Арунгарх

Глава 1. Где-то в лесу

Багровое солнце скрылось, угомонились редкие птицы, и даже надоедливая мошкара в этот час решила не беспокоить старого облезлого ворона, сладко прикорнувшего на вершине большой кривой ели, некогда выросшей посреди тропы. Высохшее, серое, давно уже мёртвое дерево гордо раскинулось, вынуждая случайных путников спешиваться, перебираться через огромные извилистые корни и делать крюк в сторону колючего кустарника — тем самым могучая ель невольно спасала странников от гибели в трясине.

Болото за прошедшие годы очень близко подошло к заброшенной дороге, нещадно поглотив молодую поросль, но вековые деревья исправно удерживали топь на подступах. Пробегая под кронами гнилых и замшелых стволов, петляя по унылому, сумрачному ельнику, в прошлом открытая и приличная дорога давно поглотилась мрачной чащобой, плотно обступившей её с боков.

Обычно тропа целиком пряталась под толстым слоем жидкой грязи, но из-за нынешнего засушливого лета она вдруг обнажила древние каменные плиты, тускло поблёскивающие сейчас при свете бронзового свечного фонаря, пристёгнутого к седлу. Этот мерцающий жёлтый свет, вместе с мягким постукиванием копыт, и разбудил ворона. Птица нахохлилась, встрепенулась и передвинулась на ветке, с любопытством уставившись вниз.

Давно он не видел людей! Интересно, откуда взялся этот высокий, длинноволосый и бородатый странник, мерно покачивающийся в седле и напевающий под нос что-то заунывное? Местные жители по лесной глуши сотню лет не ходят, пользуясь надёжным и широким проезжим трактом, который протянулся чуть северней вдоль холмистых берегов огромной Синей реки. Новая дорога, минуя дикую болотистую чащу, соединяла дальние пограничные земли с самой Иртеной, столицей могучей империи Иртулан, раскинувшейся от чёрных заснеженных гор до жарких зильвентанских степей. А здесь, в заросших густым лесом предгорьях, располагалось несколько деревень и крохотный городок Лойсгар, куда сейчас и направлялся путник, внезапно под вечер нарушивший покой дряхлого, плешивого ворона, уже поседевшего от прожитых лет…

***

Вот и пришло время рассказать о загадочном герое, который недавно появился в Иртулане и планировал в итоге добраться до столицы, где можно было перезимовать, а заодно и поискать работу. Итак, Арунгарх… Высокий, стройный, темноволосый, с отдельными вкраплениями седины на висках и бороде. Лицо у него молодое и загорелое, но морщинки возле прищуренных серых глаз указывают на истинный возраст этого человека, которому уже сорок два…

Сейчас из-за жары он одет в свободную полотняную рубаху и простые штаны, заправленные в короткие сапоги из толстой воловьей кожи. Из неё же изготовлен широкий пояс с массивной застёжкой в виде паука. По виду путешественник напоминает обычного ремесленника или мелкого торговца, но бывалый взгляд сразу отметит сильного, тренированного воина. В принципе, Арунгарх и не скрывает этого, небрежно демонстрируя возможному недругу притороченные ножны, где удобно под рукой высунулась рукоять длинного, крепкого клинка; за пояс заткнут изогнутый кинжал, а возле седельной сумки свёрнут неплохой доспех — прочная кожаная куртка, украшенная серебряными пластинами…

Вещей у него мало, да и одежды по минимуму. Арунгарх неприхотлив и любит путешествовать практически налегке. Плащей он принципиально не носит, предпочитая на ночлеге укрываться под тонким эльфийским одеялом, либо просто обходится без всего. Вместо головных уборов периодически повязывает платок или заплетает волосы в хвост, чтобы не мешали в бою. Кстати, мечом и кинжалом он владеет очень искусно, удивляя врагов своеобразной танцующей техникой, заимствованной у южных народов, где у ряда племён распространён один интересный боевой стиль, именуемый «танцем серебряных молний».

А вот луком и арбалетом воин пользуется редко. Владение стрелковым оружием у него минимальное, за исключением метания ножей и кинжалов, в чём Арунгарх заметно преуспел. Будучи в молодости цирковым артистом, а точнее акробатом, герой также научился быстрому бегу, плаванию и скалолазанию, что нередко спасало ему жизнь. Кроме того, он неплохой музыкант и поэт, в подтверждении чего за седлом привязана лютня, заботливо обёрнутая тонким кожаным полотном.

Рос он в приёмной семье в маленьком городе Айвалгир, который находится в крохотном королевстве Карфол, на севере от Иртулана, по ту сторону горной гряды. По достижению восьмилетнего возраста мальчик был отдан на воспитание в монастырь Чёрного Дерева, где жрецы поклонялись Грухору, забытому древнему богу земли.

В четырнадцать лет крупно повздорил с настоятелем, не сойдясь с ним в богословских трактованиях. В результате вспыхнувшей ссоры убил своего учителя и сбежал из монастыря. Некоторое время скитался с обозом бродячих артистов, выступая вместе с ними на разных подмостках, в основном в небольших городах и селениях. Благодаря добрым артистам, приютившим мальчишку, выучился игре на лютне и обнаружил в себе талант сочинительства стихов и баллад, чем нередко и зарабатывал на жизнь. Шли годы…

Однажды он случайно оказал услугу сыну короля, когда наследник вместе с телохранителями попал в засаду к разбойникам. К счастью, рядом оказался молодой Арунгарх и помог тщедушному принцу расправиться со злодеями. Его пригласили во дворец, где благодарный король вручил неизвестному молодому воину клинок ветерана и позволил занять место в своей личной гвардии, в чём также настаивал избалованный и капризный королевский сынок, не желая расставаться со своим новым другом.

Несколько лет Арунгарх провёл в гвардии, честно выполняя свой воинский долг, но после смерти старого короля не захотел служить взошедшему на трон отпрыску, из-за возникших между ними разногласий. Арунгарх слыл отличным воином, он хорошо зарекомендовал себя в гвардии. Испугавшись военного бунта, бывший друг, а теперь уже спесивый молодой король, решил прогнать своего спасителя из королевства и повелел ему никогда не возвращаться. Арунгарх вспыхнул и вызвал короля на дуэль, пользуясь давним кодексом карфольских воинов, но трусливый монарх уклонился от сражения и публично обвинил одного из лучших гвардейцев в государственной измене… В итоге ещё пару лет Арунгарх провёл на каторге, откуда ему удалось сбежать. Разумеется, чтобы сохранить свободу, бывшему гвардейцу пришлось покинуть родную землю и скрыться…

Некоторое время среди лесных разбойников видели очень похожего на него человека, а потом кто-то упоминал это славное имя в прибрежных тавернах, где лихие морские пираты пропивали добычу. По всей видимости, Арунгарх стал пиратом, и даже не простым… Сам он неохотно рассказывает об этой части своей бродячей жизни, и возможно, это просто слухи. Однако, нам точно известно о его бравых похождениях в Зильвентане, южном королевстве, где Арунгарх выучился вышеназванному боевому стилю. Но через несколько лет до южных земель дошли слухи о смерти молодого короля Карфола.

Арунгарх всегда тосковал по родной земле и незамедлительно решил покинуть благодатные тёплые края. В память о своих давних приключениях воин теперь не расстаётся с красивым, изогнутым кинжалом, украшенным причудливой резьбой на рукояти. Это был прощальный подарок одной богатой красавицы, у которой Арунгарх служил в качестве телохранителя и, говорят, оказал ей много и других приятных услуг. Со слов красавицы, кинжал обладает какими-то магическими силами, но она не знает этого точно.

Пройдя сквозь целую плеяду жизненных неурядиц, мужчина не озлобился, сохранив добрый характер и весёлый нрав. Арунгарх очень любит юмор, но склонен к излишнему сарказму. Особенно с простыми людьми, когда общается несколько в покровительственном тоне, из-за чего многие считают его заносчивым. Но это совсем не так. Арунгарх всю жизнь бескорыстно помогал людям, не требуя ничего взамен. Как думает сам Арунгарх, на его характер повлияли годы пребывания в монастыре, где монахи всегда были высокомерны в отношении к другим людям.

Нередко Арунгарх бывает вспыльчивым, но быстро успокаивается, виня себя впоследствии за несдержанность. И тогда он где-нибудь уединяется, сочиняя очередную балладу, либо отправляется на войну или охоту. Несмотря на щедрость и общительность, друзей он так и не завёл, предпочитая добрую книгу шумным сборищам. Любит порассуждать, сделать выводы из разрозненных элементов информации. Неплохо обобщает события, может спрогнозировать их развитие. Будучи авантюристом по натуре, Арунгарх нередко специально провоцирует людей на ответные бурные действия. Как говорится, Арунгарху нравится создавать себе трудности, чтобы потом мужественно их преодолевать. Осознание своей победы над невзгодами придаёт страннику сил и вносит в его бродячую жизнь элемент удовлетворения…

За годы скитаний он так и не разжился богатствами, хотя, если честно, не особо стремился, беззаботно тратя все сбережения, поскольку был неприхотлив. Такова вкратце история этого путешественника, который сейчас оказался в Иртулане. Правда, не зная о новой дороге, Арунгарх сбился с пути, углубился в лесную чащу и сейчас ночью, под внезапно нахлынувшим ливнем, продвигался к Лойсгару…

***

Арунгарх спешился, обогнул могучее дерево и снова вернулся на тропу. Подтянув сбрую, а заодно поправив сползающее снаряжение, он перевесил фонарь ближе к удилам и вскарабкался в седло. Солнце окончательно скрылось, а подходящего места для ночлега так и не нашлось. Промокший воин, устав вглядываться в темноту, закрыл глаза, обмяк в седле и приспустил повод, доверив умной и верной лошадке самой выбирать путь среди сплетения толстых корней.

Конь мерно ступал, покачивая головой, периодически всхрапывал, настороженно приподнимал уши, озирался, но, разглядев каменные плиты, успокаивался и шёл дальше. Всадник вскоре задремал, не обращая внимания на большую, взъерошенную тень, которая давно уже следовала по пятам, перелетая с дерева на дерево. Ворон, почему-то заботясь о случайном человеке, решил проследить путь странника, чтобы вовремя предупредить, когда появятся они — здоровые мохнатые твари, которые вышли из руин круглого здания, где много лет назад жил один добрый человек, однажды спасший птенца, а затем приютивший маленького воронёнка в своём доме…

Птица помнила всё: каменный стол с разноцветными бутылочками, огромные фолианты в кожаных переплётах, большое и уютное кресло, где нередко засыпал хозяин, утомившись от своих книг. Ворон помнил, как любил тогда сидеть на краю кресла и слушать хриплый, но такой родной голос человека, который что-то читал вслух, водя длинным пальцем по строчкам. Однажды хозяин ушёл, сотворив колонну ярчайшего света. Много дней добродушный молодой ворон напрасно возвращался домой, мечтая вновь увидеть человека, но тот не появлялся. Птица обиделась и покинула башню, переместившись ближе к болоту.

Время шло, летели годы, десятилетия… Башня давно разрушилась, а ворон по-прежнему жил в этом лесу, лишь изредка по старой памяти наведываясь к мёртвым руинам. Пару лет назад колонна света вспыхнула вновь, из неё хлынули неведомые чудища, чем-то напоминающие обычных волков, только они были полностью чёрные и гораздо крупней. Звери расселились по всему Иртулану, запугивая жителей, внося чужое, злое и таинственное. И вот сегодня старому ворону захотелось вернуть прошлое и поспешить на помощь человеку, случайно оказавшемуся в этом лесу.

***

Внезапно сверху раздался хриплый вороний грай, и тут же из пелены дождя показался волк. Огромный чёрный зверь задрал голову и протяжно завыл, а человек проснулся, порывисто соскочил с лошади и приготовился к сражению. В руке у него оказался меч, которым он взмахнул, словно приветствуя врага. Волк прыгнул внутрь и немедленно кинулся в бой. Воин отклонился в сторону, пропуская зверя, развернулся на месте и размашисто нанёс мощный удар по спине волка. Зверь завизжал, скользя лапами по грязи, и затих. А в это время появились другие хищники, которые со всех сторон побежали к центру. Часть из них бросилась к Арунгарху, а двое повисли на крупе и шее несчастной лошади, повалив её на землю… Вскоре всё было кончено.

Верная лошадь пронзительно захрипела и затихла, а огромные волки повернули окровавленные морды к двуногому убийце, который только что зарубил двух их товарищей, и дружно устремились к врагу. Человек засмеялся, перехватил оружие и резко развёл руки. Во второй руке появился кинжал. Вытянув клинки по сторонам, Арунгарх начал быстро вращаться на месте, поднимая и опуская мечи. Не сговариваясь, чёрные тени метнулись вперёд и рухнули, оказавшись под яростной молотилкой из плоти и металла. А дождевое кольцо пульсировало, расширялось, запуская следующих участников битвы…

Косматые звери рычали, скалили зубы, кружили вокруг. Выбрав момент, волки стремительно прыгали, но, встретив подставленные лезвия, неизбежно натыкались на них, соскальзывали и медленно оседали, а над ними кружил старый ворон, надсадно крича и внося дополнительную панику среди хищников. Израненные твари с отрубленными лапами и поломанными хребтами скулили, отползая в сторону. Другие неподвижно валялись на земле со вспоротыми животами или горлом; с разбитыми головами, проткнутой грудью либо целиком рассечённые мощным ударом.

Человек танцевал, его мечи сверкали, как молнии. Он успешно защищался, а вскоре сам перешёл в атаку, яростно погнавшись за испуганными волками, которые почему-то не могли покинуть тропу, испугавшись большой седой птицы с крепким клювом, которая внезапно выныривала из тьмы, растопырив сильные когти, взмахивая крыльями, и отгоняла волков назад.

Роли сменились! Слабая, на первый взгляд, жертва превратилась в безжалостного палача. Арунгарх прыгал, настигал хищников, бил их наотмашь и резал. Он безумно хохотал, наслаждаясь кровью и смертью, рубил и колол, отбрасывая от себя убитых врагов. Протяжный визг не смолкал, окровавленные куски разлетались и падали на утоптанную тропу, укрыв её омерзительным скользким ковром, а человек продолжал наносить удары, пока не изрубил последних волков на части… Арунгарх повалился на спину, жадно подставляя рот под тугие струи дождя. Рядом с ним приземлился огромный ворон, который тут же приступил к трапезе, нещадно раздирая окровавленного волка.

Дождь вскоре прекратился, вышла луна. Ворон насытился, каркнул напоследок, шумно взлетел и удалился, оставив Арунгарха, лежащего в беспамятстве посреди убитых волков. Сколько человек пролежал, неизвестно, но тут из леса раздался многоголосый вой. Откуда-то приближались новые твари. Второго такого боя он бы просто не выдержал. Арунгарх с трудом приподнялся, подхватил меч и бросился вперёд, едва угадывая направление тропы при лунном свете. Сперва он медленно перебирал ногами, но откуда-то появились силы, воин припустил.

Внезапно из кустов вылетела огромная тень и вцепилась в руку, в которой был меч. Арунгарх тут же воткнул кинжал в основание черепа, стряхнув грязную косматую тушу, и отбросил уже мёртвого хищника в сторону. А позади другие волки, хрипло рыча и завывая, упорно шли по пятам, пытаясь догнать этого страшного зверя, изрубившего немало сородичей. Кинжал остался на тропе, воин стремительно бежал, преследуемый многочисленной группой волков… Впереди появились огни, шум. Последнее, что помнил Арунгарх, это чьи-то руки, заботливо подхватившие его.

Глава 2. Оборотень

Трактир у края леса некогда был оживлённым местом, но теперь он не пользовался спросом. Много лет назад прежний хозяин перебрался в Лойсгар, продав старый постоялый двор какому-то пришлому, угрюмому мужику, предложившему неплохую цену. Теперь здесь жил Арвин вместе с дочерью, красивой, но диковатой Урсулой, которой сейчас уже было семнадцать. Кто эти люди, и откуда они пришли — жители не интересовались. Правда, поговаривали, что Арвин колдун, но никто не придавал этому значения.

За разрешение поселиться в этих местах Арвин взамен обязался охранять старый тракт, а также истреблять огромных чёрных волков, периодически наводняющих чащу. Отец с дочерью жили уединённо, гости к ним редко захаживали. Из друзей — лишь только молодой охотник Торк, который тщетно пытался ухаживать за Урсулой, да периодически помогал Арвину в его лесных вылазках… К этому дому и вышел под утро неизвестный воин, преследуемый волками. Правда, твари не осмелились пойти на открытую местность и разочарованно вернулись в лес. Воина подхватили, занесли внутрь, где он пролежал в беспамятстве до следующего вечера. Урсула промыла и перевязала раны и сидела возле странника всё это время.

Внезапно Арунгарх, словно подброшенный пружиной, изогнулся дугой и захрипел. Он повернулся на бок, протянув руки к Торку, который недавно сменил Урсулу, отправив девушку отдыхать. Странник мычал, его скрюченные пальцы впустую молотили воздух перед собой, а безумные, пустые глаза смотрели в одну точку. Тоненькая струйка крови вытекла из прокушенной губы Арунгарха, он издал всхлипывающий звук, напоминающий плач, и завалился вбок. Вскоре судороги прошли, дыхание выровнялось, и он уснул, беспечно улыбаясь…

Время шло. Арунгарх всё также лежал, периодически вздрагивая. Солнце клонилось к закату, приступы стали учащаться. Воин метался во сне, приподнимался, обводя зал непонимающими глазами, затем ненадолго засыпал. Через некоторое время всё повторялось. В один из таких приступов Арунгарх по-настоящему проснулся, тут же вскочив на ноги. Он быстро расстегнул пояс, отбросив его в сторону. Следом полетела одежда.

— Сохраните мой меч! Заприте все двери! Слышите?

Не дожидаясь ответа, Арунгарх побежал к выходу, а на крыльце его тело начало меняться… И вот уже косматая, сгорбленная фигура быстро удаляется от трактира, на ходу всё больше и больше приобретая черты зверя. Неведомый воин оказался оборотнем. Арвин и Торк кинулись следом, однако огромный зверь прыжками умчался к лесу и вскоре скрылся. Утром Арвин прихватил меч неведомого странника и ушёл по следам, оставив дочь на попечение Торка.

***

Между тем Арунгарх пробирался сквозь чащу. Спутанное сознание человека-зверя иногда услужливо подсовывало воину какие-то воспоминания. Вот его рука с окровавленным мечом бессильно опускается, завершив безумный танец… Женщина в плаще, пронзённая стрелой, прикрывает собой уже мёртвого ребенка… Ярость отца, затмившая разум единственной целью — убить, убить их всех… Враг, в последней предсмертной усмешке. Его голова, отрубленная светлым клинком и затем покатившаяся с нелепо вытаращенными глазами в придорожную траву… Пепелище на месте разбойничьего поселения и трупы, трупы… Кровь врагов на руках, на лице, кровь везде! Воспоминания человека вспыхивали и тут же уступали место чёрному беспамятству. Зверь внутри не желал видеть образы, им двигал голод и непонятная злоба. Зверь мчался по лесу, а человек искал что-то.

Внезапно Арунгарх понял! Кинжал! Ему нужен кинжал, обронённый в битве с волками… Или это были оборотни? В нём скрыта Сила! Должна ведь быть какая-то магическая сила, которая поможет вернуть облик человека. Окончательно осознав свою цель, Арунгарх смог полностью подчинить зверя в своём разуме, но позволил звериному телу взять контроль над скоростью, реакцией и рефлексами. Оборотень с разумом воина!

Ещё не человек, но уже не зверь, в полном понимании этого слова, бежал через лес, направляясь назад. Где-то там, в болотистой чаще, у неприметной тропы лежал верный боевой конь. А неподалёку от него, на поляне, усеянной волчьими трупами, Арунгарх обронил свой кинжал… Зверь упорно преодолевал заросли, а человек осматривал окрестности в поисках знакомых ориентиров.

Всё дальше углубляясь в лес Арунгарх, с удивлением для себя, осознал факт, что пребывание в теле оборотня кажется ему знакомым. Неужели причина его изменений кроется глубже, нежели недавние укусы? Воин напрасно напрягал память, но так и не мог вспомнить других встреч с оборотнями. Быть может, это произошло в детстве? Родителей Арунгарх не знал, первые воспоминания были связаны уже с приёмной семьёй. И даже узнав правду, воин продолжал относиться к приёмным родителям, как к родным, по-прежнему называя их для себя матерью и отцом. Арунгарх так бы и не выведал своего настоящего происхождения, если бы случайно не подслушал разговор матери и соседки, которая хвалила младшего ребёнка в их семье.

— Чудесный малыш! Сразу видно, что настоящий сын Ульфрика.

— Они оба мои сыновья, — с горячностью возразила мать Арунгарха. — И я люблю их одинаково!

— Не лукавь, Кристина, своя кровь всё равно ближе. Попомни моё слово, соседка, этот прикормыш ещё не раз доставит тебе хлопот… Хорошо ещё, что пока мальчик. А вырастет? Неужели ты думаешь, что чужак станет оберегать и любить своих приёмных родителей? Да он первый ограбит вас в старости и приберёт себе дом…

Арунгарх не слышал, что сказала мать в его защиту. Тогда он, потрясённый новыми событиями, убежал на берег реки, где любил проводить свободное время. Приёмный сын! У него нет родителей… Но немного успокоившись, мальчик твёрдо решил. Нет! У него есть родители. Люди, воспитавшие его, словно родного сына, достойны называться родителями… Особенно мама! Отца Арунгарх недолюбливал за излишнюю грубость. Возможно, эта нелюбовь была взаимной, и теперь известна причина.

Отец никогда не попрекал старшего сына куском хлеба, но и не хвалил. Он делил между детьми всё поровну и точно также общался с младшим братом Арунгарха, грубо и властно. Тем не менее, отец усыновил его, кормил, содержал и воспитывал всё это время… Арунгарх все эти годы ел чужой хлеб! И тогда мальчик твёрдо решил уйти из дома, не создавая проблем своим родителям. Как часто дети принимают верное, как им кажется, решение, забывая при этом о чувствах взрослых. В те годы Арунгарх ещё не осознавал всей нелепости своего поступка и в одну ночь сбежал из дома, оставив прощальное письмо родителям, где сообщал о своей безграничной любви и невозможности дальше быть обузой.

Повезло, что первыми взрослыми людьми в его бродячей жизни были странствующие монахи. Они приютили мальчика и отвели в ближайший монастырь, уговорив настоятеля принять отрока на воспитание. Так Арунгарх попал к служителям древнего бога. Но мальчик с детских лет имел гордый, непокорный нрав. Он постоянно спорил и затевал драки. И однажды, поругавшись с настоятелем, мальчик случайно убил учителя и убежал из монастыря… Тогда ему было четырнадцать.

За годы своих странствий Арунгарх ни разу не видел оборотней. И лишь недавняя встреча с ними (а он всё больше склонялся к мысли, что загадочные чёрные волки были оборотнями) показала воину, что эти твари существуют, а не являются элементом сказок и легенд… Зверь бежал по лесу, привычно переставляя ноги, озираясь и прислушиваясь, а разум человека твердил: я знаю это тело, я уже был зверем когда-то… Через некоторое время Арунгарх вышел на знакомую поляну, где ещё недавно сражался с чёрным воинством. Даже у звериного организма есть свои пределы! Измученный недавней битвой, бегством из леса и повторным стремительным возвращением, Арунгарх добрёл до павшей лошади, устало опустился возле неё, упершись спиной в холодный бок скакуна, и тут же уснул.

***

Арунгарх проснулся с дикой головной болью. Сперва он подумал, что накануне напился с дружками, как это нередко бывало после удачных походов. Но постепенно воспоминания нарисовали ему жуткое сплетение мыслей, образов и событий, никак не связанных с попойкой. Воин медленно приподнялся и оглянулся, обнаружив поляну, усыпанную волчьими трупами, и мёртвого боевого коня. О своих ночных перемещениях в теле зверя он начисто забыл.

— Странно, — вслух сказал Арунгарх. — Я ведь убежал вчера. Там были огни, люди… Не приснилось ведь? Кстати, где мой меч?

Воин привычно поискал перевязь, и тут его осенило. Он голый! Совершенно голый в лесу… Чья-то дурацкая шутка?

— Если это проделки Вилфара, клянусь, я его убью! Он слишком далеко зашёл! В гвардии так не поступают с товарищами… Стоп! Какая гвардия? Думай, Арунгарх, думай, чёрт тебя задери!

Арунгарх поспешил к мёртвой лошади, с омерзением расстегивая седельную сумку, перепачканную засохшей кровью. В сумке у странника был запас одежды, фляга вина, мешок сухарей, трут с кресалом… обычный походный набор. Он быстро натянул просторную рубаху и штаны, подвязав их каким-то шнурком, найденным в сумке. Новых сапог не оказалось, но на дне лежали шоссы — крепкие кожаные чулки с завязками, их Арунгарх надевал при ночных вылазках. Будучи без подошв, они позволяли бесшумно подкрадываться.

— Угу, сойдёт, — одобрительно пробормотал он, оглядывая свой наряд. — А теперь попробуем разобраться…

Мужчина жадно припал к горлышку фляги и опустошил её наполовину, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Нет, не полегчало!

— Точно, это не попойка! Ладно, поищем этот дом. Но если его не окажется на месте, отправлюсь в город и сдамся лекарям. Похоже, старина Арунгарх, мы сходим с ума… Оружие! Мне надо оружие.

И тут он вспомнил про кинжал! Порыскав на поляне, воин вскоре обнаружил драгоценный подарок и углубился в чащу… Через час озадаченный воин сидел у большого дерева. Впервые в жизни заблудился! Надо бы забраться на дерево и поглазеть. Недолго думая, Арунгарх торопливо вскарабкался, сел на толстой, длинной ветке и осмотрелся. Ни дымка, ни движения! Но тут Арунгарх заметил, как вдалеке взлетают птицы. Скорее всего, кто-то пробирается по лесу, пугая пернатых. Человек или зверь? Необходимо выяснить. Запомнив направление, воин спустился вниз и направился навстречу неведомому гостю.

***

Арунгарх не узнал трактирщика. Он молниеносно выхватил кинжал и встал в боевую стойку, присматриваясь к каждому движению Арвина. Не опуская оружие, воин с изумлением разглядывал светлый клинок в руке путника, навстречу которому он вышел, а затем угрюмо спросил:

— Ты хочешь драться с бывшим королевским гвардейцем? Кстати, сразу видно, что ты не воин. Неправильно держишь… Откуда у тебя мой меч?

— Ты был в моём доме и ушёл зверем, — раздался хриплый голос Арвина, который всё утро бродил по лесу, отыскивая следы оборотня. — Я не знаю, кто ты, странник, но предлагаю пойти со мной, пока не натворил дел.

Арунгарх неуверенно потоптался на месте, затем убрал кинжал:

— А дальше? Так это правда? Я оборотень?

— Оборотень! — крупный мужчина напротив угрюмо кивнул и внезапно усмехнулся. — Всё было на моих глазах. Где служат такие лохматые гвардейцы?

— Что значит лохматые? — возмутился Арунгарх. — Ты не знаешь историю? Одно время Карфол был самой северной провинцией Иртулана, но лет двести назад местные дворяне подняли бунт. Была большая заварушка, много воинов полегло. Потом Иртулан отрёкся от Севера, признав Лаобая четвёртого. Теперь Карфол — отдельное королевство. Лаобай носил длинные волосы, и это стало традицией… — Арунгарх замялся, но справился с волнением: — Я воин, а ты угрожаешь мне моим же клинком! Возможно, тебе и доводилось держать меч, но этот ты держишь неправильно! У него смещён центр тяжести. Ты не сможешь долго парировать удары.

— Хватит, чтобы прикончить одного оборотня.

Арунгарх демонстративно показал кинжал:

— Я неплохо мечу эти штучки, давай уж без глупостей. Послушай, как тебя звать…

— Арвин.

— Арунгарх из Айвалгира. Так… У меня был плохой день, Арвин. Я проснулся голым в лесу, возле дохлой лошади. Единственное, что помню, это бегство от волков и твой трактир!

— Я пришёл за тобой, — Арвин опустил меч, — но ты должен всё рассказать.

— Это будет долгий разговор, — Арунгарх улыбнулся и присел на траву, делая приглашающий жест. — Готов поделиться своей историей, но взамен ты отведёшь меня к какому-нибудь магу, чтобы избавить от этой чертовщины.

— Посмотрим, — Арвин уселся напротив. — Слушаю!

— Я рос в приёмной семье. В детстве сбежал. Меня подобрали, отвели в монастырь. Там я получил неплохое образование, но в один день мне пришлось спешно покинуть этот приют… — Арунгарх запнулся на полуслове, но потом обречённо выпалил: — Мой наставник погиб от моей руки… я вспылил и ударил старика! Он упал головой на камень, а я сбежал. Был подручным, был вором, одно время путешествовал с бродячей труппой. Хорошие, славные люди. Они многому меня научили. Но я жаждал славы и приключений! Случайно я спас жизнь королевскому сынку. Его отец, достойный король Олар, как я был счастлив служить такому правителю! Это его меч ты сжимаешь в руках. Старый король подарил его мне за спасение Хрогла.

Лицо Арунгарха исказилось, на некоторое время он замолчал, вспоминая давние события, а затем вернулся к беседе:

— Я служил в гвардии, но потом умер старый король, и Хрогл занял место. У меня была семья, жена и сын! Однажды я вернулся и нашёл их убитыми! Это сделали люди Хрогла… — Арунгарх сжал кулаки и порывисто вскочил, потрясая руками. Его голос окреп, а глаза пылали ненавистью. Глядя куда-то вдаль, Арунгарх говорил. Казалось, он рассказывает не Арвину, а самому себе: — Хрогл! Королевский сын, которому я спас жизнь. Убийство просто так, ради забавы! Его поганые псы совершали набеги на деревушки. Они убили моих, сожгли деревню… Сперва я думал, что это проделки разбойников. Я нашёл их гнездо, я вырезал их всех глухой ночью. Одного за другим! Никто не ушёл… Меч старого короля напился крови в ту ночь.

Воин очнулся от воспоминаний, затем увидел Арвина и снова присел на траву. Он откинулся назад, прикрыл глаза и продолжил:

— Потом я узнал, что во всём виноваты люди Хрогла… Я вызвал его на бой! Он отказался, трусливо напомнив мне, что я простолюдин. Меня заковали в кандалы за оскорбление королевской крови, бросили в темницу, а затем отправили на каторгу, где я провёл два года. Я сбежал! Странствовал, воевал, был разбойником, был пиратом, служил наёмником, охранял торговые караваны… многое повидал. Несколько лет я жил в Зильвентане.

Арунгарх спохватился и достал кинжал, протягивая его Арвину:

— Говорят, он магический. Хочу это выяснить. Вот и вся моя жизнь, трактирщик! В лесу на меня напали твари, похожие на волков. Я многих перебил. Потом я пришёл в твой трактир, а потом… потом я проснулся голым в лесу. И ничего не помню об этом! Помоги мне, Арвин! Я был честен перед тобой.

Арвин рассеянно принял кинжал и стал его рассматривать, что-то бормоча под нос.

— Стой, — раздался крик. — Твой браслет, откуда он?

Арунгарх указывал на браслет Арвина, украшенный витиеватой резьбой:

— Браслет наставника, я видел такие. Так ты маг? Это правда?

— Бывший, — буркнул Арвин, возвращая кинжал. — Я магистр! Ушёл, пройдя все ступени. У меня дочь!

— Но твоя сила?

— Её больше нет! — Арвин отвернулся. — Нас преследуют. Я разрушил их святыню.

— Я помогу тебе, ты избавишь меня от проклятия. Идёт?

— Маги сильны…

— А я воин! — усмехнулся Арунгарх.

Глава 3. Быть или не быть...

Через некоторое время они вернулись к месту сражения, где Арвин тщательно обследовал поляну, изучил всех волков и заверил, что это обычные хищники. Тогда, как объяснить превращение Арунгарха? И тут воин вспомнил огромную тварь, выскочившую из кустов. Он ведь воткнул ей кинжал в шею… даже хруст был, а потом вдруг нашёлся клинок на дороге. Спрашивается, где волчий труп? А вот это и был оборотень, заверил Арвин. Похоже, тварь выжила и ушла в лес, либо кинжал оказался заговорённым, а оборотень по утру рассыпался в прах — с ними такое бывает. Всё-таки, это магические существа. И хорошо, что встречаются редко. Например, в Иртулане лишь старожилы их помнят.

Большие чёрные волки пришли в этот лес недавно, и десяти лет не минуло, но оборотни пока не попадались. По сути, Арунгарх — первый встречный, если не считать того самого монстра, который укусил странника. Ладно, если сдох, но ведь могут быть другие! Ситуация угрожающая. Арвин подрядился быть стражником старого тракта, он должен принять меры! Надо срочно предупредить окрестных жителей, послать гонца в Лойсгар, пусть направят отряд егерей или опытных охотников. А пока облава не началась, он честно хочет помочь и предлагает Арунгарху свой трактир, дальше видно будет… Вскоре, сняв с мёртвой лошади груз, мужчины поделили его поровну и отправились в путь.

— Всё равно не понимаю, почему ты решил помочь? Я ведь зверь, весьма опасен! Ты должен меня сдать!

— Не совсем так. Не оборотень, другая аура, — Арвин угрюмо покачал головой. — Я хоть утратил силу, но кое-что умею. Ты перевёртыш, или ругару! Крайне интересный и редкий тип.

— Угу, объяснил. Главное, всё по полочкам. А теперь подробнее, — Арунгарх демонстративно сбросил сумку с плеча и плюхнулся сверху. — Не сдвинусь, пока не выясню, так и знай!

— И не человек, и не зверь. Житель двух миров. Вряд ли поймёшь!

— Брось сомневаться, колдун. Я хоть простолюдин, но образование имею.

— Подумаешь! — хмыкнул Арвин, который чуть ли не полвека учился в школе магов. — Часто бывает, что образование и ум — это разные вещи. Ну, гляди, сам напросился на урок. Что же, попытаюсь объяснить простыми словами.

***

О том, что мир многомерный, магам давно известно. Имеются магические врата, или порталы, позволяющие путешествовать между мирами, чем отчасти пользуются оборотни — редкая разновидность людей, что с рождения живёт в двух реальностях. Точнее у них две физические оболочки, между которыми прыгает душа. Второе тело находится рядом, скрытое до поры в условном кармане. На бытовом уровне это можно сравнить со шкафом, куда оборотень заглядывает и меняет костюм.

Вариаций среди оборотней полно, но больше всего волков. Как правило, оборотни при трансформации совершенно не помнят себя, проявляя лишь звериные черты. Они становятся агрессивными, нападают на других, испытывают страшный голод… Превращение происходит ночью — лунный свет стимулирует выработку особой энергии. Разумеется, люди боятся оборотней, защищаются.

К слову сказать, обычное серебро на оборотней не действует. Арвин всегда недоумевал, откуда взялось это поверье. Но есть другой металл. Кузнецы и ювелиры не любят его за тугоплавкость, да и выглядит он невзрачно. Так вот, оружие из такого металла, если верить древним магическим книгам, разрушает связь с порталом, и оборотень теряет возможность путешествий между мирами. Сам металл найти не проблема, опытные рудознатцы смогут различить его в породе, но Арвин не слышал, чтобы кто-то изготавливал из него оружие.

Другая разновидность оборотней называется ругару. В отличие от своих диких и несчастных сородичей, эти существа могут управлять процессом, открывая портал по собственному желанию. В зверином теле они сохраняют человеческое мышление и контролируют себя. Но этому надо учиться! Способность быстро забывается, если ругару с ранних лет живёт среди обычных людей, что получилось с Арунгархом. Единственное отличие — такие дети растут быстрее сверстников, они более сильны, выносливы, а иногда подвержены приступам неукротимой ярости. Лунный свет на ругару не действует, поэтому никто в округе и не догадывался, что соседский мальчишка на самом деле оборотень.

Инициация у «спящих» людей может произойти в двух случаях: либо человек вернётся к сородичам, которые будут заново обучать, но здесь потребуется время. Либо превращение последует вскоре после укуса оборотня, у них слюна содержит активное вещество. Когда тварь напала, организму хватило даже крохотной порции, чтобы вспомнить всё. Он тут же перестроился, создав энергетический шлюз. Начался процесс, который уже не остановить. Теперь Арунгарху нужно искать мага — он хоть и не избавит от проклятья, зато научит управлять потоком. Правда, это совсем другой уровень, древняя магия. Даже будь у Арвина сила, он тут со своей разрушительной стихией не помощник.

Можно, конечно, попытаться, изучив определённую книгу, но где её взять? Магов осталось мало, и они ревностно охраняют свои фолианты. Есть неплохой вариант — специально зачарованные вещи, отводящие энергию. Метод рабочий, только требует подзарядки. Раньше кинжал был таким оберегом, с годами эффект пропал, и Арунгарх в любой момент рискует стать зверем. В общем, как ни крути, нужен опытный маг из старой школы целителей или хотя бы взрослый ругару. Правда, воину никто не мешает плюнуть на поиски, оставить всё как есть и принять звериную суть. Только Арунгарх должен понимать, что теперь он становится законной целью для охотников, обречён скитаться и прятать от людей свои волчьи повадки… Всю жизнь!

***

— М-да, новость весьма прискорбная, но тем и забавней, — нахмурился Арунгарх, сосредоточенно прослушав длинную, но диковинную лекцию. Правда, этот человек всегда был оптимистом, достойно принимая тяготы жизни. Увидев шанс, он приободрился и уже насмешливо обратился к спутнику: — Это судьба, приятель! Встретились однажды двое. Один ищет разрушение, другой исцеление, но они почему-то идут рядом. Давай-ка сюда лютню, возьми меч правильно и держи наготове! Мало ли какие твари, кроме меня, шастают здесь. А ближе к ночи я позволю связать себя или заковать, как тебе удобнее.

— У меня надёжный погреб, — облегчённо буркнул Арвин, передавая громоздкий свёрток. — Поверь, сильно не хочется этого!

— У тебя дочка, всё нормально, — засмеялся воин и вдруг сделал испуганное лицо. — Только, слышишь, пообещай мне…

— Что ещё? Мягкую подстилку и кормёжку?

— Именно, приятель! В приличных зверинцах заботятся о животных.

— Урсула очень хорошо готовит, — усмехнулся Арвин. — Голодным не останешься.

— Смотри, я ведь привередлив! А вино будет? Я люблю красное и сладкое, — Арунгарх любовно огладил кожаный чехол. — Могу заплатить серебром, могу сыграть балладу! Что предпочитаешь?

— Разберёмся… Баллады я люблю, только менестрели давно к нам не захаживали.

— Вот и отлично, — Арунгарх быстро извлёк лютню, хитро прищурился и добавил: — Сейчас сыграю одну мрачную вещичку. Она давняя, но редко пою, люди повсюду хотят веселья. Я ведь тебя внимательно слушал, Арвин, теперь твоя очередь!

— Давай уже, пой, — одобрительно кивнул маг. — Даже вечером поросёнка зажарю, если будет красиво. Обещаю!

— О, вот это доброе дело, богоугодное! От души, хозяин! Ради поросёнка я и станцевать смогу.

Арунгарх настроил инструмент, взял пару пробных аккордов и запел. Голос у него оказался мощный с незначительной, но приятной и трогательной хрипотцой, что так нравится многим женщинам. Странник пел, закрыв глаза, его пальцы умело бегали по струнам, извлекая сочные, нежные переборы. В лесу утихли птицы, возможно, внимая непривычным для этих мест звукам, а где-то внизу, под вековой раскидистой елью сидели двое. Один умело играл на лютне, а второй, подперев кулаком щеку, задумчиво слушал…

Явись, Царица, в этот миг, Меня забрав в свои покои, Где зачарованный родник Увидит поседевший воин И кровь врагов своих отмоет, Родившись, заново любя. Явись, коль я тебя достоин. Царица Смерть, зову тебя!

Не раз приветствовал твой лик, Круша обеты и устои. Своих врагов последний крик Вдыхал, злорадствуя на поле, Шагая через реки крови, Что щедро лил в час бытия. Устав от яростного боя, Царица Смерть, зову тебя!

Но час прозрения настиг, Лишив меня безумной воли, Когда у озера старик Пил воду из своих ладоней. В воде не отразился воин, Лишь образ в памяти храня. За кровью нет лица героя. Царица Смерть, зову тебя!

Твое дыханье успокоит. Надежду призрачно тая, Я душу яду приоткрою. Царица Смерть, зову тебя!

***

Арунгарх, как более сильный ходок, ушёл вперёд и, весело насвистывая, стал размахивать кинжалом, словно ребёнок прутиком, сшибая верхушки травинок и кустарников. Показное веселье, конечно, по давней привычке не говорить людям о своих проблемах… Значит, всё-таки оборотень, думалось воину. Ему не приснились эти ночные похождения. Он заботливо вытер кинжал о штанину и убрал за пояс. Может, и правда, магический? Не доказано, но поверим Арвину и принцессе…

Лейла хороша, слов нет. У них вполне бы всё получилось, не вмешайся её отец, пообещавший дочь одному местному богатею. Надо было рискнуть и забрать девушку с собой. Однако, что он может предложить южной красавице? Ни дома, ни состояния. А теперь оборотень! Нет, с прошлым покончено. На память о знойном Зильвентане остался лишь красивый эльфийский кинжал… Интересно, а эльфы смогут помочь? Они же целители! Только где их сейчас найдёшь? Некогда этот загадочный народ жил рядом с людьми. Бывало, воевали, но всё закончилось пару веков назад. В последние полсотни лет что-то произошло, подтолкнув эльфов. Они начали массово покидать обжитые места и уходить целыми родами. Если сейчас где-то и живут, то либо по одиночке, либо маленькими группами, по сути, окончательно смешавшись с людьми. Арунгарх давно их не встречал, тем более магов.

— Скажи мне, дружище Арвин, — Арунгарх остановился, обдумывая новую идею, — в Иртулане ещё остались эльфы?

— Раньше было посольство в Иртене, даже целый квартал жителей, — нехотя ответил спутник. — Кстати, и мой орден рядом… Сейчас не знаю. Много лет прошло. Здесь в лесах есть разрушенная башня. Говорят, там жил один.

— Маг? Интересно, а куда он делся, они ведь долгожители, — Арунгарх задумчиво почесал бороду. — Может, глупо, но я почему-то думаю, что нам помогут эльфы.

— Нет, не глупо, — Арвин закатал рукав, придирчиво разглядывая свой браслет. — У них подходящая магия, природная! Хм… неплохая мысль. Он точно эльфийский, как и твой кинжал.

— Именно! Даже узор похож. Ты ведь сможешь его прочесть?

— Нет, это древний язык.

— Так и думал! Значит, что?

— Значит, будем искать эльфийского мага, — твёрдо ответил Арвин. — И начнём мы с Иртены.

— Нет, приятель, — засмеялся Арунгарх, — столица подождёт. Мы начнём с этой заброшенной башни.

— Думаешь, я не смотрел? Разруха!

— Там могут быть тайники, которые обычный человек никогда не найдёт, но у меня есть опыт.

— А могут быть и магические ловушки, — подозрительный, сомневающийся Арвин наконец протянул руку навстречу новому союзнику, — только я их не увижу… Хорошо! Давай попробуем.

— Бывший воин с бывшим магом оседлали колымагу, — Арунгарх крепко пожал протянутую руку. — Повозка хоть найдётся? Девушку ведь повезём. Путь до Иртены неблизкий. Или ты оставишь дочь дома?

— Нет, конечно! На Торка надежды никакой. Молодой влюблённый олух.

— Все мы чудили по юности, — тепло улыбнулся воин, что-то, видимо, вспомнив. — А парень он неплохой, сразу видно.

— Да знаю я. Всё равно олух!

***

Дело подошло к вечеру, а трактир ещё не показался. Они шли, несколько раз делали привалы… Как Арунгарх умудрился пробежать ночью этот путь, словно не замечая усталости? Тогда ведь он ещё человеком был. Впрочем, воин всю жизнь славился выносливостью, только он искренне считал, что здесь заслуга его циркового прошлого. Оказывается, ему повезло с рождения. Арунгарх задумчиво топал по лесу, за мыслями не обращая внимания на спутника, который вяло тащился позади.

Интересная ситуация. С одной стороны, быть оборотнем — это проклятие, с другой — сила, ловкость, мощь. Наверное, не стоит искать магов. Вряд ли из этой затеи что-то выйдет. А помогут ему… нынешние враги, охотники! Наверняка можно найти сведущих людей, которые что-то знают о местах проживания оборотней. Выйти к ним, встретить разумных ругару. Наконец вернуться домой, найти подлинную семью… И жрать человечков с голодухи? Ну уж нет! К такому он не готов.

Арунгарх всегда любил людей, стремился к ним и ценил общество. Конечно, ему всю жизнь нравилось хвастать, показывать себя, быть лучшим. Но это проявлялось так, по-доброму — без всяких интриг, злобы и зависти. Просто хотелось быть хорошим человеком, искренне помогать всем и видеть восхищение таких же добрых людей. Теперь он встретил Арвина, а тот вдруг поверил ему, случайному путнику, вызвался помочь. А это ценно, надо признать. Обычно люди такие сквалыжные, мелочные…

Бывшего мага преследует Орден, а он даже меч толком держать не умеет! «Нет, приятель. Вместе пойдём, повоюем», — окончательно решил Арунгарх. Да и природное любопытство с жаждой приключений никуда не делись. С боевыми магами воин ещё не сталкивался. Интересные противники, почему бы не попробовать, не бросить им вызов? А дальше видно будет… Однако, Арвин далеко отстал. Арунгарх опомнился, взглянул на солнце, прикинув время. До ночи ещё далеко, можно немного отдохнуть, поразмяться.

— Слушай, Арвин! Я не могу смотреть на это! Возьми ты, наконец, меч правильно. Давай, я тебе покажу! — Арунгарх продемонстрировал на своём кинжале правильный захват: — Вот так берёшь, делаешь захват. Слегка повернуть руку… Надо ещё расслабить запястье. Ты сам всё почувствуешь… Повторяй за мной! Не спорь, пригодится.

Удивительно, но Арвин не стал возражать, а согласился учиться. Хотя и подустал, с уважением отметил воин, наблюдая за вспотевшим магом. Упрямый, сволочь, это хорошо! Определённо, надёжный товарищ попался. Такой не бросит… Наблюдая за неуклюжими попытками мага, Арунгарх сперва снисходительно усмехался, но вскоре одобрительно закивал — очень способный ученик, будет толк:

— Так, отлично! А теперь делаем взмахи, — бывалый воин стремительно вращал перед собой кинжалом, показывая Арвину боевые приёмы, продолжая болтать: — И если будет настоящий бой, то с таким захватом ты дольше продержишься. После моего клинка любой покажется детской игрушкой… Неплохо, теперь повторим восьмёрочку. Этот меч, хоть и тяжёл, но сбалансирован не так, как другие мечи. У старого короля была давняя травма кисти, меч делали специально под его руку… Ага, замечательно, Арвин… Но видел бы ты, как Олар лихо вращал этим клинком. Правильный захват!

***

Солнце клонилось к закату, Арвин обеспокоенно поглядывал на небо, периодически справляясь о самочувствии Арунгарха. Тот всякий раз отмахивался, отшучивался, пока однажды не вспылил:

— Если ты боишься, беги домой, а я уйду в лес. И когда превращусь, выйду к какой-нибудь деревне и перегрызу всех жителей. Ты этого хочешь? Ещё вчера я спокойно ехал на лошади, но всё рухнуло за одну ночь!

— Прости, — смутился Арвин. — У меня дочь! Ты должен понять!

— А где её мать? — внезапно спросил Арунгарх.

— Умерла! Магам нельзя иметь детей, — Арвин тяжело вздохнул. — Роды сложные. Я только девочку спас!

— Понимаю… Ладно, не будем о грустном. Поднажмём, чую твой трактир. Ты обещал поросёнка!

Глава 4. Команда в сборе

Урсула решила отпраздновать возвращение отца и приготовить яблочный пирог. И пока девушка заводила тесто, Торк сидел рядом, послушно нарезая яблоки на ровные дольки. Точные руки кромсали плоды, а в голове творился сумбур… Какой позор! В лесу что-то неладное, жители в опасности, а он тут сидит, яблочки режет. Охотничьим ножом! «Торк, постарайся, чтобы дольки тонкие были, иначе не пропекутся». Тьфу ты, любимое бабское занятие, очередные нотации! Хорошо, что свидетелей нет — Арвин, который вечно шутил над «юношей пылким, дерзким, горячим», ушёл в лес, оставив дочь под его защитой. Конечно, в глубине души молодой человек обрадовался редкой возможности побыть наедине с любимой. Девушка ему очень нравилась — роскошные и волнистые белокурые волосы, большие синие глаза, стройная, красивая, умная… Но по факту охотник маялся от вынужденного безделья.

Точнее, дел было полно. Умная Урсула грамотно запрягла сильного приятеля — Торк уже наколол дров, натаскал воды, перебрал целую телегу яблок, выкосил полянку возле трактира, пригнал коз с дальнего выпаса… Но это всё мелкие, скучные и бытовые дела, а ему хотелось настоящего! Например, красться по лесу, выслеживая какого-нибудь мощного кабана, а затем сразить его метким выстрелом, чтобы принести добычу и похвастаться перед соседями. Да бог с ними, кабанами! Тут оборотни пришли в Иртулан, надо же! Торк нервничал, а под вечер откровенно взбесился, постоянно прислушиваясь и кидая взгляд в угол, где стоял арбалет.

— Надо же! — повторил он вслух. — Я видел настоящего оборотня, да ещё в момент превращения. Кто бы мог подумать?

Словно в ответ, на улице раздался шум, сопровождаемый замысловатыми проклятиями. Похоже, неизвестный странник опрокинул бадью с водой, которую Торк, замученный домашней работой, сперва поленился оттащить, а потом и забыл.

— Чёрт бы побрал этих деревенских шутников. Кто поставил корыто у входа? — дверь распахнулась, в таверну зашёл Арунгарх… и тут же отскочил в сторону.

Позади него из стены торчал арбалетный болт, а Торк быстро натягивал тетиву, готовясь для второго выстрела. Недолго думая, Арунгарх швырнул тяжёлую седельную сумку в охотника, повалив его на пол, а сам прыгнул вперёд, размахивая кинжалом…

— А ну, прекратить! — раздался властный женский голос. Урсула бросила стряпню и грозно топнула. — Мужчины, как вам не стыдно?

— Это оборотень! — прохрипел из-под сумки охотник. — Я узнал его!

— Пока ещё человек, — могучий, суровый Арунгарх, злобно отшвырнувший ногой арбалет, внезапно усмехнулся и протянул руку: — Вставай, охотник, будем знакомиться.

— Не буду я…

— Ай, как некрасиво, юноша! У нас гость. Ну, подумаешь, лохматый малость, — Арвин стоял в дверях и вовсю потешался над происходящим. — Арунгарх, это моя дочь Урсула и её отважный защитник. Кстати, Торк, ты молодец! Я оценил лужайку!

— Угу, молодец, — буркнул Торк, демонстративно игнорируя воина. — А вот ты… Зачем привёл этого?

— Так надо…

— Чтобы угостить моим пирогом, конечно, — мелодичный голос Урсулы быстро прекратил спор. — Так, забияки, идите пока на улицу и не мешайте. Отец, выгоняй всех!

— Почему? Я ведь помогаю, — начал было Торк, но осёкся под гневным взглядом девушки.

— Всех! — категорично повторила Урсула.

— Да понял я, понял…

Девушка невозмутимо отвернулась и принялась хлопотать у плиты, а мужчины направились к старому погребу, где Арвин хотел запереть гостя ближе к ночи. Массивный каменный бункер располагался в стороне от трактира, угрюмо возвышаясь посреди леса. Арвин не пользовался погребом и, соответственно, не поддерживал его состояние. За годы арка над входом обвалилась, да и природа взяла своё, явив взору колючий кустарник, довольно внушительные деревья и густую траву.

Мужчины дружно впряглись в работу, расчистили подход, затем с трудом отворили толстенную дверь и спустились вниз. Быть может, в лучшие времена здесь и была провизия, которая радушно поджидала усталых, голодных путников, но сейчас пыльные, заплесневелые стеллажи оказались пусты, а в потрескавшихся бочках не плескалось вино… к вящему разочарованию всех троих. Однако мрачный погреб, напоминающий фамильный склеп какой-нибудь родовитой семьи, по-прежнему был крепким, добротным, невольно вызывая уважение своими надёжными стенами и огромной дубовой дверью с мощными коваными запорами. Арунгарх лично проверил всё и остался доволен:

— Порядок! Думаю, зверя выдержит. Арвин, а что будем делать, если я останусь оборотнем?

— Мне придётся тебя убить, сам понимаешь, — нахмурился хозяин. — Но ты можешь уйти! Сейчас!

— Нет, приятель, уже решено! И кто-то обещал ужин, — засмеялся воин и принюхался, — да ещё с яблочным пирогом, а он готов, кстати… Чудесная девушка!

— Даже не вздумай, слышишь! — вскипел Торк. — Только посмей к ней прикоснуться!

— Вот ты дурень! Она мне в дочери годится, тем более я оборотень. Заметь, добровольно иду в темницу, чтобы никто не пострадал!

— Извини! Просто я… — смутился Торк, вовремя вспомнив об отце любимой, хотя тот уже направлялся к трактиру, усмехаясь в бороду и старательно делая вид, что не слышит.

— О, белиссимо гранде дольче аморе, как говорят в одной стране, — Арунгарх нагнал Арвина. Обернувшись, он ехидно бросил: — Парень, мы идём ужинать, а ты сиди дальше.

— А потом по кружке вина, — мечтательно протянул Арвин, — красненького, прохладного и сладкого… Но тебе не нальём!

— Ну уж нет! — охотник припустил следом.

***

Превращения не было. Ранним утром из погреба вышел человек, по-прежнему улыбчивый и разговорчивый, вручив Арвину… украденный накануне браслет.

— Решил проверить, как он работает вместе с кинжалом.

— Хм… Мне надо это изучить, — буркнул Арвин, торопливо надевая браслет. — Как я не заметил?

— Прости, дружище, старая школа… Что у нас на завтрак?

— Завтрак ещё надо заслужить. Воды принесёшь Урсуле!

— А где молодой?

— Спит, как сурок! Ладно, рад тебя видеть, но пойду к себе. Почитаю книжки… Кинжал мне! — Арвин требовательно протянул руку.

Воин тут же отстегнул ножны, сделав шутовской поклон:

— Примите, дорогой и любезный хозяин, сей достойнейший предмет. Кстати, могу продать. Скажем, за пару сотен?

— Обойдёшься!

***

Арвин уединился, тщательно изучив ряд фолиантов — из тех немногих, что удалось сохранить после бегства из Ордена. Загадочная история, о которой он вскользь упомянул, не посвящая в детали, началась около семнадцати лет назад, когда Орден готовил сильного и перспективного мага Арвина к обряду посвящения в Магистры. А он как раз, в тайне от наставников, женился на прекрасной Алтейе. Мало того, до рождения их первенца оставались считанные дни… Незаметно для себя бывший маг задремал, а вереница воспоминаний безжалостно проникла в его сны и зашвырнула в те далёкие времена, когда молодой Арвин только начинал обучение в школе Магии Крови…

На поляне группа валунов, расположенных полукругом. В центре большой плоский камень, к которому привязан голый, худой мужчина неопрятной внешности. В изголовье возвышается чаша, наполненная ценным для магов порошком из дерева Саарт, что произрастает на дальних островах. Синее пламя мерно освещает пленника…

Из тьмы выходят два человека. Балахоны и надвинутые капюшоны не позволят стороннему зрителю увидеть лица, хотя здесь, в секретном мире, проход в который открывается из главной башни, не бывает чужих. Но таковы правила. Кто эти двое? Старый верховный маг Калантариус и его любимый ученик, готовый перейти на новую ступень познания. Сегодня подходящая ночь, канун Великого Красного Полнолуния, а оно бывает лишь раз в году… Раздаётся глухой голос:

— Готов ли ты, Арвин, пройти первое испытание крови?

— Да, Великий, — отвечает вторая фигура, — я готов!

— Да свершится воля Луны! Возьми, сын мой, — говорит учитель, протянув кривой бронзовый нож.

Арвин с поклоном принимает страшное оружие и поворачивается к пленнику, который смотрит в небо. Губы возносят молитвы, бродяга уже не кричит, не пытается вырваться. Он давно смирился и ждёт.

— Я, Арвин Гравикус Малцираниур третий, из рода Альгирейло, приношу тебе, Великая Луна, мать ночи, душу этого безродного…

С этими словами он подходит к камню и быстро вонзает клинок в грудь пленника. Раздаётся хрип, стон. Кровь брызжет на руки Арвина. Кровь стекает с жертвенного камня. Ученик лихорадочно сбрасывает капюшон, простирает руки вверх. Синее пламя вздрагивает, выхватывая из тьмы лицо молодого мага и его безумные глаза.

— Да прольётся кровь во имя Тьмы… — хохочет ученик…

— Кровь, — с ужасом повторяет проснувшийся Арвин, разглядывая свои руки, — сколько было крови…

Перед ним встают лица. Десятки лиц проходят чередой. Запавшие глаза смотрят в упор, губы шепчут: «Смерть за смерть! Ты взял наши души, мы забрали её жизнь…»

Они обманули! Мудрые наставники, оберегающие лучшего ученика Ордена, превозносящие его растущую Силу, дарующие сладкие надежды… Магам нельзя иметь детей! Это не было прямым запретом, но подразумевалось само собой. Чтобы постичь мудрость, маг должен забыть обо всём мирском. Обычная жизнь мешает концентрации. Так они говорили, но Арвин купался в иллюзии, ослеплённый своими быстрыми успехами. Первая ступень, вторая, десятая… Сотни экзаменов, испытаний. Вот он уже на пороге Магистра — важная веха, после которой ученик становится Мастером и не нуждается в наставниках. Арвин с честью прошёл обучение, хотя по меркам магов был достаточно молод. Это был самый счастливый день в его жизни, и как раз сегодня, судя по расчётам, Алтейя должна была родить.

Они не стали прибегать к магии, прекрасно зная, как он силён. Арвин сразу бы распознал в тонкой энергетической паутине главные нити и смог бы вычислить того, кто формирует заклятье. Орден боялся Арвина, а Арвин плыл на волнах семейного счастья и не подозревал о заговоре. Незадолго до рождения малыша мужчина поселил Алтейю вдали от Иртены, в лесной деревушке, где купил дом, и куда он каждый день с упоением возвращался, пришпоривая скакуна. Их милое семейное гнёздышко! Ах, как же его обворожительная супруга любила прогулки по маленькому, уютному садику, среди благоухающих цветов и фруктовых деревьев…

Он там её и нашёл. Алтейя лежала на спине, прижимая окровавленные ладони к животу, где торчала изогнутая рукоять длинного узкого кинжала. Фартулан, нож наёмных убийц. Их отличительная метка, легендарное грозное оружие. Алтейя ещё дышала — редкие, судорожные всхлипы… Он стремительно опустился на колени, простирая ладони над женой, пытаясь влить в неё свою Силу, хотя уже понимал, что не успел. Она умерла. Убитый горем Арвин припал к груди, в надежде услышать последнее биение сердца… и почувствовал слабые, затухающие толчки в её животе. Ребёнок, который умирал вслед за матерью. Их нерождённая дочь!

Он вернулся и обрушил свою злость на другое сердце. Сердце Ордена — древний магический портал, откуда местные маги черпали силы. Конечно, рано или поздно великие учителя найдут способ восстановить источник, но в тот момент, ослеплённый лишь желанием мести, он не думал об этом, яростно кромсая портал, лишая всех иртуланских магов способности к управлению потоком, включая себя. Впервые за долгие годы служители одного Ордена сражались друг против друга. Навстречу Арвину вышли старые магистры, и среди них любимый учитель — верховный маг Калантариус, который во время этого, поистине легендарного, боя мог бы по праву гордиться своим лучшим учеником.

Арвин бился против семерых. Он успешно отражал все магические атаки, посылал ответные молнии, строил щиты, блокировал ловушки, разрывал энергетические кольца… пока не захлопнулся портал, и маги не потеряли былую силу. Злой, опустошённый — он искал крови, мечтая убить всех, разорвать голыми руками, но что-то его остановило. Жалость, сострадание? Бросив последний горький взгляд на людей, которые все эти годы заменяли ему семью, новый магистр покинул Орден, оставив позади горстку обескураженных стариков. А они сперва не понимали, что происходит, и ещё пытались чертить в воздухе магические узоры, размахивали руками, бормотали редкие заклинания…

Прошло пару лет. В одной деревне, где Арвин под видом странствующего знахаря остановился зимовать, умирала молодая женщина — волки напали в лесу, когда она собирала хворост. Односельчане нашли, принесли её в хижину и позвали лекаря. Но что может сделать обычный, по сути, человек? Он снова не успел, как тогда… Мужа у бедной женщины не было, двое детей остались круглыми сиротами. Старшего забрали соседи, а маленькую полуторагодовалую девочку с милыми белокурыми кудряшками и большими синими глазами, которая доверчиво крутилась возле доброго дяди и не понимала, что лишилась матери, Арвин забрал с собой и вскоре покинул деревню. Он назвал девчушку Урсулой — это имя Алтейя придумала для их дочери…

***

Арвин разочарованно захлопнул фолиант. Здесь ничего подходящего, а своих знаний не хватает. Если честно, всякие обереги, амулеты и магические артефакты — не самая сильная его сторона, Арвин никогда их не любил, предпочитая магию хаоса и разрушения. Прав был Арунгарх, нужны эльфы. Значит, пора собираться в башню… Он вышел на улицу, где застал двух оболтусов: зрелого могучего мужика и молодого охотника, мальчишку по сути, которые увлечённо швыряли ножи в телегу. Похоже, Арунгарх даёт урок. Хороший учитель, надо отдать должное. Да и Торк молодец — глаз точный, руки крепкие. «Моя команда», — с теплом подумал Арвин и тут он заметил корзину, откуда торчал угол пергамента с такой знакомой синей верёвочкой. Они сожрали окорок! Его лучший окорок, вымоченный в элитном берлигианском вине с чесноком, дроблёным орехом и специями, а затем провяленный в темноте в течение сорока дней…

Он уже хотел справедливо возмутиться, но тут к нему мягко прильнула дочь и поцеловала в щёку:

— Доброе утро! Не сердись, отец! Они хорошо потрудились…

— Да уж! — гордо пробасил Торк. — Я, между прочим, весь трактир отдраил, коз подоил, яйца собрал.

— А я наточил пилы и топоры, закрыл дыру на крыше, смазал телегу… — начал перечислять Арунгарх, а Урсула торопливо добавила:

— Подбил твои любимые сапоги, сделал мне полочку для цветов и приготовил завтрак на всех, пока я спала.

— Э-э-э… Ну ладно, коль так, — растерянно протянул Арвин. — Он хоть вкусный был?

— Кто? Сапог? — Арунгарх перемигнулся с Торком и широко улыбнулся. — Уж не думал, что трактирщики сапоги жрут!

— Ещё как, — подхватил Торк.

— Окорок! — обиженно рявкнул пришедший в себя Арвин. — Вымоченный в вине! Два месяца ждал, а вы сожрали. Так хоть не издевайтесь теперь!

— Ой, да всего лишь по ломтю отрезали! На кухне твой деликатес, ждёт спокойно… Ты завтракать будешь или сразу пойдём?

— Куда?

— Ну ты даёшь! В Башню местного мага, — Арунгарх взглянул на солнце, что-то прикинул. — Как раз к вечеру вернёмся!

— Конечно завтракать, — обрадованно крикнул Арвин, припустив на кухню.

— О, видал? — Арунгарх кивнул вслед хозяину и подтолкнул локтем Торка. — А ты стонал, что буженинка вонючая. Изысканное блюдо, понимать надо!

— Обычный окорок, откуда мне знать, — вздохнул Торк. — Висит, я и взял… Но он правда вонючий! И ещё кислый!

— Хорошо, что не съели… Так, молодой, всё готово?

— Вроде бы, — протянул Торк, склонившись над кучей инструмента.

— Кирка, лопата?

— Взял.

— Верёвка?

— Две… ещё ремни.

— Угу, а факелов?

— Связка.

— Порядок, — улыбнулся Арунгарх. — Выдвигаемся.

— А как же Арвин?

— Догонит…

Глава 5. Магия

Приключения начались рядом с домом, когда группа только углубилась в лес, свернув с широкой тропы. За спиной Арунгарха внезапно раздался шум, треск и сдавленный крик. Удивительно, как это Торк — хоть и молодой, но уже опытный охотник, который волочился позади, старательно насвистывая что-то фальшивое и заунывное, не заметил подвоха, умудрившись провалиться в узкую яму, прикрытую ветками и травой? Обычная ловушка на крупного зверя! Хорошо, что без врытых кольев…

— Эх, я совсем забыл, — раздосадованно хлопнул себя по лбу Арвин, склонившись над тёмным провалом, в тщетной надежде разглядеть охотника. — Торк, ты как там?

— Нормально! — хрипло простонали снизу. — Руки-ноги целы. Только бок ободрал!

Арвин облегчённо выдохнул и торопливо, словно оправдываясь, пробормотал:

— Моя ведь это ловушка! Повадился тут медведь пару лет назад. Все припасы вытаскал…

— Вот и верёвочка пригодилась, — усмехнулся Арунгарх, торопливо разматывая бухту.

Извлечённый на свет, весь израненный, в разорванной одежде, перепачканной грязью и кровью, Торк представлял собой жалкое зрелище. Разумеется, о дальнейшем походе теперь речи не было, и Арвин чуть ли не кулаками и пинками спровадил незадачливого юнца обратно, под опеку Урсулы, не обращая внимания на геройские попытки продолжать путь.

— Рана загниёт, а к вечеру жар поднимется! Что делать будем? Вон, я сказал!

— Но…

— Урсуле привет, к ужину вернёмся, я думаю… И вот ещё, — Арвин отстегнул от пояса крохотную латунную фляжку, изукрашенную хитрой резьбой, — пусть добавит в снадобье. Пять капель. Запомнил?

— Угу, — пробормотал Торк и медленно захромал к трактиру, придерживая повреждённый бок.

— Идём дальше, — буркнул Арвин, поворачиваясь к воину.

***

К обеду они добрались до башни, которая хоть и служила много лет убежищем для эльфийского мага-отшельника, но ничего таинственного из себя не представляла. Обычная каменная постройка — высокий, круглый двухэтажный дом с прогнившей деревянной дверью, узкими окнами и остроконечной крышей, увенчанной погнутым шпилем. А на подходе раскинулось болото! Чёрная, обволакивающая жижа, через которую им пришлось пробираться, утопая по пояс, а кое-где и по грудь… Сама башня стояла на крохотном островке посреди гнилых зарослей ольхи, являя случайному путнику замшелые древние камни, затянутые высохшими пучками некогда буйной растительности…

— Вот же, Грухорова мать, как всё это понимать? — Арунгарх медленно приблизился к обнаруженной внутри башни странной колонне, придирчиво осматривая это колдовское марево, испускающее тусклый свет. Ни дыма, ни запаха гари, лишь яркий сияющий круг из плотного золотистого тумана. Боязливо протянув руку, воин убедился, что туман проницаем, хотя и чувствуется сопротивление воздуха, а с его рукой ничего не произошло. — Новый мир, говоришь? Это хоть безопасно?

— Сам перенос… Во всяком случае, для людей и эльфов, — Арвин нехотя оторвался от книги, случайно найденной в столе, когда неугомонный варвар Арунгарх от скуки двигал на нём разноцветные пузырьки, открыв потайную нишу. — Но что на той стороне, я не могу знать.

— Ты разве не заглядывал? Интересно же.

— Восемь лет назад тут ничего не было.

— Забавно, — Арунгарх вновь протянул руку, ощупывая податливый туман. — Словно медуза или кисель. Ты видел медуз?

— Приходилось… Не мешай! Старый текст, трудно переводить.

— Что там хоть пишут? — Арунгарх сел напротив, облокотившись на каменную столешницу.

Приятель не ответил, вновь погрузившись в чтение. Воин тактично выждал, а затем пожал плечами и отправился гулять по комнате, лениво изучая барельефы и утварь. Ну, что с него взять, с этого хмурого Арвина? Не хочет трактирщик сейчас разговаривать, его право. А тот демонстративно отрешился, якобы не замечая скучающего напарника, и лишь изредка хитро посматривал, усмехаясь в бороду. Время шло, Арвин сосредоточенно водил пальцем по строчкам, бормоча под нос, как вдруг обрадованно вздохнул, отложил книгу и засмеялся, глядя в широкую спину:

— Эй, воин, а ты веришь в Судьбу?

— А при чём тут? — обернулся Арунгарх и непонимающе нахмурился. — Судьба есть, конечно, но надо и самому что-то делать.

— Надо, надо! Вот, послушай. Думаю, тебе понравится…

«В вопросе языка оборотней нынешние магистры так и не пришли к общему мнению. Одни исследователи указывают, что будучи придуманным Создателем, как и сами оборотни, он является лишь дополнительным аспектом. Другая группа магов, в основном из людей, упрямо отвергает искусственность, считая оборотней реальными существами, возникшими эволюционно, как и всё живое в мире. К сожалению, они ошибаются, вводя в заблуждение и своих наивных учеников. Старые эльфийские маги прекрасно осведомлены о работах Корониуса, могущественного Владыки Начальной эпохи. Дикие оборотни — результат его безумных магических экспериментов. Обычные, по сути, звери со скудным разумом и примитивным укладом жизни. Мне эти твари не столь интересны. Они хорошо изучены, и любой адепт школы разрушения или трансформирования прекрасно справится с ними.

В своём трактате я хотел бы выделить других оборотней, так называемых ругару — загадочную, антропоморфную расу, возникшую на заре времён задолго до появления нас, эльфов, и людей. Я нарочно не упоминаю гномов и орков, о которых изложу в следующем трактате, дабы не отвлекать читателя. Итак, ругару… Они заслуживают пристального внимания, поскольку являются подлинно разумными существами со своей культурой и цивилизацией, где богатый язык стал закономерным процессом развития их общества. Смею заверить, что я единственный, кто посвятил изучению данного вопроса не одну тысячу лет, общаясь с крайне редкими ныне представителями этого любопытного народа, и могу по праву называть себя Первым Высшим магистром ругароведения. Но вернёмся к содержанию…

Известно, что строение гортани у дикого оборотня резко отличается от человеческого (под человеком я подразумеваю и эльфа, поскольку мы близкородственные и очень похожи). Оборотням Корониуса недоступны тончайшие нюансы звуков. Схожесть органов, воспроизводящих речь, с аналогичными у плотоядных хищников наделяет их язык характерными оттенками: обилие рычащих и шипящих звуков, короткие и отрывистые фразы, скуление, вой, хрипы и лаяние. Ругару обладают более гибким речевым аппаратом, даже пребывая в зверином облике…

Таким образом, языки ругару и оборотней хоть и относятся к группе схожих агглютинативных, или эргативных (когда к коренному слову последовательно прилепляются суффиксы, приставки и окончания, формируя на выходе новые слова), но мы видим, сколь беден язык искусственной расы по сравнению с их древними сородичами…»

— Та-а-ак, — недоверчиво протянул Арунгарх, вернувшись к колонне и обойдя её по кругу. — Я правильно понимаю, что мы нашли специалиста? И он там?

— Скорее всего…

— Тогда я пойду за ним!

— Нет! — Арвин уже принял решение и твёрдо повторил. — Нет, воин, мы вместе пойдём. Но сперва я должен позаботиться о дочери, уладить кое-какие дела и оформить бумаги…

— Говори!

— Мы едем в Иртену. Есть одна мысль, только надо встретиться с королём.

— Все короли двулики, — усмехнулся Арунгарх, — на них надежды нет… Поиграем, значит? Как говорят зильвентанские мудрецы, лучше всего спрятать вещь на виду.

— Ты о чём? — надулся Арвин.

— Тебя ведь ищет Орден, мы как раз идём к нему в лапы.

— Я не такой дурак, чтобы открыто вламываться.

— А я про что? Обожаю игры!

***

Ближе к вечеру, когда до трактира было уже рукой подать, они вдруг услышали странный шум, а затем вышли к реке. Точнее, она здесь была и раньше — обычная такая крохотная речушка, журчащая себе спокойно среди камней и убегающая куда-то в лес. Утром они легко преодолели её вброд, но сейчас перед путниками раскинулся широкий и бурный поток… Откуда он взялся?

— Это иллюзия! — сообразил Арвин, перейдя на бег. — Где-то маг рядом. Они нашли нас…

И тут за рекой, среди прибрежных кустов, послышались звуки борьбы, а затем истошный женский визг, который внезапно оборвался.

— Урсула! — пронзительно закричал Арвин, отбросив в сторону вещи, и помчался к воде. Быстро переплыв реку, к удивлению показав себя отличным пловцом, он вскарабкался на берег и скрылся в кустах. Не раздумывая, Арунгарх кинулся следом, но тут услышал обрывки фраз. И почему-то голос был женским:

— Радуйся, Арвин, тебя будут судить. Гильдия мстителей держит…

И теперь, расслышав слова женщины-мстителя, Арунгарх решил не лезть напролом. Воин побежал вдоль реки, а чуть дальше от места стычки осторожно раздвинул кустарник и погрузился в воду. Переплыв реку, он заметил в стороне Арвина, женщину в кожаных доспехах и второго воина. Возле берега, спиной к Арунгарху, стоял ещё один, закутанный в чёрный плащ. Это и был маг, сотворивший такое замечательное колдовство. К счастью, он не услышал — всё его внимание было сосредоточено на происходящем. Маг только что применил заклинание, опутав ноги Арвина какой-то крепкой лианой. Очередная иллюзия!

— Ты предал Орден… — фраза женщины оборвалась… Какое-то время она стояла на ногах, удивлённо глядя перед собой, а затем рухнула в траву возле Арвина. Из шеи мстителя, чуть повыше ключицы, торчала рукоятка зильвентанского кинжала с эльфийскими узорами…

Удачно метнув свой кинжал, Арунгарх выскочил на берег и кинулся на мага, размахивая мечом. В последний момент тот обернулся, и Арвин вздрогнул, рассмотрев под капюшоном испуганные зелёные глаза и безусое юношеское лицо. Совсем ещё мальчишка. «Он враг», — мелькнуло в голове, и Арунгарх полоснул мечом. Маг судорожно всхлипнул, резко воздел руки, обрушив на Арунгарха мощный воздушный поток. Воина отбросило назад, юнец пробормотал очередное заклинание и повалился в воду, прижимая руки к окровавленному животу. Внезапно река раздалась, бурный поток подхватил Арунгарха и понёс. Напрасно он боролся с водой — мощные струи закручивали в воде и швыряли о камни. Чудом Арунгарх ещё сжимал меч, но постепенно терял силы. В какой-то момент он вынырнул, вцепившись в свисающие ветки кустарника, но тут же, окаченный очередной волной, скрылся в пучине, удерживаясь одной рукой за спасительную ветвь…

А в это время второй воин нарочито поигрывал длинным, изогнутым мечом, делая медленные круги вокруг трактирщика, наслаждаясь его безоружностью…

— Арвин, лови… вспомни хват, — раздался крик со стороны реки.

Описав сверкающую дугу, клинок полетел в дружеские руки… Обессиленный Арунгарх выпустил ветвь и ушёл под воду, уносимый течением. Он не видел, как развеялись магические путы, и Арвин, подхватив меч, сходу обрушил удар на врага. Он уже не мог помочь верному спутнику, к которому наперерез бежал ещё один воин… Однако, встретив разъярённого трактирщика, что лихо вращал серебристым клинком, этот мститель поспешно ретировался и скрылся в зарослях. Арвин опомнился и бросился к дочери, бессильно лежавшей поодаль.

***

Магия закончилась, речка обмелела, выбросив измученное тело на берег. Между тем, солнце клонилось к закату. Немного отдохнув, Арунгарх зашагал вдоль реки, возвращаясь к трактиру. В сумерках он не заметил речную развилку, ошибочно приняв старицу за основной поток, и отклонился в сторону. Река затерялась где-то в кустах, местность постепенно повышалась, земля перестала чавкать под ногами… Внезапно появился запах дыма, а вскоре в лесу блеснул огонёк. Арунгарх осторожно двинулся навстречу…

Человек сидел, нанизывая на прутик куски мяса. Рядом лежала разделанная тушка зверька, а под рукой блестел меч. Воин! В полутьме Арунгарх наступил на сухую ветвь, раздался резкий щелчок, человек стремительно откатился в сторону, прихватив меч, и быстро вскочил, встав в боевую стойку. Мститель, а это был он, хрипло закричал, узнав Арунгарха:

— Ты? Ты бросил кинжал… Герда! Я любил её!

— Ага, мститель, верно? Наёмный ублюдок, — Арунгарх вышел к костру, держась на расстоянии. Всё-таки он был безоружен, по достоинству оценив ловкого бойца.

Противники стали сближаться. Мститель не спешил, присматриваясь к Арунгарху, а тот всё кружил по поляне отыскивая подходящее оружие. Наконец Арунгарх стремительно нагнулся и резко выпрямился, держа в руках толстый сук. Враг усмехнулся:

— С дубиной против меча? Ну-ну…

— А ты всегда такой храбрый против безоружных? — не растерялся Арунгарх. — Трусливый пёс! Давай поговорим, как мужчины.

Лицо мстителя исказилось в гневе, он отшвырнул меч и выдернул из-за пояса два узких кинжала, бросив один под ноги Арунгарха.

— Никто и никогда не смеет называть меня трусом! Хочешь честной драки? Бери кинжал. Можешь помолиться своим богам… Напоследок!

Арунгарх выкинул ветку и поднял кинжал. Он сделал несколько пробных взмахов, привыкая к оружию, и кивнул, приветствуя врага:

— Благодарю! Если я убью тебя, то окажу все подобающие почести. Скажи, мои друзья живы?

Воин нахмурился и отвёл взгляд:

— Пока живы! Орден все равно найдет их… К чёрту разговоры, приступим!

С этими словами он сделал стремительный выпад, но Арунгарх легко ушёл в сторону и, развернувшись на месте, провёл широкий взмах кинжалом. Мститель пригнулся, отражая удар, полоснув по руке Арунгарха. Оба воина отшатнулись, переводя дыхание. Один закрывал рукой окровавленную щеку, второй прижимал расцарапанное запястье правой руки… Переложив кинжал в левую, Арунгарх флегматично пожал плечами:

— Я могу сражаться и левой рукой.

— Как скажешь, — улыбнулся противник, перекладывая кинжал в левую руку. — И я могу… Готов?

— Начнём!

Противники снова закружили в танце. Взмахи чередовались с выпадами… Блоки, уклоны, парирования… Иногда кинжалы встречались, иногда удары уходили в пустоту. Периодически бойцы наносили уколы и порезы, но до смертельных попаданий дело не дошло. Оба были равны по силе и искусно уклонялись от противника. Только случай мог бы решить исход битвы, и он наконец представился. Делая очередной выпад, мститель слишком близко приблизился к Арунгарху и неудачно открылся… Последовал удар снизу, кинжал Арунгарха по рукоятку погрузился в грудь противника… Воин пошатнулся, а Арунгарх, прижимая его к себе, прошептал:

— Вот и всё, брат мой! Клянусь, я выполню обещание! Ты был достойным.

— Спасибо, воин, — из последних сил прохрипел мститель. — Славная битва… Сожги моё тело!

— Я всё сделаю, — ответил Арунгарх, но его уже не слышали.

Арунгарх натаскал хвороста, положил тело сверху и запалил погребальный костёр. Вскоре он покинул поляну, прихватив оружие мстителя.

Солнце уже скрылось за горизонтом, и Арунгарх, обеспокоенный скорым превращением, быстро зашагал по лесу. В этот раз удача сопровождала воина, он больше не петлял и вышел на тракт. Заприметив большой камень на обочине, Арунгарх разделся и, горько усмехаясь над собой, спрятал одежду с оружием под валуном.

— Одежонку сохранить. Пригодится!

Луна ярко светила над лесом, а по тракту бежала косматая, сгорбленная фигура оборотня. Правда, в этот раз воин помнил всё. Будучи человеком в душе, он стремился на помощь к людям, ставшим ему по настоящему близкими… Лошади встретили оборотня неистовым ржанием. Они храпели и метались в конюшне. Арунгарх приблизился к трактиру.

— Эй, друзья! Откройте! Я вернулся… Я жив!

Он совсем забыл, что в облике зверя не может говорить… Свирепый рёв огласил окрестности. Луна боязливо спряталась за тучами, а возле трактира стоял огромный оборотень и жалобно выл у закрытой двери, царапая её ужасными когтями.

Глава 6. Путь в Иртену

Напрасно Арунгарх волновался, что друзья не примут его, опасаясь теперешнего облика. Дверь открылась, на порог вышел бледный, измученный Арвин. Он поднял фонарь, осветив жуткую морду, и устало пробормотал:

— Слава богам, жив… Хорошо, что ты не зверюга теперь.

— Как ты узнал? — рявкнул Арунгарх, хотя это прозвучало примерно так: «Гур хак ыыфша?»

— В книге эльфа написано, — усмехнулся Арвин, придерживая дверь и пропуская гостя вперёд. — Там и словарик есть, я полистал.

И тут сбоку раздался конский топот, возле трактира остановился неведомый всадник. Почуяв оборотня, его конь всхрапнул, запрокинул голову и начал пятиться, но тут же был усмирён опытной рукой. Некоторое время наездник рассматривал фигуры у порога, а затем резко пришпорил коня и скрылся в темноте.

— Плохо дело, — нахмурился Арвин, — на егеря похож… Заходи, не стой. У меня тут лазарет.

Арунгарх, недовольно фыркая, вломился в зал. В облике зверя он ещё не бывал в помещениях и, позабыв о своих габаритах, шагнул в сторону, оступившись на лестнице. Пытаясь удержаться, оборотень неуклюже развернулся, махнул когтистой лапой, по пути сокрушив какой-то маленький столик, и грохнулся рядом. На пол полетели кувшин и тарелка с едой, а над головой раздался насмешливый женский голос:

— Надо же! А на берегу вон как резво прыгал…

Молодая красивая шатенка в коротком домотканом платье, сидевшая возле стены на соломенном тюфяке, обняла колени и ехидно улыбнулась. Арунгарх поднял морду и опешил, встретив спокойный, изучающий взгляд незнакомки. Эти же зелёные глаза недавно смотрели на него из-под капюшона. Оказывается, там был не юноша, а весьма миловидная женщина, но при этом очень сильная колдунья. «Жива, ведьма», — с облегчением подумал он, вспомнив, с какой яростью размахивал мечом.

Заметив смущённо поджатые уши зверя, женщина рассмеялась, кокетливо убрала назад выбившуюся прядь волос, приоткрывая шею с тонкой серебряной цепочкой… Арунгарх тотчас залюбовался картиной — мужик, он и в зверином облике мужик. Глаза непроизвольно упёрлись в восхитительное декольте, где на вздымающейся груди уютно поместился яркий каплевидный кулон. Ух ты! Роскошная, утончённая, грациозная… Желанная! Фигурой хороша, и личико приятное: ямочки на щёчках, вздёрнутый носик, длинные волнистые локоны. А глаза! Какие глаза! Очаровательная улыбка, ровные белоснежные зубки…

— Арунгарх, — голос Арвина вырвал оборотня из раздумий, — познакомься! У нас в гостях великолепная чародейка Марилайя Анфилита Дайналиус, из рода Брузенхольвир. Между прочим, уважаемая древняя семья, они с королями в родстве. Если бы не её дар целительницы…

— А также твои восхитительные снадобья, — поспешно вставила Марилайя, тепло улыбнувшись хозяину.

— Ну брось, обычные травки, только пропорции правильные, — смутился Арвин, вновь обращаясь к Арунгарху: — В общем, мы имеем честь приютить у себя одну из лучших учениц Ордена, которую отправили ко мне.

— И она тут же провалила задание, — тяжело вздохнула чародейка. — Вдобавок растратила Силу.

— Ты скоро вернёшься домой, всё будет хорошо!

— Нет, Арвин, ты же понимаешь! Магистры слишком далеко зашли в своей мести. Если бы я знала раньше про твою судьбу…

— Марилайя, — Арвин упрямо мотнул головой. — Не вини себя. Твои мудрые наставники! Как можно было сомневаться в их правоте?

— Но ты пострадал! — трепетно возразил нежный обволакивающий голос, который будоражил и успокаивал одновременно. — Я здесь многое поняла, благодаря тебе и нашему порывистому мохнатому другу.

Мохнатый друг давно махнул рукой, а точнее лапой, на эти милые семейные разговоры. Проворчав что-то извинительное, Арунгарх переместился в угол, где блаженно растянулся на полу и заснул, уткнувшись носом в стену. Оборотень лишь хрипло дышал, свернувшись калачиком у тёплой печи, периодически поскуливал и вздрагивал, поводя большими, острыми ушами. Он так устал, что даже не слышал радостных приветствий Торка и Урсулы, спустившихся поглядеть на живого друга, а потом все четверо ещё долго обсуждали на кухне дальнейшие планы…

***

На поляне у костра разговаривали двое людей, одетых в егерскую форму.

— Ещё раз повтори, что ты видел, Гуммаф, только не спеши, — крупный бородатый мужчина взирал сверху на бледного подростка, а тот под суровым взглядом старшего опускал глаза и нервно теребил в руках берет королевского егеря.

— В доме трактирщика. Там такое! Это самое…

— Соберись, тряпка, — зарычал Патрик, старший королевский егерь. — Я не посмотрю, что ты мой племянник, так отметелю, что лекари не помогут! Ты на службе, егерь! Говори чётко и быстро!

— Трактирщик приютил у себя колдунью, — лихорадочно проорал напуганный Гуммаф. — Он нёс её на руках от реки, которую эта же ведьма и сотворила. А на берегу было два трупа. Наёмники!

— Плевать на них. Ведьма? Хм… Но это забота жрецов, никак не наша с тобой. Что ещё?

— Ночью к ним пришёл оборотень!

— Оборотень? — испуганно переспросил Патрик. — Ты не путаешь?

— Нет, дядя, — пробормотал младший егерь. — Это был оборотень! И он говорил с трактирщиком.

— Говорил? — медленно повторил Патрик, присаживаясь на поваленный ствол. — Так! Это уже новость! Мерзкая, скажу тебе, новость. Оборотни не могут говорить с людьми, они безумны в теле зверя. Если только это не… Бред, тебе показалось!

— Не показалось, — твёрдо ответил юный помощник Патрика. — Они разговаривали, а потом оборотень зашёл в трактир.

Патрик вздохнул, достал из кармана трубку и кисет, неспешно набил трубку табаком, но подрагивающие пальцы егеря говорили о том, что он сильно нервничает. Наконец, выпустив клуб дыма, Патрик рассказал Гуммафу одну историю:

— Гхм… В молодости я служил при дворе короля Олара и был егерем в Карфоле. Ты должен помнить, он частично граничит с нами по ту сторону Брийнского хребта…

Гуммаф кивнул. Основы географии — обязательный предмет при обучении молодых егерей. А Патрик, увидев заинтересованный взгляд помощника, продолжил рассказ:

— Однажды зимой мы устраивали облаву на жилище ругару…

— Ругару? — вскочил Гуммаф, — Это что за звери такие?

— Угомонись, иначе я никогда не закончу рассказ!

Пристыженный Гуммаф торопливо присел напротив, клятвенно пообещав себе не задавать вопросов до окончания истории. Тем временем Патрик, окружив себя дымом, неторопливо пыхтел, погрузившись в воспоминания…

— Мы вырезали ублюдков! Всех! — очнулся наконец дядя. — Они нелюди! Коварные, хитрые демоны! Но там оставался детёныш, обычный ребёнок с виду. Дрогнуло сердце, не смог… У нас с Мариеттой не было детей, вот я и решил прибрать волчонка, назвав его Арунгархом!

— А потом? Что было потом? — выпытывал Гуммаф, позабыв свои обещания.

— Что было, — пожал плечами дядя. — Вернулись домой, а Мариетта недавно скончалась. Зима лютая была, простыла, видать… И я с грудным малышом. Но тут на днях у соседей мальчишка помер, Кристина и Ульфрик очень тосковали. В общем, отдал Арунгарха им. Я не мог на службе постоянно следить за ребёнком. У Кристины ещё молоко не пропало, пригодилось. Такие дела!

— И этот оборотень вырос среди людей?

— Похоже, что так… Видишь ли, — замялся Патрик. — Я там, в Карфоле, не совсем правильно жил. Связался с тёмными людишками. Грешен, одним словом. Поймали гвардейцы… Десять лет на каторге провёл! Что ты смотришь так, пацан? Да, твой дядя — каторжник! Я вернулся, а волчонка уже и нет. Сбежал от соседей, и след его простыл. Вот, такие дела, Гуммаф! Бывшему каторжнику нет дороги в королевскую службу, мы с братом перебрались в эти края. Теперь я старший егерь Иртулана, с прошлым покончено.

— А этот, как его… Арунгарх? Он опасен теперь?

— Откуда мне знать, — ответил Патрик, вставая с бревна. — Поди, издох давно… Скорее всего, тут другой оборотень объявился, но доложить о выродке следует! Утром возвращаемся в столицу. Поверь мне, ругару во сто крат хуже обычных оборотней. Даже стая оборотней — это терпимо, перебьём потихоньку. А если это будет армия во главе с хитрым бесом? Ох, боюсь…

— Чего ты боишься, дядя?

— Боюсь, что нам не устоять. Едем в столицу, Гуммаф… Ещё, говоришь, ведьма с ними? Выходит, и трактирщик заодно. Надо доложить королю! Чует моё сердце, не к добру всё.

***

Арунгарх проснулся затемно от страшного голода. Крадучись, он пробрался к выходу, где долго возился с засовом, ругая непослушные оборотничьи пальцы, и наконец вырвался из душного дома. Остановившись на пороге, он поводил носом и тут же, удовлетворённо рыкнув, кинулся в ближайшие кусты… Это утро было последним для несчастной куропатки, прикорнувшей меж корней в ожидании ласкового солнца. Треск ветвей, в воздух летят перья, слышится хруст и чавканье, а затем утробная отрыжка оборотня, который уже мчится по тропе в поисках новой добычи… Ещё ночью Арунгарх принял окончательное решение — раз он теперь в теле зверя, надо и питаться как зверь.

Он только что добрался до камня, где накануне припрятал вещи. К сожалению, куртка, сапоги и штаны оказались малы, но широкий пояс подошёл — Арунгарх тут же застегнул его на себе, прицепив кинжалы. Что делать с мечом мстителя? Вытянув тяжёлый, даже по меркам оборотня, клинок, воин уважительно кивнул, оценив силу и ловкость неизвестного бойца, которому он вчера оказал последние почести. Правда, сделав пробные взмахи, Арунгарх с сожалением убрал меч. Толстые кривые пальцы не приспособлены для такой работы, надо бы потренироваться.

Быть может, его родной меч пригодится? Там ведь центр тяжести смещён. У покойного короля была повреждена кисть, она как раз напоминала лапу зверя. «Куртку и сапоги отдам Торку, — решил он. — Оружие можно продать». Арунгарх развернулся… и увидел направленный на него арбалет, который держал бледный тощий мальчишка, одетый в егерский камзол, а рядом с ним стоял крупный бородатый старик, сжимая в руках массивный широкий меч.

— Стоять на месте, — угрюмо пробурчал Патрик. — Гуммаф отличный стрелок.

Оборотень послушно замер. Внезапно Патрик замялся, а затем робко спросил:

— Арунгарх?

— Фых! — кивнул озадаченный воин. Откуда этот егерь знает его имя?

— Вот и свиделись! Привет из Карфола. Послушай, парень, советую убираться из этих мест… Гуммаф, за мной, — Патрик развернулся и пошагал по дороге.

— Но, дядя, — растерянный Гуммаф догнал егеря. — Он же зверь!

— Будет зверем, значит, его прибьют… Не отставай.

Егери свернули с дороги, и скоро из кустов выскочили лошади, унося на себе двух всадников, а сам Арунгарх, не думая больше о странной встрече, сгрёб вещи и кинулся обратно по тракту…

***

Наблюдая за оборотнем, сгружающим тюки в повозку, Арвин грустно покачал головой:

— Орден не успокоится. Но это ладно. Скоро здесь будут гвардейцы, егерь предупреждал.

— Фых, — кивнул Арунгарх, прицепляя свой меч на пояс. — Арухфа га!

— Куда ты уйдёшь? Это опасно!

— Вау, — мотнул головой Арунгарх и осклабился. — Арухфа ыга Иртэха!

— Ты доберёшься до Иртены? — нахмурился Арвин. — Это пару недель!

Арунгарх пренебрежительно вытянул губы и махнул лапой.

— Ладно, — Арвин протянул руку и вдруг засмеялся. — Впервые пожимаю лапу оборотню. Ищи в Иртене родовой дом Брузенхольвир. Куртку и сапоги кому отдать?

— Торха, — весело рыкнули в ответ.

***

На закате Двенадцатого дня месяца Синдарна, в 435 году Третьей Эпохи, у восточных ворот Иртены появился путник. По виду он напоминал обычных бродяг, которых немало повидали стены древнего города. Неведомый странник, а возможно и воин, с ног до головы был одет в лохмотья, сшитые из волчьих шкур. Из таких же шкур скроены перчатки и грубые сапоги, напоминающие звериные лапы. Гость прикрывал лицо грубой маской, защищающей от пыли. Сбоку на перевязи висел благородный клинок из светлого металла, а вместо шлема красовалась волчья голова с оскаленной пастью. Путник, окружённый роем мух, приблизился к стражникам.

Иртена, как и все большие города, имела несколько главных ворот, через которые шли торговые обозы, ездили повозки богатых жителей, проходили войска… Простые люди, передвигающиеся пешком, попадали внутрь города через небольшие, отдельные входы. При отсутствии крупных вещей и товаров, путники платили символичную дань, беспрепятственно проникая в столицу Иртулана. Данное послабление было вызвано двумя важными причинами. Во-первых, никакой войны с соседями давно не было, и жители чувствовали себя беззаботно, а вторая причина, не менее важная, так же очень мешала стражникам проявлять свою бдительность. Это была жара! Изнуряющая, многодневная, липкая, обволакивающая жара, не исчезающая даже к ночи.

В это время Крафт, старший охранник Малых Восточных ворот, как раз опустошал свою флягу, ругая во весь голос проклятущую жару.

— Смотри, Гуго, — обратился Крафт к напарнику, — какое чучело к нам идёт! Будем осматривать?

— Да что с него взять, ходят тут всякие попрошайки, — лениво ответил Гуго, который обессиленно сидел в тени у караульной будки, протирая взмокший лоб грязным платком. Шлем стражника небрежно валялся рядом, а тупая, давно не заточенная алебарда наглядно указывала гостям города на полное разгильдяйство в рядах столичных гвардейцев, а также среди их командиров. Крафт, с явным сожалением заглянув в горлышко пустой фляги, решил наконец заняться службой. Он подобрал свою железяку, по виду ничем не лучше оружия напарника, и небрежно, вразвалочку, направился к путнику:

— Стой, кто идёт? По приказу его Величества…

— Ай, Крафт, оставь ты свои придури, — раздался позади тоскливый голос Гуго. — Возьми пару монет с оборванца, и пусть он топает дальше… Лучше сбегай к трактирщику Вану, принеси кувшинчик эля.

— А с чего это я должен бегать? — вскинулся Крафт, вступая в перебранку с товарищем. — В прошлый раз я ходил!

— Забыл, что продул мне в карты? — усмехнулся Гуго. — Твоя очередь!

— У меня нет столько денег, — потупился Крафт. — Ван больше не даёт в долг. А жалованье выплатят еще не скоро…

— Возьми у бродяги, да все дела, — посоветовал Гуго, отодвинувшись подальше в тень.

Крафт, обрадованный дельным предложением, напустил на себя строгость и заорал страннику:

— Вход в Иртену, с сегодняшнего дня, пять монет! Если нет денег, проваливай отсюда…

К ногам стражника упала золотая монета, ловко брошенная путником. Выпучив от изумления глаза, Крафт торопливо подобрал монету, воровато озираясь по сторонам. Затем стражник суетливо побежал открывать ворота, низко кланяясь гостю:

— Ваша светлость, вы уж простите… Такая жара… Не признал сразу. Прошу вас… Осторожно, не повредитесь…

Наконец странный гость зашёл в ворота Иртены, а Крафт торопливо побежал к Гуго:

— Ты знаешь, кто это был? По меньшей мере — маркиз! А может, и герцог! Отвалил за вход золотую монету!

— Сколько? — резко выпрямился Гуго, быстро позабыв про жару и лень. — Целую золотую монету? Мы с тобой за три месяца таких деньжищ не увидим…

— Да тихо ты! Вот и я говорю… О, смена пришла, ребята топают в конце улицы. Всё, Гуго, поднимай свою тощую задницу и айда в трактир, закажем лучшее вино и жрачку… Дай Бог здоровья герцогу!

— Интересно, — задумался Гуго, — а почему он вырядился, как нищий? Что-то тут неладное!

— Какая тебе разница? — отмахнулся Крафт. — У богатых свои причуды…

Стражники отправились пропивать честно заработанный золотой, а неведомый путник, глядя им вслед, произнёс:

— Ничто не спрячет зверя лучше, чем шкура второго зверя…

Ему никто не ответил, лишь две кошки, напуганные рёвом оборотня, с пронзительными воплями шарахнулись в стороны…

Глава 7. Альфирин и Руперт

Отойдя от ворот, Арунгарх занырнул в ближайший переулок. Солнце ещё не скрылось, но в этом месте дома подошли очень близко к городской стене, оставляя узкий проход в полумраке. И хотя в теле оборотня Арунгарх прекрасно видел грязную мостовую, серые однообразные стены и редкие деревья, растущие за внушительными заборами, он поспешил выбраться из столь ненадёжного каменного мешка. На случай уличной стычки даже у него, бывалого воина, не останется шансов — проулок просматривается с двух сторон, а его шкура от стрелы не спасёт.

Вскоре он оказался перед крохотной площадью, где сходилось две улочки, и остановился в закутке, озираясь по сторонам. Прямо виднелись пустые торговые палатки, лишь какая-то бедно одетая девушка укладывала цветы, торопясь вернуться домой, да в стороне дремал старик — грязный уличный оборванец. Судя по полной корзине девушки, её день был неудачным… Внезапно над головой распахнулось окно, и кто-то щедро окатил Арунгарха помоями. От неожиданности он громко рявкнул, эхо отразилось от каменных стен, девушка вздрогнула и повернулась. Это была Урсула.

— Урхсуфэ, — обрадованно прорычал оборотень и побежал навстречу. Все эти дни, что он пробирался по лесам, его не отпускала мысль о судьбе друзей, и вот он их нашёл. Какая удача! Однако девушка отшатнулась, испуганно шепча и указывая куда-то за спину Арунгарха:

— Беги!

Воин стремительно оглянулся и замер — позади, перегородив улицу, стояли псы. Пять или шесть тварей. Огромные, сильные, злобные — из тех лютых монстров, что специально натаскивают для охоты на медведя или поимки преступников. Собаки-убийцы почуяли зверя и готовы были растерзать его. Знаменитые королевские псы не знали пощады, были неприхотливы, подчинялись только одному человеку, своему проводнику, обладали молниеносной реакцией, мощными клыками и свирепым нравом. Бывший гвардеец сразу признал эту породу. Не раздумывая, он кинулся через площадь, свернув на соседнюю улицу, и помчался, пугая редких прохожих. Псы шли по пятам…

Он бежал по улице, лавируя между овощными повозками. Волчьи шкуры мешали передвигаться, Арунгарх по пути стал избавляться от своей маскировки. И вот уже настоящий оборотень скачет по телегам, прыгает по ступеням домов, опрокидывает корзины и ящики, а за ним несётся толпа оскаленных демонов, производя по пути такие же разрушения. Арунгарх петлял и сворачивал в примыкающие улицы, где кружил по каменным дворам, напоминающим колодцы; продирался сквозь клумбы и кустарники, украшающие город…

Оборотень бегал очень быстро, но за ним неотступно следовали псы. Наконец в одном месте улицу пересекла каменная стена, вышиной в два человеческих роста. Арунгарх быстро вскарабкался и перемахнул её, оказавшись в уютном саду, позади небольшого домика. За стеной раздался возмущённый лай хищников, упустивших свою добычу, а вскоре к ним присоединились гортанные крики стражников, поднятых по тревоге. Теперь путь назад отрезан…

***

Старик на площади, который дремал на разогретых камнях, наслаждаясь тёплым вечером, поднял голову и криво усмехнулся. Всё это время, якобы неподвижный и равнодушный, он пристально наблюдал за Урсулой и Арунгархом. Когда взволнованная Урсула покинула площадь, старик тут же встрепенулся и коротко свистнул. Рядом появился смышлёный, шустрый парнишка с бегающими глазами.

— Вот что, Воробей, — обратился старик к юнцу, — проследи-ка за девкой. Сдаётся мне, тут можно неплохо поживиться. Странная парочка… там как есть оборотень. Я доложу Крону!

Мальчишка кинулся вдогонку за Урсулой, прячась за выступающими углами домов и повозками, а старик заковылял в другую сторону. Господин Крон должен знать, что творится в его городе! Самый известный и влиятельный в округе воровской главарь не может оставаться в неведении.

***

Уютный дом и незапертая входная дверь, словно приглашали зайти. Арунгарх навострил уши и замер у порога. Внутри тихо. Принюхавшись, он разобрал ароматы лаванды, чабреца и других вкусных травок. Хороший дом! Оборотень ещё раз втянул воздух ноздрями и удовлетворённо рыкнул — здесь нет следов воинов, а точнее тут совсем нет мужчин. Повезло! С одинокой женщиной всегда можно договориться. Женское сострадание, подкреплённое материнскими чувствами, это настоящее чудо. Он проник в дом и прислушался — рядом, за стеной чьё-то учащённое и прерывистое дыхание, сменяемое тишиной. Интересно…

Внезапно оборотень догадался. Ребёнок! В доме есть маленький ребёнок, который ворочается во сне. Либо летняя жара донимает малыша, либо он болен! Обычно дети спят очень тихо, сладко посапывая в кроватке. Заинтересованный оборотень, уже не скрываясь, толкнул дверь и заглянул в комнату. Небольшой очаг посредине комнаты, несмотря на уличную жару, был затоплен. В углу стояла кровать, на которой, действительно, спал ребёнок примерно полутора лет. Мальчик вёл себя беспокойно, разметав руки в сторону. Периодически его сотрясали приступы кашля, лицо малыша горело от жара, мокрые слипшиеся волосики обрамляли личико, искажённое страданиями.

Арунгарх бесшумно приблизился и потрогал лоб ребёнка. Так и есть, сильный жар! Оглянувшись вокруг в поисках снадобий, оборотень, к своему разочарованию, ничего не обнаружил. А надо лечить малыша! Жизнь в монастыре научила не только молитвам и чтению фолиантов. Жрецы дали своим ученикам и основы врачевания. Сам Арунгарх редко прибегал к помощи целителей, обладая хорошим здоровьем, но на всякий случай носил в пряжке пояса порошок ценного карфольского растения, избавляющего от разных недугов.

Аккуратно царапнув паука, Арунгарх сдвинул крышку и высыпал на ладонь несколько крупинок розоватого порошка. «Должно хватить», — подумал оборотень, озираясь в поисках воды. На столе был кувшин, а рядом с ним глиняная кружка, наполненная чем-то мутным. Понюхав содержимое, оборотень недовольно заворчал. Прокисший бульон! Кто же так лечит ребёнка с жаром? Он тут же выплеснул бульон, ополоснул кружку и наполнил заново. Затем стряхнул порошок и несколько раз покачал кружкой, растворяя крупинки. Но как напоить ребёнка? Он испугается, увидев мохнатого гостя. Кстати, где его мать? Почему она не сидит у постели больного? «Ладно, — решил оборотень, — потом разберёмся…» Осторожно приподняв голову малыша, Арунгарх стал потихоньку вливать лекарство. Мальчик тут же проснулся и жадно схватил кружку, выпивая её полностью. После этого он обнял Арунгарха, припав к его мохнатой груди, улыбнулся и вскоре уснул. Но это был хороший, ровный сон младенца. Жар пропал, приступы кашля больше не повторялись…

Малыш спал на лапах оборотня, а тот, боясь потревожить чуткий детский сон, угрюмо сидел на кровати, ожидая хозяйку дома. Неизвестно, как отреагирует мать, увидев своего ребёнка в компании зверя… Входная дверь открылась, кто-то зашёл в дом, и тут же у входа раздался истошный детский визг. Задремавший Арунгарх встрепенулся, разбудив ребёнка. Мальчик захныкал, но быстро успокоился и стал играть кожаной перевязью… От дверей раздался дрожащий детский голос:

— Ты… Ты хочешь съесть моего Руперта?

Руперт? Наверное, так зовут мальчика, решил оборотень. Он осторожно усадил ребёнка на кровать и встал, чтобы его было лучше видно, демонстрируя открытые ладони. Упрямо помотав головой, Арунгарх произнёс:

— Вау! Вау…

У входа стоял большой сундук. Наконец из-за него показалась рыженькая кудрявая головка. Девочка лет десяти настороженно оглядела Арунгарха, перевела взгляд на малыша, который беззаботно сидел на кровати и тянул ручки к оборотню. Убедившись, что брату ничего не угрожает, она вышла из своего укрытия и улыбнулась:

— Ты не умеешь говорить, как люди? Ты оборотень, да?

Арунгарх печально кивнул, а сестра Руперта продолжала допрос:

— И ты прячешься у нас? В городе стража ищет злого зверя… Его привёл колдун. Колдуна поймали, а зверь убежал. Говорят, он загрыз много людей! Но это ведь неправда?

Арунгарх пренебрежительно фыркнул. Он бы улыбнулся, если бы оборотни могли улыбаться. Вот они, людские слухи, рождающиеся на пустом месте. Загрыз! Только прибыл в город, а уже такая слава. Дурная слава! Но это не главное. Сейчас надо бы спрятаться, обождать и подумать. Арунгарх уже догадался, что трактирщика схватили. Плохо дело… Девочка засмеялась, приблизилась к оборотню и потрогала мохнатую лапу:

— А у тебя шерсть, как у волков… Я видела, папа приносил шкуру, — она внезапно погрустнела, и, тяжело вздохнув, добавила: — Недавно папа умер. Мы теперь живём вдвоём с Рупертом. А мамы у нас нет, она ушла к своему народу… Меня зовут Альфирин. А как тебя зовут?

— Арухфа, — ответил Арунгарх. Он не мог правильно произнести своё имя. По иронии судьбы в языке оборотней нашлось единственное подходящее сочетание слов. «Арух» означает говорить, «Фа» — хороший. Хороший оратор? Болтун! Ну да, Арунгарх любил поговорить…

— Арухфа? — переспросила Альфирин, утирая слёзы. — Ты хороший, я знаю… Пожалуйста, не уходи сегодня, они тебя ищут. Давай, я тебе расскажу про нас?

***

Дети были полукровками. Мать эльфийка без колебаний оставила их вскоре после рождения Руперта, поддавшись призыву своего народа — эльфы постепенно покидали Иртулан, уходя через порталы на далёкие острова. Вот только полукровок там не принимали… Их отец был портным и когда-то научил своему ремеслу дочь. Настоящее имя у девочки эльфийское. Полностью её звали Альфириниэль, что в переводе означало — дочь бессмертной. Но отец не хотел привлекать внимание к сомнительному происхождению и настоял, чтобы имя сократили на людской манер. Девочка привыкла, так и представлялась везде…

От матери Альфирин унаследовала дар распознавать добро и зло в людях, поэтому сразу доверилась Арунгарху. Маленький Руперт, в отличие от сестры, которую выдавали слегка заострённые ушки, больше походил на людей. Возможно, у него и были способности, но они ещё не раскрылись по причине возраста…

Расставшись с супругой, портной забросил ремесло, приносящее семье хоть и небольшой, но стабильный доход. С тоски он начал пить и быстро опустился, наделал долгов. Отец стал злобным, угрюмым, нередко бил детей и пропивал накопленное добро. Вскоре его зарезали во время пьяной драки в трактире. После смерти отца маленькая Альфирин зарабатывала на жизнь, мастеря тряпичных кукол и мелкие, простые вещи. Покупателей у неё было мало, люди избегали полукровок, и дети бедствовали… Накануне прихода оборотня Руперт внезапно заболел, и Альфирин побежала к знакомому торговцу снадобьями, чтобы выпросить лекарство. Жадный торговец отказал, вспоминая старые долги её отца. Девочке нечем было заплатить, торговец её прогнал…

Альфирин призналась, что сегодня дети ничего не ели. Лишь соседка, прознав о болезни Руперта, принесла ему кружку бульона… Острая жалость захлестнула сердце Арунгарха, он задумал выйти и раздобыть какой-нибудь еды. В былые времена воин изредка прибегал к воровскому ремеслу — ради детей не грех и вспомнить навыки. Денег у него не осталось, единственную золотую монету он вручил стражникам, чтобы проникнуть в Иртену. Интересно, а сколько дадут за кинжал? Надёжный, украшенный затейливой эльфийской резьбой… Арунгарх тут же вручил его Альфирин, объяснив знаками и короткими словами, что можно его продать, если оборотень не вернётся. Альфирин протестовала, отказывалась брать такую дорогую вещь, но Арунгарх не слушал. Наконец, поддавшись уговорам, девочка взяла кинжал, пообещав изучить письмена и расшифровать надпись. Оборотень дождался ночи, попрощался с детьми и ушёл на улицу.

***

Кварталы бедняков плохо освещались, но красть у них Арунгарх не захотел, решительно отправившись к центру города, где вокруг площади стояли богатые дома. Периодически по улицам проходили стражники, негромко переговариваясь и освещая себе путь факелами. Тогда Арунгарх прижимался к стенам или валился ничком, прячась в тени; выжидал время и снова крался по городу. Он впервые был в Иртене, поэтому немало поплутал по кривым, узким улицам, пока не вышел в центр. Здесь было много факелов и фонарей; несмотря на поздний час, то там, то тут попадались гуляющие пары или группы людей. Несколько раз чудом удалось избежать встречи с усиленными патрулями, где были егери с собаками. Арунгарх уже познакомился с боевыми псами Иртулана, повторять не хотелось. В такие минуты он хвалил себя за удачную мысль — перед выходом в город оборотень тщательно вывалялся в сточной канаве. Правда, запах от него стоял ужасный, зато и псам не учуять…

Случай представился совершенно неожиданно. Вдалеке показалась группа подвыпивших гуляк. Один из них, дородный верзила в бархатном чёрном плаще и дурацкой войлочной шляпе, тащил под мышкой объёмный свёрток. Чувствительные ноздри оборотня тут же распознали хлеб, ветчину, сыр… Пьяницы направились к двум уличным девкам, которые громко разговаривали и хихикали у фонаря, не обращая внимания на тёмную нишу позади, где затаился Арунгарх, А тот, воспользовавшись моментом, удачно переместился поближе и спрятался в подворотне, наблюдая за компанией.

— Охо! Ты погляди, какие красоточки стоят, — засмеялись гуляки. — Девушки, а давайте знакомиться!

— А у тебя деньги хоть есть, милый? Сперва покажи!

— Не бойся, кисуленька, не обидим. Всё будет!

Четверо молодых клиентов — по всей видимости, безалаберные отпрыски богатых горожан, нахально осматривали проституток, окружив их со всех сторон. Они сыпали скабрёзными шутками, похотливо улыбались… Началась обычная торговля. Сговорившись в цене, девицы примкнули к компании, и скоро все дружно удалились. И тут здоровяк, что тащил свёрток, приотстал, крича заплетающимся языком вслед друзьям:

— Вы идите, я догоню… Мне тут надо, в общем!

Пошатываясь, он направился в сторону Арунгарха и притулился напротив стены, неловко придерживая свой громоздкий кулёк. В подворотне раздался шум, короткая возня, сдавленный крик, тут же высунулась довольная морда Арунгарха. Оборотень поозирался и снова исчез в темноте. Через некоторое время из подворотни вышел массивный, сгорбленный человек, закутанный в красивый чёрный плащ. В одной руке, напоминающей при неровном свете фонарей звериную лапу, он тащил свёрток с едой, а второй придерживал широкую войлочную шляпу, которую низко надвинул на лоб. Человек почему-то не спешил вернуться к весёлой компании, с хохотом удалившейся прочь. Он всё время держался в тени, а вскоре совсем пропал из виду, быстро направляясь в сторону бедных кварталов… Неподалёку в подворотне, на земле очнулся несчастный, раздетый до белья щёголь, недавно оглушённый мощным кулаком оборотня.

***

Арунгарх долго мылся и скоблился у колодца, с наслаждением обливаясь холодной водой и фыркая от удовольствия. Наконец он вернулся в дом, где ждали дети. Альфирин как раз раскладывала по тарелкам скромный ужин, а маленький Руперт сидел на кровати, уплетая толстый бутерброд с сыром и ветчиной.

— Чу-чу, Руффе (кушай, Руперт), — с теплом произнёс Арунгарх, наблюдая за ребёнком.

— Фых, — внезапно ответил малыш. — Руффе хруфру чу-чу (да, Руперт любит кушать).

Это было до того неожиданно, что Арунгарх чуть не подавился. Он вопросительно взглянул на Альфирин. Девочка прыснула в кулачок, но чудом сдержалась и торжественно произнесла:

— Дар! У него проснулся эльфийский дар. Он теперь понимает животных и оборотней!

— Фых, — важно добавил Руперт, потянувшись к очередному куску.

Глава 8. Крон

Арунгарх ужинал, повернувшись спиной к детям. Оборотень стеснялся есть при людях, потому что делал это неаккуратно — лапы зверя и волчья пасть не позволяли. Правда, за последнее время Арунгарх уже привык к своему новому облику и всерьёз стал задумываться о том, что надо бросить поиски и смириться… Вот только мысли об Арвине не давали ему покоя. А теперь и дети! Конечно, можно пойти во дворец, попытаться объясниться, и остаться жить в Иртене. Арунгарх сильный, он может работать, может сражаться… Если получится дойти до дворца! Его убьют прежде. И что теперь делать? Вечно сидеть, прятаться в доме за спиной маленьких детей? А по ночам воровать еду у прохожих? Это не выход… Размышления Арунгарха были прерваны тихим стуком. Альфирин вопросительно взглянула на оборотня, тот согласно кивнул и спрятался сбоку от двери. Девочка побежала открывать, впустив в дом худого чернявого мальчишку с бегающими глазами.

— У меня письмо для оборотня. Пускай он выйдет!

С этими словами мальчик бросил скомканную бумажку и выскочил из дома. Альфирин подобрала письмо, ойкнула, взглянув на подпись, и присела на краешек кровати. Некоторое время девочка сидела молча, а потом заплакала и протянула бумажку. Арунгарх развернул послание, быстро прочитал и отшвырнул. Он стремительно бросился к своему поясу и мечу, уже протянул лапу к вещам, а затем, передумав, торопливо выбежал вслед за мальчишкой… В письме была короткая фраза: «Откажешься — убью детей. Крон».

Под Иртеной располагалась обширная сеть подземных переходов, пещер и катакомб. Одно время они пустовали, но потом их облюбовали воры, разбойники, душегубы и другой народ, который живёт в неладах с законом. Нынче всем иртенским сбродом управлял Крон, сын предыдущего главаря. Законный король по воровским понятиям. Воплощение хитрости, злобы, бесстрашия, холодного равнодушия и справедливости. И все эти противоречивые черты неплохо уживались в одном единственном человеке, наделённом к тому же недюжинной физической силой и незаурядным аналитическим умом.

***

Арунгарх очнулся прикованным цепями к холодной каменной стене. Когда он вышел из дома Альфирин, его обступили вооружённые люди, скрывающие лица под масками и капюшонами. Помня о записке, Арунгарх безропотно пошёл с бандитами, разумно посчитав, что ему хотят предложить какую-то сделку. Спутники молчали, лишь изредка перебрасываясь короткими фразами. Однако Арунгарх уже выяснил, что главаря зовут Крон, а живут разбойники в подземельях. Некоторое время группа направлялась во тьме, бандиты не зажигали факелы, и вдруг возле какой-то старой церкви Арунгарху из-за спины нанесли оглушающий удар, оборотень потерял сознание. Очнулся он уже в подземелье… Место, где его приковали, представляло собой каменный колодец с единственным входом. Вскоре послышались шаги, забрезжил свет. В помещение зашло трое человек. Один из них нёс в руках небольшой ларец.

Крон явился в сопровождении двух охранников, почему-то закованных в латы. Один из могучих телохранителей встал возле входа, а второй — позади Крона. Воин по прежнему сжимал в руках деревянную шкатулку, инкрустированную камнями. Крон приблизился к Арунгарху, держа факел на вытянутой руке. Он долго разглядывал пленника, а затем воткнул факел в кольцо на стене и откинул капюшон. К своему удивлению, Арунгарх увидел молодое лицо, никак не вяжущееся с титулом главаря всех воров и бандитов Иртены.

— Ты мне нужен, — начал главарь без предисловий. — Иначе пострадают дети, девушка и маг. Выполнишь моё условие, они будут живы. Всё просто… Ах, да, мой друг, я забыл, что ты не говоришь по-людски.

Крон обернулся к телохранителю и повелительно протянул руку. Воин откинул крышку ларца, извлекая какой-то металлический обруч, а точнее диадему. Главарь подошёл к Арунгарху и водрузил её на голову оборотня.

— Диадема Забвения! Делает из человечка безумного болвана… Но в нашем случае, как меня заверили, чары не так действуют. Любопытно будет проверить.

Крон отошёл на некоторое расстояние от Арунгарха и стал наблюдать. Арунгарх сперва ничего не почувствовал, но вскоре острая боль пронзила голову. Оборотень попытался стряхнуть обруч, но не смог. Какое-то время он терпел боль, но она становилась невыносимой, нарастала и нарастала… Арунгарх не выдержал и крикнул:

— Я сделаю всё, но ты дал слово!

— Они будут жить, — раздался насмешливый голос Крона. — Я даже помогу освободить мага из-под стражи… Хм, действительно, сработало.

«Что сработало? — подумал Арунгарх. — Кроме боли ничего». И тут его осенило. Он разговаривал с Кроном на языке людей! Желая проверить свою догадку, Арунгарх уточнил:

— Ты понимаешь мою речь?

— Конечно, понимаю… До тех пор, пока эта штука сидит на твоей голове. Чары скоро пропадут, но нам хватит, чтобы всё обсудить… Оставьте нас!

Крон даже не обернулся к телохранителям, но те послушно вышли за дверь. Когда замолкли шаги удаляющихся воинов, главарь улыбнулся и достал из кармана большой ключ. Отмыкая замок, удерживающий цепи, Крон, на удивление, добродушно проворчал:

— Потерпи эту диадему на голове, странник… Есть серьёзный разговор.

Он направился к противоположной стене. Постояв некоторое время, главарь взмахнул руками, раздалось гудение… и часть стены сдвинулась в сторону, открывая проход. Чудо! Крон обернулся:

— Мы идём или ты будешь размышлять о всяких глупостях?

Арунгарх последовал за разбойником, и они оказались в маленьком помещении. Жарко натопленный камин освещал комнату неверным, дрожащим светом. Посредине стоял круглый, приземистый столик, накрытый для двоих, а рядом — пара деревянных кресел. Устало опустившись в кресло, Крон указал оборотню на другое, затем пододвинул к себе бутыль.

— Выпей вина, — сказал главарь, наливая себе в тонкий бокал, а оборотню в большую глиняную кружку. — Чтобы у тебя не возникло лишних мыслей, любезно поделюсь информацией. Вчера вечером ты проник в мой город, спрятав морду под шкурами волков… Удачная мысль, но пьяные стражники болтливы, да и бегущего оборотня видели. Не трудно составить общую картинку, правда?

Арунгарх молча взял кружку и опустошил её. Вино было восхитительным, пряным и сладким одновременно. Такого не подают в обычных трактирах. Между тем, Крон продолжил:

— Оборотня заметили в компании одного трактирщика, которого потом упекли за решётку. Выясняется, что твой приятель — бывший маг. Забавно, не правда ли? Что связывает мага и оборотня? И зачем они пришли в Иртену…

— Тебя не касается, — глухо прорычал Арунгарх, которого уже стала раздражать эта надменная неторопливость. — К делу!

— Как скажешь, — пожал плечами Крон, — Я надеялся, что тебе будет интересно узнать про ругару…

— Ругару? Опять? — вскрикнул оборотень, вспоминая давний разговор. — Что тебе об этом известно?

Крон усмехнулся, разливая по второму разу:

— Королевский егерь Патрик очень ценит моего Гуммафа… Интересно, почему ты не умеешь превращаться в человека? Ладно, не суть. Мне нужны именно таланты зверя.

Голос Крона стал твёрдым и угрожающим:

— Скоро карнавал. Радомлан обязательно будет там присутствовать. Он предстанет перед народом в праздничном наряде, наденет свою знаменитую корону… Так вот, мне нужна эта вещь!

— Как я сниму корону с головы короля? — оборотень многозначительно постучал кривым пальцем по лбу. — Мне даже приблизиться к нему не дадут!

— А этого и не требуется, — засмеялся Крон. — Радомлан не глуп. На людях он носит фальшивку. Между тем, настоящая хранится во дворце, под защитой охранных заклинаний. Поэтому тебе потребуется помощь… Слушай меня внимательно, оборотень. Ты принесёшь мне древнюю корону Иртулана! Как ты это сделаешь, меня не касается. Можешь прихватить свою белокурую подружку. Она не так проста, как покажется с первого взгляда. Умудрилась прирезать пару стражничков и сбежать.

— Какая подружка? — опешил Арунгарх.

— Дочь колдуна.

— Так у неё есть…

— Деревенский увалень, которого соблазнила ведьма? А ты в курсе, что они и сдали твоего Арвина?

— Что взамен? — перебил Арунгарх, пытаясь отогнать мысли о предательстве Торка и Марилайи. — Дети?

— Я дал слово, — твёрдо ответил Крон. — Дети мне не нужны! Мало того, о них позаботятся, обещаю… Или скормлю псам, выбирай.

— Почему бы мне просто не свернуть тебе шею, пока мы одни? — тихо прорычал Арунгарх, сжимая лапы в кулаки.

— О, боги! Какие все наивные… Даже скучно. Смотри сюда!

Крон закатал рукав куртки, демонстрируя браслет:

— Магия. Я неуязвим. В общем, жду корону Радомлана… Кстати! Твоего дружка держат в Северной башне, но Орден о нём ещё не знает. Вот держи, пригодится, — Крон протянул увесистый кошель с серебром.

Арунгарх попытался что-то ответить, но издал лишь звериный рык. Чары рассеялись! Оборотень сорвал диадему и швырнул наземь. Успокоившись, он взял кошель и направился к выходу. Охранники накинули ему повязку на глаза, подхватили с двух сторон и долго вели извилистыми коридорами, спускаясь и поднимаясь по лестницам. Через некоторое время его отпустили.

***

Арунгарх оказался в тупике, где сходилось две городских стены. Прямо перед ним была стена караульной башни, перекрывшая весь проход. А за башней, в месте, где стоял оборотень, никаких дверей, окон, лазов не наблюдалось. Как его привели сюда из подземелья? Скорее всего, подумал оборотень, в стене есть замаскированный выход, такой же, как у главаря. Оборотень попытался нащупать скрытый рычаг, но ничего не нашёл. Солнце уже перевалило через зубцы городской стены, освещая всё вокруг. Иртена просыпалась. Теперь в городе полно людей, придётся идти напролом, рискуя встретиться с горожанами.

Почему бы не прогуляться поверху? Оборотню вполне под силу вскарабкаться на высокую стену. Правда, здоровенная мохнатая туша будет прекрасной мишенью для любого лучника! И тут его взгляд упал на плющ, который закрывал весь угол. Упрямое растение поднималось всё выше, цепляясь широкой полосой за шершавый камень, и доросло почти до верха. Можно спокойно спрятаться в зарослях, не привлекая внимания. Никто ведь не ждёт нападения изнутри. Стены древнего города были очень высокими, но Арунгарх, наделённый огромной физической силой, преодолел их…

Ему повезло, что стражники не проявляли должного рвения при обходе. Угол, где смыкались городские стены, оказался пустым, но здесь повсюду были навалены кучи битого камня, оставшиеся на стене со времён давних осад. Убедившись, что выбранное место не просматривается, Арунгарх спрятался за грудой камней, переводя дух и обдумывая дальнейшие шаги. Одна стена была очень длинной, и по ней передвигались фигурки стражников. Путь сюда заказан. Гвардейцы сразу заприметят оборотня. Другая стена выглядела привлекательней. Часть прохода перекрыта выступающей смотровой башней, в которой есть небольшая дверь. Там лениво бродил единственный стражник, который периодически уходил на ту сторону башни и снова появлялся. Улучив момент, оборотень в несколько прыжков преодолел расстояние до башни и встал за углом, ожидая стражника.

Молодой гвардеец не успел даже вскрикнуть, как сзади него взметнулась огромная волосатая лапа, сжатая в кулак. Уже второй раз в этом городе Арунгарх нападает на горожан… Убедившись, что стражник дышит, Арунгарх оттащил его в сторону и направился к башне. Обогнув угол, оборотень, к своему разочарованию, увидел такую же длинную стену, открытую для обозрения, по которой в разных местах ходили вооружённые охранники. Похоже, выход один — спускаться вниз по лестнице.

Арунгарх вернулся к гвардейцу и вытащил у него из ножен короткий клинок. Такими мечами очень удобно сражаться в узких каменных проходах, защищая подступы к городу. Оборотень потянул на себя ручку старой двери, та жалобно заскрипела, и перед Арунгархом открылась винтовая лестница, уходящая вниз… Выставив перед собой меч, оборотень стал осторожно спускаться.

Внизу раздались шаги. Кто-то поднимался по лестнице, напевая бодрую песенку. Услышав Арунгарха, стражник закричал снизу:

— Эй, кто там шумит? Уфар, ты?

— Фар, — ответил сообразительный оборотень.

— А почему ты не на посту? Я доложу командиру, так и знай!

Ретивый стражник поспешно спустился обратно. Где-то внизу хлопнула дверь. По всей видимости, гвардеец побежал к своему начальству, жалуясь на нерадивого товарища. Сейчас сюда поднимется командир. По опыту гвардейской службы Арунгарх знал, что командиры не любят устраивать разнос подчинённым в одиночку. Любому начальнику нужна публика, для поддержания своего статуса, офицер обязательно прихватит с собой пару крепких солдат. Встречаться с тремя вооружёнными гвардейцами не входило в планы оборотня.

Арунгарх надеялся, что военные здания строят везде одинаково. В карфольском гарнизоне из каждой башни было два выхода. Один их них проходил через караульное помещение на улицу, а второй — на крышу гарнизона. Это было спроектировано специально для того, чтобы при осадах у солдат была возможность манёвров. Однако в мирное время на крыше караульного помещения никто не дежурит. Там нет должного обзора, а стражник, по сути, будет бездельничать, получая такое же жалование. А это недопустимо! Оборотень решил рискнуть и спустился ниже, обнаружив запертую дверь на крышу. Но она была старая, ей давно не пользовались, и петли проржавели. Человеку с достаточной физической силой, а тем более оборотню, не составит труда выбить.

Арунгарх разбежался, насколько позволяла площадка перед выходом, и приложился плечом. Дверь с грохотом выпала на крышу караулки. Воин остановился, прислушался. Снизу никого, сверху никого. Выйдя на крышу, Арунгарх с трудом поднял массивную дверь, прислонив её обратно к проёму. Порядок! Пригибаясь, оборотень пробежал по крыше до противоположной стороны и осторожно взглянул вниз. А там, на каменной мостовой уже появились люди, редкие повозки…

Город жил обычной жизнью! Никто не обращал внимания на звериную морду, разглядывающую площадь с высоты. Неподалёку от караулки виднелся угол какого-то здания. От него пахло жареной рыбой, мясом, дешёвым вином, дымом… Это трактир, догадался оборотень. Как раз у стены трактира стояли большие пустые бочки. Скорее всего, трактирщик выставил их, ожидая поступления вина. Можно спрыгнуть с крыши, добежать и спрятаться в них, решил Арунгарх. Надо только пересечь улицу, не привлекая внимания горожан. А как? Тут люди везде.

Но и в этот раз удача улыбнулась оборотню. Из трактира вышли забулдыги, шатаясь и горланя залихватскую песню. По всему видать, ночка у них была весёлой. Арунгарх нашёл на крыше увесистый обломок каменной стены и метко швырнул его в голову бродяги, который ковылял впереди.

— Эй, ты чего дерёшься? — закричал пьянчужка, оборачиваясь к своему товарищу. — Ну держись у меня!

Он свирепо кинулся на своего мнимого обидчика, завязалась драка. А пьяное, неуклюжее побоище — это такое дивное развлечение и всегда желанное зрелище для горожан, поэтому вокруг бойцов тут же столпились люди, подбадривая их криками… Никто не заметил, как за их спинами пронеслась сгорбленная тень, направляясь за угол трактира. Оборотень быстро юркнул в бочку и задвинул над собой крышку. Ну вот! Теперь можно немного передохнуть, а к вечеру, если ничего не случится иного, надо выбираться в дом Альфирин и Руперта. Бедная девочка там, наверное, с ума сходит… С этими мыслями Арунгарх поудобнее устроился в бочке и незаметно для себя задремал.

Глава 9. Во дворце

Арунгарх проснулся от странных, булькающих звуков. Кто-то сдвинул крышку и теперь дышал на оборотня, заслонив собой небо. Судя по запаху, это был выпивоха. А если он надумал облегчить свой желудок в бочку? Этого только не хватало, встрепенулся Арунгарх. Он испуганно вскочил, отталкивая какого-то жирного монаха. Служитель недовольно замычал, исподлобья воззрился на оборотня, а затем икнул и рухнул ничком. Однако, духовное лицо прилично надралось, раз даже не сообразило, что перед ним оборотень… Заметив рядом фургон, воин с трудом подхватил толстяка, швырнул его внутрь и прыгнул следом. Закрывая полог, Арунгарх услышал разговор:

— Мам, там большой волк дядьку в фургон затащил.

— Ну что за глупости? — недовольно ответила мать. — Какие волки? Это костюм такой!

— Ух, ты… Как настоящий! — восхищённо прошептала девочка. — А мы вечером пойдём на карнавал?

— Ну, конечно! Ты разве не хочешь посмотреть на короля?

— Хочу… И огненных птиц хочу! Говорят, их в небо запустят.

«Костюм? Чудесная идея!» — обрадовался Арунгарх, мысленно поблагодарив маленькую девочку и её маму. Ради интереса он пошарил в фургоне, где нашёл корзину с разноцветными тряпками. Он тут же смастерил подобие наряда, украсив этими лоскутками голову и лапы. Вскоре, уже не скрываясь, оборотень гордо зашагал по улицам, сопровождаемый одобрительными выкриками и завистливыми взглядами горожан. Близился карнавал…

***

В сумерках на берегу озера, возле крохотного пирса, показалась сгорбленная фигура в балахоне. Мужчина тащил фонарь и большой мешок, из которого капала кровь.

— Ах, вы мои хорошие! Бубель принёс вам покушать.

Старик, сбросив мешок на землю, помахал фонарём. Вода возле пирса забурлила, появилось несколько оскаленных пастей. Это были редкие и кровожадные твари из дальних земель, чем-то напоминающие крокодилов. Бубель развязал ношу и стал бросать в озеро большие куски мяса. Крокодилы жадно хватали, уходили под воду, взамен выныривали новые… Вскоре вокруг старика плавало с десяток голодных хищников, а Бубель, смеясь, всё бросал и бросал мясо. Наконец мешок опустел, старик поднял его и торопливо засеменил ко дворцу. Старый, лысый, морщинистый Бубель много лет служил смотрителем королевского зверинца. Он кормил зверей, чистил им клетки, лечил их от всяких болезней. У него не было помощников, лишь иногда приходили гвардейцы, когда требовалось перевести какого-нибудь хищника в другую клетку.

Вдоволь позабавившись с этими очаровательными зверюшками, Бубель отправился к другому любимцу, который давно поджидал хозяина и в нетерпении ходил кругами по клетке. Увидев старика он радостно заскулил, запрыгал.

— Ну, малыш! Папочка здесь. Иди, погуляй, — старик открыл клетку и потрепал зверя. — Сегодня не так много стражников. Смотри, не кушай никого! А то в прошлый раз пропала маленькая девочка!

Огромный волк благодарно лизнул Бубеля и стремительно вырвался из клетки. Папочка разрешил погулять, но не принёс еды… Ничего! Глупая еда сама придёт к волку!

Волк бежал по парку, обнюхивая всё вокруг. В животе давно урчало от голода. В прошлый раз повезло, маленькая девочка шла на кухню с корзиной дурно пахнущих луковок. Никто даже не спохватился! Пару дней подряд волк бегал к трупу девочки, с наслаждением обгладывая его, пока жертва не протухла, потеряв привлекательность. Пришлось её закопать… Зверь вспомнил, как свежая алая кровь тоненькой струйкой вытекала из прокушенной шеи девочки, и даже взвизгнул от предвкушения. У-у-у! Ничего нет вкуснее человеческой кровушки… Внезапно донёсся странный запах. Что-то знакомое. Вроде человек, но пахнет волчьей грязной шерстью. Другой волк? Этого не может быть, он тут единственный в королевском зверинце! Надо прогнать чужака. Матёрый хищник низко опустил голову и помчался в сторону озера…

Королевский дворец стоял в парке на острове, посреди огромного озера. К городу вёл широкий мост, тщательно охраняемый гвардейцами, а вся территория парка была огорожена высокой каменной стеной. Разумеется, Арунгах легко её преодолел, пользуясь общей суматохой в городе. Сейчас он сидел на берегу, прячась в кустах, и разглядывал парк. Арунгарх давно вычислил маршруты стражников, наметив себе путь ко дворцу, а точнее — к длинному, приземистому зданию рядом. Оборотень прекрасно видел, как из него приходил старик с мясом, угощая водных тварей. Изначальное желание переправиться вплавь сразу пропало. Придётся идти в обход, поминутно прячась и озираясь…

По мосту проехала кавалькада из нескольких золочёных карет. За ней торжественно гарцевали воины в парадных камзолах, а следом двигались музыканты, оглашая парк пронзительными звуками трещоток, барабанов и труб. «Король Радомлан едет приветствовать свой народ», — подумал Арунгарх. Внезапно он услышал позади низкое, утробное рычание. Огромный волк выскочил из кустов и бросился на оборотня, повалив его в траву. Волк прыгнул на грудь, клацнув зубами возле шеи, Арунгарх увернулся, сгрёб волка.

Два зверя, хрипло дыша и рыча, начали бороться. Оборотень стиснул врага и держал его на вытянутых лапах, не позволяя тому приблизиться. В какой-то момент Арунгарх ухитрился задвинуть кулак глубоко в волчью пасть и уже не давал врагу возможности сомкнуть челюсть, а второй лапой вцепился в нос и резко дёрнул на себя… Раздался хруст, хищник взвизгнул и обмяк. Подобрав труп, Арунгарх широко размахнулся и бросил его в озеро. Крокодилы не стали долго ждать… Но тут в мозгу оборотня пронеслась шальная мысль. Если волк умер — да здравствует волк, значит! Арунгарх сорвал с себя все тряпочки, встал на четвереньки и побежал в сторону зверинца, старательно изображая волка. Между прочим, очень нелегко передвигаться на четырёх лапах, если ты всю жизнь ходил на двух…

Между тем, где-то в центре города начали запускать праздничный фейерверк, что очень помогло Арунгарху — ему удалось спокойно миновать стражников. Ретивые гвардейцы, словно малые дети, стояли с разинутыми ртами и смотрели на небо. А там взлетали яркие огни, расцветали огненные розы, плыли разноцветные корабли, порхали птицы… Королевские маги постарались на славу, сотворив удивительное чудо. Арунгарх мельком полюбовался и помчался дальше, опустив морду, будто настоящий волк.

Дверь была приоткрыта. Скорее всего, старый смотритель оставлял её для питомца, который возвращался после своих пиршеств. У входа горело два факела, их предусмотрительный Арунгарх тут же потушил. Дальше путь проходил по тёмному коридору. Слева и справа угадывались клетки, в них кто-то ворочался, хрюкал, визжал и орал. Много зверей насобирал король Радомлан для потехи…

Коридор немного загибался. В конце забрезжил неровный свет. Возле открытой клетки на стуле сидел Бубель и спал, уронив голову на грудь. А рядом дымил огарок свечи в глиняной чашке. Наверное, смотритель поджидал своего любимца и уснул. Арунгарх с омерзением лизнул руку старика и залез в клетку, специально создавая шум. Бубель проснулся, обрадованно приветствуя косматую тень.

— Вернулся, малыш? Вот досада, свеча погасла… Ну, ничего-ничего… Старый Бубель оставил тебе хороший кусочек телятинки в клетке.

Старик кряхтя подошёл и захлопнул дверь. Все клетки были устроены одинаково. Они легко захлопывались, а открывались единственным ключом, который Бубель носил на поясе… Смотритель не стал вновь зажигать свечу. За долгие годы он наизусть выучил все ходы и повороты зверинца. Шаги удалились, где-то хлопнула дверь.

— Не нужна мне твоя тухлая телятина, — проворчал Арунгарх, просовывая лапу с зажатым ключом через прутья клетки. Оборотень не зря остановился возле спящего старика. За краткое время он успел стащить ключ.

В соседней клетке кто-то возмущённо зашипел и зафыркал.

— Ты ещё кто такой? — пробормотал Арунгарх соседу. — Не признал волка?

Оборотень особо и не надеялся, что его поймут, но ему вдруг захотелось взглянуть на недовольного жильца. Он выбрался из клетки и направился к соседу. Из темноты блеснули яркие зелёные глаза, а через некоторое время появилась большая белая кошка… Подумав, Арунгарх открыл клетку. Неожиданный союзник очень обрадовал Арунгарха, да и кошка нисколько не возражала против освобождения. Она лениво вышла, потянулась и коротко мяукнула.

— Наверное, жрать хочешь? — добродушно зарычал оборотень. — Точно, я назову тебя Жралькой. А потом найдём тебе хозяев. Есть тут у меня одна милая девочка на примете.

Кошка снова мяукнула, выражая согласие.

***

Если бы сторонний наблюдатель увидел эту пару, он бы сильно удивился. Что связывает здоровенного двуногого волка и кошку? Жралька была очень крупной, даже огромной по меркам домашних кошек. В высоту она до колена среднему взрослому мужчине. В краях, где родился Арунгарх, в лесах водились подобные звери. Но там были лютые хищники с могучими толстыми лапами, увенчанными смертоносными когтями. А эта кошка выглядела весьма уютно и производила впечатление милого домашнего существа, если не обращать внимание на её размер. Арунгарх не стал задумываться об этих вещах. Кошка всё равно не расскажет.

Удивительно, но Жралька прекрасно понимала Арунгарха, хотя он разговаривал с ней на своём языке оборотня. «А что если поговорить с другими обитателями зверинца?» — мельком подумал оборотень и тут же отогнал эту мысль. Времени мало! По завершении праздника во дворец вернутся стражники, придворные, церемониймейстеры, слуги и прочая шушара, наполняющая дом любого правителя. Зачем привлекать лишних зрителей, разгуливая по королевским покоям в сопровождении дрессированных медведей, кабанов, пантер, орлов и… кто там ещё населяет зверинцы?

Для кражи королевской короны нужна не громогласная армия, а маленький мобильный отряд, способный незаметно пробираться в стане врага. Арунгарх — воин и бывший гвардеец. В облике оборотня он обладает достаточной силой и ловкостью. А кошка? Всем известно, что это быстрые, сильные звери, которые видят в темноте и бесшумно двигаются. Вот только получится ли у этой идеальной пары украсть корону древних королей…

Арунгарх и Жралька очутились в огромном зале. Зал был увенчан куполообразным потолком, подпираемым колоннами. Наверху, под потолком лежали толстые, массивные балки. Окон в зале не было, все стены занавешены гобеленами с изображениями сцен королевской охоты. Кое-где на стенах чадили факелы… Большой, полутёмный и пустой зал, в конце которого виднелась приоткрытая дверь, а по сторонам уходило два коридора.

Жралька тут же вскарабкалась по стене и перепрыгнула на балку, ободряюще мяукнув сверху. Кошкам привычнее сидеть на высоте и разглядывать окрестности. Арунгарх торопливо направился к противоположной двери, стараясь двигаться бесшумно — эхо в пустом зале тут же подхватывало любые звуки. А сверху, над головой оборотня, по балке двигалась огромная кошка, готовая незамедлительно выпустить когти при появлении врагов…

Кошка спрыгнула вниз, они толкнули дверь и сразу же столкнулись нос к носу с лакеем, который бежал по коридору, зажав подмышкой огромный окорок. Судя по растерянному виду, лихой слуга решил украсть еду, предназначенную для королевского стола. Хитрый лакей подгадал время, когда в замке будет меньше народа, но так незадачливо попался. В полутьме воришка не сразу разглядел оборотня, приняв его за кого-то другого.

— Ах, господин Журдо, а я тут… Вот, ножку свиную несу для гвардейцев Его Величества. Не подумайте, не украл! По распоряжению, так сказать! Пусть мне явятся демоны, если я вру…

И тут факел высветил Арунгарха и злорадную кошачью морду. Слуга отшатнулся, бросил окорок и убежал обратно, вопя изо всех сил:

— Демоны! Демоны!

Кошка не стала размышлять о странностях людей и незамедлительно приступила к еде, довольно чавкая и урча.

— Ну вот, Жралька, — обратился оборотень к подруге, — нам принесли жрать… Забавная игра слов. Давай, делись добычей!

Арунгарх поднял окорок, оторвав от него большой кусок и бросил кошке. А затем впился зубами в сочное мясо, точно так же чавкая и урча от удовольствия.

Через некоторое время оборотень опомнился:

— Слушай, кошка! Сейчас этот дурень поднимет панику! Судя по всему, он пришёл из кухни. Надо выбираться отсюда. Ты хоть меня понимаешь?

Кошка удовлетворённо муркнула.

— Отлично, — продолжил Арунгарх. — Возвращаемся в зал… Проверим остальные ходы. Ты пойдёшь первой. Не волнуйся, я рядом! Если что — мы их загрызём, так?

Жралька опять мяукнула, и друзья отправились обратно в большой зал, но, заслышав шум в боковом коридоре, убежали назад. Слуги или гвардейцы? Немного поразмыслив, оборотень решил двигаться на кухню. Там можно разжиться подходящим тесаком или большим ножом. Хотя Арунгарх и был в теле оборотня, но уже неплохо владел оружием, благодаря ежедневным тренировкам.

— Впереди кухня, — рявкнул оборотень. — Там сейчас много людей. Будем драться. Не бойся, это не воины, просто слуги.

Кошка в этот раз не ответила, что-то изучая в углу. Она обнюхивала пол и царапала его когтями.

— Что у тебя там? — спросил недовольный Арунгарх. — Некогда играть, пойдём!

Жралька возмущённо фыркнула и продолжила своё занятие. Оборотень снял со стены факел и приблизился к кошке. На каменных плитах чётко просматривалась глубокая борозда, которую царапала кошка. Она плавно загибалась и направлялась к смежной стене, очерчивая полукруг. Ход! Тайный ход, замаскированный плитами. Судя по обилию грязи, забившей щель, им давно не пользовались. Арунгарх присел у стены и насмешливо спросил у своей мохнатой подруги:

— Уважаемая кошка! Надеюсь, ты умеешь открывать тайные двери, поскольку сломать камень не под силу даже оборотню? Или ты знаешь, где механизм?

Арунгарх поднялся и решительно направился в коридор прислуги, буркнув на ходу:

— Пошли! Ты так и будешь сидеть? Знаешь, на какое-то время мне показалось… Нет, обычная кошка. Жаль!

Почему-то Арунгарх был уверен, что Жралька последует за ним. Однако, обернувшись, оборотень увидел кошку, которая уже успела вскарабкаться под потолок, где преспокойно разлеглась и демонстративно вылизывалась. Ей не было дела до людских проблем, она только что съела большой кусок окорока и хотела отдохнуть.

— Эй, кошка! — заорал Арунгарх, позабыв осторожность. — А ну, быстро спускайся и топай за мной! Я обещал найти тебе хозяйку, я сделаю это! Будешь упрямиться, мне придётся тащить тебя за хвост…

От громового окрика оборотня испуганная Жралька стремительно слетела с балки и повисла на гобелене. Древнее полотно не выдержало, и вот уже кошка заскользила вниз, раздирая по пути гобелен на кучу неровных полос. В какой-то момент ей удалось отцепиться от ткани, она изогнулась и перепрыгнула на факельный держатель. Хорошо ещё, что факел погас в тот момент, когда Арунгарх кричал… Под тяжестью кошки держатель повернулся, в углу зала раздался скрежет. Тайный ход открылся!

— Ага, — многозначительно произнёс оборотень, — тебе всё же удалось найти механизм. Ладно, прости, забудем ссору. В общем, другого пути у нас нет, идём в подземелье… Сейчас сюда прибегут стражники.

Арунгарх направился к тайному входу. Внизу виднелась винтовая лестница, а на стене, к счастью, торчал обычный рычаг, на этот раз ничем не замаскированный…

— Идём, кошка! — Арунгарх помахал лапой и спрыгнул вниз.

Жралька не стала упрямиться и последовала за оборотнем. Природное любопытство перевесило обиду… тем более, из подземелья чем-то заманчиво пахло.

Глава 10. Эти глаза напротив

Кошка юркнула вслед, зачем-то волоча за собой порванный гобелен. Люк плотно закрылся, в подземелье наступила кромешная тьма. Напрасно Арунгарх тёр глаза, всматриваясь вперёд, его чудесное ночное зрение не помогло. Если бы оборотень знал о законах оптики, он бы сообразил, что даже ночному зверю требуется хоть немного света, но тут он растерялся, думая, что ослеп, начал крутиться по коридору и внезапно столкнулся с какой-то фигурой. Судя по росту, это явно не кошка. Неизвестный взвизгнул, оборотень испуганно отскочил, выставив скрюченные пальцы, и приготовился к битве.

— Нет, постой! — раздался умоляющий женский голос. — Арунгарх, это я!

Впереди чиркнуло кресало, а вскоре приветливый огонь разогнал тьму, явив настенный факел, брошенный под ним кусок гобелена и… обнажённую Марилайю.

— Отвернись, — смущённо сказала девушка, прикрываясь руками. — Мне надо одеться.

Опешивший оборотень послушно отвернулся, уставившись в стену. Некоторое время позади раздавались шорохи, звуки разрываемой материи, а затем колдунья разрешила взглянуть. Не зря говорят, что истинная женщина из любой ерунды способна состряпать салат, скандал и шляпку, а в данном случае порадовать элегантным костюмчиком. Марилайя умудрилась порвать гобелен на полосы, смастерив из них подобие короткой юбки и туники. Арунгарх тут же залюбовался, но вовремя опомнился. Эта ведьма предала Арвина! Тогда, почему она здесь? Очередная ловушка? Оборотень угрожающе рявкнул и приблизился к девушке.

— Говори!

— Сперва извинись! — дерзко ответила Марилайя. — Кричишь на меня всю дорогу.

— Я орал на свою ленивую… — и тут до него дошло. — Кошка?! Опять колдовство?

— Нет, не колдовство! Я не предавала Арвина, — торопливо добавила колдунья.

— Так, стоп! — Арунгарх поднял лапу. — Ты что? Меня понимаешь?

— Конечно, я ведь ругару, — усмехнулась Марилайя. — Правда, из другого племени.

Судьба Марилайи во многом повторила путь Арунгарха. Много лет назад в отдалённом королевстве, расположенном где-то на островах, проводили облаву на жилище ругару. В отличие от соплеменников Арунгарха, местные превращались в кошачьих. У них там существовала интересная ступенчатая иерархия. Маленькие дети принимали облик обычных, но крупных кошек; подростки и взрослые оборачивались львами, тиграми, пантерами…

Малышке Марилайе повезло, её спасла и приютила ведьма. Она же разглядела в приёмной дочери магический дар. Долгие годы девушка жила у колдуньи, постигая навыки целительства, пока однажды не повстречала Арвина. Сильный, красивый и талантливый волшебник, выполняя очередное поручение Ордена, прибыл на острова, чтобы пополнить запасы порошка из редкого дерева Саарт. Этот порошок маги использовали в определённых ритуалах. Между молодыми людьми возникла симпатия, которая вскоре переросла в настоящую любовь.

Не желая расставаться с любимой, Арвин убедил Марилайю в необходимости дальнейшего обучения, забрал её с собой и представил наставникам. Девушка блестяще справилась с серией вводных заданий и была зачислена в ряды учеников Ордена. Однако Арвин вскоре охладел к своей провинциальной подруге, всецело отдавшись обучению, да и знатное происхождение не позволяло магу близко общаться с простолюдинкой…

Впрочем, последнее обстоятельство вскоре разрешилось, когда вдруг появился таинственный покровитель, предоставивший Ордену ряд доказательств, что его подопечная родом из известного дворянского клана. За прошедшие полвека все уже и позабыли, откуда взялась Марилайя, а сама волшебница, чтобы не привлекать внимания к своей звериной сути, упорно постигала магию и стала лучшей ученицей двух школ — иллюзии и целительства. Постепенно их дороги с Арвином разошлись, маг увлёкся Алтейей, затем в тайне женился, счастливая пара ожидала ребёнка.

После того, как Арвин разрушил магический колодец, прежний глава Ордена быстро одряхлел и умер. Магистры тотчас избрали нового архимага, а вскоре под управлением мудрого, жёсткого Калантариуса приступили к восстановлению потока, за несколько лет сформировав другой колодец. Правда, источник, полученный с таким трудом, был слабым. Теперь и речи не было, чтобы развивать магическую школу. Ряд энергетических барьеров пришлось ослабить, и миру вновь стали угрожать забытые древние боги, тёмные маги и монстры, ранее сдерживаемые за хрупкой гранью миров. Арвин, живя в отдалении, не сразу распознал слабые колебания растущей Силы, в итоге дар к нему так и не вернулся. Тем временем Орден дружно работал. Наконец магистрам удалось вычислить далёкий лесной трактир, куда и направили Марилайю в сопровождении трёх наёмников…

— Если бы я знала, что иду к Арвину, — вздохнула волшебница, — ни за что бы не согласилась. Но я поздно почувствовала его ауру, лишь на подходе к трактиру. И тогда я решила обмануть спутников, сотворив бурный поток, якобы, чтобы отрезать Арвину путь к отступлению. Но тут Урсула зачем-то вышла к поляне, наёмники её схватили. Дальше ты знаешь.

— Могла бы сама избавиться от них.

— Нельзя! Кодекс на крови! Очень трудно объяснять просто…

Простолюдину, что ли? Девушка забыла, что он воин и сам был наёмником? Арунгарх пренебрежительно фыркнул и широко разинул пасть, демонстрируя мощные клыки. Для оборотня подобная ухмылка сродни человеческой улыбке… Маги опять принимают его за деревенского глупца. Похоже, аристократический снобизм — их милая профессиональная черта. К чести Марилайи, она вовремя заметила реакцию и смущённо поправилась:

— Особая ритуальная клятва между магами и наёмниками.

— Я знаю кодекс. Ближе к делу!

Марилайя обрадованно кивнула и сразу нахмурилась:

— Нельзя отдавать иртуланский оберег.

— Кому?

— Выслушай, не перебивай… Много лет назад был один тёмный маг. Ради своей кровавой богини Тиамат он совершал мерзкие ритуалы, породив кучу тварей. Его победили и изгнали, вслед за ним ушла богиня. Корона — это защитный амулет. Если она попадёт в злые руки, мир рухнет!

Тиамат! Древняя безумная сторонница хаоса, тьмы и вселенского ужаса. Покровительница злобных монстров и ночной нечисти, к которой, кстати, относятся и оборотни. Обучаясь в монастыре, Арунгарх не раз слышал легенду о великой битве между силами добра и зла, что была где-то на заре времён, но всегда считал её красивой сказкой. Свирепая богиня, её жуткие демоны… Но при чём тут главарь?

— Крон? — уточнил оборотень.

— Сам по себе он пешка. Скорее всего, им управляет кто-то из старых магов. Лорд, который уже призвал Тиамат.

— Так она близко, в нашем мире? — Арунгарх почувствовал предательский страх, его шерсть вздыбилась, по телу пронеслась волна дрожи, но воин быстро пришёл в себя.

— Да, — вздохнула Марилайя, — она очень близко. Пока магии было полно, мы неплохо справлялись, но однажды Арвин разрушил колодец. Лопнула грань, и богиня вернулась, вселившись в тело ни в чём не повинной девочки. Ты даже знаешь её — сейчас она прячется где-то в городе и страдает от своего безумия.

— Грухорова мать! Это же Урсула, — догадался Арунгарх. — Бедный Арвин!

Арунгарх шумно выдохнул. Странная история. Главарь, а точнее его тайный покровитель, давно бы получил свой артефакт с такими возможностями. Но почему-то он не смог, ему понадобился оборотень. Быть может, колдун не так и силён? «Корона хранится во дворце, под защитой охранных заклинаний», — вспомнил Арунгарх. Вот оно… Стоп! Оборотни уязвимы к магии, проверено. Тогда в чём подвох? А всё просто — маг хочет с его помощью выйти на Урсулу и водрузить ей корону. А потом можно легко избавиться от оборотня. Развели, как слепого щенка! Загнали в ловушку. Откажешься — убьют детей. Согласишься — пустишь зло в мир…

— У меня нет выбора, — Арунгарх обречённо махнул лапой. — Альфирин и Руперт!

— Дети в безопасности.

— Да ну? И кто их защитит?

— Мы, верховный архимаг Калантариус с группой преданных ему магов.

— Почему я должен верить Ордену? А если и вы охотитесь за короной ради каких-нибудь колдовских штучек?

— Потому, что с нами твой друг, он же самый сильный маг Иртулана и наша единственная надежда. Арвин с нами, — торжественно произнесла девушка. — Перед лицом общей опасности никто не собирается ворошить прошлое.

— Арвин?! Вы дали ему Силу? Но без колодца её не вернуть. Тогда получается… — Арунгарх быстро сопоставил всё, что узнал в последние дни, — в тюрьме сидит кто-то другой?

— Торк, — хитро улыбнулась Марилайя. — Мальчик сам вызвался, он влюблён в Урсулу… Зря, что ли, иллюзией занимаюсь? Я воссоздала облик Арвина до мелочей, даже наложила слепок его ауры. Ни один маг не подкопается.

***

Великий Калантариус давно заметил, что кто-то ведёт двойную игру. После восстановления потока глава Ордена, прекрасно зная потребности магистров, тщательно контролировал расход магии и однажды выявил утечку, хорошо замаскированную охранными заклинаниями. Судя по всему, один из учеников сломал печати, открыв колодец, а дальше работал очень сильный и опытный магистр — архимаг не нашёл следов, несмотря на проведённые ритуалы, известные лишь избранным.

Сперва архимаг не оглашал свои подозрения, однако время шло, все попытки были исчерпаны и, усмирив профессиональную гордость, он обратился за помощью. В связи с давним уходом Арвина, Марилайя оставалась единственной, кому он мог довериться. Когда-то он помог бедной девушке, распознав истинный талант, и приютил её в Ордене. Он и был тем самым покровителем, предоставившим Совету мнимые доказательства благородного происхождения. Совет не возражал, девушка получила дворянский титул, хотя была крайне удивлена и даже не догадывалась о роли наставника.

Марилайя применила другой, более элегантный способ и вскоре вычислила магическую поддержку Крона. Неизвестный чародей, оставаясь за Гранью, сумел внедриться в главаря и теперь накапливал Силу, потихоньку претворяя свой план в жизнь. Изучив плетение охранных заклятий, девушка пришла к неутешительному выводу, что здесь используются древние алгоритмы, давно уже не практикуемые в Ордене…

— Ты хочешь сказать, что вернулся один из тёмных лордов и призвал своего бога? — Калантариус откинулся в кресле и жалобно добавил: — Девочка моя, надеюсь, ты ошиблась!

— Нет, учитель, — очаровательная, всегда улыбчивая Марилайя сегодня была бледной и испуганной. — Вы же знаете…

— Конечно, знаю, — архимаг тепло улыбнулся, — ты лучшая! В ритуале теней тебе нет равных. Кто идёт с магом? Хорошо бы Грухор. Он хоть и сильный бог, но тупой и предсказуемый. С ним мы справимся.

— Там не чёрное дерево, учитель, там волчья тень, — выдохнула Марилайя.

— Что?! Сама Тиамат? Великая Луна, храни нас! Ты нашла её пристанище?

— Да, какая-то девушка, живёт с отцом в лесу возле Лойсгара.

— Лойсгар? Забавное совпадение, — вполголоса пробормотал Калантариус.

— Простите, учитель?

— Ничего, ничего. Это я уж так, по-стариковски. В общем, девочка, мы должны опередить Тиамат. Срочно отправляйся и приведи мне эту несчастную селянку!

— Но…

— Не спорь! — Калантариус предупредительно выставил ладонь. — Бери наёмников, а если потребуются крайние меры, я даю добро.

— Хорошо, учитель.

Когда Марилайя ушла, в кресле ещё долго сидел осунувшийся старик и скорбно причитал, обхватив крупными ладонями виски:

— Тиамат, старая ты дрянь! Снова хочешь крови… Ах, хоть бы это была другая девушка, а не его дочь. Второй раз! Бедный Арвин, мой лучший ученик! Простишь ли ты своего недостойного учителя.

***

Арунгарх задумался. Жизнь сильно поменялась в последнее время. Он много размышлял, пока пробирался лесами к столице. Люди везде ненавидят оборотней, боятся их. Но звериная сущность даёт силу, ловкость, отличное здоровье. Хоть Арунгарх и привык считать себя человеком, но прекрасно понимал, что может не вернуть свой прежний облик, а это одиночество! И вдруг нежданная встреча с сородичем, таким же ругару. По счастливой случайности с той самой женщиной, о которой он постоянно думал со времён трактира. Ведьма, чародейка… ругару! Интересные дела, жизнь заиграла новыми красками.

На этом фоне спасение мира, почему-то, выглядело буднично, тут и без оборотня всё решится. В самом деле, жил Орден многие годы, боролся со злом — получалось худо-бедно, да и сейчас у них Арвин. Справятся поди… да и дети под присмотром. Вот только колдун обещал помочь с проклятием, но ему сейчас не до этого. Так, что теперь делать? Бросить и уйти? Арунгарх сильный и привык к вольной жизни, можно побегать зверюгой. Но теперь он не один! Оказывается, есть ещё ругару в мире. В том самом мире, где намечается интересная заварушка. Легендарная заварушка, если всё повторится как встарь. Так почему бы не примкнуть? Терять ему особо нечего.

— Ладно, — оборотень принял решение. — Что от меня хочет Калантариус? И не смотри так удивлённо. Не верю, что ты пошла за мной просто так. Есть работёнка?

— Прости, — смутилась Марилайя. — Нам нужен проводник в другой мир! Калантариус откроет портал. Я не могла выбрать момент…, а ты вон какой умный!

— Хватит! — рявкнул Арунгарх. И тут по загривку что-то проползло, а затем последовал укус. Арунгарх стремительно цапнул по шерсти, содрав и раздавив помеху. Блохи! Эти мерзкие твари уже достали. Он самозабвенно почесался, окончательно утвердившись в выборе: — Условия прежние! Я помогаю вам, вы избавляете меня от шкуры оборотня… или учите, как мне жить с этим. Сделали дело, разошлись. Принято?

— Принято, — торжественно ответила Марилайя, осторожно пожимая могучую ладонь с кривыми острыми когтями. — Я, Марилайя Анфилита Дайналиус, из рода Брузенхольвир, от лица верховного магистра Калантариуса призываю тебя на службу Ордену и готова скрепить договор кровью… Укуси меня, — внезапно попросила она, почему-то дрогнувшим голосом.

Укусить? Это мы запросто! Арунгарх горько усмехнулся. Значит, старинный кодекс на крови, когда маг и воин становятся побратимами на период сделки и готовы пожертвовать жизнью во благо общего дела? Обычно тут используют специальный нож. Он взял девушку за руку, повернув ладонью к себе, и осторожно клацнул зубами нежное, бархатистое запястье, где под тонкой кожей едва угадывались слабые вены, а затем, уже не церемонясь, укусил свою грубую, волосатую лапу. Двое ещё раз обменялись рукопожатиями, ритуально смешав кровь. Побратимы!

— Я, Арунгарх из Айвалгира, воин гвардии Карфола принимаю твою кровь и клянусь защищать тебя до исхода сделки! — рявкнул оборотень и вдруг, поддавшись внезапному порыву, вновь повернул ладонь девушки к себе, пристально разглядывая рану: — Прости, шрам останется!

— Пустяки, — улыбнулась Марилайя. — Я очень хорошая целительница, могу свести любой шрам… Но этот, пожалуй, оставлю.

— Почему? — Арунгарх задал вопрос, хотя уже догадывался, но до конца не верил внезапно нахлынувшему счастью, мечтая услышать это от девушки. Он стоял, глядел с надеждой в эти красивые зелёные глаза, а где-то под шкурой оборотня разгоралось давнее, позабытое чувство. Это она! Он шёл к ней, Арунгарх теперь не один! Быть может, у них всё получится?

— Я ведь такой же зверь, как и ты, — тихо ответила Марилайя, — и ждала тебя всю жизнь! Знаю, каково это — быть изгоем, прятать свою суть от других. Зверь с душой человека. Это очень больно! А когда ты разделишь свою боль с другим, становится легче. Быть может… у нас всё получится?

— Быть может, — так же тихо ответил Арунгарх, осторожно прижимая девушку к себе. — Но сперва, дела! Идём, пора спасать этот тщедушный мир!

Глава 11. Мужские забавы

В последние дни Арвин заметно сдал. Нет, со здоровьем у него было всё в порядке, но осознание того, что любимая дочь, пусть хоть и приёмная, является вместилищем Зла, не давало ему покоя. Горькая правда открылась ещё в трактире, и Арвину приходилось прилагать немало сил, чтобы коварная Тиамат ничего не заподозрила. Он по прежнему играл роль любящего отца, опекая и оберегая Урсулу в походе, но с каждым днём всё больше мрачнел и замыкался в себе.

Есть, конечно, выход из ситуации. Ужасный, но спасительный для всех — уничтожить носителя, и тогда в ближайшие годы богиня успокоится. Подобное не раз практиковалось в истории Ордена. Например, семнадцать лет назад. Тогда маги направили наёмников при появлении Тиамат в теле одной скромной волшебницы по имени Алтейя. Магистр Арвин так и не узнал истинных причин, посчитав, что ему завидуют. А сейчас, по обоюдному молчаливому согласию между ним и главой Ордена, прошлые дела не обсуждались.

Какой нормальный отец пойдёт на убийство ребёнка? Не лучше ли подождать, выпустив Тиамат, и затем нанести ей удар? Богиня не столь сильна, как в древности. Чтобы полностью воплотиться, ей нужен тёмный маг, а он уязвим. Магистры справятся, если объединят силы. В итоге Арвин заключил с Калантариусом, а точнее с его очаровательным эмиссаром Марилайей, своеобразную сделку и временно примкнул к Ордену, требуя гарантий безопасности Урсулы в обмен на своё участие.

Арвин, действительно, был самым сильным магом Иртулана, и возражений не последовало. Сейчас он методично накапливал Силу, с головой окунувшись в работу, да изучал древние трактаты. Правда, Арвин давно пришёл к выводу, что не нуждается в магии. Частые воспоминания о сотнях кровавых ритуалов ещё больше заставляли ненавидеть Орден… и себя самого за содеянное. Хотя он прекрасно понимал, что магия — это единственный шанс для дочери.

***

Однако, какая честь для обычного воина! Впервые на памяти Ордена кто-то из посторонних беседует с архимагом. Раньше это было строжайше запрещено древним магическим кодексом… Калантариус очень обрадовался Арунгарху и решил поручить ему интересную, но опасную миссию поиска других ругару. Для начала оборотень должен вернуться к разрушенной башне и проникнуть в соседний мир, где находится старый эльфийский маг, специалист по различным оборотням. К сожалению, Марилайя, несмотря на возникшие между ними чувства, не могла сопровождать воина. У лучшей чародейки было слишком много ответственных задач — на пороге сражение с тёмным лордом…

— Судя по тому, что мне предстоит сделать, — с тоской зевнул Арунгарх, — уйдёт чуть ли не полгода.

— Орден компенсирует все затраты, — сидящий напротив Калантариус озабоченно взглянул на песочные часы, отмеряющие последние мгновения. — Друг мой, ускоримся! Я вот-вот не смогу вас понимать.

— Я дал слово! Только успею ли к приходу Тьмы?

— Да, — горько усмехнулся старик. — Не буду утомлять лекцией о ходе времени в многомерных мирах. Вы вернётесь в тот же день… если выживете!

— Забавно, — прорычал Арунгарх, когда остатки песка завершили свой бег. Опомнившись, он торопливо содрал с головы Диадему Забвения, интересное устройство магов, позволяющее беседовать с оборотнями. Буквально на днях Арунгарх уже познакомился с ним в подземельях Иртены.

— Мы верим, — торжественно произнёс Калантариус, придвинув к гостю небольшой ларец. — И ещё… мне поручено передать вам.

Крышка, поддетая острым когтем, жалобно скрипнула, и оборотень недоумённо уставился на чеканный медальон с изображением герба Иртулана.

— Подарок от Его Величества. Отныне вы гость короля и можете беспрепятственно ходить по улицам.

Рядом со шкатулкой плюхнулся увесистый кошель, согревая душу приятным звоном монет. «Шикарные подарочки», — одобрительно хмыкнул Арунгарх, повесив медальон на шею. Всё-таки есть порой польза и от королей.

***

Расправив шерсть, чтобы медальон виднелся издалека, он задумчиво остановился за воротами Ордена. Если Калантариус сказал, что Арунгарху не нужно прятаться — значит, так оно и есть. Только не грех бы и проверить! Заметив группу стражников, оборотень решительно направился к ним, осматриваясь по сторонам на случай возможного бегства. Тут же засверкали мечи, но разглядев на волосатой груди королевский знак, гвардейцы неохотно убрали оружие и расступились. Действительно, под охраной короля! Обрадованный Арунгарх повернул в бедный квартал.

Вон и маленький домик с уютным садиком, правда, внутри никого. Наверное, Альфирин увела Руперта гулять. Он поискал своё оружие и обнаружил его в сундуке, аккуратно завёрнутое тканью. «Моя заботливая Альфирин», — с теплом подумал Арунгарх. Сверху лежали пояс, кинжал и согнутый лист пергамента, где корявеньким детским почерком было указано: «Дядя Арухфа, передай господину магистру Арвину». Развернув лист, Арунгарх увидел большой текст, правда, на эльфийском. Выходит, девочка знает Арвина? Вот и отлично, дети под защитой Ордена! Недолго думая, воин завалился на кровать и тут же уснул. Слишком много событий за последние дни! Даже оборотням нужен отдых…

Его разбудили громкие мужские голоса. Арунгарх подскочил, встретив насмешливый взгляд Арвина.

— Видишь, как всё закрутилось, — виновато буркнул Арвин и протянул руку. — Обещал помочь, а сам… Рад тебя видеть!

— Вставай, — от дверей раздался басовитый голос Торка. — У нас мало времени.

Он же должен сидеть в тюрьме! Арунгарх непонимающе переводил взгляд с одного лица на другое.

— Какая сейчас секретность, — вздохнул Арвин, направляясь к выходу, — если упустили лорда. Вот, готовимся к приходу монстров. Торк с егерями патрулирует в лесах.

— Это завтра, — охотник важно поднял указательный палец. — Сегодня в кабак. Одного еле оторвал от книжек, ещё и второго уговаривать? Пошли, Арвин!

— Арунгарх?

— Догонит!

Конечно, догонит! Для такого великого дела бывшего гвардейца уговаривать не нужно! Арунгарх быстро накинул пояс, прицепив меч и кинжал, подобрал записку и выскочил за дверь. На улице раздался испуганный женский визг, а следом успокаивающий мужской голос:

— Спокойно, дамочки! Личный гость короля… Ух, ну и рожа у тебя, приятель! Держи, угощаю!

Под дружеский смех по улице быстрыми скачками мчался довольный оборотень, размахивая подаренной ему бутылкой. Вот они, краткие моменты мужского счастья!

***

Несмотря на показное веселье, Арунгарх был озабочен предстоящим походом. С одной стороны, оборотень доверился Ордену, а с другой — Калантариус очень загадочная личность, его мотивы до конца не ясны. Например, дети теперь у него, но хорошо ли им там? Нет, прочь эти мысли! В животе урчит со вчерашнего дня. Не зря у многих народов мира есть такая поговорка: война войной, а обед по расписанию! Арунгарх махнул лапой и направился в заведение «Пчела и Дракон», увлекая друзей за собой…

Троица с шумом ввалилась в трактир, Арунгарх тут же протопал к стойке. Трактирщик, пухлый коротышка с живыми бегающими глазками, при виде оборотня сперва встрепенулся, втянув голову в плечи, но подавив испуг, вежливо спросил:

— Что вам угодно?

— Буф-буп, — рявкнул гость, красноречиво пощёлкав себя по шее, а потом указал на толстую оплетённую бутыль. Универсальный жест, который поймёт любой бармен. Немного подумав, Арунгарх растопырил три пальца. Гулять, так гулять!

— Оружие прошу сдать! — пискнул хозяин, разглядывая меч Арунгарха. — Правила!

Надо же, какое приличное заведение! Оборотень широко осклабился, расстегнул пояс и сложил перед собой. Бармен тут же сгрёб всё за стойку и облегчённо вздохнул:

— Кушать что-нибудь будете?

— Фых, — прозвучал весёлый рык, а по стойке забренчали монеты…

Изначальное веселье сменилось задумчивой грустью. Вот ещё одна бутыль подошла к концу, но разговор так и не клеился. Все трое понимали, что могут больше не увидеться… Торк где-то в стороне перебрасывался ленивыми фразами с парочкой стражников, Арвин читал письмо Альфирин, а сам Арунгарх, отвернувшись от зала, мрачно хрустел дичью, поглощая куски вместе с костями. Оборотень по-прежнему стеснялся есть в присутствии посторонних, а на их столик и так косились посетители. Многие уже слышали про этого необычного королевского гостя, а некоторым было дико сидеть в трактире и видеть рядом оборотня. Внезапно от соседнего стола отделилась грузная фигура и приблизилась к друзьям. Подвыпивший фермер или лесоруб… Простолюдин нетвёрдо стоял на ногах, от него разило дешёвым пойлом и чесноком. Вперив мутный взгляд в Арунгарха, выпивоха процедил:

— Эй, ты, выродок! Я к тебе обращаюсь…

Арунгарх отвернулся и флегматично подлил себе вина. Он не хотел устраивать драку и сделал вид, что не слышит угроз. Фермер не унимался. Он схватил со стола кружку и плеснул в морду оборотня.

— Встань, тварь! Или ты трусливая баба.

Арунгарх лишь фыркнул, но вдруг не выдержал и торжествующе рявкнул на весь зал, вспомнив добрые кутежи во времена королевской службы. Оборотень соскочил и оттолкнул громилу. Фермер упал на соседний стол, опрокинув кувшины и тарелки. Сидевшие там посетители не остались в долгу. Крепкие ремесленники подхватили пьяницу с двух сторон и раскачали, словно таран. Дружно ухнув, весёлые соседи швырнули здоровяка в сторону барной стойки.

Рядом обиженно заорал Торк. Вот он уже сграбастал первого попавшегося забулдыгу и с упоением молотил его по лоснящейся харе. В стороне, сквернословя и тряся головой, приподнимался с колен Арвин, которому от души досталось табуретом по спине. Хорошо ещё, что не вспомнил о магии, иначе спалил бы доброе заведение ко всем чертям. В трактире началась всеобщая потасовка. Эх, раззудись, плечо! Размахнись, рука! Ты пахни в лицо, запах кровушки! Настоящая мужская забава… Раздался звон битой посуды, шум падающего шкафа, а из-за стойки выскочил трактирщик, сжимая в руках короткую, крепкую дубинку. Видать, не впервой!

— Моё иллирийское вино, — завизжал толстяк, ринувшись в кучу дерущихся и раздавая удары налево-направо. — Убью, гады! На тебе, вот так, получи… Ах, ты кусаться? Вот тебе!

Через некоторое время Арунгарх и пьяница-фермер, прослезившись и помирившись, сидели в обнимку за столом и горланили какую-то похабную песенку. Они нестройно вопили, с упоением перебивая друг друга, и ничуть не стеснялись того, что поют и разговаривают на разных языках. Двое подвыпивших мужиков всегда договорятся и найдут общие темы для беседы. Разумеется, для очень важной беседы! Ибо самый гуманный и проникновенный в мире гимн со словами «ты меня уважаешь» любую пустую болтовню превращает в задушевный разговор… Вечер удался!

***

Арунгарх с трудом приподнял голову от стола. Занятная получилась пирушка! Как говорится — и нажрался, и подрался. Ух, весело было! Интересно, сколько времени он спал? Его размышления прервались с криком служанки:

— Эй, красавчик! Пора вставать, мне прибираться надо!

Какой ещё красавец? Это она к нему, что ли? Арунгарх встал из-за стола, лениво потянулся. Бойкая молодка охнула и стыдливо отвела глаза.

— Ну, хорош! Ты бы прикрылся, что ли? Вроде при деньгах, а ходишь в чём мать родила.

С кем она говорит? Всё ещё не понимая сути происходящего, Арунгарх схватил бутылку, выпив остатки… рукой схватил, не лапой! И тут до Арунгарха дошло — он снова человек! «Только без одежды», — опомнился воин, поспешно присев обратно. Как, почему? Возможно, повлияла попойка. А какое вино он пил? Хозяин что-то кричал про иллирийское. До конца не веря в происходящее, бывший оборотень с тоской оглядел разгромленный зал. Неплохо погуляли!

— Эй, подруга! Как тебя звать хоть?

— Сильва.

Она понимает! Он и правда человек!

— Угу! А где мои друзья?

— Господин магистр и такой славный мальчик? Под утро ушли, велели не будить.

— Послушай, Сильва. Я тут немного перебрал, в общем… Я заплачу! И мне бы тряпку, что ли, — смущённо пробормотал Арунгарх.

— Хозяин уже взял из твоего кошелька, — служанка протянула заметно отощавший кошель. — Оружие я с вечера прибрала, чтоб ни дай бог… Ладно, поищу какую-нибудь рванину. Будь здесь!

«Буду, конечно, — подумал Арунгарх. — Куда я без одежды-то денусь».

Сильва вскоре вернулась, сгрудив перед Арунгархом простые холщовые штаны, меч с кинжалом, широкий пояс и чеканный королевский медальон. Уф, всё на месте! Девушка тут же тактично отвернулась и подождала, пока воин оденется. Обернувшись к Арунгарху, служанка насмешливо произнесла:

— Ну вот, другое дело! Нечего тут смущать… А бедной девочке полагается подарок? За то, что сберегла вещи!

— Конечно, полагается, — Арунгарх полез в кошель. — Сколько я тебе должен?

Сильва нахмурила лобик и тут же рассмеялась:

— Вы, господин, шуток не понимаете? Зачем мне ваши деньги? Нет, чтобы поцеловать, например…

Арунгарх порывисто обнял девушку и расцеловал:

— Спасибо тебе, милая деваха! Ты не представляешь, как я тебе благодарен.

— Ой, всё, — Сильва отстранилась. — Хватит, увлёкся. Давай, беги! Удачи тебе, воин!

— И тебе, красотка, — мужчина нехотя разнял объятья и радостно выбежал на улицу…

Эх, друзья мои, как хорошо быть человеком! Арунгарх поглядел на небо, зажмурившись от яркого солнца, задорно чихнул и продекламировал:

— Как хорошо быть человеком! Как будто заново родиться. Вновь можно петь и веселиться… или прилюдно материться. М-да, совсем разучился петь. Ну-ка, попробуем ещё:

Вот город из камня. И я, словно жуть. Эльфийские дети укажут мне путь. Подземный король обманул, не помог. Коварному магу дадим мы урок. Вот снежная кошка, что рядом в бою. Кинжалу резному я песню пою. В повозке колдун, утерявший свой дар. К высокому роду открытый портал. И девочка, словно пугливая лань. Малыш, протянувший голодную длань. А люди на чудище кинут петлю, Под корень семью уничтожив мою. Ночь быстро добавит Иртене седин. Крадусь под луной совершенно один. Куда ты исчезла, в какие края? Моя Марилайя, подруга моя!

***

Всё-таки Арунгарх был не только воином, но и бардом. Былые способности возвращались к нему очень быстро. Однако, пора подумать о делах. Для начала неплохо бы раздобыть лошадку, пока он ещё в теле человека. Путь до портала неблизкий. «Ищи в Иртене родовой дом Брузенхольвир», — вспомнил Арунгарх напутствие Арвина и обрадованно устремился к центру города, где стояли богатые дома… Вот и массивный дом с каменной оградой, а у входа двое стражников. В отличие от городских разгильдяев, эти радовали взгляд чёткой выправкой, отличными доспехами и безупречным оружием. Заметив приближающегося бродягу, суровые стражники тут же загородили путь.

— По делу?

— Меня зовут Арунгарх.

— Хм, парень, ты не похож на волчару, — нахмурился вояка. — Ждали оборотня. Пароль!

— Откуда мне знать? — вскипел Арунгарх. — Топай и доложи хозяйке. Только я теперь не оборотень, а человек!

— А орёшь, словно зверюга… Как звали кошку? — внезапно сменил тему стражник, хитро усмехаясь в усы.

— Жралька, — выпалил Арунгарх.

— Именно! Проходи, — второй охранник уже распахивал калитку. — Снаряжение во дворе, лошадь осёдлана. И советую заглянуть на кухню. У нас сегодня отменное жаркое.

— Так вы и правда ждёте? — Арунгарх облегчённо выдохнул. Одной проблемой меньше!

— Конечно… Да мы тебя сразу узнали, побрякушка приметная!

— Устроили тут, понимаешь, — незлобиво проворчал Арунгарх, пригибаясь в низкую арку. — Вот скажи, зачем?

— Скучно, — флегматично пожал плечами воин.

— Ясно. Хозяйку могу увидеть?

— Нет! Велено встретить, собрать, накормить.

— Жаль, — протянул Арунгарх и отправился на кухню.

Глава 12. Заброшенный мир

Ближе к ночи, когда наконец-то спала жара и угомонилась надоедливая мошкара, в лес заехал всадник. Древняя тропа с благодарностью приняла путника, отвечая на каждый шаг коня гулким перестуком. Этот мягкий звук копыт вместе с тусклым свечением бронзового фонаря и разбудил старого облезлого ворона, недавно прикорнувшего на вершине большой кривой берёзы. Птица, как и в прошлый раз, недовольно нахохлилась, встрепенулась, передвинувшись на ветке, и уставилась вниз.

Опять он? Дежавю! Тот же самый длинноволосый, бородатый странник, мерно покачивающийся в седле и напевающий под нос что-то тягучее и унылое. Человек, который однажды отчаянно сражался здесь с полчищем чёрных тварей. А сейчас он, по всей видимости, направляется к разрушенной эльфийской башне, где по-прежнему горит портал в другой мир. Сам Арунгарх, изрядно вымотавшийся за время путешествия, устало сжимал поводья, задумчиво глядел на тропу, вспоминая недавние события, и совершенно не обращал внимания на большую взъерошенную тень, которая давно следовала по пятам, перелетая с дерева на дерево…

Вот и башня! И хотя верховный маг Калантариус клятвенно заверял, что Арунгарх вернётся в этот же день, воин расседлал своего верного скакуна, с которым провёл последнюю неделю, и тепло попрощался с ним. Мало ли что говорят маги, а лошадку жалко! Закинув походную сумку за плечи, он решительно направился в зал, где висело тускло поблёскивающее марево, торопливо шагнул в круг, чтобы не думалось лишнего, и исчез. А чуть позже оконный проём заслонила большая серая фигура с распростёртыми крыльями.

Старый ворон торопливо впорхнул внутрь и приземлился перед золотым туманом. Задумчиво склонив голову набок, птица некоторое время ходила по кругу и разглядывала манящую колонну света, а затем, хрипло крича, юркнула в портал вслед за ушедшим странником. И тут зал погрузился во тьму. По досадной случайности завершилось действие удивительного магического прохода, и он пропал, оставив Арунгарха на другой стороне. Правда, у воина появился отличный напарник с огромными крыльями, сильными когтями и крепким клювом — седой пернатый друг, внезапно изъявивший желание помочь человеку…

Сам переход Арунгарху не понравился. От магических порталов он подсознательно ждал каких-то приятных чудес или ярких эффектов, но всё прошло буднично. Сперва встретила упругая плёнка, в которую он начал проваливаться. Казалось, будто затягивает в кисель, а затем у воина резко заложило уши, перехватило дыхание. Ощущение было схоже с тем моментом, когда ты выныриваешь с глубины. Движешься буквально секунды, но думаешь, что этому не будет конца — скорее бы пробить толщу воды и глотнуть свежего воздуха. В один миг Арунгарх даже забылся. Лишь где-то отдалённо блуждала мысль, что надо идти и обязательно придерживать свой заплечный мешок.

Сколько прошло времени? Миг, а может быть, вечность? Подавленный и измученный воин вышел среди диковинных развалин, густо заросших ползучим кустарником. В этом мире тоже была ночь, поэтому Арунгарх принял самое верное решение — сбросив мешок, он блаженно прикорнул возле него, не обращая внимания на твёрдый каменный пол, и сразу уснул… А утром окрестности огласил раздосадованный рёв оборотня. Опять! После той памятной пирушки с друзьями он ни разу не превращался и в тайне надеялся, что избежал проклятия. Как известно, чудес не бывает! Вдобавок выяснилось, что и портал закрыт.

Ранним утром неизвестной эпохи, в одном неизвестном мире, из руин старого каменного дома, упорно преодолевая растительный заслон, свирепо завывая и чертыхаясь при этом, вышел огромный двуногий волк. Точнее, это был оборотень, одетый в просторные холщовые штаны, подпоясанные широким кожаным ремнём с пряжкой в виде паука. Сбоку на перевязи красовался длинный узкий клинок из светлого металла, за пояс был заткнут бесполезный теперь эльфийский кинжал, а за спиной возвышалась массивная походная торба. Хищная пасть, словно угрожая лютой расправой, была широко раскрыта, хотя на самом деле это довольная ухмылка. Оборотень Арунгарх вышел на тропу, чтобы бороться с Судьбой за место в новом мире.

***

— Чёрт бы побрал эти кустарники, — ворчал Арунгарх, с трудом пробираясь из разрушенного дома сквозь колючие заросли шиповника, или дикой розы. — Не понимаю, почему красотки так обожают их. Ну да! Цветочки милые, не спорю. Но эти мерзкие колючки меня доконают… Ого! А это что такое?

Кусты немного расступились, и Арунгарх увидел странную блестящую конструкцию. Профессиональное любопытство тут же заставило приблизиться к объекту и тщательно всё рассмотреть. Отбросив колючие ветви, воин обнаружил четыре колеса, на которых возвышалась небольшая платформа с сиденьем.

— Это такая хитрая колесница, — догадался Арунгарх. — Забавная штуковина! Интересно, а куда они цепляют лошадь?

Арунгарх ещё раз изучил диковинную карету, но так и не обнаружил креплений.

— Непонятно… Как она вообще оказалась в зарослях? Или вы хотите сказать, что она приехала сама? — оборотень посмеялся над нелепым предположением, но тут же нахмурился, увидев следы от колёс: — А ведь действительно, без лошади! Чудеса… Нет, не чудеса — другой мир!

Выходит, здесь широко используются различные механизмы. Очень интересные дела! Самодвижущиеся повозки, надо же!

— Техногенные миры, — вслух повторил он термин, услышанный некогда от Арвина. Кто бы мог подумать, что тот практиковал кровавые культы в молодости…

— Стоп! — устыдился бывший вор, оборвав самого себя в рассуждениях. — А какая тебе разница, Арунгарх, чем занимаются маги в своих академиях? Школа у них такая, значит!

Он тут же успокоился. Нечего осуждать других людей, когда и сам не без греха. Арвин нормальный мужик, рассудительный. И остальные ребята тоже молодцы! Жаль, что не пошли вместе. Арунгарх тяжело вздохнул. Если бы здесь находились Арвин, Торк, Урсула, Марилайя…

— Марилайя, — с нежностью повторил он, — я вернусь, обещаю, всё получится! Но пока надо заняться другими делами… Посмотрим, не пригодится ли мне эта повозка?

Арунгарх взгромоздился на сиденье и начал изучать панель, утыканную различными кнопками и рычагами…

— Значит, ты ездишь сама? Хм… посмотрим, — он крутанул руль и заметил связь с поворотами колёс. — Ага! Тут большой рычаг, а эта штука вместо поводьев. Удобно! Так, а ключ зачем?

Подумав, он повернул ключ. Нога затекла, воин случайно переместил её на одну из нижних педалей… Внутри повозки что-то заурчало, она ожила, дёрнулась назад, заставляя Арунгарха поспешно убрать ногу и подпрыгнуть на сиденье. Чуть не вылетел! Может, ну её, эту дурацкую карету? Однако природная жажда знаний и тяга к приключениям не давали покоя. Минут через пять Арунгарх повторил эксперимент, но в этот раз был готов и придавил педаль. Удивительная телега рявкнула, резко сдвинулась с места, шустро выкатила из кустов и понеслась назад, набирая скорость…

— Тпру, стой, скотина! — испуганно заорал воин, готовясь выпрыгнуть на ходу, и тут его нога упёрлась во вторую педаль. Раздался противный визг, повозка остановилась. — А, вот оно что! Всё понятно. Ну-ка, проверим!

Арунгарх передвинул большой рычаг, убрал ногу с тормоза и выжал газ. Машина стремительно рванула вперёд и, проломив широкую тропу, скрылась в густых колючках, откуда посыпались проклятия и жалобное скуление исцарапанного зверя… Вскоре из кустов плавно выкатила окончательно прирученная самоходная телега, за рулём которой восседал счастливый оборотень, облачённый в удобную кожаную куртку, найденную им на заднем сиденье. Машина немного покружила возле развалин и устремилась полевой дорогой к виднеющимся вдали строениям.

Поначалу Арунгарх двигался рывками — боялся разогнаться и поминутно тормозил. Но дорога была ровной, видимость как на ладони, руль послушно крутился в лапах. Оборотень быстро вошёл во вкус, оценив по достоинству все удобства своей чудесной колесницы, и прибавил скорость. С любопытством разглядывая окрестности, Арунгарх так увлёкся процессом вождения, что не сразу заметил состояние этого городка. И лишь потом обратил внимание на разрушенные дома и следы запустения вокруг. Судя по всему, город был мёртвым уже много лет.

***

Машина внезапно остановилась, издав напоследок жалкий всхлипывающий звук. Арунгарх подёргал рычаги, но не добился успеха. И тут ему на глаза попался красный огонёк с изображением то ли ящика, то ли шкафа, от которого отходила толстая верёвка. А его раньше не было, Арунгарх мог поклясться в этом! Глупая, несуразная картинка, но что-то в ней знакомое. Где он встречал подобный символ? Не на той ли жестяной штуковине, разящей горным маслом, которую Арунгарх приберёг для розжига, но пока ещё не додумался, как её открыть? Точно! На заднем сиденье лежала массивная железная коробка, а вернее бочонок, внутри которого булькало, а сбоку обнаружился рисунок.

И тут он вспомнил, как много лет назад его бродячая труппа давала представление в подземном мире. Там было шикарное застолье, а затем Арунгарх случайно проник в штольню, где увидел механизм, работающий на горном масле. Правда, коренастые гномы, ретиво охраняющие свои секреты, быстро выгнали подвыпившего человеческого юнца, которому приспичило по нужде свернуть в боковой тоннель. Ну конечно! Как он мог забыть самоходную вагонетку, куда эти угрюмые подземные работяги заливали вонючую жидкость? Быть может, повозку надо покормить? Хорошо, а где у неё рот? Арунгарх выбрался наружу и принялся методично осматривать и обнюхивать свой транспорт.

Рот оказался сбоку, спрятанный за маленькой квадратной дверцей. Взору Арунгарха предстала внушительная заглушка из металла, которую он сперва натужно пытался тянуть на себя, как извлекают пробки из бочонков, и в какой-то момент сильно сжал ладонями, повернув вокруг оси. Пробка заскрипела, легко сдвинулась. Арунгарх продолжил вращение и уже вскоре разглядывал металлический цилиндр с винтовой резьбой. Точно такие же канавки были и на горловине.

— Очень удобно! — одобрительно кивал башкой Арунгарх, теперь уже играючи заворачивая и выворачивая пробку. — Сидит плотно, открыть легко. Надо подкинуть идею ремесленникам.

Вскоре содержимое канистры перекочевало в бак, повозка радостно фыркнула при заводе, привычно забурчала и резво покатилась дальше, петляя среди заброшенных домов и унося на себе ухмыляющегося оборотня, второй раз за день победившего диковинный механизм.

***

Солнце, стоящее в зените, безжалостно палило и привычно освещало свой диковинный мир, как оно делало это миллионы лет подряд. Многоголосый хор птиц, жужжание насекомых, ласковый тёплый ветер… Природа берёт своё. Скоро на этой земле не останется никаких следов человека. Дома разрушатся, дороги раскрошатся, и всё зарастёт. Быть может, здесь снова появится разум, но это будут совсем другие существа. Ну а пока оборотень любовался маленьким, некогда уютным провинциальным городком — мощёные дороги, ажурные кованые заборчики, интересные вывески, фигурные скамейки и старинные чугунные фонари. Если опираться на земную хронологию, исчезнувшая лет сорок назад цивилизация достигла уровня девятнадцатого века…

Арунгарх долго катался по городу, разглядывая обветшалые кирпичные строения — жилые дома, а также аптеки, трактиры, мастерские и магазинчики, густо заросшие плющом. Периодически он останавливался, заходил в здания, пытаясь отыскать какие-то следы, но кроме пыльной мебели да проржавевшей и сгнившей утвари ничего не встречал. Город закончился. Арунгарх миновал старый каменный мост, перекинувшийся через небольшую быструю речку. Дорога петляла меж деревьев, впереди виднелось отдельное строение, и скоро Арунгарх оказался на пустыре, где сиротливо ожидал серый, мрачный особняк — длинное, приземистое бунгало.

Массивная дверь была не заперта, оборотень зашёл внутрь и обнаружил в дальней комнате давно истлевшего и усохшего магистра, судя по роскошной мантии, сидящего в кресле у стола, заваленного фолиантами… Порывы осеннего ветра из выбитого окна взметали остатки длинных волос на черепе, обтянутом высохшей кожей, а мумия неведомого магистра небрежно сидела, полуобернувшись к выходу, и словно приглашала случайного гостя к беседе.

***

— Интересно, кто ты такой? — задумчиво пробормотал Арунгарх, ощупав характерный удлинённый череп. — Вижу, что эльф, и даже не простой, а родовитый. Одежонка вон какая богатая… Уж не тот ли волшебник из башни?

— Гру-ум, — утвердительно раздалось от окна, что заставило Арунгарха вздрогнуть от неожиданности.

Снаружи сидел большой седой ворон, который пытался проникнуть через узкий оконный переплёт. Птица встряхнулась, разинула клюв и повторно произнесла:

— Гру-ум!

— Я тебе сейчас покажу хрум-хрум! Надумал полакомиться мертвечиной? А ну, кыш отсюда!

Почему-то Арунгарх считал, что птица, испугавшись громогласного рыка оборотня, тут же скроется, однако ворон за окном лишь подвинулся, наклонившись вперёд, и задумчиво уставился на стол, где в ворохе исписанных листов блестело что-то круглое.

— Ага, вот оно что! Ты хочешь эту штучку? — Арунгарх даже не удивился поведению птицы. Мало ли как оно бывает в жизни — подумаешь, разумный ворон! Есть много в этом мире, друг мой Гуго… Он проследил за взглядом и обнаружил хитрый медальон, где на чёрной и отполированной, словно зеркало, поверхности сплелись в узел две золотых змеи, а по низу шла непонятная надпись. — Нет, парень, она мне самому пригодится.

С этими словами Арунгарх надел медальон, а ворон взмахнул крыльями и обрадованно запрыгал на окне. Вдруг в голове оборотня раздался какой-то шум, а затем появился голос:

— Наконец-то он сообразил… Надо же быть таким тупым болваном! Измельчали людишки!

— Ого! А штучка-то магическая, — Арунгарх торопливо снял медальон и испытующе поглядел на птицу: — Это был ты?

Ворон многозначительно кивнул, а оборотень, уже догадавшись в чём дело, перевёл взгляд на зловещую фигуру в кресле.

— И здесь тоже ты? Старый эльф-отшельник, который пропал много лет назад, верно?

— Гру-ум!

— Но как ты понимаешь мою речь? Я ведь оборотень, — Арунгарху стало любопытно. Вдруг этот плешивый говорящий ворон и есть его цель?

— Глупый, надменный мальчишка! Я посвятил изучению вашего народа не одну тысячу лет! Разумеется, я прекрасно понимаю твой язык. Ты просто не можешь постичь всей мудрости…

— Так, хватит! — рявкнул оборотень, а сорванный медальон полетел на пол. — Будет меня ещё учить выживший из ума старик. Я и без твоих советов обойдусь.

— Прости, юноша, — тихий, извиняющийся голос. — Я постараюсь впредь… Клянусь тенью Первородной матери!

— Не понял?! Я же выкинул медальон.

— Пока он рядом, могу… Прошу, надень. У нас очень много дел!

— Ладно, — хмыкнул Арунгарх и подобрал медальон, — но сперва ты расскажешь о себе.

***

Имя его было слишком вычурным для человеческого уха, и союзники договорились на сокращённый вариант — Иллионтрэл. Старый маг много лет посвятил изучению ругару, однако в мире их осталось ничтожно мало. Решив поискать в соседних мирах, он сотворил портал, наложив на него ограничения — пройти мог только он сам либо ругару, включая и злобных оборотней Корониуса.

— Я ошибся и запустил оборотней в наш мир! Мог бы исправить, но здесь нет магии. Моё тело одряхлело, и вскоре я умер.

— Почему не вернулся?

— Пытался, но прошёл только мой дух. Теперь я ворон.

— Ясно! И что ты предлагаешь?

— Есть идея…

Глава 13. Вечный герой

План был прост. Учитывая многомерность оборотней, когда их тела находятся в разных мирах, а между ними кочует душа, Иллионтрэл предложил зеркальный вариант. Надо проникнуть в персональный закрытый карман, где хранится второе тело, а оттуда выйти в смежную реальность.

— На бытовом уровне это выглядит так, — старый маг перелетел на стол и начал методично ходить взад-вперёд, излагая постулаты межпространственных перемещений: — Представь две комнаты, в одной стоит шкаф. Обычно оборотень открывает дверцу, внутри меняет костюм, а точнее тело, и возвращается. А мы пойдём вперёд, сломаем заднюю стенку! Если магу нужно сотворить портал, то у вас, оборотней, это врождённое умение. Скорее всего, ругару так и поступили.

Иллионтрэл приводил доводы, пытался оперировать вычурными формулами, но Арунгарха интересовала лишь практика — сперва надо залезть в шкаф.

— Ты всё вспомнишь, если будешь послушным учеником. Я научу!

— Отлично! Как я выйду в соседний мир? Желательно во плоти, а не в виде призрака.

— Потребуется много энергии, — сидящий напротив ворон, переминаясь с ноги на ногу, смущённо опустил голову. — Тут есть одна неприятная вещь… В общем, придётся сделать выбор.

— Говори!

— Сейчас твоя энергия распыляется на два тела, это очень затратно, барьер не одолеть!

— Значит, пожертвуем одним, — быстро сообразил Арунгарх. — У кого больше шансов пробить грань?

— У оборотня, — грустно выдохнул маг. — Он сильнее энергетически. Но это ведь навсегда!

Вот и ответ. Все его попытки, все сокровенные желания скинуть тёмное проклятие разбились перед жёсткой необходимостью выбора. Он навсегда останется оборотнем, но при этом приведёт за собой армию отличных бойцов и поучаствует в спасении родного мира! По сути, выбор очевиден. Перед ним возник образ Марилайи. Девушка смотрела и нежно улыбалась, но вскоре исчезла, ободряюще кивнув напоследок. Она знает и ждёт! А надо ли ему ещё что-то? Почему он решил, что носит проклятие? Жизнь оборотня — это истинное благо, его родовая сила и предназначение. Значит, так тому и быть!

— Я всё равно пойду! — твёрдо произнёс Арунгарх. — Там мой народ!

— Наконец-то ты принял себя, Король!

— Что?! Что ты сказал? — Арунгарх навострил уши и потряс головой. Показалось, может?

— Ты король ругару, — торжественно произнёс Иллионтрэл. Он подскочил ближе и аккуратно клюнул оборотня в левое плечо. — Вот здесь родовая печать. Её не видно под шерстью, но от мага не скрыть!

— Это какой-то бред!

— Разве твой приятель тебе ничего не сказал? — ворон укоряюще покачал головой. — В книге всё было!

В книге? В какой ещё книге? «Эй, воин, а ты веришь в судьбу?» — внезапно вспомнилось Арунгарху. Арвин знал с самого начала! Вот же хитрый гад! Ух, попадись он ему, и тогда… Оборотень крепко обнимет старого друга, ибо на его долю выпало немало лишений. И ещё многое предстоит. Хоть Арвин теперь единственный сильный маг в Иртулане, а может быть, и во всём мире, ему не справиться одному.

— Ну хорошо, — громогласный рёв и торжествующая ухмылка. Конечно, воин не придал значения словам Иллионтрела. — Займёмся учёбой. Обещаю, колдун, я буду послушным учеником!

***

Иллионтрэл не обманул и вскоре научил Арунгарха произвольно менять облик. Оказывается, всё дело было в сломанном кинжале с эльфийской резьбой. Как понял Арунгарх, это древний магический артефакт, где в рукоятке запечатан скрытый механизм, передвигающий символы. Когда ворон прочёл надпись, он тут же разразился проклятиями и с помощью Арунгарха правильно выставил руны. Удерживающий энергетический барьер был снят, осталось дело за малым.

Несколько дней они посвятили методике погружения в своеобразный транс, и Арунгарх вспомнил! Наконец-то он может проникать в хранилище и даже затаскивать туда вещи: свой широкий пояс, серебристый меч и эльфийский кинжал. На другое личному порталу не хватает энергии, как пояснил Иллионтрэл.

Ментальные практики — дело хорошее, но оборотню надо думать и о массивном зверином теле, которое постоянно хочет жрать. К счастью, неведомая катастрофа, полностью избавившая этот мир от людей, не затронула животных. Что здесь на самом деле произошло, Иллионтрэл не знал, он явился позднее… Учитель с учеником охотились на пару, с упоением раздирая и пожирая прямо в лесу очередного несчастного оленя, припадая зубами или клювом к сочным кровоточащим ранам, а затем жадно проглатывая оторванные куски вкусного, свежего и тёплого мяса.

Старый эльфийский маг, несмотря на весь гуманный подход, присущий его народу — любовь к природе, гармония с миром и прочее, полностью разделял гастрономические взгляды оборотня. Если ты застрял в теле зверя, значит, надо питаться как зверь. Только не забывай при этом свою человеческую суть! Да он и не забывал! Честная душа воина внимала советам, жаждала действий и стремилась на помощь к своим друзьям. Она активно постигала новые знания, неумолимо подводя хозяина к нелёгкой проблеме выбора и переходу в новый мир, где Арунгарх надеялся встретить собратьев — древних оборотней ругару.

***

Тёмное крохотное помещение, освещаемое лишь горящим порталом и тусклыми сизыми сполохами от гладких полупрозрачных стен. Сейчас за ними кромешная тьма, хотя оборотень точно знает, что там другой мир, он даже чувствует его дыхание. Скоро, заполучив новые силы, Арунгарх продавит, проломит эти стены…

В центре на каменном постаменте лежит мужчина. Высокий, сильный рыжебородый воин с длинными волосами. На вид ему около сорока лет, его лицо спокойно и безмятежно. Кажется, мужчина просто спит, хотя на самом деле это пустая, бездушная оболочка — его душа сейчас внутри оборотня, который разглядывает своё второе тело, сжимая в лапах эльфийский кинжал.

Сегодня он пришёл в последний раз, проведя перед этим немало дней в заброшенном городе, где восстанавливал утраченные в детстве навыки. Перед уходом Арунгарх, уступив настойчивым просьбам, сжёг высохшее тело своего мудрого наставника вместе со всеми рукописями и фолиантами. Вскоре друзья разошлись, напоследок угрюмо полюбовавшись на грандиозный пожар в доме. Оба прекрасно понимали, что больше никогда не встретятся — ворон полетел в сторону дальнего леса, желая прожить там остаток дней, а оборотень отправился в новый мир…

Сама процедура обмена выглядела довольно буднично, в последние дни Арунгарх нередко развлекался подобным образом — достаточно положить ладони на постамент, и вскоре ты уже наблюдаешь перед собой звериную тушу вместо человеческого тела. А позади горит портал, куда можно вернуться в любом облике. Можно, но решение давно принято.

Серебристый кинжал стремительно опускается на грудь мужчины. Арунгарх кричит от боли, падает рядом с постаментом, теряет сознание. Он только что, по сути, убил сам себя. Теперь он окончательно зверь, хоть и с человеческой душой! Очнувшись, воин видит перед собой багровые пульсирующие стены. Он делает усилие, встаёт. Продавливая тонкую грань, упрямый оборотень идёт вперёд. Стены истончаются — появляются запахи, слышатся шорохи. Арунгарх делает шаг навстречу новому миру…

***

Разноголосое пение птиц, мягкий шум ветра, неясный говор в стороне. Пряные запахи лесных трав и нагретой смолы. Поблизости журчит ручей, пробегая среди каменных валунов. Яркое солнце нещадно бьёт в глаза, лапы и спина затекли. А ещё неподалёку жарят мясо, судя по дразнящему аромату. Арунгарх очнулся, обнаружив себя привязанным к дереву где-то в лесной глуши. Он зарычал, захрипел, а за спиной послышались грузные шаги и возня у корней. Кто-то пытался развязать верёвку, и, судя по недовольному ворчанию, у него не получалось. Порыв ветра принёс запах мокрой волчьей шерсти. Оборотни! Такие же, как Арунгарх. Трое, судя по оттенкам запахов.

Наконец верёвки спали, Арунгарх повалился наземь, а над ухом послышался голос, а точнее рёв оборотня:

— Не делай глупостей, чужак!

Прямо перед ним стояло два молодых оборотня, направив на пленника короткие, странные палки. Третий вышел из-за дерева и присоединился к товарищам.

— С палками против воина? — рявкнул Арунгарх, пытаясь встать. — И кто? Какие-то юнцы? Где ваш…

Он не успел сказать. Раздался гром, на конце одной палки вспыхнуло пламя, а рядом с воином в ствол что-то стукнуло, выбив приличный кусок коры. Всё произошло очень быстро.

— Это громобой, оружие, — раздалось от троицы. — Под шкуру легко заколотит гвоздь… А может, и насквозь пролетит.

— Я уже понял, — примирительно сказал Арунгарх, поднимая лапы. — Мир, ребята! Я вас искал.

— Откуда ты пришёл? Ты не из нашего мира!

— Из Иртулана! Но я родился в Карфоле!

Юнцы недоумённо переглянулись, обменялись короткими звуками, смысл которых Арунгарх не уловил, и дружно опустили палки. Один из них выступил вперёд и неуверенно спросил:

— Где ты взял меч доблестного Олара?

— Что значит, где взял? — вскипел Арунгарх. — Это мой клинок! Подарок старого короля за верную службу.

— Назови своё имя!

— Арунгарх из Айвалгира. Гвардеец Карфола и…

— Последний король ругару, посланный богами, чтобы спасти наш народ, — торжественно закончил юнец. — Древнее пророчество не врёт! Тебе и правда триста лет?

О чём говорит этот зверёныш? Выходит, Иллионтрэл был прав — у местных есть давнее пророчество. Сколько, они сказали, лет прошло? Интересные причуды времени… Неважно! Он вернулся к своему народу, который все эти годы жил в изгнании. Честные ругару ждали, верили, что однажды придёт герой и поведёт их за собой. Вот и настало твоё время, король… Арунгарх медленно встал, расправил плечи.

— Мои сородичи! Я много лет жил среди людей, лишь недавно почуяв зов крови. Я люблю этот народ всем сердцем, всей душой! Они бывают разные, поверьте! Сегодня Зло пришло в наш родной мир! Существа, которые некогда выгнали нас, теперь просят о помощи. Давайте забудем старую боль, протянем им лапу дружбы. Помните, что и в нас горят светлые души! Вернёмся и сокрушим подлинное Зло. Человечество поймёт свою ошибку, и мы снова будем жить рядом, как братья. Два разных народа с общим миром, с общей судьбой! Пойдёте ли вы со мной?

***

— Дедушка Арвин, — маленькая Вильяна уютно устроилась на коленях старика, с любопытством уставившись на стол, где лежала рукопись, — а что ты сейчас пишешь?

— Сказку, девочка. Добрую сказку о героях и волшебниках.

— А ты мне расскажешь?

— Ну конечно! Слушай…

Много лет назад на земле жили ругару. Существа, которые умели превращаться в волков. Они были добрые и жили по соседству вместе с людьми, эльфами и другими народами. Однажды в мир пришёл злой колдун, сотворивший злых оборотней. Страшные оборотни стали нападать на людей, а люди посчитали, что это проделки мирных ругару. За несчастными древними жителями началась охота во всех королевствах. Их ловили, уничтожали, а ругару ничего не могли сделать. Они покидали родные земли, уходили в леса, прятались.

В далёком северном королевстве Карфол, где ругару нашли свой последний оплот, жил король Олар. Раньше он был злобный, кровожадный и славился жестокими расправами над ругару, но однажды старая ведьма открыла ему тайну его происхождения. Оказывается, он сам был оборотнем, позабывшим своё умение превращаться. Олар очень сильно переживал. Он пытался спасти остатки народа ругару, но они всё равно ушли, открыв себе проход в новый мир.

— Олар стал хорошим?

— Да! И однажды он встретил молодого воина. Ведьма рассказала, что этот воин — последний король народа ругару, который должен спасти мир. Старый Олар подарил Арунгарху свой меч и научил его всем премудростям воина. С тех пор у ругару появилось пророчество, что когда-нибудь придёт храбрый герой с королевским мечом и спасёт их народ. Так и случилось. Арунгарх долго скитался и даже не знал, что он оборотень, пока не встретился с волшебниками.

— А волшебники? Они что делали? — девчушка посмотрела на деда своими изумительными синими глазами, точно такими же, как у её матери Урсулы.

— Волшебники? — нахмурился Арвин. — Они тогда охраняли мир от злых чудищ, жили в магических башнях и черпали магию из волшебных колодцев.

— А дальше?

— Однажды один сильный волшебник обиделся на всех своих учителей и разрушил магический колодец. Добрые волшебники не смогли поддерживать защиту, и в мир проникли злые чудища.

— Ух, — девочка прижалась к деду, зажмурила глазки и пролепетала: — Страшно как… Их победили? Да?

— Конечно! Храбрые ругару вернулись и помогли людям.

— Их привёл Арунгарх?

— Да! Он смог проникнуть в далёкий мир, где нашёл сородичей и повёл их за собой. Они явились и сокрушили Зло. Была Великая битва, и там плечом к плечу сражались все народы. Рядом стояли волшебники и воины. Добрые оборотни и эльфы. Коренастые пещерные гномы и даже злобные, угрюмые орки. Все вышли против настоящего зла и победили… Война продлилась несколько лет.

— А где сейчас ругару?

— Они утратили свой дар и теперь больше не оборотни. Просто разумные двуногие волки. После той битвы они вернулись в Карфол, где живут и сейчас. Честный и отзывчивый воин Арунгарх вместе со своей женой Марилайей стали первыми ругару, возглавившими объединённое королевство людей и добрых оборотней. Они мудро правили несколько лет, но однажды открыли волшебный портал и покинули наш мир.

— Жалко! И куда они ушли?

— Где-то в других мирах люди тоже страдают от зла. Арунгарх — вечный странник, вечный герой. Он идёт туда, где нужна его помощь. А с ним рядом его красавица жена, добрая волшебница.

— Но ты же говорил, что волшебников больше нет?

— В нашем мире их больше нет, колодец закрылся, но в других мирах магия осталась… Ты забыла, что к нам сегодня приедут дядя Руперт с тётей Альфирин? Беги и помоги маме на кухне.

— Угу, — девочка соскочила с колен и побежала к выходу. Обернувшись на пороге, она вдруг испуганно спросила: — Тогда… Получается, сейчас у Карфола нет короля?

— Почему? Крон! Он очень умный и хороший! Когда-то злой колдун пытался захватить его разум, но колдуна победили. Теперь в Карфоле новый король, и он дружит с нашим Радомланом.

— Как интересно! А ты потом мне ещё расскажешь?

— Разумеется, малышка! Это очень длинная история, там много и других героев. Всё, беги к маме!

***

Арунгарх очнулся на полу в просторной белой комнате.

— Наконец-то, — прозвучал невидимый голос.

— Кто ты? — оборотень вскочил, но никого не нашёл. — Это ты послал мне зов?

— Да! Меня зовут Наргалус.

— Зачем я тебе нужен?

— Твоя сила, твоя воля, твоё умение проникать в другие миры. Вот герой, который поможет людям. В своём мире ты завершил миссию.

— Хм… Опять работёнка, опять странствия? Где моя жена?

— Вы скоро встретитесь. А пока слушай…

Много лет назад во Вселенной жили архтанги — творцы, воины и исследователи, которые устроили межгалактическую экспансию, заселив сотни планет. Умеющие управлять Хаосом и Созиданием, наделённые поистине безграничными возможностями, они творили иные вселенные, порождали жизнь, поддерживали порядок, путешествовали во времени, проникали в другие измерения… В какой-то период произошла катастрофа, всколыхнувшая все реальности. Заигравшись глубинными материями и первозданными стихиями, архтанги начали воевать между собой. Древние боги покинули Вселенную… Но тут появился Наргалус, искусственно созданный организм. Он создал закрытую реальность и стал привлекать людей или других существ с уникальными характеристиками для путешествий между мирами. Так родилась организация координаторов под названием «Квинта».