Агнесс. (Случайный рассказ)

Глава 1

Агнесс крутилась против часовой стрелки разбрасывая вокруг себя мелкие огоньки, тушки мёртвых летучих мышей, перья чёрных ворон и костяшки давно сдохших домашних кошек. На этот перекрёсток двух дорог – одной четырёхполосной асфальтированной, ведущей к сверкающему огнями городу, и другой, почти заросшей грунтовой, к старому заброшенному кладбищу.

Её сюда позвал брат-Лёшик.

Двести лет жила себе спокойно на испанском побережье, в шикарном особняке, сменив непроходимую лесную глушь и избушку на курьих ножках на белый песок и бассейн с живой водой, горя не знала, а тут он – спаси, помоги, светлые одолели, зелёные житья не дают, поколдуй.

Агнесс, закрыв голубое блюдечко с золотым яблочком, крутившимся по кругу (т.е. выключив плазму на стене) и спрятав под подушку всевидящее зеркальце (чтоб было понятнее –отключив скайп на макбуке), призадумалась , чем можно помочь братцу.

Тот, уже лет пятьдесят как, планомерно изводил деревушку на берегу живописной реки. Местных там не осталось, на месте хилых лачужек поднялись двух-трех, а то и четырёхэтажные коттеджи, в которых проживала угодная братцу нечисть – водяные, русалки, чертополохи, кружави и много чего ещё. А вот одна привредная старушонка, ну никак не хотела уезжать из своей хатёнки на окраине села. Уже даже не села, а коттеджного посёлка, упорно жила в своём домишке на окраине, постоянно таскалась на заброшенное кладбище, а в последнее время ещё и начала писать кляузы про нарушение природоохранных зон и попрание своих прав.

Лёшик на неё уже и морок напускал, и оборотней отправлял, и сам к ней с уговорами являлся на своём крутом джипе - неймётся старушонке, строчит доносы.

- Тут моя родина, тут мои предки захоронены, тут я живу, тут я их поминаю и тут я помру, а пока не помру- ничего ты со мной не сделаешь, чёртов леший, пошел ты… далеко!!!

Лёшику, конечно бы и отступиться, да Бог бы с ней с этой старушонкой, пусть себе доживает в своей избушке, но начали наезжать разнообразные комиссии из столицы. Интересоваться начали, на каком основании, а где разрешительные документы, а кто позволил, и прочее и прочее. Неспокойно стало Лёшику, вот и обратился к сестрице.

Обряд почти подходил к концу, когда взгляд Агнесс уловил приближающуюся к ней старушку. Хоть и уверена была Агнесс, что во время обряда для простолюдинов она невидима, но старушка решительно и бодренько шагала именно к ней.

- ООО! Яга! А я-то думаю, кто моим старым костям покоя не даёт, прям как через мясорубку перекручивает, а это ты – старая ведьма!

От неожиданности и удивления Агнесс совсем забыла, что до окончания обряда должна хранить молчание, иначе всё дело насмарку, и пару раз хлопнув длинными пушистыми ресницами воскликнула:

- Весталка! А тебя каким ветром сюда занесло?

- Да не Весталка я давно, а баба Василина, баба Вася для местных, живу я тут. Пошли ко мне чайку попьём, новостями поделимся, сколько лет не виделись, есть чего рассказать. Ты рот –то прикрой, Яга, да пошагали, пока приглашаю.

- Да и я не Яга, Агнесс меня теперь кличут.

- Да по мне хоть Агнес, хоть Паганес, внешность сменила, имя поменяла, а душонка как была поганенькая, так и осталась, - старушка резко развернулась и пошла по дороге, Агнесс посеменила за ней. Обряд всё равно сорван.

Избушка бабы Васи, хоть и выглядела неказисто, особенно на фоне нависающих над ней массивных каменных коттеджей, внутри оказалась чистенькой и уютной. Белые занавесочки на окнах, кружевные салфетки, домотканые половички и чисто выбеленная русская печь! Агнесс уже и забыла как она выглядит, подошла и прижала к ней ладони, поздоровалась.

Василина между тем шустро накрыла стол: пироги, печеньки, варенье и налила ароматный чай в большие кружки.

- Садись, жаловаться буду на твоего братца, да пей чай-то, не отравленный,- Василина горько усмехнулась.

-Леший за последнее столетие совсем забыл о своём истинном предназначении: охранять природу, заботиться о лесных жителях, зверушках, птицах, насекомых. А как дорвался до власти и денег, вообще стал «человеком». Он теперь Алексей Владимирович, «человек уважаемый». Выжил весь деревенский люд, снес деревенские домишки, вырубил дубраву на берегу и понастроил каменные джунгли, ох и немало денег стоят эти хоромы, но желающих хватает. Сейчас вот расширяться задумал и хищно поглядывает на старый погост, место хорошее, чистое (но не для жилья, не для жизни), а я тут ему как чирей на ж…е. Мешаю размахнуться, воюю, не даю над памятью предков изгаляться. Тоже по-человечьи действовать начала – строчу доносы, больше на него ничего не действует, только страх потерять власть и деньги. Ничего святого не осталось у Лешего. Вот, Яга, такие дела, - закончила свой грустный рассказ Василина.

- Спасибо за чай, Весталка, жизнь длинная, ещё свидимся. А этому старому козлу я сейчас устрою райскую жизнь! – Агнесс вышла из дома Василины и тихонько прикрыла за собой дверь.