшего поселения, решив выдавать себя за отряд наёмников для охраны караванов, благо разбойников в этих местах водилось немерено. Да и за кого нам ещё себя выдавать? Не за крестьян же. Я был очень этому рад. Долгие дневные переходы отвлекали от мыслей об аппетитных округлостях нашей компаньонки. Признаюсь, я изредка срывал встречавшиеся по пути цветочки покрасивее и кидал их назад, когда в руки, а когда и под ноги спутнице. Но она не обращала, на это, никакого внимания.

Несколько дней спустя, мы достигли первого более-менее крупного поселения, в котором было несколько таверн, где проводили время местные путешественники. Первая проблема, появившаяся при входе в этот недогородок, оказалась решена достаточно быстро. Многочисленная охрана, тщательно досматривающая все товары, ввозимые в город, требовала плату за вход. Всего-то несколько монет… Которых у нас не было.

Но Мерлин справился с этим достаточно быстро. Попросту стащив кошелёк у зазевавшегося купца. Вернее, это не купец зазевался. В этом мире, такой купец долго бы не просуществовал. Мерлин попросту отвёл ему глаза и спокойно снял с его пояса, достаточно объёмистый кошель, взамен привесив подходящий по весу камень. После чего мы неторопливо направились к воротам.

Стражники подозрительно покосились на торчащие из-за моей спины рукояти мечей, но промолчали. Особенно один из них, самый ушлый, что попытался стянуть кинжал с пояса Хорс. Бедняга долго ещё потирал ушибленную руку и вывихнутый палец. И конечно, тихонько возносил хвалы Заппе. А мы спокойно прошли внутрь и направились к первой попавшейся таверне, попутно выбросив в сточную канаву, металлическую бляху стража, что незадолго до этого красовалась на груди стражника.

Надолго, в этой таверне, мы не задержались, грязные столы, покрытый мусором, а местами и со следами недавней рвоты, пол, кучка полупьяных оборванцев у стойки, так и норовящих стащить хоть что-нибудь. Всё это не способствовало желанию задержаться здесь подольше. И мы отправились дальше.

Глава 8 Будни в гостинице

Проходя мимо рынка, Хорс задержалась возле коновязи, разглядывая продающихся там лошадей. Особенного внимания удостоился красивый, вороной, длинноногий жеребец. Хорс даже угостила его яблоком. Жеребец покосился на неё глазом, всхрапнул, но подношение принял и довольно захрустел подарком.

— Что, понравился? – я бесшумно подошёл сзади и Хорс вздрогнула, когда мои слова раздались над её ухом. – Захотелось поближе познакомиться? Мол природа зовёт?

Я тут же получил, достаточно ощутимый тычок в бок.

— Дурак. А Жеребчик и впрямь красив, быстр и вынослив. И вообще, нам сто́ит задуматься о приобретении каких-то средств передвижения, а то пешком бродить, ног не хватит.

Я протянул руку к коню, но тот шарахнулся от меня на всю длину поводьев, удерживавших его возле привязи.

— Вот как ты это себе рисуешь? Это для всех людей, мы с тобой, такие же люди. А их то, – я кивнул в сторону отпрянувшего жеребца, – ты не обманешь. Они за версту чувствуют нашу суть. У нас только Док и Мерлин верхами смогут, ну ты ещё, может быть. Дворф, верхо́м, это нонсенс. Ну может, если лестницу, вместо стремян приторочить. Хотя, – я хитро посмотрел на девушку. – я тоже мог бы проехаться… на тебе… и не раз… стати-то на загляденье.

В ответ я получил такой удар в область печени, что несколько секунд ловил ртом воздух.

— Слышь ты, озабоченный, вон в тавернах куча девок, что за пару монет готовы весь твой аппетит удовлетворить, и, главное, с нашим доком, тебе никакие болячки не страшны. Объезжай их, сколько сил хватит.

— Ну предложить ведь стоило. – Я вытер невольно выступившие слёзы.

— Предлагальщик хренов. – девушка отвернулась и стала пробираться сквозь толпу на выход.

В четвёртой по счёту таверне мы, наконец, обрели долгожданный отдых. Сняли три комнаты и заказали ванну. Вернее, большую деревянную бадью, наполненную почти до краёв тёплой водой. Каждому. Расточительно? Да. Но после недельного перехода по пыльным дорогам, оно того сто́ит, к тому же деньги, в нашем случае, роли не играют. Слава Заппе, ну и купцу, конечно, тоже спасибо.

Симпатичная служанка, подоткнутым повыше, чтобы не замочить, подолом платья, принесла мне, зарывшемуся, по ноздри, в густую мыльную пену, очередной кувшин вина́. Ух, я даже не подозревал, что это такой приятный напиток.

Глядя на стройные, белые ноги девушки, я не удержался и провёл по её щиколотке рукой.

— А скажи-ка милая, – я посмотрел девушке в глаза, а не хотела бы ты заработать дополнительно пару монет.

— Что вы такое говорите? – девушка чуть отстранилась. Но уходить не спешила. – Как можно?

— Ну так и я об этом же. – Я сел, демонстрируя вполне красивый торс. – Мы, вместе с тобой, это и узнаем – как можно.

Я махнул рукой и она, быстро наполнила мой бокал, а я, отхлебнув, продолжил.

— И время, мы неплохо проведём, и ты внакладе не останешься.

— Нет. Что вы такое говорите. Никак, такое, не можно, у меня работы много, да и жених мой…

Я протянул руку и вытащил из кармана лежащей рядом куртки, золотую монету. Покатав её между пальцами, я снова спрятал её в карман, успев отметить алчный огонёк, зажёгшийся в глазах девушки.

— Ну как знаешь, но сегодня вечером, я на сеновале буду звёздами любоваться. Если передумаешь, можешь составить мне компанию, но тогда вина́ кувшинчик не забудь прихватить, ветчинки, какой-нибудь и сыра, а то созерцание звёзд очень способствует развитию аппетита. Да, совсем забыл, а зовут-то тебя как?

— Ой, так Марой родители назвали. А вас?

— Гуан. Ао Гуан – последнюю фразу, я произнёс, опуская голову в мыльный раствор, и она вышла несколько невнятно.

— Дон Гуан. – повторила девушка, несколько коверкая моё имя. Но такое сочетание мне даже понравилось. – Красиво звучит и звёзды мне нравятся.

И девушка умчалась работать.

В таверне мы провели неделю, и вовсю изображали поиски работы. Но, то ли наш вид не внушал местным доверия, то ли охрану здесь набирали как-то иначе, результата не было. Хотя, признаюсь, я провёл это время вполне приятно. На облюбованном мной сеновале перебывали практически все служанки этой таверны и я всерьёз стал засматриваться на жену хозяина, высокую, крепко сбитую, грудастую женщину лет тридцати-тридцати пяти.

В том, что моё предприятие может увенчаться успехом, я нисколько не сомневался. Я просто инстинктивно чувствовал, что нужно сказать или сделать, чтобы неприступная, с виду, крепость – пала. Хорс оказалась единственной, на кого мои чары не действовали.

Зачастую, чтобы соблазнить очередную красотку даже денег не требовалось. А уж довольные лица и соловеющие при встрече глаза служанок, служили лучшей рекламой и одновременно раздражителем, для остальных постояльцев, ну и, разумеется, хозяина таверны, не раз замечавшего мои заинтересованные взгляды направленные в сторону его жены.

За приятным времяпрепровождением, я, всё-таки не забывал и о нашем предприятии. Незаметно, расспрашивая обо всём, своих незадачливых подруг.

Организацией поисков работы занимались Мерлин и Док, Хорс проводила бо́льшую часть времени на базаре, возле лошадей, где попадались довольно симпатичные экземпляры, посреди толчеи покупателей и продавцов.

Среди первых она быстро снискала славу знатока, и уже многие, желающие купить коня, обращались к ней за советом. Что не добавляло ей популярности среди продавцов, желавших, по обыкновению, выдать старую клячу за породистого скакуна.

Дворф тоже бродил по городу, но поближе к кузницам и оружейным лавкам. И многие заглядывались на украшенное рунами двойное лезвие его секиры, подобно крыльям, раскинутое за его спиной, предлагая за неё вполне неплохие деньги. Но коротышка только отшучивался, усмехаясь и разглаживая заплетённую в несколько косичек бороду, объясняя, что она не продаётся.

К концу восьмого дня терпение у местных лопнуло. Или может это сам Заппа, обратил-таки, на нас внимание и ужаснулся тому, что мы, по непонятной причине, избегаем всяких коварных подлостей и при этом сами их, почти не строим и имя его прославляем слишком мало.

Я как раз прощался с довольной, от совместно проведённого времени, женой трактирщика, когда взлетевшая по лестнице на сеновал Хорс, замахала рукой, подавая сигнал тревоги.

Трактирщица, приводившая в порядок свою растрёпанную одежду, стояла спиной к выходу и поэтому её не заметила. А я, застегнув быстренько куртку и подхватив лежащие рядом мечи, чмокнул её в шею, пробормотав приличествующие моменту слова, и спустился вниз.

— Ну, что тут у вас? – я посмотрел на спутников и только тогда перевёл взгляд на улицу.

По улице, не спеша, двигалась толпа не толпа, но человек двадцать-двадцать пять точно. На их лицах читалось явное желание пересчитать чьи-то рёбра. И единственными кандидатами для таких подсчётов, по их мнению, были мы.

— Кажется, это по нашу душу. – голос Мерлина прошелестел над двором.

Позади раздался шорох, и из-за угла вышли хозяин таверны и трое дюжих молодцов, демонстративно поигрывающих недлинными шипастыми дубинами в мощных руках.

— Ну что, гости дорогие, попотчевать мы вас хотим. – голос хозяина, сиплый от напряжения звучал немного глухо. – Да и плату потребовать…

— Так мы с тобой, мил человек, – дворф поправил закреплённый на спине, поверх древка секиры, небольшой овальный щит. Придающий ему сходство со вставшей на задние лапы, бородатой черепахой. – вроде как, ещё за неделю вперёд расплатились.

— Расплатились, да только деньги ваши фальшивыми оказались.

— Врёшь, собака, – прорычал я, еле сдерживая подступающее бешенство. – Деньги честные были. Вон как ты тогда золотой схватил. С рукой не оторвать, если бы назад потребовали.

— А ты вообще молчи, паскуда. – трактирщик оскалился на меня, – всех девок в трактире перетрахал, вот теперь их мужья, да женихи разбираться с тобой хотят.

Он кивнул, указывая на сопровождающих его молодцев.

— Ну, так вознесите хвалу Заппе, что я и вас ещё не перетрахал. – Мой голос был наполнен ироничным ядом. – Кстати, твоя жена, трактирщик, оказалась самой умелой и толковой, по этой части, среди всех. Хвалю.

С бешеным рёвом трактирщик кинулся в мою сторону, размахивая дубиной.

— У-убью, с-сука – заревел он.

В ответ я пнул небольшой булыжник, лежавший у меня под ногами. Камень пролетел и попал точно под опускающуюся ступню бегущего трактирщика. Тот потерял равновесие и увлекаемый инерцией собственного тела, рухнул вперёд, натыкаясь переносицей, на летящий ему навстречу носок моего сапога. Раздался хруст, кажется, переносица не вынесла такой нежной встречи, и трактирщик застыл, растянувшись на земле, лицом вниз. Из-под его головы потекла небольшая струйка крови.

— Ты не вознёс хвалу Заппе, несчастный, – как можно более назидательным тоном сказал я.

Дальше началась короткая потасовка с тремя его помощниками, закончившаяся как раз в тот момент, когда с улицы во двор стало входить подкрепление. Первым шёл, то ли жрец, то ли шаман, то ли колдун, впрочем, какая разница. Он вытянул руку в сторону Хорс и прокричал что-то, напоминающее заклинание. С его пальцев сорвалась небольшая молния и устремилась к девушке.

Не долетая нескольких шагов, молния круто взмыла в небо, и оттуда, с тяжёлым грохотом обрушилась на голову пославшего её колдуна.

Треск, грохот, от ворот остались только обломки столбиков. От удара посрывало ставни и повылетали окна в близлежащих домах. На том месте, где стоял колдун, зияла глубокая яма, на краю которой дымился обугленный башмак, с торчащим из него обломком кости.

Подступавшие люди, разлетелись по сторонам, как кегли и многие из них катались по земле, держась за уши. Но теперь те, кто успел прийти в себя, решили идти до конца. В их руках появились ножи и камни.

Устраивать великое побоище, не входило в наши планы, и мы поспешили покинуть, ставший столь негостеприимным двор, воспользовавшись коновязью возле высокого забора. Одного только Гуго, пришлось подсаживать, его роста немного не хватало, чтобы красиво взобраться на высоту. Но Эльф снизу, а мы с Хорс, тянущие его вверх за руки и вот… мы, все вместе, уже вовсю улепётываем по узким улочкам города.

— Что это было, Мерлин? – бежавший рядом с магом Гуго, вопросительно глянул на товарища и кивнул в сторону оставшегося позади, постоялого двора.

— Кажется, немного напутал в расчётах. – маг на бегу пожал плечами. – или заклинание отражения, почему-то усилило изначальный импульс, брошенный в нас, тем несчастным.

— Ну да, ну да. – дворф ехидно улыбнулся. – Но мне кажется, что апокалипсис в этом мире, должен был вызвать Заппа, хотя теперь я в этом сомневаюсь.

— Ну, никто ведь не говорил, что ему не надо помогать. – парировал маг.

Из города мы выбрались почти без пострадавших, конечно, если не считать шестерых стражников, никак не желавших открывать ворота с наступлением вечера.

Мы вырвались на простор, а толпа преследователей рванула за нами вдогон.

К нашей радости мы бежали по дороге к главному, в этих местах, Храму Заппы, а сзади, почти наступая нам на пятки, неслась толпа разъярённых, вошедших в раж, горожан.

Когда мы взбежали на мост, через достаточно широкую речку, отделяющую Храм от прилегающей местности, с горы, на которой располагался Храм, сорвался обмотанный горящими верёвками, каменный шар.

Мы уже достигли центра моста, когда набравший приличную скорость шар, буквально вылетел нам навстречу.

— Прыгаем вниз, – голос Хорс пробился сквозь каменный грохот.

Возражений не последовало. Первым полетел дворф, за ним сиганул я, потом Хорс и Мерлин, а следом и подзадержавшийся эльф, рассыпавший по земле какие-то травы или коренья, признаться честно, я и не рассматривал. Не до того было.

В полёте я успел, таки, перекинуться обратно в дракона и снова, как и впервые попав в этот мир, плашмя грохнулся в воду. Хорс тоже предпочла вернуть свой естественный облик и в воду свалилась снова вместе с уцепившимся в её рог Мерлином.

Как падал эльф, мне разглядывать было недосуг. Нужно было срочно пополнить запасы энергии, всё-таки увеличение собственной массы в несколько десятков раз, даром не проходит.

Глава 9 Дворф

На берег выбрались, как в первый день появления в этом мире. С той только разницей, что теперь мы были возле одного из главных храмов Заппы. В этом мире таких храмов было шесть и как нам удалось выяснить, где-то был ещё седьмой, тайный храм. Но его местонахождение, нам предстояло выяснить.

А пока, мы снова обсыхали на пологом берегу реки, часах в пяти, пешего хода, от храма.

Я смотрел, на своих спутников и поражался. Поражался тому, что всего за месяц, мы всё-таки превратились в некое подобие сплочённого коллектива. За те три дня, что мы провели в городе, никто не отлынивал от общей работы.

Что мы делали? Мы собирали информацию. Ведь как ещё найти обитель божества? Указатели на дорогах, мол бог такой-то, там-то и там-то, как-то не стоят.

Каждый двинулся в своём направлении, а по вечерам, делая вид, что накачиваемся, довольно посредственным, на мой вкус, пивом, мы неторопливо обсуждали полученные новости, стараясь вывести единую картину.

Наш любвеобильный дракон, оказался самым лучшим добытчиком информации. Да и правда, где ещё её искать, как не в таверне, куда вхожи и купцы, и жрецы. А расторопные и вместе с тем, незаметные служанки, слышат очень многое. А потом шепчут друг дружке по секрету. Ну и нашему сердцееду заодно тоже всё выбалтывают. Умеет он к ним подход найти. И главное, что между девками никакого соперничества не возникает. Чудо, да и только.

Вернее, было чудо. Но, кажись, Заппа или его жрецы нас заприметили. И вот, мы снова, мокрые и голодные, хотя тут я немного наврал, сидим на берегу реки и сушим одежду.

А пока есть время. Я могу подумать над одной идеей, что посетила меня в тот момент, когда мы о шести храмах узнали.

Один-то рядом, а остальные пять? До них ведь тоже добираться надо. Надо будет у жрецов карту взять. Конечно, если она у них есть.

Мерлин, сидит на песке и чертит какие-то линии. Может новое заклинание, рассчитывает? Хотя с его погрешностями даже и не знаешь, что выйдет в итоге. То ли пшик, а то ли взрыв. Но в последний раз, это сослужило нам неплохую службу. По крайней мере, мы смогли избежать большой трёпки. А их колдун, сам виноват. Нефиг проклятьями кидаться. Да и ворота, городские жители, повесят новые, если, конечно, доживут.

Док. Обошёл всех, проверил, поводил руками, успокоился и теперь дремлет, привалившись к камню. Мы спросили, отчего он глаза себе не поправит? На это он ответил, что уже привык, да и внутренняя суть вещей почему-то, с такими глазами, лучше видна.

Хорс, вернувшая себе облик единорога, отправилась вверх по берегу. То ли на разведку, то ли просто побегать.

Да и дракон, вылезший из речки сытым и довольным, грел брюхо под лучами ускользающего за горизонт светила, в своём естественном обличьи.

Вернулась Хорс. Усталая и задумчивая. Снова в человеческом облике. Сорвала ветку с ближайшего куста и стала чертить на песке какую-то схему.

— Хорс. – Ао приоткрыл один глаз и тихонько пыхнул на камни. – ты решила у Мерлина хлеб отобрать? Это он обычно заклинания и пентаграммы всякие чертит.

— Я не заклинание черчу, а план местности. Пока кто-то брюхо, в речке набивал, я успела сбе́гать к храму на разведку.

— И что?

Все потихоньку расположились вокруг рисунка Хорс.

— Итак. – Хорс указала палочкой на рисунок. – Храм располагается на горе, со всех сторон окружённой широким и достаточно глубоким рвом с водой. С наружной стороны рва шагов на триста простирается совершенно голое пространство в форме правильного шестигранника. Границу, этого шестигранника, можно пересечь только в одном облике. Я пробовала и так и этак. Но результат один. Внутрь ты проходишь либо человеком, либо единорогом. Внутри шестигранника обернуться не получается, хоть тресни. Через ров прокинуты шесть мостов, и по воде к ним не подойти. Высота от воды до края рва, где-то три человеческих роста. Кстати, по одному из мостов мы попытались перебраться. Тот камешек, одна из форм защиты, там ещё и другие есть. То есть в случае тревоги, Храм становится неприступной крепостью.

Затем, возле мостов, стоят посты, где у всех прибывающих изымают всё, что можно использовать как оружие.

После этого, все шесть дорог, идя по спирали, сливаются в одну, которая и проходит последний, седьмой, виток до ворот, собственно Храмового комплекса.

Вот я и думаю, как обезвредить дозорных, чтобы по-быстрому войти в Храм. Иначе мы его до смерти штурмовать будем. Армии-то у нас нет.

— Значит, снимаем одну заставу и бегом. – пожал плечами Ао.

— Не выйдет. – пожала плечами Хорс. – все дороги к храму, идут по спирали и все по ним идущие видны как на ладони. И что-то мне говорит, что заклинания отвода глаз, там также не сработают. То есть гасить, и быстро, надо всех. К тому же ночью. Уж слишком мы из толпы выделяемся. Ни желтолицых, ни дворфов здесь отродясь не видывали.

— А если их всех усыпить? – задумчиво пробормотал Док.

— Я видела, смену караула. В карауле семь человек. Старший и шесть караульных. Мост стерегут, только двое. Значит, двое на посту, двое бодрствуют, а двое спят. Вот и как тут быть?

— Надо пару ночей понаблюдать, – сказал я. – а я пока делом займусь. У меня одна идея появилась. Док, ты сможешь сделать такой, летучий, усыпляющий сбор, чтобы при вдыхании надолго вырубил?

— Думаю да. – Док потёр переносицу. – Конечно, в принципе, легче ядовитую смесь сварить. Вот только с ней обращаться придётся очень осторожно.

— Нет, уж лучше сонную делай, не сто́ит забывать, с каким богом воюем.

— Да, ты, наверное, прав.

– Тяжело ощущать себя беспомощным. – подал голос Мерлин. – если я правильно понимаю, вблизи Храма любое заклинание способно превратиться в не пойми его что. Что совершенно сводит на нет, моё магическое участие. Значит, у меня в распоряжении, только посох и меч.

— Ещё и дальнобойный арбалет, – добавил я. – я сейчас как раз обдумываю конструкцию прицела, чтобы как можно точнее стрелять с дальней дистанции и особенно ночью. Как раз на тот случай, когда магия бесполезна.

* * *

Богиня Отбалды, расстаралась на славу, одаривая меня. Нет. Я не приобрёл способность менять внешность или летать. И не научился лечить или швыряться файерболами. Мне досталось нечто более ценное. Я получил уникальную способность к материаловедению. Способность понимать любой материал, будь то металл или камень, дерево или ткань. Видеть их сочетание и соответствие. Помимо этого, богиня даровала мне способность находить залежи руд и минералов. Понимать рунную вязь, которая при правильном сочетании способна на столь многое, что я был просто шокирован, когда понял это. Например, нож из обычной стали с правильно нанесёнными рунами, по своим свойствам приближался к своему собрату из мифрила. Именно поэтому я украсил рунами всё наше оружие.

Ещё одним подарком, стала способность рассчитать практически любой механизм.

Единственное, чего не хватало для абсолютного счастья, это необходимых навыков при работе с некоторыми тонкими материалами. Но здесь дело только в терпении и упорстве. А этого добра, у меня с избытком. Зато теперь, я могу спокойно заниматься своим самым любимым в жизни делом. Работать с камнями и металлами.

Так что сразу по окончании нашего разговора, я засел за расчёты, негромко мурлыкая себе под нос нашу клановую песню:

… Заготовки молот бьёт

Кровь ликует в теле

Льёт горячий, жгучий пот

Здесь куют металл.

Мышцы крепкие блестят,

Поколись железо.

Чтоб вовек лихой булат,

Устали не знал.

Раздуваются меха,

Сложен ход процесса.

Это вам не чепуха

Здесь куют металл.

(Ария)

— Кстати, а вы заметили, что наш друг Гуго, уже несколько недель не берёт в руки руны? – вдруг подала голос Хорс.

— А чего их брать? – я ответил, не отрываясь от расчётов. – Результат всегда один и тот же.

— Это какой? – Это уже Мерлин.

— А, вот такой.

Я не глядя достал из мешочка с рунами пяток камней и также не глядя кинул их на ближайший плоский камень.

— Ну, ни фига себе! – выразил общую реакцию Мерлин. – Это как, так?

Я мог и не смотреть. Результат в этом мире был всегда один и тот же. Плоские камни с нанесёнными рунами, прокатились по плоскости и как один встали на ребро.

— А вот так. Типа – понимай, как знаешь и делай, что хочешь. Предначертания нет. И, честно говоря, я этому очень рад. Я наконец-то свободен в своём выборе.

— Ты и до того был свободен, — В голосе Мерлина послышалась грустная усмешка. – Просто тебе не хотелось брать на себя ответственность за свои поступки. Мол, я сделал так, как руны сказали. А теперь крайних больше нет. Ты сам идёшь по своему пути.

— Может, ты и прав, очень может быть… Вот оно… Кажется, должно сработать.

— Что должно сработать? – Спросила Хорс.

— Я придумал, как сделать прицел, позволяющий, довольно точно стрелять в ночное время. И поверь мне, это нам очень. Теперь осталось воплотить это всё в жизнь. – и посмотрев на дракона, просто для проформы, спросил. – Ао, поможешь?

Глава 10 В чертогах богов

— Ну, что, мои дорогие. – в голосе бога Ахули играли довольные нотки. – наши засланцы начали действовать. Тётушка, ты была, как всегда, права. Их появление в мире Заппы сразу, достаточно далеко, отодвинуло апокалипсис нашего мира. И я с нетерпением жду развития событий.

— Хочешь на могиле Заппы станцевать? – богиня Данунах посмотрела на брата.

— Ну а, что. Заманчивая идея.

Внезапно вокруг слегка потемнело.

— Что-то мне подсказывает, – пробормотала богиня Нихуа-хуа, – что с танцами придётся повременить. К нам дедушка Мир пожаловал.

— Вот, его только нам и не хватало, для полного счастья. – богиня Отбалды направилась к двери, а потом шагнула чуть в сторону и набросила полог невидимости.

В распахнувшуюся дверь ворвался порыв свежего ветра, разбегаясь по углам весёлыми протуберанцами. Выметая из углов вековую пыль, вспыхивающую яркими искорками в лучах небесного светила. Следом за ним, уверенной поступью в зал прошёл дедушка Мир.

Молодые боги склонились в почтительном поклоне.

Мир прошествовал в центр зала, небрежно бросив на ходу:

— Оти, девочка, тебе уже давно не пять лет, чтобы столь нехитрым способом, со мной в прятки играть.

Пыльные протуберанцы завихрились вокруг спрятавшейся богини, окрашивая её силуэт в искрящееся золотом платье.

Отбалды вздохнула и, сняв полог, подошла.

— Привет, папа!

— Привет, дочка! Давно не виделись. Но об этом – потом. Сначала о главном. Это хорошо, что вы схватились с Заппой. Парнишка несколько зарвался. Но уничтожать его, я вам запрещаю. Это понятно?

Глава 11 Подготовка

Терпение и труд, всё перетрут. Правы были предки. Вот и я испытал всё это на своей шкуре, так сказать. Или гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Это тоже про меня.

Ведь что получилось? Теоретически я и прицел, и дальнобойный, многозарядный, скорострельный арбалет рассчитал, а вот из чего всё это добро сотворить? Нет, железной руды вокруг много и ещё кое-какие минералы встречаются. А вот с деревом, туго. Те деревья, что в округе растут, не годятся даже для детской рогатки. И второй вопрос, как подкрасться по открытому полю, чтобы нас не заметили?

С этим Док хорошо помог. Пока мы головы ломали, над тем, как обмануть караульных, он разъяснил, что наш глаз видит не всё, особенно при плохом освещении, а только частично. Знакомые контуры. Остальное мозг дорисовывает. И так мне эта идея понравилась, что решение нашлось, само собой.

— Послушайте, – я решил поделиться с остальными. – а ведь нам нужна просто ткань.

— Хочешь сшить мне новое платье? – съехидничала Хорс.

— Что-то вроде. – я остался серьёзным. И не только тебе. Мы сошьём плащи для всех. Но не просто плащи, а такие плащи, что сделают из нас почти невидимок.

— Это как? – Ао с недоверием посмотрел на меня.

— Как сказал док, наши глаза ищут контуры знакомых предметов, и потом мозг дорисовывает картинку, так?

— Ну, так. И что?

— А, то. Мы сошьём широкие, бесформенные плащи, понатыкаем в них травы, веток и прочего мусора, чтобы, лёжа на земле, сливаться с местностью. И тогда в сумерках сможем незаметно подползти на расстояние уверенного выстрела из арбалета. Главное ведь, чтобы силуэт человека потерялся.

— В принципе идея хорошая. – присоединился к разговору Мерлин. – Дело за малым, раздобыть ткань.

— И дерево для арбалетов. – добавил я. – Того арбалета, что есть у Хорс, для нашей задумки, явно недостаточно. Да и маломощный он.

Пришлось нам выходи́ть на большую дорогу. По тому, как в соседних городках, как мне кажется, про нас уже слышали. А значит, соваться туда, нет никакого смысла.

Город, в котором мы уже отметились, мы обошли по дуге, чтобы, на всякий случай не напрягать храмовников. Так себе военная хитрость, но у нас небольшой цейтнот, а потому придётся действовать максимально быстро и нагло.

Да и с человеколюбием, у нас появляется проблема. Любой свидетель, нежелателен. Отсюда вывод – свидетели нам без надобности. В общем, розовые сопли гуманизьма, сто́ит слить в деревянный туесок и прикопать, до лучших времён.

Вокруг города обходили скрытно, по ночам. Благо ночи здесь такие тёмные, хоть глаз коли. Первым шёл, обычно, Мерлин, зажигавший перед собой небольшой тусклый огонёк. Освещавший пространство в пару шагов. Причём так, что мы все при этом, оставались в глубокой тени.

Ао, попытался пошутить, мол, что это даже странно, что Мерлин создал такой маленький огонёк, а не устроил пожар. Но Мерлин, на это, никак не отреагировал.

На третью ночь мы вышли к предполагаемому месту. Тут даже какой-никакой лес имелся. А деревья, так себе. Хотя… Если распустить на полосы несколько вот таких, тонких, разнопородных стволов, а потом проклеить, чередуя их между собой. Да усилить их с помощью рун… Должно получиться вполне сносно. Так и сделаю.

Довольный собой, я прислонился к дереву и задремал. Где-то в траве стрекотали цикады, ночные птицы щебетали и перекрикивались. А лёгкий, тёплый ветерок неторопливо шевелил волосы. Эх и хорошо же.

Наутро оказалось, что мы в лесу не одни. Тут же неподалёку обитала ватага разбойников. Хотя какие они, к Заппе в задницу разбойники? Так, сброд. Несколько копий, больше похожих на колья, полдесятка мечей, с десяток ножей и три лука. Но, такого плохого качества, что ими легче было причинить вред самому себе, чем противнику. Но как металл, сгодятся. Кстати, обитала это ключевое определение относительно ватаги. Да и дела у них шли не ахти. Даже у атамана в тайнике, всего пара золотых и несколько побрякушек оказались. Хорошо хоть провизией запаслись, да землянки вырыли. Это и нам пригодится. Сейчас Мерлин с Доком в них крыс, да блох разгонят и можно заселяться.

А в лесу появился новый холмик. Навсегда приютивший наших неудачливых конкурентов.

За неделю, что мы провели в ожидании, я успел собрать по арбалету на каждого. И теперь, с наступлением вечерних сумерек, мы могли спокойно тренироваться в точности стрельбы, прямо на дороге. Благо, что с наступлением темноты, движение здесь, полностью прекращалось. А нам, того и надо.

Ночные прицелы работали — любо, дорого посмотреть. Достаточно было через маленькую дырочку прицела, увидеть прицельный пенёк с нанесённой на него светящейся точкой, а затем совместить его с мишенью и вуаля. Погрешность на двухстах шагах, составляла, что-то около ладони. И то, это скорее от отсутствия тренировки.

Некоторое время я потратил на то, чтобы улучшить конструкцию, в сторону облегчения взвода и скорострельности. Особенно долго пришлось повозиться с барабанной конструкцией магазина и правильным позиционированием прицела. Но результат того стоил. Наш отряд получил четыре, девятизарядных, блочных арбалета, способных с двадцати шагов ссадить закованного в броню всадника. А при желании на немного удлинённую стрелу навинчивался коробчатый наконечник, наполненный тончайшей пылью из каких-то, известных только нашему эльфу трав, и который при вдыхании, мгновенно вырубал вдохнувшего, на несколько часов. Кстати, действие этого порошка, я испытал на себе. Ощущения, после пробуждения такие, будто неделю в запое был.

На восьмой день мы наконец дождались устраивающего нас каравана. Нет. Этот, конечно, был не единственным караваном. Их обычно проходило два-три в день. Но практически во всех, присутствовали дети. А мы хоть и враги, но не изверги же. Чтобы детей убивать.

Эти двигались от города, в довольно активном темпе. Несколько укрытых телег, в сопровождении десятка стражников.

На одной из телег возвышалась конструкция, напоминающая железную клетку, полностью обёрнутую тканью. На телеге, по углам клетки, сидели четверо охранников, в одеждах жрецов.

— Располагаемся с двух сторон дороги, попарно. – Ао, взял на себя роль командира. – один стрелок в двух шагах от другого. Как только весь обоз выйдет на эту поляну, начинаем стрелять. Дальние стрелки снимают авангард, ближние, соответственно арьергард. Тогда им будет некуда деться. После этого переносим стрельбу в центр. Чем больше стражников подстрелим, тем меньше рубить придётся. И главное, следите, чтобы никто не уполз, под шумок.

Добивайте всех, даже если у него стрела из глаза торчит. И обязательно рубите башку. Вдруг их коллеги могут заставить мёртвых разговаривать. А без башки ещё никому не удавалось говорить.

— Злой ты. – усмехнувшись сказала Хорс.

— Злой. – подтвердил Ао. – И, знаешь ли, я предпочитаю быть живым злодеем, а не мёртвым добряком. Так всё, потом будем разговоры говорить. Быстро по местам.

Следующие полчаса напоминали избиение младенцев. Сопровождающих стражников и троих из храмовников, что сторожили клеть, мы вынесли с дальней дистанции. Четвёртый, заверещал и стремительно рванул к лесу, прикрываясь мешающей стрелять клетью. Но видно Заппа не сильно разбирается в том, кто прав, а кто виноват. А потому… Не добежав до спасительных кустов, каких-нибудь пять шагов, он получил в грудь, аж три стрелы, вылетевшие из кустов. Как оказалось, предыдущая ватага, спрятала там самострел, хитро замаскировав в траве верёвку, спускающую курок.

Вот и нам урок. На месте этого бедолаги могли быть и мы.

Из закрытых кибиток выбрались отдыхавшие там храмовники. Ещё человек восемь. Все с короткими мечами и щитами. И они даже попытались оказать сопротивление. Уважаю. Но вот беда. О каком сопротивлении может идти речь, когда прекрасная дворфовская сталь, да ещё усиленная рунами вдобавок, перерубает и мечи, и доспехи, как будто они из соломы.

Старший жрец, в этой команде. Невысокий толстяк в белоснежной, разукрашенной рясе, попытался повторить трюк с побегом, но был остановлен камнем, угодившим в его мясистый затылок, который швырнул Ао.

Глава 12 Допрос

Вся атака и последовавшее за ней заметание следов заняли чуть более получаса. В итоге мы получили шестёрку коней, пять телег, огромный отрез ткани, который сняли с клетки, закрытой на магический замок. Приличный запас продовольствия и большое количество железного хлама, из которого я, на досуге, не сильно усердствуя, наделаю разной утвари. На обратном пути прикинемся торговцами. Будем в окрестных деревнях торговать, а заодно, что-нибудь полезное узнаем.

Оставался вопрос, что нам с храмовником делать и как распорядиться трофеем из клетки.

Для начала о трофее. Им оказалась молодая женщина, одетая в остатки некогда красивого одеяния жрицы. Интересно, чем же она провинилась? Помимо того, она была закована в магические кандалы, которые полностью блокировали её способности. По всему телу были видны следы побоев и издевательств. Грязная, оборванная, с давно немытым телом и волосами, она лежала на полу клетки и, если бы не изредка сла́бо вздымавшаяся грудь, её можно было бы посчитать мёртвой.

— Хорош валяться. – Ао пнул лежащего без сознания храмовника в бок. – просыпайся, разговаривать будем.

— Где я? – храмовник сделал вид, будто только что очнулся. Затем приняв грозный, по его мнению, вид потребовал: – А ну, быстро развяжите меня, остолопы. Вы что, совсем страх потеряли? Вы, сучьи дети, на кого напали? Да я на вас всех сейчас, гнев бога, нашего, Заппы обрушу!

При этом он так страшно вращал глазами, что Хорс, даже отвернулась, чтобы в голос не захохотать.

— Гуго, друг мой, – обратился ко мне Ао. – ты случайно не брал мой страх, из мешка.

— Чего? – я не ожидал такого вопроса, и моё удивление не было наигранным. – Ничего я не брал.

— Странно пробормотал он отвернувшись. – Значит, точно потерял. Представляешь, мне нестрашно.

Он повернулся к храмовнику, и тут я увидел, что в искусстве обращения, Ао взял новую ступень. На, вполне человеческом теле, красовалась уменьшенная копия его драконьей ипостаси. Вместо правой руки красовалась чешуйчатая, когтистая, четырёхпалая лапа.

Чёрный, изогнутый коготь упёрся храмовнику в грудь, а два жёлтых глаза с вертикальным разрезом зрачков, уставились в его глаза.

— А тебе не с-с-траш-ш-но? – шипящим шёпотом спросил Ао храмовника. При этом из его пасти вылетели язычки пламени, попавшие на одежду и волосы несчастного.

Ведро воды обрушилось на голову храмовника, сбивая пламя.

— Аккуратнее надо, Ао. – Док провёл по обожжённой плеши. – Мне кажется наш, гм, гость и сам нам расскажет, всё, о чём мы его не спросим. Ну вот хотя бы для примера.

Он указал рукой в сторону клетки.

— Это кто?

Храмовник скривился так, как будто ему в рот запихали что-то кислое.

— Настоятельница пятого храма этой мерзкой богини Йиххуу.

— Вот как, – Док изобразил живейший интерес. – и чем она так провинилась, что её в клетке везут, как зверя какого? И куда вы её везли?

— Вы что с неба свалились? Йиххуу – богиня счастливой случайности и случайного везения. Только глухой про неё не знает.

— Ну, мы некоторое время были заняты, и как-то не следили за ситуацией. А потому расскажи нам всё.

Толстяк посмотрел на нас с удивлённым недоверием, а потом стал говорить.

— В нашем мире всегда были два божества. Великий Заппа-дло и премерзкая Йиххуу. Что пустыми обещаниями и незаслуженными подарками сбивает истинно верующих с их пути. Одно время, оба культа сохраняли равновесное влияние. Но, со временем, Благословенный Заппа, так усилил своё влияние на сущее, что культ Йиххуу стал затухать. И тогда мы, недостойные служители вседобрейшего Заппы, смогли начать наш великий поход против мерзких еретиков.

— Ты сказал, что она настоятельница пятого храма. А сколько их всего?

— Изначально, у обоих божеств, в разных частях мира располагались по семь храмов. Шесть явных и седьмой – тайный. Сейчас, у этих еретиков, осталось только два. Первый и третий. Наши доблестные воины сейчас осаждают третий храм. И мы везли эту дрянь, – он кивнул в сторону клетки. – чтобы прилюдно предать её огню, на виду у всех защитников третьего храма. Ну и для того, чтобы простолюдины увидели, что ждёт всякого отступника.

— Понятно. – Док потёр руки. – А теперь милейший, поведай нам о вашем храме на горе. Расскажи нам всё. Мы люди любознательные, нам всё интересно. Как войти и как выйти из него. Кто и где живёт. Сколько служителей в храме и сколько охранников. Как ходят караулы, где какие комнаты. И где какие ловушки, тоже расскажи. Особенно подробно о ловушках и о настоятеле храма. А, также, где его искать.

— А не многого ли вы хотите, господа разбойники? Вам бы господа нашего Заппу, о пощаде молить, за то, что вы натворили. Вас ведь очень быстро найдут.

— Да мы-то, особо и не прячемся… – пожал плечами Мерлин. – А вот скажи милейший, ты можешь эту дверь открыть?

Мерлин кивнул в сторону клетки.

— Ха. Она только в одну сторону открывается. Туда. Оттуда только пепел вылетает.

— Как интересно. – Мерлин поднялся и посмотрел на Хорс. – Пойду попробую с заклятием разобраться. Поможешь?

— Но я же не маг. – Хорс посмотрела на Мерлина.

— Да, но ты представитель магических существ и твоё присутствие может оказаться необходимым фактором. Я уже мельком осмотрел этот запор и у меня есть кое-какие соображения.

Они ушли возиться с клеткой, а, Док снова повернулся к толстяку.

— Ну, так что, милейший? Мы вас внимательно слушаем.

— Ещё чего. Я вам больше ничего не скажу. Даже если пытать будете. Я боли не боюсь.

— Вот как? – Док зашёл ему за спину, а затем, как-то странно изогнув пальцы, ударил.

После чего отошёл немного в сторону.

Толстяк простоял ещё пару вздохов, а затем упал на землю и заорал. Его скрючивало и выгибало. Его желудок и мочевой пузырь освободились почти одновременно, и в воздухе повис противный запах. А толстяк всё продолжал вертеться. Спустя несколько мгновений из его носа пошла кровь вперемешку с соплями. А от крика он сорвал голос и только надсадно хрипел. Его зубы, клацая, прокусили губу, но он этого даже не заметил.

Когда кровь показалась в уголках его глаз, Док подошёл, сложил пальцы несжатой щепотью и снова ударил в область спины. Толстяк тут же затих и только тихонько скулил, свернувшись калачиком на земле.

Док подошёл и провёл рукой по его горлу, возвращая нормальное состояние его голосовым связкам.

— Ну что, милейший? Повторим или поговорим? Да и позволю себе лёгкий намёк. То, что вы сейчас испытали, это очень лёгкая форма воздействия. Есть и более сильные формы. И можете быть уверены, что я, незамедлительно готов их на вас применить. Умереть при этом я вам не дам, впрочем, как и сознание потерять. А это значит, что вы получите всю полноту ощущений. Так как?

— Я скажу, всё скажу – толстяк обречённо склонил голову. – Только не надо больше. Пожалуйста.

— Всё зависит от вас, друг мой. Мы вас внимательно слушаем. Но сперва вам сто́ит помыться, вот за теми кустами. А то ваш запах, уж очень раздражает. Но пытаться сбежать, я вам не рекомендую. Вы ещё часа три не сможете активно двигаться, а если попытаетесь покончить с собой, можете быть уверены, я вам, так просто, это сделать не дам.

Толстяк взял в руки ведро воды, стоявшее неподалёку, и достаточно резво потрусил в кусты. Вернулся он спустя пять минут. В мокрой рясе и без штанов. Но зато и без мерзких запахов. Он опустился на песок и стал рассказывать, подробно поясняя свои слова рисунками.

* * *

— Вот видишь Ао, – Док повернулся к дракону, уже вернувшего на место человеческую ипостась и теперь увлечённо обгладывающего копчёную ногу какого-то животного. – добрым словом можно добиться многого.

— Угу, – ответил тот, проглатывая очередной кусок. – Особенно если одновременно нож у горла держать. А уж если ещё причинное место, при этом слегка в кулаке сдавить, то и вообще чудеса творить можно.

Рассказ храмовника занял почти час. Зато теперь, мы знали во всех подробностях устройство не только самого́ храма, но и его подземных лабиринтов. Как снимать или обойти ловушки, и где живёт сам настоятель.

— Всё. – храмовник поднялся на ноги. — больше я ничего не знаю. А теперь, вы позволите мне к вам присоединиться? А то мне обратного хода больше нет.

— Отлично, – Ао, стоявший на шаг в стороне и смотревший на рисунки, вдруг сделал резкий взмах рукой.

Толстяк вздрогнул, а потом обмяк и повалился на песок. Из центра его лба торчал кончик метательной звёздочки. Глаза жреца, сошлись к переносице, будто пытаясь рассмотреть, что это за новая штуковина появилась в центре его лба.

Ао наклонился, а затем вытащил своё оружие и вытер его об не успевшую просохнуть рясу.

— Всё дело в том, что я тебе не доверяю. – сказал он и повернувшись пошёл к клетке, с которой возились Мерлин и Хорс.

— Ну ты даёшь. – Хорс покачала головой. – Изверг, ты. Нет в тебе ни капли человеческого.

— Ты даже не представляешь, дорогуша, насколько ты права. Во мне действительно нет ни капли человеческого.

Мерлин, возившийся около дверцы, хмыкнул, а потом сделал какой-то пасс руками и сказал.

— Всё. Какое классное плетение. Надо запомнить. Где-нибудь пригодится.

Стальная дверца со скрипом распахнулась. Мерлин вошёл внутрь и вынес девушку на руках.

Сюда же подтянулся и Док, безотлагательно приступая к лечению несчастной. Даже не дожидаясь, пока Мерлин снимет с неё кандалы.

Глава 13 Спасённая

Повозиться им пришлось ещё около часа. Наконец док отошёл от бывшей пленницы сказав, что ей нужно немного поспать, а потом плотно поесть. Слишком она измождена. Судя по её состоянию, в плену, с ней не шибко церемонились. Учитывая кандалы, полностью блокирующие её способности. И он бы советовал, первое время, быть с ней очень осторожными. Пока она не придёт в себя, он ничего не может сказать о состоянии её психики. От пережитого она, вполне могла повредиться рассудком.

Пока прикопали тело храмовника, пока приготовили ужин, солнце уже скрылось за деревьями. Снова раздавался закатный, птичий гвалт. Вполне себе идиллическая картинка.

Трофейной ткани хватило на пять накидок и даже ещё осталось немного. И я тут же уселся за их изготовление.

Я раньше и не подозревал, насколько я, всё-таки люблю что-либо мастерить. От этого процесса я получаю физическое, прямо-таки, наслаждение. Вот и сейчас, глядя, как сшиваются кроёные детали в готовое изделие, я просто кайфовал, одновременно продолжая обдумывать следующую идею.

Немного погодя проснулась девушка-жрица. Она некоторое время лежала, почти не мигая, глядя в потолок. Потом осторожно пошевелила сперва одной рукой, потом другой. Затем пришёл черёд ног. Наконец, она повернула голову и увидела меня, как раз откусывавшего нитку от очередной пришитой детали плаща.

— Привет! – я постарался говорить не очень громко и придать своему голосу максимум дружелюбия. – Док тебя подлатал, но ты полежи ещё, пока похлёбка чуть остынет. А то обожжёшься, а док сказал, что тебя нужно хорошенько накормить, для восстановления сил.

— Здравствуйте, – девушка с интересом огляделась вокруг. – А, кто вы?

Голос девушки был низкий и чуть хрипловатый, но с красивыми обертонами. Он, буквально манил и завораживал. А её глаза, это вообще было нечто особенное. Яркие и разноцветные. Один ярко-синий, а другой изумрудно-зелёный. И зрачки. От круглой сердцевинки в стороны разбегались по семь лучиков. Я и не думал, что на свете могут быть такие глаза.

Я отложил в сторону, уже готовую накидку и встал со скамейки.

— Лично я – дворф. Зовут меня Гутфрит Гудбранд, для друзей просто Гуго. Вы тоже можете звать меня так. А как зовут вас?

— Беата Нунтиус. А где я?

В землянку вошла Хорс.

— Привет! Ты уже проснулась? Очень хорошо. Сейчас будем ужинать.

Она, не спеша, взяла с полки, вырытой прямо в песочной стене, стопку мисок и вышла обратно наружу.

— Так получилось, – сказал я. – что дорога, по которой ехали храмовники, оказалась слишком узкой. Повозки не смогли пройти, между деревьев. И они, были столь любезны, что решили поделиться лишним имуществом с нами. Среди прочего и твоя повозка оказалась. Вернее, та повозка, в которой тебя перевозили. Мерлину пришлось немного повозиться с замками, но он справился и теперь, ты у нас в гостях. Посреди леса, возле городка с... я даже не помню каким названием.

— А что вы здесь делаете?

— Ну я, например, в данный момент шью одежду для моих товарищей. Хорс, это та девушка, что сейчас заходила, сегодня кашеварит. Остальные, кто, чем занят.

— Вы разбойники?

— Мы? – я засмеялся. – Ну, для кого-то мы можем стать и разбойниками, и даже кошмарным сном. Для других, кем-то иным. Всё зависит от точки зрения. Захочешь познакомиться поближе, за ужином познакомишься. Не захочешь, лес большой. Иди себе с миром, куда глаза глядят. Насильно никто держать не станет.

— А где храмовники?

— Ну, как тебе сказать? – я немного замялся, подыскивая слова. – В общем, они на встречу с Заппой отправились, вместе со стражниками. Очень, знаешь ли, торопились. Даже прощаться не стали.

— Туда им и дорога. – голос девушки стал глуше.

— Ладно, – я отложил в сторону недоделанный плащ. – пошли ужинать, а то Хорс сердиться будет.

Посреди лагеря, тихо потрескивая сухими поленьями, горел костёр.

— Ну что, кутюрье, доделал своё рукоделие? – Ао с интересом разглядывал нашу гостью.

— А то. Кстати, это Беата – я кивнул в сторону девушки, а потом указал, по очереди, на своих товарищей – Это Док, вон тот, в балахоне, это Мерлин, ну Хорс ты уже видела и самый опасный красавец этого мира, в данный момент и во всех смыслах этого слова – Ао Гуан или просто Ао.

— Чем же он так опасен? – Беата присела на камень, лежащий поближе к костру.

— Ну, например, по своей воле я не хотел бы быть его врагом. А девушкам, он опасен вдвойне. Заговорит, окрутит и не заметишь, как из его постели вылезаешь…

— Ты на меня не наговаривай. – Ао скорчил обиженную физиономию. – Меня, в отличие от некоторых, девушки любят вполне бескорыстно.

Я не стал продолжать эту беседу, а сев на камень и приняв от Хорс миску с мясной похлёбкой, углубился в процесс поглощения пищи.

Все ели, не спеша, наслаждаясь, отдавая должное кулинарным способностям Хорс. Хотя, вот скажите мне, откуда кулинарные способности у единорога, а? Тем не менее дружный стук ложек по донышкам мисок, говорил сам за себя.

Глава 14 Гостья

Пока Беата сидела возле костра, никто, разумеется, о деле и не заикался. Говорили ни о чём, чтобы просто убить время. Отличный ужин, тёплый погожий вечер, весело потрескивающие в костре поленья. Со стороны могло показаться, что весёлая семья, выбралась на пикник. Ну или просто компания друзей, весело проводит время.

Беата, возможно, почувствовав свою неуместность, а может, действительно утомившись, ведь манипуляции Дока, они, конечно, исцеляют, но и сил отбирают, дай бог, ушла спать в землянку к Хорс.

Я, подождав немного, сходил в свою землянку и притащил один из готовых плащей. Остальные с интересом уставились на моё творение.

— Ты хочешь сказать, что вот этот кошмарный наряд, позволит нам незаметно подойти к заставе? – Хорс брезгливо оттягивала двумя пальчиками лоскутки ткани, нашитые поверх балахона и то тут, то там Выглядывающие между привязанными пучками травы.

— М-да, – Ао в задумчивости почесал голову. – на свидание, в таком наряде, точно не пойдёшь. И как этим пользоваться?

— Кверху каком. – я обиженно буркнул, в ответ на холодный приём моего детища. – Объясняю для особо сообразительных. Плащ-накидка, – я встал и набросил плащ на плечи. – выполнен таким образом, чтобы в сумерках или темноте, полностью изменить и, если хотите, размазать ваш силуэт. Как я уже говорил, идею подал Док, когда рассказывал, что наш глаз видит только часть всей картинки, а недостающее дорисовывает воображение. Поэтому, когда ты накинешь на себя этот плащ, а потом совершенно неторопливо станешь ползти по траве, то станешь невидимым, для обычного глаза, потому что он, будет видеть только колышущуюся траву. И я не думаю, что простой стражник, задумается почему это холм приближается. Скорее всего, он не обратит на это внимание. Что нам, собственно и нужно. Я думаю, с завтрашнего дня, нам сто́ит потренировать умение скрытного передвижения. Чтобы избежать недоразумений, так сказать.

— Уговорил. – Мерлин поворошил палкой в костре. И те выбросили в воздух, весёлый сноп искр. – Остался ещё один маленький вопрос. Как мы справимся со всеми постами? Если я правильно помню, их шесть. А нас четверо, плюс Док.

— Ну, в этом случае, я тоже могу пригодиться. Я, конечно, не мастер в стрельбе или драке, но кто мне мешает подготовить и применить усыпляющий порошок, тем более все ингредиенты для него растут прямо под ногами. А коробочки с плотными крышками изготовит Гуго, – эльф повернулся ко мне. – ты ведь можешь сделать такие?

— Запросто, главное — самому не надышаться потом.

— Вопрос сложный, но решаемый. Пойду травки собирать.

Эльф поднялся, поправил свой балахон и растворился в наступившей темноте.

— Но это не решает нашей проблемы до конца. Даже при таком раскладе, нас пять, а застав шесть.

— Может быть, я вам смогу помочь?

У входа в землянку Хорс стояла Беата.

Или, точнее, не совсем Беата.

Её лучистые глаза сияли каким-то невозможным внутренним светом. От неё само́й, хоть о стоя́щей в довольно скромной позе, исходила волна необузданной силы. Хотелось сначала встать, а потом поклониться, преклонив колени.

— Богиня Йиххуу, если не ошибаюсь. – Мерлин отвесил почтительный поклон.

— Не ошибаешься, смертный. Беата, бедняжка очень устала, пусть отдохнёт, пока. А мы тем временем обсудим детали. Как вы понимаете, у меня есть свои резоны, для нанесения визита в этот храм. И не только из чувства мести.

Обсуждение планов и деталей предстоящей операции заняло почти всю ночь.

Мы расползлись по своим норам, когда в небе забрезжил рассвет, а на траву выпали капли росы.

Богиня пообещала нам некоторую помощь, но предупредила, что сама появится только в самом конце, а всё основное время с нами будет идти Беата. А потому, готовить её мы должны наравне со всеми.

Всё-таки вмешательство Богов в жизнь мира, пусть даже ими самими и созданного, не должно быть чрезмерным.

* * *

Следующие две недели, стали сущим кошмаром. Мы разделились на две команды. А потом, от рассвета и до заката, ползали по кустам, скрываясь под маскировочными плащами, или иначе, изгаляясь в попытках скрыть своё присутствие, без применения магических средств.

Мы рубились, на специально выстроганных для этого копиях мечей, хотя Ао и был недоволен, заявляя, что так, ты гораздо дольше будешь учиться применять оружие и станешь менее серьёзно относиться к самому бою. Но мы решили, в этот раз пройти по более лёгкой схеме обучения.

Особенно сложно, было обучать Беату, которая до этой поры, не имела никакого боевого опыта.

Да. Это не Стормверден, где все поголовно берут в руки оружие, сразу, как только научатся вставать на ножки. Честно говоря, мне где-то, даже завидно.

Беата оказалась способной и прилежной ученицей. И только тогда, когда мы все, усталые отправлялись спать. Она, думая, что никто не слышит, позволяла себе негромко постанывать, промывая синяки и ссадины, на берегу небольшого ручья.

На третий день эльфу это надоело, и он стал залечивать её раны сразу по окончании тренировок. Так, постепенно мы всего через месяц, подготовили ещё одного члена нашего отряда. Пришла пора приступать к разработке окончательного плана атаки, первого из семи храмов Заппы.

Обидно, конечно, что ни магию нельзя использовать, ни дракона, в его собственной ипостаси.

Я уже давно рассчитал искусственные крылья для него. Все пропорции и необходимые материалы я, чисто теоретически, мог добыть прямо здесь. Но, совсем не стоило забывать, с кем нам предстоит бороться. Тут, чем проще оружие, тем меньше шансов, что случится несчастный случай.

А то, вдруг у Ао механические крылья на взлёте сломаются или пламеобразующий канал закупорится. И тогда всё, не станет у нас дивного дракона.

Нет уж. Пока Заппа силён, никаких афер. Всё быстро, чётко и по возможности примитивно. Пусть даже его влияние на нас, в этом мире, сведено к минимуму. Так нам Йиххуу разъяснила.

Нас нет в матрице этого мира, именно поэтому мы можем сойтись с Заппой, хоть в каком-то подобии сражения. Победить, мы его, конечно, не сможем. Он, всё-таки бог, а мы хоть и неподвластны ему, но всё же создания. Но ослабить его и при этом самим уцелеть, такое нам вполне по силам. Выправить, так сказать, перекос, созданный действиями зарвавшегося божества.

Глава 15 Беата

Спасение приходит тогда, когда уже его и не ждёшь. Хотя, как может ещё быть, если ты — жрица богини Йиххуу?

Когда адепты Заппы захватили меня, я и не подозревала, до каких глубин падения можно дойти от ощущения вседозволенности.

Какие только издевательства и унижения, не придумывали мои мучители. К каким изощрённым и извращённым пыткам не прибегали. И всё это, только с одной целью – заставить меня отречься от служения моей богине и отдать себя под покровительство и в услужение Заппе. И совершенно непонятно почему, но мне было их даже жалко. Что я без устали и демонстрировала.

Но эта моя жалость, выказанная им, приводила моих тюремщиков в ещё большее бешенство. И они, отчаявшись сломать мой дух, с удвоенным рвением принимались истязать моё и без того измученное тело.

Я уже давно потеряла счёт времени, проведённого в застенках храма Заппы. В какой-то момент, собственной кровью нарисовав на полу священный знак богини – четырёхлистный клевер, взамен того знака, что был вытатуирован на моей левой груди, в день моего посвящения в жрицы и который они срезали вместе с кожей, желая отсечь меня от связи с моей богиней.

Многократно избитую и изнасилованную, меня бросили на холодный мокрый пол каземата и ушли. А я ползала по этому грязному, влажному полу и рисовала клевер… кровью, сочащейся из моей раны.

И когда последняя деталь рисунка нашла своё место на этом полу, Клевер вдруг ожил. Словно языки пламени вспыхнули в линиях.

И, ставшая уже почти привычной, боль прошла и кровоточащие раны затянулись. Стало тепло и спокойно.

Но мои мучители снова ворвались и попытались стереть мой рисунок, но не тут-то было. Кровь, словно стала частью этих камней. Как будто неизвестная кислота, она впиталась вглубь.

Тогда они бросили меня в клетку смерти, заковав в антимагические кандалы, и повезли. Я лежала на полу клетки, не в силах пошевелиться и покорно ждала своей участи. Согласная принять всё, что отпустит мне судьба.

Жара и жажда делали своё дело и в какой-то момент я потеряла сознание.

Я выплывала из небытия под странные звуки, которых не должно́ было здесь быть. Кто-то тихонько напевал песенку, на незнакомом мне языке. Я лежала на чём-то мягком и у меня совершенно ничего не болело. И я подумала, что моё существование в загробном мире, начинается не так уж и плохо.

Я сделала попытку пошевелить руками, затем ногами и наконец открыла глаза.

Земляной, близкорасположенный потолок, как-то сразу отмёл предположение о небесных чертогах богини. А ещё чувство сильного голода. Оно обрушилось на меня неожиданно. Вот только я начала радоваться тому, что у меня ничего не болит, как мои внутренности прямо-таки скрутило от желания съесть, хоть что-нибудь.

Я огляделась. Слева от меня, на скрещённых ногах, сидел странного вида бородатый коротышка и негромко мурлыкая что-то себе под нос, шил какую-то странную бесформенную хламиду, напоминающую кучу прелых листьев.

Иголка в его руках мелькала с такой скоростью и сноровкой, что любая наша швея, просто умерла бы от зависти, только увидев это.

Услышав, что я очнулась, он оторвался от своего занятия и бархатистым баритоном негромко сказал:

— Привет! Док тебя подлатал, но ты полежи ещё, пока похлёбка чуть остынет. А то обожжёшься, а док сказал, что тебя нужно хорошенько накормить, для восстановления сил.

— Здравствуйте. – В ответ поздоровалась я. – А, вы кто?

Мне почему-то было совсем нестрашно, находиться в компании это странного человечка.

— Лично я — дворф. – представился незнакомец. – Зовут меня Гутфрит Гудбранд, для друзей просто Гуго. Вы тоже можете звать меня так. А как зовут вас?

— Беата Нунтиус. – представилась, в свою очередь, я. – А где я?

Тут вошла стройная красивая девушка, одетая в плотно обтягивающий её отличную фигурку, кожаный костюмчик. На её ногах красовались элегантные меховые сапожки со странной оторочкой, в чёрно-белую, горизонтальную полоску.

— Привет! – приветливым тоном сказала она. – Ты уже проснулась? Очень хорошо. Сейчас будем ужинать.

Она взяла с полки, вырытой прямо в песочной стене, стопку мисок и вышла обратно наружу.

— Так получилось, – дворф снова принялся за своё занятие. – что дорога, по которой ехали храмовники, оказалась слишком узкой. Их повозки не смогли пройти, между деревьев. И они, были столь любезны, что решили поделиться лишним имуществом с нами. Среди прочего оказалась и твоя повозка. Вернее, та повозка, в которой тебя перевозили. Нашему товарищу — Мерлину, пришлось немного повозиться с замками, но он справился и теперь, ты у нас в гостях. Посреди леса, возле городка, я даже не помню с каким названием.

— А что вы здесь делаете?

— Ну я, например, в данный момент шью одежду для моих товарищей. Хорс, это та девушка, что сейчас заходила, сегодня кашеварит. Остальные, кто, чем занят.

— Вы разбойники?

— Мы? – я засмеялся. – Ну, для кого-то мы можем стать и разбойниками, и даже кошмарным сном. Для других, кем-то иным. Всё зависит от точки зрения. Захочешь познакомиться поближе, за ужином познакомишься. Не захочешь, лес большой. Иди себе с миром, куда глаза глядят. Насильно никто держать не станет.

— А где храмовники?

— Ну, как тебе сказать? – он ненадолго задумался. – В общем, они на встречу с Заппой отправились, вместе со стражниками. Очень, знаешь ли, торопились. Даже прощаться не стали.

— Туда им и дорога. – я не почувствовала ни сожаления, ни негодования по этому поводу.

— Ладно, – дворф отложил в сторону недоделанный плащ. – пошли ужинать, а то Хорс сердиться будет.

Посреди лагеря, тихо потрескивая сухими поленьями, горел костёр.

— Ну что, кутюрье, доделал своё рукоделие? – сидящий у костра стройный желтолицый красавец обратился к моему спутнику.

— А то. Кстати, это Беата – дворф кивнул в мою сторону, а потом указал, по очереди, на своих товарищей – Это Док, вон тот, в балахоне, это Мерлин. Ну, Хорс ты уже видела. И самый опасный красавец этого мира, в данный момент и во всех смыслах этого слова – Ао Гуан или просто Ао.

— Чем же он так опасен? – Я присела поближе к костру.

— Ну, например, по своей воле, я не хотел бы быть его врагом. А девушкам, он опасен вдвойне. Заговорит, окрутит и не заметишь… раз, и ты уже в его кровати.

— Ты на меня не наговаривай. – Ао сделал вид, что обиделся. – Меня, в отличие от некоторых, девушки любят вполне бескорыстно.

Так вкусно, я давно не ела. Или это может быть оттого, что мои мучители, как-то не задумывались о моём питании. И за те две недели, что я провела в плену, всё, что мне досталось — несколько кусков хлеба, которые удалось взять со стола одного из пресвитеров храма. Да ещё несколько кусков мяса, которые мне, будто собаке, швырнул другой.

Я понимала, что в моём присутствии, эта странная команда воздержится от обсуждения, своих насущных проблем. А потому, постаралась кушать как можно быстрее, но без лишней спешки, насколько позволили правила приличия, а потом ушла обратно в землянку.

После сытного ужина усталость накатила неимоверная. И я провалилась в сон, даже не успев коснуться головой подушки, набитой приятно пахнущими травами.

А во сне, ко мне пришла сама богиня Йиххуу.

Я как будто стояла рядом с моим спящим телом, когда появившаяся из ниоткуда богиня, вошла в него, и, встав с ложа, отправилась к костру, за которым сидели мои новые знакомые и обсуждали план атаки храма Заппы.

Стоя рядом с моим телом, я дословно слышала весь разговор с богиней и поняла, что отныне моя судьба тесно связана с этой странной командой из совершенно незнакомого мне мира.

Вместе с первыми лучами солнца, начались и тяжёлые будни новобранца.

Гоняли меня нещадно, но и сами занимались с не меньшей отдачей.

Я держалась исключительно на собственном самолюбии. Зачастую только оно заставляло меня снова и снова поднимать тяжеленный, деревянный меч и махать им до остервенения, постигая азы фехтования. А вслед за этим, стрельбы из многозарядного арбалета. Мощной, но увесистой штуковины. И скрытного ползания по грязи и лесу, в тяжеленном балахоне.

И только по ночам, оставаясь наедине с собой, я позволяла себе немного себя пожалеть, ополаскивая своё изнурённое тело холодной водой.

На третью ночь, я вдруг почувствовала тёплые, нежные руки, опустившиеся сзади на мои плечи.

Я, конечно же, была совсем не против отношений с мужчинами, и с моими спутниками, в том числе. Но думала, что это произойдёт более романтично, что ли.

— Замри и не шевелись. – голос эльфа у меня за спиной не был похож на голос обуреваемого страстью самца.

Я послушно замерла.

Лёгкие, массирующие касания рук, доставляли необыкновенное удовольствие. Вместе с ними пропадала боль от ссадин и усталость от тренировок. Тело зазвучало словно хорошо отлаженная струна.

— Повернись, – снова раздался его голос.

Я повернулась, чувствуя странное смущение, вперемешку с лёгким возбуждением.

Нет, я была вполне уверена в привлекательности моего тела. И ни капли не стеснялась своей наготы, но сейчас, почему-то ощутила себя юной девочкой, на первом свидании.

Но, к моему сожалеющему облегчению ничего не произошло.

Его руки снова пробежали по моему телу, безо всякого намёка на интимную близость. А я увидела, как вслед за этими касаниями, исчезают синяки и ссадины.

— Всё, – эльф поднялся с колена, на которое ему пришлось опуститься, исцеляя мои ноги. – теперь можешь идти спать, а не стонать на всю округу, как неупокоенный призрак.

После чего развернулся и скрылся в своей землянке.

Вот и пойми теперь, чего же я хочу. С одной стороны, облегчение, от того, что мне не пришлось удовлетворять чью-то похоть, а с другой стороны, обидно. И что-то внутри меня говорит, что по той же самой причине.

Глава 16 Месть бывает страшной

Штурм первого храма, прошёл, как по расписанию. Что, само по себе, понятно. Нас никто не ждал. А потому, наше появление стало достаточно больши́м сюрпризом для всех служителей Заппы, которые оказались на тот момент в храме.

Конечно, достойного сопротивления нам оказать просто не смогли. Словно горячий нож сквозь масло, мы прошли к самому сердцу храма. Практически не оставляя никого в живых.

В одном из тайных отнорков Мерлин поймал и главного жреца, пытавшегося скрыться, под шумок. Стреножив беглеца связывающим заклинанием, он притащил пленника в главный зал храма, где на алтаре возвышалась трёхметровая статуя Заппы.

Взирающий на всех, с высоты своего положения, Заппа сжимал в кулаке цепочки, украшенные кулонами в форме четырёхлистного клевера. У ног статуи стояли несколько прозрачных кувшинов с запечатанными горловинами, в которых находились отрубленные головы женщин. По-видимому, жриц.

Мерлин бросил жреца на пол посреди зала и отошёл немного в сторону. Жрец лежал на боку и бешено вращал глазами. Его рот раскрывался, но оттуда не вылетало ни звука.

— Я наложил на него заклятие тишины. – Мерлин посмотрел на статую. – А то он, своими проклятиями, достал.

В этот момент в зал вошла Беата.

Я даже немного залюбовался ею. Зелёный брючный костюм, весь обшитый лоскутками и ленточками и при этом эффектно подчёркивающий её силуэт. Лицо в коричнево-зелёных разводах. Длинные волосы, аккуратно заплетённые в косу и утянутые в мелкую сеточку, также обшитую лоскутками. Она походила на лесную дриаду с окровавленным мечом в руке.

Увидев её, жрец на мгновение замер, а потом стал извиваться на полу, стараясь отползти куда-то подальше, узнал, значит.

Скользнув по нему взглядом, Беата подошла к статуе Заппы и резким ударом отрубила руку с зажатыми в её кулаке кулонами.

Потом, вытащив кулоны из руки, она разложила их перед кувшинами и поклонившись, нараспев, прочитала какую-то молитву. После чего убрала кулоны в поясной карман и развернувшись подошла к жрецу.

— Ну вот мы и снова встретились, уважаемый За Д’Рот. Только теперь наши роли немного отличаются от предыдущих встреч.

Жрец пытался говорить, но заклятие, наложенное Мерлином, сохраняло тишину.

Мерлин подошёл к Беате.

— Дать ему слово?

— Незачем. Вернее, позже, когда я с ним закончу. И у тебя хватит сил, чтобы телепортировать его в город?

— Без проблем. Тут под алтарём находится достаточно мощный источник магической энергии. А что ты собираешься сделать?

— Сначала я хотела его убить, предварительно заставив хорошенько помучиться. Но, потом передумала. Док, мне потребуется твоя помощь. Не дай ему умереть.

Эльф подошёл и стал рядом с девушкой.

— Ну, пока что, он вполне здоров и невредим.

— Это только пока.

Беата резким движением перерубила ногу жреца, чуть выше колена.

Лицо жреца перекосило от боли, а рот распахнулся в беззвучном крике.

Док наклонился и быстро коснулся открытой раны. Кровотечение тут же прекратилось, а место рассечения покрылось тонким слоем молодой кожи.

— Спасибо док. – Беата перешла на другую сторону. – Это именно то, что нужно.

И снова взмах клинка. А потом ещё два.

— Мерлин, – Беата склонилась над тем, что осталось от верховного жреца, и вытерла клинок о его одежду. – будь так добр, переоблачи его в парадное одеяние и телепортируй в центр города. Пусть на него все смотрят, пусть видят, что власть Заппы не такая уж и незыблемая.

— А ты, – Беата опустила глаза вниз и посмотрела в глаза жрецу. – сможешь потребовать себе всю ту любовь и уважение, которое требовал, стоя посреди этого храма. Ну или, может быть, сможешь выпросить себе быструю смерть. Хотя, зная норов твоего бога, я бы сильно на это не рассчитывала.

Беата развернулась и, с опущенным клинком, усталой походкой вышла из зала.

Мерлин что-то пробормотал и безрукий, и безногий обрубок того, кто ещё несколько минут назад был Верховным жрецом первого храма Заппы, окутался белёсым туманом, а потом вновь появился, но уже в сверкающем, праздничном одеянии.

Ещё одно заклинание и тело жреца всосало вглубь портала, открывшегося прямо в полу.

* * *

Мы стояли посреди поля и смотрели, как в жестоком пламени, подобном пламени вулкана, плавятся и оседают стены разгромленного храма. Оставляя после себя только ровную, голую, идеально круглую площадку.

— Ну что, друзья мои. – Хорс, задумчиво грызла травинку. – Первый удар нанесён. Будем готовиться ко второму.

Мы развернулись и бесформенными тенями направились к лесу. А за нашими спинами, небо прорезали первые солнечные лучи.

Глава 17 Отряд специального назначения

— Ну что же, вы хорошо потрудились – В голосе бога Ахули, слышались довольные нотки. – И даже смогли добавить к себе в команду нового члена.

Ахули посмотрел на Беату, спокойно стоя́щую посреди зала.

Сёстры-богини и тётушка Отбалды, молча смотрели с высоты своих тронов, то на прогуливающегося по залу Ахули, то на шестерых членов команды.

— Наш мир, теперь вне опасности, а восстановлением баланса в родном мире Заппы, пусть теперь местные занимаются. Вы им и так сильно помогли. Разрушив два храма и подарив технологии изготовления арбалетов. Но теперь, у нас появился другой вопрос. А дальше-то что? Свою роль, вы исполнили. Мир спасли. Но при этом вы, теперь никому не подвластны, и нам, в том числе.

В этот момент, как уже бывало, раздался грохот. И дедушка Мир спокойно вошёл в зал. Увидев, как встают, в приветствии, со своих мест остальные боги, стоя́щие среди зала члены команды, тоже преклонили колени.

— Оставьте формальности. – дедушка Мир, провёл в воздухе рукой и зал исчез. Вместо него, появилась залитая солнцем лужайка с коротко стриженным газоном и деревьями, с искусно подрезанными кронами, в форме различных фигур.

— Извини, что прерываю твою речь. Но… в общем, я забираю эту команду под своё, так сказать, крыло.

Глядя на недоумевающие лица как богов, так и членов команды он продолжил.

— Стараясь защитить свой мир, вы создали интереснейший парадокс. Ваши создания оказались вырваны из всей матрицы вашей реальности. И теперь вы сами не знаете, что с ними делать. Вернуть назад, в их мир, вы не можете. Дать другое задание, тоже. И уничтожить их, теперь тоже не получится. И вот здесь, только я могу вам помочь.

Так уж получилось, что во Вселенной часто возникают кризисные ситуации, подобные вашей. И их, так или иначе, необходимо решать, а моё появление не всегда является правильным решением этого вопроса. Это примерно, как микроскопом гвозди забивать. Вот тут мне и пригодятся толковые помощники.

Эти ребята, – он указал на команду. – очень неплохо зарекомендовали себя. Они способны учиться новому, находить и принимать необходимые решения. Действовать с максимальной эффективностью. Конечно, у них опыта, пока маловато. Но это дело наживное.

Ну что, Вселенский отряд специального назначения, вы согласны на моё предложение? Правда, сразу предупреждаю, простых и лёгких прогулок не ждите.

— Насколько я понимаю, про наше согласие, это чисто формальный вопрос. – Хорс вышла немного вперёд. – Выбора-то у нас, как и в первый раз, в общем-то, нет. Да и какой может быть ответ на вопрос быть или не быть? Если, конечно, среди нас не окажется завзятого самоубийцы. Да, кстати, а как быть с тем моментом, если нас на задании, случайно, убьют?

— М-да. Сложный вопрос. Но с простым ответом – вы умрёте. – Мир сделал небольшую паузу. – А потом, снова возродитесь в каком-нибудь из миров, которому будет требоваться ваша помощь. Но вы всегда будете помнить и узнавать друг друга. И накопленный опыт, тоже будет всегда с вами. Только вот от неоправданного суицида я вас предостерегаю сразу. Суицид сразу же и окончательно сотрёт вашу личность, с матрицы мироздания. Причём этот закон, столь неумолим, что даже самопожертвование засчитывает в исключительных случаях. И даже я, никак не могу на это повлиять. Вот так.

— Эх, говорила мне мама, не играй с богами в азартные игры сынок. – Мерлин подошёл и встал рядом с Хорс. – У них все карты краплёные.

Следом за ним подтянулась и остальная команда.

— Показывайте, – пробурчал дворф. – где тут ваша казарма.

Рига. 20.01.2022