Боги и Свершения
Глава 1
Отсутствие удачи приверженцы Серого Суда часто трактуют, как бы странно это не звучало, наличием у конкретного индивида, будь то эльф, гном, зверочеловек или человек обыкновенный, необыкновенной удачи.
«Чем больше неудачи, тем больше будет удача в будущем».
Идея черных и белых полос ими вознесена в абсолют, с добавлением теории равнозначности. «Только одинаковое количество белых и черных цветов рождает серый» - говорят существа в серых от дорожной пыли одеяниях, подпоясанных ножнами со внушительными колюще-режущими предметами (Дороги сегодня особенно сильно горазды на разнообразие монстров, демонов и простых разбойников, которые непонятно как уживаются со своими более буйными соседями по работе). «А серый, как известно, дает спокойствие.»
Многим приключенцам, авантюристам и убийцам импонирует подобная идея, ведь многие из них считают, что их работа временная, и скоро найдется дворянин, который по-достоинству оценит талант убивать и предоставит работу с приличным жалованием, чтобы вся братия забыла о том, что такое считать медные монеты, гадая, смогут ли они наесться хотя бы еще разок на этой неделе.
Точно такими мыслями был занят Гедемин, который, облокотившись на стол, рассматривал деревянную доску, на которую с помощью маленьких гвоздей были помещены листы желтоватой бумаги. Задания на них были основной частью его дохода, другую же часть составляли мелкие карманные кражи.
Гедемин, может быть, и задумался бы о том, чтобы сделать своим ремеслом именно воровство, но каждый раз, когда подобные мысли западали ему в голову, пустая глазница, прикрытая чистым куском ткани, начинала неприятно зудеть.
В королевстве Эшингар за воровство не отрубали руки, кА это делали в большинстве других стран. Зачем лишать каторжника его трудоспособности?
За первую кражу полагалось выкалывание одного глаза и каторжные работы сроком, который исходил от денежной стоимости сворованного.
Поэтому старина полуэльф Геди и пошел в приключенцы. Он ничего не имел против законов своей родины, даже в некоторой мере поддерживал их, поэтому, несмотря на глаз, остался уничтожать гоблинов и прочую низкосортную нечисть в Эшингаре. И все стало потихоньку налаживаться, даже с учетом государственного переворота, после которого Короля-Солдата заменил его брат, Король-Страдалец. Но через несколько лет вернулся истинный наследник престола. Он возглавлял армию крестьян, гоблинов и огров, и вскоре смог занять престол по праву рождения.
И опять же, дракон с ним, этим новым королем. Пускай делает гражданами гоблинов, пускай дарует воинские чины ограм, всегда ведь останутся слизь и гигантские тараканы, чтобы жить на их убийство.
Но нет же, королям ведь нужно лезть туда, куда их не просят! Ну да, полезла пара приключенцев в государственные дела, нарушила правила гильдии, но это ведь не повод запрещать гильдии работать на территории своей страны!
Полуэльф тяжко вздохнул.
- Может, уже хватит жалеть себя?
После выдворения из Эшингара Гедемин перебрался в соседнее королевство Ультима, где гоблины все еще пребывали в благополучном неведении о своих социальных правах.
В обычаях приключенцев было сбиваться в группы, чтобы повысить свои шансы на выживание. Полуэльф очень сильно хотел повысить свои шансы. Поэтому и искал единомышленников среди тех, кто уже отринул юношескую самонадеянность и понял всю глупость романтизированного образа авантюриста. И нашел.
Молодую женщину, задававшую ему вопрос, звали Гарда. Обычная дворфийка-маг, причем довольно неплохой, в простонародье известный как маг льда (хорошие атакующие заклинания, вполне удобоваримые барьеры). Родом она была из Ультимо, верила в Богиню Света – казалось бы, какой это напарник для циничного полуэльфа, в прошлом просто вора, а ныне – приключенца-вора-неудачника из Эшингара? Но как-то срослось.
-Отвали.
-Слушай, если мы сейчас не отправимся на задание, то на ужин у нас будут только мысли о еде.
Гарда снизу сверлила подбородок Гедемина взглядом, полным нетерпения и даже презрения. А тот всеми силами стремился под этот взгляд не попасть, но, даже не смотря глаза в глаза, он все равно ощущал его воздействие, побуждающее к активности. Оно выводило его из привычного, аморфного состояния.
-Ладно, ладно, сейчас все будет.
Будучи негласным лидером, а точнее, принимающим на себя ответственность, Гедемин имел право выбирать задание, на которое группа и отправлялась.
Поручения, как и обычно, разнообразием не блистали. Поди-убей-принеси, найди-защити-принеси и тому подобное. Особое место занимали задания для слабейших приключенцев, или, как называл их полуэльф, «Потрать весь день, приглядывая за стадом, а затем получи деньги, которые не стоят и четверти твоего потраченного времени». Уж лучше получить в пах заточенным камнем от гоблина, чем и вовсе потерять свое достоинство, пропалывая чей-то газон.
-Так, посмотрим… гоблины? – он бросил взгляд на Гарду. Та отрицательно покачала головой. Гедемин с радостью согласился.
-Значит, что-то другое? Стадо диких кабанов? Нет? Отлично, в пекло свиней… Может, собрать целебную траву к северу от восточного тракта? Да? Ну, на том и порешим.
Неаккуратно сорвав бумагу, так, что на гвоздике остался значимый кусок, он направился к стойке, лавирую между другими приключенцами – утро только начиналось, в здании гильдии все еще было людно, немногие успели разбрестись по поручениям.
- Привет, Мери. Мы возьмем это. Нас, как обычно, трое.
Работница, девушка со светло-коричневыми волосами, встретила его теплой улыбкой. Гедемин невольно скривил губы в ответ. Черт, эта улыбка обладает над ним какой-то странной властью. Да и сама девушка очень даже хорошенькая.
Мери, взяв бумагу из его рук, быстро пробежалась по содержанию задания и, не найдя никаких проблем и удостоверившись, что задание подходит под ранг полуэльфа, подала текст задания обратно.
- Насколько быстро вы планируете завершить задание? – поинтересовалась она, делая записи на специальной бланке. В нем значилось, кто взял задание, сколько людей в группе, какой у них ранг, а также, сколько дней собираются затратить приключенцы на его выполнение.
-Полдня – день, не более.
- Прекрасно. Берегите себя.
-Да-да, разумеется.
Он был благодарен ей за эту ненавязчивую заботу. Ему льстило то, что в этом мире есть кто-то, кто может просто, без задней мысли беспокоиться о нем.
-Ты собираешься заняться ей? – Гарда привычно засеменила чуть впереди. Ее голос был крайне низким для женского, но не превращался в мужской.
- Что? Мери? Да ни в жизнь! Не хочу иметь с этим городом ничего общего.
-Йескела не такой уж плохой город. Провинциальный центр, как-никак, да и от столицы относительно далеко.
-Ты собираешься остаться здесь навсегда?! – полуэльф и не старался скрыть презрения. – Всю жизнь проработать приключенцем, возвыситься до ранга героев?!
- У меня тут семья, – Гедемин уже пожалел, что попытался ее подколоть. Подобно своим предкам, Гарда сомкнула щиты, и теперь каждая язвительная шутка просто отскакивала от нее.
- Ладно, замяли. Прости уж, сглупил.
-Нужно найти Бить, – как и все дворфы, во время работы она предпочитала не ссориться с другими.
-Ставлю наши последние 10 медных монет, что он в книжной лавке, – он невесело ухмыльнулся, вспомнив одновременно ситуацию с их финансами, и с тем, что их основной защитник, самый сильный член группы, способный впадать в кровавую ярость, интересуется религиозными текстами на профессиональном уровне.
На улицах можно было встретить редких прохожих, которые в основном представляли собой рабов, спешащих по ранним поручениям хозяев. Торговцы с уличных лавок безбожно зевали, провожая их глазами, не делая никаких попыток завязать диалог.
- Так-то, у нас не 10, а 17 медных. – Гарда, несмотря на длину своих ног, умудрялась всегда идти на пару шагов впереди.
- Это все меняет. – Гедемин слегка посторонился, пропуская фигуру в белесом балахоне, которая брела, не разбирая дороги, прямо вперед. Лучше не связываться с адептами Богини Света рано утром, если не хочешь весь день провести в самокопаниях. Причем, судя по вялой заплетающейся походке, с сильно покутившими за прошедшую ночь адептами.
- При экономном использовании…
- Мы сможем протянуть еще дня два-три. Но что это будет за жизнь?
- Без игр на деньги и дешевого пойла.
- Эти вещи являются моими основными отрадами.
Гарда нахмурилась. Ей было жаль этого полуэльфа, так сильно скучающего по своим прошлым напарникам. Проигравшись и хорошо подпив, он любил говорить о них. Об их охотах в числе больших бригад на огров, о зачистках логов лесных бирфонов – чудовищ полумедведей-полуптиц-полузмей.
Но он потерял их всех. И теперь влачил жалкое с ее точки зрения существование, мечтая о карьере убийцы или пса на службе у дворян. У народа дворфов такая жизнь именовалась «Гнарл-морт» - «смерть жизни в честь погибших товарищей». Каждый дворф-воин проходил Гнарл-морт, предаваясь пьянству и тяжелым думам, но обычно подобное поведение длилось не более недели. Через семь дней пьяница пропадал, а работник и здоровый член общины – возвращался.
Но полуэльф продолжал соблюдать Гнарл-морт месяц за месяцем, не собираясь останавливаться. И Гарда не могла понять, почему. Гедемин был воином, никогда в битве он не демонстрировал ни глупость, ни трусость. Ему можно было доверить спину.
Но дух его ослабел. Почему? Что могло произойти там, в стране Твердынь, чтобы настолько сильно подорвать Гедемина изнутри?
Воспитание дворфов не позволяло Гарде задавать такие вопросы напрямую, но пребывание всю жизнь в человеческом обществе наоборот, полностью поддерживало ее идею докопаться до сути другого существа, вникнуть в его душевные переживания.
Пожалуй, если бы пыльная дорога, постепенно начинавшая заполняться утренними прохожими, протянулась чуть дольше, она и предприняла бы первые попытки расспросить его о таких высоких темах. Но едва первое слово хотело сорваться с ее губ, Гедемин заметил:
- Не забудь про порог. С твоим ростом нужно всегда о нем помнить. Вся налетевшая на Гарду романтичность исчезла.
-И без тебя понимаю. – Буркнула она, после чего первой вошла в помещение.
Книжная лавка помещалась в небольшой комнатушке, которая раньше служила в качестве прихожей прошлым владельцам дома, сейчас же весь одноэтажный домишко подвергся многочисленным изменениям, чтобы служить в качестве наемного помещения, в котором помещались книжная лавка, лавка травницы и комнатушка самого хозяина дома.
Йескела, как центр региона, располагал не одной, и даже не двумя книжными лавками: королевство повсюду стремилось поощрять грамотность, книгопечатанье развивалось в этот период быстрее, чем за последние две сотни лет. Печатались не только учебники по грамоте, но и сказки, поваренные книги, романы, священные книги множества религиозных культов.
Книжная лавка данного образца была распространенна больше, чем вычурные магазины для благоустроенных горожан. Каменные стены, деревянная крыша, деревянный, местами подгнивший пол да несколько шкафов с книгами и прилавок – вот и все убранство подобного заведения. Книг в нем обычно меньше, чем места для них, но оттого ценней каждый из экземпляров. Хозяева подобных лавок похожи друг на друга, различаясь лишь иногда расой да ростом. Продавец конкретно этого места был человеком лет сорока – пятидесяти, худощавый, с седыми волосами и опрятной бородкой. Все в его поведении указывало на отягощенность знаниями во многих областях. Он прекрасно разбирался в содержимом любой книги, которую продавал, даже если речь шла о женских романах, всегда разъяснялся спокойно и деловито.
И тем страннее в этом месте выглядела массивная фигура, чье внимание было полностью поглощено раскрытой на середине книжонкой, чья обложка гласила: «Сорок заветов Пелиарцена».
Бить был демоном из расы ластрийцев, которые были известны своей силой и ростом. Но отнюдь не своим умом: их охотно нанимали в качестве телохранителей и солдат, но никто не слышал, чтобы хоть кто-нибудь из них помимо науки чтения овладел еще и правописанием, даже простые чтецы были крайне редки.
Бить, несмотря на то, что умел и читать, и писать, не во многом ушел от своих неграмотных родичей. В древних текстах мудрецов он видел лишь интересные истории, но, тем не менее, с упоением поглощал подобное чтение.
- Бить, старина, пора на работу, - позвал его Гедемин.
- Умгх, Урр?
- Ну же, Бить!
Недовольно бурча, демон поднялся настолько, насколько позволял низенький потолок, и, повернув лысую голову к продавцу, произнес:
-Господин Криви, я хочу в следующий раз купить эту книгу.
- Разумеется, - слегка наклонил свою голову хозяин лавки, на лице которого читалось явное облегчение от того, что скоро Бить покинет его: ластриец одним своим видом, хотел он этого или не хотел, внушал ужас простому люду.
-Что за задание на этот раз? – поинтересовался Бить, когда они шагали к гостинице для авантюристов. Гедемин и демон размещались в ней, так как отельный дом стоил дорого, а у них никогда не было на это денег. У Гарды были родственники в Йескеле, но и она предпочитала жить с ними, ради сохранения командного духа.
-Нужно насобирать серлянки к северу от восточного тракта. Говорят, там видели стаю волков, поэтому наниматель решил перестраховаться и нанять приключенцев. Сомневаюсь, что мы встретим там волков, но стоит быть настороже. Возьмем еды на день и пару факелов.
- Ты не сказал мне про волков! – Заметила Гарда, не скрывая недовольство.
- Да ладно! Ты действительно думала, что нас послали бы на полностью безопасное задание? Мы же не F-ранговые! – осклабился Гедемин.
Все приключенцы и задания делились согласно ранговой системе. Выше всех стояли SSS-ранговые приключенцы, которые занимались устранением таких тварей, что угрожали своим могуществом целым королевствам. А ниже всех трепыхались F-ранговые приключенцы, которые нанимались чуть ли не в разнорабочие. Даже авантюристы, бывшие всего на один ранг выше их, считали своим долгом показать свое презрение. А Гедемин презирал их даже больше, чем это обычно делали SSS-приключенцы.
- Волки не проблема! – авторитетно заявил Бить, представляющий в группе грубую силу. – Честно говоря, я предпочел бы в большей степени охоту на монстров. Гоблинов, например.
-Не говори мне о них!- скривилась Гарда. Совсем недавно в город в повозке привезли останки группы молодых авантюристов, которым не повезло столкнуться с хорошо вооруженными и подготовленными к нападению гоблинами-бандитами. Все тела были порублены на куски и истыканы обломками стрел. Дворфийка случайно наткнулась на них на улице, что начисто отбило у нее желание встречаться к зеленокожими на ближайшие несколько недель.
-Мы уже взяли этот контракт,- дипломатично заявил полуэльф. – Нам лучше сосредоточиться на приготовлениях. Возьмем еды, этим займется Гарда, факелов и стрел. Надо будет проверить, остались ли у нас исцеляющие зелья.
- Мы продали последние, чтобы расплатиться за аренду комнаты, - невесело рыкнул Бить. Гедемин вздохнул.
Наконец группа ступила на порог гостиницы, которая носила гордое имя: «Черный кинжал». В ней предпочитали располагаться авантюристы, которые уже миновали порог начальных рангов, но уровень их заработной платы не позволял подыскать угол подороже. Небогатый, но и не совсем бедный, «Черный кинжал» умудрялся держать планку над другими гостиницами с таким же контингентом проживающих, гарантируя не только комнаты со шкафом и как минимум одной кроватью, но и некоторую терпимость при взимании платы за них. Хозяйкой двухэтажного здания с деревянной крышей и каменными стенами была женщина редкой для этого континента расы – расы темных эльфов, но, пожалуй, на этом и заканчивалось ее отличие от любой другой держательницы заведения подобного рода. Еще было несколько служанок, один повар и несколько охранников, которые большую часть времени исполняли всю ту работу, что требовала пары крепких рук и одного сильного словца. Полуэльф за все три года своего пребывания в Йескеле не потрудился запомнить их имен, Гарда знала только имя хозяйки, а Бить находился в приятельских отношениях со всеми.
После краткой ревизии стало ясно, что группа располагает парой буханок неплохого хлеба, свертком вяленого душистого мяса и одной флягой из дубленой кожи с вином и двумя флягами с водой – вполне достаточно для нескольких походов. Несмотря на ворчание Гедемина, перед приключенцами никогда по-настоящему не стоял вопрос голода, ведь земли Ультимо всегда были необычайно плодородны настолько, что королевство до сих пор, несмотря на свое отставание в развитии от других стран, выступало как первый в мире экспортер провизии в другие страны.
Кроме всего вышеуказанного, компания облачилась во все свое боевое облачение: Гедемин надел свою излюбленную куртку из дубленой кожи с вшитыми стальными пластинами, затертую настолько, что уже нельзя было определить, была ли она изначально серовато-коричневого цвета. Гарда практически не сменила одеяние, так и оставшись в своем коротком плаще с капюшоном, достаточно просторном, чтобы не сковывать движения. Под ним всегда скрывалась теплая кофта ручной вязки, покрытая сложным рисунком из рун, который представлял собой благословление на работу на языке дворфов. Никакой магической силы он не имел. Теплая одежда необходима магу, который выбрал своей специализацией магию льда. С годами практики приходит и некоторая морозоустойчивость, но и она не сохраняет от похолодания воздуха вокруг мага, творящего заклинания понятного атрибута.
Бить, являя собой гуманоидное существо, чей рост не позволял распрямляться в местах, потолок которых не находился на расстоянии больше двух метров от уровня пола, не носил доспехов вообще. И дело тут было не в природной крепости ластрийцев, а в банальной цене на набор доспехов, сделанный на заказ. Демон, несмотря ни на что, лелеял внутри себя желание когда-нибудь облачиться в нагрудник, который не сжимал бы его тело вдвое, он даже сберегал часть своей доли от награды, пряча в холщовый мешочек, который всегда носил при себе.
Гедемин уважал подобное стремление своего друга, даже в самые плохие деньки никогда не упоминая об этой небольшой, но продолжающей неуклонно расти сумме. Гарда, в меру своего воспитания, считала личные сбережения чем-то вроде священного атрибута предпочитаемой индивидом религии.
- Полагаю, все ясен план, который мы будем претворять в жизнь? – поинтересовался Гедемин, когда полностью укомплектованная группа покинула город через восточные ворота.
- Его ведь нет, верно?
- Ба, ну разумеется. Я буду придумывать план охоты на волков только тогда, когда они начнут придумывать план охоты на меня!
Гарда вздохнула. Бить же подобное высказывание пришлось по вкусу:
- Похоже на заповедь из Святой книги черепов: «Не точи колья на тех, кто еще не начал точить колья на тебя». Или на Первое слово из Книги Истинных Слов: «Да покоен будет тот, кто покоит других». Или на…
Группа уверенно продвигалась по тракту, нередко встречая крытые повозки, заполненные разнообразными товарами, которые торговцы и простые крестьяне везли в город на продажу. Йескел, являясь региональным центром не только авантюризма, но и торговли, всячески стремился поощрять оба этих направления, в данный момент больше сосредотачиваясь на Летней Ярмарке, которая обещала стать самым масштабным событием в провинции за последние сто лет. В связи с этим число заказов на сопровождение, зачистку близлежащих к трактам территорий и добычу материалов растительно-животного характера значительно возросло, как и награды за них. Чем бравая команда не преминула воспользоваться, сократив свой рабочий график до выполнения одного задания в два-три дня, что в конечном итоге и довело их капиталы до довольно плачевного состояния.
Наконец, они свернули с тракта на небольшую тропинку, которая была обозначена не иначе как одной из «приключенческих дорожек», которую представители одноименной гильдии использовали для относительно-безопасного прохода в лес. Такие «дорожки» появились благодаря тому, что целые поколения авантюристов раз за разом шествовали по ним, охотясь на всякую нечисть, которая раз за разом избирала своим ареалом обитания примерно одну и ту же территорию. В обязанности рабочего состава гильдии приключенцев входило выяснение, описание и регистрация подобных ареалов, чтобы потом, на ежегодном собрании в столице страны собрать и проанализировать весь пласт знаний об общем уровне опасности территорий провинций, опираясь на такие показатели, как средний ранг монстров, средний ранг приключенцев, частота появления опасных чудовищ и общий уровень смертности среди борцов с ними.
Гедемин, по разъяснению в тексте задания, примерно представлял себе местонахождение места, на котором им предстояло собрать несколько мешков с необходимыми травами. Тем не менее, группе пришлось немного поплутать по лесной чащобе, прежде чем они смогли выйти на неприветливую поляну, которая была укрыта в полумраке теней, падающих от согбенных веток гигантских деревьев, обрамляющих этот клочок земли. Ничего, кроме травы, выросшей по пояс взрослому мужчине, здесь не росло. Даже серые полевые цветы, виднеющиеся тут и там, скорее чувствовались странными наростами, нежели приятными глазу элементами окружающей растительности.
- А теперь – главный фокус!
Полуэльф притворно благоговейно вытащил из-за пазухи желтоватый листок пергамента, нашел необходимый абзац и начал читать вслух:
- «…Необходимое растение, «Adiuva me», отличается низкорослостью и легким голубоватым оттенком кромки листьев, которые обычно располагаются на вершине основного стебля. Собирать необходимо те экземпляры, в основании которых уже начали образовываться небольшие бугорки». Всем понятно? Бить, ты стоишь на страже, пока мы с Гардой, как бы это выразиться помягче, будем на коленях ползать оп этой мокрой от утренней росы траве, пытаясь в этом полумраке разглядеть этот «Adiuva me». К слову, для успешного выполнения задания нам необходимо собрать не менее двух десятков экземпляров.
Дворфийка не вздыхала. С самого детства она была приучена к тому, что любой труд есть благо, и что если взялся за какую-нибудь работу, то следует выполнить ее до конца со всей старательностью. Так что она, сохраняя гордое молчание, усиленно ползла то вглубь травяных стен, то на свет, чтобы определить, есть ли пучок растительности в ее руке тот самый «Adiuva me» c бугорками. Зато Гедемин пыхтел за двоих, ведь он в принципе не любил работать, и лишь беспрестанные мысли о достаточно завышенной награде заставляли его руки двигаться. Бить усиленно делал вид, что тщательно оглядывает территорию, скрывающуюся за ветками деревьев, которые образовывали природную стену вокруг этого места. Но в подобных ситуациях ластриец больше полагался на свое чутье, чем на наблюдения.
- Гарда, ты уже…?
- Только одиннадцать.
- Дракона мне в кузницу! Где ты их только находишь? Я нашел только четыре!
- Потому что я рву у корня, в отличие от тебя. Ты же полуэльф!
- И я не обязан хорошо ладить с растениями, это расизм! Я же не говорю, что ты родилась, держа кирку в руке!
- Вообще-то, это почти так.
- Стоп, всмысле?
- Моя семья придерживается старых традиций, а по ним в руки новорожденного дворфа, неважно, женщина он или мужчина, подают его первую именную игрушечную кирку. Таким образом семья признает ребенка, - она обернулась, посмотрев полуэльфу в глаза, - когда дворф хочет вступить в брак, он отдает свою первую именную кирку избраннику.
Гарда оглянулась на Гедемина, и тот, коротко кивнув, продолжил свое занятие. Дворфийка, вздохнув, присоединилась к нему. Бить, слегка покраснев, сделал вид, что последних фраз он не услышал.
Когда количество собранных растений перевалило за второй десяток, Бить дал знать о себе, утробно зарычав. В его голосе нельзя было различить слов, но раздувающиеся ноздри и низкие тона испускаемых им звуков не оставляли места для трактовки. Опасность. Опасность близко. Гедемин понял все сразу:
- Когда? – спросил он, вставая с колен и вынимая из футляра на спине предмет своей гордости, отрывок из его прошлой жизни – старый, но все еще прекрасно работающий двухзарядный арбалет работы умельцев из королевства Бриза. После сотни раз использования полуэльф наловчился заряжать его настолько быстро, что мог посоперничать в скорострельности со многими приключенцами-лучниками своего ранга.
- Через несколько минут. Волки. Стая. Сильный вожак, - коротко ответил демон, поудобнее перехватывая свое орудие – гигантскую дубину, навершие которой пестрело от множества вбитых в нее шипов. Некоторые из них погнулись так, что чуть ли не вдавливались в дерево. Они не были сделаны из плохого металла, наоборот, они были куплены за почти полдесятка железных монет. Их внешний вид указывал лишь на невероятную мощь ударов, которые владелец сего оружия обрушивал на своих врагов.
- Я буду прикрывать барьерами? – поинтересовалась Гарда. Она стояла чуть позади, оставляя излюбленную формацию группы, по которой демон выступал в качестве основного воина ближнего боя, а полуэльф и дворфийка стояли поодаль от него, представляя собой грозную дальнобойную силу.
- Посмотри по обстановке. Бить, ты чуешь их?
- С каждой секундой все сильнее и сильнее. Они движутся с севера, их точно больше, чем пять, но меньше, чем десять, я чувствую запах стаи примерно такого размера.
- Дракон меня подери! – резко бросил Гедемин, но тут же затих. На поляне воцарилась тишина, настолько напряженная, что, казалось, одним неловким движением чего-нибудь острого ее можно было разрезать. Тела приключенцев были максимально напряжены, напоминая готовые к выстрелу, налаженные на тетивы луков стрелы. Но особо сильно среди них выделялся демон: орудие войны, он показывал свой истинный облик злобной твари, в его глазах мелькали оранжевые огоньки предвкушения, на губах выступила пена.
Несколько секунд. Несколько. Еще пара мгновений, совсем чуть-чуть. Они уже близко. Можно услышать, как мнется трава под их ногами, как хрустят ветки под их лапами. Они тоже жаждут. Жаждут крови. Крови и мяса. Крови и мяса полуэльфа, дворфа… и демона. Вот они. Вот уже. Совсем чуть-чуть…
Глухо зарычав, Бить рванулся вперед, навстречу первому из волков, нанося удар своей дубиной. Зверь, прыгнувший ему навстречу, собственноручно поставил крест на своей жизни. В его голову с треском врезались железные шипы, сминая кости черепа, словно пергамент. Шея, не выдержав давления, разорвалась надвое. Но даже потеряв голову, зверь сумел нанести свой удар. Ничуть не уступая в размере демону, он всем своим весом приземлился прямо ему на грудь. Колени ластрийца подогнулись, но он устоял, сбросив тушу мертвого волка с себя.
Арбалетный болт прожужжал прямо над его ухом, чуть было не сняв полоску кожи. Следовавший за первым второй зверь слегка подался в сторону, но это его не спасло: спиралевидный наконечник вошел прямо в правую ногу, выйдя с другой стороны наружу, одновременно с тем вырывая массивный кусок плоти. Взвыв, волк отпрянул назад, к подоспевший членам стаи. Теперь, когда все они показались на границе поляны, в полумраке, их можно было рассмотреть получше.
- Хорошие экземпляры. В самый раз, – удовлетворенно заявил Бить, наводя конец своей дубины то на одного, то на другого из стаи волков. Его глаза беспокойно блестели, рассматривая каждую особь. Постепенно недоуменная гримаса расцветала на его лице:
- Но где же вожак? Где самый большой из них?
- Гарда, будь настороже. В первую очередь защищай, во вторую думай об атаке.
Полуэльф воспользовался так резко наступившей передышкой, чтобы достать из спинного колчана и обновить болт в арбалете и достать из ножен на поясе короткий меч. Рукоять давно поистрепалась, но острие все так же было остро, как и в Эшингаре, когда Гедемин приобрел его за девять железных монет – все свои тогдашние сбережения.
- Поня… - дворфийка не успела закончить фразу, когда два волка, самые крупные из присутствующих, бросились с двух сторон на Бить. Демон не успел ударить, лишь поднял оружие. Как две челюсти вошли прямо в его предплечье руки, которая держала дубину. Под весом волка рука ластрийца опала к земле, а сам он покачнулся, потеряв равновесие. Другой из бросившихся волков воспользовался этим, мохнатой молнией влетев под ноги гиганту. Троица, ворча и кусаясь, повалилась на землю.
- Черт!
Гедемин, не раздумывая, выстрелил в клубок, состоявший из когтей, крови и меха. Его меч сверкнул, будучи занесенным для удара.
Звери с радостным рыком устремились к поверженному противнику. В их реве слышалась почти человеческая радость, пасти были открыты. Но торжество было недолгим: стена из чистого льда взвилась перед их покатыми головами на несколько метров ввысь, преграждая путь. Она была настолько большой, что начисто отгораживала путь к поляне со стороны стаи.
- Помоги Бить! – крикнула Гарда, полуэльф в ответ на это лишь улыбнулся:
- Он прекрасно справляется с этим сам.
Как ни в чем не бывало, он поднимался на ноги. Дубина, окровавленная, лежала в траве, обильно залитая кровью. Она не смогла помочь ему убить их, он справился сам. В руке Бить безвольно висел волк со сломанной шеей: одна из его лап сейчас, отделенная от тела, скрывалась в глубине его желудка. Другой волк лежал с пробитой арбалетным болтом головой у его ног.
Та битва, тем не менее, тяжело обошлась демону. Все его тело было покрыто рваными порезами разной степени глубины, шея прокушена. С каждым его вдохом пробитая артерия извергала струю крови, но буквально через несколько секунд поток сошел на нет. Раны никуда не исчезли, но красная жидкость перестала течь из них, и это было в порядке вещей: ластрийцы могли умереть от кровопотери только в том случае, если кровь начисто покидала их вены. В любом другом случае напряжение некоторых мышц, которые были свойственны лишь телам некоторых демонов, в том числе и ластрийцев, начисто закупоривало глубокие раны.
- Я все так же не чувствую главаря, - прохрипел Бить, вновь поворачиваясь к стае, самые умные, но недальновидные члены которой уже додумались обогнуть стену из чистого как хрусталь льда.
- Он точно должен был быть? – спросила Гарда, на руках которой уже конденсировались капельки воды, постепенно переходящие в твердое состояние. Именно поэтому дворфийке и нужны были перчатки, с теплообразующей помощью которых она могла использовать магию льда гораздо, гораздо дольше, чем если бы полагалась только на свои запасы магии.
- До того, как мы увидели их, от стаи пахло вожаком. Самой сильной особью. Сейчас не пахнет.
- Значит, нужно быть еще осторожнее. Скольких мы уже убили?
- Три особи,- Гарда присмотрелась, - Кажется, та, с раненой ногой, уже не опасна. Она держится сзади.
Дальнейший разговор рисковал потратить их нужное для выживания внимание, так что был отброшен. Вновь Бить поднял дубину, и вновь были приготовлены заряженный арбалет и заклинания.
- Я, Гарда! По площади! – хрипло скомандовал Гедемин. Демон, кивнув, слегка отступил назад.
Дворфийка произнесла заклинание. Ледяная стена рухнула, и в следующую же секунду в волков полетели ледяные глыбы, заточенные настолько, что пробивали зверей насквозь. Но они, тем не менее, не произвели того эффекта, на который надеялся полуэльф. Умерло всего два монстра, и то, если учесть, что один из них был уже подстрелен до этого Гедемином. Ему не хватило силы уклониться во второй раз.
Другие же из стаи остались невредимы. Осталось всего три особи, но они уже успели ворваться на близкое расстояние.
Тренькнул болт. Еще один осел с пробитой головой. Два других разделились: один напал на Бить, другой же устремился к Гедемину с дворфийкой.
Искусанные ноги не давали ему двигаться быстро, и волк легко оказался около его руки. Демон взревел: вложив в удар всю свою силу, противник атаковал когтями его ладонь, сжимающую оружие. Кость не выдержала, дубина упала на землю, а волк сбил его с ног. Ему оставалось только защищаться, в то время как волк расходился во всю, терзая его вскинутые руки. Каждый удар, каждый укус приводил его в ярость. Зарычав, словно зверь, он улучил момент и схватил чудовище за голову. В следующий момент Бить подмял врага под себя, оставив в его клыках значительную долю своего предплечья. С ревом он впился в мокрый нос, давя все сильнее и сильнее, пока животное, яростно рыча, терзало его незанятую руку, которая использовалась, как щит.
С мерзким хрустом весь носовой канал вдавился в голову волку. Тот, на последнем издыхании, сомкнул челюсти на руке демона. В следующий же момент рука неестественно выгнулась, а затем обвисла, держась лишь на некоторых уцелевших мышцах и коже.
И он вцепился в его шею в ответ. Солоноватый поток брызнул ему в горло, но это лишь добавило сладости триумфу. Не обращая внимания на смерть зверя, он ел его шею. Ел до тех пор, пока выгрыз себе дорогу, которая оканчивалась где-то под холкой.
В то же время дела у его спутников шли не так гладко: волк юрко уходил от каждого выпада полуэльфа, умудряясь параллельно всегда держаться около него, чтобы не подвернуться атаке ледяными копьями, которые Гарда боялась сотворить, из-за возможности попадания в Гедемина. Он же в это время мучительно старался придумать что-то: полная зубов пасть становилась все ближе и ближе, с каждым взмахом его меча. Если в ближайшее время не предпринять чего-нибудь, конец для бедного неудавшегося вора наступит быстрее, чем он себе пророчил.
Резко отпрянув назад, Гедемин тут же рванулся вперед. Волк тут же оказался рядом, но на этот раз полуэльф и не думал уходить. Быстрая серия беспорядочных ударов прямо перед носом заставила зверя на секунду сбавить ход.
- Гарда, копья! – пожалуй, настолько охотно падать лицом в рыхлую почву он мог только в подобной ситуации. Что-то прожужжало над его головой, и спину обожгло касание вскользь чего-то холодного. В следующий же момент он был на ногах, бережно придерживая футляр со своим арбалетом, который успел заблаговременно отработанным движением вернуть на место перед началом ближнего боя с четвероногим монстром. Окрасившаяся красным трава у его ног свидетельствовала о том, что каждое из копий нашло свой участок, чтобы попасть: от неприятеля по существу ничего особенно и не осталось, лишь серые очертания на ледяных остриях.
- Бить, ты еще жив? – спросил Гедемин, вытирая выскочивший со лба пот. руки подрагивали: только сейчас полуэльф понял, насколько близко к нему было одно из ледяных копий.
- Грр… - Бить не ответил. С чавканьем он продолжал терзать плоть поверженного соперника, привстав на четвереньки. В таком облике он был похож на напавших волков даже больше, чем они сами.
- Мы выиграли, - констатировала Гарда сухо. Она, как и Гедемин, уже привыкла к подобным чертам их товарища. Впрочем, ластриец проявлял свой звериный характер лишь в сражениях, в обществе удивляя приятелей по гильдии своей начитанностью, особенно удивительной для демона его породы.
- Гх… - приподнимаясь, начал произносить что-то Бить. Его руки оторвались от земли, ноги неуверенно скользили по скользкой от крови земле, когда нечто большое, больше даже ластрийца, молниеносным движением оказалось позади него, выскочив из лесной чащи.
Покрытая свалявшейся шерстью рука обхватила его ногу, и как пушинку, отбросила тело в один из ближайших стволов, который тут же разломился надвое. Сила броска была велика настолько, что даже после подобного Бить пролетел еще несколько метров, распластавшись недвижно на земле. Его внезапный противник повернулся к ним.
Серая, в слоях грязи, шкура обтягивала костлявое, но жилистое тело. Длинные руки свисали до земли, оканчиваясь нездорово большими когтями, которые в диаметре превышали даже пальцы, из которых росли. Но страшнее всего были глаза, глубоко посаженные в продолговатом черепе, они светились живым, холодным умом, так не похожем на ту злобную сущность, что просачивалась сквозь глазницы волков, с которыми им пришлось сражаться до этого.
- Оборотень, - прошептала Гарда, ее голос преисполнился еще большей твердостью.
- Дракон меня раздери, волколак…
Времени на приведение арбалета в боевое состояние не оставалось, да и в принципе на что-либо. Победить монстра подобной силы не всегда удавалось группе приключенцев B-ранга, а если учитывать, что они все это время и не подозревали о его присутствии, когда он постоянно был неподалеку, то вполне обоснованно можно предположить, что данный экземпляр обладает, ко всему прочему, еще и набором специфических умений.
- Гарда, - тихо произнес полуэльф. – Я буду атаковать всем, что только у меня есть. Постараюсь отвлечь его. Найди любой удобный момент, и преврати пространство вокруг него в ледяной ад.
- Ты же…
- Не перебивай. Обо мне не беспокойся, в этой битве все равно выживет только кто-то один, и сейчас решается только один вопрос: ты или волколак?
Кажется, дворфийка что-то отвечала, но он уже атаковал. В монстра летел специально созданный футляр с арбалетом в нем. Гедемин надеялся, что это выиграет ему хотя бы долю секунды.
Зверь рванулся навстречу, плавно уклоняясь от импровизированного заряда, уходя как от него, так и от полуэльфа с мечом. Он не зря наблюдал все сражение, не вмешиваясь в него. Теперь ему хватало информации, чтобы понять, что нужно сделать для победы. Самый опасный, демон, был выведен из строя на некоторое время, пока он не разберется с теми двумя, в особенности с заклинателем. Полуэльф представлялся наименьшей из угроз.
Что-то сверкнуло у его глаз, и он отпрянул влево, не думая, тут же нанося ответный удар рукой. Когти рассекли воздух. В ту же секунду поверхность у длинных как жерди ног похолодела. Массивное тело прыгнуло вперед, и пространство позади него заполнилось ледяными копьями.
Несмотря на то, расстояние между оборотнем и заклинателем уменьшилось, оно все еще оставалось для монстра непреодолимым, ведь на его пути вновь стоял полуэльф. Как он оказался здесь?
Волколак, зарычав, подался назад. Пара ледяных копий тут же полетела в его сторону, заставляя пригибаться к земле. Полуэльф тут же оказался рядом, его клинок, рассекая воздух, оказался у волчьего носа, но длинная лапа легко отбила удар, отправляя мечника в полет, из которого он вышел, не потеряв равновесия.
Зверь опешил. Он не ожидал такой прыти. Значит ли это, что ему нужно переменить тактику?
Вновь ледяные копья материализовались у него под брюхом, и он вновь ушел от них. Вновь рядом с его ухом блеснул метал. И ему вновь пришлось блокировать его.
- Долго… Мы не сможем использовать эту тактику долго… - прошептал полуэльф. С него ручьем тек пот. Демонстрируемые им акробатические навыки вместе с молниеносными ударами были результатом слаженного чередования боевых навыков, которые заучивались и отрабатывались им несколько десятилетий.
Боевые навыки – необычные способности, результат создания и использования внутренних резервов организма, дающие владельцу возможность совершения настолько быстрых либо ловких движений, что невозможны для большинства существ.
«Благодаря боевым навыкам я могу ненадолго, на коротких дистанциях, сравняться с монстром в скорости. Но мои удары все еще слишком медленные. Я бы мог сделать их быстрее, вот только… Запасы моих внутренних резервов ограничены, в этом они схожи с запасом расходуемой магической энергии у магов. Стоит им иссякнуть, и оборотень легко доберется до Гарды. Сейчас мы лишь сдерживаем его, но скоро выдохнемся, в то время как он не демонстрирует никаких признаков усталости. Повтор нашей комбинации еще раз пять – и мы уже легкая добыча для него. Необходимо что-то делать, но что?»
К несчастью, похожие мысли в косматой голове оборотня протекали с несоизмеримо большей скоростью.
Улучив момент между ударом ледяных шипов и атакой полуэльфа, волколак, супротив своих прошлых действий, мощным броском оказался около мечника. Тот успел среагировать и отразить часть удара, так что он пришелся не посередине лица, а сместился в сторону глазной повязки, мгновением позже ее лоскуты вместе с обрывками кожи упали на землю. Монстр недовольно тявкнул. С другой стороны, теперь он был уверен точно, что его противник был одноглаз. Не сбавляя темп, зверь сосредоточил все свое внимание на полуэльфе, стремясь все время оказываться с безглазой стороны.
Гедемин судорожно хватал ртом воздух. Внезапная атака сбила его внутренний ритм, он еле успел блокировать удар, но когти рассекли его лоб, отчего многочисленные струйки крови начали свой поход от верхней части лица к нижней. К несчастью, на их пути стоял единственный целый глаз, так что обзор полуэльфа снизился чуть ли не наполовину. Его положение стало еще хуже, когда стало ясно, что чудовище прекрасно все понимает. Оно сместило свои атаки в его слепую зону, вынуждая Гедемина отвечать на них, чтобы проход к Гарде оставался защищенным.
- Геди, атакуй!
Полуэльф, не задумываясь, свершил лобовую атаку, которая не достигла цели, и тут же отпрыгнул. Трава под ногами покрылась инеем, который мгновением позже превратился в слой льда, опутывающий все конечности оборотня.
Тот же, в последний момент рванувшийся, с легкостью проломил сковывающий его ноги лед, но не рассчитал силы, перемещая центр тяжести, и растянулся во весь рост на земле. Полуэльф, уже успевший разбить ледяные оковы, оказался рядом. Всем своим телом он падал на голову оборотня, сжимая в руках меч, кромка которого сверкала неестественно ярко.
Жалко взвизгнув, волколак направил всю свою силу в одну из своих рук. Та с невероятной силой врезалась в челюсть полуэльфа, с хрустом отправив в полет.
Множество ледяных игл упало на косматое тело. Некоторые из них даже попали в цель, наполовину войдя в тушу волколака. Тот, издав еще более жалкий взвизг, мощным прыжком оказался около дворфийки. Его руки, протянутые вперед, легко могли дотянуться до ее шеи.
Пентаграмма, сотканная из синих нитей, появилась у ее груди. Столп кристально чистой замерзшей воды, диаметром превосходящий рост Гарды, врезался в грудь оборотню, отбросив назад. Когти вошли глубоко в плечо и, когда их обладатель стремительно сменил свою дислокацию, распороли его напополам. Гарда рухнула на землю, зажимая плечо одной рукой, другая же перестала слушаться ее, повиснув у тела безжизненным жгутом.
Спина оборотня пережила крайне неприятное знакомство с деревом, в конечном итоге пробив его, тем не менее, монстр, сделав над собой усилие, поднялся на ноги, не обращая внимания на полностью вошедшие в тело ледяные иглы.
Столп льда, на секунду повиснув с воздухе, исчез без следа. Полуэльф сделал попытку встать, которая окончилась тошнотворными спазмами в его шее. В похожем положении был и маг. Победа.
Оборотень, встав на четвереньки, направился к дворфийке. Даже сейчас он продолжал следовать своему плану, который заключался в устранении противников, начиная с самого сильного и заканчивая самым слабым. А самым опасным волколак считал…
Что-то схватило когтистую ногу. Ее обладатель сделал пару шагов, прежде чем сообразил, что для обычной коряги хват слишком сильный. Монстр недовольно посмотрел себе под ноги, ожидая увидеть одного из своих полуживых слуг, но снизу на него смотрели два глаза, выглядевшие, как абсолютно красные шарики. Помятый, Бить, тем не менее, продолжал яростно рваться в бой. Даже с учетом природных особенностей, внешнюю кровопотерю с лихвой заменила внутреннее. на демона как будто бы пару раз обрушивалась крепостная стена.
Рванув вниз, Бить свалил волколака с ног. Мгновением позже он вцепился зверю в шею, и тот недовольно взвизгнул. Однако в тот же момент волколак понял, что хватка демона ослабела настолько, что сейчас не представляла для него никакой опасности. Разорвав хват, он, отпустив мигом повисшие руки, погрузил клыки в шею демона. Кровь, немного горячее, чем у обычных людей, освежала его, придавала сил. Оставлять врага за спиной неразумно, так что он продолжил сжимать челюсти, надеясь просто перекусить Бить шею, что у него крайне неплохо получалось. И когда хруст позвонков достиг своего апогея, демон нанес свой удар. Он вонзил клык, выдранный из тела одного из поверженных волков, в глаз потерявшего осторожность волколака. В тот же миг оборотень постарался отбросить его, но демон уже крепко прилип к нему, сделав все возможное, чтобы остаться с ним рядом. Он продолжал вдавливать свое импровизированное оружие в голову монстра, параллельно чувствуя, как монстр, приняв правила игры, усилил нажим.
Пожалуй, если бы физическую боль можно было трансформировать в материальные объекты, эта парочка могла бы с лихвой обеспечить стройматериалами целый город. Грудь Бить окрасилась в красный цвет его крови, голова держалась на одних только еще державшихся позвонках, рот периодически извергал потоки известной жидкости. Оборотень выглядел не лучше.
Визг побитой собаки не прекращался ни на секунду, шея волколака напрягалась, на ней вздувались вены, но демону все еще удавалось сжимать монстра в объятиях, которые, тем не менее, становились все слабее и слабее. В этом сражении не было красоты, здесь сталкивалась сила с силой, выносливость с выносливостью, звериный напор с нечеловеческой яростью.
Гедемин не успел рассмотреть, кто же победил в этом противостоянии, так как, во время одной из своих попыток встать на ноги, крайне неудачно упал, ударившись сломанной челюстью об землю. Боль затопила сознание, и в следующий же миг Богиня Света приняла его в свои объятия.
Последователи Богини Света считают, что во время сна или его подобия, в каком сейчас находился полуэльф, души всех праведных созданий попадают в Небесное Царство Света, где набираются сил, чтобы с пробуждением вновь вернуться в свои физические тела. Именно поэтому священники этой религии рекомендуют перед началом дня немного поваляться в постели, чтобы припозднившаяся душа успела вернуться.
Его разбудила необузданная головная боль. Словно тысячи солдат вразнобой били по черепу пиками. Он попытался скрючить недовольную гримасу, но тут же постарался вернуть лицевые мускулы в прежнее положение: сломанная челюсть никуда не делась. Но теперь, по крайней мере, ее бережно придерживало что-то теплое и тканевое. Бинты. Гедемин облегченно вздохнул, тут же пожалев об этом.
Его тело было опутано бинтами, некоторые из них выглядели скорее красно-желтыми, чем белыми. Тем не менее, ему было удобно: кровать, на которой он возлежал, могла похвастаться приличной периной. Значит, все-таки победили.
- Доктор, что вы о них думаете?
Полуэльф узнал этот голос. Он принадлежал одной из работниц гильдии приключенцев из числа персонала. Голос, ей отвечавший, скорее всего, принадлежал дежурному лекарю.
Гильдия держала при себе небольшой лазарет, который оказывал помощь членам гильдии, взимая за это деньги из их наград за задания.
- С тем ластрийцем покончено. Богиня Света, если бы все мои пациенты обладали такой живучестью, как он, я работал бы всего пару часов в сутки. Подумать только! Донести на себе три тела, при этом постоянно рискуя обронить по дороге собственную голову!
Гедемин навострил уши. Судя по его ощущениям, одно из них порядком укоротилось, теперь оно было меньше даже человеческого уха. Три тела? Он, Гарда… и кто еще?
- Что же касается дворфийки, то с ней все не настолько радужно. Кажется, в ее раны попала грязь с когтей оборотня, так что ее, скорее всего придется придержать подольше. Но честное слово! Дворфы, конечно же, известны своей выносливостью, но только это ей бы не помогло! Вы ведь знаете, моя дорогая, что температура тела магов, практикующих во множестве магию холода, несколько снижена?
Последовала небольшая пауза. Гедемин предположил, что во время нее собеседница доктора кивнула в ответ.
- Ну так вот. Сейчас это сыграло на руку нашей пациентке! Процесс передачи заражения через кровь замедлился, что выиграло ей эти спасительные минуты!
- Это, безусловно, крайне важно, доктор. Но что насчет Геди?
«Геди»? Полуэльф никогда не думал, что в гильдии существует люди, желающие называть его «Геди», кроме разве что членов его группы.
«Ну, надеюсь, она хотя бы хорошенькая. И умеет готовить. И хочет пригласить обаятельного одноглазого ловеласа на сытый обед».
- О! этого субъекта можно назвать самым честным среди этой троицы: он прямолинейно, без каких-либо расовых особенностей, устал и был избит практически до полусмерти. Думаю, если он не очнется в ближайшее время, можно будет делить награду от убийства волколака на двоих.
- Я… еще… жив…
Гедемин старался говорить размеренно, чтобы уменьшить боль. Это не особо помогало, но он хотел увидеть их реакцию. К несчастью, она оказалась не такой, какую можно было ожидать.
- А, вы все-таки очнулись. Я рассчитывал на стон или неразборчивое бурчание, но, видимо, недостаточно сильно стянул челюсть. Судя по тому, что вы способны на членораздельную речь, все срослось правильно. Дорогая моя, - доктор, коренастый невысоклик с ухоженными усиками над губой, кивнул сотруднице, среднего роста девушке с блондинистыми волосами.
- Вам стоит известить ластрийца о приходе в сознание одного из его… друзей? Напарников?
Вопрос так и остался без ответа. Сотрудница гильдии еще раз кивнула, посмотрела на полуэльфа, покраснела, и выбежала из комнаты. А лекарь занялся Гедемином, снимая с его головы бинты и срезая припарки. Полуэльф же в это время занялся разглядыванием окружающего интерьера. До сего момента он нечасто заглядывал в лекарскую, располагающуюся на пристройке, в которую можно было попасть через внутренний дворик.
Небольшое помещение, два ряда кроватей около боковых стен, дверь с одной стороны, квадратное окно с другой. На данный момент, не считая койки Гедемина, незанятыми были лишь две постели. На одной из них мирно спал незнакомый полуэльфу приключенец, на другой кто-то низкого для человека роста полностью накрылся одеялом. Рядом с его кроватью, на тумбочке, помещались несколько ножей и блюдец, которые лекари использовали для лечебных кровопусканий. Хотя полуэльф слышал, что в арсенале Королевских Палачей присутствуют точно такие же ножи, разве что сделанные из более дорогостоящего железа.
- Друг мой!
Дверь с грохотом впечаталась в стену, следом за ней плечи лекаря очутились в крепкой хватке двухметровой фигуры, для этого ей понадобилось согнуться чуть ли не вдвое.
- Доктор, все ли хорошо с моими товарищами?
- Р-разумеется. В-вы же говорите с самым заинтересованном в их оздоровлении представителем общественности, - с каждым словом невысоклик становился все более и более смелым. Его можно было понять: Бить, как и множество демонов, не делал принципиальной разности между выражением счастья и гримасой ненависти.
- Как ты, Геди? А Гарда как? – демон умудрялся одновременно задавать вопросы и полуэльфу, и лекарю.
Вместо ответа Гедемин указал на свою челюсть, потом хрустнул пальцами.
- А-а-а, понятно. Ну, так как там мои друзья? – продолжил атаковать вопросами доктора Бить.
- Все с ними будет хорошо. Хотя, конечно, всегда есть шансы, если вас интересует, - невысоклик скосил глаза на мирно дремавшего авантюриста.
- Вам, впрочем, есть о чем поговорить, вернее вашему другу есть, о чем вас послушать. А мне пара к другим, менее интересным пациентам.
Бить уселся прямо на пол, ведь в комнате не нашлось стула, который смог бы выдержать его бурлящую энергию в этот момент.
Число шрамов на монструозном теле значительно прибавилось, пополнившись крайне неприятно выглядевшими экземплярами.
- Я потерял дубину. Не успел схватить, когда нес вас, а назад еще не возвращался. И меч твой. Я…
Полуэльф жестом остановил его, и тот послушно умолк. Одноглазый сначала показал три пальца на руке, потом указал на себя, потом на кровать, под одеялом на которой, предположительно, находилась Гарда, затем оставил один палец, и попытался спросить одними глазами. Демон его понял:
- Я притащил еще и тушу того оборотня. Его зубы так глубоко вошли мне в шею (на этом моменте Бить указал на глубокие зажившие раны, глубоко уходящие в пространство около трахеи), что отодрать стоило бы слишком много времени, ведь я чувствовал, что вы находитесь в смертельной опасности. Я взял вас под мышки и побежал к Йескелу.
Полуэльф постарался руками изобразить мешочек, в который группа первоначально собирала травы. Получилось не очень, так что Бить начал перебирать слова, которые могли бы заинтересовать его в данный момент:
- Меч, твой меч? Волки, их тела? Арбалет? С твоим арбалетом все нормально, правда, болты я не вытащил… Нет? Тело оборотня? Оно лежит тут же, на заднем дворе…
- Т-т-трава… Мы взяли траву?.. - прохрипел Гедемин, морщась, но замечая, что с каждым разом неприятных ощущений становится все меньше.
- Траву, «Adiuva me»? - Бить скорчил гримасу. – Нет, не смог. На это времени не было.
Полуэльф вздохнул. Он очень бы удивился, если бы им повезло во всем, но судьба ограничила их, сохранив только жизни. Что же делать теперь? Без травы нет денег, а без денег нет ничего. Возможно, за тело волколака можно будет что-нибудь выручить, но и этих денег вряд ли хватит надолго. К тому же, придется вернуться на ту злосчастную поляну за их оружием, вот только высока вероятность, что оно уже украшает пояс какого-нибудь гоблина. Его вполне мог привлечь запах мертвых волков.
Полуэльф вздохнул повторно. Посмотрел на себя, припомнил, что лекарь говорил о Гарде, затем взглянул с надеждой на Бить. Тот улыбнулся ему, но это не прибавило Гедемину оптимизма.
Демон выглядел лучше всех из их группы, но даже с такой лестной характеристикой больше напоминал пришедший в негодность манекен для отработки ударов, на который… напустили стаю бешеных волков, каждый в холке ростом с обычного человека. Его, конечно же, можно было отправить, вот только… запах падали вполне может привлечь кого-нибудь такого же сильного, как и их противники, а может, такую же стаю.
А просить кого-нибудь… Идея показалась заманчивой.
- С-слушай, Бить. Может быть. Ты сможешь. Найти кого-нибудь. Кто захотел бы. Вернуть нам наше оружие. Бесплатно? – Гедемин говорил урывками, пробуя свою вылеченную челюсть, которая с каждым выговоренным словом реагировала на собственное движение все лучше и лучше.
- Да, могу спросить у Шельпа. За ним есть небольшой мне должок.
Шельп? Шельп Шальп из «Тойфельхерн»? Хотя возможность решить одну из насущных проблем появилась крайне быстро, полуэльф не был уверен, что готов принять его.
О «Тойфельхерн» ходили разные слухи. Говорили, что они на волоске от исключения из гильдии. Их тайные дела никогда не выходили на поверхность, но слухи, эти ненадежные сплетни, выставляли их в крайне неприятном свете. И все же исключить их не могли, не имея в первую очередь доказательств, а во вторых не желая отказываться от столь хороших работников, ведь процент выполнения членами «Тойфельхерн» гильдейских заданий оставлял позади даже самые знаменитые группы высоких рангов.
- Ты уверен в том, что им можно…
- А зачем им нас обманывать? – вопросом на вопрос ответил Бить. – Я поддерживаю хорошие отношения с Шельпом. Я знаю, что о нем говорят, но, как говорится в «Книге Надежд»: «Да тот будет благословлен, который неприятеля своего не превратит во врага своего». Или это «Багровый закат сорока одного Высшего Существа»? Кажется, это высказывание точно было в «Священной книге Богини Света»…
- Да понял я, понял.
- Иными словами, мы не должны относиться к кому-то предвзято, даже если группа, в которой он состоит, имеет крайне скверную репутацию. Уверяю тебя, уже завтра мы сможем снова увидеть наши орудия.
- Да будет так, ты меня переубедил.
Открываясь, скрипнула дверь, и в комнату вошла еще одна представительница обслуживающего персонала гильдии. Она была хорошо знакома как Гедемину, так и Бить.
- Рада, что все вы живы, - тепло улыбнулась Мери. Ее чистая забота заставила полуэльфа отвести глаза, а демона зардеться. Безэмоциональной осталась только Гарда. Судя по доносившимся из-под одеяла звукам, она мирно спала.
- Гедемин, мне нужно сообщить тебе несколько вещей, как главе группы.
- Надеюсь, это нечто хорошее?
- В том числе.
Мери, подойдя, уселась на краешек его кровати. При ее приближении Бить постарался усесться как можно, чиннее, пускай и располагался все так же, на полу.
- Во-первых,- начала Мери, - ваше задание, которое вы взяли сегодня утром, остается за вами, если вы не пожелаете отказаться от него. Награда, в виду столкновения с существом высокого ранга опасности, увеличена. Также вам полагается награда за убийство опасного монстра. Так как задания на волколака в той местности отсутствуют, она будет высчитываться по стандартной шкале, в зависимости от среднего ранга вашей группы, а также от ран, полученных во время сражения с ним.
- Это… неплохо.
Стандартная шкала всегда высчитывала награду, основываясь в первую очередь о том, сколько гильдия готова была отдать, но, к счастью, в таких ситуациях авантюристам обычно неплохо перепадало.
- Но также есть и плохие известия. Примерно треть награды будет отдана в счет вашего лечения.
Любые расходы, не связанные с чем-то приятным или необходимым, порождали в душе полуэльфа горькое разочарование. Но сейчас это было не так важно.
Гедемина выписали через несколько дней, затем, еще через несколько – Гарду. В случае с ней доктор сначала вынес окровавленные инструменты, затем начал мыть их в кадушке, все время не смотря ни на Гедемина, ни на Бить. Он продержал интригу около десяти минут, прежде чем спокойно сообщил:
- Кстати, ваша подруга должна бы уже появиться. Ох уж эти девушки-дворфийки, вечно заставляют своих соратников ждать, когда те уже уверились в их смерти. О! А вот и она. Надеюсь, мое последнее высказывании останется между нами, господа, мне не хотелось бы терять клиентов не только через их смерть.
Награды за волколака хватило, чтобы внести плату за месяц в «Черном кинжале», а также на первичные нужды (Гедемин смог пополнить свой тайник спиртосодержащих продуктов под кроватью, Бить поставил на полку новенькая «libro viventium», священная книга Детей Падающих Лучей, а Гарда, как обычно, внесла свою долю в общий бюджет своей семьи.). Слова демона насчет его знакомого оказались правдой: буквально на следующий день дубина и меч были отданы их владельцам с наилучшими пожеланиями и извинениями за сумку с травами, которую так и не смогли отыскать, а сами пребывавшие в городе члены «Тойфельхерн» стали в открытую готовиться к какой-то грандиозной операции, хотя гильдия приключенцев и не обозначала общий сбор сильных групп, как делала всегда, если выполнение какого-то задания требовало одновременного напряжения усилий множества опытных бойцов.
Проблема отсутствия денег не исчезла, но теперь сама группа значительно уменьшила свою боевую мощь. Гарда до сих пор не утратила свой болезненный вид, а Гедемин теперь вынужден был носить повязку, закрывающую половину его лица, так как шрамы от порезов так и не зажили окончательно. Бить немного прихрамывал, но, даже учитывая внешний вид, все так же, как и всегда, представлял главную их силу.
- Полагаю, нам следует закончить первоначальное наше задание, - обратился демон к своим друзьям, когда они сидели на скамье у здания гильдии.
- Мы можем сделать кое-что, - слегка неуверенно проговорила Гарда. Полуэльф удивленно поднял брови: в таком состоянии он видел свою спутницу впервые. Дворфийка постоянно ерзала, каждую минуту начиная перебирать краешек своего свитера.
- Когда Бить нес нас, я не была полностью отключена от внешнего мира. И, когда он нес нас по тракту, я почувствовала кое-что. Изменения в магическом фоне.
- И что с того?
- Мне доступна магия барьеров, в некоторой мере, так что я могу сказать, если где-то неподалеку спадает сильная магическая защита. И это было оно.
- Дезактивация магических заклинаний защиты? – переспросил Бить, - Сильных при этом? Но в тех краях есть только одно место, на которое они могли бы быть заложены…
- …Мертвый Замок, - закончил за него Гедемин. Гарда застыла, ожидая вопросов. А полуэльф думал.
Мертвый Замок – строение из камня, находящееся неподалеку от города, в полудне пути, к западу. Оно стояло в этих местах задолго до того, как был заложен город. Большое, но не громадное, состоящее из переплетений круглых башен. Многие поколения авантюристов желали войти в древние чертоги, чтобы вынести оттуда сокровища, которые, без сомнения, лежали там, облаченные в пыль, в обилии раскиданные по каменным залам. Вот только… Магические барьеры, которые не позволяли даже преодолеть главные ворота, стояли неразрушимой преградой на пути даже приключенцев SSS-ранга. Их пытались сломить и грубой силой, и искусными магическими манипуляциями, но все без толку. И вот теперь, по словам Гарды…
- И это объясняет странное поведение «Тойфельхерн». Ну как, более обычного странное поведение, - выдохнул полуэльф.
- Даже «Тойфельхерн» понадобится большое количество времени, чтобы составить сильную группу, которая смогла бы отправиться в замок. Мы можем попытаться проскользнуть первыми, и заполучить сокровища себе.
- Ты ведь понимаешь, что эта авантюра может оказаться куда более опасной, чем что-либо из этих, - полуэльф указал в сторону доски, на которой висели задания. Потом потупил свой взор:
- В прошлый раз я был виноват в том, что…
- Каждый из авантюристов, особенно наших, средних рангов, должен быть готов к опасности, даже в миссии по собирательству, - громогласно оборвал его Бить. Несколько выходящих из здания гильдии авантюристов покосились на них, привлеченные громким звуком.
- Бить прав, - Гарда серьезно посмотрела на Гедемина, вернув на лицо старое доброе легкое презрение. – Твоей вины в случившемся нет. Если судить так, получается, что виноват оборотень.
- Да, старый добрый волколак. Помнится, его тушка неплохо так продалась. Надеюсь, лаборатория того алхимика находится довольно далеко от города, а если не так, все окрестности могут провонять этим мерзким запахом мертвой псины.
- Сейчас не в этом дело. Подумай, при удаче мы разом сможем покрыть наши расходы на ближайшие года. А если нам будет благосклонна Богиня Света, мы получим возможность никогда больше не рисковать своими жизнями.
- К тому же, мы всегда сможем отступить, - подхватил демон. Они все заговорили разом, и каждый заканчивал фразу за предыдущим:
- Сделаем вид, что идем выполнять то задание с травами…
- … Но сами обследуем ворота в Мертвый Замок…
- … Если барьеры спали, проникнем внутрь, осмотримся…
- … И если там небезопасно, сразу отправимся обратно на поляну с «Adiuva me»…
- … Но если…
-… Все в порядке…
- … Проникнем в чертоги и постараемся потуже набить мешки!
Они замолчали. План был прост, но, в своей манере, идеален для сложившейся ситуации. Если бы кто-нибудь спросил, что им понадобилось в тех местах, они ответили бы просто: незаконченное задание. Подобное оправдание могло бы отвадить от них подозрения в каких-либо нарушениях кодекса гильдии, который предусматривал, что при вскрытии ранее неизвестных сокровищниц процент причитался гильдии, а также она имела право изъятия тех артефактов, силу которых можно было бы расценивать, как угрозу спокойствия города.
Может быть, в других обстоятельствах они и сообщили бы об этом событии в гильдию, вот только «Тойфельхерн» отправлялась со дня на день, да и другие приключенцы, забредающие в ту местность, могли легко раскрыть новоявленный секрет Мертвого Замка.
Наскоро подготовившись и уточнив в гильдии, что на «сбор трав» им в этом случае может понадобиться больше времени, они отправились в путь, предварительно запрятав несколько холщовых мешков поглубже в походные рюкзаки.
- Но как, в случае успеха, мы протащим полные золота мешки через стражу у ворот? – вдруг остановившись, спросила Гарда.
- Мы могли бы подкупить стражу, - отвечал Гедемин. – Но, как мне кажется, лучше перестраховаться, так что я сегодня ночью взломал малую калитку восточной стены.
- Это великолепно. А если кто-то спросит, откуда у нас такие деньги, мы с легкостью ответим, что нашли тайник где-то в городе. За это взимается наименьший налог, - здраво предложил Бить. Полуэльф и дворфийка кивнули.
На весь путь они затратили меньше полудня, хотя при этом с удивлением для себя обнаружили, что стараются растянуть время на как можно более длинный промежуток. Даже Бить, под шаг которого они обычно подстраивались, в этот раз старался все время держаться около них.
Наконец, они нашли «приключенческую дорожку», ведущую в окрестности Мертвого Замка. Этот промежуток пути они, наперекор первому, проделали быстро, словно бы боясь струсить окончательно. Бить сместился вперед, поигрывая булавой. Текущая в его крови древняя ярость, «берсерк», наконец-то избавила его от той тени страха, что поселился в нем, едва они миновали ворота.
- Мы все еще решимся на это? – спросил Гедемин, ни к кому не обращаясь. Ответом ему была многозначительная тишина. Которая, впрочем, прервалась крайне неожиданным способом, так как кто-то, внезапно матерелизовавшись на их пути, весело поинтересовался:
- Решитесь… решитесь на что?
Договаривал фразу спросивший, уже болтаясь в крепкой хватке демона, в паре метров над землей. Но его, кажется, это волновало не особенно сильно, хотя и было заметно, что пару секунд назад Бить в первую очередь попытался опустить на голову существа свою дубину, раздумав делать это, когда железный шип уже почти оцарапал темя.
- Немного не то, на что я рассчитывал, но вы, кажется, все-таки не хотите убить меня?
Подняв тело существа, молодого человека с гривой ярко-желтый волос, к лицу, Бить тут же опустил его на землю.
- Белк? – спросил он недоверчиво.
- Он самый, Белк превосходного качества, тот самый неповторимый ловелас Белк.
Одежду молодого человека составляла легкая кожаная куртка, без намека на какую-либо защитную функцию, кроме разве что первоначальных функций одежды. Такими же были и штаны. Из оружия можно было увидеть только несколько небольших метательных ножей, выполненных в простом, дешевом стиле.
- Кто это, Бить? Ты знаешь его? – глухо спросила Гарда, недоверчиво смотря в голубые глаза человека.
- Да, - голос демона дрожал, но не от страха, а от бушующей ярости, которая, впрочем, не имела к Белку никакого отношения. – Он – один из членов «Тойфельхерн», следопыт.
- Рад познакомиться, - кивнул полуэльфу и дворфийке юноша, расцветая в улыбке. Лицо его при этом сохранило свое холодное выражение, которое не вязалось с добродушными, игривыми оттенками голоса.
- Неужели это и есть те самые милые твоему сердцу друзья, верность которым ты предпочел членству в «Тойфельхерн»?
- Ты состоял в «Тойфельхерн»? – быстро спросил Гедемин, впившись Бить в глаза, в которых, позади яростного буйства, промелькнул стыд.
- Они… Они сделали мне предложение, но тогда я уже был с вами.
- Понятно, - кивнул полуэльф, задумавшись, что за чувства возбудило в нем это известие. Может быть, это была… зависть? Ведь в «Тойфельхерн» принимали в основном приключенцев, «нечистых» на руку, а Гедемин, мягко говоря, сам не был образцом доброго и отважного авантюриста. В группе похожих на него разумных существ он смог бы существовать в достатке… нет. Даже в самые скверные времена полуэльф, потерявший глаз за воровство драгоценностей, и помыслить не мог о такой вещи, как торговля рабами, в которых «Тойфельхерн», по слухам, обращала жителей деревенек, находившийся в самой глуши.
- Что тебе надо? – обратился полуэльф к Белку. Тот взмахнул своими длинными ресницами:
- Разве мы с вами не все приключенцы? А где мы находимся? В этом самом месте я прямо сейчас могу выполнять какое-нибудь важное, индивидуальное задание, порученное мне самим главой отделения гильдии приключенцев Йескела!
Белк явно наслаждался звуками своего голоса, в момент собственной речи его глаза сияли, лучились вниманием.
- И это никак не связано с Мертвым Замком? – фыркнула Гарда, Гедемин неодобрительно посмотрел на нее.
- Эй, это должен был сказать я! – запротестовал блондин. – Вы ведь тут ради Мертвого Замка? Хотя, кого я спрашиваю! Ведь именно благодаря вам мы узнали о такой возможности, как очищение этой твердыни! Честно, я не удивлен, что ты, маг и, судя по некоторым выпуклостям, девушка, смогла почувствовать снятие защитных заклинаний. В конце концов, такой сильный воин, как Бить, не оставил бы «Тойфельхерн» ради кучки слабаков!
Он улыбнулся демону, тот оскалился. Ярость, искусственная злоба демонов, используемая ими, как оружие, бушевала в нем, всего его самообладания хватало на то, чтобы просто понимать то, о чем говорят около него.
- Скажу даже больше, - продолжал Белк. – Мои командиры специально выставили дозор в виде меня на случай, если вы решите попытать удачу и вернуться сюда.
- Мы пришли, чтобы выполнить задание, полученное нами много дней назад, - голосом дворфийки можно было точить камень. В ее народе допускалось было говорить о «выпуклостях» дамы только в том случае, если вы желали крайне быстро умереть от одного точно брошенного метательного топора, запущенного одним из родственников, а подчас и самой, вами обсуждаемой, дворфийкой.
- А вот твое времяпрепровождение крайне подозрительно…
- Ой, да ну хватит ломать комедию! – неожиданно быстро сдался Белк. Уголки его рта сместились вниз, из-за чего лицо стало напоминать плаксивую маску. Примечательно в ней было то, что глаза так и остались невыразительно-безэмоциональными. – Все мы знаем, зачем здесь я и зачем здесь вы! – указательный палец с длинным ухоженным ногтем сместился в лесную чащу:
- Мертвый Замок, по слухам, внутри он просто весь завален золотом и ценными артефактами! Что вы, средненькие авантюристы, что мы, «Тойфельхерн», великие и ужасные, позарились на это богатство! Было бы больше охотников, вот только о снятии барьеров пока что знаем только вы, да наша братия. И никто более.
Он явно увлекся своей речью. Впрочем, им это было только на руку. Гедемин панически думал, что же делать теперь. Можно просто уйти, обратно к поляне с травой, и продолжить выполнение первоначального задания. Но тогда они потеряют все то потенциальное богатство, что обещает им Мертвый Замок… Атмосфера напряженности повисла между ними. Фактически, Белк поймал их, и пускай гильдия все равно не примет эти не подкрепленные доказательствами догадки, но таким образом их группа легко могла заполучить такого могущественного врага, как «Тойфельхерн», а враги этой организации уровня простых средненьких авантюристов жили не долго.
- Как насчет небольшого соглашения? – вдруг заговорщически предложил Белк. Впервые его лицо задвигалось, а глаза наполнились алчным огнем. Дворянское лицо в момент утратило всю свою холеную красоту, превратившись в маску зверя, этакой большещекой белки, вожделенно смотрящей на бесхозные орехи.
- Что ты… - Гарда готова была сменить гнев на милость, но Белк прервал его, будто бы и не заметив, что кто-то пытается обратить его монолог в диалог.
- Видите ли, если первым богатства заполучит «Тойфельхерн», мои командиры, то мне, при общем распределении, достанется не так уж и много. Но, ах, это вечное но! Если вы станете первооткрывателями, то явно не забудете вашего благодетеля, который скромно пропустил вас, наплевав на все предписания…
- Кажется, я тебя понял. Сколько? – Гедемин успокоился. Разговор вступал на хорошо ему знакомую тропу.
- Не менее трети от всей добычи, а также вы дадите мне выбрать три вещи, любые, - улыбнулся Белк.
- Мы станем первооткрывателями, это гораздо опаснее, чем обычная зачистка. А также, мы можем обозлить твоих хозяев, - на этом слове Белк болезненно сощурился. – что еще опаснее. Одна доля из десяти, и одна вещь.
- Мм… идет, а еще ни вы, ни я, сегодня не встречались.
- Разумеется. И гильдия не должна знать об этом.
- Это ясно, как день. Что же, долгие прощания делают сами прощания невыносимыми. Прошу же, навстречу геройству!
Белк, все время болтавшийся над землей в хватке Бить, в воздухе сделал полупоклон, разведя руки. Демон, сообразив, что ему пытается сказать полуэльф, поставил юношу на землю. Тот, отряхнувшись более не издав ни слова, мгновением позже растворился, исчез в воздухе. Лишь несколько веток раздвинулось да трава пригнулась.
- Пойдем, - сказал Гедемин, и вся группа, не проронив ни слова, продолжила свое путешествие.
Через полчаса они вышли на окраину гигантской территории, деревья на которой не росли, так как их корни просто не могли найти необходимых питательных веществ в этой проклятой, каменистой почве. Составители карт этих мест давно доказали тот факт, что Мертвый Замок находится ровно посередине этой территории.
Каменный конструкт, состоящий из десятков цилиндрических башен разного радиуса, без бойниц и окон, слово змеи, охватывающих одну, самую большую, которую едва можно было разглядеть под всеми остальными строениями. Серый, ничем не выделяющийся камень, из которого был выстроен замок, хранил в себе одну примечательную вещь: он был неразрушим. То-есть ни одно из атакующих его заклинаний, ни одно из орудий, призванных уничтожить его каменные стены, не оставили на поверхности замка ни царапины. А ведь на его сокровища посегали великие маги, даже нынешний архимаг королевства. Он, кстати, добился больших успехов, чем другие, унеся с собой осколок каменной крошки. Образовавшаяся в результате этого мизерная брешь, в которую не смогла бы залезть и фея, заросла в ту же секунду, как осколок был извлечен.
Проникнуть в эту твердыню можно было лишь одним способом – через главные, и единственные, ворота, располагающиеся в нескольких десятках метров над землей, с ведущими к ним ступенями из все того же материала.
- Мы уверены, что сделаем это? – Гедемин спросил это и обернулся к своим спутникам. Гарда, не задумываясь, кивнула, Бить последовал ее примеру. Их уверенность компенсировала чувство страха, наполняющее естество полуэльфа, и ему стало чуточку легче. Даже если что-то пойдет не так, они смогут выбраться из заварушки, как делали это не раз. В конце концов, каждый из них легко доверил бы свою жизнь двум другим. Гедемин продолжал чувствовать тоску по родине, по прежним дням, но чувствовал, что рядом с Бить и Гардой может найти даже эту отсталую Ультиму приемлемой для существования.
- Если все пройдет удачно, и к концу этого приключения мы будем живы и, чем Лять не шутит, богаты, то я… брошу пить и игру в кости, и познакомлю вас со своей бабушкой.
Лять – слово, зачастую используемое, как ругательное выражение, обозначающее богиню несчастий, а также внезапной боли, вроде удара мизинцем о чей-нибудь обитый железом сапог.
- Ты не говорил, что у тебя есть бабушка… - благоговейно
прохрипел демон. Жажда драки снедала его изнутри, но он, по заветам книги «Благих Начал», священной рукописи братства Абсолютного Добра, чувствовал небывалое уважение к дряхлым существам, которых их сородичи не употребляют в пищу, видя в старом, больном теле больше пользы в живом виде, чем в зажаренном на углях.
- Все никак не представлялся случай ввернуть это в разговор. Она прелестная старушка лет семидесяти с где-то десятилетним хвостиком, мой единственный родственник.
Гарда молчала, потупив взор, кончики ее ушей, удачно скрытых под капюшоном, рдели, как рубины в изделии ювелирных дел мастера. У дворфов старой закалки знакомство с родственниками было знаком высочайшего доверия со стороны знакомящего, даже если знакомящиеся уже были в сношениях до этого.
- А я, когда мы будем об… обеспечены с достатком, - Бить продолжал делать попытки говорить в привычной для себя манере, вставляя на место простых слов более сложные, притом, что ярость демонов продолжала находиться в активной фазе, и рот его, сжатый, все равно непроизвольно раскрывался в зловещей гримасе, а глотка постоянно производила на свет разного рода хрипы, от которых у неподготовленного существа волосы встали бы дыбом.
- Если мы достигнем этого, то я… я… я… - демон задумался, скорость передвижения мыслей в его голове так же значительно сократилась под влиянием природной злобы.
- Если мы вернемся в город, - тихо произнесла дворфийка. – Если будем живы, то отправимся в путешествие в Эшингар.
- Да, точно! – подхватил демон, видимо, найдя это предложение вполне удобоваримым в сложившейся ситуации.
- Сейчас не лучшее для этого время, отношения между Эшингаром и Ультимой сейчас натянуты, как струна, да и в моей родине власть сейчас не очень хорошо относится к приключенцам, - возразил Гедемин.
- Это неважно, - все также тихо произнесла Гарда. – Как только ты вернешься туда, то сможешь наконец-то закончить свой Гнарл-морт.
- Сомневаюсь, что в тех местах теперь лечат алкоголизм, - вздохнул Гедемин, но продолжать говорить что-то против этой опасной затеи не стал. В конце концов, все это относится к событиям, которые могут произойти только в том случае, если они выберутся из Мертвого Замка. К тому же, спорить с переполненными чувства долга по отношению к другу дворфами все равно, что драться группой средненьких авантюристов против матерого волколака – понятия не имеешь, выживешь ли ты вообще.
- Кхм, мы же вроде собирались нанести визит в местную сокровищницу?
- Не будем откладывать это событие! – взревел Бить, первым направляясь к каменным ступеням. Гедемин и Гарда последовали за ним, на ходу принимая вид излюбленной ими боевой формации.
Положив руки на створку одной из двух частей ворот, Бить с видимым усилием двинул ее вперед.
- Они… каменные, - заметил он.
Это было и вправду очень необычно, структура ворот ничем не отличалась от структуры всего замка, и лишь орнамент вокруг двух створок, а также небольшая щель между ними, позволяли сделать вывод о том, что этот участок Мертвого Замка может стать проходом для приключенцев.
Перед тем, как войти, демон еще раз посмотрел на своих друзей. Его не страшили опасности внутренних помещений заброшенной крепости, но он хотел знать, не передумали ли Гедемин с Гардой. Те не дрогнули, и он, с шумом втянув носом воздух, сделал первый шаг.
Мертвый Замок встретил их затхлой тишиной пустых каменных прямоугольников, которые здесь заменяли комнаты. Сразу за воротами находился первый из них – идеальный куб десять на десять метров, где не находилось ничего. В каждой стене, ровно посередине, располагался проем, включая тот, через который прошли авантюристы.
- Хм, негусто. Надеюсь, мы чуть было не попали в число врагов «Тойфельхерн» из-за чего-то более вещественного, чем слава первооткрывателей.
Гарда приподняла свою ногу. На каменном полу остался след в том месте, где вековая пыль стерлась или прилипла к подошве.
Они прошли через тот проем, который располагался в оппозиции от Главных ворот. Они продолжали быть единственной вещью в этом месте, которое было выполнено по индивидуальному шаблону. Пройдя, они вернулись в первое помещение и выбрали другой проход, затем вернулись снова и шагнули через порожек оставшегося. И продолжали так делать, так как та часть Мертвого Замка, которую они уже изведали, представилась им состоящей из все тех же кубов-помещений без какой-либо индивидуальности, без единого различия.
- Этого просто не может быть! – недовольно, почти злобно, воскликнул Гедемин, чувствуя, как гадкий комок подкатывает к горлу.
- Сейчас мы находимся в башне посередине. Есть еще те, что опутывают ее. Надежда еще не потеряна, - спокойно заметила Гарда.
Эти слова, сказанные в обычной манере представителя расы дворфов, как бы говорившие: «Не прекращай разрабатывать угольную шахту, коли в одном из ее ответвлений не обнаружилось угля», не на шутку взбесили полуэльфа, но все равно охладили пожар его ярости.
- Не все так, - вдруг проворчал Бить, продолжительное время упорно нюхающий носом воздух.
- Что ты имеешь в виду?!
- Гниющая плоть, я чую гниющую плоть.
- Зомби?
- Нет, тут есть лишь мертвая гниющая плоть.
- Богиня Света меня раздери, терять еще и звание первооткрывателя я не собираюсь! В каком направлении?
- Туда.
Бить вытянул вперед руку, и Гедемин тут же направился по ее направлению. Место первого он сохранял недолго: рыкнув-проворчав «Не лезь поперек воина в пекло неизведанной засады, Литание Силы», Бить отодвинул его и встал первым, сам показывая путь.
- Постойте.
Они синхронно повернулись Гарде, которая не пошла за ними, так и оставшись на месте. Свет дня, просачивающийся через открытую створку ворот за ее стеной, мягко падал на противоположную стену, помогая дворфийке отбрасывать тень.
- Вам не кажется, что здесь крайне странный свет?
- Что ты имеешь в виду? – произнес Гедемин, полностью не понимая, на что Гарда хочет, чтобы они обратили внимание.
- Понятно, почему здесь стало светло: мы вошли, и свет прошел за нами. Но вы продолжаете идти дальше, и тень отходит вместе с вами. Вот.
Она подошла к одному из проходов, и, прежде чем войти в него, слегка посторонилась, показывая, что за ним можно легко разглядеть еще одну квадрат-комнату с таким же проходом во в точности подобной этой стене. За ним не было видно ничего.
Гарда прошла сквозь проем, и мрак в указанном месте исчез. Вместо него вновь можно было увидеть все туже знакомую комнату-квадрат с уже знакомыми атрибутами.
- Кхм. Странно, что мы не обратили на это внимание.
Гедемин взглянул на Бить. На глазах его друга вздулись венки, грозящие в ближайшее время сровняться по размерам с обычными венами.
- Кхм-кхм. Вернее, я не заметил.
- Мне и самой стоило больших трудов сосредоточиться на этом. В этом месте… очень сложно думать о нем.
- Возможно, это какой-то защитный магический механизм, который не отключился, - предположил полуэльф, на всякий случай проверяя ту информацию, о которой говорила Гарда. К сожалению, все наблюдения дворфийки оказались правдой: ни одна мысль в его голове, направленная на анализ внутреннего убранства замка, его возможный ловушек, не реализовывалась в полной мере. Он мог запомнить лишь некоторые подробности, другие же отбрасывались, будто бы были ненужными подробностями. Полуэльф практически лишился своего критического мышления, способности к глубокому анализу.
- В любом случае, - продолжила Гарда. – В любом случае, странно еще и то, что эти помещения освещены не солнечным светом. С обеспеченным нами проходом он никогда не смог бы заполнить собой все пространство, но, даже несмотря на то, что мы отдаляемся, освещенность не изменяется. Она остается все на том же уровне. И магических огней я не вижу и не чувствую, если бы они были невидимыми.
- Ну так мы пойдем?! – осведомился Бить, продолжая сверлить пространство впереди себя налитыми кровью глазами.
- Да, - ответил, не задумываясь, полуэльф. Они все были готовы к подобному, пускай и рассчитывали, что это выразиться скорее в нескольких экзотических монстрах или копьях, выскакивающих из стен, нежели в странных заклинаниях, воздействующих на разум. Но пока их уровень был не настолько значительным, чтобы отказаться от возможной добычи.
- Пройдем еще с пяток комнат, и если не найдем ничего путного, оставим все на наших «друзей», - полуэльф вздохнул и улыбнулся.
- Ну, и оставим записку с надписью: «Геди, Гарда и Бить были здесь».
Гарда позволила себе легкую полуулыбку, отчего свою шутку Гедемин мог счесть крайне удачной.
Квадраты комнат продолжали тянуться, складываясь в коридоры, но группа все же старалась держаться определенного маршрута, который должен был завести их вглубь постройки из неразрушимого камня. Они пару раз встречали источник запаха мертвой плоти, которые оказывались лужами полузасохшей крови, в обилии расположенными на стенах, полах и потолках все тех же одинаковых, не наполненных от слова совсем сокровищами, комнат. Но они не теряли веры: Гедемин в свое чувство самосохранения, которое, вкупе с заботой о товарищах, могло в самый нужный момент дать знать, что пора бы сматываться, Гарда в крепкую сплоченность их коллектива, а Бить верил в во все это одновременно, а еще в свою ярость и всех богов сразу.
И им все-таки улыбнулась удача. В тот самый момент, когда искусственная тьма отхлынула от соседней комнаты с той, в которой на данный момент находилась группа, Гедемин споткнулся о что-то. Через секунду он нагнулся и поднял с пола кольцо, покрытое немалым слоем пыли. Сдув его, тем самым убавив размер кольца где-то в полтора раза, полуэльф ликующе произнес:
- Кажется, сегодня мы все-таки наставим рога «Тойфельхерн»!
Кольцо было выполнено из серебра, которое с течением времени потемнело, но все еще представляло из себя немалую ценность, так как создано было, без сомнения, мастером своего дела, сумевшим расположить на небольшой площади кольца сложный узор из геометрических фигур.
Эта находка в значительной мере подняла боевой дух команды, хотя Бить и до этого прекрасно справлялся с держанием его на стабильном среднем уровне. Полные радостного оптимизма, они продолжали прокладывать себе путь, крайне внимательно всматриваясь себе под ноги. Кажется, госпожа Удача все-таки обратила на них свой благостный взор. Всего через три комнаты они обнаружили каменный стол, на котором лежали в аккуратной стопке листы пергамента. Прежде, чем коснуться их рукой, демон дотронулся до их поверхности своей дубиной, после чего ее верхушка полностью покрылась слоем вековой пыли. Впрочем, главным было то, что с оружием Бить ничего не произошло, и Гарда в нетерпении сдула с листов пыль и углубилась в их содержание. Оторвавшись от них, она одарила своих друзей радостной улыбкой, ей не свойственной:
- Это магические свитки, причем все еще работающие. Они написаны на «магическом формулопреобразователе» научного единства, но очень старой его версии.
«Магический формулопреобразователь» - набор слогов, из которых состоит любое заклинание. Ведь, чтобы использовать заклинание, необходимо перевести, «преобразовать» его формулу из магоматематической модели в слоговую.
«Магия неотъемлимо связана с построением магоматематических теорий и магофизико-теоритических моделей. Фактически, любое заклинание – магоматематическая формула определенной сложности, преобразованная в ритуал, в ходе которого индивид с помощью внутренней магической силы внедряет внешнюю магическую силу в ткань мироздания, заставляя на время действия заклинания изменяться физические законы природы.
Для того, чтобы преобразовать магоматематическую формулу в заклинание, необходимо записать ее на так называемом «магическом формулопреобразователе». В нем каждому магоматематическому действию либо букве либо цифре соответствует свой слог, из которого формируется заклинание. Стоит заметить, что до войны с демонами, когда язык каждого королевства мог в значительной степени разниться с языком соседних политических территориальных образований, существовало множество «магических формулопреобразователей» (тогда как формулы магоматематического характера практически не разнились), основанных на языке конкретного государства. После войны и образования так называемого всеобщего языка, языка общности, которым сейчас владеет около 90% разумного (и признанного законом) населения нам известных государств, в обиход вошел так называемый «магический формулопреобразователь» научного единства, который символизирует одинаково бережное отношение к знаниям в любом из шести королевств. Его слога состоят из букв всеобщего языка с вкраплением транскрипции языка эльфов…»
Научный трактат ученицы Магической Академии Честера Рыдании Торвенган.
- Кажется, все становится все лучше и лучше, - ухмыльнулся Гедемин, и друзья ответили ему тем же. В этот момент они больше напоминали мародеров, нежели честных работяг-приключенцев.
Планировка помещений все так же оставалась прежней, но разнообразные безделушки стали появляться все чаще: спустя три комнаты Бить наткнулся на серебряное ожерелье, лежавшее в углу под слоем пыли, еще через четыре комнаты Гарда обнаружила небольшой тайник в стене, в котором хранились книги на непонятном языке. Но даже так они представляли большую ценность в качестве исторической реликвии, из-за чего были аккуратно завернуты в кусок ткани и запрятаны в один из заранее схваченных мешков. Но самая дорогая находка ждала их впереди.
Продолжая прокладывать путь вглубь цитадели, они вышли в комнату, которая наконец-то порадовала их разнообразием форм. Ключевым различием от остальных явилась лестница в почти полсотни ступенек, без каких-либо украшений. Только правильные линии и стандартизированные пролеты.
Поднявшись по лестнице, они обнаружили проход сразу в несколько коридоров, все таких же блеклых и одинаковых. Но один из них сумел обратить на себя внимание. Приблизившись к нему, полуэльф воскликнул:
- Да ведь это же оружейная! Вот, в этой комнате!
Бить вошел в означенное помещение первым и довольно осклабился. Это и вправду была оружейная, с идущими к потолку стеллажами из серого камня и одетыми в доспехи манекенами. В углах, сложенные в бесформенные кучи, расположились мечи, палицы, моргенштерны и многие другие сорта орудий для доказывания своей точки зрения с максимально малым количеством времени.
К несчастью, след запустения, витавший во всем Мертвом Замке, затронул и это место: почти половина из всего представленного за годы превратилась в ржавый хлам, негодный даже на переплавку. Все мечи оказались затуплены, а некоторые из лежащих на стеллажах кольчуг рассыпались, стоило кому-то попытаться нарушить их покой.
- Мда, - подвел итог Гедемин. – Это, конечно, гораздо меньше, чем то, на что я рассчитывал, но все же…
Он подошел к одной из металлических груд оружия и, заприметив черную рукоять, освободил приглянувшийся ему предмет. Этим предметом оказалась алебарда, выполненная из темного металла. На ней не было видно ни следа ржавчины, и она, пускай и выполненная в крайне аскетичной в плане деталей манере, выгодно отличалась на фоне своих пришедших в негодность собратьев.
- Бить, - позвал Гедемин. Демон отвлекся от разглядывания металлического нагрудника, одного из самых хорошо сохранившийся, и подошел к полуэльфу.
- Знаешь, как пользоваться?
Бить утвердительно кивнул. Кажется, он все-таки не смог поддерживать себя в возбужденном состоянии все время, так что сейчас огни гнева в его глазах сменились лучами детской радости.
- Мне бы места побольше, - заворчал демон. – Может, и смог бы проверить, насколько эта штука хороша.
- Почему же?
Они вышли на площадку к лестнице, и Бить сделал пару пробных замахов. Гедемин невольно отступил: его поразила не техника владения оружием, а скорость, с которой лезвия разрезали воздух.
- Плохая балансировка, - погрустнел демон. – Жаль. А лезвия хороши. Не помню, чтобы встречал настолько нестандартное оружие у кого-либо, кроме богатых воинов. Но баланс плохой. – он вздохнул повторно.
- В любом случае, возьмем его, - решил Гедемин. – В конце концов, выглядит он как что-то, на что найдется спрос.
Они вернулись обратно в оружейную и продолжили разгребать завалы в поисках чего-нибудь ценного, и их поиски не прошли даром. В общей сумме цена собранного ими скарба составила по предварительным прикидкам Гедемина от одного до десяти золотых. Уже сейчас авантюра полностью смогла окупить себя. Но, если учитывать долю, которая достанется их благодетелю, все равно мало. Тем более что по пути им не попалось ни одного препятствия, только старые засохшие следы крови да настигшая их при входе магическая аномалия, влияющая на разум. Она, впрочем, теперь беспокоила их все меньше. Видимо, заканчивалась ее зона действия. И все же странным фактом оставалось отсутствие каких-либо ловушек, причем складывалось впечатление, что их наличие тут и не предусматривалось.
Закончив ревизию помещения, группа продолжила свой путь, выбрав самый правый из коридоров, из которого вело множество проходов в ставшие почти родными кубовидные стандартизированные помещения. И все из них в большинстве своем были пусты, лишь изредка интерьер разбавляли каменные алтари, выполненные в минималистичном стиле. Гарда, дотронувшись до одного из них, отрицательно покачала головой: видимо, когда-то он был частью какого-то неизвестного магического механизма, но теперь, без присмотра, полностью утратил связь с ним. Магия все еще текла сквозь него, но она более не была оформлена в единый направленный пучек, ее не связывали магоматематические формулы.
Охваченный любопытством, Гедемин спросил у Гарды:
- А ты смогла бы, допустим, восстановить связующие его формулы?
Та отрицательно покачала головой:
- У меня не та специализация. Я могла бы изловчиться активировать его, будь оно исправно.
Похожая ситуация наблюдалась и с другими алтарями, но по их количеству, которое к концу коридора превысило первый десяток, дворфийка смогла сделать вывод о том, что древний механизм был воистину громаден. Возможно, создаваемые им заклинания вполне могли опутывать все здание Мертвого Замка. Скорее всего, он и обеспечивал ту непробиваемую защиту ворот, а возможно, что только благодаря ему весь Мертвый Замок оставался той самой неприступной крепостью, о нерушимости которой было известно задолго до основания в этих местах Йескела.
Упершись в стену, они вернулись к развилке с оружейной, чтобы шагнуть в следующий коридор, а затем в еще один, и еще. Всюду их ждала уже виденная картина, и лишь на последнем им вновь улыбнулась удача: вместо каменной пыльной стены они увидели длинную лестницу, которая, исчезая в отступающей по обыкновению, при приближении, тьме, постепенно обращалась в винтовую и сужалась.
Бить вновь пошел первым. Он единственный, пожалуй, сохранил настороженность и сосредоточенность, которые продолжали подогреваться его природной натурой. Это еще больше выставляло напоказ его звериную натуру, которую он никогда бы не показал вне группы.
Архитектура этажа выше отличалась от предыдущего лишь тем, что располагалась на несколько метров выше над уровнем земли. Поблуждав по коридорам и комнатам, найдя несколько вещей, покрытых пылью и стоящих больше, чем казалось на первый взгляд, члены группы стали улавливать некоторую красоту местной архитектуры. В ней явно проглядывалась некая логика, пускай и едва различимая в этом нагромождении пустых помещений и никуда не ведущих коридоров. Тем не менее, они все равно старались держаться маршрута, ведущего одновременно вглубь и наверх, тщательно запоминая свой путь, в надежде найти, наконец, заполненную доверху сокровищницу из местных баек. Но она все не показывалась. Наконец, когда ее наличие встало под самый большой из возможных в данной ситуации вопросов, полуэльф промолвил:
- Можете считать меня трусом, можете думать, что я просто нетерпеливый болван, но мне кажется, пора вложить меч в ножны.
«Вложить меч в ножны» - устоявшееся в Эшингаре выражение, означающее прекращение дела, которое себя изжило, либо было полностью завершено для одной из сторон.
- Мы и так уже окупили эту и прошлую наши авантюры, - продолжал Гедемин, останавливаясь. – И даже смогли заполучить значительную сумму чистого дохода, его нам хватит минимум месяца этак на два. Полагаю, стоит остановиться, пока нам сопутствует удача. А то чем Лять не шутит.
- Я не согласна, - Гарда отрицательно покачала головой. – Мы слишком много прошли, и остановиться на полпути было бы очень глупо.
Бить, со своей стороны, также пробурчал нечто невразумительное, но при этом носящее отношение категоричного согласие с позицией дворфийки.
Продолжать разговор не имело смысла, ведь два голоса из трех ратовали за продолжение похода, и следовательно, за увеличение уровня опасности.
- Думаю, мы находимся в центральной части здания, в том самом месте, для сохранности которого была построена вся цитадель, - предположила Гарда. – Думаю, где-то рядом находится место, которое корректировало работу всего магического механизма.
Однородность пейзажа серых комнат постепенно навевало состояние легкого безумия, как будто архитекторы сего творения ставили перед собой цель построить здание с одним уровнем, но в результате нагромоздили десятки однородных этажей друг на друга, наскоро соединив весь замок оригинальным строением в середине.
- Стойте!!! – дворфийка полу зашипела, полу заговорила шепотом, и ее товарищи, повинуясь рефлексам, остановились, тут же приготовившись к нападению.
- Около нас. Что-то очень могущественное, - Гарда указала на единственную встреченную ими на всем их долгом пути дверь, сделанную по тем же стандартам, что и ворота, через которые они попали в эту обитель Бога сложной симметрии.
- Я почему-то даже не сомневался, - также шепотом ответил ей полуэльф. – Возвращаемся назад, сейчас же!
Бить кивнул. Гарда кивнула. Гедемин сделал первый шаг назад…
… И тут же осознал, что не может пошевелить ни единой из составляющих его тела. Неведомая сила, возникшая из ниоткуда и воспроизводящая эффект заклинания «Паралич», полностью захватила его, вместе с этим обратив его друзей в недвижимые статуи.
- П-понятия не имею, как эта ловушка здесь ок-казалась. – Гарда, напрягая голосовые связки на максимум, все же смогла начать что-то говорить. – Я н-напрягла все свои чувства, в том числе и маг-гическое чутье, но ничего т-так и не выявила. Попробую нейтрализовать ее д-действие.
Вокруг дворфийки вспыхнула аура холодного синего света, на мгновение ослепившего ее товарищей. Температура вокруг резко упала до нуля, дыхание, вырывавшееся из глоток полуэльфа и демона, обратилось в облачко пара.
Дворфийка, как маг холода, использовала одно из своих заклинаний, «Морозное Освобождение». Эффект этой магии позволял вырваться из уже активированной ловушки удерживающего типа. Для его создания не требовалось никаких телодвижений, только хорошее знание магоматематических формул.
Холодный свет, несколько раз моргнув, потух, а они так и остались посреди коридора, застывшие в позах, в которых их застало действие ловушки.
- Эмм… - выразил свое недоумение Гедемин, скосив глаза на дворфийку. Та всем своим недвижимым естеством выражала крайнюю степень обеспокоенности.
- Ничего не могу сказать. Я попробую еще несколько раз, чтобы убедиться.
Вновь стало светло и холодно, но заклинание не сработало и на этот раз. Гарда не сдавалась и продолжала пытаться, применяя «Морозное Освобождение» еще некоторое количество времени.
Холодный пот прошиб ее насквозь, а все тело, несмотря на теплую одежду, закоченело, она уже не чувствовала пальцев на ногах, но продолжала пытаться.
Чьи-то ботинки слабо двинулись вперед, прочерчивая вперед дорожку, свободную от пыли. Бить, утробно ворча, со скоростью самого медленного слизняка продвигался в пространстве, деревянно переставляя ногами. В какой-то момент тело слишком далеко выдвинулось вперед, и лицо демона соприкоснулось с поверхностью каменного пола. Но Бить не прекратил своих попыток, продолжая сокращать мышцы по всему телу, передвигаясь на манер змеи.
У любой магической ловушки существует своя зона воздействия, выйдя из которой можно прекратить действие ее эффектов на себя. Таким способом можно покинуть даже ловушки удерживающего типа, вот только это потребует от индивида выбора из двух путей. Он должен будет: либо активировать заклинание перемещения и, подобно птице, у которой парализована большая часть туловища, перелететь границу действия, либо же, используя физические возможности своего тела, найти в себе волю к передвижению ног в нужной последовательности, выполнение которой даст ему необходимый результат. Бить, за неимением возможности обратиться к первому варианту, по полному использовал второй. Обратившись к своей нечеловеческой силе и ярости, которая в конкретно этом случае могла сойти за непоколебимую волю, он полз к заветной цели. Гедемин беззвучно подбадривал его: ему на ум даже не приходила такая мысль, которая бы предполагала предательство и бегство его товарища.
Бить полз, оставляя за собой след на пыльной поверхности пола. Он полз до тех пор, пока его голова со стуком не впечаталась в одну из дверных створок. Тогда демон, напрягшись, выбросил вперед обе руки, постаравшись зацепиться пальцами за неровные изгибы двери. Гедемин заметил, как на спине у Бить разом расплылись два кровавых пятна под кожей, но это никак не повлияло на его движения.
Со скрежетом ломающихся когтей ластриец приподнялся, после чего разом пропихнул под себя болтавшиеся, словно конечности нитяной куклы, ноги.
- Почти…
Демон напрягся, и кровавые пятна распространились почти на все его тело. Сантиметр за сантиметром, он распластывался по поверхности двери, издавая нечленораздельно хрипящие звуки, к которым, впрочем, успели привыкнуть что Гедемин, что Гарда. Наконец, он смог выпрямиться во весь свой громадный рост, после чего перекатился по стене на спину, громко и отрывисто дыша, иногда полностью прекращая двигаться.
- Это… сложно…
Если бы Гедемин имел силы, то усмехнулся бы.
- Но… я сложнее…
Звук, сродни движению каменных глыб, сорвался с губ дворфийки, но она быстро справилась с несвойственным ей внешним проявлением эмоций:
- Бить, тебе нужно…
Массивные серые двери, до этого недвижимо удерживающие на себе вес массивного тела Бить, распахнулись, будто бы были сделаны из дерева. Стоявший только за счет использования ее как подпорки демон тут же вновь повалился на пол.
Представшее зрелище приковывало к себе взгляды, но, возможно, это эффект был создан искусственно, усилиями существа, занимавшего собой все пространство комнаты, которое уж точно можно было назвать пространством. Остальное материальное воплощение комнаты… что же, его не вполне можно было назвать «материальным». Как будто бы кто-то решил, что создать комнату из вселенской неопределенности является неплохой затеей.
Все вокруг парило и искривлялось, иногда исчезало, но почти всегда делилось, образуя все новые и новые копии уже существующих объектов.
Столы, непонятного назначения геометрические фигуры, каменные блоки с начерченными на них полустертыми магическими символами (Гарда, несколько более разбирающаяся в вопросах магического характера, смогла распознать несколько магоматемтических знаков, применяющихся для создания стационарных порталов), все вместе постоянно сливающиеся в единую картину, где все части превращались в одно целое.
И посреди этой вакханалии представления большинства фанатичных философов о физической неопределенности мира возвышалось некое существо, видом своим больше походившее на демона, но при этом ластриец не чувствовал в нем некую родственную жилку, которая позволяла различать представителя этой расы от любого другого необычного существа, вроде тролля, огра, феи и некоммерческого объединения невысокликов.
Очень высокое, но при этом не казавшееся массивным, из-за своей чрезвычайной худобы. Словно гигантская красно-черная спичка, с многосегменчатыми руками и ногами, которые влачились по полу, когда тело существа плавно парило над ним.
Черные пятна-кляксы, покрывающие красную кожу, находились существенно глубже в теле, нежели основной уровень кожного покрова. Особенно сильно это было заметно в области глазниц: маленькие круглые глазки будто бы были вдавлены в область черепа.
Существо открыло рот: для этого ему потребовалось очень высоко поднять верхнюю челюсть – верхняя губа на ней, похожая на длинный кусок кожи, закрывала все ротовое отверстие.
- Умм…г-г-г?
Существо произнесло очень длинный монолог, постоянно делая драматические паузы и оживленно жестикулируя. Он произвел на группу авантюристов очень сильное впечатление. Единственным моментом, попортившим общий вид их знакомства с новым организмом, явилось полное непонимание того языка, на котором происходила передача мыслей существа.
- Амм… г-г-г-гыг!
Оно обратилось взглядом к ним, ожидая… ожидая чего? Видимо, ответов на заданные в период произнесения речи вопросы.
- Че? – просипел Бить, все еще находясь в тесном контакте с поверхностью пола.
- Ммм… Гы? – недоумевающе спросило существо, затем, не получив должного ответа, кроме разве что непонимающих взглядов собравшихся, обратилось к ним вновь, на этот раз сменив темп и сочетание слогов:
- …, … …, …?
Существо обращалось к ним еще несколько раз, меняя разговорный язык, пока из его рта не стали звучать слова нужного:
- Надеюсь, хотя бы этот сработает. Ну, вы наконец-то можете слышать меня?
- Ага, - местоположение Бить за время установления контакта ничуть не изменилось.
- Фух! – верхняя губа существа задрожала, скорее всего, символизируя чувство облегчения своего хозяина. – Не буду вновь начинать свою речь, ибо это уже выходит несколько комично.
Скребясь конечностями об пол, существо плавно подплыло к демону. Склонившись над ним, он удовлетворённо улыбнулся:
- Прекрасно. Значит, переходим к основным действиям.
Неизмеримое геометрическое безумие, словно живое существо, рванулось в их сторону. Неправильные фигуры, тысячи копий одного целого – в движении это сливалось в единую серую муть. Полуэльф закашлялся и зажмурил глаза: от одного вида творящегося безумия его затошнило.
У них не было и шанса убежать, у Гарды возникло острое впечатление (Она не могла сказать точно, так как подобное озарение пришло к ней во время припадка острой свербящей боли под черепом), что они и вмиг нагнавшее их нечто действуют в условиях разных временных рамок. На этот вывод ее натолкнул характер его движений, а также их соотнесенность с движениями приключенцев.
На каждый приключенческий шаг материальная абстракция одним резким, порывистым, размашистым рывком перемещалось, обхватывая серый коридор, уничтожая его границы. При этом все вышеозначенные пространственные завихрения и аномалии на этот момент застывали, после чего продолжали свою работу, но при этом не с начала движения в прошлом, но с некой точки в будущем, когда некоторые процессы уже успели продвинуться в своем действии.
Пол под их ступнями перестал вести себя, как что-то, сделанное из твердых материалов. Вместо этого ноги авантюристов завязли в нем, как в гигантской слизи. Гарда вскинула вверх руку, выкрикнула заклинание – и на пока еще сохранявшем свою монументальность потолке вырос гигантский сталактит, заполнив собой почти все пространство коридора от одной стены к другой.
- Хватайтесь! – крикнула она, первой доверив свое существование собственной работе.
Им удалось сохранить свое положение: весь низ всей видимой площади скрылся под неизвестной материей, превращающей его в разрастающуюся воронку.
Стены перестали существовать: на их месте распростерлась бесконечная даль, завораживающая своей хаотичностью.
«Нет», - мысленно одернул себя Гедемин. – «Это не хаос. Это порядок. Куда более сложный, чем я могу понять, но все же порядок. Если присмотреться, то абсолютно в каждой видоизменяющейся фигуре, в каждой мелочи, вроде перелива серых оттенков, можно разглядеть… Нечто».
Их ледяной сталактит оставался единственным элементом, не считая них самих, подчиняющимся общепринятым законам… всего.
Он более не соединялся с потолком, но при этом не спешил проваливаться в неизвестность, застыв посередине невероятно сложного порядка, царившего вокруг. Гедемин постарался особо не вглядываться в окружающее его пространство, ибо даже от одного взгляда в какую-либо изменяющуюся вокруг вещь, начинала болеть голова, а руки сами норовили отцепиться от спасительного льда.
Бить промычал что-то, но он не разобрал ни слова. В это время полуэльф вглядывался в лицо дворфийки, которая, производя минимум движений, умудрялась безостановочно суетиться.
Синие снежинки вспыхивали около ее головы, но Гедемину они казались потускневшими, будто бы через силу производимыми на свет. Однако Гарда не сдавалась. Зажмурив глаза и до крови тиснув зубы, она продолжала вполголоса твердить обрывки заклинаний, опознать которые у полуэльфа не хватило бы знаний.
Наконец она замолчала, и молчание это было красноречивее, чем пьяный эльф, со снисхождением доказывающий превосходство своей расы над остальными.
- Полагаю, планов нет? – как можно более отрешенно спросил Гедемин, глядя в сторону, но тут же переведший свои глаза в другое положение, желая избежать приступов тошноты.
- Планы… планы есть, - проговорила Гарда, фокусируя свой взгляд на лице полуэльфа. – Но рискованнее некуда.
- Думаю, ситуация располагает к любым идеям.
Они старались говорить спокойно, но тревожность, готовая в любой момент перерасти в звериный страх, пронизывала их мысли, грозя в любой момент захватить их разум.
Даже Бить, прибежище неразумного бесстрашия, отринув свою яростную натуру, вслушивался в каждое их слово.
- Ты прав, - вздохнула дворфийка. – Иного пути ведь нет?
- Как видишь.
- И правда. Это… - она огляделась по сторонам, но тут же вновь прижалась к сталактиту изо льда. - … Очень сложная магоматематическая формула. Может быть, даже несколько. Все вокруг нас - не иллюзия, однако некоторые ее законы с ней схожи. Например, она не может влиять на нас на физическом уровне. И, так как мое заклинание все еще держится за невидимую опору, можно предположить, что потолок все еще существует, а это значит, что по нему можно передвигаться.
- Что ты хочешь сделать?
- Мне придется создать еще несколько ледяных опор, и, передвигаясь между ними, мы сможем добраться до конца этой «иллюзии».
Помолчав, она добавила:
- Если он, конечно, существует.
- В «Книге четырех истин» говорится, - проскрежетал Бить, - что тот, кто ищет конец, обязательно его найдет. Правда, там речь идет скорее о смерти…
- Любой божественный текст подразумевает за собой множественные интерпретации! – прервал его полуэльф. Затем скосил глаза на дворфийку:
- Что требуется от нас?
- Держи меня, когда для заклинания я вскину руки. А ты, Бить, добросишь меня до новой опоры.
Гедемин улыбнулся, Бить хмыкнул. Гарда облегченно вздохнула.
В решающий момент она вскинула над собой руки и, не дав кольнувшей разум острой головной боли остановить ее, произнесла заклинание, тут же начав падать вниз. Гедемин успел опустить свою руку на ее талию и притянуть к себе, в то время, как около их сталактита, на значительном расстоянии, из пустоты прорастал новый ледяной столб.
Ластриец, убедившись, что дворфийка готова, ухватил ее за ногу и, рыкнув, одним мощным толчком забросил ее на новую опору.
Ухватившись, Гарда еще некоторое время провозилась, устраиваясь поудобнее, а затем, обернувшись к друзьям, улыбнулась, показывая, что все получилось.
- Теперь нужно…
- Полагаю, этого достаточно.
Пальцы. Большие, красные с черными впадинами пальцы. Пальцы без ногтей, но с большим количеством сегментов.
Пальцы двух массивных ладоней, плотно сжатые между собой, ровно в том месте, где только что была Гарда с новой опорой.
Капли крови, падающие с них в неизвестный хаос, обращающиеся во множественные копии самих себя, низвергающиеся в бездну бордовым дождем.
Гедемин застыл, не в силах поверить своим глазам. Осознание приходило к нему медленно, словно было вязким веществом.
Он не мог поверить, что такое могло произойти. Сейчас, в тот самый момент, когда только появилась надежда?
Красные капли падали, меняя направление падения, меняя цвет, меняя объем. В каждой из них он видел и лед, и Гарду, словно они были отражениями на кровавом полотне.
Он видел это, но не мог осознать, делал это слишком медленно.
Разжав руки, он камнем упал вниз, в бездну, не до конца осознавая, что же с ним происходит.
К счастью, тем, кто осознавал ситуацию, но не впадал в панику, был Бить. Благодаря своей демонической натуре, он, сколько бы сильно не любил своих друзей, мог, в трудную минуту, относиться к их смерти, как к явлению, чье действие его не касалось.
Он успел ухватиться за лодыжку полуэльфа, и тот закачался из стороны в сторону над бездной, больше похожий на безвольную куклу.
Заворчав, демон подтянул полуэльфа к себе и постарался вновь закрепить его на безопасном месте, однако последний ни в какую не старался проявить хоть какое-нибудь участие в своем спасении.
Убедившись, что застывшие в пространстве ладони находятся в недвижимом состоянии, ластриец приложил больше усилий, постаравшись вдавить своего компаньона в лед, чтобы тот наконец перестал так активно проявлять свою безучастность в продолжении собственной жизни.
- Что ты делаешь?! – со злобой, не свойственной его характеру, обратился к Бить Гедемин.
Тот, ничего не ответив, настойчиво продолжал проводить свою стратегию.
Поняв, что, не покорившись желанию своего напарника, он не сможет продолжить разговор, полуэльф все же вцепился в выступ и, найдя носками ступней выемки во льду, обратил свой взор к Бить.
Бить же, в свою очередь, посмотрел на Гедемина.
- Почему?! – с меньшей злобой, но с большей горечью, проглатывая подступающий комок в горле, спросил полуэльф.
- Если ты умрешь, то никто из нас точно не сможет выбраться.
- Гарда…
- Мертва, - коротко ответил демон, и в его речи полуэльф обнаружил странные, не свойственные такому положению нотки.
Гедемин замолчал, не в силах что-либо сказать. В то же время, Бить продолжил:
- С этим ничего не поделаешь. Но мы можем выжить. Умирать здесь – глупо. Гарда этого не хотела бы.
Его аргументы казались правильными, однако полуэльфу было на это плевать. Он чувствовал себя опустошенным, ничтожно слабым.
Он ослабил свою хватку, но демон, бывший наготове, вновь заставил его закрепиться на сталактите.
Гедемин чувствовал слезы, стекающие по его щекам, однако никак на них не реагировал. Они прекращались и начинались вновь без его контроля.
- «Оплакивать друга во время битвы – значит не ценить его смерть,» - назидательно произнес Бить. – Культ Одиночника, первая книга, второй псалм.
- Так ты меня знаешь, демон?
Массивные ладони, до поры остававшиеся в одном положении, разошлись по сторонам, и из каждой из них начали проступать руки, столь же огромные.
Вслед за ними, будто бы появлявшиеся из темноты, проступили плечи, голова, туловище – и вот перед ними вновь возникло то существо, красно-черная спичка.
На этот раз его размеры не поддавались описанию – во всяком случае, хотя бы из-за того, что они менялись точно с такой же частотой, что и все вокруг, нерушимыми оставались лишь контуры.
- Тебе знаком культ Одиночника, мой культ? – еще раз повторило существо, плавно оплывая их островок спокойствия в бушующем океане перемен.
Бить молчал, и оно повторило еще раз:
- Так тебе это знакомо, демон?
Ластриец кивнул.
- Что же, - удовлетворенно заключило существо. – Возможно, я смогу извлечь из этого выгоду. Я…
У Гедемина не было ни времени, ни сил, чтобы зарядить арбалет, поэтому он, дотянувшись до футляра, запустил его прямо в лицо существу, благо, попасть по нему было не сложно.
Футляр упал на большую верхнюю губу и, отскочив от нее, присоединился к потоку всеобъемлющих неясных образов.
- Это было… - после недолгой паузы сказало существо, - Предсказуемо. Полагаю, после этого всегда идут одни и те же вопросы.
- Ты! – прошипел полуэльф. – Ты! Зачем?! Почему?!
Существо вздохнуло. Затем его верхняя губа слегка сместилась вверх, открывая ротовое отверстие.
- Вечно одни и те же вопросы. Почему. Зачем. За что. И никто ведь не спросит, с какой целью.
- С какой целью? – быстро спросил демон, исподлобья взглянув на него.
Он посмотрел на ластрийца с недоумением, сменившимся затем ярко выраженной раздраженностью. –
- Я сделаю вид, что не слышал последнего вопроса. Это столь низко – опровергать слова бога. Да даже если бы это и произвело на меня впечатление, я все равно…
В континууме вокруг произошли изменения. В отдельно взятой точке пространство разошлось в стороны, и на мгновение стало видно бесконечное темное небо, наполненное звездами, которые казались слишком большими для небесных светил.
Но его почти тут же закрыла собой просунувшаяся из разлома голова, состоящая из множества голов, виноградной гроздью крепившимися между собой.
Головы заговорили одновременно, и в неясном гуле их голосов, из отдельно взятых слогов и звуком, образовался еще один голос – общее сочетание всех их:
- Маромма, ты опаздываешь с завершением своего задания на девяносто секунд, через восемь минут истечет время, гарантирующее наиболее положительную вероятность отслеживаемого события.
- Ты вмешиваешься в выполнение моего задания, Ормако, - прошипел Маромма. – Из-за тебя оно может быть не закончено.
- С таким временным темпом ты не уложишься в прогнозируемый отрезок.
- С такими комментариями в свой адрес я не уложусь в прогнозируемый отрезок!
- С таким стилем выполнения ты поставишь под удар нас обоих!
Полуэльф и демон недоуменно смотрели на разворачивающуюся перед их глазами сцену.
- Твои действия медленны и непрофессиональны!
- Твои суждения субъективны и неразборчивы!
Голова-головы Ормако сжались, и каждое лицо ощерилось в маске страха, изобразив его по-своему, согласно особенностям строения.
- Делай свою работу быстрее!
- Ты желаешь, чтобы я сделал так?!
Маромма хлопнул в ладоши, и лед треснул под его пальцами.
- Вот так, да?!
- Что ты наделал?! – заверещал Ормако, вываливаясь из разлом в пространство. У него было длинное, гладкое тело без конечностей. – Мы можем не успеть использовать их души для восстановления портала!!!
- ТЫ можешь не успеть, - едко сообщил Маромма. – Но вот я…
Он щелкнул пальцами.
- Задание выполнено.
- Ты точно никого не видел?
- Правильнее сказать: «Тут точно никого не было?». Приятель, ты сомневаешься в способностях не того существа.
Белк улыбался, рассматривая группу авантюристов, стоящих перед ним. Все они были членами «Тойфельхерн».
- Ладно, - осклабился главный. – В таком случае, ты можешь идти. Если, конечно, не хочешь пограбить Мертвый Замок.
- Спасибо за предложение, но я вполне доволен предложенной мне долей. Лезть в места с названиями, связанными со смертью или болью – не мое. В конце концов, Богиня Света хранит меня для других дел.
Белк достал из кармана амулет и посмотрел на него.
Небольшая пластина из металла, с проделанным в ней отверстием для веревки.
Пластина, выполненная в черных и красных тонах.
- А также мне помогают и другие боги.
ВНИМАНИЕ! ДАННЫЙ РАССКАЗ ЯВЛЯЕТСЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ ИСТОРИЕЙ К РОМАНУ "APOCALEPTICON". ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШЕГО ЗНАКОМСТВА, ИЛИ ЧТОБЫ СКОРОТАТЬ ВРЕМЯ ДО ВЫХОДА ПРОДОЛЖЕНИЯ, А ТАКЖЕ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ НЕМНОГО ПОТЕШИТЬ ЭГО АВТОРА С ТАКИМ СТРАННЫМ НИКНЕЙМОМ, РЕКОМЕНДУЕМ ОБРАТИТЬ СВОЕ ПРОСМОТРЫПРИНОСЯЩЕЕ ВНИМАНИЕ НА ЭТО ПРОИЗВЕДЕНИЕ.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге