Атлантида. Эльфийские хроники

Глава 1

Обернутый тканью камень вдребезги разбил окно на втором этаже и глухо упал на мраморный пол старого особняка вычурной формы. Мелкие осколки с тихим звоном осыпались вниз, отражая в полуночной тьме холодный бледный свет луны. Две темные фигуры, взобравшись по отвесной стене, проворно, проскользнули внутрь, двигаясь ловко и бесшумно, словно тени. Дом был темен и тих, ни звука не раздавалось в его старинных стенах. Только широкий черный провал коридора зияющей темной пастью убегал внутрь помещения.

— Ну что я тебе говорил, Ар? — нарушив звенящую тишину, прозвучал мелодичный певучий голос, принадлежащий одной из фигур, которая откинула с головы капюшон, открывая длинные серебристо-белые волосы и слегка вытянутые остроконечные уши. — Это будет легкая добыча. Наберем добра, сколько сможем унести, и с утра скинем все скупщику. Работы на пару часов, а выхлоп на месяц беззаботной жизни.

— Ты уверен, что здесь никого нет, Лем? — тихо осведомилась вторая тень, также откидывая капюшон.

В тусклом свете луны волосы и кожа проникнувших в особняк казались мертвецки бледными, с легким отливом серебра. Не могло возникнуть и сомнения, что эти двое подростков лет семнадцати принадлежат к расе лунных эльфов.

— Я уже неделю пасу этот дом, никто не входит, не выходит, внутри тоже тишь да гладь. Сейчас пробежимся по комнатам, соберем все, что сможем, и тю-тю, нас и след простыл. Так что вперед, берем все, что плохо лежит.

— Ох, дурное у меня предчувствие, — тихо прошептал себе под нос Ар, и две тени крадучись шагнули во тьму коридора.

Двигались осторожно и аккуратно, обследуя комнату за комнатой и собирая все, что могло представлять хоть малейшую ценность: в основном позолоченную утварь и столовое серебро, а также мелкие полудрагоценные украшения. Но чем дальше пробирались вглубь особняка, тем яснее становилось, что в помещении действительно никого нет, и в излишней осторожности тоже нет никакого смысла.

Разоряя очередную комнату, Лем копался в гардеробной, вытряхивая на пол содержимое ящиков в поисках ценностей. Вдруг он выглянул из-за двери, на голове его красовалась широкополая шляпа с длинным пером.

— Зацени, Ар! Ну что, похож я на расфуфыренного аристократа?

Лем, уже совершенно не таясь, громко разговаривал в голос и откровенно развлекался.

— Твою мать, Лем, завязывай уже. И так на измене, а ты еще ерундой страдаешь.

— Да ты успокойся! — безмятежно отмахнулся Лем.

Покончив с гардеробной, он завалился на стоявшую в комнате кровать.

— И как эти толстосумы не тонут в своих перинах? Она же сейчас полностью меня проглотит. Эй, братан, дай руку, помоги выбраться из этой «роскошной жизни», — смеясь и развлекаясь, позвал Ара Лем.

Ар в этом плане был более сдержан, точнее сказать, напряжён. Предпочитая не терять бдительности, прислушивался к каждому шороху и скрипу. Он подал руку и с силой сдернул товарища с кровати.

Закончив осмотр второго этажа, подростки плотно набили по два мешка, но Лем не собирался на этом останавливаться, тем более перед ним предстала массивная лестница, убегающая вниз. Где-то на середине она раздваивалась, образуя широкие, изогнутые крылья, формирующие арку. Чтобы не утруждать себя ношей, Лем оставил мешки и, усевшись на широкие перила, быстро заскользил вниз. Ар с силой выдохнул, тоже приладил поклажу у лестницы и кинулся за другом, перескакивая через две ступени. Нагнал он его только в самом низу, где кончалась лестница и начиналась огромная бальная зала. В темноте было сложно разглядеть, но помещение казалось исполинским. Дорогой паркет из редкой красной древесины, массивные колонны с водружёнными на них погасшими факелами. Ар схватил товарища за плечо, резко развернув к себе.

— Ты чего творишь? — настойчивым полушёпотом произнес он. — Мы уже и так набрали кучу всякого добра, так что давай сваливать отсюда.

— Да успокойся ты! Я не первый раз за работой, и твоя куча добра может оказаться кучей говна по сравнению с тем, что мы еще можем тут обнаружить. Интуиция подсказывает, что нам обломится огромный куш, надо лишь проникнуть туда, — указал Лем за спину Ара, где под лестницей, образующей арку, находились широкие тяжёлые двустворчатые двери.

Лем извернулся, освободив плечо от вцепившейся руки друга, и направился к дверям. Подергал за ручки — заперто. Странно. Это единственная попавшаяся им дверь в особняке, которая была закрыта. Но пронырливый эльф опустился на одно колено, извлек из-под плаща темный сверток с воровскими отмычками и начал орудовать ими в замочной скважине. Ар стоял позади, нервно переминаясь с ноги на ногу.

— Не переживай ты так, — сказал Лем, не поворачивая головы и продолжая ковырять замочную скважину. — Я тоже когда первый раз пошёл на дело, много суетился, с опытом это пройдет.

Тут он повернул голову и с заговорщической ухмылкой посмотрел на товарища.

«ЩЕЛК».

В тишине темного дома резко и как-то необычайно громко раздался звук открывшегося замка.

Тяжелые двери распахнулись, и перед друзьями предстала длинная и глубокая комната. Вдоль стен с двух сторон стояли стеллажи, уткнувшиеся в потолок, плотно уставленные разнообразными книгами, а в глубине, шириной почти во всю комнату — деревянный резной стол, перед которым словно в полупоклоне застыла странная статуя. Она была в полтора раза выше любого нормального эльфа и имела четыре руки. Две были скрещены за спиной и сжимали оружие, похожее на длинные сабли, а две протянуты перед собой: в одной был поднос с россыпью разноцветных камней, в другой — небольшой металлический жезл, испещренный какими-то символами.

Ар остался у входа в комнату и лишь через дверной проём оглядывал помещение, а Лем без опаски скользнул внутрь. Окинув беглым взглядом стеллажи и не отметив для себя ничего ценного, он направился прямиком к статуе и принялся сгребать камни с подноса и распихивать по карманам. Тут загадочные письмена, начертанные на жезле в руках статуи, слегка вспыхнули, а по комнате прошел тихий шёпоток:

— Поместите нужный кристалл в углубление.

Ар взглянул на товарища.

— Ты что-то сказал?

Письмена на жезле вспыхнули оранжевым, и в помещении прозвучал отчетливый голос:

— Пожалуйста, поместите нужный кристалл в углубление.

— Лем, что ты сделал? — прикрикнул Ар, но товарищ в нерешительности мялся около статуи.

Тут погасшие факелы, висевшие на колоннах в бальной зале, разом вспыхнули, осветив помещение, и вновь прозвучал требовательный голос:

— Пожалуйста, поместите нужный кристалл в углубление.

И опять Лем ничего не сделал. Глаза статуи вспыхнули таким же оранжевым огнем, что и письмена. Поднос с грохотом упал на пол, а сама она резко выпрямилась и с огромной скоростью и проворством ударила ногой прямо в середину груди Лема. Ар, стоявший за дверным проёмом, ошарашенно наблюдал, как тело товарища вылетело из комнаты и, преодолев расстояние до середины залы, рухнуло на дорогой красный паркет. Переведя взгляд обратно в комнату, он с ужасом увидел, что каменная масса пришла в движение и мчится в его направлении. Ар только и успел отскочить назад, когда четырехрукая громада врезалась в проем, который был существенно уже неё, и обрушила его. Мелкие камешки и щепки дробью разлетелись по помещению, а статуя уже направлялась в сторону распластавшегося на полу Лема. Когда до тела товарища оставалось несколько метров, Ар решил действовать. Разбежавшись, он скользнул на пол вперед ногами и, совершив подкат, врезался ступнями в массивную каменную ногу статуи. Та, потеряв равновесие, опрокинулась на спину, а Ар, перегруппировавшись, вскочил на одно колено и встряхнул Лема. Тот жадно ловил ртом воздух, так как от полученного пинка у него сперло дыхание. Но состояние понемногу нормализовалось, и он успел хриплым голосом спросить:

— Что это за тварь такая?

— Видимо, система безопасности, но тебе же лучше знать, это ведь не первое твое дело, — с издевкой ответил Ар. — Ладно, вставай, нужно найти у неё выключатель. — И в руках Ара блеснули лезвия клинков, молниеносно извлеченных из ножен, полуторный меч и длинный кинжал. Лем последовал примеру товарища, тоже обнажая оружие — небольшой меч. Поваленная статуя между тем уже поднималась на ноги с пылающими оранжевым пламенем глазами, готовая вновь броситься в атаку.

— Заходим с двух сторон, — сказал Лем. — Сейчас мы это чудо сделаем, будет знать как пинаться.

Приятели ринулись вперед, нанося рубящие, режущие и колющие удары. Но каменный исполин парировал их выпады. Орудуя длинными саблями, он отражал град ударов, сыплющийся с обеих сторон. Некоторые атаки достигали целей, но материал, из которого статуя была сделана, оказался довольно прочным, клинки оставляли на нем лишь небольшие зазубрины и обдирали каменную крошку. А еще приходилось уворачиваться от второй пары рук, которые так и норовили одарить замешкавшегося противника увесистым хуком или апперкотом. Так они кружили какое-то время, обмениваясь сериями успешных и не очень ударов.

Постепенно в сознании Ара начала проклевываться ужасающая мысль: статуя может сражаться сколько угодно, в то время как их с товарищем силы ограничены их выносливостью.

— Лем, надо пробиваться к выходу и уносить ноги. Мы не сможем с ним биться вечно.

— А то я этого не заметил. Есть одна идея, отвлеки его на себя.

— Что?!

Лем отскочил в сторону, Ар усилил натиск и интенсивность атак, полностью завладев вниманием каменного исполина, правда, теперь пришлось сражаться против четырех рук. Статуя теснила юного эльфа, он уже спиной ощущал подступающую твердь одной из колонн. Вот он клинком отбил лезвие, присел, и как раз вовремя — вторая сабля глубоко врезалась в колонну в нескольких сантиметрах над головой. И тут же тяжелый каменный кулак пробил угол колонны, размолотив его в мелкую крошку, и обрушился прямо на голову Ара. Эльф, получивший мощнейший удар в ухо, отлетел на середину залы, перекувыркнулся, но быстро вскочил на ноги, держась за ушибленное место.

Пока Ар отвлекал статую, Лем снял пояс, коим ему служила обычная веревка, привязал к концам утяжелители и, как раз когда его товарищ вскочил после пропущенного удара, крикнул:

— Ар, давай к выходу, я кое-что придумал.

Дважды повторять не пришлось. Ар что есть сил рванул в сторону лестницы. Статуя кинулась ему наперерез. Лем как следует размахнулся и запустил веревку с утяжелителями. Она попала точно в цель. Пролетев несколько метров, веревка опутала ноги статуи, стреноживая ее. Тяжелая туша каменного исполина с грохотом рухнула на пол. Но надолго это ее задержать не могло.

Ар взбежал уже до середины лестницы, когда до него донесся крик боли. Он обернулся и увидел, что статуя, разрезав путы, успела дотянуться до Лема. Одной рукой она схватила его за горло, а во второй держала жезл с горящими письменами. Жезл пылал ярче прежнего, из него в сторону пленённого начали тянуться оранжевые жгуты. Не в характере Ара было оставлять товарища в беде. Он вскочил на широкие лестничные перила и что есть сил оттолкнулся. Пролетев над головой приятеля, он коленями врезался в грудь статуи, вновь опрокинув ее, а держащий перед собой кинжал вонзил точно в ротовую щель каменного лица. Статуя упала на спину, сидящий сверху Ар всей тяжестью тела навалился на кинжал, и тот, пройдя сквозь камень, глубоко воткнулся в дорогой паркет. По лицу статуи пошли трещины, пламя, бушевавшее в глазницах, погасло, и голова лопнула, разлетевшись на мелкие каменные осколки и пыль. Рука, державшая горло Лема, застыла, и тот хоть и с трудом, но смог освободиться.

Но пылание жезла не угасло, оранжевые жгуты охватили руки и шею Ара, притянув их к земле, словно путами. Как ни пытался юный эльф выкрутиться, они лишь сильнее сдавливали его плоть. Лем мечом попытался перерубить жгуты, но ничего не вышло, сталь отпружинивала, не в состоянии их разрезать. Тем временем снаружи особняка начал нарастать шум. Скорее всего звуки боя привлекли внимание стражи.

— Уходи, братан, нечего нам вдвоем палиться, — сказал Лему Ар. — С минуты на минуту явятся стражи.

— Извини, — тихо ответил Лем. — Я постараюсь найти варианты, чтобы освободить тебя в ближайшее время, не унывай, я что-нибудь придумаю.

С этими словами Лем скрылся в темноте второго этажа, а Ар так и остался опутанным дожидаться прибытия стражей.

***

Ар стоял на коленях посреди огромной бальной залы, опутанный ярко-оранжевыми жгутами. Голоса, звучавшие за стенами особняка, никуда не делись, но стражи не торопилась заходить. Наконец, спустя четверть часа, заскрежетал ключ в замочной скважине, и тяжёлая входная дверь отворилась. В помещение с длинными мечами в руках вошли пятеро воинов. Они быстро осмотрели зал, не обнаружив никого, кроме скованного путами Ара. Один из стражей покинул особняк, видимо, доложить, что помещение безопасно, а остальные принялись обследовать и осматривать остальной дом.

Вскоре в помещение вошли еще двое. Капитан стражи — высокий эльф с глубокими морщинами на лице, закованный в пластичную броню. Второй же, видимо, хозяин дома — эльф, явно из ученого сословия, в зауженных брюках, остроконечных башмаках, жилете, фраке с длинными фалдами, весь одетый в темно-зеленый цвет. Подойдя к плененному, пара остановилась. Капитан присел на корточки, и его взгляд встретился с глазами Ара.

— Ну что, попался, вор? — спокойно произнес служитель закона.

Ар не видел смысла отвечать, поэтому просто молчал. Зато хозяин особняка разошёлся.

— Капитан, нужно все тщательно обследовать, — говорил он надменно, с какой-то нарочитой манерностью. — Тут по всей видимости действовала банда, состоящая по меньшей мере из пятерых.

— С чего вы взяли, профессор? — спросил капитан. — Все улики указывают, что этот юноша действовал в одиночку.

— Да вы взгляните на моего голема! Один подросток не справился бы с ним, тем более я лично его настраивал.

Капитан вновь взглянул на Ара.

— Ну, вор, сколько вас было?

— Я один, — сказал Ар.

— Для простого подростка ты одет в слишком добротную броню, — обратил внимание капитан на качественный кожаный доспех Ара. — Да и кинжал из гиперборейской стали. — Он выдернул торчащий в полу клинок. — Как тебя зовут, вор?

В таком положении скрывать свою личность не было никакого смысла.

— Меня зовут Ар-Мерфас, – ответил Ар.

— Мерфас, Мерфас, — словно стараясь распробовать имя на вкус, повторил капитан. — Дирам-Мерфас случайно не твой родственник?

— Да, он мой отец.

— Хороший был страж, если бы не его пагубное пристрастие к опиатам, мог бы высоко продвинуться по службе. Стало быть, доспех и оружие его? А он в курсе, чем по ночам промышляет его сын?

— Он умер восемь месяцев назад.

— Прискорбно. Он, видимо, неплохо обучил тебя искусству боя, что ты смог одолеть голема. Жаль, что теперь такой навык пропадёт на каторге в каменоломне, куда ты отправишься по обвинению в воровстве.

— Хм. Капитан, а если этот юноша понесет альтернативное наказание? —– вступил опять в разговор хозяин дома, отвлекшись от осмотра разрушений.

— Что вы имеете в виду, профессор? — осведомился старый воин.

— Сейчас в нашей академии как раз идет набор на курс, и полагаю, вам известно, что искусство ведения боя для кадета столь же обязательно, как и понимание других наук, которые им преподают. Теоретические предметы при должном рвении и усидчивости освоить может каждый, а вот боевые навыки, да еще такие, чтоб в одиночку одолеть голема… Считаю, будет преступлением не дать юнцу хотя бы шанс пройти вступительные испытания. Да и разворотил он мне практически полдома, думаю, в будущем юноша не откажется на безвозмездной основе произвести восстановительные работы.

Капитан ненадолго задумался, а затем вновь обратился к пленнику.

— Ну что, Ар-Мерфас, выбор за тобой: каменоломня или академия?

— Академия, — сухо сказал Ар.

— Но учти, любая жалоба со стороны профессора Ксенатара, и ты на долгие годы отправишься махать киркой от рассвета до заката.

Глава 2

Портовый район радикально отличался от основного глянцевого города Атлантиды с её скругленными зданиями, где все постройки были обтекаемой формы с полным отсутствием хоть какого-нибудь намека на углы. Строения преимущественно светлых тонов, золотыми и изумрудными вставками переливающиеся в солнечном свете, демонстрировали весь лоск, присущий городу эльфов. Он был отгорожен высокой стеной и широким проливом, через который из порта в город вел один-единственный мост, являющийся связующей артерией для перетока миллионов тонн грузов, ежедневно доставляемых и отгружаемых на длинных причалах. Распыляемая со стены водная пыль, призванная связать и не допустить проникновение в основной город мельчайших частиц, отгружаемых на причалах, сыпучих грузов, вместе с влажным, соленым ветром, непрерывно дующим со стороны океана, создавали в порту избыточную влажность. Растворенная в воздухе вода оседала на мощеных крупным булыжником улицах, на стенах строений и крышах домов. Соленая влага вызывала коррозию и способствовала распространению черной плесени, въедающейся в постройки и придающей им темный оттенок, заметно контрастирующий с величием остальной Атлантиды. Тем не менее портовый район был достаточно обширен, в нём проживало множество народов и рас.

Как только первый солнечный луч пробивался из-за горизонта, здесь начинала кипеть работа. Район просыпался. Открывался местный рынок, встречающий покупателей нескончаемым гомоном голосов. Люди, эльфы, дварфы, гномы и множество других рас проживали, трудились, отдыхали в портовом районе. В самой Атлантиде основное население составляли эльфы, а представители других народов попасть туда могли только с разрешения особой комиссии или по приглашению какого-нибудь лорда.

Днём на огромной центральной площади было тихо. По ней лениво шатались моряки, сошедшие на берег и остановившиеся в одном из гостевых домов, обильно расположенных в примыкающих к площади строениях. Здесь можно было встретить и мальчишек — чистильщиков обуви, детей работяг, гнущих спины на погрузо-разгрузочных работах. Ребятня, таская свои тяжёлые чемоданы с тряпками, щетками, кремами и губками, сновала туда-сюда и приставала к прохожим. Но к вечеру площадь преображалась.

Сюда стекались толпы народа: портовые рабочие, моряки, административный персонал. На первых этажах гостевых домов отпирали большущие ставни, за которыми в стеклянных витринах извивались красавицы, различных форм и размеров, на любой вкус, прикрытые только в самых нескромных местах, да и то не всегда. Танцуя, девушки зазывали посетить именно их заведение, где можно хорошо расслабиться после тяжелого трудового дня или длительного морского перехода. Также с наступлением темноты открывало свои двери и самое большое питейное заведение в портовом районе «Зелёный келпи» — огромный трехэтажный трактир со множеством столов и изобилием разнообразной выпивки от дешевого «пойла минотавра» до изысканных вин и приторных элитных ликеров.

В зале таверны стоял гул голосов, помещение битком набито разнообразными посетителями. В воздухе витал аромат жареного мяса с тонкими нотками разнообразных специй. Подавальщицы бегали, вынося и забирая заказы, искусно лавируя между столами, уворачивались от шлепков и щипков посетителей и отвечали вынужденными кокетливыми улыбками на сальные предложения и шуточки. В глубине зала за сдвинутыми вместе столами собралась большая группа. На длинной лавке восседал огромный человек. Лысая башка, торчащие в разные стороны поломанные уши и подбородок, как у пеликана. На заплывшем жирком теле еще просматривались упругие бугры мышц, проступающие через тугую тельняшку. Перед мордоворотом не было еды, лишь кружка пенного да груда золотых и серебряных монет чуть в стороне. Позади толкалась группа, по-видимому, его дружков с кружками в руках. Они громко переговаривались, иногда ржали в голос, обсуждая происходящее.

На противоположной стороне в окружении двух дам сидел юноша эльф в дорогом камзоле без воротника. У него была смуглая кожа и длинные темные волосы, забранные на макушке в тугой конский хвост. Шею прикрывало шёлковое кашне в цвет одежды. Перед ним на столе стоял стаканчик с игральными костями, в руках юноша держал небольшой металлический кубок с терпким и пряным рубиновым вином.

— Ну что, остроухий, есть что еще поставить? — пробасил мордоворот.

— М-да, уважаемый Боннард, сегодня изрядно похудел мой кошелек, — ответил мелодично эльф. — Видимо, госпожа удача не благоволит мне этой ночью. Хотя, знаете, как говорят, не везёт мне в кости, повезет в любви. Пожалуй, оставлю несколько монет, хватит как раз, чтобы показать этим двум прекрасным особам шпиль Атлантиды, — приобнял юноша своих спутниц.

— Что, и не хочется отыграться? — не унимался мордоворот, ехидно прищурившись. — Фортуна — дама капризная, но любит целеустремленных, идущих до конца.

— Да! Удача благоволит лишь храбрецам, настырным и бесстрашным, — поддакивали дружки мордоворота.

— Нет, нет, нет. Довольно на сегодня, — ответил эльф, уже поднявшись и перешагнув одной ногой через скамейку.

— Да ладно, ладно вам, братцы, — обратился Боннард к своим подпевалам, но как-то нарочито громко. — Парень безрисковый, не привык покидать зону комфорта. Я думаю, это черта всех эльфов! Нет в них ни авантюрной жилки, ни страсти к приключениям. Привыкли жить пресной и размеренной жизнью.

Юноша замер на мгновение, уголки губ растянулись в хитрой ухмылке, а затем он повернулся и вновь занял место за столом.

— Что ж, уважаемый месье Боннард, раз вы такой рисковый человек, то предлагаю вам игру по-крупному, на все, что есть сейчас на столе.

Мордоворот удивленно окинул взглядом стопки монет.

— Это большая сумма, остроухий. Что ты предложишь мне в ответ?

Юноша неторопливо снял кашне, показывая висящую на шее увесистую золотую круглую печать. Кроме того, что состояла она из приличного количества золота, эта печать наделяла своего владельца рядом преимуществ, одно из которых — свободное передвижение по всем районам Атлантиды, без разрешения специальной комиссии.

Толпа, стоявшая за спиной Боннарда, притихла. Мордоворот громко треснул по столу обеими руками и захохотал, вслед за ним загоготали и его подпевалы.

— Ха-ха-ха. А ты не такой уж и вялый тюфяк, эльф. Есть в тебе все же перчинка. Что ж, я согласен. Давай кинем кости.

Стакан с игральными костями оказался в ручищах мордоворота, и тот, закрыв ладонью отверстие, встряхнул несколько раз вложенные в него камни, после чего со стуком опустил стакан на стол. Повисла пауза. Все напряженно глядели в центр стола. Боннард поднял стаканчик, и раздался гогот. На камнях выпало шесть и три. Довольный, он откинулся назад и сделал жест рукой в сторону эльфа, как бы приглашая его произвести бросок.

Юноша сгреб кубики в стакан. Тряхнул разок, тряхнул другой и широко по дуге выплеснул камни. Кости ударились о стол, подскочили, завертелись и словно бы пустились в пляс в сторону груды монет. Один камень быстро остановился, показав число на грани пять. Второй проскакал по столу, ударился о горочку монет и отскочил. В этот самый миг юноша эльф щелкнул пальцами, и свет на мгновение мигнул. Кубик упал на столешницу, показывая на грани цифру пять.

Эльф подскочил.

— Пять-пять, друзья, что за удача! — воскликнул он, хотя вокруг повисла тишина. Расправил сумку и смёл туда выигрыш. Затем залпом осушил свой кубок. Оставил в счет оплаты напитков золотую монету. Приобнял за талии двух спутниц и быстрым шагом проследовал к выходу из трактира.

***

Уже на улице, метрах в десяти от «Зеленого келпи», идущий в обнимку с парочкой прелестниц юный эльф услышал окрик. Не обращая на крики никакого внимания, троица продолжила путь, как вдруг в спину эльфа прилетела деревянная кружка. Компания остановилась, обернулась. Из дверей трактира вывалил Боннард со своей шайкой.

— А ну-ка стой, остроухий! — пробасил мордоворот. — Ты плут и мошенник, и за такие фокусы можно отхватить по сопатке.

— Позвольте, уважаемый Боннард, — высказался мелодично эльф. — Вы сами убедили меня вновь сесть за стол, на этот раз удача улыбнулась мне. Имейте мужество признать поражение.

— Да он еще и издевается! Подстроил черное колдунство и хочет под шумок удрать, — выкрикнул кто-то из толпы. — А ну держи его, ребята.

Толпа головорезов обступила эльфа полукругом, у некоторых в руках блеснули ножи, другие повытаскивали дубинки.

Юноша покачал головой и тяжело выдохнул. Снял с пояса предмет, напоминающий то ли жезл, то ли крест, с круглым отверстием в сочленении, в которое был инкрустирован камень. Резко взмахнул рукой, и жезл, как телескопическая трубка, разложился в меч. Камень, пульсируя, окрасился кровавым цветом, и от него по всей длине клинка пошли энергетические сполохи, которые, достигнув наконечника, образовали полупрозрачное красное лезвие. Эльф уткнул меч в землю и выжидательно взглянул на подступающую к нему банду.

Толпа остановилась в нерешительности, но вновь прозвучал возглас подстрекателя.

— Да что мы трусим, братцы! Он один, а нас толпа. Задавим массой и числом.

Подбадривания подействовали. Головорезы вновь пошли в наступление. Эльф выжидал, давая толпе подойти поближе, и вот, когда их разделяло метра три, резко крутанулся вокруг своей оси и сделал выпад. Меч молниеносно очертил багряную дугу, в считанных сантиметрах просвистев возле лиц опешивших головорезов. Те, кто инстинктивно выставили оружие, теперь испугано взирали на обрубки клинков и дубинок у себя в руках.

— Прекратить потасовку! — прозвучал властный приказ откуда-то со стороны.

Все обернулись на голос и увидели отряд эльфийских стражей, выходящий на площадь. Воины с клинками на изготовку и в начищенных блестящих латах подошли к дерущимся. Вперед вышел старшина отряда.

— Бои в черте города строжайше запрещены.

— Товарищ страж, — вперед вышел Боннард. – Это эльф — мошенник, он подло использовал какую-то магию, чтобы нечестно выиграть и присвоить себе мои деньги, у меня полно свидетелей его чародейства.

Эльф сложил клинок, вновь приладив его на пояс.

— Уважаемый месье Боннард глубоко заблуждается. Он явно незнаком с эльфийскими способностями и не знает, что среди эльфов магией владеют лишь женщины. Мужчины эльфы магией, к сожалению, не владеют.

— В суде во всем разберутся, — сухо ответил старшина, равнодушно взирая и на юного эльфа, и на толпу головорезов. — Вы все задержаны за учинение беспорядков и потасовку в черте города. Предлагаю сложить оружие и проследовать с нами к сторожевому посту.

Юноша эльф, не согласный с таким поворотом дел, вновь обратился к старшине отряда.

— Эм, извините, господин страж, видите ли, у нас с дамами тут есть одно обстоятельство. — Он продемонстрировал надетую на шею золотую печать.

Старшина стражей извлек из сумки увесистую книгу. Пролистал, найдя нужную страницу, сверил символы с печати и попросил эльфа расписаться. Когда с этим было покончено, произнес:

— Юноша с дамами свободен, а остальных прошу проследовать с нами к сторожевому посту.

Молодой эльф улыбнулся, грациозно скользнул к ожидающим его дамам и, вновь приобняв их за талии, сказал:

— Пойдемте, красавицы, вы просто обязаны сегодня узреть шпиль Атлантиды.

***

Эльф проснулся рано в удобной, большой и мягкой кровати. Теплый приветливый солнечный свет, проникающий через окно, легонько пригревал смуглую кожу. А еще с двух сторон его грели упругие прелести молодых красоток, с которыми ему довелось познакомиться вчера в портовом квартале. Утро было прекрасным, но что-то тревожило юного эльфа, что-то на уровне инстинктов или предчувствия. И вот грянул гром.

— ЭЛЭЛЬ! — донесся откуда-то из-за двери раздраженный женский крик.

«Ой-ой-ой! Матушка не в духе», — подумал про себя эльф.

Он быстро вскочил, перелез через одну из красоток, схватил валявшиеся на полу штаны и впрыгнул в них чуть ли не обеими ногами. Только он успел прикрыть свой смуглый упругий зад, как дверь распахнулась и в комнату влетела эльфийка.

— ЭЛЭЛЬ! — вновь громко произнесла она.

— Да, матушка, — обернулся к ней эльф.

— Элэль, ты опять за свое? У отца только что были стражники, сообщившие о каком-то ночном инциденте, за который ему пришлось уплатить внушительный штраф. Теперь он требует от тебя немедленно явиться к нему в кабинет для разговора.

— Успокойся, матушка, я все улажу, — ответил эльф, а про себя подумал: «Сейчас опять начнется! Поток нравоучений. Ты не должен то. Ты обязан это. Гордость семьи, ты должен быть примером для всех».

Элэль накинул легкий халат и покинул комнату, выпроводив мать и плотно прикрыв дверь. Быстрым шагом проследовал в отцовский кабинет.

Отец Элэля сидел за столом, хмуря густые брови и закопавшись в кипу документов.

— Кхе-кхе, — прокашлялся юноша, чтобы обозначить свое присутствие.

Отец поднял взгляд и пристально вгляделся в сына, а затем сухо произнес:

— Проспался, рыцарь? Тут по твою душу приходили, и вновь мне пришлось платить штраф. Сын, ты не отличаешься изобретательностью. Из раза в раз попойки, дамы, потасовки. Ты пьешь, как лось, и покрываешь все, что имеет щель, а все расходы ложатся мне на плечи. Мне это надоело! Поэтому печать на стол, собирай вещи и пшёл вон отсюда. Сейчас в академии идет набор. Поступишь — там на казарменной основе кровом и хлебом будешь обеспечен. Нет, что ж, дорога тебе в твой любимый портовый район. Попашешь там грузчиком, рабочим, да хоть портовой шлюхой, может, поумнеешь.

— Позвольте, папа, я собирался поступать, но не в этот год.

— Закрой рот и пошёл вон, я все сказал.

Глава 3

Шпиль Атлантиды — третье по высоте строение в городе, выше которого только дворец совета и обсерватория. Здание являлось частью огромного архитектурного ансамбля, где располагалась академия — престижное учебное заведение эльфов, ее выпускники считались элитой общества.

Внутри шпиль Атлантиды являл собой просторное помещение, отделанное мрамором, с высоким сводом потолков, широким прямоугольным холлом, возвышением в несколько ступеней и убегающим вдаль длинным коридором. На возвышении располагалась трибуна, за которой сидели трое и разговаривали. Больше в помещении не было ни души.

— Профессор Ксенатар, сегодня завершается набор, а у нас всего-навсего полкурса студентов, — обратилась женщина к сидящему в центре эльфу в мантии, накинутой поверх изысканного темно-бирюзового костюма-тройки.

— Да, уважаемый магистр, статистика нам сообщает, что рождаемость значительно упала за последние десятилетия, и в будущем мы увидим еще меньший поток абитуриентов, к сожалению, это факт. Но сегодня я ожидаю как минимум одного страстно желающего поступить в наше заведение юношу. С минуты на минуту его должны доставить сюда, — ответил профессор, как-то загадочно ухмыляясь.

И действительно, вскоре дверь помещения распахнулась, впуская внутрь отряд стражи, сопровождающий молодого лунного эльфа в кожаном доспехе.

— О, нам теперь абитуриентов отлавливает стража? — недоуменно спросил сидящий с другой стороны от профессора эльф.

— У меня с юношей кое-какой договор, но уверен, полковник, вам понравится этот студент, он сразил голема в моем доме в одиночку, попутно, правда, уничтожив весь ремонт.

— Не может этого быть, хм, интересно, интересно.

Но тут входная дверь опять отворилась, и в помещение вошёл еще один юноша — солнечный эльф. Он окинул пренебрежительным взглядом стражников и, не задерживаясь, проследовал в середину холла, откуда обратился к приёмной комиссии академии.

— Добрый день, уважаемые профессора и магистры. Меня зовут Элэль Лакомб, и я хотел бы обучаться в вашей академии.

Профессор Ксенатар поднялся с места.

— Два абитуриента, прекрасно, прекрасно! — манерно начал речь он. — Но видите ли, молодые люди, курс уже почти сформирован, осталось лишь одно место. — Сидевшие рядом члены комиссии хотели было возразить, но профессор шепотом произнес: «Успокойтесь, коллеги, мне просто скучно. Давайте дадим юношам возможность проявить себя, а заодно и сами оценим их потенциал». — Зачислен будет лишь один из вас. А кто? Пускай решится в поединке!

Элэль, стоявший в центре холла, снял с пояса эфес и взмахом руки активировал клинок.

Полковник ахнул.

— Метеоритный меч.

Ар-Мерфас протянул руки, закованные в кандалы. Стража взглянула на профессора, тот одобрительно кивнул. С лунного эльфа сняли оковы и отдали ему его клинки. Ощутив свободу и почувствовав в руках привычное оружие, Ар-Мерфас вышел в центр зала, прокрутив клинки кистями рук, и передернул плечи.

— Да будет бой! — изрек профессор.

Элэль молниеносно крутанулся вокруг своей оси и очертил клинком широкую дугу. Ар-Мерфас был к этому готов, он просто отскочил назад и оказался в недосягаемости. Но Элэль продолжил наступать, вновь рубанул сбоку. Зазвенел металл. Лунный эльф блокировал атаку, приняв ее двумя клинками, и с силой отшвырнул метеоритное лезвие от себя.

Полковник подался вперед, оживившись еще больше.

— А у второго-то юнца клинки из Гиперборейской стали. Вот это да, профессор. Этот вступительный тест действительно обещает быть интересным.

Теперь атаковал лунный эльф. Широко расставив руки, он совершил два прыжка, вертясь во круг своей оси, словно мельница, на лопастях которой закреплены сверхострые клинки. Удар, еще удар, но метеоритный меч все отбил.

Противники обменивались чередой ударов, но ни один из них не мог пробить оборону соперника.

Элэль восьмеркой снизу вверх рубанул клинком несколько раз. Ар-Мерфас ушёл пружинистыми уворотами, сократил дистанцию, зашёл за спину противнику и нанес удар. И вновь клинок попал в клинок.

Солнечный эльф искусно выставил защиту заведенной за спину рукой, держащей меч.

Противники вновь разошлись в стороны, но только для того, чтобы с новой силой ринуться в атаку.

Элэль ускорился, подпрыгнул, крутанувшись вокруг себя. Зажатый в правой руке метеоритный меч, очертив круг и набрав центробежную силу, мощно врезался в пол как раз в том месте, где секундою ранее стоял Ар-Мерфас. Но тот, совершив кувырок, переместился в сторону, вскочил на ноги и метнулся на врага. Солнечный эльф обернулся, резко рубанув клинком.

— ДОВОЛЬНО! — выкрикнул профессор.

И юноши застыли, тяжело дыша и глядя друг другу прямо в глаза. Метеоритный меч остановился в считанных сантиметрах от шеи лунного эльфа.

Элэль высокомерно прошептал.

— Еще мгновение, и твоя голова запрыгала бы по полу, словно мяч.

Ар-Мерфас улыбнулся, указывая глазами куда-то вниз.

— Еще мгновение, копченый, и твой коричневый мешочек стек бы в сапоги, а ты запел бы, словно оперная дива.

Солнечный эльф перевел взгляд вниз и увидел лезвие кинжала, приставленное к его паху.

Со стороны трибуны прозвучали редкие аплодисменты.

— Прекрасно, прекрасно. Юноши, вы оба приняты.

Молодые люди недоуменно перевели взгляды на профессора. Тот слегка замялся, но быстро произнес

— Уверен, что для таких дарований у нас на курсе обязательно найдется место. А теперь, юноши, прошу проследовать по коридору. Там вас встретят, помогут заполнить необходимые документы и сопроводят в ваши комнаты.

Глава 4

Семь лет Ар-Мерфас и Элэль обучались в академии. За это время юноши сдружились, да даже больше, стали не разлей вода. Непримиримые соперники на поле боя в учебных дуэлях. Каждый из них в мастерстве старался превзойти другого, но они были равны в искусстве фехтования. Да, были и победы, но проигравший тут же делал выводы, и в следующей дуэли победитель превращался в побежденного и наоборот. В науках же они всегда действовали заодно. Блестящие умы. Поддерживая друг друга и действуя сообща, могли найти решение любой проблемы, ответ на любой вопрос, который встанет перед ними.

Но вот срок обучения подошел к концу. С превосходными отметками друзья сдали последние экзамены и, покинув душные, пыльные аудитории, группой направились на центральную площадь Атлантиды в таверну отпраздновать окончание учебы.

Выпускники уютно расположились на улице на открытой летней веранде возле трактира, составив вместе несколько столов. Вчерашние студенты громко смеялись, обсуждая и вспоминая различные истории, произошедшие с ними за годы обучения. Время от времени поднимали кубки с прекрасным розовым вином, произнося торжественные речи и тосты.

— Друзья, хочу поднять свой кубок за нас, — пафосно произнес Элэль. — Мы — будущая Атлантида! Наши поступки и решения будут влиять на судьбу города и его облик. Теперь мы задаём вектор развития города, и от нас зависит будет ли он процветать или же прозябать. Я верю, что все же первое.

Все одобрительно закричали и осушили кубки, только Ар-Мерфас, стоящий на противоположном краю стола с ехидной усмешкой, лишь пригубил вино и сказал:

— Ты во многом прав, друг, но Атлантида была, есть и будет. Сменяются эпохи, члены правления совета, лорды, а город, вот он! Он никуда не денется. Это обитель эльфов, это наш дом. Сменятся десятки поколений, но пока существует Атлантида, существуем и мы, эльфы.

— Но город — это ведь всего лишь здания, бездушный камень!

— Это больше, чем камень, — это символ, знак нашего величия и мастерства.

— Так, вы опять?! Прекращайте, только не сегодня, — выкрикнул кто-то из однокурсников.

За празднованием и спорами молодежь не сразу заметила, как на площадь въехал экипаж, состоящий из трех роскошных карет, в каждую из которых была запряжена тройка белоснежных лошадей. Кортеж проехал по кромке площади и остановился напротив входа во дворец совета. Кто-то из студентов заприметил процессию и обратил внимание остальных на кортеж.

— Сегодня же прибыла делегация магов, — вспомнил Элэль. — Отец с матушкой что-то говорили об этом. Пойдемте, посмотрим поближе.

За время обучения Ар-Мерфас стал частым гостем в доме Лакомб, родители Элэля тепло приняли и благосклонно относились к однокурснику и хорошему другу сына. Им нравились его целеустремленность и дисциплина, они считали, что такой друг непременно окажет позитивное влияние на взбалмошного и разбалованного отпрыска.

Группа отставила напитки и устремилась ко дворцу, чтобы поближе посмотреть на необычных гостей, посетивших Атлантиду. Подойдя, они увидели, как по ступеням здания спускаются отец и мать Элэля. Его отец являлся одним из лордов совета, а мать была жрицей круга эльфийских магов, в который входили только женщины, так как у эльфов одни лишь женщины могли использовать магию, мужчинам она была не подвластна.

Из первой кареты остановившегося экипажа вышли двое мужчин, облачённых в темно-синие мантии. Они проследовали к позади стоящим каретам и распахнули двери. Из средней, отринув руку помощи мага, показался высокий старец с маленькими живыми бегающими глазками за круглой оправой очков. Несмотря на длинную седую бороду, он был достаточно крепок и прыток. Ловко соскочив с подножки кареты, он выпрямился во весь рост, широко расправил плечи и облокотился на длинный посох, сверкающий огромным кристаллом в навершии. Из последней же кареты вышла, воспользовавшись помощью мага, хрупкая девушка в широких легких шароварах цвета морской волны и такого же цвета накидке. Лицо ее скрывал полупрозрачный платок — никаб, и только лишь широкие и черные глаза с неподдельным интересом осматривали все вокруг. Девушка подошла и встала возле старца, взяв его под руку.

Пока процессия покидала экипаж, мать Элэля, заприметив сына, сделала ему и Ару жест, чтобы те присоединились к ним, и друзья с радостью приняли приглашение, заняв места подле лорда с супругой.

Когда старец с девушкой приблизились, лорд Лакомб поприветствовал их.

— С прибытием вас, Архимаг. Надеюсь, плавание было легким и не доставило вам сильных хлопот.

— Спасибо, лорд. Все прошло хорошо, мы взяли на себя смелость немного поиграть с погодой, и попутный ветер не покидал нас на протяжении всего пути.

Лорд Лакомб перевел взгляд на девушку. Архимаг заметил его взгляд.

— Ах да, — улыбнулся старец. — Позвольте представить мою племянницу Тишу. Она не маг, но упросила любящего дядю взять её в ваш край. Ваш народ на материке такая редкость, что вы сравни легенде, и очень многие юные особы считают эльфов чуть ли не ангелами в сверкающих доспехах. Простите мне мою дерзость, но сердце старика не устояло перед слезными мольбами.

Лорд улыбнулся.

— А это вот моя семья: супруга, сын и его лучший друг. Оба, кстати, с отличием буквально сегодня сдали финальные испытания в нашей академии. Так что я тоже, воспользовавшись служебным положением, решил познакомить семью с высокими гостями.

И Архимаг, и лорд Лакомб громко рассмеялись, обменявшись теплым рукопожатием.

Как вдруг сначала еле слышно, но постепенно все возрастая, площадь заполнил странный свист и гул. Небо над Атлантидой окрасилось алым. Огненный шар со свистом пронесся по небу и врезался в дворец совета. Высоченное здание сложилось в считанные секунды, похоронив под собой всех, кто был внутри. Десятки огненных снарядов обрушились на город, круша строения и поджигая их. Вспыхнул пожар, началась паника. Жители метались в поисках укрытия.

Огненные снаряды были лишь обломками огромного метеорита, с диким гулом пронесшегося над Атлантидой в сторону океана. Лорд, его супруга, Архимаг, Элэль, Ар и Тиша ринулись на стену, располагавшуюся сразу за обрушенным дворцом совета. Путь туда лежал по узкой улочке, а дальше шла череда ступеней, высеченных в самой стене.

Тиша не поспевала за остальными, и Ар-Мерфас задержался, чтобы её сопроводить. Подбежав к лестнице на стену, эльф пропустил девушку вперед, но вскоре пожалел об этом. Над ними, метрах в двух, в стену врезался огненный шар. Тишу отбросило назад, Ар подхватил ее, но сам не удержался и упал. Осколки камня градом разметало по округе. Эльф перекувыркнулся, заслонив девушку, затем поднял взгляд вверх. Все остальные были в безопасности, уже взобравшись на вершину стены.

Резкая боль пронзила руки в районе локтей. Ар-Мерфас взглянул и увидел, что Тиша вцепилась в его руки, когтями пронзив кожу так, что выступила кровь. Эльф посмотрел девушке в лицо и ужаснулся. На него смотрели пустые белки глаз. А после она начала говорить:

— Задрожит земля. Поднимутся моря. Прорвется ткань пространства. Приготовься! Чтобы получить всё, нужно отдать всё. Но не будет тебе равных в битве многие лета, лишь только маг эльфийской крови обломком прошлого способен будет поразить тебя.

Сказав это, девушка отключилась, а Ар так и продолжил глядеть на неё ничего не понимающим взглядом.

Лорд Лакомб, жрица, Архимаг и Элэль как раз взбежали на вершину стены, когда огромный болид метеорита рухнул в океан в сотнях километров от Атлантиды. Взрыв от падения высоким столбом возник на горизонте. А спустя несколько секунд их сбил с ног резкий порыв ветра, докатившегося взрывной волной. Элэль вскочил на ноги, вновь подойдя к парапету стены. То, что он увидел, поразило его. Вода, окружавшая Атлантиду, схлынула, обнажив океаническое дно. Лорд и Архимаг, подошедшие следом, согласно решили, что это плохой знак. И действительно, вскоре они увидели гигантскую волну, идущую от эпицентра падения метеорита.

Лорд Лакомб повернулся к семье, на нем не было лица.

— Сожалею, — сказал лорд, — но этот вал Атлантида не переживет. Та масса воды, которая надвигается на нас, просто смоет город с лица Мира. Я не знаю, какая сила сможет противостоять надвигающейся на нас мощи.

— Лорд Лакомб! — грозно сказал Архимаг. — Возьмите себя в руки, податься панике в нашей ситуации явно не лучшая затея. Я постараюсь сдержать стихию, но не уверен, что моих сил на это хватит.

— Действуйте! — произнесла решительно жрица. — Я поделюсь с вами энергией.

Архимаг поставил перед собой посох, выкрикнул фразу на непонятном языке, и кристалл в его посохе ослепительно вспыхнул. Старец продолжал бормотать заклинание, а из посоха навстречу надвигающейся волне устремился светлый полупрозрачный сгусток энергии. В момент столкновения волны с энергией Архимага чуть не сбило с ног, но он устоял. Наткнувшись на препятствие, волна остановилась. Было видно, что сдерживание стихии затрачивает неимоверное количество магической энергии — маны. Архимаг ощущал давление как в ментальном, так и физическом смысле. Лицо старца исказила гримаса, на лбу проступили крупные капли пота. Чтобы удержать равновесие, он отставил ногу назад, но водная масса словно выдавливала его, медленно, сантиметр за сантиметром. Архимаг уже не бормотал, он кричал заклинание. Жрица подошла к нему сзади и положила руку на плечо. Полупрозрачное свечение окутало ее и словно устремилось через руку в Архимага. Скольжение остановилось на несколько мгновений, а затем продолжилось вновь, заметно медленнее. Но все же сил не хватало. Лица мага и жрицы начали стремительно стареть. Кожа обвисала, проступили глубокие морщины. Лорд кинулся к супруге, взяв ее за руку. Его окутало свечение, но так как он не обладал магией, вся его жизненная энергия моментально перетекла в Архимага. Его одежда и плоть в мгновение истлели и развеялись легким порывом ветра. Скольжение Архимага вновь приостановилось на секунду и возобновилось вновь.

Элэль растерянно взирал на происходящее и не знал, что ему поделать. На его глазах исчез отец, стремительно старела мать, которую вместе с архимагом вот-вот скинет со стены огромная волна. Как только маги потеряют почву под ногами, волна сотрет с лица земли всю Атлантиду. Он видел, что произошло с отцом, но также видел, что его энергии хватило, чтобы на несколько мгновений сдержать волну.

«Есть шанс, что моя жизненная сила станет той каплей, которой не хватает магу, чтобы обуздать стихию. Жаль, не увижу результат».

Элэль шагнул вперед к Архимагу, старец со жрицей были практически на краю стены, и положил руку ему на плечо. Юного эльфа окутало свечение. Тело пронзила боль, а в вены будто впрыснули кипяток. Он был в сознании, все внутренности жгло огнём, но ничего не происходило. Элэль не истлевал, как до этого его отец. Архимаг, почувствовав прилив сил, послал очередной импульс в волну, и та словно бы сдалась. Качнулась и отхлынула.

Свечение моментально спало, боль стихла. Элэль упал на колени. Из его глаз прыснули слезы, из носа пошла кровь. Он не мог встать, не мог даже поднять руку, ему хватило сил лишь приподнять голову. Перед ним стояли сильно постаревшая мать и Архимаг, который тоже выглядел дряхлым стариком, а позади только что спасенный город с несколькими зданиями, пылающими от метеоритного дождя.

Глава 5

Элэль очнулся на кушетке. По бокам от него сидели две жрицы, и от них тонкой струйкой струился еле осязаемый поток. Перед ним стояли сильно постаревшие, с высохшей кожей, Архимаг и матушка.

— Пришел в себя? — спросил старик.

Элэль моргнул, давая понять, что да. Хотел было приподняться, но все тело пронзила жгучая боль, да и сил на это не хватало.

— Лежи, лежи, не двигайся. Ты еще слишком слаб. Куда ты вообще полез? Видел же, что стало с лордом.

При упоминании об отце у Элэля перед глазами ясно встал образ, как тот в мгновение иссох, превратился в прах и растворился в окружающем пространстве, подхваченный легким ветерком. К горлу подкатил ком, а глаза заволокло тонкой пленкой влаги, размыв силуэты, стоящие перед ним.

— Хорошо, что в тебе есть магическая искра, — продолжал Архимаг. — Что удивительно для твоего народа. Сейчас жрицы восполняют твои силы, но я бы советовал тебе развивать магические способности. Возможно, тебе удастся из искры разжечь огонь. — Усмехнулся Архимаг. — Эльф-маг, эка невидаль.

После этих слов старик удалился, а жрица, матушка Элэля, подсела к нему. Она нежно провела рукой по его черным волосам, лбу, щеке. Мягко поцеловала в лоб и произнесла:

— Сынок, тебе еще несколько дней восстанавливаться. Я не могу столько ждать. Я отбываю с Архимагом в Тадж-Махал. Я переоценила свои силы, затратив слишком много маны для поддержания заклинания, и если твою искру можно восполнить силами местных жриц, то мое восстановление требует большего источника маны. Такие ресурсы есть только в обители магов. Восстановление займет время. Как оправишься, не теряй времени, практикуйся, жрицы покажут тебе приемы для овладения магией.

Она еще раз поцеловала Элэля в лоб, а после удалилась за Архимагом. Юный эльф, даже если и хотел что-то сказать, просто не смог, а вскоре силы вновь покинули его, и он провалился в глубокий сон без сновидений.

***

После событий с метеоритом Ар-Мерфас подал прошение о зачислении его в корпус эльфийских стражей. Уничтожение дворца совета привело к гибели лордов, правящих Атлантидой, корпус стражей остался единственной структурой, обеспечивающей в городе порядок. Дни и ночи приходилось нести службу: разбирать завалы, помогать жителям восстанавливать поврежденные строения, а также выискивать остатки метеоритов, которые надлежало доставлять в обсерваторию профессору Ксенатару на исследования.

Двери обсерватории распахнулись, пропуская внутрь четырех стражников в изумрудных плащах. Тяжело дышавшие, вымотанные и мокрые от пота, они держали что-то вроде носилок, на которых лежал огромный валун.

— А? Еще осколки? — прозвучал откуда-то из-за стеллажей, стоявших в глубине огромного помещения, манерный голос профессора. — Положите на стол к остальным.

В центре располагался стол, на котором были разбросаны осколки метеорита разных форм и размеров. Надо сказать, что стол этот по размеру больше напоминал небольшую сцену или постамент под сводами высокой стеклянной крыши.

— Профессор! — обратился один из стражников в сторону стеллажей. — А нельзя ли придумать какой-нибудь механизм, чтобы мы не тащили в следующий раз такую тяжесть на тридцатиметровую высоту?

— Что я слышу? — последовал в ответ удивленный возглас, и из-за стеллажей вышел высокий эльф в элегантных зауженных брюках и рубашке с жабо. На глазу у него красовался монокль в золотой оправе. — Вечно недовольные возгласы моего любимого ученика. — Профессор подошёл к стражникам. — Рад тебя видеть, Ар-Мерфас.

— Взаимно, профессор, — ответил стражник, лунный эльф.

И они крепко обнялись. Было видно, что стражники вымотаны, и профессор предложил им немного передохнуть, проводив в подсобку, где можно перевести дух, заварив ароматного крупнолистового зеленого чая. Ар-Мерфасу было предложено составить профессору компанию в обсерватории при проведении исследований, на что тот с охотой согласился.

— Странно тебя увидеть в рядах корпуса стражи, — начал профессор.

— Сейчас время такое, — пожав плечами, ответил лунный эльф. — В городе много разрушений, нужна помощь в восстановлении, а стражи —единственная организованная структура, к тому же в катакомбы под городом из подземелий начали стекаться всякие твари, не хватает народа, умеющего обращаться с оружием.

— А твой друг, Элэль, он тоже подался служить?

— Его забрали жрицы магического круга, он ведь был с Архимагом на стене, когда тот творил заклинание для остановки волны. Ему крепко досталось, а от отца, лорда, вообще даже праха не осталось. Слышал, что старик Архимаг оправился быстро и пару дней возился с Элэлем, пока не миновал кризис, а после поспешно отбыл в Тадж-Махал — обитель магов, забрав на восстановление жрицу — матушку Элэля.

— Да, этот метеорит внес серьезные изменения в размеренную жизнь города, — вздохнул профессор. — Но что-то мне подсказывает, что это только начало.

Словно в подтверждение слов профессора стены и пол обсерватории задрожали, с полок и стеллажей упали несколько книг и мелких предметов.

Подземные толчки случались в Атлантиде и ранее, но после падения метеорита их частота и интенсивность возросли. Когда дрожание прекратилось, профессор продолжил.

— Ты ведь в курсе, что наш город располагается в районе стыка литосферных плит? У меня есть гипотеза, что падение болида запустило геомагнитную активность. И эти плиты пришли в движение. Отсюда и участившиеся землетрясения, и наплыв глубинных существ, стремящихся ближе к поверхности. Забавная штука! По моим расчетам Атлантида в скором времени может уйти под воду, на поверхности останется только портовый район.

— Забавная? Обхохочешься, профессор! — воскликнул Ар-Мерфас.

— Но что интересно, метеорит, который запустил этот процесс может помочь нам спасти город. В своих исследованиях я обнаружил его поразительные свойства.

Профессор Ксенатар взял небольшой кристалл и закрепил его на штативе рабочего стола, где у него располагались различных форм зеркала.

— У этой породы кристаллическая структура, и при должной огранке луч света или энергия, проходящие через него, преломляются, изменяя свои свойства.

— Это метеорит? — переспросил Ар-Мерфас, указав на кристалл.

— Да, я уже обработал несколько небольших экземпляров, — ответил профессор.

Вокруг закрепленного кристалла он разместил еще несколько в четырех сторонах. После чего под центральным кристаллом установил небольшую электрическую катушку и несколько раз взвел маленький рычажок. Из катушки начал поступать электрический заряд. Попав на кристалл, мини-молния прошла сквозь него, преобразовавшись в луч, и упала на стоящее неподалеку зеркало. Ару на мгновение показалось, что его поверхность пошла рябью. Профессор подправил угол, и из центрального камня вышли четыре преобразованных луча, которые устремились каждый к своему кристаллу, а пространство между ними заполнилось искрящимся полем. Оно раскинулось над поверхностью стола, словно купол. Профессор взял колбу с водой и вылил сверху. Влага, попав на преграду, стекла с неё, как стекают капли дождя по зонту.

— Я уже рассчитал параметры купола для Атлантиды, — сказал профессор. — Не хватает лишь центрального кристалла, но я уверен, что болид, упавший в океан, подойдет для этого.

— То есть вы уверены, профессор, что город погрузится на дно? — переспросил Ар-Мерфас, осматривая зеркало. Ему вновь показалось, что с ним что-то не то. На этот раз он краем глаза заметил темный силуэт, но когда взглянул в него, то увидел лишь свое отражение.

— К сожалению, это самый вероятный сценарий на ближайшее будущее, но даже если я не прав, то купол станет надежной защитой от еще одного метеоритного дождя или от просто дождя. В любом случае изобретение превосходное, только нужно немного доработать. — Профессор убрал источник питания, и купол словно стек вниз. Дойдя до низа, энергетический барьер словно сдетонировал, оставив после себя неглубокий оплавленный желоб.

— А еще нужно достать упавший в океан метеорит.

— О, точно! И раз ты здесь, то с тобой я и передам капитану мой письменный запрос на извлечение и доставку минерала, — сказал профессор Ксенатар и, достав лист пергамента, принялся быстро строчить запрос. После чего запечатал его перстнем и передал Ар-Мерфасу.

— Ох, не уверен, что капитан обрадуется вашему запросу, — ответил лунный эльф, беря послание и пряча его под плащом.

***

Капитан действительно оказался не доволен. Быстро пробежав глазами по тексту послания, он скривил строгое, испещрённое морщинами лицо, словно отведал особо кислый лимон. Но делать нечего, если расчеты профессора верны, то это единственный способ уберечь Атлантиду от печальной участи сгинуть в океанских глубинах. Он быстро отдал приказ снарядить судно, и через пару дней корабль с полусотней матросов покинул портовый район, взяв курс к месту падения метеорита. Капитан лично возглавил отряд стражников, в состав которого вошёл и Ар-Мерфас.

До предположительного места падения болида дошли за один день. На утро ныряльщики принялись обследовать дно.

Лунный эльф стоял, уперевшись руками в фальшборт, и всматривался в синеву океана, ожидая возвращения ныряльщиков. Легкий ветерок обдавал прохладой, разбавляя зной, в который переросло мягкое утреннее тепло. Солнце взбиралось по небосклону, приближаясь к полуденному пику и отражаясь в лазурной бирюзе океанской глади. Какой спокойной казалась зеркальная поверхность вод. Такой мягкой, ласковой, приветливой и такой коварной. Сейчас эта обманчивая стихия грозит уничтожить, поглотить его дом, его родной город, его народ.

Сзади послышался стук шагов по дощатой палубе, четкий, вымеренный, отчеканенный.

«Капитан стражи», — подумал лунный эльф.

— Привет, Ар-Мерфас. Ну как успехи? — поприветствовал эльфа капитан, тоже облокотившись на фальшборт.

— Пока тишина, ныряльщики обследуют дно.

— А ты вялишься тут на солнце, пока все остальные прохлаждаются в тени?

— Да я так наблюдаю, чтоб не терять время, когда обнаружится камень.

— Ответственный ты страж, Ар-Мерфас. Мог ли я подумать, когда задержал тебя в особняке профессора, что ты окончишь с отличием академию, да еще и поступишь на службу в корпус стражей?

Лунный эльф криво ухмыльнулся, вспоминая упомянутый капитаном случай.

— Мне нравится твое рвение, — продолжал капитан. — С первых дней службы ты всегда первый, во все наряды.

— Так время такое, некогда пинать моржа, — сухо ответил Ар-Мерфас. — В городе только разгреблись с завалами, тут затопление, а еще нападения в подземельях.

— Как раз об этом я и хотел поговорить. Формируется отряд для защиты города от подземных набегов. Я думаю, что тебе пора на повышение. Хочу, чтоб ты возглавил этот отряд.

Ар-Мерфас удивленно взглянул на капитана, а тот, словно не замечая, продолжал.

— Да, работка, конечно, не сахар. Сначала зачистка катакомб, а потом служба на границе глубинных троп. Но мне нужен тот, кому я могу доверять как самому себе, ответственный и исполнительный. Сейчас подземный аванпост — моя головная боль. Никогда с этим не было проблем, но после землетрясений глубинные твари озверели. Они не нападают, они прорываются в катакомбы, а далее в город. Уже были нападения на жителей, благо, все обошлось, но это пока.

В этот момент из глубины на поверхность всплыл один из ныряльщиков и замахал, давая понять, что что-то обнаружил.Громко звякнула рында, и команда высыпала на палубу. В воду полетели стропы и канаты. Несколько матросов нырнули с корабля и, ухватив края веревок, проследовали на глубину вслед за ныряльщиком, чтобы остропить груз, надежно его обвязав. Когда с этим было покончено, матросы и стражники разом навалились на вороток с прикрепленными к нему снастями, накручивая их на большую деревянную катушку. Постепенно толстые канаты упруго натянулись под тяжестью приподнятого со дна болида. Чтобы провернуть ворот, требовалось невероятное усилие. Восемь рычагов было у ворота, по четыре матроса на каждый одновременно толкали рычаг, чтобы провернуть его против часовой стрелки. Когда груз уже был близок к поверхности и его можно было разглядеть через водную гладь, решили остановиться и транспортировать в полупритопленном состоянии. Ар-Мерфас, крутивший ворот рядом с капитаном, весь взмокший от тяжелой работы и припекающего солнца, облокотился на рычаг и, выдохнув, произнес.

— Уффф! Капитан, я согласен заступить на подземный аванпост.

Капитан взглянул на него и улыбнулся, одобрительно кивнув.

Глава 6

Отряд стражников в изумрудных плащах спустился в катакомбы. Широкие полукруглые тоннели пронизывали весь город, уходили вглубь под землю и где-то там заканчивались аванпостом, за которым начинались глубинные тропы — длинные, запутанные подземные ходы, ведущие во все уголки мира и таящие ужасные опасности за каждым поворотом.

Катакомбы — это каналы, полные дурно пахнущей жижи, со множественными ответвлениями. Широкие стенки канала были высоко приподняты так, что по ним можно свободно передвигаться пешком. На развилках, пересечениях каналов, встречались небольшие металлические мостики, перекинутые с одной стороны на другую, через вонючую вялотекущую жижу. От постоянной сырости и влаги пол и стены в катакомбах покрылись толстым, скользким слоем мха и плесени.

— Фу, что за вонь? — высказался один из стражников, брезгливо закрыв лицо полой плаща.

— Дерьмо! Что ж еще? — ответил лунный эльф, идущий впереди отряда. — Познакомься, обратная сторона глянца и высокомерия эльфов, так сказать, наш внутренний мир. Ничего, скоро привыкнешь, а ты что думал, ты один на сортире, на очке, тужишься? Куда, по-твоему, девается все говно от тысяч проживающих в Атлантиде жителей?

— Ну в океан, наверное, сливается.

— Так-то да. Еще и на глубинные тропы, но не сразу, а поплавав какое-то время по катакомбам.

— Интересные познания, командир, в городских очистных сооружениях, хобби такое? — поинтересовался кто-то из отряда.

— Ты сколько лет в стражах? А под землю спускаешься в первый раз, небось? На улицах мальчишек карманников встречал? А откуда они и куда деваются, не задумывался? Или как без разрешения комиссии, «туристы» из портового района в городе оказываются?

— И что, они живут в этом дерьмище?

— А где им еще жить? — вопросом на вопрос ответил лунный эльф, при этом понизив голос и как-то погрустнев. — Ладно, капитан дал нам карту с маршрутом до аванпоста, чтоб мы не заблудились в этих лабиринтах. Будем двигаться по нему, но поглядывайте по сторонам. Выдвигаемся.

Шли не спеша, осторожно. Скользкий влажный пол не представлял особых проблем для ловких и гибких эльфов, но была информация, что несколько тварей прорвались через аванпост и могут скрываться здесь. Зачищать канализацию слишком ресурсозатратно, поэтому был отдан приказ проверять территорию, прилегающую к маршруту.

В катакомбах гуляло эхо. Звуки журчащей воды и падающих капель, казалось, доносились отовсюду, каждый шаг сопровождался мерзким чавканьем, разбегающимся по длинным каменным тоннелям. На развилках отряд останавливался, подолгу прислушиваясь, не донесется ли посторонний звук.

Пересекая одну из развилок, остановились, почувствовав, как пол заходил ходуном и затряслись стены катакомб. Когда землетрясение прекратилось, командир отряда решил свериться с картой. Один из стражников дернул его за плечо, тихо произнеся:

— Ар-Мерфас, смотри, — указал он в дальний коридор.

Лунный эльф пригляделся: вдалеке, на стене одного из коридоров промелькнула тень, похожая то ли на собачью, то ли на волчью голову на нормальном, эльфийском теле. Подав ряд знаков руками, Ар-Мерфас убрал карту и извлек из ножен меч и кинжал. Стражники последовали его примеру, еще один достал меч, а трое других приготовили луки, наложив стрелу на тетиву. Отряд бесшумно начал движение в сторону тоннеля, где маячила странная тень. По металлическому мостику мечники перебрались через канал. От нужного ответвления их отделял небольшой пролет, и там за поворотом начинался коридор, где мелькнула непонятная тень.

Бесшумно прижимаясь к стене, мечники подошли к краю и заглянули за угол. Метрах в десяти от них возле воды сидело странное существо, что-то вылавливая из канала и пожирая. Ростом в половину нормального мужчины или с десятилетнего ребенка. Его голова в действительности отдаленно напоминала вытянутую собачью морду, тело же, окутанное жёлто-красными лохмотьями, было как у ящерицы и опиралось на длинный лысый крысиный хвост.

Ар-Мерфас дал сигнал атаковать. Запела тетива, и три стрелы со свистом устремились к цели. Услыхав звуки, существо отпрянуло. Две стрелы, булькнув, утонули в канале, а третья, пронзив крысиный хвост, воткнулась в каменный пол. Раздался дикий вопль. Мечники выскочили из-за угла и устремились вперед. Видя приближающуюся опасность, существо рвануло в противоположную сторону, разрывая напополам кончик пригвождённого к полу хвоста. Вновь дикий вопль, усиленный эхом, раздался в катакомбах. Существо, скуля и повизгивая, ринулось наутёк, мечники пустились в погоню. Тварь ловко и прытко удирала на двух лапах, время от времени переходя на бег на четырех конечностях, а то и вовсе проскальзывала на пятой точке, входя в повороты на пересечениях каналов. Стражи преследовали существо бегом, но проворная тварь была резвее. Пролет, поворот, пролет, перекрёсток, пролет…

Становилось ясно, что дистанция увеличивается, еще пара поворотов и существо скроется от них. Как вдруг на очередном повороте перед существом от стены отделилась тень и резко взмахнула зажатым в руке клинком. Собачья морда отделилась от туловища и, кружась в воздухе, плюхнулась в воду. Обезглавленное тело рухнуло на пол, проскользив по инерции ещё несколько метров и оставляя на полу густой алый след. Стражники сбавили темп и остановились, держась на расстоянии от внезапно появившейся фигуры. Окинули взглядом катакомбы, отметили, что еще в нескольких местах тени отделились от стен и медленно окружают их.

Первая тень приблизилась, и теперь можно было разглядеть, что это эльф в полутряпичном, полукожаном доспехе в цвет окружающих бурых стен. Лицо его скрывал длинный шарф, натянутый на голову на манер капюшона.

— Стражи? Далеко вы отклонились от своего маршрута, обычно вы ни на метр не отходите от тропы до аванпоста, — прозвучал красивый мелодичный голос из-под шарфа.

— Мы преследовали монстра, — сказал один из стажей, а потом, словно осознав, что представитель власти здесь он, изменил тон на более властный. — А ты кто такой? Что здесь делаешь? И кто эти люди? — указал он на тени вокруг.

Из-под шарфа донесся смешок.

— Аккуратней, страж! В катакомбах даже изумрудные плащи могут потеряться и случайно утонуть в нечистотах.

— Сейчас у нас нет причин для конфликта, — вмешался в разговор Ар-Мерфас. — Но если вдруг наш отряд «затеряется», то поверь, в катакомбах начнётся охота на крыс. Здесь будет столько изумрудных плащей, что ни одно, даже глубоко законспирированное логово, не переживет этого огня.

Фигура в шарфе ненадолго замолчала, пристально вглядываясь в командира отряда.

— А ты, я вижу, немного знаком с бытом обитателей катакомб, да и твое лицо мне кажется смутно знакомо. Как тебя звать, страж?

— Ар-Мерфас.

Повисло недолгое молчание.

— Ар? — удивленно прозвучало из-под шарфа. — Я думал, ты гниешь где-то на материке, на рудниках. Я наводил справки, но в сводках о той ночи не было и намека на произошедшее в особняке. А ты, значит, страж… Но как?

— Да, Лем, это я, видишь ли, капитан стражей и хозяин особняка сочли забавным применение ко мне альтернативного способа наказания, и меня принудительно направили на обучение в академию. А вот твой голос не спрячет никакая накидка, так ты теперь крысиный барон? Как ты так поднялся, за красивые глазки?

— Тьха, — прозвучал грустный смешок. — Давно тебя не было, друг, красивые глазки — это все, что у меня осталось. — Лем скинул шарф, и на Ара взглянули живые, глубокие, голубые глаза на тощем, серовато-коричневом, похожем на мешковину лице, испещрённом частыми, крупными оспинами. — Пару лет назад у нас тут свирепствовала эпидемия, выкосила больше двух третьих народу, а кто выжил, стали красавчиками, как я. А вы, значит, преследовали эту тварь? Зачем? Вам на аванпосте, что, своих мало? Ваши ребята как раз там сдерживают очередную волну, но сдается мне, скоро эти твари их сомнут, уж больно их много в этот раз.

— Что, аванпост сейчас под угрозой? Нам срочно надо туда, — Ар-Мерфас развернулся, намереваясь двинуться в обратный путь.

— Не успеете, ваш маршрут слишком ветвист и длинен, но если надо, я могу показать короткую дорогу, я ведь вроде как задолжал тебе за свое спасение.

Ар-Мерфас кивнул в знак принятия помощи, пожав протянутую руку Лема. И объединённая группа двинулась в путь.

Двигались в быстром темпе, впереди легко и непринужденно бежал Лем, перед развилками он заранее выкрикивал направление, очевидно, чтобы стражи не сбились с пути и не замедлили передвижение группы. Миновав несколько развилок, они очутились у пропасти — огромного резервуара, в который стекала жижа. Хоть противоположный край и находился ниже, перепрыгнуть его не представлялось никакой возможности. Люди Лема поснимали с поясов узкие длинные полоски из вымоченной кожи, напоминающие ремешки, такие же вручили и стражам. Только сейчас Ар-Мерфас заметил толстые стальные тросы по краям пропасти, ведущие на другую сторону резервуара. Перекинув кожаные ремешки через трос и плотно обмотав ими кисти рук, «крысы» в одно мгновение пересекли зловонную бездну. Лем, стоящий рядом, уже перекинул ремешок через трос, но обернулся и произнес со смешком:

— Главное, пока перелетаете, не дышите, а то на скорости вонь более насыщена, можно поперхнуться, — и оттолкнувшись, быстро заскользил по тросу на другую сторону.

Делать нечего, стражи вместе с командиром приладили ремешки, протестировав их на прочность, а потом по очереди переправились через резервуар.

Миновав еще пару поворотов, отряд очутился в длинном широком коридоре, в который впадало восемь таких же тоннелей. Струящаяся в коллекторах жижа объединялась в одну бурлящую, полноводную, вонючую реку, шумным потоком утекавшую во вмонтированную в пол трубу. В конце этого гигантского коридора маячил арочный проход с выставленными за ним оборонительными укреплениями, среди которых кипел бой.

Десятки мелких тварей, таких же, как та, что была встречена в катакомбах, вооружённые камнями, дубинами, кольями теснили небольшой отряд стражей в изумрудных плащах. Ар-Мерфас обнажил клинки, затем взглянул на Лема и произнес:

— Братан, нужна твоя помощь. Если мы их тут не остановим, то и у тебя, и у твоих людей проблем прибавится.

Лем кивнул, извлекая меч и давая понять, что разделяет опасения товарища и готов вступить в бой.

Ар-Мерфас во главе объединённого отряда, словно ураган, влетел в битву. С наскока ударом колена в голову он опрокинул одну из тварей, которая собиралась со спины атаковать стража, сражающего с пятеркой её собратьев. Выпад вперед, укол, и лезвие кинжала, пробив глазницу собачей морды, вышло на затылке второй. Выдернув кинжал, он молниеносно, в прыжке, перекрутился вокруг себя, и еще два врага пали на землю с рассеченными от шеи до паха грудинами, заливая кровавыми фонтанами каменный пол. Лем с его воинами тоже рубили монстров налево и направо, тесня их от вымотанных защитников аванпоста. Так же ритмично твари падали на землю, сраженные стрелами, выпущенными меткими эльфийским лучниками.

Мелкие твари испугались подоспевшего подкрепления, сметшего в считаные секунды такое количество соратников, и с воплями и визгом обратились в бегство, стремясь поскорее скрыться в темных провалах тоннелей и нор.

Когда враг бежал, Ар-Мерфас, тяжело дыша, осмотрел поле боя. Он находился на большом каменном плато, усеянном трупами монстров. Позади был арочный проход с возведёнными баррикадами, к которому примыкали жилые и хозяйственные постройки, предназначенные для нужд стражей аванпоста. В вышине терялся каменный потолок пещеры, а в стенах чернели множественные отверстия ходов, уводящих в подземелья, где начинались лабиринты глубинных троп. Труба для сброса, в которую впадали все каналы, пролегала под ногами врытая в землю и выходила над черной бездонной пропастью, над которой зависла и большая часть плато, словно длинный, вытянутый каменный язык.

Выставив на дальних баррикадах двоих часовых и определив еще двоих стражей скидывать в пропасть трупы монстров, принялись осматривать защитников аванпоста. Из пятнадцати служивших здесь стражей семеро были убиты, трое ранены, остальные отделались царапинами да укусами. Ар-Мерфас собрал оставшихся, представился и предоставил документ, в котором за личной подписью капитана стражей сообщалось, что он назначается командиром аванпоста.

— Значит, наконец-то прислали подкрепление, — высказался один из защитников.

— Ага, — язвительно пропел мелодичный голос Лема. — Только это ваше подкрепление не покрывает даже ваших потерь. Хороши стражи Атлантиды.

— Завязывай, — хмуро вмешался Ар-Мерфас. — Что это за твари? — обратился он к защитникам.

— Кобольды, командир, полуразумные обитатели подземелья. Трусливы и обычно мало агрессивны, если не соваться в их пещеры. Но видимо, участившиеся землетрясения вынудили их покинуть обжитые территории и устремиться ближе к поверхности.

Ар-Мерфас нахмурился, вышагивая из стороны в сторону. Защитники и «крысы» Лема выжидательно глядели, как он наматывает небольшие круги, скрестив руки и потирая подбородок. Наконец он остановился и произнес:

— Да, защитников осталось совсем мало, еще одной атаки мы можем не пережить, стражи на поверхности тоже завалены работой, а эти кобольды являются серьезной угрозой для нашего города и его жителей. Лем, окажи мне еще одну услугу, в этот раз я буду в долгу перед тобой.

Глава 7

Ар-Мерфас и Лем во главе небольшого отряда «крыс» передвигались по наклонным подземным коридорам, ведущим вглубь подземелья. Направление помогали определить капли крови, время от времени встречающиеся на неровном каменном полу. Тоннель часто петлял, делал резкие повороты, но неизменно уводил все глубже и глубже вниз, а воздух становился все жарче и жарче.

Какое-то время спустя тоннель вывел отряд в широкую пещеру. Длинный спуск, усеянный обломками камней разнообразных размеров и форм, заканчивался у огромного озера, от вод которого поднимался пар. Широкая тропинка суши, густо усеянная сталагмитами, огибала озеро широкой дугой с левой стороны, но какое-то подозрительное оранжевое свечение мерцало там, возле стены. Вдалеке, на противоположном берегу, маячила еще одна пещерка, где были видны силуэты кобольдов. У входа в пещерку стояли четверо, по-видимому, охранников, и время от времени туда-сюда сновали еще твари, кто за водой к озеру, кто ещё за чем.

Сойдя по спуску, отряд расположился за несколькими большими сталагмитами, на берегу парящего озера, и начал скрытое наблюдение за обнаруженной пещерой кобольдов.

— Похоже, что у них там логово, — предположил Лем. — Что ты собираешься предпринять, Ар?

— Пока наблюдаем, а там видно будет.

Тут поверхность парящего озера пошла рябью, а потом стены и пол пещеры затряслись. Монстры на том берегу завизжали и забегали в панике. От потолка откололся огромный сталактит и с громким плеском обрушился в воду, окатив брызгами укрытие, за которым прятались эльфы. Кому-то брызги попали на кожу, и он шёпотом воскликнул:

— Твою мать, кипяток!

Дрожание земли прекратилось так же внезапно, как и началось. Кобольды в страхе носились по другой стороне озера, не зная, что им предпринять.

— Похоже, вот какая причина толкнула этих тварей в атаку на аванпост. Землетрясение, — высказался Лем.

— Да мне все равно, — ответил Ар-Мерфас. — Эти твари создают угрозу городу и его обитателям, и это нужно пресечь. Ждем, когда суматоха уляжется, и они будут отдыхать. Они должны же когда-то отдыхать? Вот тогда мы и проберемся в их логово.

И действительно, спустя почти шесть часов активность возле пещерки прекратилась, стражников, дежуривших у входа, осталось всего двое. Отряд, укрываясь за сталагмитами, начал продвижение к логову кобольдов. Как оказалось, странное оранжевое свечение было вызвано близко подступающей к поверхности лавой, текущей в узком желобе возле стены. Этим же, похоже, объяснялась и температура кипящего озера.

До входа в логово оставались считанные метры. Стражники-кобольды о чем-то переговаривались, общаясь тявкающими звуками, по их расслабленным жестам и движениям было видно, что они явно не ожидают возникновения какой-либо опасности или угрозы.

Ар-Мерфас, словно тень, бесшумно и быстро выскользнул из-за сталагмита, в одно мгновение преодолев расстояние, отделявшее его от стражников. Лезвие кинжала в последнюю секунду покинуло ножны, и он точным взмахом руки прочертил кровавую линию на шее одного из стражников. Второго ухватил свободной рукой за выступающие челюсти собачей морды, пригвоздив к каменной стене. Хватка была такая, что кобольд не мог разжать пасть и произнести хоть какой-либо звук. Держа его на уровне лица, Ар-Мерфас медленно ввел лезвие кинжала в подбородок монстра, пронзив насквозь его голову. Кобольд дернулся еще пару раз и обмяк. Ар-Мерфас медленно опустил его на землю и отступил, перешагнув тело, трепыхающееся во все увеличивающейся луже крови.

Из укрытия подошел отряд «крыс».

Путь в пещеру кобольдов был свободен. Через проем, ведущий внутрь, просматривались несколько хаотично возведенных строений, собранных из тряпок и палок и напоминающих то ли юрту, то ли вигвам. Предположительно, это были жилые постройки, у входа в которые чернело небольшое кострище и что-то похожее на котелки и миски.

— Непохоже, что это боевой отряд, — шёпотом сказал Лем. — Видимо, это пещера всего племени, а значит, там могут быть и дети, и женщины, ну или кто там у них бывает?

— Только не говори мне, что в тебе проснулась жалость к этим тварям, Лем, — прошептал Ар-Мерфас. — Или что ты очень сентиментален. Эти монстры угрожают нашему городу. Не перебьем их всех сейчас, они наплодятся, вырастут и вновь пойдут атакой. Эту угрозу нужно устранить здесь и сейчас и устранить полностью. Вперед.

И отряд направился в пещеру. Действуя из тени, ловко и бесшумно они убили сначала стражников, курсирующих между жилищами, а потом вошли в каждый домик и умертвили каждого кобольда от мала до велика без тени сожаления и сочувствия. Когда «крысы» покидали пещеру кобольдов, она была абсолютно пуста и безжизненна.

Вернувшись к аванпосту, Ар-Мерфас оставил уцелевших защитников, а сам забрал раненных и с помощью «крыс» доставил их в город, в лечебницу. С Лемом договорились, как можно будет связаться в случае чего, и что пока его люди не будут серьезно переступать закон, он будет содействовать в их освобождении из-под ареста. Сам же отправился в корпус стражей, где, как только переступил порог, перед ним возник капитан.

Ар-Мерфас доложил об обороне аванпоста и последующей вылазке в логово врага. Когда доклад был окончен, капитан сказал:

— С этим все ясно. Аванпост оставляю под твоим командованием, постараюсь выделить еще людей. Ну а ты, по-видимому, заслужил пару дней отдыха, тем более тебя искал твой друг, солнечный эльф.

Ар-Мерфас удивленно посмотрел на капитана, тот усмехнулся и продолжил.

— Да, он наведывался вчера, жрицы его выходили. Попросил передать, чтоб ты по возможности навестил его дома. Так что пока можешь быть свободен.

Ар в нетерпении после слов капитана, получив разрешение идти, откланялся и что было сил рванул к дому Элэля, чтобы поскорее навестить его.

Спустя четверть часа Ар-Мерфас уже тарабанил в дверь роскошного трехэтажного коттеджа треугольной формы, но с намеренно скругленными, обтекаемыми углами. Дверь открыл Элэль в холщевых штанах, рубахе и накинутом поверх шёлковом халате. Взгляды друзей встретились, на лицах заиграли улыбки. Элэль распахнул руки, желая обнять Ар-Мерфаса, тот тоже последовал его примеру, но Элэль резко остановился и отшатнулся. Его лицо скривилось, как пересушенный урюк.

— Фу! Что за вонь, друг? — нарочито пренебрежительно провозгласил Элэль.

— Да иди ты, —– сказал Ар-Мерфас слегка сконфуженно. — Не все, как ты, нежат свои телеса в мягких постелях. Некоторые вообще-то работают, город спасают. Я несколько дней провел в катакомбах и подземельях.

— Воняешь так, как будто плавал в коллекторе. А насчет спасения города мне можешь не рассказывать, не один такой, — последнюю фразу Элэль сказал заметно погрустнев, но быстро оправился. — Пойдем, тебе необходимо принять ванну, не знаю даже, хватит ли у меня моющих средств, чтобы отмыть эту вонь. А за одно можно и выпить за встречу.

И друзья проследовали внутрь дома, смеясь, переговариваясь и обсуждая произошедшее за время их разлуки.

Глава 8

Горячая вода расслабляюще подействовала на тело Ар-Мерфаса. Он даже и не заметил, насколько забились и были напряжены его мышцы. С момента поступления на службу он постоянно выполнял какие-то поручения, прерываясь лишь на короткий сон. Теперь же, лежа в глубокой ванне, наполненной приятно обжигающей водой с ароматическими маслами, он ощущал, как его ставшие дубовыми, спазмированные мышцы расслабляются, вновь становясь гибкими и эластичными.

Дверь отворилась. Часть тёплого влажного воздуха выпорхнула из комнаты, впуская на его место прохладный и свежий ветерок, легкими иглами пробежавшийся по бледному распаренному телу лунного эльфа. В комнату вошел Элэль, держа в руках графин и два платиновых кубка. Одет он был в удобные темно-зеленые штаны, жилет и такого же цвета камзол, обут — в мягкие тканные сапоги ниже колена. Наполнив кубки, он передал один Ару, сам же присел на небольшой столик, стоявший рядом, и отхлебнул напиток.

— Значит, ты говоришь, что падение метеора было только началом?

— Да, это был триггер, после которого в городе началась какая-то дичь. Участились землетрясения, в катакомбы полезли монстры, и профессор утверждает, что город уходит под воду. Он там с этим же метеоритом придумал какое-то устройство, которое поможет городу существовать под водой.

— Ага, я видел, в нескольких местах на стене установили огромные кристаллы. Видимо, это часть устройства.

— Скорее всего! У метеора свойства, схожие с твоим клинком, только у тебя формируется энергетическое лезвие, а там защитный купол.

— Нужно наведаться в обсерваторию, вдруг профессору понадобится свежий взгляд двух лучших выпускников академии, — усмехаясь, проговорил Элэль. — Ты вроде уже перестал благоухать, так что собирайся, а то размякнешь, как кисель, придётся по новой смыть тебя в канализацию.

Ар-Мерфас хлопнул руками по поверхности воды, подняв тем самым сноп брызг, обильно разлетевшихся по комнате.

— Опять куда-то рвать?! — наигранно возмутился лунный эльф. — У меня выходной.

— Отдохнем на том свете, — смеясь и отряхиваясь от брызг, заключил Элэль.

Ар-Мерфас поднялся, вытерся и потянулся за доспехом стража. Элэль чуть не поперхнулся.

— Ты ошалел? — вновь воскликнул солнечный эльф. — Я никуда с тобой не пойду, пока ты в вонючем доспехе. Глянь в шкафу. Я заходил в академию, забрал наши вещи. А эти оставь, горничная заберет в прачечную.

Лунный эльф заглянул в шкаф, там он нашел свой старый кожаный доспех. «Сколько уже тебе лет, — подумал Ар-Мерфас, доставая броню. — А сносу все нет. Благо, система ремней позволяет регулировать размер».

Уже заканчивая подгонку доспеха по размеру, друзья почувствовали, как пол, а затем и вся комната пришли в движение. Ванна с водой, стоящая посреди комнаты, заходила ходуном, а вода выплеснулась через край. Друзья выскочили из комнаты. Трясло весь дом. Висящие картины, незакрепленные предметы, вазы — все скакало и сыпалось на пол. Звеня, треща и разбиваясь на мелкие кусочки.

Спустившись со второго этажа, друзья выскочили на улицу. Там творился хаос. Трясло всю Атлантиду. Жители в панике метались по городу, хоть строения и были сейсмоустойчивыми, но все равно в некоторых местах происходили обрушения.

Балансируя на ходящей ходуном под ногами почве, Элэль глянул вверх. Балкончик, находящийся на третьем этаже его дома, от вибраций пошёл трещинами, всё увеличивающимися в размерах, и под собственным весом полетел вниз.

— Берегись! —– только и успел крикнуть солнечный эльф, отскакивая в сторону. Ар-Мерфас тоже прыгнул, сделав перекат. Последовал сильный грохот, поднялась каменная пыль, и в том месте, где только что стояли друзья, образовалась гора обломков, бывших ранее уютным каменным балкончиком.

— Держимся подальше от домов, — заключил Элэль, подбегая к другу.

Улицы города трясло, деревья, росшие возле домов, валило на землю. Бегущие в различных направлениях эльфы толпились, толкались, некоторые, не удержав равновесия на пляшущей земле, валились с ног, вскакивали, спотыкались, вновь валились.

Элэль и Ар-Мерфас рванули на стену, чтобы с высоты оценить ситуацию. Удерживаясь за бойницы, они глянули вниз: дрожащий город медленно погружался в пучину вод. Их внимание привлекла сверкающая стеклянная крыша обсерватории, возвышающейся над всем остальным городом, над которой на длинном шпиле располагался огромный ограненный кристалл.

Друзья переглянулись, было понятно, что их мысли сходятся. Спустившись со стены и держась на расстоянии от строений, они бегом направились в обсерваторию. Балансируя на трепыхающийся земле и уворачиваясь от мечущихся в панике граждан, они старались как можно быстрее добраться до самого высокого здания Атлантиды.

Добравшись до цели, Элэль и Ар-Мерфас взбежали на верхний этаж и очутились в лаборатории профессора. В центре помещения располагалось хитроумное устройство с большим резервуаром, похожим на бассейн, и множеством зеркал по окружности, фокусирующим потоки солнечных лучей. Из самой середины бассейна выходил толстенный металлический штырь, удерживающий в вышине кристалл. Также по краям резервуара стояли несколько жриц, посылающих в него магические потоки. Солнечный свет, сталкиваясь с потоками магии, обретал физические свойства и, перемешиваясь, становился осязаемым, наполняя резервуар золотисто-бледной субстанцией.

Профессор отвлекся на ввалившихся в лабораторию эльфов, но быстро признав в них своих недавних студентов, улыбнулся, помахал и предложил присоединиться. Друзья, заворожённые происходящим действием, подошли к профессору, стоявшему возле огромного рубильника.

— Я нашёл способ стабилизировать подачу энергии в кристалл, — сказал друзьям Ксенатар. — Солнечные лучи, смешанные с магическими потоками в резервуаре маны. Этой субстанции хватит для питания кристалла на многие десятилетия.

— Профессор, там город уходит под воду, — перебил Элэль.

— Да, я знаю, — просто ответил Ксенатар. — Ещё немного, и резервуар будет заполнен.

Тут произошёл сильный подземный толчок, одна из жриц не устояла на ногах, но была тут же подхвачена подоспевшим Элэлем и вновь направила потоки магии в резервуар. Ар-Мерфас заметил, как одно из зеркал отклонилось в сторону, и в нем промелькнул силуэт. Подойдя к зеркалу, он заглянул в него, но увидел лишь свое отражение и вновь направил его в сторону резервуара.

Золотисто-бледная энергия достигла краев резервуара. Профессор потянул рубильник, и субстанция по тонкой трубке устремилась вверх к кристаллу. Первое время ничего не происходило. Камень словно насыщался, но спустя несколько секунд преобразованная в лучи субстанция потянулась от центрального кристалла в стороны.

Все, кто были в лаборатории, выбежали через боковые двери на парапет обсерватории. С высоты башни можно было видеть, что вода уже плещется у краев стен Атлантиды. Посмотрев вверх, все увидели, как тонкие красные лучи дугами расходятся в небе, устремившись к установленным на стенах по периметру города кристаллам поменьше. Соприкоснувшись с настенными кристаллами, луч опоясал город по окружности, по стене. Тонкий золотисто-красный барьер начал подниматься от стен, словно лепесток закрывающегося цветка, и когда каждый лепесток достиг центрального кристалла, над Атлантидой образовался прозрачный золотисто-красный купол. Город погрузился в воду ниже стен, но купол сдерживал потоки водной массы, как прозрачная стена, не давая ни единой капле просочиться внутрь. А между тем город все опускался и опускался под воду, пока водная гладь не сомкнулась над куполом. Произошёл последний сильный толчок, и все стихло. Перестала дрожать земля, трястись стены, жители внизу стали приходить в себя и успокаиваться, отходя от паники.

— УСПЕЛИ!!! — выкрикнул вдруг профессор Ксенатар. Потом пригладил волосы. — Я успел! — Взглянул на окружающих, вставил свой монокль. — Мы успели, конечно, мы успели. — Он поманил всех за собой назад в лабораторию. — Осталось только сконструировать прибор для сбора солнечного света, но здесь нет ничего сложного, у меня уже все чертежи готовы.

Профессор направился к рабочему месту, в то время как друзья, пропустив жриц вперед, заходили в помещение.

Не дойдя до стола пару метров, Ксенатар увидел темно-фиолетовое завихрение высотой с его рост. Оттуда показалась тощая рука с длинными тонкими когтистыми пальцами и ухватила профессора за горло, приподняв над полом. Из завихрения вышло существо, высокое и худое, укутанное в длинную мантию в пол. Открытыми у существа были лишь кисти рук и голова.На темно-лиловом лысом черепе сверкали огромные, величиной с куриное яйцо глаза, лишённые зрачков, а в месте, где должны располагаться нос и рот, извивались четыре длинных щупальца.

Существо приблизило лицо профессора к своему, проникнув змеевидными отростками ему через нос прямо в голову, все глубже, добираясь до мозга. Тело Ксенатара несколько раз дернулось в конвульсиях и обмякло, белки глаз окрасились красным, а по щекам заструились кровавые слезы.

Жрицы принялись творить заклинание, а друзья ринулись в атаку. Ар-Мерфас на ходу выхватил клинки, Элэль подпрыгнул, в развороте активировав свой меч. Существо отбросило безжизненное тело профессора в сторону и выставило вперед руку. Мощный поток псионической энергии ударил в атакующих, отбросив их назад. А потом зазвучал громогласный хриплый голос. Казалось, он доносился одновременно со всех сторон. Жрицы завизжали и упали на пол, согнувшись в позе эмбриона и закрывая уши руками. Но голос продолжал вещать и звучал прямо в их головах.

— СКУДОУМНЫЕ НЕДОРАЗВИТЫЕ ТВАРИ!!! Как смеете вы прерывать мою столь великолепную и столь питательную трапезу таким чудесным мозгом и обращать своё оружие против меня? Я изничтожу ваш разум, а после высосу мозги, пока вы сами будете поливать их соком лимона.

Элэль и Ар-Мерфас пытались встать, хотя мышцы отказывались слушаться. В головах набатом звучал голос врага. Неимоверных усилий стоило подняться на ноги. Голос продолжал звучать, выжигая разум изнутри.

— ВЫ ПРОДОЛЖАЕТЕ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ? ЭТО НЕВОЗМОЖНО! — И тощая фигура угрожающе двинулась в сторону друзей.

Элэль усилием воли вскинул руку в направлении врага, и импульс магии ударил монстра в грудь. Ментальное воздействие ослабло. Ар-Мерфас ринулся вперед, лезвие кинжала вспороло мантию и плоть существа на плече. Монстр отпрянул, ловко извернулся, и тонкая темно-лиловая ладонь цепко сомкнулась на горле лунного эльфа. Склизкие длинные щупальца потянулись к ошеломленному лицу. Тут подоспел Элэль, резким взмахом меча снизу вверх он отсек одно из щупалец. Монстр ослабил хватку, отскочил назад и взвыл, затем обрушил на друзей такой поток псионической энергии, что их разум чуть не вскипел.

Но ничего не произошло. Жрицы, оправившись от ментального натиска, вовремя создали магический барьер между друзьями и мерзким существом.

Увидев, что ментальный поток, который должен был сломить разум эльфов, наткнулся на барьер, монстр отпрянул. За его спиной материализовалось темно-фиолетовое завихрение — портал, и он, шагнув в него, растворился в воздухе.

Элэль стоял с мечом на изготовку, оглядываясь по сторонам, Ар-Мерфас рядом, сидя на коленях, откашливался и жадно ловил ртом воздух. К ним неуверенно, пошатываясь на негнущихся ногах, подошли жрицы.

— Что это было? — хрипя, с отдышкой поинтересовался Ар-Мерфас.

— Не знаю, друг, но что-то явно мерзкое и гадкое, — ответил Элэль.

— Иллитид, — прозвучал тонкий голосок одной из жриц. Друзья вопросительно уставились на нее. — Иллитид, пожиратель разума. Редкий и древний разумный монстр, он подчиняет себе волю других существ и обладает сильными псионическими способностями. Они обычно живут группами, и у них коллективный разум.

— Здорово! А этот один? И что ему тут надо? — спросил Элэль.

— А я откуда знаю? Я сказала то, что видела такого монстра в бестиарии в библиотеке магии.

— Ясно, спасибо. Нам еще только таких монстров не хватает, —поднявшись, произнес Ар-Мерфас. — Нужно кого-то отправить сообщить о нападении, остальные останутся здесь на случай ещё каких неприятностей.

Жрица, отправленная в корпус стражей, вскоре вернулась в сопровождении капитана и отряда бойцов. Старый эльф долго, тщательно изучал помещение и опрашивал свидетелей, хмуря свое и без того морщинистое лицо. Тело профессора унесли. Возле устройства выставили охрану. Также перебирали всю документацию: чертежи, записи, наработки и результаты экспериментов, относящиеся к устройству и другим проектам профессора.

Капитан подошел к месту, где Ар-Мерфас, жрицы и Элэль дожидались результатов осмотра места происшествия.

— Дамы могут быть свободны, — просто сказал капитан. И когда жрицы удалились, обратился к друзьям. — Вот скажите, как так происходит, что как только в городе что-либо случается, вы двое всегда оказываетесь поблизости?

— Ну может, нам просто не безразлична судьба Атлантиды, — произнес Элэль. — Вот мы и стараемся изо всех сил защитить город.

Капитан криво усмехнулся.

— А ты в корпус стражей вступить не хочешь, защитник?

— Я подумаю, но сдается мне, от меня будет мало толку. Уж больно я не организованный и не дисциплинированный.

— Понятно. Ладно, свободны. А ты, Ар-Мерфас, — обратился капитан к лунному эльфу, — не забудь, аванпост под твоим командованием. Догуливай отпуск и послезавтра в строй!

Ар-Мерфас кивнул и приложил сжатую в кулак руку к груди в знак принятия приказа.

Глава 9

Вот уже неделю Ар-Мерфас нес службу на аванпосте. Все было размеренно и буднично. Возведенные ранее баррикады усилили. В пещерах, выходящих на плато, устанавливали ловушки. Трое часовых круглосуточно несли вахту, а небольшой дозорный отряд дважды в день совершал обход близлежащих подземелий.

Тошнотворный запах, исходивший из коллектора, уже не вызывал как раньше рвотных позывов и в целом практически стал привычным. Чтобы отвлечься от ежедневной рутины постовой службы и постоянной писанины отчетов, было решено проводить среди стражей тренировочные бои, которые помогали держаться в тонусе, не позволяя защитникам аванпоста закостеневать.

Ар-Мерфас не любил латные доспехи стража, считая, что они сковывают движения, а из-за их веса теряется манёвренность, и предпочитал носить в катакомбах свой старый, кожаный. Вот и сейчас на тренировочный бой он вышел в лёгких кожаных штанах и куртке против стража, закованного в гибкую латную сталь. Лунный эльф извлек клинки из ножен, привычно взмахнув ими, и передернул плечами. Соперник достал меч и, заняв боевую стойку, выкрикнул.

— Командир, точно не желаешь надеть доспех? Будет обидно, если я тебя покалечу.

Ар-Мерфас в ответ лишь ухмыльнулся и пошёл в наступление. Двигаясь пружинистыми шагами, он быстро набрал нужный темп. Противник ринулся навстречу, крест на крест рассекая мечом воздух, но проворный эльф в последнее мгновение резко поменял траекторию. Отскочив в сторону, он ускользнул от свистящего клинка стража, зашёл ему за спину и плашмя хлопнул мечем по затылку. Получивший удар воин запнулся, полетел вперед, но устоял на ногах. Выровнявшись и вновь обретя равновесие, он развернулся и ринулся в атаку. Страж произвел колющий выпад, который Ар-Мерфас отразил, откинув в сторону меч противника кинжалом. Страж развернулся и резко, наотмашь рубанул. Меч со свистом рассек воздух. Но лишь воздух, так как лунный эльф быстро скользнул вниз, крутанувшись на коленях, и его клинки с мерзким скрежетом металла об металл оставили глубокие отметины на стальных поножнах стража. Взревев, воин рубанул раз, другой, третий. Ар-Мерфас уклонился от двух ударов, а от третьего еле успел отклонился, качнув назад корпусом. Клинок просвистел возле лица лунного эльфа в опасной близости, так что его обдало порывом воздуха, нагнетаемого лезвием меча. Следующий удар он отразил, плавно уведя оружие противника в сторону, в развороте сократил дистанцию, оказавшись лицом к лицу со стражем, и приставил ему к горлу длинное острое лезвие кинжала.

Несколько секунд противники тяжело дыша буравили взглядами друг друга. Стражник выронил меч, после чего Ар-Мерфас, отступив, убрал оружие в ножны.

— Это тренировочный бой, — сказал лунный эльф. — Его цель поддерживать нас в форме, а не перебить друг друга. — Он протянул стражу руку, и тот в ответ пожал её.

В это самое время на противоположной стороне плато из проёма, ведущего в подземелье, показался один из отряда дозорных. Заприметив командира, разведчик направился прямиком к нему. Ар-Мерфас увидел направляющуюся к нему фигуру и насторожился. Он узнал воина — это был один из лучников, с которым он прибыл в первый раз на аванпост, — Тал-Лиф. Явных повреждений на разведчике не было — это радовало, но почему он один? Лунный эльф выдвинулся навстречу. Когда они приблизились, Тал-Лиф поприветствовал командира, приложив к груди кулак, а затем начал докладывать.

— Командир, я только что из дозора по подземелью, и у меня новости.

— Рассказывай, — просто сказал лунный эльф. — Где остальные?

— С ребятами все в порядке, они ведут наблюдение, — сразу успокоил командира разведчик. — Мы двигались по стандартному маршруту, когда в одной из дальних пещер услышали подозрительные звуки. Чтобы проверить источник происхождения звука, нам пришлось отклониться от маршрута, проникнув глубже в подземелье. Там мы обнаружили проход в пещеру, в которой расположилось большое скопление различных подземных тварей.

— То есть, поясни, кого вы обнаружили?

— Толпы кобольдов, и не похоже, что это одно племя. Они держатся обособленными группами, как будто несколько племен объединены в одну большую армию.

— И сколько их там?

— Точно не скажу, но думаю, сотни две-три.

— Отдыхай пока, вскоре выдвигаемся, — приказал Ар-Мерфас Тал-Лифу.

Сам отправился к себе. Там, взяв лист пергамента, быстро написал послание и уже через десять минут вернулся. Послание передал одному из отдыхавших стражей, велев скорее доставить его лично капитану, а по дороге, в катакомбах на одной из развилок, начертить на стене небольшой крест. Место он указал на карте. Отдав последние распоряжения, он и Тал-Лиф двинулись в путь.

Путь до пещеры, где дозорные услыхали подозрительные звуки, не отнял много времени. Двигались быстро. Подземные каменные коридоры, по которым они не раз совершали обход близлежащих пещер, были уже хорошо знакомы всем защитникам аванпоста. Расположение всех установленных в тоннелях ловушек тоже было заучено на уровне рефлексов. Спустя сорок минут бега Ар-Мерфас и Тал-Лиф оказались перед развилкой. Тоннель, по которому они пришли, убегал в темноту, делая круг и возвращаясь обратно к аванпосту, другой под крутым уклоном уводил все дальше в подземелье.

— Вот это место, — сказал Тал-Лиф. — Здесь спуск метров пятьсот, выходящий в небольшую пещерку. Мы всегда думали, что пещерка глухая и имеет только один вход и выход, но это не так. — Он поднял с пола длинную веревку и, держась за нее, начал медленный спуск. Ар-Мерфас последовал за ним.

Спустившись, они действительно очутились в небольшой пещере со сводом метров пять высотой и песчаным грунтом. Тал-Лиф указал командиру на противоположный край. Там была крутая стена, покрытая трещинами и выступами, по которым можно было легко взобраться. Верх стены загораживала огромная каменная глыба, за которой, как оказалось, имелся небольшой лаз. Пробравшись через него, эльфы вышли на широкий уступ, расположенный на отвесной стене подземелья. По нему можно было свободно идти вдвоём, плечом к плечу, и уходил он далеко вниз, где расположился круглый лагерь с десятками мелких костров и бурлила подземная река. Ближе к берегу в середине лагеря горел большущий костер, вокруг которого суетились мелкие фигурки кобольдов, сновавших туда-сюда. Царило оживление.

— Ничего не понимаю, — проговорил Тал-Лиф. — Когда я уходил, ребята оставались здесь, а огромного костра не было. Может, решили подойти поближе, чтобы получше разглядеть, что там происходит?

Ар-Мерфас не был так оптимистически настроен. Он извлек клинки из ножен и начал спуск, стараясь держаться в тени, поближе к стене.

Сойдя по уступу вниз, они оказались в нескольких метрах от лагеря. Справа начинался темный разлом с грудами валунов и массивных камней, хаотично наваленных по краю. Тряпичные домики-палатки, стоявшие впереди по периметру лагеря, были абсолютно пусты, все их обитатели собрались толпой возле большого костра. Там они бегали, стараясь урвать что-то из съестного, переговаривались тявкающими звуками, перекрикивая рокот бурлящей реки.

Держась в тени, мелкими перебежками Ар-Мерфас и Тал-Лиф подбирались к центру лагеря. Чем ближе они оказывались, тем четче до них доносился запах паленых волос и мяса. Вскоре они увидели, что со стороны реки перед костром воткнуты длинные колья, на которые нанизаны два обезображенных, обгоревших тела. Кобольды подходили к телам и, отрезав себе кусок, с жадность принимались жевать.

— Мать моя…, командир, неужели эти мрази жрут… — взглянул на Ар-Мерфаса Тал-Лиф.

Лунный эльф ничего не ответил, он сжал челюсти так, что желваки заходили ходуном, а костяшки пальцев побелели от силы, с которой он сдавил рукояти клинков. Тал-Лиф все понял, он вскинул складной лук и, расправив коромысло, вложил стрелу в тетиву.

Сзади послышался шорох, Ар-Мерфас молниеносно рванул на звук. Сделав кувырок и быстро вскочив на ноги, он приставил лезвие меча к крадущемуся сзади. Это оказался один из дозорных эльфов из отряда Тал-Лифа, солнечный эльф, тощий с длинным вытянутым лицом, за ним притаился второй, тоже солнечный, но крупнее, его лицо было круглое и слегка приплюснуто.

— Спокойно, командир, свои, — отозвался эльф с клинком у горла.

Ар-Мерфас озадаченно опустил клинок. Разведчики жестами поманили их за собой, прочь из вражеского лагеря, в сторону валунов у края разлома. Там, укрывшись за камнями, в относительной безопасности они могли спокойно всё обговорить.

— Как так? — вопросительно произнес Ар-Мерфас. — Я подумал, что тела на кольях…

— Нет, это не мы, — ответили разведчики. — Этих они выловили в реке, странные здоровые твари в ней плавают, с длинным то ли клыком, то ли рогом на морде, они из него копья делают. А мы спустились, как и вы, по уступу и спрятались за валунами. Пока Беллос караулил склон, — докладывал тощий разведчик, — я обошёл лагерь. Там, где река уходит в скалу, расположена большая шахта. Скорее всего в ней и находится проход к нашим пещерам, но это не точно. Потому что если они готовятся атаковать, им нужен нормальный путь для всей этой армии, а это точно армия! Насколько я заметил, у них нет здесь ни особей женского пола, ни стариков, ни мелюзги, а только боеспособные твари, готовые держать оружие и идти в атаку и убивать.

— Значит, нужно осмотреть шахту, — заключил Ар-Мерфас, — и разведать, куда она ведет.

Отряд разведчиков двинулся вокруг лагеря, скрываясь за валунами. Обитатели пещеры были слишком заняты трапезой у большого костра в центре лагеря, поэтому ловкие эльфы без труда добрались до широкого провала в скальной породе, куда несла свои воды бурная, порожистая подземная река. Это была не шахта, а тоннель, скорее всего проложенный в камне водами самой реки во времена, когда она была полноводной и затапливала большую пещеру.

Широкий тоннель с гладкими отшлифованными каменными стенами уходил вдаль. Бурлившие и перекатывающиеся по порогам воды по мере продвижения успокаивались, русло углублялось и расширялось, водная гладь становилась обманчиво ровной, но скорость течения не снижалась. На стенах встречался люминесцирующий мох, свечение которого отражалось от влажного камня под ногами и от поверхности реки, освещало пространство вокруг, преломляясь и переливаясь на стенах замысловатыми узорами. Эльфы двигались аккуратно, бесшумно ступая по влажной поверхности, и таким образом преодолели уже несколько сот метров, казалось, что путь абсолютно свободен и не охраняется. Впереди русло реки делало крутой поворот, и тоннель уходил вправо. Отряд прокрался к излучине и заглянул за угол.

Тоннель расширялся. Берега реки возвышались над поверхностью воды отвесными стенами, а где-то в середине тоннеля образовался естественный широкий каменный мост, соединяющий берега подземной реки. Вдали, на противоположной стороне расположилась небольшая группа кобольдов. Четверо сидели прямо на камне, на небольшом возвышении, еще двое стояли возле уходящего в темноту широкого коридора. С дальней стороны возвышение имело пологий скат, с ближней — круто обрывалось отвесной стеной, усеянной множеством дыр. На возвышении, со стороны дырявой стены, вертикально была воткнута полуметровая труба. Мордами кобольды были обращены в сторону темного коридора.

— А вот скорее всего и выход, — прошептал Тал-Лиф. — Что делаем, командир? Тварей не так уж и много, думаю, надо прорываться!

Остальные в отряде согласились с его выводами.

Эльфы бесшумно выдвинулись из-за угла, ловко ступая по влажному камню. Ничего не подозревающие кобольды смотрели в сторону тоннеля. Три эльфа с оружием на изготовку прокрались через пещеру и преодолели каменный мост. Тал-Лиф остался на мосту, вскинув свой лук и ожидая, когда соратники начнут атаку.

Нападение было молниеносном, словно ураган. Никто из кобольдов не успел даже среагировать. Эльфийские клинки быстрыми, точными ударами обезглавили троих сидящих врагов, четвертый, вскакивая, был пронзён и пригвожден к полу. Стоявшие возле тоннеля стражники только и успели что развернуться, и их тотчас настигли стрелы Тал-Лифа, метко и быстро выпущенные из лука.

— Скинем тела в воду и уходим от сюда, — распорядился Ар-Мерфас и поднял два бездыханных тела кобольда, пронзенные стрелами. Держа каждое за шиворот, он подтащил их к берегу и скинул в бурлящий поток.

Остальные члены отряда последовали примеру командира. Последним тащил тела Беллос. Подойдя к краю берега, он скинул одно тело и собирался швырнуть второе, как по пещере разнесся громкий утробный звук. Беллос, стоявший на скользком краю обрыва, потерял равновесие. Ноги соскользнули, эльф, силясь за что-то ухватиться, в процессе падения развернул корпус, но это ему не помогло. Со всего размаху он ударился лицом о каменный берег, сноп алых брызг вперемешку с белоснежными зубами оросил и без того мокрый камень. Тело Беллоса упало в реку, и его тут же унес стремительный поток.

На возвышении стояли три кобольда, видимо, разведчики, вернувшиеся из тоннеля. Двое с копьями на изготовку, один возле полуметровой трубы, воткнутой в дырявую стену. Собачья морда опять приложила губы к трубе, и по пещере вновь разнесся трубный гул. Тал-Лиф наложил стрелу на тетиву, и секунду спустя гул прекратился, а пригвождённое к трубе тело кобольда, обмякнув, осталось висеть в неестественной позе.

Ар-Мерфас ринулся в атаку на оставшихся врагов. Взбежав на возвышение, он с легкостью парировал атаку копьем, отведя его в сторону, и проткнул кинжалом кобольду грудь. От удара второго копья он заслонился телом первого убитого кобольда, а потом резко крутанулся, и голова последнего врага слетела с плеч.

К тяжело дышавшему командиру подоспели оставшиеся члены отряда.

— Зараза! Мы почти ушли незамеченными и так глупо прокололись в конце, — со злостью сказал Ар-Мерфас. — Уходим, скоро все твари из лагеря будут здесь.

— Командир, но как же Беллос? — спросил тощий разведчик.

— К сожалению, ему уже не помочь, он захлебнулся в реке, а тело унесло далеко подводным течением. Уходим.

И оставшийся отряд устремился в темный провал каменного коридора. Приблизительно через полчаса быстрого бега они очутились в знакомых тоннелях, по которым уже без труда достигли аванпоста.

Глава 10

Как только отряд разведчиков достиг аванпоста, Ар-Мерфас громко объявил боевую тревогу. Защитники-стражи, поспешно вооружались, занимая боевые позиции на баррикадах. Ар-Мерфас, отдающий приказы, заметил, как со стороны катакомб в его направлении движется большая вооружённая группа во главе с Лемом. Лунный эльф вышел навстречу.

— Я уже даже и не знаю, как ты сможешь с нами рассчитаться по своим долгам, братан, — пропел с издевкой мелодичный голос Лема, так контрастирующий с его изъеденным оспинами лицом.

— Если мы не выстоим, то некому и не с кем будет рассчитываться, — сухо ответил Ар-Мерфас, пожимая протянутую руку предводителя «крыс». — Сверху город под куполом, а в пещерах полно монстров, которые с минуты на минуту полчищами обрушатся на нас. И хоть каждый из наших воинов стоит по меньшей мере пятерых тварей…, их там сотни, братан, я видел, я только что оттуда. Не выстоим мы, не выстоит город. Они сожрут всех.

— То есть все защитники здесь, — удивленно обвел взглядом стражей на баррикадах Лем.

— Посыльный, что оставил послание тебе, также должен доставить послание и командованию стражей в городе, но сам понимаешь, на поверхности полно забот с куполом, да и они не так хорошо знают катакомбы.

— Да с куполом-то вы, конечно, интересно придумали, но не додумали выход на поверхность. Слышал, что теперь все жрицы задействованы в формировании магического моста для соединения Атлантиды и портового района. Так, а наша задача сдерживать потоки монстров из подземелий и ждать скорейшего прибытия подкрепления?

— Практически, — как-то грустно улыбаясь, ответил Ар-Мерфас. — Наша задача — разгромить нападающих монстров, обеспечив полную защиту городу любой ценой, а подкрепление, если оно подоспеет вовремя, будет просто неплохим бонусом.

— Отличный план! — воскликнул с издевкой Лем. — Братан, я уже говорил тебе, как я рад, что снова повстречал тебя?

Из темных коридоров подземных пещер еле слышно, но постепенно нарастая, стал доносится шум.

— ВСЕ НА ПОЗИЦИИ!!! — приказал Ар-Мерфас.

Воины, защитники аванпоста, и «крысы», с оружием на изготовку приготовились к бою. Несколько лучников взобрались на баррикады, вскинув луки и наложив стрелы на тетиву.

Шум в темных коридорах тоннелей все нарастал и приближался, как вдруг резко затормозил, сменившись воплями боли, смешанными с завываниями, которые, впрочем, тоже вскоре прекратились. Видимо, передовой отряд монстров угодил в установленные в тоннелях ловушки и был быстро добит своими же соплеменниками, двигающимися следом. После небольшого затишья вопли и тявканье зазвучали с новой силой и начали приближаться к аванпосту.

Первая волна кобольдов хлынула на плато и устремилась в сторону баррикад, но была сметена ливнем стрел, выпущенных эльфийскими лучниками. Монстров это не останавливало, перепрыгивая через тела павших сородичей, новая волна с горящими жаждой крови глазами высыпала из подземных коридоров. Следующий залп стрел поразил многих, но части тварей удалось уцелеть, а некоторые, прикрывшись телами менее удачливых соплеменников, продолжили наступление. Достигнув первых укреплений, кобольды и защитники аванпоста схлестнулись в ближнем бою.

Эльфы были выше, мощнее и сильнее физически, но кобольды брали числом. Группами они набрасывались с разных сторон, нанося беспорядочные удары, которые раздражали и сильно изматывали стражей. Ар-Мерфас и Лем врезались в толпы атакующих кобольдов во главе своих отрядов, образовав тем самым два выступающих клина между баррикадами, на которых меткие лучники продолжали прицельный отстрел кровожадных монстров.

Тактика дала результат — монстров удалось сдержать. Кобольды атаковали из пещер, по бокам плато, далеко выступающего вперед над пропастью, и основной их удар приходился на внешнюю сторону и на вершину боевого построения эльфов. Таким образом с внутренней стороны оставался боеспособный резерв, готовый с новыми силами ринуться в атаку и заменить израненных сотоварищей. В гуще сражения, не зная устали и страха, секли монстров Ар-Мерфас и Лем.

Предводитель «крыс», орудуя полуторным клинком, во главе своего отряда успешно сдерживал натиск кобольдов, атаку за атакой. Мелкие твари напирали, не переставая. Отбив наискосок удар дубины монстра, он тут же полоснул его по грудной клетке, оросив камень под ногами алой густой кровью. Но место врага заняли его сородичи, тычущие в Лема копьями. Снова парирование удара копья и мощный пинок владельцу оружия, прямо в собачью морду. Выпад, укол, клинок вновь настиг цель, пронзив очередного монстра. Но вот ногу, где-то посреди бедра, пронзила резкая боль. Лем глянул вниз. Одна из тварей, прячущаяся за спинами сородичей, исподтишка ткнула копьем. Лем взревел и отсек руку, державшую копье. Пара резких точных взмахов меча, и несколько монстров пали на землю с застывшими остекленелыми глазами. Раненая нога подогнулась, и он припал на одно колено, силы стремительно покидали Лема. Враги бросились на него, но вовремя подоспел Ар-Мерфас. Командир стражей аванпоста перескочил через спину приятеля и точным ударом меча снес голову ближайшему кобольду, вторым ударом снизу вверх всадил другому в шею кинжал. Тут же на подмогу пришли два бойца из резерва, один занял место раненого Лема, другой помог предводителю «крыс» отступить в тыл.

Сколько бы ни перебили защитники аванпоста врагов, их не становилось меньше. Кобольды теснили эльфов, заставляя отступать. Стражи, сдерживая врага, отошли уже до первых баррикад, встречая монстров в узких проёмах. Кобольды, конечно же, пытались перелезать через препятствия, но как только собачья морда взбиралась на баррикаду, её тут же нашпиговывали стрелами, словно подушку для иголок. Ар-Мерфас отражал атаку в авангарде. На руках его кровоточили множество мелких порезов и один укус на предплечье: какой-то пронзенный клинком кобольд озверел и впился челюстями в руку лунного эльфа. На щеке под левым глазом было большое рассечение, тело болело и налилось свинцом, удары становились не столь резкими и плавными, но Ар-Мерфас держался, как держались и его воины.

Сзади послышались воодушевленные возгласы, Ар-Мерфас глянул назад и увидел, как к ним на подмогу подходит группа бойцов. Свежий отряд в бой вел сам морщинистый капитан стражей и с ними, с огромным сверкающим красным метеоритным мечем, шел Элэль.

Подкрепление врезалось в армию кобольдов, сметая и круша мелких монстров. Атака была стремительна и сокрушительна, кобольды в одно мгновение лишились численного превосходства, их нападение дрогнуло. Недобитки в ужасе бежали с поля боя, побросав оружие и раненых, спасая свои шкуры в темных лабиринтах подземных пещер, словно тараканы.

Шум битвы на огромном плато перед аванпостом затих, солдаты добивали остатки раненых монстров и скидывали их трупы в бездну с огромного уступа. Защитники аванпоста перевязывали раненых товарищей. Ар-Мерфасу перебинтовали раны, предварительно обработав антисептиком. Проверив своих стражей и удостоверившись, что все они в относительном порядке, командир аванпоста тяжелой походкой направился к обособленной группе «крыс». Подойдя ближе, он увидел, что те сгрудились над лежавшим на носилках бледным сильнее обычного Лемом. Ар-Мерфас присел рядом, взяв за руку старого товарища. Его ладонь была холодна, он вопросительно взглянул на стоящих. Те лишь покачали головами.

— Пробита бедренная артерия, мы ничего не успели сделать, он просто истек кровью, — проговорил один из стоящих «крыс». — По его последнему приказанию мы остаемся в вашем распоряжении, до устранения угрозы. Когда работа по защите катакомб будет выполнена, переизберем и нового барона. Мы также надеемся, что все достигнутые договорённости между нашей организацией и вами остаются в силе.

Ар-Мерфас кивнул, сжимая неподвижную руку Лема, легкий холодок, зародившись глубоко внутри, пробежал по его коже. Не то что бы он очень горевал из-за утраты вновь обретенного товарища, но опасность, исходившая от монстров подземелья, угрожала всей Атлантиде, и возможно, смерть друга детства окажется лишь малой частью той платы, которую придётся отдать за мирное и спокойное существование его города. Лунный эльф поднялся и произнес:

— Я пришлю к вам стража, он покажет помещения, где вы сможете разместиться.

После чего Ар-Мерфас оставил «крыс», направившись к центру аванпоста, где его уже дожидались морщинистый капитан и Элэль. Подойдя ближе, лунный эльф приложил сжатую в кулак руку к груди в знак приветствия старшего офицера. Капитан, щурясь, какое-то время смотрел на командира аванпоста, а потом произнес:

— Смотрю, твоё прошлое тебя никак не отпустит. Не помню, чтобы на службу в корпус стражей брали обитателей катакомб, кроме одного, и то ему пришлось с отличием окончить академию.

— Капитан, вы прекрасно осведомлены о ситуации с кадровым составом стражей, — сухо ответил Ар-Мерфас. — Если бы не эти ребята, то мы бы с вами, возможно, сейчас не разговаривали. Между прочим, в бою за наш аванпост они потеряли своего предводителя и перешли под моё командование до разрешения проблемы с подземными монстрами. Или вы предлагаете провести всеобщую мобилизацию в городе? Представляю, как обрадуются лорды и всевозможная знать возможности взять в руки оружие и сразиться с подземными тварями, предварительно спустившись в вонючий коллектор.

Капитан некоторое время молчал, было видно, что он согласен с выводами командира аванпоста, но как правило, обитатели катакомб не особо законопослушные граждане, с целью наживы готовые пойти на преступления, а этого морщинистый капитан не принимал.

— Ладно, бойцы нам действительно нужны, — согласился капитан. — Но под твою ответственность. Кстати, насчет лордов, я решил, что твой друг из знати может нам тут пригодиться. — Указал кивком головы капитан на стоящего позади Элэля. — Все стажи остаются здесь, завтра организуем разведывательную экспедицию большим отрядом. На этом все.

Ар-Мерфас вновь приложил кулак к груди, капитан кивнул и отправился по своим делам. А командир аванпоста подошёл к скучающему солнечному эльфу, сидевшему на одной из баррикад и прижавшему к лицу надушенный платок.

— Со временем к запаху привыкаешь и просто перестаешь его замечать, — с ухмылкой сказал Ар-Мерфас.

— Возможно, для тебя это и запах, — ответил, поднимаясь, Элэль. — А для моего чуткого обоняния — несусветная вонь.

Друзья рассмеялись и приветственно обнялись.

— Значит, ко всем бедам, сыплющимся на Атлантиду, добавилось нашествие подземных монстров? — спросил Элэль.

— Да, — утвердительно ответил Ар-Мерфас. — Но видишь, в чем затык. Поначалу я думал, что из глубин монстров гонит страх перед землетрясениями, но то, на что наткнулся разведывательный отряд, и что в последствии напало на наш пост, это другое. Там целая армия, собранная из разных племён, нет ни самок, ни детей или как у них это называется.

— Какие мысли?

— Не знаю! Но что-то не так! Видишь ли, в их лагере я не видел, чтобы у них был вождь. Не может же вся эта свора действовать заодно, коллективно. Они же полуразумные, они бы перегрызлись уже давно.

— Возможно, ты и прав, — успокаивающе похлопал друга по плечу Элэль. — Я вот вообще не особо разбираюсь в организации общества полуразумных существ. Сейчас тебе да и всем необходимо просто отдохнуть. Утро вечера мудренее. Аванпост под надежной защитой, небольшой сон тебе не повредит.

Ар-Мерфас согласно кивнул и отправился в свой кабинет, который одновременно служил ему и жилой комнатой.

***

Сон был беспокойный. Лунный эльф метался в постели, лоб его покрылся испариной. Он резко раскрыл глаза и рывком сел на кровати. Узкая темная комнатка со столом посередине, жесткая деревянная кровать и мерзкий запах затхлой воды и сероводорода, пропитавший все вокруг. Он в своём кабинете на аванпосте. Ар-Мерфас поднялся, подошёл к столу, зажёг толстую свечу в подсвечнике и рухнул на стул, приглаживая рукой влажные белые волосы.

Он пытался вспомнить сон, но его словно стерло из сознания, в памяти всплывали лишь обрывки: собачьи морды, склизкие щупальца, а во рту стоял колючий привкус чего-то нежного, чего-то, что ему никогда не доводилось пробовать, с тонким послевкусием лимона. Лунный эльф взглянул в зеркало, стоявшее на изящной металлической подставке на краю стола. Его бледное отражение в неровном свете танцующей свечи выглядело пугающе. Темные круги под глазами на белесой коже, глубокая царапина на левой щеке. Пламя свечи дернулось, тень упала на лицо Ар-Мерфаса так, что на месте левого глаза образовалось тёмное пятно, и в отражении на мгновение он показался себе одноглазым.

— В пекло. Я становлюсь слишком мнительным, — пробормотал Ар-Мерфас, отставляя в сторону зеркало. — Хотя и немудрено, столько всего навалилось и произошло. Но завтра с утра проблема с подземными монстрами будет решена. Полноценный боевой отряд двинется в пещеры и покончит с кобольдами. Угроза городу будет устранена, и не будет нужды торчать на аванпосту сутки напролёт.

Пламя свечи вновь колыхнулось, приведя в движение тени в кабинете. Боковым зрением Ар-Мерфас уловил легкое колебание в отражении отставленного зеркала. Он перевел взгляд и застыл. По ровной серебристой поверхности шла мелкая рябь. Лунный эльф подумал, что это танец тени и разгулявшееся воображение, и моргнув, пристально вгляделся в зеркало. Рябь утихла, но в этот раз с гладкой поверхности на него глядело не его собственное лицо, а большие темные, лишённые зрачков глаза на лысой осминогоподобной голове, три щупальца извивались на месте носогубного треугольника, а четвёртое, еле подрагивало мясистым обрубком.

«Ну вот мы снова и встретились, эльф!» — прозвучал громоподобный, хриплый голос в голове Ар-Мерфаса. Каждое слово ледяными иглами пронзало голову лунного эльфа. Это сковывало и не давало пошевелиться.

«Тебе понравился отряд моих маленьких, тявкающих рабов? Удивительно, сколько разных видов существ можно обнаружить под поверхностью земли. Но их разум груб и примитивен, он годится лишь для простых работ и совершенно не подходит для моих экспериментов. Я ведь ученый, похожий на того, в вашей обсерватории, чей сочный, великолепный мозг я поглотил. Это, конечно же, была ошибка, но я слишком долго скитался, голод взял надо мной верх, и не смог отказать себе в удовольствии полакомиться».

Ар-Мерфас испытывал отвращение от одного вида иллитида, а слова об его гастрономических предпочтениях вызывали в его желудке бурю и рвотный позыв, но ледяная боль в голове обездвижила тело, лишая возможности двигаться.

«Нам нет нужды враждовать, эльф. Мы же разумные существа. А разумные существа всегда смогут найти компромисс. Я предлагаю тебе выгодную сделку. Ты победишь на поле боя, завоевав почёт и уважение со стороны своих соотечественников, а взамен отдашь мне в распоряжение часть своих солдат, особей двадцать, думаю, достаточно. И потом раз в пять-десять лет будешь присылать еще с десяток. Подумай, командир, это очень выгодное предложение».

На этих словах рябь вновь пошла по поверхности зеркала. Колющая ледяная боль покинула разум Ар-Мерфаса. Он отстранился от стола, переведя взгляд, но рябь не ограничилась поверхностью зеркала. Выйдя за его пределы, она прошлась по всему кабинету, преломляя и искажая пространство вокруг. Голова эльфа закружилась, и он провалился в темноту.

Глава 11

Ар-Мерфас проснулся от громкого и настойчивого стука в дверь. Он открыл глаза и растерянно сел на краю жёсткой постели. Стук повторился.

— Что? — выкрикнул Ар-Мерфас.

— Командир, сбор через пятнадцать минут, — послышался голос из-за двери.

— Хорошо, — ответил лунный эльф, а за дверью послышались удаляющиеся шаги.

«Капитан наводит свои порядки, — подумал Ар-Мерфас. — Хотя, какие свои. Это он сегодня расслабился и продрых дольше обычного».

Он встал, быстро умылся, у рукомойника взглянув в зеркало.

«Зеркало!» — в голове промелькнули прерывистые картинки воспоминаний, отдаленные обрывки беседы с иллитидом. Ар-Мерфас наконец-то вспомнил все, о чем они говорили.

«Уф, значит это был всего лишь сон. Да, точно сон. Приснится же такое. Нет, этот мерзкий кальмар не имеет ни малейшего отношения к набегу монстров из подземелья. Сегодня мы зачистим пещеры, и ещё одной угрозой городу станет меньше».

Ар-Мерфас быстро оделся, подтянул ремешки на броне и приладил, покрепче затянув, пояс с клинками. Уже у выхода, у самой двери он кинул взгляд на стол. Рядом с зеркалом на подставке стоял подсвечник, свеча полностью прогорела, образовав по краям подтеки воска, которые оплывшими наростами свисали с подсвечника и образовывали под ним небольшую застывшую лужицу. Лунный эльф нахмурился и, закрыв за собой дверь, направился во двор аванпоста.

***

Все уже собрались среди баррикад. Капитан со своим отрядом по струнке выстроенных стражей, защитники аванпоста, тоже выстроенные в шеренгу, «крысы», обособленной толпой сгрудившиеся в отдалении, Элэль, скучающе сидевший на баррикаде, — все были тут. Ар-Мерфас направился прямиком к капитану. Завидев его, от группы «крыс» отделился представитель, и эльф, проворно соскочив со своего насеста, тоже подошёл.

Капитан осмотрел собравшихся и произнес:

— Все в сборе? Тогда я начну. Все просто, две боевые группы по двум тоннелям направляются в лагерь врага и там в лагере монстров с двух сторон сметаем эту мразоту.

Ар-Мерфас кивнул.

— Да, все просто. Капитан, с вами в сопровождении пойдет Тал-Лиф, он укажет путь группе. Мы же с «крысами» и Элэлем пойдем другим путём. Защитники аванпоста так и останутся тут, нельзя оставлять тылы без прикрытия.

К совещавшимся подошёл эльф — это как раз и был Тал-Лиф.

— Командир, капитан, смотрите.

Все отвлеклись от обсуждения плана похода и посмотрели в сторону, куда указывал Тал-Лиф.

На выступающее над пропастью плато из глубины темных пещер свободно и неспешно выходили толпы кобольдов. Мелкие монстры не рвались в атаку, они просто выходили и выстраивались в ряды с оружием в руках, как раз напротив баррикад, установленных для защиты аванпоста. Их высыпало на плато уже под сотню, и ещё десятки оставались в пещерах, толпясь, глазея, но не нападая.

Ар-Мерфас, капитан, Элэль, предварительно отдав приказ всем занять позиции и приготовится к бою, подошли к переднему краю баррикад.

Армия монстров продолжала выстраиваться на противоположном краю плато, когда в её центре образовалось завихрение пространства, и разверзлось два темно-фиолетовых портала, и из каждого выпрыгнуло ужасающее существо.

— Мрак, это же порталы, как тогда в лаборатории профессора, — воскликнул Элэль.

Лицо Ар-Мерфаса, и без того обычно бледное, стало ещё белее. Лунный эльф почувствовал, как волоски на его теле встают дыбом, волна страха, зародившаяся в глубине, вышла наружу холодным липким потом.

«Значит, это был не сон», — промелькнуло в его голове.

Выпрыгнувшие из порталов существа были размером со взрослого эльфа, прямоходящие, одеждой им служило старое тряпьё, ступни ног и кисти рук были обмотаны старыми грязными бинтами, а мускулистые тела покрывал короткий жёсткий мех. Вытянутые морды не переставая шевелили усами, словно постоянно к чему-то принюхиваясь, маленькие круглые красные глазки хаотично бегали, изыскивая добычу, а с длинных острых передних зубов хищников капала слюна.

— Крысолаки? — удивленно проговорил капитан. — Откуда здесь крысолаки? Они обитают только на материке.

Словно бы услышав слова капитана, крысолаки зацепились взглядом за эльфов, укрытых за баррикадами. Монстры, как по команде, синхронно извлекли из-за спины огромные старые ржавые мечи и, сотрясая ими над головой, оскалившись, заорали. Толпы кобольдов, подхватив крик, подняли оружие и ринулись в атаку на защитников аванпоста.

Первые ряды атакующих кобольдов, как подкошенные, рухнули на каменный пол плато, сраженные залпом эльфийских стрел, но остальные продолжили наступление, не обращая внимания на пронзенных соплеменников. На подступах к баррикадам эльфы схлестнулись с врагами в рукопашную. Элэль, Ар-Мерфас и капитан во главе объединённых защитников аванпоста вновь рубились с толпами кобольдов.

Элэль со своим метеоритным клинком отделился от основной группы, врезавшись глубоко в ряды неприятелей. Огромный двуручный энергетический клинок косил монстров пачками, не встречая сопротивления. Взмах — красное лезвие оставило кровавый росчерк, и перерубленные пополам тела рухнули наземь. Ещё взмах — и следующая группа бездыханно падает на пол. Вокруг солнечного эльфа образовалось свободное пространство, усеянное трупами врага. Один из крысолаков ринулся в сторону Элэля, издав низкий утробный рык. Находившиеся на пути огромной крысы кобольды поспешно расступались, стремясь поскорей уйти с дороги разъярённого хищника. Хорошенько разбежавшись, крысолак подпрыгнул, занеся над головой ржавый меч для удара. Элэль взмахнул клинком снизу вверх. Два лезвия встретились. Энергетический клинок, как раскалённый нож, погруженный масло, прошёл сквозь лезвие ржавого меча, перерубив его пополам и распоров крысолаку плечо, отбросил того назад. Монстр упал на каменный пол, на спину. Элэль тут же рванул вперёд, чтобы добить его, занеся меч над головой для решающего удара. Крысолак, оттолкнувшись от земли, выстрелил своим телом, словно пружиной, в момент расжатия, и ногами вперёд врезался в грудь солнечного эльфа. От неожиданного удара Элэль отлетел назад, упав на одно колено и сложившись пополам. А крысолак, уже вскочивший на ноги, вновь кинулся в атаку. Элэль, собравшись с силами, резко встал, взмахнув клинком, но монстр с удивительным проворством изменил траекторию движения. Метеоритный меч со свистом рассек воздух в считаных сантиметрах от тела увернувшегося крысолака. Массивный лысый хвост ударил по щиколоткам Элэля, выбивая почву из-под ног. Потеряв равновесие, солнечный эльф начал заваливаться вперед, но тут резкая боль пронзила его голову, он перестал падать, а потом мощный удар по почкам заставил его вскрикнуть. Скользнувший ему за спину крысолак ухватил падающего эльфа прямо за пышный хвост черных волос и с силой произвёл несколько ударов в область поясницы. Превозмогая боль, Элэль напряг мышцы и, развернувшись, рубанул клинком, меч угодил прямо в подмышку крысолаку. Энергетическое лезвие без труда вошло в плоть и отделило руку вместе с головой от тела монстра. Элэль упал на землю, а на него, извергая фонтаны алых брызг, упало тело крысолака.

С трудом солнечный эльф скинул с себя останки мертвого монстра и поднялся на ноги, когда сильный удар, опять в область груди, отправил его в полёт, откинув назад. Пока Элэль сражался с одним крысолаком, а потом поднимался, он не заметил, как к нему подкрался второй. Пинком огромной мускулистой ноги зверь отшвырнул его обратно к баррикадам и угрожающе приближался, размахивая длинным ржавым мечем.

Тут из гущи боя, скользнув по полу на коленях, появился Ар-Мерфас, его клинки с выверенной точностью перерубили ахилловы сухожилия крысолака. Монстр взревел и стал заваливаться назад. В этот момент лунный эльф вскочил, и зверь всей своей тушой рухнул на подставленные кринки. Пронзив крысолака насквозь, окровавленные клинки показались из груди, еще не осознавшего, что он умер, монстра. После этого тело крысолака обмякло, и Ар-Мерфас позволил ему соскользнуть со своего оружия.

Лунный эльф подскочил к товарищу и помог ему подняться. Они стояли возле баррикад, в то время как основной бой передвинулся дальше на плато. Отряды защитников аванпоста теснили кобольдов, но тех по-прежнему было большинство. В центре плато за армией врага вновь образовался фиолетовый провал портала, и оттуда вышел ещё один крысолак, а за ним, с мерзкими извивающимися щупальцами на лице, иллитид.

Крысолак взревел, и кобольды еще отчаяннее стали кидаться в бой. Иллитид же простёр руки вперед, расставив длинные когтистые пальцы, и часть защитников, правда, небольшая, накинулась на своих же.

— Он завладевает разумом наших воинов! — ошарашено сказал Ар-Мерфас.

— Есть одна задумка, — жадно хватая воздух, проговорил Элэль. — Правда, мы отрежем нашим пути к отступлению.

— Давай, надо их сдержать!

Элэль с трудом приподнялся и вышел чуть вперед за баррикады. Перед сражающимися армиями он воткнул свой метеоритный меч в землю. Энергетическое лезвие, проплавив камень, вошло в почву на треть. Солнечный эльф отступил на пару шагов назад, совершил несколько пассов руками и направил магический поток на инкрустированный в эфес кристалл. Энергия тонкой белёсой струйкой сорвалась с кончиков пальцев, изгибаясь, потянулась и проникла в метеорит, тот вспыхнул ярче, начав пульсировать алым, а из него в разные стороны развернулся прозрачно-бордовый барьер, раскинувшийся на всю ширину плато, отгораживая от врагов и части защитников подступ к катакомбам.

Стоящий в окружении толпы монстров иллитид вскинул свою тощую когтистую руку вперед, отдав мысленный приказ атаковать, и тут же от его свиты отделились несколько кобольдов, устремившихся в сторону барьера. Мелкие твари прыгали, наскакивая и ударяясь о полупрозрачную преграду, но не в силах были ее преодолеть. Стоявшие за барьером друзья с ужасом наблюдали, как монстры с лишенными всякой воли глазами безрезультатно раз за разом набрасываются на преграду в тщетных попытках проникнуть за барьер.

Иллитид вскинул вторую руку и совершил замысловатые движения пальцами. Возле барьера с обеих сторон начал плыть воздух, закручиваясь по кругу, а затем разверзлись фиолетовые завихрения, и образовались порталы. Кобольды нырнули в портал с одной стороны барьера, а вынырнули с другой.

Появившихся из портала монстров Ар-Мерфас встретил холодной сталью клинков, а Элэль магическими зарядами. Друзья взглянули друг на друга и не сговариваясь кинулись в атаку через порталы, но когда они вступили в фиолетовый разрыв пространства, то оказались не с той стороны барьера, а в каком-то междомирье. Друзья оглянулись, портальные ворота позади них оставались открыты, впереди метрах в пятнадцати маячили другие портальные разломы, где просматривалась противоположная сторона барьера, а они очутились как бы между.

Мир, окружающий их, был сер. Они стояли на полуразрушенном мосту. Мост и обломки каменных валунов на нем, все медленно еле заметными частичками испарялось, улетучиваясь ввысь, в небо, в котором разверзлась зияющая бездна, потихоньку всасывающая в себя весь этот мир.

Вдруг друзей оглушил мерзкий, хриплый, знакомый голос иллитида.

— Решили пройти через мой портал? Глупая идея.Межпортальное пространство поддерживает мой разум, следовательно, тонкий мостик между пространственными разломами — это плод моего мышления. И здесь я могу сделать с вами всё, что захочу.

Элэль и Ар-Мерфас почувствовали, как их тела наливаются свинцом. Взглянув вниз, они увидели, что ноги погрузились в камень моста, словно в жидкое тесто, а воздух окутал их руки незримыми путами.

— Но от вашей смерти тут мне не будет ни грамма пользы, ни веселья. Поймите, я могу утопить ваш драгоценный город как в крови, так и в океанских водах. Но я всего лишь ученый и немножечко гурман. Подземные обитатели обладают примитивным разумом и не подходят для моих экспериментов, да и их мозги недостаточно питательны и вкусны для меня, другое дело вы, эльфы. У вас острый ум и неплохо развит интеллект, и с этим уже можно работать. Потребляя ваш разум, я хоть слега могу утолить свой голод, наслаждаясь агонией, которую испытывают нервные окончания от разрыва нейронных связей, когда я высасываю мозг. Как ваши чувства, эмоции, воспоминания перетекают в меня, раздражая вкусовые рецепторы.

От описания процесса питания иллитида друзей замутило и начало подташнивать.

— Ты обдумал моё предложение, эльф? — спросил мерзкий голос, не обращаясь ни к кому конкретно. — Сними барьер. Уничтожения меча достаточно. Ты ведь в курсе, какой эффект произойдёт при снятии барьера. Я заберу с собой защитников, сопротивляющихся за преградой, зато все остальные узрят в тебе победителя, сумевшего низвергнуть страшную угрозу. Возможно, тебя даже наградят или повысят. Условия, предложенные мной, выгодны нам обоим, эльф. Так что действуй, я жду.

С этими словами сильный порыв ветра подхватил и вышвырнул друзей через портал из серого межмирья.

Секунды потребовались Ар-Мерфасу, чтобы вновь в полной мере ощутить собственное тело и взять под контроль каждый мускул в нём. Он взглянул в сторону Элэля, тот тоже полностью оправился от встречи с разумом иллитида. Солнечный эльф едва покачал головой, давая понять, что не готов пойти на сделку с пожирателем разума, но Ар-Мерфас все для себя решил. Он выбрал меньшее зло и готов принести товарищей в жертву в обмен на спокойствие и процветание Атлантиды.

Лунный эльф рванул к мечу, Элэль устремился ему наперерез, потоки магии сорвались с его рук, но ловкий Ар-Мерфас опережал каждый залп, проворно уворачиваясь и ускользая от них за мгновение до попадания в цель.

В двух метрах от меча друзья сошлись. Элэль светящейся магией нанес удар с размаху. Ар-Мерфас ловко поднырнул под руку, зашел за спину друга. Удар, мерцающей магией, руки Элэля он отразил встречным ударом ноги, который пришёлся солнечному эльфу в сгиб руки, отбросив того ближе к мечу. Элэль схватился за рукоять метеоритного клинка, но Ар-Мерфас был уже рядом. Мощный удар ноги пришелся в середину телескопической составляющей лезвия меча, переломив его. Кристалл вспыхнул последний раз. Барьер мигнул и растворился. По всей земле, где проходила линия преграды, произошла детонация и образовался глубокий желоб от которого потянулись мелкие трещины, которые стремительно начали разрастаться по плато в сторону обрыва. Почва под армией монстров и защитников трескалась, вздымалась и уходила из-под ног, обрушиваясь в бездну подземелья. Огромный монолитный пласт камня в одно мгновение раскрошился и стал осыпаться, увлекая вниз всех, кто был на нём.

Нога Элэля как раз оказалась на пошедшем трещинами участке. Держа в руке рукоять своего меча, он оступился, потеряв равновесие. Ар-Мерфас кинулся поддержать друга. Падающий в бездну Элэль взмахнул рукой. Обломок метеоритного меча с силой врезался в лицо лунного эльфа. Резкая, острая боль пронзила его левый глаз, и он упал на колени прямо перед линией обрыва.

Закрывая ладонью лицо, Ар-Мерфас чувствовал, как из пустой глазницы по руке струится липкая, теплая кровь. Лунный эльф глядел перед собой, за линию барьера, где земля осыпалась в бездну, утягивая за собой всех, кто был на плато. И только иллитид, казалось, стоит на своем клочке камня, словно парящем в воздухе, глядя темными бездонными глазами прямо в сердце Ар-Мерфаса. На секунду лунному эльфу показалась, что темно-лиловая морда, покрытая слизкими щупальцами, улыбается. А после все, в одно мгновение, рухнуло в бездну.

К стоявшему возле обрыва на коленях Ар-Мерфасу подскочили оставшиеся стражи и увлекли его от пропасти в сторону катакомб. Лунный эльф не противился, но и не шёл сам, он просто продолжал смотреть в сторону обрыва, чувствуя, как медленно силы покидают его тело. Стражи ухватили его с двух сторон за подмышки, оттащив на достаточное расстояние от провала, после чего принялись перевязывать, чтобы остановить кровопотерю из выбитого глаза. Ар-Мерфас не чувствовал боли, он просто лежал, ощущая, как ледяной холод подземных камней проникает в него, усиливая разрастающуюся пустоту внутри. Картинка перед его здоровым глазом постепенно сужалась, уступая место тьме, а вскоре он и вовсе провалился в темноту, и сознание покинуло его.

Глава 12

Лунный эльф очнулся. Он лежал на кушетке в просторном светлом помещении, вокруг сновали жрицы. Жутко чесалось левое веко, он пошевелился и дотронулся до лица, почувствовав, что левую сторону плотно окутывают бинты. Эльф уперся руками в кушетку, придав телу сидячее положение. Одна из жриц, заметив это, что-то шепнула другой, и та быстренько шмыгнула за дверь. Первая жрица, улыбаясь, подошла к Ар-Мерфасу.

— Слава богам, вы наконец очнулись, — мягким голосом произнесла она. — Как вы себя чувствуете?

Ар-Мерфас был удивлен таким вниманием к себе и растерянно произнес:

— Да, в принципе, нормально, глаз только чешется под бинтами.

— Это хорошо, чешется, значит, заживает, — улыбнулась жрица.

В этот момент дверь распахнулась, и в помещение бодрым шагом вошёл старый эльф, жрица тут же выскочила, оставив мужчин наедине. Широко расправленные плечи, четкий шаг, высоко поднятый подбородок, мундир изумрудного цвета — такие носят высокие чины стражей, те, которые лишь отдают приказы и ни в коем случае не учувствуют в их выполнении, считая себя выше этого.

Ар-Мерфас узнал старого эльфа — это был полковник, присутствовавший при его зачислении в академию. Он хотел было встать, но полковник замахал обеими руками, останавливая его, и быстро забормотал.

— Тише, тише, тише! Лежите, мой мальчик! Вам нужно восстанавливаться!

Ар-Мерфас недоумённо глядел на представителя знати, не понимая, откуда к нему, простому стражу, такое внимание.

— Мне обо всём доложили. О ваших подвигах в подземелье. Вы просто герой Атлантиды, способный в критических ситуациях принимать сложные решения. Идти на жертву ради своей родины. — У лунного эльфа в голове промелькнули события битвы в катакомбах. Голова слегка закружилась, а полковник продолжал: — Тяжёлая, невосполнимая утрата, но судя по докладам, по-другому было нельзя! Вы пожертвовали частью отряда, чтобы уничтожить врага и спасти остальных стражей, да и весь город. Капитан, пусть земля ему будет пухом, постоянно рапортовал о ваших успехах на службе. Так что, я думаю, вы достойны занять его место, после того как поправитесь, разумеется. Ваш ранг в корпусе стражей повышается до капитана, и вы примите на себя все обязанности вашего бывшего руководителя. Так держать, молодой человек, так держать! А теперь выздоравливайте, не смею больше вас отвлекать, герой Атлантиды.

С этими словами полковник прижал правый кулак к груди, улыбнулся и, крутанувшись на пятках, направился к выходу.

— Сэр, — окликнул Ар-Мерфас полковника почти у самой двери. — А тех, кто упал в провал, уже обнаружили?

— Нет, — ответил старый эльф. — Сказать по правде, мы и не надеемся обнаружить. Бездна оказалась слишком глубока. Спускавшиеся туда разведчики так и не смогли достигнуть дна, и если в ближайшие дни не преуспеют, то будут отозваны. В городе имеются более насущные проблемы, требующие внимания стражей, — сказав это, полковник кивнул и вышел из помещения, плотно прикрыв за собой дверь.

Ар-Мерфас остался в палате один. Чувство пустоты внутри вернулось, расползаясь по телу где-то в районе груди, словно огромный черный провал, поглотивший его друга, капитана и других стражей, сражавшихся с ним плечом к плечу. Кто он? Герой Атлантиды, спасший город, или трус, пошедший на сделку с врагом и обрекший на смерть своих товарищей?

Эпилог

Он очнулся. Всё тело болело. Размытая картинка перед глазами постепенно приобрела четкие очертания. Широкое, скудно освещенное помещение: стены, невысокий потолок, пол, все из грубо отесанного наспех камня. Приподняв голову, он обнаружил себя лежащим на одном из столов среди прочих, таких же, как и он, плотно привязанным по рукам и ногам. По бокам стояло множество сосудов с разнообразными субстанциями различных цветов и консистенций, которые через воткнутые в его вены гибкие трубочки поступали внутрь. В местах проникновения жидкостей в тело наблюдались разные ощущения: где-то сильное жжение и боль, где-то, наоборот, холод, зуд, онемение или просто тепло, разливающееся по телу. Но он не мог пошевелиться, только слегка приподнять голову.

Он взглянул направо, где на таком же столе в окружении сосудов с жидкостями лежал без сознания эльф. Потом налево — та же картина, только силуэт более знакомый, но никак не удавалось припомнить, где он видел это морщинистое лицо. Приподняв, насколько это возможно, голову, заметил у дальней стены широкую рабочую столешницу, уставленную алхимическими приборами, колбами, реагентами. Где-то посередине между столом, к которому он был привязан, и столешницей на простой табуретке неподвижно сидела фигура.

— Эй, помоги мне, — громким шёпотом шикнул он, удивившись, что его голос звучит столь высоко и тонко.

Силуэт продолжал неподвижно сидеть, лицо его скрывала тень. В дальнем проеме послышалось легкое шуршание, и оттуда, плавно скользя, показалось высокая тощая фигура в темной мантии с кальмарообразной головой и щупальцами на подбородке. В руке у него была охапка кислотно люминесцирующих грибов на длинных ножках. Сидящий силуэт громко замычал, подняв руку и указывая вперед перед собой. Иллитид глянул в том направлении и подошёл к сидящему. Зажатая в руке охапка грибов осветила лицо эльфа с широко открытыми, закатившимися глазами без зрачков, языком, наполовину вывалившимся изо рта, и тонкую, стекающая прямо на плечо с уголка рта струйку слюны.

— Тише, тише, тише, тише, — разнесся по помещению скрипучий, хриплый голос.

Сидящий на табурете эльф поднял руку, ухватив себя за волосы и потянул. Верхняя часть головы отошла, словно крышка от шкатулки, оголяя серый, мясистый, с розово-красными прожилками мозг. Одно из щупалец иллитида легло на оголённый орган бедняги, присоски, расположенные на тыльной стороне щупальца, с характерным звуком прилипли к мягкой, испещрённой извилинами биомассе, а затем, оторвав увесистый кусок, с сёрбаньем и причмокиванием втянули в себя. Иллитид перевел взгляд на пришедшего в себя прикованного и поплыл в его направлении.

— Очнулся? — осведомился скрипучий голос. — Рано, Элэль, ещё слишком рано.

С этими словами он приоткрыл вентиль у одного из сосудов, увеличивая напор поступающей в тело субстанции, и у Элэля все поплыло перед глазами, увлекая его в забытьё.

***

Ритмичный скребущий звук пробудил его сознание во тьме. Скрежет металла о металл был похож на то, как скрипят старые несмазанные петли ворот или открывается заржавевший, давно не используемый засов. Медленно приоткрыв глаза, он позволил им привыкнуть к тусклому освещению. Всё тот же каменный потолок, всё тот же стол, к которому он прикован, всё та же боль в теле, особенно в груди, всё та же пещера иллитида, в которой склизкий злодей ставит на ним и другими эльфами свои ужасающие, аморальные эксперименты. Взглянул вправо — пустой стол.

«Видимо, тело его обитателя не справилось с количеством поступающих в него веществ, химикатов и мутагенов».

Влево.

«А этот морщинистый ещё тут. И именно он является источником мерзкого скрежета, разносящегося по пещере».

Насколько позволяло прикованное к столу тело, Элэль приподнял голову. Лежащего на соседнем столе эльфа била сильная дрожь. Его трясло, тело неестественно выгибалось. Переведя взгляд ниже, он увидел, что верхняя половина туловища соседа по несчастью обыкновенная, как у всех эльфов, а вот ниже, там, где должна быть пара ног, расположено огромное мохнатое, восьмилапое тело паука. Поза, в которой лежал этот гибрид, была ему неудобна, и он всячески извивался, скрипя сковывающими его металлическими браслетами и кандалами.

«А это ещё что такое?»

Элэль перевел взгляд на свою грудь, обнаружив, что и в его теле произошли изменения. Теперь он являлся обладателем небольшой, но тем не менее женской груди.

«Что за…? Как такое возможно?»

В этот самый момент в пещере появился иллитид.

— О, пришли в себя, друзья мои? — раздался хриплый голос. — Как вам ваши модернизированные тела? Я столько лет трудился над ними. Вы уникальны, можете гордиться собой. Из всех подопытных только вам двоим удалось выжить, но ничего. Думаю, что пора нанести визит нашему общему другу Ар-Мерфасу.

«Ар-Мерфас, — мелькнуло в голове Элэля. — Друг, помощь».

— Наш общий товарищ высоко продвинулся в иерархии Атлантиды. И без сомнения, выделит мне небольшую группу эльфов для продолжения экспериментов, да и вам будет компания.

В сознании Элэля всплыл последний бой, порталы иллитида, сделка, разрушение его меча, барьера и долгое падение во тьму.

«Сделка! Ар-Мерфас, друг, сука. Как ты мог?!»