Альманах

Королевство Сервантас

Большая круглая комната была окутана мраком. По мягким пыльным коврам чуть слышно разносился звук медленных шагов. Старый Часовщик повыше поднял трехногий подсвечник с длинными витыми свечами. Осторожные, мерцающие на фитилях огоньки осветили ближайшее пространство.

- Ноа, мы пришли, - прошептал мужчина и прижал дрожащую ладонь к карману пальто.

Часовщик прошёл вглубь комнаты и остановился рядом с белым сервантом. Широкий, с отполированными дубовыми досками и винтажной золотой росписью, он являл собой произведение искусства достойное стать украшением императорского дворца.

За стеклянными створками было множество полочек. На них расставлен изумительной красоты цветной хрусталь. Бокалы, фужеры и крохотные вазочки словно кружились в прекрасном вечном вальсе. Грани хрусталя переливались яркими искрами под тёплым светом свечей и все это великолепие отражалось в зеркальной стенке серванта.

Взгляд старика остановился на алом хрустальном кубке украшенном каменьями граната. Сокровище стояло на самой верхней полке и гордо возвышалось над остальной посудой, подобно тому, как король стоит выше всех в своём королевстве. От кубка во все стороны отходили красные лучи и, казалось, что он утопает в алой крови.

Мужчина тяжело вдохнул спертый воздух и обернулся. Позади стояли старые, как он сам, часы. Они уже давно были сломаны. Стрелки застыли на одиноких цифрах, звук курантов никогда более не разрежет мёртвую тишину.

Часовщик опустил ладонь в карман и достал серебряный брегет. По карманным часам шла гравировка хрупких лилий. Он открыл крышку часов и в комнате заиграла печальными колокольчиками мелодия маленькой шарманки, встроенной в механизм.

Мужчина поставил подсвечник на пол и открыл створки серванта. Зеркало внутри пошло едва заметной рябью. Часовщик с отеческой любовью посмотрел на поющий брегет и ласково провел пальцами по заводу часов.

- Я верю, что ты справишься, Ноа. Но, пожалуйста, помни: Время безгранично. Это не значит, что что-то когда-то произойдёт. Это означает, что всё когда-нибудь действительно произойдёт.

Твёрдая сухая рука прошла сквозь зеркало и аккуратно положила часы на полочку с другой стороны.

Часовщик закрыл сервант и сел на пол рядом со сломанными часами. Закрыв глаза, он постарался выровнять дыхание и успокоить сердце. Впереди ожидание длиной в три дня.

***

- Шарль... - выдохнул имя, давно потерянного друга, Ноа.

Тонкий, даже худой юноша в неприметном сером костюме закрыл брегет и убрал во внутренний карман пиджака. Музыка шарманки стихла.

Ноа огляделся, он знал что его друг должен быть где-то рядом, но в богато украшенной комнате не было больше никого.

- Женская комната?

На зеркальном столике находилось множество драгоценных украшений и пудр. На полу лежали пышные платья, рядом с крепкой дверью валялись осколки разбитой вазы. Из-за неприметной двери, ведущей, скорее всего в ванную, доносился приглушенный плач.

Юноша замер в нерешительности, но все же толкнул незапертую дверь. На полу, обняв колени, сидела красивая девушка с длинными красными волосами. По её нежному лицу, обращённому на закрытое витражное окно, текли слезы.

- Простите, мадемуазель, вам знакомо имя Шарль?

Девушка вздрогнула и обернулась, смотря на гостя с изумлением и явным интересом. Она не боялась его, наоборот утерла маленькой ладошкой слезы и приветливо улыбнулась.

- Что вы имеете в виду, говоря "имя"? - спросила она, поднялась на ноги и оправила воздушное белое платье.

- Имя - это то, как вас называют.

- К сожалению я не знаю ни одну посуду или статуэтку с таким названием, - покачала головой незнакомка. - Я Фарфоровая Дева, а вы?

- Я... Серебряный Брегет?

- Приятно познакомиться, но почему же вы так неуверенно говорите? Неужели сомневаетесь в том, кто вы? - рассмеялась негромко статуэтка.

- Просто, мне привычнее, когда меня зовут Ноа, - пояснил с глухим покашливанием юноша.

- Раз так, приятно познакомиться, Ноа.

- И я рад знакомству, Фарфоровая Дева.

Их ванное знакомство прервал неожиданный стук в окно. Дева радостно хлопнула в ладоши и подбежала к окну, распахивая его. На внешнем подоконнике было видно десять крепких пальцев, затем мужские руки подтянулись и в ванную комнату ввалился широкоплечий парень с тёмными вьющимися волосами.

- Мельхиоровый Лев, ты все же пришёл за мной! - воскликнула девушка и бросилась в его объятия.

- Разве я мог оставить тебя? - с улыбкой спросил Лев и ласково погладил её по волосам. Тут его взгляд наткнулся на застывшего Ноа, он угрожающе зарычал и крикнул:

- А ты ещё кто такой?

Ноа не мог поверить своим глазам, злой парень перед ним был Шарлем, но он явно не узнавал его.

- Не так я представлял нашу встречу. Ты правда не знаешь меня?

- Если бы знал, то не спрашивал!

- Понятно.

Ноа достал часы, открыл крышку и сказал:

- Время - стоп, - после его слов время и вправду остановилось. - Шарль не помнит меня, не помнит свою жизнь до перехода в это Королевство. Что же мне делать?

Ноа пристально рассматривал Фарфоровую Деву. Ее платье, причёску и маленькие ступни в золотых туфлях на низком каблуке. Точно, это она, та самая статуэтка из фарфора, которую так обожал Шарль будучи ребёнком.

Юноша перевёл взгляд на друга. Сильно удивился тому, каким высоким тот стал, на целую голову выше него. Прошло десять лет с тех пор, как они виделись в последний раз. Сервантас забрал Шарля, сделал его частью своего мира и лишил воспоминаний о доме.

Серебряный Брегет устало вздохнул и потёр напряжённое лицо.

- Ладно, будем разбираться по ходу дела, время ещё есть. Время - иди.

И время вновь пошло. Ноа закрыл часы оборвав печальную мелодию колокольчиков.

- Я Серебряный Брегет, ищу своего друга, в комнату Фарфоровой Девы попал по ошибке, - ответил юноша Мельхиоровому Льву.

- И как же ты попал в закрытую комнату? Что-то не припоминаю, что мы вместе взбирались по стене замка, - нахмурился тот и скептически поднял левую бровь.

- Твоя память просто слишком короткая, - не удержавшись буркнул Ноа.

- Что?!

- Мальчики не ссорьтесь! - остановила их девушка. - Неважно кто и как сюда попал, сейчас главное убраться из замка и спрятаться на нижних ярусах.

Парни посверлили друг друга недовольными взглядами и синхронно кивнули. Дева хлопнула в ладоши и поспешила к выходу из комнаты, который к их сожалению действительно был закрыт.

- Столовое серебро заперло меня здесь, но скоро должны прийти фрейлины и подготовить к вечернему балу. Это приказ Хрустального Алого Кубка, сегодня он собирается объявить о нашей помолвке, - тихо сказала девушка, не смея поднять глаз.

- Не бойся, он не сможет добраться до тебя, я не позволю! Ты веришь мне? - Лев вновь обнял Деву и отпустил только после её уверенного кивка.

Мельхиоровый Лев отошёл на середину комнаты, планируя разбежаться и выбить дверь с петель, но стоило ему сделать два быстрых шага, как был схвачен за плечо Ноа.

- Стой, ты лишь поднимешь шум, на который сбежится охрана.

- И что ты предлагаешь? Для Фарфоровой Девы слишком опасно спускаться по стене.

- Это и не потребуется. Просто подожди немного, я все устрою.

Ноа направил свои часы на замочную скважину и ускорил время, железо сильно проржавело, а дерево вокруг стало дряхлым и сухим. Юноша встряхнул светлыми волосами и бросив самодовольный взгляд на застывшую в недоумении парочку, легко выдернул дверную ручку вместе с замком.

- Прошу господа, путь открыт.

- Интересная способность, первый раз вижу, что брегет так может.

- И много ты видел карманных часов? - насмешливо спросил Ноа.

- До тебя только одного. Старый Медный Брегет помог мне однажды на нижних ярусах, когда я ещё был меньше по размеру, но с тех пор я его не видел.

- Меньше по размеру? Хочешь сказать, что ты вырос? - озадаченно спросил Ноа.

- Что значит вырос? Ты какой-то странный Серебряный Брегет.

- Мне больше по нраву, когда меня называют Ноа.

- Что же, Ноа, знакомство с тобой явно полезно, - Лев протянул руку и встретил ею ладонь Брегета. - Мне любопытно, что ещё могут твои часы, - залихватски улыбаясь, закончил он.

- Мне тоже интересно, что умеет Мельхиоровый Лев. Не только ли сотрясать воздух гневным рыком? - вернул улыбку Ноа.

- Ох уж эти мальчишки, одни драки, да споры на уме! Быстрее, я знаю короткий путь из дворца.

- Идём же, не будем терять время! - воскликнул Лев и первым вышел из комнаты.

***

- И это ты называешь коротким путем? - с отчаянием в голосе изрёк Ноа.

- Упс? - выдала Фарфоровая Дева и спряталась за спину Мельхиорового Льва.

- Здесь не о чем говорить, будем прорваться с боем! - крикнул Лев и вытащил мельхиоровые кинжалы из неприметных набедренных ножен. Короткие клинки отбросили яркие золотистые искры встретившись с серебряным мечом дворцового стража.

Ноа следил за сражением Шарля. Тот справлялся довольно хорошо, правда до тех пор, пока в из левого коридора не появились ещё два стража. Трое на одного, не слишком то это честно. Серебряный Брегет достал часы и хотел остановить время, чтобы спокойно подумать и найти выход из такой неприятной ситуации, как вдруг на его плечи опустилось невероятное давление. Ноги задрожали и согнулись в коленях, он больно стукнулся о пол и выронил часы.

- Надо же, давно я не видел Брегетов, думал, что вы исчезли из моего королевства, - над головой Ноа раздался насмешливый голос, с острыми угрожающими льдинками.

- Хрустальный Алый Кубок!

- И тебе привет, Мельхиоровый Лев. Сколько ещё раз ты будешь пытаться похитить мою невесту, тебе не надоело? - в вопросе звучало явное раздражение.

- Представь себе, нет, - огрызнулся Лев.

Ноа попытался дотянуться до своих часов, но на его ладонь с силой надавил чёрный сапог с массивной подошвой.

- Куда ручки тянем, м? Что-то потерял, мальчик? - спросил Алый Кубок и схватив юношу за подбородок резко поднял его голову.

Ноа сдавленно охнул и посмотрел на поймавшего их троицу короля. Хищный внимательный взгляд насыщенно алых глаз напугал парня до чёртиков. По разом взмокшей спине пробежал табун мелких мурашек, а сердце прижалось к желудку.

Король одобрительно хмыкнул, ему понравилось выражение лица Ноа, вот бы и Мельхиоровый Лев взял с него пример и прекратил эти детские игры. Мужчина отпустил Ноа и приказал страже отправить нарушителей в тюремную камеру, а Фарфоровую Деву запереть в комнате, заменить замок и в этот раз стеречь девушку за дверью.

Давление невидимой силы исчезло с плеч Ноа, страж вздернул его за шиворот пиджака и поставил на ноги, тоже проделали и с Шарлем. Серебряный Брегет посмотрел на него, собираясь увидеть на лице злость или отчаяние, но столкнулся лишь с досадой. Парень был расслаблен и слегка недоволен тем, что их побег не удался. Ноа замер в недоумении, но толчок в спину вернул его из вороха мыслей и он, быстро переставляя ноги, пошёл за стражами.

***

Железная дверь захлопнулась за ними с громким скрипом. Мельхиоровый Лев меланхолично прошагал вглубь камеры и развалился на подгнившей лежанке из старой соломы.

- Почему ты так спокоен? Неужели тебя совершенно не волнует, что с нами будет дальше?

- А что с нами будет?

- Это я у тебя должен спросить! Возможно, что король отдал приказ о нашей казни!

- Казни? Что это?

- Ты... Ты серьёзно? Казнь - это приговор, который нас убьёт! Это значит смерть!

- А что такое смерть?

- Боже, я совсем не понимаю этот мир, - вымученно простонал Ноа и присел на соседнюю лежанку. Он посмотрел в наивные карие глаза друга и продолжил:

- Смерть - это конец твоего существования. Это значит, что завтра для тебя не наступит, никогда, понимаешь?

Мельхиоровый Лев задумчиво покусал нижнюю губу, а затем весело рассмеялся.

- Не волнуйся, завтра для нас точно наступит. Сразу как только взойдёт солнце, нас отпустят и вернут все конфискованные вещи. Ну может ещё заставят поработать в королевской винодельне, но поверь мне, там не так уж и плохо.

- И все, не может все закончится так легко. Хрустальный Алый Кубок был очень зол.

- Зол, но что он может нам сделать? Как ты сказал? Смерть? Здесь её нет, а помучить нас посильнее, так Фарфоровая Дева обидится на него.

- Хах, обидится?

- Ну да, он хочет ей понравиться, а как этого добиться обижая её?

- Действительно, твои слова такие простые на самом деле.

- Обычные.

Парни немного помолчали, думая каждый о своём. Ноа человек, он не принадлежит этому миру. Часовщик сказал, что у него есть только три дня, чтобы вернуть своего друга в мир людей, и один уже закончился. Серебряный Брегет тяжело вздохнул и лёг на солому. Он наблюдал за тем, как неторопливо движется лунный свет по стене тюремной камеры. Всё казалось таким нереальным, будто все вокруг лишь странный сон.

- Эй, Ноа, ты спишь? - прошептал Мельхиоровый Лев.

- Нет.

- Расскажи мне про своего друга, может смогу помочь с поиском, - предложил он.

Ноа вновь вздохнул из-за абсурдности ситуации. Поможешь мне найти тебя? Это не смешно, дружище.

- Его зовут Шарль, так вышло, что мы были одного возраста и подружились. Мама работала у его семьи прачкой, поэтому я часто играл с ним. Правда, самым любимым занятием молодого господина Готье были не солдатики и мячи, а игра с содержимым серванта.

- Серванта?

- Угу, это такой красивый зеркальный шкаф с множеством полочек, на которых стоят статуэтки и красивая посуда.

- Хах, похоже на наше Королевство, - посмеялся Шарль и в замешательстве растрепал кудрявые волосы на затылке.

- Да, есть такое, - из уст Ноа так же раздалась пара кривых смешков. Он не мог больше говорить, тоска по прежнему другу сжимала сердце и не давала дышать полной грудью.

На какое-то время в камере вновь наступила тишина. Было слышно, как на улице оживлённо стрекочут кузнечики. Ноа почти уснул, но голос Мельхиорового Льва вновь пробудил его печальные мысли.

- А дальше? Почему ты ищешь его здесь? Вы поссорились, и он убежал?

- Нет, мы не ссорились, просто он ушёл из моего мира в ваш.

- Почему?

- Отец Шарля был болен, ему с каждым днем становилось все хуже и хуже. Он стал злым и подозревал всех в плохих вещах, часто разговаривал сам с собой и бывало, что не мог узнать близких людей. Одной ночью ему стало так плохо, что он сошёл с ума и проткнул шпагой свою жену и старшую дочь. После этого Шарль ушёл сюда, - голос Ноа был тихим, он с грустью смотрел на Шарля и не знал радоваться тому, что он не помнит тех событий или же нет.

- Его близкий человек совершил столь ужасный поступок, я бы тоже сбежал, - покивал своим словам Шарль и хотел сказать, что-то ещё, но его прервала внезапно скрипнувшая дверь камеры.

- На выход, вас требует к себе Король Сервантаса.

Юноши переглянулись и встали с лежанок, они не заметили как за маленьким решетчатым окошком забрезжил рассвет.

***

Кабинет Хрустального Алого Кубка был просторным и светлым. Из французских открытых окон лился яркий утренний свет, который мягко окутывал высокие книжные шкафы и красивый темно-красный стол. Король сидел на удобном диванчике и жестом пригласил нервничающих парней сесть напротив.

Шарль и Ноа поспешно сели и настороженно посмотрели на Алого Кубка. Тот снисходительно улыбался и подкидывал серебряный брегет вверх, он последний раз подкинул часы особенно высоко и ловко поймал. От этого зрелища по спине Ноа потёк холодный пот.

- Как ночёвка в камере? Понравилась? - любезно спросил мужчина щуря холодные глаза.

- Неплохо, только солома начала подгнивать.

- Моё упущение, я распоряжусь чтобы её тотчас заменили, - притворно расстроился король. Он улыбнулся и закинул ноги на маленький столик стоящий между диванами. - А теперь поговорим серьёзно, Мельхиоровый Лев. Ты как кость, застрявшая в горле, и я наконец смогу от тебя избавиться.

Лев нахмурился и поинтересовался:

- И как же ты это провернёшь?

- О, а в этом мне оказал содействие твой новый друг. Мне необходим был предмет из мира людей, чтобы открыть дверь в особую комнату и теперь он у меня есть, - он демонстративно покрутил тонкую цепочку на карманных часах. - Поднимайте свои задницы, мне не терпится начать.

Парням не оставили выбора, они пошли за Хрустальный Алым Кубком, а Серебряные Стражи, с лежащими на сверкающих мечах руками, способствовали их скорости.

Они недолго шли по извилистому коридору и оказались в зале с огромным зеркалом во всю стену. Король подошёл к зеркалу и приложил брегет к гладкой поверхности. Стена, подобно воде обволокла часы и они оказались плотно врезаны в неё. Пока парни следили за Алым Кубком, один из Серебряных Стражей подошёл к Мельхиоровому Льву со спины и с громким щелчком застегнул гранатовый ошейник на его шее.

- Это что ещё такое?! Живо сними с меня ошейник, я тебе не псина! - взревел Шарль.

- Лучше бы ты был щенком, меньше проблем, - усмехнулся король.

Лев грозно зарычал и хотел броситься на короля, но тот поднял ладонь с алыми перстнями, и сильное напряжение вдавило юношу в холодный пол.

- Не забывайся, я здесь король, а ты всего лишь жалкий мальчишка не способный защитить близких, да что там, даже самого себя не можешь спасти, - с каждым его словом магия давила на Шарля все сильнее и вот по каменному полу пошли уродливые трещины.

- Остановитесь! Пожалуйста, хватит, вы убьете его! - Ноа испугался за друга и упал на колени моля короля прекратить.

- Хотел бы я его убить, но Фарфоровая Дева слишком привязалась к нему и вправду лучше бы щенка завела, - мужчина сердито цыкнул и убрал свою силу.

Шарль закашлялся и прикрыл рот ладонью, затем шокировано рассматривал красную жидкость на коже.

- Мельхиоровый Лев, если сможешь снять ошейник, я тебя отпущу, и твоего заботливого друга тоже, - пообещал король.

- А Фарфоровая Дева?

- Если она сама того захочет, - сказал Алый Кубок и зловеще сверкнул багряными глазами.

- Что мне нужно сделать? - юноша подергал душащее его украшение.

- Ничего особенного. Войди в зеркальную комнату и победи чудовище. Как только его не станет, ошейник потеряет свою силу, - протянул король с неприятной интонацией.

- Понятно, я пошёл, чем быстрее уничтожу чудовище, тем быстрее мы уйдём отсюда, - раздражённо бросил Шарль. Он сделал несколько стремительных шагов к зеркалу, но резко остановился и посмотрел на Хрустального Алого Кубка из под нахмуренных бровей. - А мои кинжалы? Не хочется идти в неизвестность безоружным.

- Вот ведь незадача, - тонкие губы короля изогнулись в ядовитой усмешке. - У тебя не было оружия.

Юноша крепко сжал кулаки до побелевших костяшек и больше ничего не говоря, уверенным шагом прошёл сквозь зеркало. Крышка серебряного брегета открылась и по зале потекла грустная мелодия шарманки.

Волшебное зеркало потемнело, а через пару секунд сквозь черноту стали проступать очертания трех этажного дома семьи Готье. Картинка приблизилась и стало видно внутреннюю часть дома, комнаты и большой зал с округлыми стенами.

Руки Ноа задрожали и он поспешил прикрыть рот, из которого вырывались хрипы ужаса. Он видел дом своего друга, а также его семью. Он видел, как Климент Изаи Готье снимает шпагу со стены, выходит из спальни и ласковым голосом зовёт жену.

- Стой! - в комнату вбежала рассерженная Фарфоровая Дева. - Алый Кубок, ты обещал не причинять Шарлю вред!

- О, ты пришла, дорогая, - мило улыбнулся король. - Представление только началось, ты успела вовремя.

- Улыбаешься? Ты просто невозможен!

- Невозможно более держать этого ребёнка здесь и ты прекрасно знаешь, что с ним произойдёт, если и дальше ничего не делать, - холодно отозвался мужчина.

Ноа непонимающе переводил взгляд с одного на другого. Фарфоровая Дева не заперта? Ребёнок... Они о Шарле? Что с ним может случиться?

Не выдержав внутреннего напряжения, хоть горло и сдавливал страх, он спросил:

- Что здесь происходит? Объясните мне, мой друг в опасности?

Хрустальный Алый Кубок раздражённо махнул рукой, показывая, чтобы Дева сама объяснялась с мальчишкой.

Девушка смотрела на Ноа большими печальными глазами, ей было безумно жаль этих детей.

- Понимаешь, я просто не могла поступить по другому. Шарль прятался в нижнем шкафчике серванта, стискивал мою статуэтку в дрожащих ладонях и продолжал говорить, что все в порядке, что он обязательно меня защитит от чудовища. Хоть Шарль сказал эти слова, единственный кто жаждал спасения, был он сам, - голос девушки дрогнул, по белоснежным щекам потекли слезы. - Я... Я попросила Хрустального Алого Кубка спрятать мальчика в нашем мире, ведь он всегда так заботился о нас. День изо дня он вытирал с нас пыль, обращался с каждой статуэткой и посудой, как с дивным сокровищем. Боже... Он просто маленький мальчик, который должен быть убит собственным отцом. Я не могла позволить этому случиться.

Фарфоровая Дева больше не произнесла ни слова. Рыдающую девушку обнял король и осторожно похлопывал по спине, стараясь успокоить.

- Хоть я и перенёс мальчишку сюда, лучше не стало. Он почти обезумел от горя, всего боялся, никому не верил. Я запечатал его воспоминания в гранатовом ошейнике. Вместе с Фарфоровой Девой и Медным Брегетом мы создали условия для Шарля, в которых он мог сосуществовать без риска для своего сознания. Защищать Деву от чудовища, то есть от меня. Защищать невесту от собственного жениха, - король убедился, что девушка немного успокоилась, усадил её в небольшое мягкое кресло и продолжил рассказ.

- Медный Брегет мог посещать мир людей раз в пять лет. Он должен был создать волшебные часы, в которые перенесёт душу неравнодушного к Мельхиоровому Льву человека. Так ты появился здесь, Ноа. Мне же нужно вернуть воспоминания обратно владельцу, только это возможно, если он сам захочет принять их. Гранатовый ошейник упадёт с шеи мальчишки, только тогда, когда он победит чудовище, внутренний страх, следующий за ним из самого детства.

Ноа подошёл ближе к зеркалу, следя за ужасной историей своего друга.

- А если, он не справится? Шарль может остаться в вашем мире?

- Нет. Люди не могут здесь выжить. Я питал его дух долгие десять лет, ещё немного и он станет мельхиоровой статуей. Могу поставить его в саду, будет неплохим украшением, - Алый Кубок засмеялся, но Фарфоровая Дева больно стукнула его по бедру, обрывая смех.

Карманные часы пели печальную песню, стрелки неумолимо продолжали свой бег, с каждой секундой приближая миг, когда Ноа вышвырнет в мир людей. Осталось чуть больше суток. Хватит ли им времени?

***

Сначала Мельхиоровый Лев видел только темноту, свет проник в его глаза позже, вместе с душераздирающим женским криком.

- Селен! Быстрее найди брата и убегайте!

Бешеное сердцебиение оглушило юношу. Он постарался взять себя в руки и пошёл в сторону доносящихся криков, но ноги шли ужасно медленно, словно он находился во власти кошмара.

Он подошёл к лестнице ведущей на второй этаж, взялся за гладкие перила и остановился. Мужской дикий смех ворвался в его сознание колючим параличом. Наверху появилась девушка в светлом платье, слишком пышном и нарядом для домашнего. Она, путаясь в длинных юбках, бежала по лестнице, больно подворачивая ноги.

- Шарль! Шарль, где ты, малыш? - звала младшего брата Селен.

На последних ступенях она все же не удержалась на ногах и стала падать. Мельхиоровый Лев отмер и попытался подхватить девушку, но она пролетела его насквозь.

- Что? - юноша ошеломленно смотрел, как девушка, пошатываясь, встала с пола и побежала вглубь дома.

Неторопливые шаркающие шаги, что-то разбудили в душе Льва, дикое, необузданное, до смерти страшное. Он медленно обернулся и увидел, как высокий мужчина в чёрном домашнем халате медленно спускался по лестнице. В руке он держал красивую шпагу, с которой капала алая кровь.

Мельхиоровый Лев не мог двигаться, он смотрел на одухотворенное лицо мужчины. Он приближался все ближе и ближе. Поравнявшись с юношей, Климент посмотрел на него. Тонкие белые губы тронула безумная ухмылка.

- Не мешай мне, - хрипло сказал сумасшедший и, как и его дочь, прошёл сквозь сжавшегося парня.

Лев постарался успокоиться, он рвано дышал и пытался заставить свое тело двигаться.

- Отец! Пожалуйста, приди в себя! Папа, пожалуйста, я умоляю тебя! - кричал девичий голос. Затем громкий смех и звук падающего тела.

- Не могу, не могу двигаться... - Лев яростно стучал по своим каменным ногам, из глаз полились беспомощные слезы, он хотел, правда хотел, сделать хоть что-нибудь, но не мог. Вдруг он почувствовал взгляд направленный в спину. Он обернулся и увидел широкий белоснежный сервант заставленный сверкающим разноцветным хрусталем. Опустив глаза на нижние шкафчики, юноша заметил детское лицо, выглядывающие из узкой щели между двумя деревянными дверцами. Худая мальчишеская ладонь вытянулась наружу и поманила парня к себе.

- Спрячься от чудовища здесь, вместе нам будет не так страшно, - еле слышно прошептал ребёнок.

Лев не моргая смотрел на бледную ладонь маленького Шарля. Как так получилось, что такой бесстрашный парень как он, отчаянно хотел принять помощь дитя? Получается он не лев, а трусливая ящерица, отбросившая хвост в минуту опасности.

Юноша за секунду преодолел комнату и спрятался в серванте. Два испуганных человека находились во тьме, разбавленной лишь тонким лучиком света из гостиной.

- Не бойся, я защищу тебя и Фарфоровую Деву, - мальчик улыбнулся натянутой улыбкой и раскрыв вторую ладонь показал прекрасную фарфоровую статуэтку.

Сердце Мельхиорового Льва замерло, а затем застучало быстро и прерывисто, до боли. Казалось, что кусочки мозаики начали собираться в целую картину. Лев перевёл взгляд на глаза мальчика, теплый шоколадный оттенок которых, соответствовал его собственному цвету глаз. Длинные ресницы слиплись от неумолимых слез, они стали резкими и острыми, подобно крыльям береговых ласточек. Маленький Шарль из рассказа Ноа, мальчик исчезнувший в серванте, выглядел точно так же, как и он, когда был меньше по размеру.

Шарль Рок Готье - это Мельхиоровый Лев.

Голову юноши прошила сильная головная боль, он слышал повторяющиеся крики семьи и захлебывающийся собственный вой.

- Селен! Быстрее найди брата и убегайте!

- Убегайте... Убегайте...

- Шарль! Шарль, где ты, малыш?

- Где ты... Малыш...

- Не мешай мне.

- Не мешай мне.

- Не мешай мне... Мне... Мне!

- А-а-арх! - громко выл Шарль, пытаясь, закрыть кровоточащие уши.

Вместе с ним плакал и маленький Шарль, он уронил статуэтку и тоже прижал ладони к ушам юноши.

Спустя, казалось, саму вечность, крики прекратились, но в воцарившейся тишине, два Шарля услышали приближающиеся шаркающие шаги, которые замерли возле их убежища.

- Шарль ты здесь? - голос отца утопил их в отчаянии.

Маленький Шарль раскрыл рот в безмолвном крике, он изо всех сил вцепился в юношу, стараясь спрятаться в его объятиях от чудовища.

Хоть Мельхиоровый Лев лишился воспоминаний, сейчас он осознал, что никогда не принадлежал Королевству Сервантас. Он не помнил, но чувствовал, эти страшные события - его прошлое. Юноша тоже обнял маленького Шарля. Может ли он спасти сам себя?

Яркий свет пробился из щели шкафчика белой вспышкой. Когда Климент Изаи Готье открыл сервант, внутри находился только его ребёнок. Он направил на него шпагу и уже собирался проткнуть насквозь. В последний момент мальчик исчез, а оружие, с глухим стуком, воткнулось в деревянную стенку.

Шарля окружала густая тьма. Печальная мелодия часов проникала в его истерзанное сознание. Когда в глазах прояснилось, он вновь находился в доме Готье. Все повторилось. Крики семьи, смех отца и его вой. Шарль стал маленьким Шарлем. Запертым в кошмаре ребёнком, из которого он не мог выйти. Он не знал, как победить чудовище. Он сдался и просто прятался в нижнем шкафчике серванта, сжимая в ладонях фарфоровую статуэтку.

- Ноа, прости, я не смогу никого спасти.

***

- Он не справляется, - Ноа напряженно смотрел на повторяющийся кошмар своего друга. Время почти закончилось, остался один жалкий час.

Ноа пытался разгадать загадку. Почему кошмар Шарля повторяется? Как победить чудовище, если любой удар пройдёт мимо? Должен ведь быть какой-то выход, если есть ошейник, значит будет способ его снять! Ноа вздрогнул, его серые глаза широко раскрылись. "Вот оно!"

- Хрустальный Алый Кубок, время подходит к концу, позволь мне помочь ему. Позволь пройти через зеркало.

- Чем же ты поможешь ему? Только он сам может спасти себя, - устало вздохнул король, ему тоже не нравилась картина развернувшаяся перед ними.

- Я дам ему лишь словесную подсказку, он все сделает сам.

- Хорошо. Но запомни, если он не справится, то вернётся в Сервантас и проживёт ещё пару лет, ты же исчезнешь, душа растворится в небытие, а тело в человеческом мире умрёт.

- Я понимаю.

Алый Кубок положил ладонь на зеркало, гладкая поверхность пошла рябью. Фарфоровая Дева ободряюще улыбнулась и сказала:

- Удачи, я верю, что у вас все получится.

Ноа улыбнулся в ответ и кивнул, после чего смело шагнул в кошмар Шарля.

Оказавшись в зазеркалье, Ноа сразу же залез в сервант. Шарль поднял на него потухший взгляд, но узнав друга всхлипнул и обнял его.

- Ноа, ты пришёл, прости я всех подвёл.

- Тише, тише, не плачь. Ещё не все потеряно, думаю, что знаю, как нам выбраться отсюда.

- Правда? - спросил с надеждой Шарль.

- Да. Часовщик сказал мне кое-что перед тем как отправить в Сервантас. Время безгранично. Это не значит, что что-то когда-то произойдёт. Это означает, что всё когда-нибудь действительно произойдёт.

- И как нам поможет эта фраза? - Шарль отодвинулся от друга, на его детском лбу появились хмурые морщины.

- Я думаю, то что ты ушёл в Королевство, нарушило порядок. То, что должно было произойти, не случилось, - хоть Серебряный Брегет и сказал это спокойным голосом, сердце его болезненно сжалось.

- Ты хочешь сказать, что я должен умереть? Если так можно победить чудовище, я готов!

Шарль схватил руку Ноа и вытянул его из серванта. Два друга держались за руки в ожидании неминуемого конца.

Климент Изаи Готье увидел сына, улыбнулся и ускорил шаг.

- Шарль. Я нашёл тебя, сынок, - чудовище засмеялось и ударило ребёнка шпагой прямо в хрупкую грудь.

Шарль охнул от резкой боли и покрепче сжал ладонь друга. Рубиновый ошейник с громким щелчком открылся и упал на пол. Подул сильный ветер, он подхватил двух юношей и потянул их в мерцающий радужный портал. Почти исчезнув в разноцветном свете, они услышали, как в дом ворвались полицейские.

***

Шарль упал на пыльный ковёр гостиной, рядом с ним лежали карманные часы. Он схватил их и прижал к вздымающейся груди.

- Вы справились.

Юноша удивлённо обернулся на знакомый голос.

- Медный Брегет?

- В мире людей меня называют Часовщиком, - щуря в довольной улыбке смешливые глаза, старик встал с пола.

- Ноа, он правда стал серебряным брегетом? - Шарль не хотел верить, что его друг навсегда останется в таком обличии.

- Не беспокойся, в часах находится его душа. Пойдём, вернём же её в тело.

Выйдя из старого дома, Часовщик махнул извозчику и они сели в повозку.

- На улицу Гренель, пожалуйста, дом семнадцать, - попросил Часовщик.

Кучер ударил поводьями и лошадь резво повезла их по нужному адресу.

- Мы едем домой к Ноа?

- Да, его мама, мадам Кюри, наверняка волнуется. Я обещал, что её сын проснется самое позднее, через три дня и мы немного опаздываем.

Шарль хотел о многом расспросить старика, но он очень волновался о Ноа. Его не отпускало напряжение, а липкие лапы страха цепко держали сердце. Пока лично не увидит, что его верный друг жив-здоров, он не успокоится и не поверит в то, что кошмар закончился.

Повозка доставила их к нужному дому. Заслышав ржание коня из дверей тут же выбежала запыхавшаяся женщина в чистом белом переднике.

- Мсье Часовщик! Вы пришли! - мадам Кюри не смогла сдержать слез. - Мой сын не просыпается...

- Не волнуйтесь, с ним все в порядке, - мужчина постарался успокоить её, но это было не так просто сделать. - Давайте поскорее войдем в дом и разбудим Ноа. Он спал целых три дня.

Дом был небольшим, все трое скоро оказались в комнате Ноа. Он лежал на односпальной кровати заботливо укрытый тонким одеялом. Тёплые солнечные лучи проникали из открытого окна и ласково гладили бледные щеки юноши.

- Пора просыпаться, Ноа, - старик попросил у Шарля часы, открыл их и положил на грудь Ноа. Мелодия пропела один раз, и юноша открыл слегка опухшие светлые глаза.

- Мама, Шарль, мсье Часовщик, - он улыбнулся роняя пару радостных слез. - У нас получилось?

Ноги Шарля от облегчения ослабли, он нашарил за собой стул и сел на него.

- Да, Ноа, ты вернул своего друга из Королевства Сервантас. Шарль же возвратил воспоминания и уничтожил свой кошмар. Теперь все точно закончилось, - поспешил заверить его Часовщик.

- Я так этому рад, но все же есть ещё одно незаконченное дело. Шарль, давай пообедаем, и прогуляемся до одного места. Поверь, ты должен это увидеть, - не прекращая улыбаться, сказал Ноа.

- Всё что угодно, мой друг. Для тебя я исполню любой каприз, - весело протянул Шарль.

- Ох, пойдёмте скорее на кухню, я быстренько сварю нам сладкой каши, - засуетилась счастливая мадам Кюри.

Каша была очень вкусной, казалась, она согрела не только желудок, но и их души.

- Спасибо, мама. Мы ненадолго уйдём с Шарлем, пожалуйста не волнуйся за нас.

- Хорошо, Ноа, - согласно кивнула мадам Кюри, потом ласково посмотрела на Шарля и сказала:

- Шарль, надеюсь впредь, ты всегда будешь счастлив. Поторопитесь, не заставляйте её ждать ещё дольше.

- Её?

- Да, мама, мы пошли, - Ноа поманил Шарля за собой и они вышли из дома.

Друзья медленно шли по узким улочкам, наслаждаясь приятным южным ветром и красивыми зданиями. Шарль с интересом разглядывал окрестности немного удивляясь тому, как много новых домов и магазинов было построено, за последние десять лет. Они шли все дальше и дальше, постепенно продвигаясь ближе к загороду.

- Знаешь, в тот вечер мама вспомнила, что забыла корзину со свежими красными яблоками у вас дома. Она могла вернуться за ней на следующий день, но я очень хотел съесть её нежную шарлотку на ужин и попросил вернуться в дом Готье за фруктами. Когда она пришла, то услышала крики и помчалась в ближайшее отделение полиции за помощью. Хоть стражи порядка отреагировали быстро, спасти мадам Готье не удалось, а ты пропал, - Ноа печально выдохнул и поглубже вдохнул свежий воздух. - Мама долгие годы винила себя за то, что побоялась войти в дом и не спасла тебя.

- Мой отец сошёл с ума и орудовал своей шпагой направо и налево, твоя мама не смогла бы ему противостоять. Огромное ей спасибо, за то, что она привела помощь, - Шарль немного помолчал и задумчиво покусал нижнюю губу. Он пытался уловить спешно ускользающую мысль. Юноша нахмурил свои острые брови и недоверчиво посмотрел на друга. - Подожди, Ноа, из твоих слов получается, что моя мама погибла, а я исчез в Королевстве, но ты ничего не сказал о сестре.

- Представляешь, женские корсеты довольно плотные, а мадемуазель Селен, как раз примеряла новое платье, в котором хотела появиться на предстоящем балу, ранение не стало смертельным, но было довольно болезненным и она потеряла сознание, - Ноа крепко сжал плечо ошеломленного, открывшейся правдой, друга.

Юноши остановились возле красивого тёплого дома со светлыми бежевыми стенами. Сам дом был окружён высоким кованым забором по стержням которого вился нежный благоухающий вьюнок. За забором играли с золотистым ретривером две маленькие девочки близняшки лет семи. Дети увидели гостей и, радостно закричав, бросились к воротам.

- Мама, мама! Мсье Кюри пришёл в гости, а с ним его друг! - кричали наперебой дети.

Послышался звук бьющейся посуды и торопливый стук шагов. Из открывшейся двери вышла молодая женщина в легком голубом платье. Она смотрела на парней, сверкающими от кристалликов слез, ореховыми глазами.

Они простояли так несколько минут, просто глядя друг на друга. Затем Шарль толкнул открытую детьми калитку, сделал пару нерешительных шагов и как-то судорожно вздохнув, спросил осипшим голосом:

- Сестра?

И всё. Одно единственное слово возвестило о том, что кошмар действительно закончился.

- О, Шарль! Брат мой, - Селен одновременно засмеялась и заплакала, она изо всех сил обняла своего пропавшего на десять долгих лет, брата, оказавшись ниже него на две головы. - Ты стал таким высоким, как теперь понять, кто из нас старше?

- Действительно, может теперь ты будешь моей младшей сестрой? - так же смеялся и плакал Шарль.

Ноа смотрел, как дорогие ему люди плачут от счастья и так же не удержался от парочки чувственных слезинок. Он присел на корточки и обнял недоумевающих маленьких сестер.

- Мсье Кюри, а кто этот мсье?

- Да, почему мама обнимает его и плачет?

- Его зовут Шарль Рок Готье, он младший брат вашей мамы и ваш дядя, - улыбаясь светлой улыбкой, представил своего друга Ноа.

Девочки чуть удивились, но быстро взяв себя в маленькие и очень храбрые руки, резво запрыгали вокруг Шарля и заголосили:

- Дядя!

- Дядя!

- Я Шерон!

- А я Люси! С возвращением, мама очень скучала по тебе.

- Это наш пёс Оберон, он очень весёлый, поиграй с ним и больше не плачь.

- Мама, ну же, кинь Оберону мячик и больше не плачь.

Селен и Шарль посмотрели на двух прекрасных девочек и вытерли слезы.

- Я больше не буду плакать, звёздочки. Мы с удовольствием поиграем с Обероном.

- Мои племянницы такие энергичные, наверняка Оберон самый счастливый пёс на свете, - посмеивался новоиспеченный дядя.

Ноа задумался на мгновенье, его накрывало умиротворенное чувство покоя. Родные люди встретились, солнце светило на голубом небе с белоснежными перьевыми облаками, даря надежду на мирное время. Перед глазами внезапно появился жёлтый теннисный мячик, он еле успел его поймать рукой, а не задумчивым лицом.

- Эй, Ноа, не спи! Слышишь, как Оберон заливается лаем? Он ждёт, пока ты кинешь ему мячик. Ты ведь не бросишь этого дружка? - от улыбающихся глаз друга убегали задорные морщинки, делая его слегка грозное лицо по-детски нежным и веселым.

- Я и бросить друга? Никогда этому не бывать! Оберон, лови! - искренне рассмеялся Ноа и кинул яркий мячик вертящемуся от радости псу.

Летнее солнце грело счастливых людей и одного золотистого пса. Их сердца были полны любви и надежды, что самые чёрные дни остались позади. А если когда-нибудь тёмные тучи закроют их солнце и они потеряют друг друга из виду, то никогда не опустят рук, ведь искренняя верность поможет им найти близких даже в самой непроглядной тьме.

***

Пока наши друзья радовались счастливому концу в мире людей, в Королевстве Сервантас праздновалось долгожданное событие. Узами священного брака связали себя великий король Хрустальный Алый Кубок и его прекрасная королева Фарфоровая Дева. И пусть их сердца не из плоти и крови, любви в них было на целую вечность.

Я переродился подсолнухом

Сейчас

Рядом с нашим с Мишей домом находилось огромное поле подсолнухов. Мы и выбрали этот дом из-за этих цветов, с которыми у нас была связана общая история.

Цветы были прекрасны, но с недавних пор я всячески избегала проходить мимо них.

Но мы желаем, а Бог располагает. В один важный день я проспала. Я работала в семейном ресторане. Прямо с момента открытия должен был проходить детский день рождения, но зал ещё не был полностью украшен. Мне ничего не оставалось как бежать на работу более коротким путем, а он пролегал именно через поле солнечных цветов.

Я старалась думать о работе и не рассматривать желтые лепестки, но взгляд каждый раз скользил по ним.

"Вот он! Тот самый цветок, что вызывает в моей душе странное чувство!"

Подсолнух, который не смотрит на солнце. Подсолнух смотрящий только на меня.

Год назад

Мы с Алисой переехали сразу, как только смогли накопить на маленький деревянный домик в Краснодарском крае. Там было тепло и солнечно. А рядом с домом росли чудесные подсолнухи.

Говорят что с милой рай и в шалаше, но наш шалаш был поистине прекрасен. Мы наслаждались жизнью и не думали о печалях.

Пока я не умер.

Вечность

Говорят что смерть это не конец, а новое начало. Наша душа живёт вечно. Меняется лишь форма, оболочка, а не суть.

Моя душа выбрала новую форму. Остатки человеческого сознания ухватились за яркий образ, того что любила моя Алиса.

Подсолнухи всегда поворачивают голову в сторону солнца. Я же буду смотреть только на неё.

Год назад

Я оставил свою любовь слишком внезапно. Я ничего не мог сделать. Время утекало сквозь пальцы быстрее мелкого речного песка.

Единственное, что я мог сделать для неё, это пообещать всегда быть рядом.

Сейчас

Я остановилась. Не смогла идти дальше. Почему мне хочется плакать, когда я смотрю на цветок, что как будто тянется ко мне своими нежными лепестками?

- Миша?

Подул ветер, и подсолнух наклонился ко мне. Его зелёные листья погладили меня по руке знакомым прикосновением.

- Неужели ты переродился подсолнухом?

Слезы текли из глаз, падая на дрожащую улыбку.

- Дурак, нужно было вновь родиться человеком.

Ветер снова подул, от чего странный цветок покачался из стороны в сторону. Словно недоуменно пожимая плечами.

Алиса осторожно встала рядом с подсолнухом на колени и обняла его.

- Спасибо, что сдержал обещание. Я ещё приду.

Подсолнух положил жёлтую голову на плечо Алисы и вздохнул.

"Я переродился подсолнухом, чтобы вновь смотреть на тебя."

Клабаутерман "Санта Кастодии"

Мореход с тоской посмотрел на грот-мачту. Некогда белоснежные паруса превратились в старые, грязные, местами рваные тряпки. Знамя, гордо реющее на флагштоке прекрасного быстроходного барка, лишилось всей своей величественности - выцвело ржавыми пятнами и распустило лохматые нитки.

"Санта Кастодия" - святая хранительница. Любимый корабль пронес их через многие опасности в море, был опорой в бушующих водах неизведанных океанов. Сейчас же он скрипел подобно сломанной скрипке, грозился рассыпаться на миллионы маленьких щепок и стать им всем могилой на ледяном морском дне.

В команде "Санта Кастодии" ранее было больше ста человек. По последней сверке в живых, не считая лекаря, кока, старпома и капитана, осталось всего тридцать. Этого едва хватало для управления их судном.

Неизвестная лихорадка поразила моряков. Их тела горели сильнейшим жаром долгие недели, после чего они остывали навсегда. Лекарь смог найти способ сбить убивающий адский жар, но это сложно назвать победой, ведь погибла большая часть команды. Спасибо Клабаутерману, лихорадка более не возвращалась.

Мореход вглядывался в ночное небо, сверяя их курс. По его подсчётам они уже давно должны были добраться до берега. Но корабль с каждым днем шёл все медленнее, постоянно что-то ломалось. Месяц назад испортились запасы еды. Вода стухла и имела ужасный болотный привкус. Только ром ещё хоть как то поддерживал силы в слабеющих телах мореплавателей.

С каждым годом находиться в море было все сложнее. Многие капитаны расформировали свои команды и закрыли торговлю. Другие же не успели и просто сгинули в пучине морей, не добравшись до дома.

"Морской дьявол наслал проклятие на наши корабли! Более человек не сможет и шагу ступить в море. Всё мы станем сухопутными крысами. Путь в море равен смерти."

Так шептались моряки, и даже у самых храбрых то и дело пробегали по телу трусливые мурашки.

Страшно. Корабли стремительно изнашивались, рыба не ловилась, а заготовленная еда скоро портилась даже у бывалых коков. Команду раз за разом поражали болезни, унесшие много жизней. Даже небо над морем будто издевалось над глупыми людьми, меняло, переставляло звезды, и моряки не могли найти дорогу домой.

- Капитан, докладываю! Осталась последняя бочка с ромом. По подсчётам кока её хватит ещё на два дня, - старпом старался говорить громко, как того требовали правила, но видно было, что это давалось ему с трудом.

- Хорошо. Держим прежний курс. Ром разлить по личным фляжкам и экономить так сильно, как сможете. Более распоряжений нет, ступай, - капитан отпустил старпома - свою правую руку и вновь посмотрел на компас.

Стрелка постоянно крутилась, не замирая ни на секунду.

"Сломан? Если так, то мы не сможем скорректировать курс".

- Капитан, возьмите свою флягу с ромом. Разрешите мне встать у штурвала, вы не спали больше трех дней, - молодой штурман, ещё совсем мальчишка, передал бесценную жидкость капитану.

- Скажи мне, Алонсо, ты боишься смерти? - спросил шутливым голосом мужчина и сделал небольшой глоток рома.

"Эх, хорошо, что все мы пьяны".

- Если я умру в море, мне не о чем будет сожалеть. Не стоит отчаиваться, брат. Мы не лишились своего дыхания, а значит, смерть все ещё позади нас, - уверенно ответил юноша. Молодость заполняла его сердце верой в лучшее.

- Просто придерживайся текущего курса, мы не сможем его поменять.

- Есть, держать курс!

Запутанные звезды скрылись за лучами предрассветного солнца, а на их место пришёл серый туманный день. Что принес он с собой?

Мореход прошёл по широкой палубе к носу "Санта Кастодии", забрался на наклонную мачту и прикрыл воспалённые веки. Паруса крепленные к бушприту мелко дрожали на ветру и создавали приятную успокаивающую мелодию. Мокрый солёный ветер привычно бил в лицо доказывая - измученный мужчина все ещё жив.

Капитан очень любил свой драгоценный корабль. Он ухаживал за ним как за собственным дитём, никогда не скупился на детали для ремонта и лучшую смолу. Со многими членами команды он был знаком с детства. Они побратались скрепив союз кровью и ромом. Все следовали за ним, доверили свои жизни и свое будущее. А что он? Всех подвёл, не отыскал берег. Именно его решения привели команду к гибели.

Алонсо, юный брат капитана, заставил задуматься. Что если чудо все таки случится? Неужели команда "Санта Кастодии" сможет выжить?

Капитан посмотрел на бушприт более внимательно. Говорят именно в этой кормовой мачте живёт Клабаутерман. Дух корабля, что защищает команду от напастей и помогает чинить судно столярам.

Мужчина был в отчаянии, в его глазах блеснул безумный огонёк. Он снял с пояса флягу с ромом, отвинтил крышку и вылил все содержимое на нос корабля, всё, до последней янтарной капли.

- Эй, Клабаутерман! Если ты и правда существуешь, спаси моих людей! Помоги найти сушу, - хоть он и выкрикнул эти слова никто из команды не услышал их. Даже больше, то что произошло дальше, так же осталось скрыто от их глаз.

- Вкусно. Ром просто восхитительный, я напился вдоволь, - раздался за спиной капитана старческий насмешливый голос.

Обернувшись он увидел низкого сухого старика в красном дождевике и больших не по размеру сапогах. В правой руке он держал столярный молоток, а в левой трубку с тлеющей махоркой.

- Ты Клабаутерман? - капитан не поверил своим глазам и попытался дотронуться до старика. Маленький мужичок лишь ухмыльнулся и исчез, растворившись в дымке своей курительной трубки.

Мореход озирался по сторонам пытаясь поймать взглядом снующий туда-сюда дым. Двигаясь за ним он не заметил, как оказался напротив своей каюты. Дым просочился в щель под дверью, а за ней послышались шаркающие короткие шаги.

- Заходи, давай, капитан. Разговор к тебе есть.

Мужчина чувствовал как бешено колотится его сердце. По виску скатилась капелька пота, которую он смахнул твёрдой худой ладонью. Взяв себя в руки он крепко схватил ручку двери и уверено вошёл в каюту.

Клабаутерман сидел в кресле для гостей. Его ноги не доставали до пола и он задорно махал ими из стороны в сторону. Капитан осторожно сел напротив и приготовился слушать.

- Скажу я тебе вот что. Вы все должны сгинуть, так решил морской бог или дьявол, смысл не меняется. Людям больше нет места в море, - старик курил трубку и медленно выпускал дым из морщинистых губ.

- Неужели совсем ничего нельзя сделать? Ведь вы уже явились передо мной, - мужчина крепко сжал напряжёнными пальцами подлокотники кресла и подался вперёд, ближе, стараясь найти хоть каплю надежды в глазах Клабаутермана. Надежду на спасение дорогих ему людей.

- Ты прав. Я пришёл не просто так. Ты отдал мне свою жизнь вместе с последней каплей рома. Капитан однажды - капитан всегда. Не так ли? - дух порылся в кармане своего потрепанного красного дождевика и достал скомканную маленькую бумажку. - Вы заперты, корабль ходит по кругу в этой иллюзии. Здесь находится подсказка, - с этими словами он протянул "надежду" капитану.

Моряк развернул бумагу, на ней была написана только одна короткая фраза. "Кто ценит жизнь, тому дорога, кто сеет смерть - навек закрыт."

- Держи прежний курс. Удачи, капитан Сантьяго, - Клабаутерман отсалютовал своей трубкой и исчез.

Лишь запах дыма и пустая фляга доказывали, что Сантьяго это не привиделось.

- Киты! Киты прямо по курсу! - раздался крик Алонсо.

Мореход убрал подсказку в нагрудный карман грязно-синего сюртука и поспешил на палубу. У штурмана был зоркий глаз и хорошее чутье, поэтому до китов оставалось ещё приличное расстояние. Можно было совершить различные манёвры и избежать столкновения.

- Капитан, ждём вашей команды! Сменить курс или подготовить оружейные пушки для разгона животных? - старпом был здесь же. Напряжённый, как сжатая до предела пружина.

Сантьяго молчал. В его голове вертелись последние слова Клабаутермана. Держать курс, и ценить жизнь.

- Взять на гитовы, - сказал капитан уверенным острым голосом.

- Что? Сантьяго, но если мы уберём паруса киты разломают наш корабль. Мы не успеем взять другой курс, - старпом был обеспокоен таким приказом. Он с тревогой смотрел в глаза своего друга.

- Сев, верь мне. Командуй всем, мы сможем выжить.

- Есть, взять гитовы! - он принял команду не сказав более ни слова против. Сев верил своему названному брату.

Команда быстро потянула паруса к реям и закрепили их. Никто не задавал лишних вопросов. Сил думать о странном приказе командира не было вовсе.

Киты окружили "Санта Кастодию". Они терлись своими огромными черными боками о корму корабля, играючи передавали его друг другу словно детский мячик. Казалось их утробный рев был похож на детскую смешливую песню. Вот только людям на борту барка было не смешно. Они прощались со своими короткими, но такими яркими жизнями.

С каждым новым толчком корабль сильно трясло. От него летело множество щепок, а один кит так разыгрался, что задел свои хвостом главную мачту сломав её пополам. Только чудом она не задела людей внизу, повисла над морем, так как её держали снасти других мачт. Корабль накренился и мог перевернуться в любой момент.

- Руби канаты! - скомандовал капитан. Мачта упала в воду, вместе с ней и знамя. Хоть они избавились от сломанной мачты, корабль все равно был в легком крене. А это значит только одно - в борту появилась пробоина.

" Неужели такой у них конец? Они затонут из-за его решения следовать словам Клабаутермана? "

Неожиданно раздался громогласный рев такой силы, что у некоторых моряков из ушей потекла кровь. Море вздыбилось бурлящей серой пеной, дикие волны грубо откинули корабль, словно маленькую веточку. От невыносимой качки многих моряков замутило. Только благодаря долгим годам проведённых в море, они смогли оставить ром в своих ссохшихся от голода желудках.

Рев раздался снова, но уже более тихий и с некой интонацией, будто хозяин этого голоса извинялся. Это не кит, а морское чудовище! Не бывает таких огромных китов. Животные, что до этого играли с их кораблём, были по сравнению с ним мальками не иначе.

- Он проглотит нас. Брат, что же делать? Если не кит, то корабль затонет из-за пробоины, - Алонсо хромая подошёл к капитану, видно зашиб ногу во время тряски. Глаза его были глазами человека, что не боялся смерти. Кто смирился со своей неминуемой кончиной.

Сантьяго крепко сжал плечо младшего брата и слегка потряс.

- Мы дышим, а значит смерть все ещё отстаёт от нас на шаг. Не так ли? - капитан улыбнулся яркой, залихватской улыбкой вспомнив, что эти слова сказал ему Алонсо, всего лишь пару часов назад.

Огромный кит опустился в воду и поднырнул под корабль. Он подсадил "Санта Кастодию" себе на спину, полностью вынув её из воды. И сначала медленно, потом, ускоряясь, понёс их по прежнему курсу. Гигант был благодарен, что маленькие люди не причинили боль его глупым детям. Люди, что ценят жизнь, не могут быть заперты в иллюзии морского дьявола.

Кит нёс "Санта Кастодию" три дня после чего скрылся в тёмной воде. Корабль представлял собой жалкое зрелище. Вскоре он затонет без поддержки гиганта.

Команда столпилась на палубе. Им было безумно жаль их драгоценный барк, но они не могли долго печалиться. Впереди виднелась кромка песчаного пляжа. Забытые крики чаек раскачивали сердцебиение моряков, возвращая им силы. Вокруг раздавался яростный свист и заливистый смех. Царила атмосфера полного счастья. Они живы!

- Сбросить якорь, - скомандовал капитан. Он окинул взглядом усталых глаз представшую перед ним картину. Они смогли вернуться домой.

- Есть, сбросить якорь! - повторил радостно Сев. Он был в предвкушении встречи с семьёй и не обратил внимания на слишком тихий голос друга.

-Шлюпки на воду, - почти прошептал Сантьяго, его сильно качнуло в сторону и он поспешил найти для себя опору.

- Есть, шлюпки на воду!

Капитан прислонился к уцелевшей мачте и скрестил руки на груди. Он наслаждался закатным солнцем, что окрасило воду в розовые и красные цвета.

-Мы дома, - губы мужчины сложились в прекрасную лёгкую улыбку.

Вдруг картинка стала мутной, радостные крики команды слышались будто издалека. Веки налились чугунной тяжестью. Мужчина очень хотел спать. Он сделал вдох, затем с силой выдохнул.

- Брат! Мы спустили шлюпки, быстрее отправляемся! Мама наверняка уже увидела "Санта Кастодию", - Алонсо в нетерпении заскакал рядом со старшим братом совсем забыв про больную ногу. Но ответа так и не получил.

- Брат? - он протянул руку, что бы потрясти уснувшего мужчину, но отпрянул коснувшись холодной кожи.

Алонсо не удержался на ногах и осел на пол. Горячие слезы полились из его не верящих глаз. Старший брат словно живой стоял прислонившись к мачте. Он мягко улыбался с закрытыми глазами. Вся его фигура выражала безмятежность и спокойствие. Он смог привести команду домой.

***

Сантьяго стоял на алой воде. Розовые волны поднимали его то вверх, то вниз.

- И что теперь? - спросил он у Клабаутермана, который покачивался рядом с ним. Корабль затонул. Больше духу негде было обитать.

- Перерождение, - он медленно затянулся трубкой и по-отцовски посмотрел на него.

-Далёк ли путь? - задал ещё один вопрос мужчина.

- Не бойся, я тебя провожу, - уверенно ответил старик и растворился в дымке своей курительной трубки.

Солнце медленно скрылось за горизонт. Его лучи более не раскрашивали воду яркими красками. Мореход хотел обернуться на родной берег в последний раз. Но крепко сжав кулаки не позволил себе эту слабость. Душа Сантьяго закрыла глаза и устремились вслед за Клабаутерманом.

- К новым берегам! Полный вперёд!

Капитан однажды - капитан всегда.

Пылающий Адиантум

Сегодня был значимый для горожан праздник: "Пылающий Адиантум". Своеобразный день влюбленных, где судьба может создать новую пару. К празднику готовятся заранее. Юноши практикуют стрельбу из лука, а девушки вырезают из белой бумаги воздушных змеев и украшают их атласными лентами.

Выбрав понравившийся цвет, парень стреляет в воздушного змея. Если стрела попадет в цель, то девушка, собравшая змея, станет Цветком молодого человека. Вечером они сядут в лодку и следуя течению реки, будут искать пылающий адиантум. Красный цветок среди сотни белых. Он единственный для этой пары. Найдут, будут счастливы друг с другом.

Уже давно не секрет, что девушка накануне праздника может рассказать юноше, какой цвет лент она выбрала для воздушного змея. Естественно, если парень ей симпатичен.

Но Велес не нравился Полине. Он проверил готовность своего лука и убрал новые стрелы в колчан. Взгляд парня вновь устремился к берегу реки, где весело щебетали девушки. Они расчесывали друг другу длинные пушистые волосы и вплетали листья адиантума. С белыми цветами и россыпью зелёных листочков, спускающихся водопадом по всей длине волос, девушки были похожи на лесных нимф.

Самой желанной нимфой для Велеса была Полина. Он влюбился в неё ещё мальчишкой, давно и не раз признавался в своих чувствах. Правда, его всегда отвергали. Лине нравился Елисей, сын старосты города.

- Смазливый баклан. Что в нем хорошего кроме лица? - проворчал горе влюблённый.

Вдруг его внимание привлёк короткий блеск. Он наблюдал за Линой через слегка прикрытые веки, чтобы его взгляд не казался слишком пристальным, и заметил, как она отразила маленьким зеркальцем солнечный луч.

- Сигнал, - процедил он, стиснув зубы от негодования.

Девушка не спеша отправилась по тропинке к небольшой роще, там находилась крытая беседка с красивой романтичной росписью. Через пару минут в ту же сторону пошёл Елисей. Он самодовольно улыбался, выпятил грудь колесом и насвистывал известную кабачную песню.

Вел не обладал тактичностью к чужим тайным свиданиям, особенно, если это касалось определённой девушки. Он обошёл площадку, подготовленную к празднику по дуге, и оказался рядом с местом свидания. Пара его не заметила и продолжала ворковать.

- Чаровница, ты позвала меня, чтобы рассказать свой секрет? - мурчал, как деревенский кот Лис.

- Я... Хочу стать твоим Цветком, - тихо сказала девушка. Её щеки покрыл яркий румянец, а от следующей фразы и вовсе перешёл на тонкую хрупкую шею. - У моих лент голубой цвет.

Внезапный громкий кашель испугал молодых людей.

- Отлично! Голубой значит, прекрасный оттенок, как твои глаза. - Вклинился в разговор Велес. Он подтянулся на перилах беседки и легко запрыгнул внутрь.

Пара от неожиданности застыла с открытыми ртами, но девушка быстро пришла в себя.

- Даже не думай стрелять в моего воздушного змея! - зарычала разъяренной кошкой Полина.

Елисей вздрогнул немного от смены голоса девушки, не ожидал, что она способна на такие интонации.

- Велес, не доводи все до абсурда. Тебе отказывали много раз. Не можешь смириться с поражением? Ты уже мне проиграл, - твёрдым голосом победителя сказал Лис.

- Если ты победил, почему же в дом Лины, все еще не пришли сваты? Не потому ли, что каждый год ты стреляешь в разных змеев? - спросил Вел и злобно посмотрел на парня.

- Тц. Не слушай его милая, ты обязательно будешь моим Цветком сегодня. Пойдём скорее, пока нас не хватились, - быстро проговорил Елисей, мягко обнял девушку за плечи и увёл из беседки.

- Я не отдам её такому, как ты. Я не сдамся, обязательно выиграю у судьбы. Ничего, что меня не любят, это не так важно. Главное, чтобы Лину никто не обидел, - прошептал Вел. В его глазах плескалась злость и ревность. Но больше было старой печали, которая крепкими корнями проросла глубоко в сердце юноши.

Прозвучал звук выстрела. В небо взметнулся красный шарик и взорвался мелкой рыжей пылью. <<Пылающий Адиантум>> начался. Велес встряхнул головой, отгоняя тяжелые мысли. Он крепче сжал лук и пошёл на полигон, где к столбам были привязаны воздушные змеи. Под светлой рваной чёлкой сияли упрямые зелёные глаза. Он шёл победить.

- Прошу тишины! Повторим правила! - пробасил староста. Он подождал, пока трибуны затихнут и продолжил. - У вас есть две стрелы. Ничего, если один раз промажете, есть ещё одна попытка. Сейчас вы достанете из мешка дощечку с номером, так мы определим очерёдность. Надеюсь, всем повезет, и вы успеете сразить понравившегося воздушного змея, до того, как это сделает ваш соперник. - Мужчина закончил объяснять правила и раскрыл плотный мешок.

Юноши быстро похватали дощечки с номерами и выстроились в своеобразную очередь. Девушки замерли в ожидании, а некоторые поддерживали стрелков пожеланиями удачи.

Велесу повезло, он вытащил третий номер. Но он не мог радоваться, так как Елисей стрелял первым. А стрелял он очень хорошо.

Лис наложил стрелу на лук и натянул тетиву. Он долго смотрел на воздушного змея с голубыми лентами не торопясь стрелять. Поднялся сильный ветер, змей крутился, прыгал из стороны в сторону, не задерживаясь в одном положении ни на секунду.

Елисей прищурился и отпустил стрелу. Та понеслась чётко к своей цели, но лишь немного царапнула извивающегося дракончика. Парень недовольно цокнул и отошёл в конец длинной очереди. Раньше он всегда попадал с первого выстрела, но сегодня удача явно не на его стороне.

Второму стрелку так же не повезло, стрела пролетела мимо. Настал черёд Велеса. Парень закрыл глаза и вслушался в мелодию ветра. Стихия исполняла яростную песню. Он слышал гневные нотки в каждом резком воздушном порыве. Но так же он слышал горе и тоску. Ветер плакал.

Вел открыл глаза и посмотрел на извивающегося змея. Верёвка, удерживающая его, натянулась, так, что можно было услышать скрип от сильного трения о деревянный столб.

Белый бумажный дракон рвался в небо. Его голубые ленты скользили по воздушным потокам в прекрасном танце. Он стремился слиться с ветром, стать одним целым с ним.

Юноше показалась, что он такой же, как и этот змей. Рвётся к любимой, тянется изо всех сил к её порывистой яркой душе. Но все тщетно. Её сердце любит другого и это держит его удушающими путами. Велес в каком-то наваждении прицелился и выстрелил в деревянный столб. Острие стрелы перерезало верёвку, и воздушный змей взмыл в небо ничем более не сдерживаемый.

Вокруг раздались саркастичные смешки. У незадачливого стрелка убежала добыча. Но смеялись не долго, так как воздушный змей, словно живой низко пролетел над Велесом и обронил одну из голубых лент. После чего набрал высоту и скрылся в мягких ватных облаках.

Вел ловко поймал ленту, сжал её в кулаке и подбежал к скамье с девушками.

- Какому Цветку принадлежит голубая лента? - громко спросил он. Парень радостно улыбался и пристально смотрел на Полину весёлым взглядом.

Девушка одарила веселящегося парня кривой натянутой улыбкой. Медленно подошла к нему и сказала:

-У тебя моя лента, теперь я твой Цветок. - Она опустила взгляд, пряча разочарование, и взяла парня за руку, в которой он держал голубую ленту.

- Я протестую! Он не сбил воздушного змея, его стрела вонзилась в столб! - закричал в гневе Елисей.

- Сын мой, веди себя прилично, - осадил юношу старейшина. - Зачем мы стреляем в воздушных змеев? Наша основная задача добыть ленту. Лента у Велеса есть? Значит, он все сделал правильно. Здесь не из-за чего поднимать шум.

Мужчина подошёл к Велесу. Посмотрел на него добрым взглядом и похлопал по плечу.

- Первая пара определилась! Поздравим же их бурными аплодисментами!

Велес и Полина поклонились хлопающим и свистящим трибунам. И испытывая абсолютно разные эмоции, подошли к причалу с белыми лодками. Им предстояло отправиться на поиски пылающего адиантума, как только все юноши сделают свой выстрел.

Вечерело. Пары в белых лодках медленно шли по реке. Слышался весёлый смех и оживленные разговоры. Только в лодке Велеса стояла напряжённая тишина. Но парня это мало волновало. Он добился своей цели на сегодня.

- Ты же знаешь, что я тебя не люблю. Мы не найдём цветок. Все твои усилия бессмысленны, - сказала Полина усталым голосом. Она опустила ладонь в прохладную воду и смотрела, как тонкие белые пальцы плавно разрезают речную гладь.

Велес ничего на это не ответил, просто продолжил грести и внимательно смотрел по сторонам, надеясь найти красный адиантум.

Постепенно лодки разворачивались, и пары уплывали. Одни нашли свой цветок, другие же не найдя, решили остаться друзьями. Все же им всем по-своему было весело друг с другом. Они все любили праздник "Пылающего Адиантума".

Течение усиливалось. Дно реки уже не было таким гладким, как прежде. То тут, то там виднелись большие камни. Впереди шумел водопад. Велес причалил к деревянному мостку и привязал лодку. Вылез из неё и помог забраться Полине.

Вдруг в царившей вокруг темноте, они увидели красный огонёк. Рядом с тем местом, где река переходит в водопад, роняя свои тяжёлые воды, находился высокий острый камень. Бока его обвивали листья адиантума, а на самой верхушке, горя яркими алыми красками, цвел цветок.

Лина вцепилась в холодные ладони Вела, и с испугом в тихом голосе произнесла:

- Пожалуйста, хватит. Ну же, Вел, остановись. Не нужно всех этих жертв.

Молящие голубые глаза встретились с упрямыми зелёными. Парень осторожно освободил ладони из девичьих рук. Развязал лодку и пошёл на ней прямо к пылающему цветку.

Позади Велеса раздался всплеск. Он обернулся и увидел, что Лина барахтается в воде.

- Ты же не умеешь плавать! - закричал в ужасе парень.

Он прыгнул в реку, и, преодолевая сильное течение, подплыл к девушке. Вел вынес её на берег и осторожно хлопал по дрожащий спине. Полина сильно кашляла из-за воды, что попала в её лёгкие.

- Глупая, ты же могла утонуть. Зачем прыгнула в...

- Я глупая? Это ты дурак! - перебила, его Лина. - Храбрым себя считаешь? Может ты ещё и бессмертный? Из-за какого-то цветка жизнью готов рискнуть? А мне? Мне, как прикажешь жить, если ты умрёшь? Как мне жить без тебя, Вел? - Девушка уткнулась лицом в свои колени и горько заплакала. И чем сильнее она плакала, тем ярче светились прекрасным лунным светом, цветы адиантума в её мокрых волосах.

Велес замер на мгновение, после глупо улыбнулся и очень осторожно обнял дрожащие плечи девушки.

- Лина, я смог победить твоё сердце. Я самый счастливый человек на всем белом свете.

- Дурак ты, Вел. Мой хороший, невыносимо упрямый дурак. Больше никогда не рискуй собой понапрасну, - Полина перестала плакать и почти невесомо коснулась губами горячего лба юноши. Она строго посмотрела на него и потребовала:

- Обещаешь?

- Обещаю.

Кристалл Смоушера

Я скучающе смотрел в окно своей кареты. Мимо не спеша проносились дорогие лавочки с вычурными названиями. Особенно сильно выделялись пункты обмена жизненной силы.

Возле одного такого пункта носящего название "Мана в руки" я заметил двух бедно одетых детей. Я бы проехал мимо, ведь увиденное меня ни как не касалось, если бы не маленькая плачущая девочка. Она крепко обнимала мальчика чуть выше нее ростом и говорила, что совсем не хочет есть.

Сюжет был довольно обычен для нашего мира. Дети бедняков оставшиеся без родителей меняют свои годы жизни на особую энергию - ману. Без нее в наше время ты не представляешь какой-либо ценности. Пустой кристалл души в районе груди? Это приговор. Еда, жилье, транспорт. Больницы, адвокаты и школы. За все нужно платить маной. В нашем мире только так. Есть мана - можешь пользоваться магией.

Магия - это процесс, при котором создается что-то из ничего. Да, но не совсем так. Предком магии была алхимия. Древнее учение, в котором использовался закон равноценного обмена - для получения какой-либо вещи нужно отдать что-то равноценное. Алхимики могут превращать одни вещества в другие и изменять форму вещей.

Но всегда ли хочется совершить честный обмен? Дабы обмануть самый главный закон, алхимики создали философский камень. Так они могли обрести абсолютную власть над материей. Сущностью жизни и смерти.

Создав устройство способное черпать энергию прямо из жизненного потока, в котором находилось множество душ ждущих дня своего перерождения, они поместили в него философский камень. Он должен был впитать в себя души и сделать владельца Богом. Бессмертным существом в чьей власти создать лишь силой мысли все что угодно. Но не вышло.

Произошла насильственная трансмутация человечества. Душа более не могла оставаться в теле. В считанные дни люди иссыхали и умирали от недостатка энергии. Чтобы спасти оставшихся людей, алхимик Смоушер создал кристалл, в который можно было заточить энергию души. Кристаллы трансплантировали в грудь людям, тем самым остановив вымирание.

Жизненный поток был разрушен, вместо него в нашем мире появилась мана и магия. Кому-то повезло, они могли самостоятельно регенерировать ману, тем самым пользоваться магическим предметами, без которых жизнь в новом мире сродни проклятию. Всего лишь одно прикосновение к магокувшину и он заполнен чистой водой. Для этого не нужно много маны, но бедняки не могли пользоваться магией. И таких людей было большинство.

У бедняков в кристаллах души было ровно столько энергии, сколько лет жизни им отмерено. И вот именно эту энергию можно было обменять на ману. Это страшный равноценный обмен прошлого. Кристаллы стали своеобразными счетчиками жизни для одних и безграничной властью для других.

- Мана убила больше душ, чем железо - тел, - я прислонил ладонь к карете и та остановилась. Неспешно вышел на дорогу и подошел к детям. Они были увлечены трагичным разговором и не заметили моего появления.

- Сколько? - спросил я строгим голосом у мальчика.

Он вздрогнул от неожиданности и спрятал девочку за свою спину.

"О, так они близнецы".

- Не нужно обращать на нас свое внимание, господин. Пожалуйста, пройдите мимо, - сказал мальчик твердым голосом, но дрожащие коленки выдавали его страх.

- Я спросил у тебя сколько? Покажи мне свой кристалл, - не дожидаясь ответа, я рванул рубашку пацана и еле держащиеся пуговицы покатились по земле.

- Значит осталось девять? На вид тебе не дашь больше двенадцати. Сколько ты хотел обменять? Один месяц или же год? А может все два? Ты вообще хочешь дожить до совершеннолетия? - я понимал, что несу бред. Мои слова ничего не изменят. Зачем этим детям думать, что будет через год? Булка хлеба им нужна сегодня.

Дети молчали опустив головы. Даже если я их разозлил, они ничего не могли сказать в свою защиту. Без маны ты ничего не можешь.

Я постарался успокоиться. Все должно было быть не так. Не этого я хотел создавая кристаллы души. Я просто хотел спасти как можно больше людей. Но должен был помнить - благими намерениями вымощена дорога в ад.

- Как вас зовут? Вам есть куда вернуться?

Близнецы переглянулись и помотали головами.

- Я Карл, а это моя сестра Диана, у наших родителей опустели кристаллы около пяти лет назад, - видя, что я не собираюсь причинять им вред дети немного расслабились.

Я щелкнул пальцами и в моей руке материализовался большой рыжий апельсин. Щелкнул второй раз и с него исчезла толстая кожура. Разломал надвое и отдал детям.

- Вот что, Карл и Диана. Мне нужны работники в моем поместье. Вы будете помогать по хозяйству, а я вам платить маной два раза в месяц каждому. А еще вы можете есть столько апельсинов сколько захотите. В моем апельсиновом саду в этом году большой урожай, - я немного лукавил. На самом деле мне не нужны никакие работники. В моем доме все управляется магией. Сначала я просто хотел дать этим детям заряд маны, который обеспечит их лет на десять каждого. Пока они достаточно не повзрослеют и не смогут найти работу. Я передумал так как, заметил одну очень интересную вещь.

- Если вы согласны, то можете сесть в мою карету. Если нет, то оставайтесь на улице пока ваши кристаллы не опустеют. Выбирайте, - я знал, что они согласятся, даже если сейчас не доверяют мне. Когда у тебя ничего нет, страх отступает.

- Братик, пожалуйста пойдем с этим добрым господином. Я не хочу чтобы ты как мама и папа... - она тихонько заплакала, так горько, как могут плакать только дети.

- Хорошо, Диана. Не плачь, пожалуйста, скорее садись в карету.

Девочка ушла. Карл поднял на меня свои взрослые усталые глаза с появившемся в них крошечным огоньком надежды и спросил:

- Почему вы позвали нас к себе? Неужели и правда нужны работники? Да еще и дети?

- Мне нравится твоя проницательность, Карл. Тогда и ты мне ответь. Твой кристалл. Судя по его цвету он уже давно должен был опустеть. Ты смог придумать, как уменьшить расход жизненной силы? - я нетерпеливо переступил с одной ноги на другую. Пусть он скажет да.

Мальчик немного поколебался и кивнул. Я радостно цокнул языком.

- Что же, вот тебе и ответ. Мне необходимы твои знания. Думаю вместе мы сможем найти выход.

- Хорошо, я все вам расскажу. Простите, господин, а как мне к вам обращаться? - мальчик слабо улыбнулся и мы поспешили к карете.

- Смоушер. С этого дня зови меня учитель Смоушер.

Карета направилась к дому алхимика. Это был последний день, когда Диана и Карл ночевали на улице. У обреченного мира вновь появилась надежда.

Ласточки

- Ты когда-нибудь видел волшебных ласточек? - спросила ты не оборачиваясь. Твои волнистые светло-русые волосы мягко покачивались в такт неспешной походке.

- Волшебные птицы? Что за детские сказки? - я смущенно смеюсь, стараюсь сосредоточиться и не наступать тебе на ноги. Твои прекрасные волосы и стройное тело в легком лавандовом платье изрядно отвлекали меня.

- Это не сказки, Рив. В нашем городе есть ласточки, которые могут передать сообщение, - ты остановилась около узкой извивающейся ужом речушки. Подняла свою изящную руку оканчивающуюся тонкими пальцами и указала на высокий холм за рекой.

- Когда умирает близкий человек, ты осознаешь сколько всего не успел ему сказать. Слова льются из тебя горным потоком, но никто их уже не услышит. Мертвые и живые находятся в разных мирах и никогда более не услышат голосов друг друга. Даже малейший шепот не донесется до их ушей, - ты присела у края воды и водила по ней указательным пальчиком, рисуя замысловатые линии. Неожиданно для меня ты резко встала и вошла в воду по колено. Подол твоего платья намок и прильнул к длинным девичьим ногам.

- Смотри, Рив! Если войти вот так в воду и посмотреть на холм, можно увидеть небольшую норку, которая немного прикрыта корнем старого пня. Ты видишь ее, Рив? Это гнездо волшебных ласточек. Скажи им то, что хочешь передать ушедшей на небо душе и если ласточка облетит вокруг тебя три раза, значит она согласна донести на своих крыльях твое послание, - ты весело улыбалась рассказывая мне все это, но твои зелено-синие глаза были необычайно серьезны.

- Запомни, Рив. Облетит три раза и я услышу твой голос.

***

Уже двадцать лет я хожу к этой реке. Маленькая черная птичка вылетела из норки и облетела вокруг меня три раза.

- Передай ей, пожалуйста, волшебная ласточка, у нашей Клер родилась милая дочка. Теперь мы стали бабушкой и дедушкой. И еще, мы все ее очень сильно любим.

Ласточка улетела неся на своих крыльях его послание.

Мятежный дух любит конфеты

Это случилось тринадцатым летом. Моя жизнь разделилась на до и после.

***

Удар пришелся по затылку, слышно чёткий "хруст". Делать солнышко на старых ржавых качелях было глупой затеей.

Моё тело стало каким-то неподъемным, а из горла вырвался только сиплый хрип. Я старалась позвать бабушку, ее дом был всего в десяти метрах от меня. Окно открыто, но телевизор работал слишком громко.

Неужели я так и умру? С пробитой головой, в грязи под качелями? В глазах мутнеет толи от слез, а может просто кровь слишком быстро покидает меня? Я зажмуриваюсь, прячусь от нелепой и страшной реальности. Как же я хочу жить!

Неожиданно, что-то зашуршало у меня над ухом. Я приоткрыла тяжёлые веки и увидела... А что это или кто? Пушистый шар цвета крем-брюле был не большим, где-то двадцать сантиметров в диаметре. Шар смотрел на меня круглыми сиреневыми глазами без зрачков, внимательно, не моргая. Я испугалась, совсем немного, но сил сделать хоть что-то не было совершенно.

Шарообразное тело высоко подпрыгнуло, несмотря на очень короткие, будто хомячьи лапки и посмотрело уже на дом бабушки. Так оно сделало несколько раз. Смотрело то на меня, то на дом. Существо казалось было растерянно, словно хотело помочь, но не знало как.

Я из последних сил взмолилась:

- Пожалуйста, позови мою бабушку, - слезы стояли комом в горле, голос был тихим, я едва шевелила губами. - Пожалуйста, я умираю...

Шар запрыгал ещё яростнее и быстро моргал сиреневыми глазами. Потом он запрыгал в сторону дома схватился за открытое окно и стал его раскачивать. От маленьких ручек пошёл дымок, дом обжигал моего спасителя, но Шар не отпускал, все так же раскачиваясь, от чего рама громко стучала о стену.

Из окна выглянул другой Шар, он был похож на сиреневоглазого, но шерсть его была бежевой, чистой. Сначала он сощурил недовольно синие глаза и хотел сбросить моего спасителя с рамы, но потом резко посмотрел на меня. Его маленький зубастый рот расширился и мелко задрожал, затем бежевый шар унесся вглубь дома и выключил телевизор.

Теряя сознание я слышала как стучала рама, крик бабушки, которая услышала шум, а затем, наверное, увидела окровавленную меня. Дальше меня окутала пугающая темнота.

Я очнулась в больничной палате и поняла, что вижу. Нет, не так. Я Видела. Странные существа, маленькие и большие, худые и толстые, пушистые и не очень. Они скакали по коридорам и палатам, иногда просто проходили сквозь стены, если двери были закрыты, но это явно не приносило им удовольствия. После такого "прохода" существа были взъерошены и быстро-быстро моргали, словно пытались сфокусировать свой взгляд.

Кто же вы такие? Почему никто не видит вас? Почему только я?

- Ох, ты очнулась! - в палату вошла бледная бабушка, глаза её были опухшими и красными, видимо она долго плакала. - Как ты себя чувствуешь, солнышко? Боже! Если бы телевизор резко не выключился, я глухая старуха, так бы и не услышала стук, не увидела тебя! Это явно ангел хранитель твой помог! - она взяла меня за руку и вновь заплакала.

- Со мной все хорошо, пожалуйста не плачь, береги свое сердце.

- Да что мне себя беречь! Тебя не смогла... Чуть не потеряла. Твои родители скоро приедут. Через пару дней отвезем тебя в городскую больницу, сейчас пока нельзя двигаться.

Я улыбалась, как же я рада быть живой.

Прошло два месяца прежде чем моя голова пришла в норму. Тошнота, головокружение и тремор рук, все прекратилось. Только зрение все ещё было не обычным. Я не знала, могу ли хоть кому-то рассказать об этом, боялась, что закроют в другой больнице, для психов. Поэтому я усиленно шерстила интернет, искала похожие случаи или же вбивала описание видимых мной существ.

Информации было мало, в основном легенды, мифы и байки. В них я прочитала о мятежный духах, другими словами - нечисти. Картинки были страшными, мало походили на то, что видела я, но все же одно описание подошло. Сиреневоглазка, милый пушистый спаситель, похож на бездомного домового.

Мне было немного страшно, но все же я уверенно приняла решение. Прочитав много статей на тему "Как приманить домового", я закинула много разных конфет в рюкзак и поехала к бабушке.

Сиреневоглазка обнаружился во дворе. Он слегка покачивался на тех самых качелях и вид у него был очень грустным. Я присмотрелась к его маленьким ручкам и ужаснулась, они были красными из-за сильных ожогов. "Мятежный дух не может прикасаться к чужому дому без разрешения" вспомнила я прочитанное. Ах, бедный, он так долго держался за окно моей бабушки, так долго терпел.

Я медленно подошла к нему и поздоровалась:

- Привет, спасибо, что спас меня. Если бы не твоё доброе сердце, я бы умерла.

Дух поднял на меня большие круглые глаза и легонько кивнул принимая благодарность.

- Ты позволишь мне отплатить добром за добро? Смотри сколько конфет я тебе принесла! - я открыла рюкзак и показала содержимое духу. Глаза его заблестели и маленькие рот сложился в острозубую улыбку. Он спрыгнул с качелей и накинулся на конфеты. Съел все в один миг, даже не развернул фантики.

Я взирала на чумазого малыша шокированным взглядом, но постаралась взять себя в руки.

- Ты спас меня, и я хочу благодарить тебя всю свою жизнь. Я предлагаю тебе жить в моем доме.

Пушистик замер и смотрел на меня очень внимательно и настороженно. Он явно раздумывал, стоит ли соглашаться на моё предложение.

- Не бойся, я тебя не обижу, моя семья хорошая, - я хитро улыбнулась и продолжила. - Обещаю давать тебе конфеты.

"Каждый день?", раздался неожиданный шёпот, и я с удивлением поняла, что это дух говорит в моей голове.

- Если ты этого хочешь, - мягко улыбаясь ответила я.

"Я согласен". Мятежный дух убедился, что съел все конфеты и легко запрыгнул в рюкзак.

Когда мы оказались дома, мне вновь пришлось удивиться. Мятежный дух, нет, теперь домовой, был бежевого цвета, а ни как раньше, сероватого крем-брюле, и самое главное, его раненые руки стали абсолютно здоровыми.

Маленькая ракушка

Аматэрасу и Цукиёми спустились на землю. Хоть юные боги и покинули свой мир, но яркое светило все ещё дарило тепло, а блестящая луна подгоняла морские волны.

Стоя на прогретом песчаном пляже и слушая шум набегающих волн, двое ощущали жизнь.

Первым молчание нарушил Цукиёми:

- Эй, как думаешь, зачем мы здесь?

Аматэрасу подняла с песка маленькую белую раковину и повертела ее в руке.

- Может, для того чтобы посмотреть?

- И на что же?

- На эту ракушку? Мы ведь не можем видеть её с небес, ведь она такая крошечная.

Цукиёми задумался. Какие ещё вещи он не мог разглядеть из-за их кажущейся незначительности?

- Получается только в таком виде сущее приобретает смысл.

- Да, люди благословлены. Они могут лишь протянуть руку и объять жизнь, ведь она прямо перед их глазами.

Аматэрасу и Цукиёми стали людьми. Правда только на двадцать четыре часа. Солнце и луна хотели подержать в руках маленькую ракушку.

Браслет детства

Браслет детства

Маленькая девочка в красивом красном платье нетерпеливо переступала с ноги на ногу, и ждала пока мама нажмет на кнопку домофона. Ей сильно хотелось гулять. Погода была прекрасная, лето в этом году выдалось жарким и солнечным.

- Лена, помнишь о чем мы говорили? - строго спросила мама.

- Да, мама, как только ты позовешь, мы сразу пойдём к тёте Лиде. Ты тоже хочешь увидеть подругу, не только я скучаю по друзьям, - малышка скопировала слова и интонацию матери от чего получила легкий щелчок по носу.

- Не передразнивай меня. Что же, если ты все помнишь, то пойдём гулять. Только смотри, будь осторожна, не улетай за флажки.

- Хорошо, мама!

Железная дверь отворилась под трель домофона, и Лена вырвалась на свободу. Она прыгнула вверх, а затем подгребая под себя воздух, будто маленькая небесная рыбка, полетела на детскую площадку.

В игровой зоне, которую держали крепкие тросы, натянутые между многоэтажными домами, было много детей. Они катались с горки и в конце делали просто невероятные сальто, затем вновь подлетали к самой верхушке и ждали своей очереди. Разнообразные цветастые лазалки, быстрые качели и трамплины, даже лавочки - всё было создано для веселящихся в воздухе детей. Для них было лишь одно правило, не летать выше радужных флажков. Малышня могла столкнуться со стаей птиц и пораниться. Так же воздух, чем выше, тем холоднее, что тоже может навредить их юному здоровью.

Пока мелкие безумствовали на площадке, ребята постарше оккупировали раскачивающиеся из стороны в сторону стол и скамейки. Дети играли в карты. Они дразнили друг друга за проигрыш и выдумывали смешные задания.

В этот раз проиграла девочка из соседнего двора. Её заданием стал поцелуй в щеку, выбор по считалочке пал на хмурого Лёшу. Он сначала отнекивался, но все же признал, что игра есть игра, и что он ни в коем случае не боялся какого-то чмока.

В итоге девочка быстро, едва касаясь губами, поцеловала его в щеку. Все посмеялись и стали играть дальше.

Вдруг браслет на руке Лёши тоненько запищал и призывно замигал красным светом. Всё резко прекратили смеяться и посмотрели на него сочувствующими взглядами. Время мальчика вышло в двенадцать лет, он больше не сможет летать.

Лёша закусил губу, в его глазах плескалась лёгкая грусть. Все же он смог улыбнуться друзьям на прощание и медленно опустился на землю.

Лена первый раз видела, как подаёт сигнал чужой браслет. Она с неприязнью посмотрела на свой, хорошего настроения как не бывало. Девочка больше не хотела кататься с горки, поэтому быстро нырнула к маме.

- Наигралась, принцесса? - нежно спросила мама, обнимая в ответ жмущуюся к ней дочку. - Что-то случилось, поругалась с друзьями?

Лена помотала головой, крепче обнимая маму и пряча расстроенное лицо на её животе.

- У Лёши сработал браслет, - тихо сказала девочка.

- Понятно, вот оно как значит, ему вроде недавно исполнилось двенадцать?

- Угу, я видела в окно, как к нему летели друзья с шариками и подарками. Мам, а почему с ним это произошло?

- Это со всеми рано или поздно происходит. Никто не знает когда, поэтому вы и носите эти браслеты, для вашей безопасности.

Мама мягко отстранила девочку и посмотрела ей в глаза.

- Боишься?

- Нет! Просто я хочу летать, всегда-всегда. Это моё самое заветное, самое дорогое желание.

- Если для твоего сердца, полет самое дорогое, значит ты всегда будешь летать.

- Получается, что Лёша не хотел больше летать?

- Почему же, хотел, просто теперь его сердце стало слишком тяжёлым.

- Тяжёлым?

- Да, принцесса, любовь - тяжёлое чувство. Когда ты её встретишь, поймёшь, что никакой полет не может быть дороже любимого человека.

- Ну уж нет! Не нужен мне любимый! Я люблю летать больше всего на свете! - Лена смутилась своих криков и договорила уже гораздо тише, - ещё я люблю тебя и папу, дедушку с бабушкой тоже...

Мама задорно рассмеялась, взяла дочку за руку и они, не торопясь, пошли в сторону дома тети Лиды.

- Всё будет так, как захочет твоё сердце. Не думай много об этом, летай и наслаждайся детством.

Мама и дочка покидали свой уютный двор, оставляя позади детский смех, скрип качелей и шум развевающихся флажков