Адъютант её превосходительства

Глава 1

Выйдя из теплицы, Лопань полной грудью вдохнул свежий утренний воздух. Первое солнце, Даушма, два часа как уже закатилось. А до восхода второго, Полышмы, оставалось ещё достаточно времени.

Лопань встряхнул головой, и зелёные волосы-жгутики рассыпались по плечам. На макушке зажужжало, и из-под не знавшей гребня причёски выбрался крупный бронзовый жук. Потёр задними лапками брюшко и взмыл в небо. Лопань послал ему вдогонку широченную улыбку во весь лягушачий рот.

Со стороны дома мелодично звякнуло. Раздались долгожданные лёгкие шаги, и из-за угла теплицы появилась госпожа Шлёпси Гродень в дорожной одежде и с небольшим саквояжем в маленькой синей ладошке. Улыбка Лопаня стала ещё шире, поставив просто нереальный рекорд по своей широте. Он обожал свою госпожу, не взирая на то, что он был простым лягухом, а она из аристократической семьи народа шерр.

- Доброе утро, Ляг Лопань, - поприветствовала Шлёпси, взмахнув маленьким хлыстиком. – Как там наши огурчики? Чисты, сыты, готовы к дороге?

- Всё в порядке, госпожа, - Лопань чуть поклонился. – Стручок, правда, снова колючками стал покрываться. Ума не приложу, чего ему не хватает.

- Может, его на салат пустить? – Гродень приподняла бровь, но, увидев проявившийся на лице Ляга ужас, рассмеялась: - Не бойся. Не тронем твоих подопечных. Седлай Сарделя и выводи сюда. Хочу выехать, пока Полышма не заполыхала.

Лопань хихикнул, услышав замшелый каламбур из уст своей обожаемой хозяйки, и поспешил в теплицу. Огурчики даже не обернулись. Да и как им оборачиваться без шей? Если только всем телом. Есть риск потревожить соседей.

Ляг подобрался к Сарделю, почти наполовину зарывшемуся в личную грядку, и похлопал его по спине.

- Вставай, мальчик, - шепнул он. – Для тебя есть работа.

Услышав голос огуровода, Сардель встрепенулся, окатив Лопаня и соседних огурчиков комьями жирного чернозёма. Распрямил длинные ноги и выгнул спину, став больше похожим на сосиску, чем на сардельку.

- Красивый, красивый, - похвалил скакуна Лопань, ибо даже последний лягух знает, что доброе слово и огурчику приятно.

Выведя Сарделя в центральный проход теплицы, Ляг принялся неторопливо и тщательно седлать скакуна. Госпожа собралась ехать очень далеко, аж до границы со страной лысых обезьян. Сардель, конечно, с лёгкостью донесёт и дальше, до Зубастых гор. Он из огурчиков Лопаня самый выносливый. Главное, чтобы в дороге не приключилось никаких неожиданностей.

- Ляг! – позвала Шлёпси, не заходя в теплицу.

- Полминутки, госпожа! – отозвался огуровод, продолжив свою работу.

Он уложился в двадцать три секунды. Вывел огурчика под уздцы и встал рядом с наследницей дома Гродень.

- Что прикажешь, госпожа?

- Я вот что подумала, Ляг, - Шлёпси задумчиво поглядела на огуровода. – Дорога мне предстоит долгая и трудная. Местами, возможно, даже опасная.

Лопань сочувственно покивал. Он, будучи потомственным огуроводом, лягухом и подневольным существом, ни разу не выбирался дальше соседнего с поместьем госпожи городка с поэтичным названием Душистая Плесень.

- Раньше я всегда путешествовала одна, - продолжила Шлёпси, поглаживая бок Сарделя. – И меня это полностью устраивало. Больше мобильность, ни от кого не зависишь. Но на этот раз мне просто необходим попутчик.

В самом деле, нынешнее поручение, несмотря на чёткие указания, отдавало гнильцой. И госпожа Гродень нуждалась пусть и в бестолковой, но подстраховке. В этих шпионских делах даже самая незначительная деталь, вроде вовремя оказавшегося в нужном месте огурчика, может спасти жизнь. Главное, чтобы этот лягух не проявлял излишнего любопытства.

- К чему ведёшь, госпожа? – Лопань удивлённо посмотрел на неё.

Шлёпси вздохнула. Экий непонятливый. Впрочем, это нормально.

- Собирайся, Ляг, - она взмахнула хлыстиком. – Поедешь со мной.

Лопань даже рот открыл от изумления. Хорошо хоть язык смог удержать внутри, а то бы вышел неприятный казус.

- Но, как же? – пролепетал он, обретя дар речи. – Я же никогда… А огурчики? На кого я оставлю моих… твоих огурчиков?

- Храполь уже взрослый. Позаботится.

Речь шла о младшем брате Лопаня. Вот только Храпи не торопился осваивать благородную профессию огуровода, предпочитая этому посиделки на кухне с весёлой и пышной кухаркиной дочкой Куколи.

- Он справится, - с нажимом произнесла Шлёпси, заметив скептический взгляд Лопаня. – Пусть только попробует не справиться.

Ляг развёл руками. Хозяйке виднее.

- Теперь живо собирайся. Лишнего не бери. Главное выехать пораньше. Огурчика седлай повыносливее. Кого думаешь взять? Тролю? Или Мышатика?

Лопань в задумчивости провёл пальцем по нижней губе, а затем сунул оный палец в ухо. Эта его манера всегда забавляла Шлёпси, и госпожа улыбнулась. Ляг стыдливо вынул палец и, опустив взгляд, пробормотал:

- Стручка возьму.

- Но он же колючий! – удивилась Гродень.

- Ничего. В два слоя попонку постелю. Зато Стручок ничего не боится. Сдаётся мне, он просто засиделся на грядке, оттого и ершится.

- Даю тебе пять минут, - Шлёпси кивнула и принялась закреплять саквояж на боку Сарделя.

Лопань справился за три. Правда, от волнения недостаточно плотно притянул свой мешочек к седлу, и тот при каждом шаге хлопал Стручка по бугристой коже, не доставляя, впрочем, каких-либо неудобств, поскольку был почти пуст.

- М-да, и вправду зарос, - хмыкнула Шлёпси, окинув огурчика профессиональным взглядом. – Учти, едем без остановок вплоть до Ярышмы.

Третье солнце, Ярышма, не предполагало каких-либо поездок под его жёсткими лучами, потому надо было найти укрытие до его восхода.

Лопань широко улыбнулся и запрыгнул в седло. Госпожа Гродень кивнула и, вставив изящный сапожок в стремя, легко взлетела на спину своего скакуна.

Разгоняя кузнечиков и жуков, они пронеслись от теплицы к крыльцу хозяйского дома. Храполь и Куколь, сидевшие рядышком на скамейке, тут же вскочили и, задрав головы, преданно уставились на госпожу Гродень.

- Ляг, мы с твоим братом уезжаем, - сообщила Шлёпси свысока. – Огурчики за тобой. Загубишь – шкуру спущу.

- Слушаюсь, - враз осипшим голосом отчеканил Храпи.

Госпожа Гродень пришпорила скуакуна, и они с огуроводом вылетели прочь со двора.

*

Душистую Плесень они обогнули с севера. Стражники на заставе даже не потрудились выйти из караулки. Лишь сержант лениво посмотрел на быстро удаляющееся облачко пыли, зевнул и доел пирожок.

Дальше дорога шла через лес. Берёзы сменялись осинами, осины берёзами. Свет восходящей Полышмы легко проникал сквозь листву и ярко освещал путь.

Изредка на дорогу выбегали дикие кабачки. Валялись в песке, даже повизгивали от удовольствия. И плевать хотели на путников. Огурчики перепрыгивали через них, не сбавляя скорости, и мчались дальше.

Вдруг дорогу преградило упавшее дерево, не слишком большое, но ужасно ветвистое.

- Не останавливайся! – крикнула Шлёпси, пришпорив Сарделя.

Вот только Лопань то ли не услышал её, то ли испугался, и Стручок как вкопанный встал перед преградой. Сардель же оттолкнулся своими длинными ногами и, посшибав ветки, перемахнул на другую сторону. Ляг присвистнул, проводив хозяйку восхищённым взглядом.

- Хорошо пошла. Видно, к вёдру, - донеслось слева, и из-за веток появились три фигуры. Лишь один оказался лягухом. В остальных, несмотря на просторные одежды, угадывались хрюмзели, обитатели пустыни Нагара. Говорил как раз лягух. Он приблизился к Лопаню, достал из-за пояса небольшой топорик и с кривой ухмылочкой велел: - Слезай, братка, приехали.

- Не могу, добрый ляг, - вздохнул огуровод. – Надо догонять госпожу. Не могли бы вы отодвинуть с дороги это случайно упавшее дерево?

Лягух скрипуче рассмеялся. Его спутники захрюкали громко и неприлично.

- До слёз рассмешил, братка! Вот за это господа и любят нашего брата! – лягух сделал ещё шаг и угрожающе занёс топорик: - Слезай живо!

- А! – догадался Лопань. – Так вы разбойники, что ли? Так бы сразу и сказали!

С этими словами он легонько хлопнул огурчика по спине. Скакун резко развернулся, снеся всех троих разбойников. Колючки расцарапали одежду, и хрюмзели завижали от боли. Лягух тут же вскочил и предпринял новую попытку. На этот раз ему досталось копытом, и топорик с его обладателем разлетелись в разные стороны. Больше лягух не поднимался. Хрюмзели же ещё какое-то время пытались приблизиться к всаднику, но Стручок вертелся, словно волчок, и не позволял им схватить огуровода.

В этой круговерти Лопань и не заметил, как разбойники исчезли. Просто вдруг он внезапно услышал вместо криков, визгов и ругани очень мирные звуки.

- Браво! – негромко воскликнула Шлёпси, когда огуровод остановил скакуна.

Она прекратила хлопать в ладоши и одарила спутника улыбкой, от которой тот смутился и поменял цвет кожи на какой-то непотребно-сиреневый.

- Похоже, я не ошиблась, - госпожа ободряюще кивнула. – Развлёкся? Теперь ноги в руки и за мной!

Она тут же развернула Сарделя и перемахнула через поваленное дерево. Лопань вздохнул и последовал за ней, сохраняя на лице всё ту же глупую и счастливую улыбку.

Поравнявшись с госпожой Гродень, Ляг не смог удержаться и спросил, перекрикивая ветер:

- Это ведь были разбойники? Они хотели нас ограбить и убить?

- Да, - просто ответила Шлёпси.

- Зачем ты вернулась, госпожа? Это было опасно!

- Но ты ведь справился. И мне может пригодиться такой ценный лягух.

Лопань от удовольствия даже немножко посинел, так что его цвет кожи стал похож на оттенок кожи Шлёпси. Сей факт ввёл его в смущение, добавив иных красок.

*

Полышма неспешно закатывалась за горизонт, а сзади уже показались отблески лучей третьего солнца. Пришло время подыскивать убежище. Вот только сейчас всадники мчались по степи, и ни одного строения видно не было.

- За той рощей, - Шлёпси указала на группу деревьев на горизонте чуть слева, - есть постоялый двор. Там переждём.

Не знавшие усталости огурчики скорректировали курс, повинуясь наездникам. Они обошли небольшую рощицу слева, и перед ними предстало неказистое каменное строение с выцветшими буквами на вывеске.

- «Жрать, спать, Ярышму переждать», - с трудом прочитал Лопань.

У ворот он шустро спрыгнул и помог госпоже спешиться. Та благодарно кивнула и велела ввести огурчиков в стойло, пока она сама будет говорить с хозяином.

Морщась, Лопань поставил скакунов на свободные места в просторном и тёмном сарае, где уже стояли два тыквера и один арбозень. Не теплица, конечно. Огурчикам здесь будет не слишком комфортно. Хотя несколько часов потерпят. Полосатый арбозень недовольно заворчал и даже попытался преградить дорогу новичкам, но огуровод шикнул на него так, что тяжеловоз прижался к стене.

Убедившись, что подопечные обустроены, Лопань пошёл к госпоже. И уже за двадцать шагов до входа в жилую часть услышал голоса.

- Не ерепенься, превосходительство! – громко и нагло кричал незнакомый голос. – Я же знаю, письма у тебя! Отдавай по-хорошему, иначе парни разденут тебя, как берёзку по осени!

- Только попробуйте! – не так громко, но твёрдо ответила госпожа. Лопань просто подивился её выдержке. – Обещаю, тот, кто первый ко мне приблизится, останется без рук!

- А что ты будешь делать со вторым и третьим? – не сдавался голос. – Нас здесь, между прочим, девятеро!

Огуровод затаил дыхание. Девять разбойников против одной госпожи! Надо как-то помогать. Но как? Что может простой лягух, ни разу в своей жизни не дравшийся не то что с толпой, а даже один на один?

- Те, кто послал вас, предупредил, кто я? – госпожа Гродень явно не собиралась отступать.

- Баба и есть баба, - пробасил здоровенный полумеханоид.

Шлёпси приподняла бровь. Полумеханоиды обычно не выходят за пределы больших городов, где для них есть все условия. Пусть за последнее время многие из этого племени и обрели свободу, но подобных наёмников она ещё не встречала.

- Разденем и проверим! – гоготнул обрюзгший лягух в поношенном мундире пехотинца, тот самый, который велел ей не ерепениться.

- Мы прекрасно знаем, что ты маг, - тихо произнёс шерр в приличном дорожном костюме. Этот держался за спинами остальных, и Гродень решила, что он тут главный. – Также мы знаем, что твоих сил не хватит, чтобы справиться со всеми. Поэтому…

Закончить у него не получилось. В помещение со свистом влетело что-то крупное и длинное. Шлёпси успела откатиться к стене. Наглому лягуху не повезло – от удара он влетел прямиком в посудный шкаф. Теперь лишь подрыгивающие ноги торчали из-под груды обломков и осколков. Остальные, кажется, пострадали не сильно. А шерр и вовсе успел отскочить в кухню.

В вертящемся среди помещения существе госпожа узнала Стручка. Огурчик не давал противникам передышки, сбивая их с ног и царапая колючками. Только и ему доставалось, поскольку злодеи были вооружены длинными ножами. А шерр так и вовсе уже прицелился в скакуна из мушкетона.

Шлёпси хлыстом нарисовала в воздухе магическую фигуру и отправила в стрелка. Мушкетон полыхнул, но вместо того, чтобы послать смертоносную пулю, развалился в руках шерра. Тот помянул всех огородников вселенной и исчез из виду.

А потом в дверной проём с треском и грохотом вкатились два тыквера. В помещении разом стало тесно. За крупными жёлтыми тушами Шлёпси с трудом различала, что происходит.

- Госпожа! – услышала она снаружи голос Лопаня. – Скорее! Уходим!

Она послушно выскочила за дверь. И тут же в проём врезался тяжеловоз арбозень, намертво запечатывая вход.

- Быстро уходим! – скомандовала Шлёпси, запрыгивая за спину огуровода, восседавшего на Сарделе. Противник ни в коем случае не должен был получить секретные письма!

- Но ведь почти Ярышма! – в ужасе промолвил лягух.

- Скорее! – воскликнула госпожа Гродень и ударила пятками в бока огурчика.

Тот тут же рванул прочь с постоялого двора, да так шустро, что Шлёпси пришлось обнять Лопаня, дабы не свалиться. Огуровод пофиолетовел, но поводья не отпустил.

*

Ярышма покинула небо, и теперь природа отдыхала. До восхода первого солнца было достаточно времени, чтобы отдохнуть, а потом приниматься за обычные дела.

На грядке с дикими огурцами, что с давних пор росли в низине за дубовой рощей, что-то вдруг зашевелилось. Тело, слишком крупное для дикого огурца, встряхнулось и поднялось на длинные ноги.

- Молодец, Сардель! – из ямки под скакуном показалась синяя рука и похлопала огурчика по животу. Затем оттуда, отряхиваясь от комьев земли выбралась Шлёпси Гродень. Выпрямилась, откинула голову и подставила лицо тёмному ночному небу и лёгкому ветерку. – Отличная идея, Ляг! Я и не думала, что так можно пережить Ярышму!

- Я же огуровод, - скромно ответил Лопань, выползая следом. – Прости, госпожа, а почему тот лягух назвал тебя превосходительством?

- Потому что я и есть превосходительство, - хмыкнула Шлёпси. – И властью превосходительства намерена тебя повысить. За заслуги перед отечеством назначаю тебя своим адъютантом. Ну, как? Звучит? Адъютант её превосходительства!

Лопань покраснел от удовольствия. А госпожа Гродень улыбнулась и, хлопнув его по плечу, скомандовала:

- А теперь собираемся! Наше задание ещё не окончено!