Башни миров

Глава 1. Башня.

Никто уже никогда, наверное, не вспомнит, как это работает. Есть учёные, которые исследуют этот вопрос, но продвинулись они за последние лет сто, насколько я знаю, не дальше, чем были в самом начале своих изысканий.

Я взял в руки ключ и встал в круг, начерченный на полу узкой высокой башни. Внутри она была абсолютно пустой: никаких перекрытий до самого верха. Время не щадит никого (и ничего). Ветер завывал в отверстиях разрушенных окон, будто пытаясь сыграть на гигантской расстроенной флейте, придавая некую грустную комичность тому, что сейчас происходило внизу.

Я прожил немало миров — так говорят у нас в ордене Армариусов (названий, впрочем, много, в каждом измерении именуют часто по-своему, в каких-то вообще есть свои подобные общества), — но не растерял способности удивляться и подмечать ироничность моментов, несмотря на то, что восприятие слегка затёрлось. Шутка ли — во время обучения ты всегда проходишь этап, когда надо за неделю обойти десяток миров — так надо для сдачи одного из финальных экзаменов, когда ищешь нечто, спрятанное мастерами-наставниками. И это не всегда предмет, иногда нужно просто найти ответ на вопрос! В изобретательности им не откажешь.

Башня выла, гудела и пошатывалась под порывами ветра. Я тряхнул головой, очнулся и снова опустил взгляд на ключ в своих руках: это была каменная фигурка с невероятным образом вставленным сверху сердечником, оканчивающимся сферой внутри. Отдалённо вся конструкция напоминала колокол: что-то похожее использовалось в одной игре из соседнего с моим мира, она называется Амадан — дурак. Смысл игры в том, чтобы пережить конец света, а если у тебя не получилось — то сам дурак. Самое забавное в том, что пережить его можно было только умерев. Ох уж эти весёлые народы северной гряды.

Колокол всю игру стоит неподвижно и только в конце начинает звенеть. Не всегда буквально — только хорошие, дорогие наборы укомплектовывались настоящими колокольчиками (которые при своих не больших размерах каким-то загадочным образом умудрялись издавать такой низкий звук, что до сих пор мне кажется чем-то невозможным — определённо здесь задействована какая-то неведомая магия). Звучит роковая фигурка три круга, после которых игра заканчивается.

И все умирают. Вернее, всех уносит Ветром Рока в Бездну Миров, что по сути и есть смерть. Или я чего-то не понимаю. но сами посудите — чтобы выиграть — надо умереть. А если не успел — то ты умер.

Чертовщина какая-то.

Я моргнул и громко чихнул: закатное солнце добралось до моего лица и теперь грело мою бледную кожу, ослепляя и раззадоривая аллергию на яркий свет. Эхо несколько раз подпрыгнуло туда сюда из-под круглого верха башни и время снова начало течь, как обычно. Видимо, я опять задумался, пора двигаться дальше.

Я стоял в самой середине круга сопряжения, начерченного поверх такого же, но выдолбленного в камне. Местами он был затёрт бесконечными путешественниками (не то, чтобы их было так уж много, но время… впрочем, я уже говорил.), и пришлось вспоминать и чертить его мелом поверх. Чем-то весьма отдалённо это напоминало пентаграмму. Меня могли бы сжечь на костре, будь я женщиной в веках и мирах, где жгли красивых (иначе никак, если ты ведьма) девушек. Впрочем, вопрос пола тут как раз был вторичен.

А вот в моём случае сейчас эта проблема стояла весьма остро: в неровном каменном полу не хватало одной существенной детали: выемки для ключа. Я переместил заплечный мешок на пояс и стал копаться внутри: где-то там должно было лежать долото. Важно иметь его под рукой, но необходимо оно довольно редко: либо всё и так в порядке с кругом, либо он выполнен на чём-то более мягком, на дереве например и хватает просто хорошего ножа. Есть, конечно вариант, при котором не нужно ничего долбить или вырезать и я даже знаю о нём, но не очень хорошо помню: я использовал его лишь раз — во время обучения. На моей памяти его вообще никто не практиковал за пределами школы. Да и наставники отзывались о методе довольно туманно: пускались в пространные рассуждения о целесообразности, устарелости (что вообще смешно, учитывая то, насколько стара сама технология) и безопасности (что уже гораздо понятнее). Я полагаю, на самом деле никто толком не осознаёт, как это всё работает, отсюда и отсутствие ясности во всём этом. Я уже не удивляюсь, если встречаю молодых армариусов, которые даже и не слышали о таком способе открытия врат. Подумать только — безключевой доступ! Много мы шутили на эту тему, будучи студентами — когда ты просто подходишь к двери и кричишь тому, кто за ней: «Открывай!». И он открывает. Весёленькое дело, а если никого нет? А вот когда у тебя есть ключ, ты хозяин положения.

Пока я рылся в сумке, оттуда что-то выпало. Шаркнув по полу, я ловко поймал покатившийся диск цвета слоновой кости (и материала весьма похожего, но куда более прочного) и едва не рассыпал вообще всё, но вовремя спохватился, поддел рукой мешок и из него, ярко сверкнув мне в глаза уходящим за горизонт солнцем, выпало нужное мне долото и с пронзительным звоном, тут же прокатившимся по башне, ударилось о каменный пол.

«Растяпа», подумал я. Прочихался, подобрал инструмент, и, вытащив небольшой молоточек принялся за работу.

Если круг вписать в квадрат, и приняв за центр один из его углов, прочертить ещё одну окружность, радиусом которой будет ребро квадрата, а потом повторить эту операцию для каждого угла, то мы получим посередине фигуру, больше напоминающую подушку. В одном из её углов и нужно расположить ключ, который в сущности должен как бы пронзать всё изображение насквозь. В конце концов, любой ключ отпирает дверь, если им как бы её проткнуть.

В данном случае мне нужно было просто восстановить «замочную скважину». Работы было не много, я обточил края, выгреб землю из углубления сделал чуть ниже и ровнее дно.

Солнце уже скрылось за краем неба и света становилось всё меньше с каждой минутой: в этом мире сумерки были крайне короткими. Если в дороге тебя заставал закат, то не шло никакой речи о том, чтобы успеть добраться куда либо до полной темноты — полчаса-час, в зависимости от времени года, — мир погружался во мрак.

Я погружаться во мрак не хотел и поэтому торопился.

Вставил в замок колокол, провернул его сердечник четыре раза по часовой стрелке, один раз против и встал, медленно начиная напевать низким голосом мантру. Рука привычно выудила из кармана нанизанные на прочную нить деревянные бусины, собранные в кольцо: нужно 108 мгновений и переход совершится.

Надо сказать, чётки тоже были не обязательны, но мне так было удобнее, было понятно сколько времени прошло и сколько осталось, сколько слогов я уже прочитал, да и вообще успокаивает. Говорят, что их используют адепты каких то учений в совершенно разных мирах для обретения некоего Просветления, но я думаю они тоже просто оценили удобство — не нужно держать в голове количество... чего бы то ни было.

Пока я тихим басом бубнил мантру, вокруг меня происходили изменения: круг подо мной будто бы начал мелко вибрировать, в голове откуда то издалека начал звонить колокол. Я фиксировал результаты моего труда, но старался не отвлекаться. Закрыл глаза: очень быстро, но плавно нарастал свет, вот стало нестерпимо ярко и в скором времени опять потемнело. Начал нарастать гул, будто бы за сотни лиг проснулся вулкан и побежал в сторону башни, в которой я стоял и соредоточенно пытался не сбиться, читая слог за слогом.

Что-то было не так. Всё, вроде бы в порядке, но внутри меня дрожала тревога.

Я приоткрыл глаза и увидел, что круг сопряжения тускло мигает, слово внутри его линий бьёт молния. Такое бывает, но молния обычно не красного цвета. Я где-то ошибся, пока читал? Я сбился? Повредил ключ? Неправильно его вставил? Плохо или с ошибкой начертил символы перехода?

Что бы то ни было, прекращать процесс уже нельзя — стоит остановиться и результат будет непредсказуем: может просто разодрать и раскидать между мирами, может разорвёт вообще весь мир, а может память потеряешь — и такое бывало, — но маловероятно, что отделаешься так легко.

Я не верил в страшилки в виде глобального катаклизма или даже необратимой ужасной смерти, пока не увидел такое своими глазами: даже на разрушение мира можно взглянуть, есть такой артефакт в главном зале хранилища ордена — не зря же мы называемся наблюдателями — с его помощью можно посмотреть на такие вещи. Правда, не в реальном времени, но летописи говорят, что когда-то и такое было возможно.

Чёрт возьми, на самом деле даже секрет изготовления ключей давным давно утерян. Так что о каких точных знаниях вообще может идти речь.

Я невольно хмыкнул: земля дрожит, гул начал давить на уши, круг под ногами беснуется красными вспышками, а я размышляю о том, что это очень похоже на ритуал вызова дьявола. О чём я думаю? Мне даже становится страшно, в такие моменты хочется начать молиться каким нибудь высшим сущностям, хоть в этом и нет никакого смысла: сущности то наверняка есть, только как они помогут, если у тебя мир уходит из-под ног и пытается тебя сожрать?

Мигнуло.

Я аж вздрогнул.

Что-то неуловимо изменилось, то ли воздух стал плотнее, то ли я забыл, как правильно дышать.

У меня начала нестерпимо зудеть щека, но я стиснул зубы и продолжал начитывать: половина уже пройдена, дальше станет ещё сложнее. Потому что если что-то пошло не так, то легче уже точно не будет.

Мигнуло.

Мир одномоментно погрузился в плотный туман, и запах озоном.

Мигнуло.

Я вдохнул его в себя.

Мигнуло.

Чёрт, я не вижу! Кажется, я потерял зрение. Сколько там ещё осталось? Дьявол! я этого не узнаю, пока всё не закончится! А если гул не прекратит нарастать в скором времени, то я рискую остаться и без слуха.

Мигнуло

Мигнуло

Мигнуло

Передо мной стоит отец.

Мигнуло

Его лицо прямо перед моим.

Мигнуло

Глава 2. Вэл и Ио.

Вэлиант склонился над картой и что-то бубнил себе под нос. Он был так увлечён своим занятием, что не заметил, как открылась дверь и вошла девушка в светло коричневом плаще и таких же ботиночках. Она выглядела довольно юной, но стоило присмотреться к её глазам, становилось немного не по себе от несоответствия: они могли принадлежать только женщине в годах, но никак не этой молодой особе. Отблеск огня из камина делал её длинные каштановые волосы рыжими, хотя они таковыми на самом деле не являлись.

Она с удивлением посмотрела на мужчину, на секунду застыла, но так ничего не сказала, — просто скинула верхнюю одежду и повесила её возле входа на высокую вешалку. Быстро сбежала вниз по трём ступенькам, подошла к Вэлианту и закрыла ладонями его глаза.

— О, мудрейший, о, глупейший, скажи кто видит тебя, но кого не видишь ты? — протараторила девушка поговорку из своего мира.

— Ну, конечно же это гроза миров, укротитель магистров, кого нельзя называть, и кого никто не может поймать вот уже целых четыре дня! — воскликнул мужчина отрываясь от карты, поворачиваясь к гостье. — Ио! Я уж думал, что тебя пора спасать по меньшей мере из лап гаки! Будто не в академию поехала, а пешком отправилась прямиком в горящие нижние миры! Где, кстати, Тис, всё с ним хорошо?

— Твой ненаглядный конь в порядке, не переживай, я отвела его в стойло, но кормить его предстоит тебе, я слишком устала. — Ио показала Вэлианту язык и развернулась в сторону камина, возле которого стояло большое деревянное кресло, на которое были навалены подушки, но мужчина поймал её, обнял сзади и зарылся носом в её волосы.

— Мне тебя так не хватало!

Она хмыкнула

— Когда я уходила, то ты буквально был в той же самое позе, что и в момент, когда вернулась, держу пари, ты до сих пор думаешь, что это было вчера!

— Нет, я спал целых два раза и ел три!

— Ха! Только твоя феноменальная наблюдательность тебя и спасает! — она улыбалась, — спасибо за цветы, обожаю огнецветы.

На столике возле кресла стояла глиняная ваза с орнаментом в виде змеи, кусающей свой хвост. Сделано было явно своими руками: змея косила на оба глаза и вообще была не слишком-то ровной. В вазе стояли оранжевые цветы своей формой и оттенком напоминающие небольшие костры, собранные в букет.

Девушка развернулась лицом к Вэлу, поцеловала его и высвободившись из объятий плюхнулась в кресло.

— Давай рассказывай, что ты там накопал в своих картах.

— Наши карты — полнейшее разочарование, Ио.

— Тоже мне новости! Не зря же мы рисуем свои. Каждый рисует свои.

— Но никто до сих пор не удосужился сделать нормальных для всех.

— Вот пойдёшь преподавать, станешь умным уважаемым дяденькой-наставником и предложишь свой вариант.

— Ну уж нет, чтобы ворчать каждый день на молодёжь, и жить в этой их башне, как сыч? — хмыкнул Вэл.

— Тебе не нравятся сычи? Они милые — улыбалась Ио.

— Милая — ты! А если меня когда-нибудь заставят заниматься обучением, я сойду с ума и буду одинок, несчастен и нелюдим. И даже карты мне не помогут! — мужчина с деланным равнодушием смотрел на собеседницу, которая тут же закатила глаза.

— Ну, конечно, тебе дай волю заниматься исследованиями, ты так и про учеников забудешь.

— Дело вовсе не в картах, дело в том, что никто толком не понял, как их нарисовать, потому что не ясно, как это вообще всё устроено.

— Никто, кроме тебя, Вэл

Вэлиант вздохнул и вернулся к столу, на котором лежал огромный отрез плотной ткани, на которой было нарисовано множество точек, каким-то образом связанных между собой. Поверх были разбросаны бумажные карты разного размера, на которых схематично были изображены, видимо, миры и связи между ними, с названиями и цифрами. Не было ни одной одинаковой.

— Ровно то же самое можно сказать про кого угодно, кто хоть раз пытался рисовать карты миров, в которых он бывал. — Вэл задумался. — но ты права, мне кажется, я что-то нащупал. Сам ещё не понял что, — кривая усмешка пробежала по его лицу. — Но, что-то есть. У вселенной есть какие-то закономерности, а значит их можно описать Может не все, но для карты-то должно хватить.

Мужчина ткнул в место на карте на большом куске ткани.

— Вот здесь. Я группировал миры по символам перехода на круге сопряжения. Если учесть одинаковые используемые символы, значит можно предположить, что они в чём то похожи. Часто их объединяют по тому, что у них есть что-то общее в природе. Обычно у таких миров примерно одинаковое количество светил, спутников, во многих случаях нет кардинального различия в размерах этих миров. Но как можно говорить об этом с полной уверенностью, если мы попадаем на одну конкретную планету и не можем, скажем, прыгнуть выше и взглянуть на то, что дальше? Откуда вообще были взяты эти символы и что они означают?

Вэл плюхнулся на стул и посмотрел на потолок.

— В библиотеке не так уж много информации на эту тему, — произнесла Ио, — но мне вспоминается легенда одного из народов одного маленького мира — Лунара. У них очень небольшая планета, она крутится вокруг голубой планеты, и вместе они вертятся вокруг одного светила. Судя по всему, Лунар медленно умирает, и его жители это прекрасно понимают. Переход к ним сейчас… не уверена, что вообще возможен. Так вот… некое предание гласит, что когда-то существовала многоуровневая башня, в которой каждый этаж соответствовал миру. Но для того, чтобы перейти с уровня на уровень нужно затратить время. Таким образом, кроме некоего ресурса, необходимого для перехода нужно ещё как бы.. подождать. И таким образом, ты попадаешь уже немного в другой мир. Впрочем, это-то как раз и логично, пока мы здесь — время идёт своим чередом во всей вселенной. Но основная суть в том, что на каждом этаже чаще всего было не одно крыло: и каждое было отдельным миром, со своими законами, природой, населением (или полным его отсутствием). А объединяло их то, что они находятся на одном этаже.

— Всё логично, всегда есть какой-то общий, понятный признак. Просто в нашем случае он слишком абстрактен — символы, — и больше ничего. — Вэлиант повернул голову в сторону девушки. — А почему ты говоришь, что к ним нельзя попасть? Может можно подробнее расспросить их об этой их башне? Что за башня вообще? Легенды легендами, но они всегда имеют под собой какую-то подоплёку.

— Кажется, у них больше нет никакой точки перехода. Ты же знаешь, что для нормального сопряжения нужно, чтобы на обеих сторонах были круги и башня. Возможно, башни больше нет, возможно, что-то случилось с самим кругом. Дверь должна иметь возможность открыться, а для этого она не должна быть заперта с той стороны.

— Но ведь их тоже кто-то построил, сделал. Значит, можно как то попадать в такие миры и без всего этого. — предположил Вэл.

— Да. Но никто точно не скажет, что произойдёт… может это вообще были не люди. — улыбнулась Ио. — Мы живём в странное время!..

— Мне почему-то кажется, что так говорили всегда — хмыкнул Вэлиант.

Девушка скептично скривила губы.

— Мы пользуемся тем, что не понятно как работает и откуда вообще взялось. Короче говоря, никто не будет ручаться, что при другом способе перехода ты шагнёшь на твёрдую поверхность или тебя не разорвёт на части.

— Или меня просто сожрут гаки.

Ио закатила глаза:

— Гаки не существует, ибо нет чётких доказательств их существования. Одни только легенды.

— Мне кажется, что ничего не бывает на пустом месте, если есть название для гаки, значит есть кто-то кого приняли за них и назвали таким образом.

— Мне казалось, ты-то как раз главный скептик в отношении этой идеи. — удивилась девушка.

— Я сомневаюсь, но не отвергаю полностью сам концепт. Ведь если подумать, то между мирами вполне может что-то… быть. Ты же знаешь что такое гаки?

— Гаки — это вечно голодные духи-тени. Их нет на самом деле, никто их не видел. Удивительно только то, что фигурируют в летописях разных миров, пусть и под разными названиями…

— Вот видишь. А за этим всегда что-то стоит. Может это просто явление? Кто знает? Но если тебя съели, — не всё ли равно кто и как? — пожал плечами Вэл и посмотрел на Ио.

— Не всё, — хитро улыбнулась девушка в ответ. — Процесс иногда важнее результата. — она томно потянулась и поднялась с кресла. — ты как хочешь, а я пойду готовить себе ванную.

Она подошла к Вэлианту, наклонилась над ним и медленно поцеловала его в губы.

— Мммм — промычал тот и потянулся ладонями к её лицу, но девушка с задорной улыбкой отпрянула и пританцовывая убежала в комнату, посреди которой стояла большая ванная, в которой вполне могли бы поместиться двое. К ней сбоку подходила труба, уходящая другим концом в большой котёл возле стены.

Ио повернула вентиль внизу котла и, судя по звукам, внутрь стала поступать вода. Нагревать её, правда, всё равно придётся долго и упорно с помощью угля и дров: под котлом был специальный отсек с дверцей под это. Через резервуар проходило несколько трубок, по которым горячий воздух с дымом поднимался вверх и уходил в трубу на крыше дома.

Эту самоделку придумал и собрал один их друг-инженер — Сельмар, которого хлебом не корми, дай что-то изобрести. Часто получались весьма сомнительные вещи, но, как в этом случае, бывало что-то полезное. Более совершенная система нагрева воды использовалась в Академии и её также сделал Сельмар, только использовала она газ из под земли вместо угля.

Спустя пару часов, чистая, пахнущая цветами и мылом Ио вошла в комнату и обнаружила Вэла, спящим прямо на кресле. На груди у него лежала книга, которую девушка привезла с собой: «Краткое описание известных миров» Д. К. Максвелла. Издание было очень старое, кажется, говорили о возрасте, по меньшей мере, лет в 500, и его обычно не давали на руки, но Ио смогла уговорить библиотекаря.

В начале книги был список с указанием страниц, к каждому миру давалась краткая справка и инструкции по переходу. Девушка подняла книгу: она была открыта на главе с Лунаром. Судя по всему, когда писалась эта книга, переход был возможен, но уже сам Максвелл пишет, что мир стремительно меняется и зарастает серой пустыней, так, что обитателям, видимо, придётся окончательно покинуть его, либо спуститься под поверхность. Что характерно: для сопряжения использовался колодец, но самое интересное было в том, что там был найден фундамент башни. Насколько помнила академический курс Ио, редко когда вообще в каком-либо мире было больше одной точки перехода. А тут — две, да ещё на такой маленькой планете. Впрочем, автор выражал сожаление о том, что воспользоваться можно только существующим колодцем.

«Жаль» — подумала Ио, — «можно было бы узнать, что бывает при сопряжении через разные точки. Может, можно построить свою? Что мешает? Вырыть колодец, подготовить круг на дне… Надо предложить эту идею Сельмару, но любит такие авантюры, наверняка придумает что-то, чтобы быстро выкопать глубокую яму.»

Из задумчивости её вывел далёкий звук грома. «Тис!» — встрепенулась девушка — «Надо проверить Тиса, наверняка Вэл забыл про него!». Ио вскочила, накинула на себя плащ, схватила фонарь, который не использовал огонь, нажала что-то на нём и выбежала на улицу.

Воздух пах озоном, тёплый ветер порывами качал шест со скрипящим флюгером. Вдалеке сверкала молния и с опозданием в несколько секунд долетал грохот. Свет лампы в руках у девушки отвоевал у ночной темноты небольшое пространство и девушка быстро добежала до конюшни, в которой спокойно сопел Тис. Судя по всему, Вэл всё-таки не забыл: конь был рассёдлан и почищен, сена и воды было у него было достаточно.

Ио погладила Тиса и потрепала его гриву, тот благодарно захрапел и ткнулся носом её в ладошку.

— Прости, дружище, я забыла взять тебе яблок — засмеялась девушка, — но завтра обязательно принесу!

Она ещё немного постояла рядом и развернулась к выходу. Взгляд её упал на след подковы на земле.

«А что если не строить ни башню, ни колодец? Что если просто нарисовать круг? Ни за что не поверю, что никто не пробовал этого раньше!»

Грохотнуло совсем рядом, первые тяжёлые капли начали ударять по крыше. Ио встрепенулась и побежала обратно в дом. Спать этой ночью ей явно не светило.

Глава 3. Са.

Том брёл по рынку, двигаясь сквозь толпу, но умудряясь никого не задевать. Город Са засыпал песок, обычный для этих мест. Он проникал даже сквозь тряпичную маску и забивался буквально везде. Приходилось каждый раз по возвращении домой вытряхивать одежду и себя самого. Идеальным было бы ещё искупаться, но с водой здесь было, мягко говоря, плохо, и приходилось экономить.

Климат вообще был очень так себе, но Тому было не привыкать, он прожил здесь уже 8 лет и перестал обращать внимание на причуды погоды, тем более, что её в целом можно было назвать стабильной: практически все осадки были связаны с песком. Либо это песчаный дождь, либо песчаная буря, либо засуха. Раз в году проходил настоящий ливень, даже из воды, и, порой, температура опускалась так низко, что изо рта шёл пар.

Том шёл к своей лавке: он был фермером, если можно было так выразиться. Он выращивал особый вид лиан, которые могли существовать в таких неблагоприятных условиях, они прорастали так глубоко, что доходили до грунтовых вод и использовались теми, кто мог позволить себе их купить, буквально, как кран. Куда проще посадить растение и ухаживать за ним какое-то время, чем копать колодец.

Тому повезло, что он смог найти себе занятие, это было лучше, чем попасть в рабство по причине бедности в какой-нибудь из городов-королевств. Ближайшим был Ум, который то и дело на кого-нибудь нападал, и если получится там оказаться, то есть шанс стать низшим воином, они редко когда поднимаются выше, зато весьма часто погибают в первых же битвах, потому что используются как пушечное мясо. Если же попасть в Лагас — город между двух рек Тиглат и Парат, то существовал шанс стать не только рабом (даже если и им, то можно было заслужить свободу), но и ремесленником, правда, обычно в ученики брали детей. Существовали и другие варианты, но эти были наиболее вероятными, так что мужчине очень повезло найти занятие, не связанное с потерей свободы, не имея при этом никаких знакомых и даже родных. По крайней мере, здесь.

Можно было, конечно, разводить кураншу, но для этого надо было их купить или найти в достаточном количестве и потратить уйму времени на то, чтобы эти капризные животные, похожие на лошадей с горбом по середине спины, вообще решили размножаться.

Никто не знал кто такой Том и откуда он пришёл. Но все называли его Хайаки, это вроде как прислужник местного божества пресных вод, кто-то вроде жреца. И его это устраивало, даже давало некую легенду его появления из ниоткуда, а самое главное — позволило ему учить местный язык. Так что, не найди он эти лианы внутри колодца, всё могло оказаться значительно сложнее.

К тому же, вполне соответствовало образу то, что он давно пристрастился к местному освежающему напитку - куруну, который варил его друг. Пьянил тёмный пенящийся курун не менее эффективно, чем избавлял от жары.

Когда Том подошёл к прилавку, за ним стояла бойкая девушка и торговалась с мужчиной, укутанным в разноцветный саван: тот старался сбить цену как мог, но в Халимбе фермер был уверен: без прибыли она его небольшое предприятие не оставит.

— Триста ру за маленький росток, да ты с ума сошла, женщина! Бочка воды стоит в десять раз меньше!

— Уважаемый, воду вы выпьете один раз, а-ме будет вас обеспечивать ей всю жизнь. Триста ру это и так слишком мало для такой роскоши в этой пустыне!

— Сто пятьдесят, это моя последняя цена! — покупатель грозно зыркнул на Тома

— Так вот значит как вы цените наш труд! Идите своей дорогой, не так уж и нужна вам вода, раз так жадничаете! — Халимба упёрла руки в бока и не менее яростно начала смотреть на мужчину.

— Ну-ну, зачем ты ругаешься с самим Хайаки, — подошёл ещё один человек. Седая борода выдавала его возраст, на нём была светлая чалма, поношенные, но ещё прочные сандали, весьма потрёпаная лёгкая кольчуга из особого металла, который не грелся на солнце, что выдавало в нём когда-то довольно высокопоставленного воина — мало кто мог себе позволить столь дорогую вещь. — Я ценю твоё рвение Зийа, но у нас есть такие деньги, мы можем себе это позволить. Заплати триста ру и иди к кураншу.

— У них есть кураншу, а они ещё торгуются! — прошептала Халимба Тому, но тот повернулся к ней, выразительно выпучил глаза и снова посмотрел на новоприбывшего.

— Моё почтение, уважаемый, моя прохлада — твоя прохлада. — произнёс Том.

— Прошу простить моего помощника, он грубоват, — улыбнулся мужчина в кольчуге. — Моё имя — Атлей. — он слегка наклонил голову. — Ох, о какой же прохладе можно говорить в этом всеми богами забытом мире. Всеми, но не нашим Хайа!

— Это уж точно, — кивнул в ответ Том, — Халимба, принеси росток а-ме, и снабди наших покупателей подробными инструкциями.

Атлей проводил взглядом девушку, убежавшую в дом неподалёку, и снова внимательно взглянул на Тома.

— Скажи, Хайаки, давно ты занимаешься разведением водного дерева?

— Вот уже восемь лет продаю его, уважаемый.

— Но как ты нашёл его? Почему никто до тебя не торговал ничем подобным, не разводил этого?

— Мне повезло найти то, чего не видел никто до меня — невозмутимо ответил Том.

— Поистине ты посланник богов — усмехнулся мужчина. — найти доселе невиданное и столь необходимое!

— Да будет он благосклонен к нам — осторожно согласился удачливый фермер.

— Не желает ли жрец, которому благоволит сам Хайа переехать в более удобное место, где будет проще заниматься столь важным для всех делом?

— Что вы предлагаете?

— Я.. скажем так.. благоволю людям, которые исследуют и находят что-то новое. Я живу в трёх переходах отсюда в сторону светила Зи и… у меня есть свои находки.

— Не вы ли тот самый Атлей, который живёт в подземелье и ищет путь к богам сквозь пески? — удивлённо спросил Том.

— Он самый — гордо ответил мужчина в кольчуге.

— В таком случае, наслышан о вас, это ваш труд о подземном царстве я читал ещё 5 лет назад.

— Я рад, надеюсь, вас заинтересовали идеи!

— Неужели вы реализовали свои планы?

— И да и нет… всё в самом разгаре. Честно говоря, я думал, будет проще, но вечные проблемы с водой, людьми… И второе не решить без первого — за этим я и решил опробовать водное дерево. Однако я не слышал о том, чтобы оно размножалось, в чём секрет?

— Если бы я его рассказывал всем, то вряд ли мне было бы на что жить. — с улыбкой ответил Том.

— Это верно, — согласился Атлей. — Обдумайте моё предложение, возможно, я мог бы вам обеспечить лучшую жизнь. Мы могли бы сотрудничать.

Халимба закончила инструктировать Зийа и вернулась к прилавку.

— Хорошо, я всё тщательно взвешу, — сказал Том и вежливо улыбнулся.

— Да будет прохлада, — коротко кивнул мужчина в кольчуге. — До встречи, Хайаки, вы знаете, где меня искать.

Том задумчиво смотрел вслед удаляющейся фигуре. Это был тот самый опальный воин из города-королевства Унуг, полулегендарный в своём роде человек, о котором он узнал, едва научившись читать на языке этих мест. Атлей Унугский, занимавший достаточно высокий пост, посмел заниматься чем-то кроме воинского дела и старался переманить на свою сторону учёных из других городов, в том числе находящихся в состоянии войны самим Унугом. И тот самый раз, когда Атлей поселил у себя мудреца из Ума, царь Саргон его изгнал, не отняв, впрочем, имущества.

Всё, чего хотел этот воин — найти лучшую жизнь для всего царства и путь к богам, которых, как считалось, надо искать под землёй, потому что вода — источник жизни — находится именно там. Атлей решил, что не нужно рыть колодцы, — это всё мёртвому припарки, — равно как и не нужно строить дома и дворцы наверху. Нужно копать вглубь, искать воду, богов и, кто знает, может быть самими стать богами?

Место для затеи нашлось в первые же два года. Работы начались к началу третьего.

Были те, кому его идея показалась разумной: и среди знати и среди бедноты. Последних привлекало прежде всего то, что не нужно было беспокоиться о пропитании: в обмен на честный труд предлагалось полное обеспечение. Без излишеств, конечно, но тому, кто каждый день считал крохи это было всё, что нужно.

Богатых же привлекала перспектива обретения божественных сил, или по меньшей мере основания династии, приближенной к новому царю.

Бурное строительство подземного города продолжалось все последующие 5 лет, и сначала казалось, что мечта вот-вот превратится в реальность: но для того, чтобы копать глубже нужно было решить ряд не столь уж простых проблем. В какой-то момент всегда оказывалось, что где-то рядом протекает подземная река и не одна, их надо было как-то обходить, либо направлять воду в искусственное русло. Выращивать растения без света не представлялось возможным, как и пасти скот под землёй. Объём работ был столь огромен, что был под силу только царю, но не кучке меценатов.

И в какой-то момент энтузиазм спонсоров мечты Атлея иссяк. Сначала богачи вернулись в свои земли, а потом постепенно начали уходить и бедняки — ведь без денег нечем было их кормить.

Глубина города к этому моменту была уже больше любого дворца, но он был скорее похож на сеть шахт, объединённых огромным колодцем, чем на царские палаты. И никаких следов богов, конечно же.

Осталась лишь горстка сторонников, которые собрались за годы в некую секту и продолжали копать.

Вот только откуда у него деньги? Видимо, не до конца были опустошены личные запасы? А может…

— Хаяки!

Из задумчивости Тома наглым образом вывел весёлый толстяк с загорелым лицом и одетый в разноцветный халат, закрывавший его до пят. На голове его была серая чалма, вся в песке.

— Хе-галь, Ахикар! — улыбка озарила лицо фермера. — как идут дела?

— Прекрасно, дружище! Но слышал ли ты последние новости? Сегодня ночью кто-то напал на караван Нинуса.

«А вот и достаточно правдивый вариант» — подумал Том. — Я надеюсь, он сам жив?

— Жив, жив, ты же знаешь, он везунчик, но половину его охраны перебили, а вторая ещё долго будет отлёживаться. Нинус ехал после сделки домой, в Унуг.

— А скажи мне, Ахи, видел ли ты моего последнего клиента?

— Нет, кто же это был?

— Ты читал «Летопись Царств»?

— Читал... когда-то давно, а что?

— Помнишь там упоминание о подземном городе Кадингир?

— Помню, помню, та ещё авантюра, если это правда, конечно же.

— Видимо, — правда и я, кажется, говорил сейчас с самим Атлеем. Он купил у меня росток а-ме.

— Ни за что не поверю! Даже если эта полусекта существует, у них по меньшей мере не должно быть денег на твоё дерево жизни.

— Я тоже так и подумал. Я конечно тот ещё законник, но именно сегодня ограбили Нинуса, как ты говоришь...

— Не думаешь же ты, что это они?

— А как много ты знаешь воинов у которых есть кураншу?

— Кураншу? У Нинуса увели почти всех… Но это всё ещё ни о чём не говорит.

— Ладно, наверное я просто перегрелся, Ахи.

— В таком случае, я приглашаю тебя к себе, охладиться и немного выпить!

— Пожалуй, я приму твоё приглашение, но мне нужно ещё закончить дела, так что я приду чуть позднее.

— Хорошо, Хайаки.

— Сколько можно говорить, зови меня Том

Ахикар ничего не ответил, только показал язык и потопал смешной походкой, слегка переваливаясь из стороны в сторону.

«И как ему удаётся оставаться таким полным в этой жаре?» подумал Том и вытер лоб платком.

За пару часов до заката Том взял сумку, перекинул её через плечо и, вытряхнув от песка одежду, отправился по едва начавшейся вечерней прохладе к своему другу на другой конец города. Само поселение представляло из себя один большой рынок с жилыми домами с краю, за которыми протянулась крепостная стена, если её можно было так назвать: она была высотой всего-то в два человеческих роста, имела двое ворот и по две башни с каждой стороны, которые тоже скорее назывались башнями, чем являлись ими на самом деле. Город Са был не богат, здесь было очень мало местных обитателей, в основном здесь торговали. Один из переводов названия означает «рынок». Другой — «вещь», «нечто». Так что, какой вариант ни выбирай, он будет указывать на характер основного, да и, пожалуй, единственного рода деятельности жителей. Сюда приезжали те, кто не мог заплатить большие пошлины на въездах в городах-государствах. По местным же правилам твой доход облагался небольшим налогом, который ты платил на выезде, заканчивая дела. Он составлял примерно дюжинную часть от всего, что ты заработал и это было, чаще всего, намного меньше, чем просили за въезд в любом другом крупном поселении с рынком. Плата представлялась справедливой всем тем, кто понимал зачем она берётся: массари - так назывались воины на стенах и стражи, усмиряющие без меры разбуянившегося покупателя, ловящие неудачливых воришек. Тут даже было некое подобие суда, в который входили местные жители-купцы. Таким образом, в городе в целом царил порядок и на него никто особенно не покушался (по большей части потому что он был никому не нужен). Зато за его пределами твориться могло что угодно.

Том думал о нападении, о котором рассказал Ахикар и о сегодняшнем покупателе, который явился к нему будто бы из книжки, да ещё и в тот самый день, в который восемь лет назад он оказался здесь, едва не умерев на дне колодца. Брошенного колодца, заполненного водой, что в принципе было невозможно, потому что, если не следить за ним — его просто завалит песком. Впрочем, это был и не колодец вовсе, хоть и максимально был на него похож.

Голоса впереди привлекли внимание фермера, и когда он повернул за угол, то увидел мальчика лет шестнадцати, которого весьма наглым образом колотил стражник.

— Стойте, что вы делаете?! — Том схватил руку воина, — за что вы его бьёте? Что он сделал?

— Он крал у нас еду!

— Это точно известно? Вы его сами видели?

— Я видел фигуру, его роста и она двигалась точно также! Это мог быть только он!

— То есть, я правильно понимаю, кто-то украл у вас что-то из еды, вы нашли кого-то похожего и решили его наказать? Без всякого разбирательства?

— Чего уж тут разбираться, — прорычал массари, — когда вот он — вор?!

— Ну, конечно, вор, — грозно посмотрел на воина Том. — а если я завтра в суде расскажу, что видел, как вы бьёте невинного племянника на глазах у его дяди?

Стражник гневно сверкал глазами, но ничего не отвечал. Спустя мгновение, он прорычал нечто в сторону заступника и быстро зашагал в сторону городских ворот.

Пока мальчик отряхивался, Том его разглядел получше: грязный серый с дырками мешковатый халат на голое тело, какой-то простой тряпичный пояс, на голове платок с узлом сзади, сальные волосы выбивались из под него. Страдальческая физиономия вымучено выражала признательность.

— Ты часто крадёшь у стражи? Они злопамятные, это опасно. Не лучше ли тебе найти работу? — спросил Том.

— Найти работу? Здесь? — усмехнулся вор. — И я не вор! Я просто шёл по своим делам к... сестре!

— Да, и правда, что за предубеждения. — улыбнулся Том. — Меня зовут …

— Ты Хайаки. — перебил мальчик. — Я знаю. Тебя все знают.

— О… Хорошо. А как тебя зовут?

— Камбу. — как то быстро выдал вор.

— Камбу, значит… а твою сестру?

— А это вам зачем?

— Наверное, просто хочу проверить твою фантазию.

— Джаф. И я не придумываю.

— Тогда я кураншу. Я похож на кураншу?

— Если на четвереньки поставить и навьючить, то никто не отличит! — невинно дёрнул плечами Камбу.

— Вот что, Камбу… — устало вздохнул Том, — или как там тебя на самом деле… иди своей дорогой и не попадайся никому.

Не дожидаясь реакции, Том отвернулся и зашагал в сторону дома Ахикара. Он уже начал слегка раздражаться: вечер неумолимо заканчивался, а он всё ещё не напился.