Звездные приключения Нуми и Ники В поисках Мало

Глава 1. После путешествия. Когда тебе никто не верит. Для чего нужно учиться.

Часть первая

Посвящается писателю Любену Дилову

Напомним нашим читателям, что Ники, он же Николай Буяновский, однажды совершил увлекательное путешествие во вселенной. Это случилось в тот самый день, когда он случайно попал внутрь огромной то ли груши, то ли тыквы, которая на самом деле была вовсе и не тыква, а самый настоящий космический корабль. Только это был не такой корабль, какие бывают в книжках и научных журналах. Это был Малогалоталотим или «Спасающий жизнь» как он назывался на языке жителей планеты Пирра. До сих пор точно неизвестно, был ли Малогалоталотим живым существом, или всё таки механизмом. Вот Нуми всегда считала, что он живой. Именно эта девочка находилась внутри сказочного звездолёта, когда туда попал Ники. Сначала он, как и все мальчишки его возраста, не поверил ни единому слову Нуми. Но она смогла убедить его, когда привела его к особому иллюминатору, который Нуми называла «зрачком Мало». Тогда Ники понял, что это совсем не шутка, а самый настоящий космический полет. Нуми и Ники облетели множество галактик и посетили много разных планет. Видели невероятных огромных зверей и странных рыб. На одной из планет были схвачены фанатиками – почитателями звезд, а на чудесной райской планете они познакомились с обществом людей, которые деградировали до полного маразма. Вначале своего совместного путешествия они, как и многие дети, когда одному двенадцать, а другому четырнадцать лет, спорили друг с другом по каждому пустяку, но потом крепко подружились и даже полюбили друг друга. Они даже собрались попросить Мало (так они для удобства сократили его длинное имя) отвезти их на далекую планету, чтобы они жили вдвоем долго и счастливо. Но, «спасающий жизнь» не одобрил желание детей и отправил их обратно по своим мирам. Нуми осталась на Пирре, а Ники был выброшен на поверхность Луны. Но, не подумайте ничего плохого: с Ники ничего страшного не случилось, потому что пока он с Нуми летал во Вселенной, на Земле прошло очень много лет. Теория относительности, будь она неладна….

И в том далёком будущем Луна уже была не безжизненным спутником Земли, а современным и обжитым людьми миром. Ники оказался в компании сверстников, которые занимались в тренировочном лагере. Ребята его приняли как родного, хорошо к нему относились и так бы он и остался на Луне, если в один прекрасный момент не явился Малогалоталотим. В его чреве Ники обнаружил послание от Нуми. Нуми сказала, что Мало отвезет его назад во времени и вернет в тот самый день, когда они улетели. Но Мало вернул Ники за день до того, как состоялось их космическое путешествие, нарочно он так сделал или случайно — неизвестно.

Конечно, никто не поверил Николаю Буяновскому в его космические путешествия. Ведь у него не осталось никаких доказательств. Скафандр, шлем и даже аппарат с посланием от пирранской девочки остались внутри Малогалоталотима. В общем, ему не верили и даже смеялись над его рассказами. Ники сначала жутко обижался, а потом просто перестал про это говорить. Ему даже иногда казалось, что все, что с ним произошло, было не на самом деле. Бывает же такое: приснится иногда сон, а наутро, кажется, как будто это был не сон, а явь. Иной раз несколько раз подумаешь, и только потом становится ясно, что это всё таки сон. Поэтому, Николай махнул на это рукой и перестал рассказывать про свои похождения. Лишь только наедине с собой, со своими мыслями, он часто вспоминал всякие разные моменты своего приключения. Однажды, ему вспомнилось, как Нуми назвала его умным, потому что он смог своим умом решить трудную задачку. Он помнил, как ему было приятно, что его считают умным. После этого, Николай поставил себе цель: обязательно хорошо учиться и быть дисциплинированным человеком – как в учебе, так и в жизни. Вот для чего нужно хорошо учиться? Конечно не для красивых отметок в дневнике. Ники считал, что только умному, грамотному и дисциплинированному человеку доверят полет в космос. Или прилетят, скажем, инопланетяне на нашу планету. Значит, в их глазах (или что там у них вместо глаз, неважно) нужно выглядеть достойно. А не выглядеть как люди на райской планете. Как бы то ни было, Николай сам себе дал установку и через некоторое время догнал, а потом и вовсе обогнал одноклассников в успеваемости. Теперь никто не называл его Буяном, да и как называть таким прозвищем самого успевающего и примерного ученика? Так незаметно пролетал год за годом и Николай Буяновский из неугомонного Ники Буяна превратился в симпатичного, спортивного телосложения, старшеклассника.

Глава 2. Нелегко быть одиноким. Как выбрать девушку. Университет.

Одиночество бывает разным. Например, попал человек на необитаемый остров, и он там очень одинок. А бывает и так: никуда человек не попадал, а живет нормальной жизнью в обществе других людей, но при этом чувствует себя одиноким. Примерно так, ощущал себя Николай. Он уже доучился до последнего класса, пользовался уважением у ребят и учителей, но друзей, и тем более подруг, у него не было. Нет, конечно, были хорошие товарищи, был старый друг Пламен, с которым Николай познакомился еще в детстве. Но такого друга, которому можно полностью довериться, с которым можно поделиться о самом сокровенном у него не было. Порой было завидно смотреть на компании сверстников, где они делились своими успехами и строили всяческие планы. В некоторые дни одиночество ощущалось особенно сильно, а в некоторые как будто забывалось, и тогда Николай ощущал себя почти счастливым человеком.

Ну а с подругами дела обстояли и того хуже. Да и как найти себе хорошую подружку, если каждую девушку Николай невольно сравнивал с Нуми. Поскольку парень он был симпатичный, недостатка в девушках у него не было. Даниела, например, подкатывала к Ники давно, но не смогла добиться хоть какого-нибудь результата. Поначалу, они пробовали дружить, гуляли вместе. Но, слушая болтовню Даниелы, Николай почему-то, невзначай, вспоминал споры с Нуми. И Нуми в разговорах и спорах была на порядок серьезнее, хотя ей было тогда всего около двенадцати лет. Даниела же была легкомысленна, готова часами говорить о всякой ерунде, и смеяться по поводу и без повода. В результате, Николай как можно мягче от неё отстранился. Уже ближе к выпускному его познакомили с Радкой. Симпатичная, скромная девушка, она очень подходила Николаю. Они на выпускном вечере школы здорово смотрелись вместе. Многие даже говорили:

«Какая хорошая пара»!

Но дальше выпускного, отношения у них не сложились. Радка была очень приземлённой, простой девушкой. О серьезных вещах говорила мало, да и не любила. В эти моменты, Николаю опять мерещилась Нуми – умная, думающая девочка. Как вы уже, наверное, догадались, ничего у них с Радкой тоже не получилось. Пламен расстраивался по этому поводу, и часто спрашивал:

«Ну, скажи, какую тебе тогда нужно девушку»?

Ники на этот вопрос всегда хотел ответить «Такую, как Нуми!», но благоразумно молчал или просто махал на такие вопросы рукой.

Тем временем нужно было определиться с будущим образованием. Николай верил, что знания — это великая сила. Также он верил, что однажды человечество посетит другие звезды и планеты. Для этого только нужны знания.

«Надо очень много знать, чтобы очень верить», — сказала однажды Нуми.

Николай тогда поспорил с ней, но сейчас понимал, что она была права. Высших учебных заведений, связанных с космосом, поблизости не имелось, поэтому Николай выбрал для дальнейшего обучения Технический университет в Софии. Факультеты в университете были всевозможной направленности, но по душе пришёлся тот, где обучали программированию и работе с искусственным интеллектом. Ники это вполне устраивало, тем более что после вуза он был волен учиться дальше. Лишь бы было желание. Приняв такое решение, Николай переехал в Софию и успешно сдал экзамены.

Прошло совсем немного времени, и Николай стал полноправным студентом. Как только началась первая сессия, он тут же с головой окунулся в учебу. В первую очередь, это должно было отвлечь его от вездесущих собственных мыслей, а, как всем известно, хорошая учеба не дает разгуляться всяким глупостям.

Глава 3. Бывают ли вещие сны? Когда слышишь голоса. Это правда, ты? Встреча.

Собственно, так яростно окунуться в занятия, Николая заставил приснившийся недавно сон. Произошло это спустя два года, как он стал учиться в университете. Однажды, после очередного учебного дня, который был богат новыми знаниями и успехами, студенты как обычно разбрелись по своим делам. Кто-то отдыхал в общежитии, а кто-то продолжал заниматься самостоятельно. Ники первым делом набрал необходимой литературы в библиотеке, потом отнес книги к себе в комнату и, перед чтением, прилёг вздремнуть. И только он заснул, как ему приснился вот такой сон: будто он на райской планете и лежит голышом в речке на мелководье. Тут же вокруг него в теплой воде собралось около сотни рыбок; они, не мигая смотрели на него и приветливо махали хвостами и плавниками. Ники сложил ладошки и поймал одну рыбку. Пестрая рыбешка зашевелила губами:

— Бур-пиу-пиу-таф-мини!

Она проговорила это совсем тихо, но Ники от неожиданности выпустил ее из рук. Но рыбка подплыла к нему снова. Тогда он снова поймал её.

— Миуу-пиф-бур-таф-пала! — задыхаясь, сказала она.

— Ладно, — ответил Ники. — Я тебя отпущу, но только если ты исполнишь мое желание. Нет, три желания!

— Бур-пиу, таф-паа-мини! — ответила рыбка.

— Во-первых, — начал Ники, — чтобы эта история со свертыванием времени оказалась неправдой. И чтобы мама и папа были живы. И все мои друзья — тоже. И чтобы родители Нуми тоже были живы. И…, и… и чтобы мы с Нуми вернулись и всегда были вместе.

Николай даже подскочил на кровати.

«Это надо же, такому привидеться — подумал он, — столько лет прошло, а как будто вчера. И почему мне это снится? Я вроде уж давно ничего такого не вспоминаю».

И так сильно подействовал на него этот сон, что все события шестилетней давности вновь пронеслись перед ним в одно мгновение. Вспомнив, с какой искренностью, он, на далёкой планете, просил рыбку исполнить желание, Николай почувствовал, как на глаза навернулись слёзы.

«Зачем же так? – горестно вопрошал он сам себя, — если с нами так поступил Мало, зачем же мне эти воспоминания? Они так тревожат душу и бередят сердце».

Николай сделал глубокий вдох и попытался собраться с мыслями. И тут его поразила мысль:

«А вдруг это неспроста? Вдруг это вещий сон? Но если сон вещий тогда.… Нет, это невероятно. А если рыбка и впрямь исполняла желания»?

Николаю даже не по себе стало от собственных мыслей. Стараясь выгнать из головы, он решил, что не все сны бывают вещими. А может быть, вещих снов не бывает вообще. Ведь что бы было, если бы все сны сбывались? Наверное, неразбериха какая-то. Всё тогда бы путалось: то ли сон, то ли явь — разобраться невозможно.

Успокоив себя таким образом, Николай с особым усердием занялся учебой. Но тут неожиданно, с ним стали происходить другие вещи. Однажды вечером, ему вдруг послышалось, что его кто-то зовет. Николай вышел из комнаты в коридор: никого там не было.

«Послышалось», — решил он и вернулся к себе.

Во сне ему приснилась улыбающаяся Нуми.

«Ники, где ты Ники»? — спрашивала она.

И такое повторялось несколько раз. То он слышал зовущий его голос на улице, то на лекции в университете, то ему опять снилась Нуми.

Однажды, Николай всерьез подумал о том, чтобы сходить к доктору. Но, спустя некоторое время, ему эта мысль не понравилась.

«Вот что я скажу доктору?» — думал он.

Ведь если объяснить, что человеку слышатся голоса, и во сне он видит события из своего детства, причем произошедшие в космосе, можно угодить на лечение в очень интересное место и навсегда забыть про университет. Поделившись об этом всём по телефону с Пламеном, умолчав, конечно, о космосе и Нуми, он получил от старого товарища следующий совет: во-первых, ему просто необходимо влюбиться, и тогда будет не до голосов, а во-вторых, пока ещё не влюбился, по утрам обязательно нужно совершать пробежку. Это и для здоровья полезно, и голову хорошо освежает. Первый совет Николай решил пока проигнорировать, из-за отсутствия объекта любви, а вот пробежками занялся. Постепенно это ему стало очень нравиться, и каждый день по утрам, его можно было видеть бегающего трусцой по аллеям студенческого городка.

В одно такое утро произошло самое невероятное событие, какое может произойти в жизни человека. Утро, как и всегда, было обыкновенное, солнечное и тихое. Николай бежал по дорожке, наслаждаясь тишиной и свежим воздухом, и слушал пение ранних птиц, которых в студенческом городке было великое множество. Изредка, попадались другие бегающие, его узнавали – кто—то махал рукой, кто-то кивал головой, в общем, всё было, как всегда.

Боковым зрением Николай заметил незнакомую девушку, гуляющую неподалеку, на одной из соседних аллей. Он удивился, ведь рано утром встречались лишь другие, подобные ему «бегуны». Нормальные люди, а тем более девушки, обычно спали в такое время. Девушка была одета в светлые брюки и темную блузку, в руках у неё был журнал, в котором она что-то сосредоточенно читала.

«Наверное, не спится», — решил Николай и двинулся дальше.

И тут, в утренней тишине, он явственно услышал:

— Буф-ф!

Если бы в этот момент разверзлись небеса и оттуда хлынул водопад раскаленной лавы, Николай так бы не отреагировал, как подействовало на него это странное восклицание. Поражённый, он остановился, боясь пошевелиться. Потому что, такое своеобразное восклицание вслух, произносила только его любимая Нуми из детства. Собравшись с духом, Николай медленно повернул голову и посмотрел в сторону девушки.

— Буф-ф! – повторила девушка и посмотрела в его сторону.

Почувствовав, что в горле мгновенно пересохло, а почва под ногами стала не такой твердой, Николай произнес:

— Это правда, ты?

Их взгляды встретились. По мере того, как она смотрела на Николая, её глаза открывались всё шире и шире. У неё было красивое лицо, темно—русые волосы чуть до плеч, просто вылитая Нуми из его детства. Только черты лица стали чуть заострённые, исчезла та мягкость, присущая детям. В остальном, хоть это и невероятно конечно, но это была точно она.

— Николай Петров Иванов Стоянов Петков Драганов Стоянов Буяновский?

Только один человек во всей вселенной мог это произнести.

— Нууми! – заорал Николай и бросился навстречу той, которая была дороже всего на свете.

— Это ты? – он остановился перед ней, не смея до неё дотронуться, будто она могла растаять от его прикосновения.

— Буф-ф, Ники! Конечно это я, обними же меня скорей!

И Николай прижал её к себе, и держал так, крепко—крепко, словно боялся, что она исчезнет.

— Ники, милый Ники! – она не сдерживала эмоций, одновременно и смеялась, и плакала.

Так и стояли они, обнявшись, посредине аллеи и со стороны казалось, будто парочка никак не может расстаться друг с другом. Никому не пришло в голову, что это встретились любящие представители двух звездных цивилизаций.

Николай смотрел на улыбающееся лицо Нуми, которое было близко—близко, он чувствовал её дыхание, видел отражение листвы в слезинках около неё глаз.

— Ники, милый, ты плачешь?

— Да нет, что ты, это ты плачешь….

— Я не плачу, это от радости, я не могу поверить, что это ты, я так долго тебя искала. Я, я…. Не могу без тебя Ники, — Нуми говорила, сбивалась, потом снова говорила. Вдруг, словно испугавшись чего-то, спохватилась:

— Ники! Ты ведь рад, что мы встретились?

— Нуми, Нуми, милая, любимая моя Нуми! Конечно же, я рад. Как же я могу быть не рад, когда я всю жизнь жил тобой?

— Ох, Ники, я ведь знала. Я знала это, ведь ты любишь меня, ты меня давно полюбил.

— Люблю, конечно, люблю, только поверить не могу.

Глава 4. А помнишь? Когда невозможно наговориться. Рассказ Ники. Рассказ Нуми.

Вдруг Николай спохватился, что они стоят на улице. Он взял Нуми за руку, словно боялся потерять её вновь, и повел за собой. Впереди виднелось здание общежития университета. Войдя внутрь, они поднялись на третий этаж, где проживал Николай.

— Вот, здесь, я живу, а вот мои скромные апартаменты, — показал он на свою комнату. Нуми с интересом принялась осматривать студенческую комнату, книги, обстановку. Тем временем, Николай приготовил завтрак.

— Нуми, — позвал он её, удивляясь, что это всё-таки не сон, — тут мало чего интересного, иди же ко мне, завтрак готов.

— Хотя, прости, я же так и не знаю, чего ты ешь, — улыбнулся он, — ведь я помню, как ты питалась только в утробе Малогалоталотима. Может тебе такое нельзя?

Ники явно был озадачен.

— Буф-ф! Можно конечно! Я ведь обычная, я ем всё, — засмеялась Нуми, — ну почти всё.

Они уселись завтракать. То ли сказалось перенесенное волнение, то ли ещё что, но они почувствовали зверский голод и накинулись на бутерброды с сыром и колбасой. И только после, когда уже устали жевать и стали пить чай, разговор продолжился сам собой.

— А помнишь, как ты насытиться не мог? Всё время норовил что-нибудь пожевать.

— А помнишь, как ты слова придумывала? Невероятник! – смеялся Николай.

Они смеялись, и всё время говорили друг другу «А помнишь?» и не могли наговориться. Казалось, у них нет конца этому «А помнишь». Они вспоминали одно, потом другое и так без конца. Николай слушал, вспоминал, рассказывал и снова слушал и всё время не отрывал взгляд от своей вновь обретённой подруги.

— А помнишь, как Мало тебя с букетом не пропустил?

— Да, и я ужасно испугалась тогда.

— Но самое ужасное это когда мы прилетели на Пирру. Я такая счастливая, вышла, думала ты следом, а ты…. Ты улетаешь, и Мало не отвечает, и ты плачешь, и я плачу. И ты исчез. Я думала навсегда, — Нуми обхватила Николая за шею и крепко обняла.

— Я тоже ужасно тогда испугался, — сказал он, — я не понимал, куда лечу, что будет со мной и с тобой.

— А расскажи, прошу тебя, что произошло? Я даже не представляю, чего ты натерпелся, милый, бедный мой Ники.

И Николай рассказал, как он в полузабытьи летел, одинокий и несчастный, в чреве Малогалоталотима. Как не заметил приземления, потому что это была даже не планета. Как Мало выпихнул его на поверхность Луны. Как он шёл и плакал и как нашли его ребята. Рассказал про Сашо и его сестренку Селу. Про то, как жил на Луне.

— О, ужас! – прошептала Нуми.

— А потом появился Мало и я на глазах у Сашо улетел на нем. Во время полета, я обнаружил твое послание…. А потом я оказался дома, ровно накануне вечером того дня, как мы с тобой улетели.

Нуми была потрясена. Ещё бы, столько всего пережить и появиться дома, как ни в чем не бывало.

— И тебе пришлось с этим жить, — качала она головой.

— Да чего уж там, — отмахнулся он, — детский разум все сгладил. Хотя, четырнадцать лет уже тот возраст, когда вполне реально мыслишь. Тяжело было, особенно от того, что никто не верил.

— Да, я понимаю тебя…

— Ты лучше про себя расскажи. Меня просто разрывает от любопытства: как ты жила, почему и каким образом ты здесь появилась, в общем, расскажи всё. И, и про мозг расскажи. У тебя ведь был второй мозг, из-за которого мы спорили с тобой. У меня миллион вопросов.

— Все расскажу, милый Ники, — улыбнулась Нуми, — всё при мне и мозг тоже не куда не делся. Я, кстати, отключила его, как только мы утром встретились. Знаешь, Ники, для такой встречи не нужен второй мозг. Я и сейчас его не включаю. Вот, потрогай, кнопка на месте, — она взяла его руку и приставила за ухо, — потрогай.

Николай ничего не ощутил, кроме маленького бугорка под нежной кожей. Но его почему-то так смутило это прикосновение, что он покраснел как рак, и поэтому опустил взгляд куда-то вниз, чтобы Нуми ничего не заметила.

— Так вот, ты улетел, а я осталась одна на лугу. Вокруг лес и никого не видно. Ведь ты знаешь, что Малогалоталотим избегал людных мест. И вот, рыдая я брела куда глаза глядят, пока меня не заметили люди. Они очень удивились, увидев на мне скафандр устаревшей конструкции, ведь таких не выпускали уже много лет. Меня стали жалеть, потом отвели в город, где пытались выяснить кто я такая и откуда. Сначала никто, конечно, не верил, но потом в записях обнаружили, что много лет назад при непонятных обстоятельствах исчезла маленькая девочка. Когда все поняли, что это я, то очень удивились. Интересовались искусственным мозгом, потому что после моего исчезновения эту программу закрыли. Решили, что второй мозг повлиял на мою психику, и я стала неуправляема. Потому и исчезла при очень странных обстоятельствах. Меня стали жалеть, а один из ученых, посетовал о том, что путешествие во времени невозможно. Иначе, отправили бы меня обратно домой, да и всё. И тут один молодой профессор сказал, что путешествие во времени в принципе осуществимо, если бы можно было облететь вокруг особых звёзд, которые вращаются в обратном направлении и излучают особую энергию, изменяя в обратную сторону временной континуум. Я ухватилась за эту фразу и спросила, как туда долететь. Но все засмеялись, поскольку недавно открытые звезды такого типа находились настолько далеко, что при современном темпе прогресса понадобится лет сто, если не больше, чтобы добраться до этих звезд. Я рассердилась на них и выбежала на улицу. Потом забралась в уединенное место и стала мысленно звать Мало.

«Помоги мне, Малогалоталотим, миленький» — так кричала я.

И он мне ответил! Тогда я сбегала к тому молодому профессору, спросила координаты этих звезд и взяла у него блок памяти с дисплеем, чтобы записать тебе послание. Потом я ушла далеко, в лес и стала ждать Мало. И он прилетел за мной, и отвез меня обратно в то время, секунда в секунду, когда я выбегала к Малогалоталотиму, чтобы улететь к Земле. Хорошо, что я успела сделать для тебя запись. А для моих мамы и папы не произошло ровным счетом ничего, они были абсолютно уверены, что я просто выходила попрощаться с Мало. Они не понимали, почему я так горько плачу. В конце концов, я успокоилась и всё пошло своим чередом. Тем не менее, программу искусственного мозга закрыли, посчитав очень вредным для психики наличие второго мозга в голове. И не удивительно, если посмотреть, как часто я безудержно рыдала. Но ведь я плакала не из-за мозга, а из-за нашей разлуки. Уже потом, повзрослев, я поняла, почему Малогалоталотим нас разъединил. Ведь он «Спасающий жизнь», и он не мог допустить нашей гибели.

— Я тоже понял это спустя время, — согласился с ней Николай, — мы были детьми, и не смогли бы жить сами по себе, одни на планете.

— Да, и это действительно так, и вроде бы правильно, но так горько. Я жила обычной жизнью, училась и интересовалась наукой и техникой. А мой второй мозг анализировал и хранил всю информацию. И по мере того, как я становилась взрослей и получала всё больше и больше знаний, я стала понимать многое из того, что говорил мне в свое время Мало. Когда я в школе стала изучать физику и математику, я узнала суть множества вещей, которые услужливо хранил мой электронный мозг. Некоторыми знаниями я поделилась, а некоторые держала в голове про запас. И у меня постепенно начал созревать в голове некий план. После школы я училась в космическом корпусе, и изучала устройство двигателей звездных кораблей. Неожиданно я стала понимать принцип, по которому двигался в космическом пространстве Малогалоталотим. И меня внезапно озарила мысль: а что если внести кое-какие изменения в космический двигатель? Ведь тогда можно достичь тех же скоростей и почти таких же возможностей, как у Мало. И я принялась конструировать механизм, который позволял бы «протыкать» пространство вселенной, делая так называемую кротовую нору. Оказывается, Малогалоталотим не просто «нырял» в подпространство, а к тому же создавал в нужном месте короткую дорогу.

— Поэтому мы каждый раз словно рождались и умирали, — догадался Николай, — потому что в такой «норе» совсем другие законы физики.

— Буф-ф! — воскликнула Нуми, — точно так и есть!

— И однажды у меня получилось, — продолжила она свой рассказ, — в теории, конечно, но получилось. Если в гиперпространственный двигатель подсоединить устройство, которое я придумала, то перед кораблем в нужный момент будет создаваться особое поле. Это поле начнет закручиваться на манер спирали и как буравчик протыкать пространство. В цехах, где мы обучались, было множество автоматических капсул-сборщиков. Нужно лишь задать программу, и нужная деталь собиралась автоматически. И постепенно, как конструктор я собрала свой механизм. Осталось применить его на практике. На космодроме имелось множество всяких кораблей. Я приглядела один, предназначенный для дальних перелетов, и тайком смонтировала свое изобретение в двигатель. А потом выяснила у учёных координаты Земли, оставила родным записку, и тайно пробравшись в корабль улетела.

— И вот я здесь, — с улыбкой закончила свой монолог Нуми.

Николай ошарашенно смотрел на нее.

— Сумасшедшая, милая Нуми, — только и мог он сказать, — это уму непостижимо, это невероятно. Сколько же ты летела? Как ты меня нашла? У меня ещё больше вопросов.

— Я все предусмотрела. Не забывай, что со мной электронный мозг. Он просчитал все возможные варианты и выдал высокую долю вероятности, что все получится. Мне сейчас восемнадцать лет. По моим расчётам тебе двадцать. Я высчитала, что пока я лечу, на Земле пройдёт много времени. В лучшем случае я найду тебя стариком. Поэтому мой маршрут был составлен с учётом облета «временных» звезд, поэтому я прилетела именно в то время, в которое и нужно. Естественно, маленькой девочке не запомнить, где она когда-то была на Земле. Но мой второй мозг помнил все. Я зависла на геостационарной орбите и стала наблюдать и накапливать информацию. Потом тихо приземлилась, спрятала корабль. Взяла с собой какой-то драгоценный камень, а на корабле много всякого барахла, и сдала его в ювелирный магазин. На вырученные деньги оделась по последней вашей моде и стала искать тебя, мой милый Ники. Недалеко от того места где мы впервые встретились, я нашла школу. И поняла, что ты в ней учился. Навела справки и узнала, что ты в Софии. Я приехала сюда, нашла университет, и как раз размышляла, как мне тебя найти. А ты сам навстречу прибежал.

— С ума сойти можно, — сказал Николай, — а я в последнее время стал слышать, будто кто-то меня зовёт. И во сне тебя видел. Я уж решил, что схожу с ума.

— Прости, я включала электронный мозг и пыталась найти тебя. И мысленно звала тебя постоянно, ещё с того времени, когда была на орбите. Так значит, ты слышал?

— Слышал, — ответил Николай.

— Я чувствовала тебя, твое излучение. Я была так счастлива, что ты жив и здоров, боялась только одного, — Нуми виновато опустила взгляд.

— Чего?

— Вдруг ты живёшь не один…. Ну, у тебя девушка и всё такое.

Николай обнял её и крепко-крепко прижал к себе:

— Глупенькая, я только тебя и люблю. Конечно, я пытался завести отношения, но ничего не получалось. Я всех девушек сравнивал с тобой, и сравнение было не в их пользу.

— Правда? – просияла Нуми. — А у меня тоже подобное было. Я не хотела никого обидеть, но все мальчики вокруг меня казались мне какими-то скучными и ненастоящими. А вот ты настоящий!

— Спасибо, ты тоже, — сказал Николай, — а что же мы с тобой сидим просто так? Пойдем, прогуляемся. Отдохнем, оторвемся.

— От чего оторвемся? – спросила Нуми.

Николай засмеялся:

— Я и забыл, прости, пожалуйста. Это молодежный сленг такой, выражение. Это значит, что мы просто будем так отдыхать, что забудем обо всем и насладимся жизнью.

— Ясно, я поняла. Я ещё не все ваши словечки выучила, — улыбнулась Нуми, — веди меня, будем отрываться.

Глава 5. Иногда нужно развеяться. Кто как отдыхает. Грандиозный план Нуми.

Только они вышли из общежития, как навстречу им попались ребята, однокурсники Николая. Привыкшие всегда видеть его в одиночестве, они очень удивились, что рядом с ним девушка.

— Так, так, это что за красавица? Почему ты нас не познакомил, Николай?

— Привет, ребята. Знакомьтесь – это Нуми.

— Откуда такие красотки берутся?

— Если честно, то издалека, — отвечал Николай. И он не кривил душой, потому что Пирра, родина Нуми, находилась страшно далеко. Попрощавшись с компанией, наши друзья направились в центр города.

— Помнишь, как ты говорила мне, что на Пирре нет больших городов и расположены они в лесной зоне? Это я к тому, что София очень зеленый город и в центре его настоящий лес.

— Это очень хорошо, что люди здесь заботятся о природе, — сказала Нуми, — лучше жить в единении с окружающей средой. Представь, как было бы плохо жить, когда вокруг один камень, металл и стекло.

— Да уж, ничего хорошего, — сказал Николай, — а вот и начало парка. В той стороне, справа, можно покататься на каруселях, а прямо есть большой пруд – там катаются на лодках.

—О Ники, я хочу и туда, и туда! — загорелась Нуми. — Веди меня скорей!

И они катались на лодках и каруселях, стреляли в тире по мишеням и играли в разные игры в автоматах.

— Ты прав, иногда нужно развеяться, — Нуми села на скамейку, чтобы перевести дух.

— А как на Пирре отдыхают? – спросил Николай.

— Да, примерно также, но в основном молодежь и дети. А взрослые обычно проводят время отдыха в салонах релаксации. Считается, что взрослому человеку неприлично вот так вот бегать и кататься на качелях. А вот у вас, даже старики так отдыхают. И я думаю, что это очень хорошо, — Нуми задумалась на секунду и спросила:

— А что делают у вас некоторые люди, когда суют в рот палочки с дымом? Причем делают это многие люди всех возрастов, кроме детей. Я девушек видела, они стояли за углом одного здания и вдыхали дым, я мимо проходила и почувствовала его. Очень противный запах. Электронный мозг подсказал мне состав дыма, и я ужаснулась. Там столько яда, что я не поверила.

— Это у нас некоторые так отдыхают, — ухмыльнулся Николай, — это называется – курить. Нехорошая и вредная привычка, но это занятие многие любят.

— Травят себя специально? – удивилась Нуми.

— Да.

— А зачем?

— За свою долгую и нелегкую жизнь Нуми, я видел, как люди придумывали много способов для развлечения. Большинство из них — очень вредные.

— Так мог сказать только мой любимый Ники! – засмеялась Нуми, — но я все равно не пойму, зачем себя добровольно губить. Видимо, на разных планетах отдыхают по-разному.

— Нуми, а что дальше? – Николай не знал даже как начать этот разговор. — Какие у тебя планы? Что ты собираешься дальше делать? И учти, я не хочу тебя потерять снова.

Нуми прищурилась:

— Мой план я задумала целиком и полностью только с твоим участием, и он грандиозен! Милый Ники, я хочу показать тебе корабль, я хочу, чтобы мы полетели с тобой в самый центр галактики и в самые неизведанные её части. Я, я, хочу – Нуми опустила глаза, — быть с тобой навсегда.

— И я хочу, но как быть с учебой?

— Всё очень просто. Бросай всё, — сказала Нуми, — базовые знания у тебя отличные, а специальные мы тебе сделаем.

— Ничего себе просто! – воскликнул Николай. — У меня ведь нет электронных мозгов, чтобы туда закинуть знания.

— У тебя свои мозги очень хорошие, поверь мне, уж я-то знаю.

— Конечно, знаешь. Покопалась, наверное, в моей голове, — проворчал Николай.

— Ну, не сердись, пожалуйста, у тебя очень голова умная. На корабле ты пройдешь обучение на ментальном уровне, и получишь все нужные знания. А на основе того, что ты уже знаешь, ты будешь успешно их применять.

— Очень заманчиво…. А где корабль?

— Он у меня в сумочке, — сказала Нуми, — вот посмотри.

Вытаращив глаза, Николай уставился на небольшой, белого цвета игрушечный космический корабль.

— Ты меня разыгрываешь?

— Нет, что ты. Это крайне необходимая мера камуфляжа. Работает ограниченное время. Кстати, через два часа он вернется в нормальный вид. А это очень плохо, ведь он очень большой. Поэтому нужно уйти в безлюдное место, желательно за город. Как же это я забыла, — заволновалась Нуми.

— А он красивый, — чем дольше Николай смотрел на игрушечный корабль, тем больше понимал, что это не похоже ни на игрушку, ни на модель. Продолговатый, стреловидный корпус поражал отточенностью и красотой исполнения. Таких моделей, точно не бывает.

— Через два часа! – воскликнул Николай. Он схватил девушку за руку, и они понеслись бегом из парка. А через несколько минут они мчались за город в такси.

— Пока мы едем, расскажи о своих планах, — попросил Николай.

— Ну, слушай. Как я уже говорила, я хочу вместе с тобой облететь всю галактику. Но не просто так. Мы совершим множество открытий, узнаем невероятно интересные вещи. И, может быть, сможем найти Малогалоталотима. Дело в том, что тогда, еще в детстве я слышала его. Потом он помог мне в последний раз и пропал. С того раза, как он отправился за тобой – больше я его не слышала. По моим ощущениям – ты последний, Ники, кто его видел из людей. И ты нужен мне, милый Ники. Нужен не только, как любимый мною человек, но и как тот, кто может помочь. Я не знаю, как устроен Малогалоталотим, но знаю, что он наполовину живое существо. И он, наш Мало, понимал и одинаково чувствовал тебя и меня. Если нам повезёт, и мы найдём его, вдруг он меня не поймет? Что-то ведь с ним произошло. А когда нас двое, шансов всё-таки больше. Я чувствую, где-то внутри, подсознательно, что мы каким-то образом связаны. Я, ты и Мало. Но не подумай, что я такая эгоистка, и прилетела к тебе только из-за поиска Мало. Нет, конечно же, нет. Я прилетела к тебе, потому что я люблю тебя, и не могу без тебя. Я бы не могла, отправиться на поиски Мало, одна, — Нуми закончила свой рассказ и пытливо взглянула на Николая, словно ожидая его реакции.

А какая реакция могла быть у него? Он был восхищен преданностью этой замечательной девушки. Она совершила невозможное. Открыв новый способ полетов во вселенной, она ни с кем не поделилась этим открытием, а отправилась к нему. А могла бы уже, колесить где-нибудь в галактике, в поисках Мало. Или могла стать известным человеком у себя на родине. Пользовалась бы уважением, и может, была бы награждена. Но всю славу и известность она поменяла на него.

Николай не стал ничего говорить, а просто притянул Нуми к себе и крепко поцеловал.

— Я знала, что тебе понравится, — сказала она, — и не думай, что я такая отважная, смелая и всё такое. На самом деле, я иногда очень, очень боюсь. И мне очень часто не хватало поддержки. И вот теперь я рада, что у меня есть ты. Ты моя поддержка.

— А ты моя, — сказал Николай, — я тоже часто нуждался в поддержке, и теперь у меня она есть. И, по-моему, мы приехали.

Глава 6. Корабль Нуми. Обучение Ники. Переодевание.

Такси остановилось за городом. Дальше водитель отказался их вести. Николай, (а давайте его для удобства называть Ники, также как зовет его Нуми), расплатился с водителем, и они с Нуми пошли в сторону большого поля. Водитель проводил их с довольной ухмылкой, мол, всё ясно — дело молодое, свидание за городом, вечер. Постояв ещё с полминуты, такси развернулось и уехало в город. Нуми и Ники отошли достаточно далеко и убедились, что вокруг ни души.

— Буф-ф, — сказала Нуми и достала из сумочки корабль, — вовремя успели.

Она осторожно положила корабль на траву, и, схватив Ники за руку скомандовала:

— А теперь бегом в сторону, не то нас раздавит!

И они помчались в обратном направлении. Отбежав довольно далеко, Нуми заприметила небольшой бугорок.

— Давай, здесь, тут безопасно, — сказала она, — ложись Ники и наблюдай.

Они устроились за бугорком, и стали внимательно смотреть в темноту. Ники подумал было, что это похоже на какую-то игру. Но тут вдруг запахло озоном, послышался глухой хлопок и сверкнул на мгновение яркий свет.

— Пригнись! — крикнула Нуми. И едва они вжались в землю, над их спинами пронеслась волна сжатого воздуха. И наступила тишина.

— Ну, вот и всё. Смотри же, Ники! – указала она перед собой.

Впереди, словно с обложки фантастической книги, красовался огромный космический корабль. Он был серо-белого цвета и имел обтекаемую, вытянутую форму, его задняя часть доходила до самой опушки леса. На фоне мирного пейзажа, корабль казался чужеродной гротескной скульптурой, по чьей-то прихоти, заброшенной сюда, на это поле в пригороде Софии. При этом стояла тишина, и как будто бы ничего не произошло, если бы не лежащий на поле огромный космический гость.

— Вот это да! – выдохнул Ники. — Какой он большой! Я думал, что он гораздо меньше.

— Это необходимо, — отвечала Нуми, — нужны запасы топлива, запасные части всех агрегатов, сама силовая установка занимает много места. Это ведь не живой Малогалоталотим. Здесь пришлось всё предусмотреть. Пошли же скорее внутрь, нужно включить маскировку.

— Как это? — не понял Ники.

Нуми объяснила, что корабль является очень заметным объектом. Если не включить режим полной маскировки – его скоро заметят. Соберётся толпа, прибудут военные, начнется паника и так далее. А лишний шум, ох как не нужен.

— Это я и сам понимаю, а как действует этот режим? – спросил Николай.

— Включается поле, которое скрывает корабль от всех излучений, следовательно, он становится невидимым. Например, даже свет не отражается.

— Понятно, я теперь понял, как ты смогла совершить посадку, и никто не заметил.

Тем временем, они подошли вплотную к корпусу корабля. Стоя в его могучей тени, Ники показалось, что его накрыло чего-то неземное, инопланетное и чужеродное. Но чего удивляться? Корабль и был по сути, чужеродным. Произвели его на далекой Пирре, он пролетел невообразимое количество световых лет, чтобы оказаться на этом поле, и не мудрено, что он ощущался чужим, около такого знакомого земного леса.

Наверное, Нуми прочла его мысли, потому что сказала:

— Не волнуйся Ники, этот корабль теперь и твой.

Она приставила ладошку к корпусу корабля и на гладком, казалось бы, месте образовался прямоугольный светящийся контур. Прямоугольник размерами напоминающий обычную входную дверь, отодвинулся вовнутрь и отъехал в сторону. Нуми взяла Николая под руку, и они вошли в ярко освещенный входной шлюз. С тихим шипением, входной прямоугольник вернулся на свое место, отрезав ребят от земного мира. В полукруглом помещении было тихо, на гладких поверхностях не имелось ни малейшего намека на двери.

— Вот мы и дома! – радостно объявила Нуми.

Стена впереди раздвинулась, и они вошли в круглое помещение, наподобие холла. Вправо и влево шел коридор. Николай обратил внимание на удобные диваны, на приятное освещение, мягкое напольное покрытие. Чувствовалось ощущение домашнего уюта. Довершали картину расставленные в разных местах цветы и небольшой декоративный фонтан.

— Прямо как в хорошем доме, — одобрительно резюмировал Ники, — осталось только разобраться, где здесь, что и как.

— Я рада, что тебе понравилось, — Нуми счастливо улыбалась, — у нас на Пирре считают, что летать в космосе нужно с комфортом, поэтому тут всё мило и уютно. Пойдём, я тебе всё покажу, только давай сначала включим маскировку.

Она повела его прямо по коридору и вскоре они вошли в кабину управления. Это было небольшое помещение, с многочисленными пультами, на которых светились разными цветами индикаторы, местами загорались непонятные значки и символы на сенсорных панелях. Посредине, напротив двух кресел, был, по-видимому, главный пульт, поскольку на нем имелись различного вида рукоятки. Прямо за пультом в широченный прямоугольный иллюминатор Николаю хорошо было видно шоссе и край поля, на котором стоял корабль. Нуми подошла к пульту, и тот словно ожил: тотчас из него выехал широкий плоский экран с непонятными диаграммами. Она нажала какую-то кнопку и произнесла:

— Включить полную маскировку. Непроходимость сигналов по всем спектрам.

— Маскировка включена, — произнес неизвестный голос.

— Внимание, — продолжила Нуми, — регистрация нового члена экипажа: имя Ники, должность – первый помощник!

— Ники, — обратилась она к нему, — положи ладонь вот на это стекло.

Под ладонью снизу-вверх проехала горизонтальная яркая полоса, после чего на стекле проявились очертания пятерни.

— Добро пожаловать, Ники, — произнес неизвестный голос.

— Поздравляю, ты теперь член экипажа, — Нуми обняла Николая, — ты рад?

— Я в шоке, — сказал Ники, — это какая-то фантастика. Как ты всё здесь понимаешь? Я от шлюза до сюда пока шёл, уже запутался. Это уму непостижимо!

— Это нормально, если учесть, что это часть моей жизни, — сказала Нуми, — я с детства на таком летала, ничего сложного нет. Зато, пока в поезде до Софии ехала, сначала на вокзале заблудилась, а потом в самом поезде. Нужно поскорее тебе мнемонический сеанс провести и тебе станет всё ясно.

— А это безопасно? А вдруг я стану мыслить по-другому, честно говоря, страшновато.

— Доверься мне, это просто необходимо, — лицо и голос Нуми были очень серьезными, — Я бы никогда не подвергла тебя опасности.

— Прости, я не хотел тебя обидеть, веди давай – сейчас или никогда!

Они прошли обратно по коридору, потом Нуми что-то нажала, и справа открылась дверь, которая вела в просторное помещение, в котором имелось несколько кресел и всякого рода оборудование. На полу были горизонтально установлены какие-то капсулы, величиной в человеческий рост.

— Это медицинский центр, садись в кресло, — сказала Нуми.

Ники уселся в удобное кресло, положив руки на подлокотники.

— Нужно пристегнуть ремень, а я надену тебе на голову шлем, — Нуми аккуратно нахлобучила круглый колпак на голову Николая, — всё готово, теперь расслабься это совсем не долго.

— Похоже на электрический стул, — мрачно пошутил Ники, — давай уж, инквизитор, врубай напряжение.

Нуми не поняла черного юмора и нажала на пульте несколько кнопок. Послышалось тихое гудение, и колпак на голове Николая засветился мягким фиолетовым цветом. Николай сначала ничего не почувствовал, потом глаза его стали закрываться, и он вдруг ощутил, как в него вливается, подобно бриллиантовому дождю, поток информации. Причем, визуально казалось, что вокруг него пространство искрилось яркими каплями, и эти капли проникали в него. Мгновением позже стали возникать некие образы, сначала непонятные, а потом всё более различимые. Ники увидел Пирру: оказывается, она вращается вокруг звезды Тиу, и в этой системе одиннадцать планет, пять из которых обитаемы, а на шести работают люди. А вот и сама Пирра – сине-зеленая, как и Земля, только с тремя лунами. Вот закружились незнакомые символы, да нет, это просто алфавит Пирры, всего двадцать девять букв, и вот они уже складываются в слова и звуки. А как замечательна и красива певучая речь Пиррян, а какие у них песни и сказания! Между тем информация всё вливалась и вливалась, и вот гиперпространственный двигатель – как же просто и гениально он устроен. А вот пирранские космические корабли – множество различных конструкций. Вот зарождается Вселенная: появляется протовещество, которое рождает вещество и возникает расширение, хаос; вот темная материя, сверхновые, метагалактики, черные дыры, экзопланеты и туманности. Вот точные науки: релятивистская и квантовая механика, ядерная физика и термодинамика, вот химия и биология, космическая биология и палеоботаника, и ещё, ещё и ещё. А вот и солнечная система, восемь планет и карликовый Плутон, Земля и Луна, Сатурн с кольцами и полосатый Юпитер. Информация шла нескончаемым потоком, и Николай впитывал её словно губка.

Но вдруг, поток стал стихать, бриллиантовые капли вокруг него исчезли, постепенно угасал фиолетовый свет и Ники открыл глаза. На него озабоченно смотрела Нуми. Ему вдруг захотелось подшутить над ней, прикинуться идиотом и пустить слюни. Но, вспомнив, как она переживает за него и принимает всё близко к сердцу — передумал. Он смотрел на её милое лицо и испытывал глубочайшую нежность. Как можно шутить над таким созданием, как Нуми. Поэтому вместо насмешек и шуток, он улыбнулся и сказал:

— За свою долгую и нелёгкую жизнь, Нуми, я впервые испытываю такие ощущения в голове. Это так здорово!

Причем сказал это на чистейшем пирранском языке. И засмеялся, увидев, как увеличились глаза Нуми.

— О, Ники! Как же я счастлива, ты говоришь на моём языке! – она сняла с него шлем и крепко-крепко прижалась к нему, — вот видишь, всё получилось, а ты переживал.

— Это так странно, — сказал Ники, — я вроде такой, какой и был. А в тоже время стал много знать.

— И я знаю, как устроен этот корабль, представляешь? – Ники говорил, а Нуми, счастливая, слушала не перебивая, — я понимаю, как управлять им! Знаю, что вот там написано, — он указал на значки на стене, — знаю, как работает это кресло, а эти криокапсулы для того, чтобы спасти экипаж, если двигатель откажет. О! Нуми! Забодай меня комар, но я всё понимаю! Всё понимаю!

— Как может забодать комар? – озадачилась Нуми.

— Да не о том ты думаешь, — прервал её Ники, — я тебе так благодарен, что и сказать не могу. И правда, зачем мне теперь университет? Я теперь знаю больше, чем ректор!

— Буфф-ф, я тебе говорила, и рада, что всё хорошо. Ты не против, что я числюсь капитаном корабля, а ты первым помощником?

— Глупенькая, конечно нет. Я и так, вне себя, от нахлынувшего умища! — сказал Ники.

— Тогда пошли переодеваться, — сказала Нуми, — в этой одежде удобно, конечно, но для полета не годится.

— Я знаю, — сказал Ники, — тем более что есть существующие правила элементарной техники безопасности, поэтому необходима одежда, соответствующая обстановке. А в данном случае — скафандр.

— Вот это я понимаю, — одобрительно кивнула Нуми, — человек знает всё, и объяснять не нужно.

Они прошли в другую часть корабля, где в отдельном отсеке имелись скафандры в достаточном количестве, а также всевозможные приспособления для работы в космосе и в условиях невесомости. В стенах помещения имелись своего рода камеры для хранения личных вещей. Следовало раздеться и положить свои вещи в вот такую камеру.

— А вот и скафандр, как раз для тебя, — указала Нуми на бело-серебристый скафандр, висящий под стеклом.

— Тогда раздеваемся? – спросил Ники.

— Да…, но, — голос Нуми сделался неуверенным.

— Ты чего? — спросил он, — стесняешься, что ли?

— Буф-ф, ну да!

— Это-ж надо же! – воскликнул Николай, — кто-то лет так около десяти назад внушал мне совсем другое.

— Так это тогда, тогда я совсем маленькой девочкой была, а теперь другое дело, — засопела Нуми.

— Так, достань мне скафандр! – скомандовал Ники, — и положи его вот тут, а теперь, отвернись и жди, пока я переоденусь.

Нуми покорно принесла скафандр и отвернулась лицом к двери. Николай, ухмыляясь, неторопливо разделся, потом аккуратно сложил всю свою одежду в камеру для хранения, а затем, стал не спеша одевать скафандр. Кстати сказать, скафандр походил больше на комбинезон, или на хороший спортивный костюм, поскольку был тонким и хорошо обтягивал фигуру. Но это был самый что ни на есть настоящий космический скафандр, способный защитить своего владельца в самых чудовищных условиях. Одевшись, Николай произнёс:

— Готово! Можешь поворачиваться!

Нуми развернулась и увидела шикарного и стройного красавца в скафандре. У неё даже перехватило дыхание — настолько хорош был Николай в этом космическом одеянии.

— А теперь ты, — скомандовал Ники и демонстративно встал лицом к стене. Нуми молча разделась, убрала свои вещи и надела скафандр. Который, кстати, шёл ей гораздо лучше, чем Николаю.

— Какая ты классная! — воскликнул Николай. — Ты потрясающая в этом скафандре.

И действительно, скафандр, словно модный костюм, очень красиво облегал фигуру, выгодно подчеркивая все её достоинства.

— Спасибо, — покраснела девушка, — вот мы и готовы к полёту. Ты как?

— Да я, собственно, готов, — сказал Николай, — только неудобно улетать, ведь я даже не с кем не попрощался.

— Мы сохраним дату отлета, с точностью до секунды и сможем вернуться в это же время, так что никто и не заметит, — сказала Нуми.

— А если мы не захотим возвращаться? – Ники сделал ударение на слове «захотим».

— Буф-ф.… Может, и не захотим. Тогда отправь всем электронное письмо.

Глава 7. Веская причина. Взлёт. Прощание с Землёй. Выбор курса.

Николай написал небольшую записку родителям, а также заявление в вуз об академическом отпуске.

— А какую причину для отпуска ты указал? — поинтересовалась Нуми.

— В связи с вступлением в брак, — смущенно сказал Ники, — более веской причины я не мог придумать.

— Правда? – обрадовалась Нуми. — И на ком же ты женишься? – вкрадчиво спросила она.

— Есть у меня одна подруга на примете, — вздохнул Николай, — жить без меня не может, вот и решил я обрадовать несчастную.

— Что-о? — воскликнула Нуми. — Я вот тебе сейчас!

Она схватила для устрашения журнал и бросилась за Николаем, потому что он уже бежал от неё во всю прыть по коридорам корабля, хохоча во всё горло.

— Ну, негодный, ну я доберусь до тебя! — кричала Нуми, размахивая свернутым в трубочку журналом.

Неожиданно Николай запнулся и с хохотом растянулся на полу, в тот же миг на него налетела Нуми и стала лупить его журналом, смеясь и приговаривая:

— Вот тебе, будешь знать, женится он, видите ли, несчастных осчастливливает, негодник.

Ники защищаясь, стал щекотать её, а Нуми в свою очередь защекотала его. Они начали кататься по полу, хохоча и мутузя друг дружку. В конце концов, они успокоились и тяжело дыша, лежали на полу бок о бок.

— Ну, ты выдал, — запыхавшись, сказала Нуми, — я чуть со смеху не умерла. Ох, сил нет смеяться!

— Ты бы себя видела, — сказал Ники, — у тебя как глаза поползли вверх, я сразу решил — бежать надо!

— А родителям ты это же самое написал? — Нуми повернулась на бок и приперла щеку рукой.

— Да, сказал, что обручился с богатой девушкой и уехал путешествовать по Европе. — Иначе, мне по-другому не объяснить свой отъезд, — вздохнул Николай.

— С богатой? – удивилась Нуми.

— Для путешествия деньги нужны, а ты ведь девушка богатая, у тебя целый корабль драгоценных камней.

— Всё-таки про меня речь, — с удовлетворением произнесла Нуми, — а ты реально бы женился на мне?

— Конечно, — сказал Ники, — у меня, кроме тебя никого нет. Хоть сейчас бы на роспись тебя повел, да у тебя документов нет.

— Вот не пойму, шутишь ты, или всерьез говоришь?

— Если всерьез, то считай, что я тебе предложение сделал, — сказал Ники, — но для этого паспорта точно нужны. А я даже фамилии твоей до сих пор не знаю. Только имя.

— Нуми Эллайн, — быстро сказала она, — я люблю тебя Николай Буяновский!

— Эллайн, — повторил Ники, — красиво!

Он обнял её и поцеловал. Нуми ответила долгим поцелуем. Некоторое время на корабле стояла тишина, потом Нуми отстранилась и сказала:

— Буф-ф, это веская причина для отлёта. Вставай Ники, хватит уже целоваться, пойдем готовить корабль.

— Слушаюсь, капитан! — сказал Ники, и они направились в рубку управления. На обилие пультов и экранов Николай теперь смотрел другими глазами. Он подошел к главному пульту и уселся в кресло второго пилота. Оказывается, именно отсюда осуществлялось непосредственное управление полетом корабля – взлетом и посадкой, маневрированием и ускорением. По умолчанию Нуми была капитаном корабля и первым пилотом. Ведь у неё уже была практика управлением космическим кораблём, а у Ники только теоретические знания, приобретенные буквально только что.

— Включить проверку всех систем, — скомандовала Нуми.

Взглянув на своего очаровательного капитана, Николай кивнул в знак согласия, и его пальцы забегали по клавишам главного пульта.

— Вспомогательные системы в норме, идет проверка основных, — сообщил он.

— Отлично, я загружаю алгоритмы главного двигателя, — сказала Нуми, — протестируй основные.

— Основные системы в норме, — Ники вникал в суть оживления могучего космического судна, и ему это очень нравилось, — порядок, всё готово!

— И у меня порядок, — сказала Нуми, — можно взлетать.

Они пристегнули ремни, Нуми дотронулась до пульта и из-под него выехал штурвал, похожий на авиационный. Взяв штурвал в руки, Нуми произнесла:

— Запускаем двигатели, стабилизаторы по горизонтали активировать, гравитация под контроль.

— Готово, — сказал Ники.

— Три, два, один, взлетаем.

Нуми плавно потянула на себя штурвал и корабль, словно живой, тут же отреагировал, оторвался от земли и задрал нос вверх. Благодаря антигравитационному двигателю, в кабине не ощущалось никакого движения, лишь в лобовом иллюминаторе земля ухнула вниз, и перед глазами появилось звездное небо. Повисев таким образом около секунды, корабль мгновенно взвился вверх и исчез. Осталось поле с примятой травой, лес, город неподалеку и тишина.

Звезды становились все отчетливее, и вот уж корабль прошел сквозь атмосферу Земли. Нуми уверенно вела корабль на орбиту, стараясь не задеть земные спутники связи. Вскоре она включила торможение и развернула корабль носом к планете.

— Вот, смотри Ники, — сказала она, — Земля!

— Красиво, однажды я наблюдал её с Луны. Надо попрощаться, что ли. Когда еще увидимся?

— Ну что ты так говоришь, — сказала Нуми, — будто никогда не вернешься. Просто скажем Земле — до свидания!

— До свидания Земля, — сказал Ники, — я не забуду тебя, твой воздух, твои леса и поля, здесь я встретил свою любовь, ты моя родина и я обязательно вернусь к тебе.

— До свидания Земля, — сказала Нуми, — я не забуду тебя, твой странный мир и удивительных людей, здесь я нашла свою любовь, и я тоже вернусь.

Они посидели немного в тишине. Затем Нуми встряхнула головой и спросила:

— Летим, Ники?

— Летим! Решать тебе в каком направлении, — сказал Ники.

Из-за его пульта выехал большой навигационный экран. Нуми вызвала такой же, со своей стороны. Затем оба экрана соединились в один широченный дисплей.

— Мы сейчас здесь, — показала она на точку, находящуюся на краю огромной галактики.

— Это наша галактика Млечный путь, — сказал Ники, — давай полетим ближе к центру.

— Давай, — согласилась Нуми, — там большая плотность звезд, не то, что здесь на краю. Возможно, есть обитаемые планеты. Я согласна, держим курс на центр галактики.

Корабль развернулся и стремительно разгоняясь, отправился в неизведанные края великой вселенной, унося с собой двух представителей звездных цивилизаций – двух влюбленных друг в друга сердец. Он уносил с собой Нуми и Ники.

Глава 8. Среди звезд. Сложности полета. Чем можно заниматься в космосе. Что ценно, а что нет.

Часть вторая

Много ли, мало ли прошло времени сказать трудно. Ведь корабль нёсся во Вселенной с огромной скоростью. Это и понятно. Вселенная это мир высоких скоростей. Всё движется по собственному пути. Планеты вращаются вокруг своих солнц, а солнца, или звезды, движутся в свою очередь вокруг центра своей галактики. А каждая галактика, вращаясь, движется среди других галактик. И вся эта круговерть носится в пустоте с головокружительными скоростями. Поэтому, на корабле текло свое, корабельное или бортовое время. И по корабельным часам, наши герои пролетели уже 420 часов. То есть две с половиной недели. Сколько же прошло времени на Земле никому не известно. Правильно, всему виной та самая теория относительности Альберта Эйнштейна, которая гласит, что время течёт по-разному в разных системах отчета. На Земле время веками исчислялось числом её оборота вокруг Солнца. А космический звездолет не вращался ни вокруг чего-либо, поэтому время отсчитывал собственное. Если мы заглянем внутрь звездолета, то застанем наших героев, сидящих в кают-компании и о чем-то оживленно беседующих.

— Буф-ф, в этом и есть вся суть, — сказала Нуми, — навигация в космосе очень сложная штука.

— Да, я согласен. До той поры пока я не прошёл мнемонический курс, у меня было другое мнение по этому поводу. Но теперь я понимаю, что нельзя наугад указать координаты какой-либо точки и через гиперпространство перенестись туда. Потому что там может ничего не быть. Мы же видим свет тех звезд, которых на самом деле уже нет. Мы видим прошлое.

— Именно так. Вот поэтому мы совершаем относительно небольшие гиперпрыжки. И каждый раз, возвращаясь в нормальное пространство, мы наблюдаем уже совсем другую картину окружающего нас космоса, — Нуми вызвала голографическую карту и показала рукой на светящуюся точку, — вот наш корабль. А вокруг уже скоро закончатся известные нам звезды. И будут новые, открытые нами.

— Нам нужно всё фиксировать, — сказал Ники, — в какой-то системе.

— Мы возьмем за основу две системы координат. Пирранскую и Земную. По пирранским координатам я нашла Землю, и то их пришлось откорректировать, так как они были неточны. А Земные координаты я получила, пока искала тебя, Ники. Приборы корабля обсчитали множество данных, обработали их и систематизировали. Это были сигналы космических спутников, а также земных систем навигации.

— Это хорошо. Земные координаты пригодятся ученым Земли, а Пирранские для учёных Пирры.

Из рубки управления прозвучал сигнал тревоги. Нуми и Ники кинулись занимать свои места управления кораблем. Прямо по курсу через лобовой иллюминатор невооруженным глазом виднелись маленькие светящиеся точки, которых было целое облако. В тоже время на экране облако точек было отмечено тревожным красным цветом.

— Ого, метеориты, — догадался Ники, — судя по размерам очень большое облако.

— Так, будем рассчитывать обходной маневр, — сказала Нуми и принялась отдавать команды главному компьютеру.

— Включить защитные поля, выполнить маневр уклонения, Ники, тебе придется быть внизу, у главного орудия.

— Слушаюсь и повинуюсь, — Ники бросился бегом в оружейный отсек, откуда велось управление стрельбой из всевозможного оружия. Читатели могут задать закономерный вопрос: а зачем мирному кораблю такое вооружение? Ники тоже этим заинтересовался, но Нуми сказала ему, что без оружия нельзя. В основном, оно нужно для уничтожения метеоритов, которых не смогло оттолкнуть защитное поле. И, теоретически, для защиты. Хотя, в этом качестве орудия корабля еще ни разу не использовались. Ники занял место оператора, в руки уже привычно легли две рукоятки с гашетками, а перед глазами появился прицел. Прицеливаться можно было прямо через иллюминатор, который находился прямо перед глазами, или через экранный дисплей.

— Ты готов? — спросила его Нуми. Её голос был слышен благодаря акустическим системам корабля. Можно было не обременять себя наушниками.

— Да готов, — отрапортовал Ники.

Было видно, как корабль маневрирует, блестящие точки уже окружали корабль со всех сторон. Вот уже некоторые приобретали очертания каменных глыб неправильной формы. Корабль продолжал успешно отклоняться от опасных астероидов.

— Ники, впереди по курсу огромный кусок, не обойдём, — сказала Нуми, — стреляй по готовности.

— Понял, сказал Ники и прильнул к видоискателю. Увеличив разрешение, он увидел очертания чего-то громадного и темного. Нажав на две гашетки одновременно, он послал импульс в сторону громадины. Сверкнула яркая вспышка — ни дать, ни взять, солнце зажглось и тут же погасло, оставляя после себя кучу искр.

— Отличное попадание, ты просто молодец, Ники! По курсу чисто, возвращайся на мостик.

Ники покинул оружейный отсек и прибыл в рубку управления. Нуми повернулась к его креслу:

— Ты просто прирожденный стрелок. Видишь? – она показала на экран. — Всё чисто. Кстати, компьютер показывает, что этот сектор галактики обработан и можно двигаться дальше.

Это означало, что после гиперпространственного прыжка, пока звездолет находился в обычном своем режиме, автоматика обработала все данные, занесла в свои каталоги и внесла корректировки.

— Вот в этом месте звезда, похожая на наше Солнце, этот же тип, — показал Ники, — Возможно, вокруг неё есть планеты.

— Я согласна, — Нуми скорректировала курс, — ну что прыгаем?

Ники кивнул, и Нуми потянула на себя рукоятку ускорения, звезды вытянулись в тонкие линии, словно корабль нырнул в освещённый яркими лентами тоннель. Через мгновение пискнул сигнал, и линии вдруг исчезли, а откуда-то вынырнули звезды. В наступившей тишине Нуми и Ники принялись оценивать обстановку.

— Всё хорошо, — сказал Ники, — опасных объектов и флюктуаций не обнаружено. До ближайшей звезды расстояние в пределах допустимой погрешности.

Нуми облегченно вздохнула и отстегнувшись от кресла, обняла Ники. Её можно понять, ведь выскочив из подпространства, можно было попасть в поле действия черной дыры, например, или столкнуться с планетой. Поэтому они и выбирали конечную точку выхода на приличном расстоянии от возможных объектов солнечной системы. В прошлый раз всё прошло тоже удачно, только звезда была одинокой: ни обитаемых планет, ни даже пояса астероидов не было. Ники так и прозвал её — Одиночка.

— Сколько нам лететь до этой солнечной системы? — спросила Нуми.

— Дня три всего, не больше, — ответил Ники.

— Тогда нужно заняться чем-нибудь полезным, — заявила Нуми.

Уж кто-кто, а она могла разнообразить досуг. Перед предыдущим прыжком она натаскивала Ники по внутреннему устройству корабля. Хотя, теоретически он всё знал, необходима была практика. Ники учился управлять кораблём, выполнять различные маневры. Выучился обращаться с вооружением звездолета и научился отлично стрелять по крупным астероидам. Корабль, на котором прилетела Нуми, был чрезвычайно грамотно спроектирован. В нём было всё — от удобства управления и обслуживания, до комфортных условий пребывания экипажа. В кают-компании можно было отдохнуть и посмотреть фильмы, или почитать книги. Имелась автоматическая кухня, которая могла воспроизвести любую еду, любой сложности. В спортзале можно было заниматься гимнастикой или бегать по беговым дорожкам. Был даже бассейн, душевая, сауна и нормальный санузел. Предусмотрено было все — на этом корабле можно было находиться долго и жить полноценной жизнью.

— Ники, — сказала она, — давай проведем осмотр складских помещений и проверим ангары со шлюпками.

— С удовольствием, — Ники был очень увлечен звездолетом, ему нравилось всё, и он собирался исследовать все его закоулки.

В грузовом ангаре находилось несколько бункеров для грунта, который при необходимости можно забрать с планеты для изучения. Один из бункеров был полон и Ники в него заглянул. Несколько секунд он с отвисшей челюстью таращил глаза, потом позвал Нуми.

— ???

— Просто грунт, — ответила Нуми, — а чего у тебя такой вид? Со мной что-то не так?

— Так ведь тут камни драгоценные — алмазы, рубины и ещё чего-то, я думал, есть небольшой запасик на борту, но чтобы столько! Какой же это грунт?

— Буфф-ф, Ники. До того, как я угнала этот корабль, он использовался в научных целях. Однажды экипаж обследовал прилетевший откуда-то извне планетоид. Так вот, его грунт полностью состоял из этого. Его и почерпнули для изучения.

— Это ты отсюда сдала камень ювелиру? – спросил Ники, не отрывая глаз от разноцветной россыпи.

— Ну да. Он, конечно, удивился, но заплатил мне деньги сразу, и ничего не спросил. Я думаю, что он был болен, потому что его трясла мелкая дрожь и при этом он весь вспотел.

— А какой примерно ты камушек ему дала?

— Вот как тот примерно, — указала Нуми на ярко красный рубин величиной с кулак, — Что с тобой?

Ники лежал на полу и хохотал, рыдая при этом. Нуми сердито взглянула на него и надула губки:

— И что это ты хохочешь? Скажи мне, вместе посмеемся.

— Ох, прости, ты представить себе не можешь, как ты осчастливила этого продавца. То-то он вспотел, и дрожь его проняла. Ещё бы. Это ведь целое состояние. Как он ещё с ума на радостях не сошёл. И сколько он тебе дал денег?

— Хватило на одежду, сумочку, на еду, на поездку в Софию и ещё немного осталось.

— Милая моя Нуми! Простая ты душа, — Ники обнял её и поцеловал, — ты этого мужика осчастливила на всю оставшуюся жизнь, а он, скупердяй, мелочь тебе дал.

— Этот камень такой дорогой?

— Он бесценен. У нас на этот камень можно безбедно жить всю жизнь и не работать.

— Вот и хорошо, хоть кто-то стал счастливым.

— Это я стал с тобой счастливым, а вот тот ювелир неизвестно, — сказал Ники, — но неужели есть планеты состоящие из этого?

— Есть, конечно. Если основная составляющая планеты – корунд. А корунд является основой рубинов, сапфиров и других, драгоценных для вас камней.

— Все ценности относительны, — вздохнул Ники, — то, что у нас стоит очень дорого, в другом месте просто строительный материал.

— Может быть, есть абсолютные ценности? – задумчиво произнесла Нуми, — например, добро, любовь, дружба.

— Конечно, есть, — сказал Ники, — любовь и дружба она везде в цене. Пойдём, дальше, что там у нас по плану?

Они занялись осмотром спасательных шлюпок и удостоверились, что всё в порядке. Незаметно день подходил к концу. Конечно, это был их, корабельный день. Они стали учитывать смену дня и ночи по земному исчислению. Вечером, освещение в главном коридоре приглушалось, а днём становилось ярче. Так было визуально понятнее: появлялось ощущение, что наступали сумерки. Увидев, что свет в коридорах померк, Нуми потащила Ники в кают-компанию.

— Сейчас я буду угощать тебя нашим любимым семейным блюдом, — сказала она, листая меню кухонного компьютера, — ты такого точно не пробовал!

— Да, это великолепно, — проговорил Ники, после того как наелся до отвала чего-то непонятного, но вкусного, — это не в чане у Малогалоталотима сидеть.

— А я всё равно по нему скучаю. Интересно, получится ли нам найти хотя-бы его следы?

— Обязательно получится! – успокоил её Ники.

Глава 9. Высадка. Знакомство. Сезонная жизнь. Следы Мало.

Примерно так и проходили будни наших космических путешественников. Каждый день они ставили себе различные задачи и с удовольствием с ними справлялись. Наконец их звездолет приблизился к солнечной системе настолько, что они смогли подробно её изучить. Звезда была раза в три больше Земного солнца, поэтому из-за большего тяготения вокруг неё вращалось тридцать планет.

— Буф-ф, Ники! Смотри, кажется, шестая планета обитаема, — обрадовалась Нуми.

— Похоже, что так, — согласился Ники, — с таким радиусом орбиты, представляю какой там длинный год.

Действительно, планета имела атмосферу. Из-за размеров светила, на ближайших пяти планетах жизнь была невозможна: они представляли собой раскаленные шары. А шестая планета получала от своей звезды примерно столько же тепла, как наша Земля от Солнца. Получив данные со сканера, Нуми и Ники увидели, что диаметр планеты чуть меньше земного, атмосфера вполне пригодна для дыхания. На планете имелся один единственный континент, расположенный в одном полушарии. Подлетев ближе, стали заметны причудливой формы города.

— Ники, милый, похоже на ней живут! – глаза Нуми сияли от восторга. — Это первая за такое долгое время обитаемая планета, которая нам встретилась.

— Да, после «райской» планеты прошло много времени, — подтвердил Ники, внимательно разглядывая поверхность планеты.

— Искусственных спутников нет, значит, они ещё не вышли в космос. Но, судя по городам, они всё же цивилизованные. Интересно на кого они похожи? – задумалась Нуми.

— На поверхности холодно, там, похоже, зима, — сказал Ники, — как будем приземляться: на корабле или возьмем челнок?

— Челнок. Корабль пусть висит на орбите, — решила Нуми, — в случае чего он прилетит нам на выручку.

Нуми велела одеть шлемы и взять с собой оружие. Шлемы оборудовались радиосвязью, защитное стекло могло убираться, или наоборот, в опущенном состоянии защищало лицо и обеспечивало превосходную герметичность вместе со скафандром. В этих скафандрах было много чего усовершенствовано: они сильно отличались от тех, что были у них в детстве. Например, в районе левого предплечья был установлен анализатор общего состояния здоровья. В случае инфекции или травмы, микроскопическая игла впрыскивала необходимое лекарство в мышцу. Скафандр полностью поддерживал жизнеобеспечение человека в любых экстремальных условиях. Любые выделения организма впитывались и перерабатывались. Излишки могли быть превращены в воду или выпущены в виде молекул пара наружу. В районе бёдер, имелись сменные кассеты, которые менялись на новые по мере необходимости. Ники каждый раз удивлялся тому, насколько они были тонкие, причем вмещали в себя большой объем вещества. Туда в обезвоженном и сверхсжатом виде накапливались органические отходы. По сути – в этом одеянии можно было находиться долгое время, не испытывая никаких неудобств. На спине, в небольшом утолщении, имелся запас кислорода, обеспечивая дыхание в безвоздушном пространстве или в ядовитой атмосфере. И, несмотря на свою мягкость и эластичность, скафандр был пуленепробиваем и устойчив к всякого рода внешним воздействиям.

В такой вот полной экипировке друзья покинули звездолет в небольшом челноке-шлюпке и приближались к таинственной планете.

— Вон, впереди город, — указала Нуми, — давай туда.

Ники направил челнок в сторону города, который был похож на огромный лабиринт в форме треугольника. Вокруг, куда ни глянь, блестел снег. Температура воздуха была минус 35 градусов по Цельсию. Перед въездом в город обнаружилась небольшая площадь, туда и направил Ники летательный аппарат для посадки. Очень аккуратно, чтобы «не поймать землю», челнок приземлился на чужеродную планету, подняв небольшое облачко снега.

— Воздух здесь просто создан для дыхания, — сообщила Нуми, но поскольку очень холодно, предлагаю не снимать шлем.

— Согласен, да и солнце очень яркое, глаза слепит, как раз стекло можно чуть затемнить.

Ники приготовился к выходу.

— Ты готова?

— Готова, — ответила Нуми.

Они открыли выходной люк и вступили на планету. Небо здесь было зеленовато-голубого цвета, бело-желтое солнце, ярко освещало окружающий мир, но не грело. Перед глазами расположился большой город. Сразу стало понятно, что здесь основной архитектурный стиль — это шестиугольные пирамиды. Иногда, местами были видны прямоугольные башни, но большая часть построек была пирамидального типа. Здания были покрыты инеем, который красиво искрился на солнце.

— Я чувствую движение, — указала Нуми вперед, — там кто-то есть.

Словно в подтверждение её слов впереди появились существа. Издалека они были похожи на людей, передвигались на двух ногах, имели две руки и маленькую голову. Существа подошли ближе – оказалось, что они очень высокие, примерно в полтора человеческих роста. Черты лица заостренные, узкий, острый подбородок, тонкая линия рта и большие, слегка вытянутые глаза. Ники напрягся, ему стало не по себе от этих величавых тихих созданий.

— Расслабься, — тихо сказал ему Нуми в переговорник шлема, — я чувствую волны дружелюбия и любопытства, и никакой агрессии.

— Ауа тиии итаа ке-е, — произнесло стоящее впереди существо. Его голос звучал словно музыка – удивительно, что такие звуки исходили из живого существа.

— Куиа, кии потоо раа, — снова новая фраза, и снова как будто мелодия.

Электронный мозг Нуми молниеносно интерпретировал новые звуки и передавал алгоритмы речевому модулятору, встроенному в шлемы. Наконец, электронный переводчик скафандров закончил анализ странной речи и Ники услышал в микрофон:

«Кто вы странные существа, так внезапно упавшие с зеленых небес, на почву Мира, разумные ли вы, мирные ли или несете опасность»?

И через секунду:

«Если вы с миром, тогда мы с благодарностью раскрываем наши объятия и просим присоединиться к нашему обществу для того, чтобы разделить с нами радость встречи».

— Ничего себе, — восхищенно произнес Ники по внутренней связи, — так мало звуков и такой длиннющий перевод!

— Так бывает, — сказала Нуми, — всё зависит от структуры языка. А сейчас я переключусь на громкую связь и задействую наш модулятор.

Прошло несколько секунд, и вдруг от стоящей рядом Нуми послышалось следующее:

— Ке’е ии-таа иии уаи потоо оие, вао-и.

Переводчик внутри шлема Ники перевел фразу:

— Приветствуем вас, прекрасные создания Мира, мы разумные существа путешествуем через звезды, мы не представляем опасность и очень рады встречи с вами!

— Тии-та-а фаа-о Нуми о Ники, — сказала Нуми.

— Мы вам рады и просим встречи с вами, мое имя Нуми, а имя моего спутника Ники, — услышал Ники перевод фразы.

Благодаря переводчику и голосовому модулятору общение пошло быстрее. Ники в очередной раз восхитился инженерами Пирры, которые сконструировали такие умные приборы. Через некоторое время Ники узнал, что туземцы зовут себя Истинными, проживают они в городе с названием «И’и», что означает счастье, а планета у них называлась Мир. Они вполне были осведомлены об окружающих их звездах и планетах. Язык у них был очень сложен и ёмок, а метаболизм их тел был таков, что существовать они могли только при низких температурах. Главным у них был Те-и’г, что-то типа городского главы правителя. Их проводили в одну из пирамид, где в одном из залов устроили торжественный прием. Помещения были очень красивы, полы были выложены из камня, различных оттенков. Стены были яркими, красочными. Каждое помещение имело свою собственную цветовую гамму. Было уютно и хотелось остаться здесь и жить, но отталкивал холод, который был повсюду.

— Вы похожи на нас, но ваши лица закрыты материалом похожим на стекло, почему? — спросил Те-и’г.

— Мы свободно дышим вашим воздухом, но боимся холода, поэтому мы закрыли лица для тепла, — сказала Нуми, — но это не очень критично для нас, на некоторое время мы можем открыть лица.

Нуми открыла стекло шлема. Истинные смотрели на неё с любопытством и удовольствием.

— Спасибо, за вашу смелость и дружелюбие, — сказал Те-и’г, — это не опасно для вас?

— Не опасно на короткое время, — сказала Нуми.

— Расскажите о вашей жизни, и закройте стекло, если вам так удобнее, — попросил Те—и’г.

И Нуми вкратце рассказала о том, как живут на Земле и на Пирре, чем занимаются, что для них интересно, а что нет.

Инопланетяне задумались на минуту, потом спросил некто сидящий рядом с Те-и’г’ом:

— Как вы выращиваете ваши яйца, как воспитываете молодняк?

Ники чуть не поперхнулся от удивления, он не как не ожидал такого вопроса. Нуми, наоборот, была невозмутима, казалось, что её трудно удивить:

— Мы живородящие существа, своих малышей воспитываем семьёй.

— Что такое семья? Члены города?

— Семья — это родители: мать и отец. Мы двуполые существа.

Эти слова Нуми вызвали оживленную дискуссию. Переводчик едва успевал передавать общий смысл споров. Оказалось, представители этой планеты были однополы. Они были яйцекладущими существами. Но среди них был один ученый, который предположил, что где-нибудь могут быть существа нескольких полов. Истинные на все голоса хвалили своего соплеменника и поздравляли с подтверждением его теории. В это же время Ники с уважением взглянул на свою подругу:

— Ты молодец, — сказал он ей по внутренней связи, — я бы, наверное, растерялся.

— Спасибо, я думаю, что ты нашёл бы что сказать, — улыбнулась она.

Вскоре хозяева пригласили гостей на торжественный обед. Еда состояла из водорослей и всяких других различных морепродуктов. У Ники и у Нуми на левой руке был особый браслет, который мог анализировать любое вещество, включая пищу и послать вовнутрь шлема сигнал опасности. Оказалось, что еда была белковая, и пригодна к пище, но очень горькая. Нуми как можно вежливее отказалась от еды. Но её интересовало следующее: если жители этого мира живут в таком холоде, откуда же берутся продукты питания? Кто ловит рыбу и заготавливает водоросли? И, когда-нибудь наступит весна, как тогда они переживут тепло? И как, при таком холоде высиживаются яйца? Её, казалось бы, обычные вопросы привели в некоторое смятение жителей планеты. Воцарилось неловкое молчание потом Те-и’г начал говорить. Говорил он долго, а если учесть какой ёмкий был их язык, перевод был на порядок длиннее. В общем, зима на этой планете длилась примерно пять земных лет. Поэтому живые организмы адаптировались к жизни в таком холоде. Но на планете следующие пять лет царило тропическое жаркое лето. И другие живые существа адаптировались к жизни в тропиках, но не могли переносить холод. Поэтому жизнь на планете приобрела сезонный характер. Зимние жители, или как они себя звали «Истинные», занимались наукой, у них имелись приборы, и холодильные установки. Чтобы обезопасить себя в пятилетнем жарком лете, они сами себя отправляли в анабиоз. Установки, которые обеспечивали необходимый для этого холод, вырабатывали много побочного тепла. Это тепло использовалось для обогрева потомства летних существ, так как им требовалась высокая температура для высиживания яиц. В свою очередь, зимний народ, оставлял свое потомство в специальных треугольных пирамидах на поверхности. Тепла им хватало без подогрева, и яйца тихонько зрели до следующей зимы. Этот хрупкий симбиоз не мог бы существовать, если бы на планете были бы вулканы или гейзеры. Но на континенте их точно не было. Нуми чрезвычайно заинтересовалась такой сезонной жизнью и очень хотела познакомиться с летним народом. Между тем, температура заметно снизилась, теперь градусник показывал минус пятьдесят градусов. Все вокруг заметно оживились, по всей видимости, холод действовал на местных жителей ободряюще. Те-и’г объяснил, что скоро представится возможность поговорить с летними, поскольку холода уже на исходе. На вопрос Нуми, где находятся летние на период холодов, Те-и’г ответил фразой, которую переводчик интерпретировать не смог.

— Ну и ладно, — сказал Ники, — дождемся лета и сами всё увидим.

Остаток дня они ходили по городу и осматривали его достопримечательности. Несмотря, что вокруг был снег, а здания и сооружения припорошены искрящимся инеем, в городе было на что посмотреть. В самом центре была установлена огромная статуя какого-то известного туземца. Тут и там были расставлены причудливо замерзшие ледяные фонтаны. Некоторые из горожан передвигались на открытых повозках, которые неслышно скользили над поверхностью. Одно из зданий служило чем-то вроде развлекательного центра. Там было много народа, многие что-то обсуждали, другие любовались висящими повсюду картинами.

— Буф-ф! — вскрикнула вдруг Нуми по внутренней связи, — смотри Ники, там Мало!

На одной картине Ники увидел изображение не то тыквы, не то груши лежащей на площади среди пирамид этого самого города. Определенно, это был Малогалоталотим. Нуми принялась опрашивать рядом стоящих про сюжет этой картины, но никто ничего вразумительного не ответил. Лишь один из туземцев проговорил что-то типа «летние знают». После этого Нуми решила во что бы то ни стало дождаться конца зимы. К вечеру, когда стало совсем холодно, хозяева любезно предложили ночлег, на что Нуми вежливо отказалась. Ники взял её за руку и потащил в сторону площади, где стоял их челнок. Аппарат ожидал их весь покрытый инеем, вид у него был такой, будто на нем не летали лет сто. Ребята задраили люки и включили обогрев кабины. Когда наступило комфортное тепло, они с наслаждением скинули шлемы.

— Взлетаю, — сказал Ники и взял курс на звездолет.

В уютном тепле кают-компании Нуми и Ники обсуждали увиденное.

— Очень странно, — сказал Ники, — как жизнь может поддерживаться при таком холоде?

— Ты прав, что-то здесь не так. Судя по наблюдениям с орбиты, зима и лето сменяют друг друга очень быстро. Нет таких явлений, как осень или весна. Вернее, весна, конечно есть, но очень короткая, — задумчиво говорила Нуми.

— Тогда, дождемся лета, и всё узнаем, — предложил Ники, — и давай отдохнём.

Глава 10. Летняя планета. Снова знакомство. Удивительная история про Мало.

Лето действительно наступило очень быстро. Нуми и Ники наблюдали с орбиты, как стремительно таяли снега, проступала почва и появлялась растительность. Материк из ярко белого превратился в ярко зеленый, с синими вкраплениями озер и коричневыми пятнами пустынь.

Ники направил челнок в сторону знакомого города, который был похож на огромный лабиринт в форме треугольника. Вокруг, куда ни глянь, расстилалась буйная растительность. Для посадки Ники выбрал знакомую площадь перед городом, которая была похожа на небольшую поляну в тропическом лесу.

— Температура комфортна, можно обойтись без шлемов, — сказала Нуми, — но не забудь одеть за ухо наушник переводчика.

— Jawoll, mein general! ¹ – сказал Ники. (Слушаюсь, мой генерал. нем.)

— И всё-то шуточки у тебя, — улыбнулась Нуми.

Они вступили на планету. Было такое чувство, что они здесь впервые. Вокруг щебетали птицы, порхали разноцветные насекомые, кругом была буйная цветущая растительность.

— Я чувствую движение, — указала Нуми вперед, — там кто-то есть.

Словно в подтверждение её слов впереди появились существа. Издалека они были похожи на людей, передвигались на двух ногах, имели две руки и маленькую голову – точь-в-точь как те, Истинные, только эти казались менее эфемерными, более живыми что ли. Существа подошли ближе, впереди был, по-видимому, предводитель. Он держался более важно, с достоинством, и с его плеч свисала ярко зелёная мантия.

— Пеатэ ку? – спросил он.

Электронный мозг Нуми молниеносно начал распознавать новые звуки и передавать их в анализаторный центр переводчика. Но информации, видимо не хватало.

— Пеатэ ку? – повторил предводитель, — Тапиу кон о-дда Апойнда кку Кастамон-од!

Видимо этого переводчику хватило, и Ники услышал перевод:

— Кто вы? Мы народ земли Апойнда, а я глава Кастамон!

Нуми что-то сказала в тоненький проводок микрофона и модулятор произнёс:

— Туа ву-с дд-у пеата–о Нуми од-Ники, поов айтуйа о ото-рии маас кку Кастамон-од у лоо.

— Нас зовут Нуми и Ники, и мы прилетели с далёкой планеты, мы приветствуем тебя глава Кастамон! – Ники услышал в наушник перевод этой фразы.

— У них язык проще, не такой ёмкий, но общие корни есть, — сказала тихонько Нуми. Было заметно, что туземцам понравился ответ Нуми. Они жестом пригласили ребят проследовать за собой. По дороге в город Ники понял, что Апойнда это либо страна, либо это название местности. Город назывался Иттиритиит, что означало Вечный. Туземцы называли себя од’до, что означало Первородные.

— Буф-ф! – изумлённо воскликнула Нуми, — у меня ощущение, что это не тот город, в котором мы недавно были.

Действительно, здания — пирамиды казались гораздо выше и красивее, чем раньше, они были украшены замысловатыми орнаментами и окрашены в яркие цвета. Улицы были вымощены булыжником, по ним перемещались разного вида экипажи, запряженные странными животными. Кругом звучала немного странная, но тем не менее довольно мелодичная музыка.

— А здесь ли мы были? — Ники не меньше был удивлен, — ощущение такое, что я тут впервые.

Их ждал роскошный экипаж. Кастамон жестом пригласил гостей внутрь, после чего вошел сам.

— Вы правда из космоса? — спросил он.

— Да, правда, — ответила Нуми, — мы очень удивлены, мы были здесь, когда было холодно, но сейчас здесь всё по-другому.

— Тогда понятно, вы пообщались с теми, кто зовет себя Истинными, — немного помолчав, изрек Кастамон, – но много информации вы не получили, не так ли?

Нуми утвердительно кивнула. Тогда Кастамон сказал, что он постарается всё им объяснить. Но сначала он хотел бы получить ответы на свои вопросы, и поэтому приглашает их на торжественный обед.

Между тем, экипаж плавно передвигался по улицам и наконец, остановился у очень высокой и красочной пирамиды. Экипаж встречала толпа народа: когда Кастамон вышел, в его честь раздались приветственные возгласы. Нуми вышла вслед за ним, а Ники очень заинтересовался экипажем. Да, определенно было чему удивляться, ведь у экипажа было одно единственное колесо! Даже не колесо, а как оказалось при внимательном осмотре волчок, который вращался параллельно земле и самому экипажу. Верхнее остриё волчка прикреплялось непонятным образом, и было незаметным из-за множества разноцветных тканей, свисавших с платформы экипажа. Нижнее остриё, если оно и было, каким—то образом скользило по поверхности.

«Шар. На конце нижнего острия небольшой шар, он и скользит по земле», — сделал он заключение, и это объяснение его удовлетворило.

— Ники, где ты там? — позвала его Нуми.

— Иду, иду — заторопился он.

Их проводили вовнутрь пирамиды-дома. Внутреннее убранство было гораздо шикарнее и изящнее, чем у зимних обитателей. В особо украшенном зале стоял огромный стол полный всевозможных яств, причем некоторые были весьма необычные на вид. Анализаторы их скафандров удовлетворительно мигнули зеленым цветом, но для надежности дали сигнал походной аптечке. Ники почувствовал, как тонкая игла уколола его в плечо.

«Противоядие», — подумал он и Нуми ободряюще ему кивнула.

Вместо тарелок, напротив сидящих в столе были сделаны квадратные углубления. По всей видимости, еду накладывали прямо в них.

Кастамон положил себе несколько куч всякой разной еды и очень удивился, увидев, как мало положили себе Нуми и Ники. Предугадавши соответствующий вопрос, Нуми ответила:

— Мы существа небольших размеров, потому нам пищи нужно немного.

Тогда Кастамон стал расспрашивать о том, как они живут, чем питаются, как устроено их общество и многое другое. Нуми, стараясь объяснять, как можно доступнее, рассказала об их жизни, беря в качестве примера то Землю, то Пирру.

Рассказ произвел на Кастамона огромное впечатление. Он долго потрясенно молчал и наконец произнес:

— Вы действительно поразили меня! Я не смог бы никогда представить такую жизнь. Теперь ваша очередь. Что вы хотите узнать?

— Нам очень интересно как ваше общество живет в зимний и летний периоды, — сказала Нуми.

— Ну раз так, тогда слушайте, — сказал Кастамон и стал рассказывать.

Такая долгая зима не давала их цивилизации нормального развития, сказал он. Ведь им приходилось впадать в спячку на очень долгий период. А пока они спали всю зиму, могло произойти все что угодно: сход лавины, обрушение жилищ, нападение диких зверей и многое другое. Бывали времена, когда после зимы в некоторых городах не оставалось выживших. Общество разделилось на мыслителей и практиков: практики стояли за то, чтобы пытаться предотвращать зимние катаклизмы. А мыслители хотели приспособить себя к зимней жизни и поддерживать нормальную жизнь народа зимой. Они стали тренировать себя к низким температурам. В конце концов после многих лет эволюций на планете Мир стало две расы. Одни жили зимой и звали себя Истинными, другие жили летом и считали себя Первородными. Даже язык у них стал разным: у зимних он был более сложный и очень емкий, ведь они были философами и мыслителями. А летние разговаривали на более практичном языке техников. Кто надоумил два народа не уничтожить себя — неизвестно, но зато расы стали мирно сосуществовать друг с другом. В результате за городами следят во все сезоны и даже обмениваются информацией. Зимние охраняют яйца и потомство летних, а летние соответственно берегут кладки яиц зимнего народа.

— Вы не удивились, что мы так спокойно отреагировали вашему появлению? – спросил Кастамон, — не испугались, не бросились на вас, не взяли в плен?

— Удивились, конечно, но мы решили, что так правильно поступают цивилизованные существа, — ответила Нуми.

— Вовсе нет! Мы никогда не видели пришельцев, вы не похожи на нас, выглядите уродливо с нашей точки зрения. Просто нас подготовили. Мне телепатически передали послание от Те-и’г, поэтому я заранее знал о вашем появлении. Хотя он, показался нам вполне даже симпатичным, — указал Кастамон на Ники.

Нуми заулыбалась, а Ники чуть не подавился инопланетной пищей.

«Вот те раз, — подумал он, — инопланетный чудик считает меня красавцем. На себя бы посмотрел»!

Нуми тут же укоризненно бросила на него взгляд.

— Мы видели картину с изображением существа, которое нас очень интересует, — спросила Нуми, — это было в здании, где было много картин и ещё много разных интересных вещей.

— Понимаю где это, — сказал Кастамон и вызвался их проводить, — пойдем без экипажа, тут недалеко.

Они шли по улице – впереди вышагивал Кастамон и рассказывал о достопримечательностях. Нуми и Ники остановились около замечательно красивого музыкального фонтана, потом, чуть поодаль, им встретился огромный стеклянный куб, в котором плавали ужасные на вид чудища. Потом была площадь, вся в разноцветных и ярких цветах.

— Как красиво, — потрясенно говорила Нуми.

Николаю тоже всё очень нравилось, но он старался меньше высказывать свои восторги вслух. Наконец, они подошли к очень красивой пирамиде. Каждая её грань была окрашена в разный цвет, перед входом была небольшая площадь, вымощенная розоватым камнем. Ребята с трудом поняли, что они тут уже были, только зимой это место было бело-серого цвета, как и всё остальное вокруг.

— Смотри Нуми, как мороз и снег могут скрывать всю эту красоту, — сказал Николай.

— Да, все время удивляюсь, что я тут уже была!

Кастамон вошел вовнутрь и жестом пригласил их за собой. Внутренность здания-пирамиды казалась более знакомой, и ребята без труда обнаружили искомую картину.

— Вот, — сказала Нуми, — нам очень важно знать об этом существе.

— Я ничего сказать не могу, но сейчас подойдёт старый Закатун, он хранитель и много чего знает. У него и спросим.

Вскоре подошел туземец, весь вид которого показывал, что он действительно очень стар: передвигался он медленно и при этом тяжело дышал.

— Если знаешь, то расскажи нам Закатун про это существо. Эти инопланетяне очень им интересуются, — произнес Кастамон.

Закатун очень удивился, увидев Нуми и Ники, но быстро овладел собой и начал рассказ:

— Это Парагон – звёздный спаситель, так говорят старые легенды.

Он поведал, что в древние времена, когда народ Мира страдал от долгих зим, вдруг с небес прилетел великий Парагон, чтобы спасти всех. Он мог перевезти всю расу в другой мир. Несколько сотен смельчаков зашли внутрь Парагона и исчезли. Все остальные отказались покидать Мир. И тогда Парагон взмыл в небеса и исчез. И только на земле осталась черная яма.

— Больше мне ничего не известно, — закончил Закатун.

— Спасибо, мы узнали всё что нужно, — поблагодарила его Нуми.

Они еще некоторое время осматривали музей, потом гуляли по городу и наконец, стали прощаться с гостеприимным Кастамоном и народом Мира. Их торжественно проводили к месту, где стоял их челнок.

Нуми поблагодарила народ Апойнда и всего Мира за гостеприимство, а Ники подарил Кастамону красивый изумруд, который предусмотрительно прихватил на корабле. У Кастамона от радости засветились глаза. Попросив отойти всех подальше, Ники включил двигатели.

— Взлетаем? — спросил он Нуми.

— Взлетаем, — ответила она.

Глава 11. Сколько имен у Мало? Если жизнь на планетах гигантах. Имя звездолета. Полезный планетоид.

Оказавшись в грузовом отсеке ставшего родным корабля, Нуми облегченно вздохнул:

— Как хорошо оказаться дома!

— Буф-ф! Ты читаешь мои мысли, — засмеялась Нуми, — видишь, я ведь говорила тогда, что скоро корабль станет тебе родным.

Её глаза светились от счастья.

— Это правда, — сказал Ники, — а как имя этого корабля? Как он называется?

— Но у него нет имени, — растерялась Нуми, — у него есть цифровой бортовой номер. Мы не даем имена кораблям….

— Странно, ведь это красиво и очень романтично, — сказал Николай, — у нас каждый корабль имеет собственное имя. Хоть космический, хоть обычный морской или речной. И бортовой номер тоже имеется.

— Так давай, дадим ему имя! – воскликнула Нуми.

— Давай, только мне в голову пока ничего подходящего не приходит, — сказал Ники.

— Мне тоже…. Давай тогда так сделаем: как придумаем подходящее название, тогда и назовем.

— Ладно, — Ники задумался и спросил: — А сколько у Мало имён, как думаешь?

— Думаю, что очень много, ведь каждый народ называет его по-своему. Мы называем его Малогалоталотим, на земле его, возможно, называли ковчегом, а здесь его зовут Парагон. А во вселенной бесчисленное множество миров и в каждом у него своё имя.

— Тогда я не понимаю, — сказал ей Ники, — как ты тогда с ним общалась. Как он понимал, что ты обращаешься именно к нему?

— Он существо высшего порядка…. Я думаю, ему понятно, что это именно к нему обращение, — смущенно стала объяснять Нуми.

— Тогда ты можешь звать его не Малогалоталотим, — сказал Ники.

— А как?

— Парагон, например. Кричи ему мысленно, мол, спаси нас Парагон!

— Зачем ты так, — на глазах Нуми заблестели слёзы.

— Ну что же ты сразу и плакать, — Ники обнял подругу, — я же не всерьез, просто рассуждаю. Мне кажется, что для такого высокоразвитого существа имя совершенно не важно. Он, должно быть, понимает, что к нему обращаются с просьбой о помощи. Или чувствует, когда кто-то в опасности и спешит на помощь. Извини, я ведь не хотел тебя обидеть.

— Да всё нормально, просто я привыкла, что он Малогалоталотим. Очень странно называть его другим именем.

— Так и называй его, как нам привычнее, — Ники погладил мягкие волосы Нуми, — что там у нас по плану?

— Проверяем системы и двигаемся дальше. Я занесу в компьютер данные, которые мы имеем. Мы можем себя поздравить, Ники. У нас на счету ещё одна обитаемая планета.

— Непривычно ощущать себя первооткрывателем, — сказал Ники, — но очень приятно.

Они направились в рубку управления. Привычно заняв свои места, они принялись за проверку всех систем корабля.

— Всё в норме, — сообщил Николай, — можно лететь.

— У меня тоже всё, — Нуми тряхнула головой, — Буф-ф! Выхожу на гиперпрыжок. Готов?

— Готов. Поехали!

Когда разноцветный тоннель исчез, и появились нормальные звезды, Ники сообщил:

— Прыжок прошел хорошо, мы в спокойном участке вдали от неизвестной солнечной системы.

— Отлично, ты прирожденный космолетчик, — Нуми покинула свой пост и обняла Ники, — можем оценить, какого типа система?

— Судя по размерам – это звезда класса Ригель. Очень большая и ярко белая. Наше Солнце по сравнению с этим словно булавочная головка.

— Значит тяготение здесь чудовищное, — покачала головой Нуми, — Всякий раз ловлю себя на мысли, что очень хорошо, что конечную точку мы берем не так близко к звезде. Только Малогалоталотим заранее знал куда летит.

— Да уж, большая звездочка, — Ники изучал данные компьютера, — пока непонятно, сколько там планет.

— Значит, будем отдыхать, и ждать, когда будет больше информации, — заявила Нуми, — держим курс на эту систему.

В этот раз Нуми потащила Ники в бассейн. В конце концов, если есть отличный бассейн, то почему бы в нем не поплавать? Тем более что он был в полном их распоряжении – можно плескаться сколько душе угодно. В душевой имелись в наличии отличные купальники и плавки в спортивном стиле. Как будто специально для тренировок. Нуми объяснила, что на Пирре очень уважают плавательный спорт, поэтому многие занимаются тренировками в космосе.

Выскочив из душа в ярко-жёлтом купальнике, Нуми схватила Ники за руку и потащила к бассейну.

— Давай за мной, — звонко засмеялась она, затем разбежалась, подпрыгнула вверх и, описав дугу, изящно вошла в воду.

— Ух ты, — с завистью произнес Ники и кинулся вслед за ней.

Надо сказать, что в воде Нуми чувствовала себя словно рыба. Плавать она могла как угодно, всевозможными стилями, на воде и под водой. Ники как не старался, не мог угнаться за ней. Хотя тоже неплохо плавал. В конце концов, он выдохся и попросту лежал на воде, отдыхая и любуясь Нуми. А она, словно ярко жёлтая рыбка то выпрыгивала из воды, то ныряла, то вытворяла всевозможные фортели, в общем, ни дать, ни взять настоящая морская русалка. Наконец она устала и подплыла к Николаю.

— Здорово! — с восхищением произнес он, — ты плаваешь словно амфибия.

— Спасибо! А куда ты так пристально смотришь? – удивилась Нуми, заметив, как Ники внимательно смотрит под воду.

— Да вот смотрю, там у тебя ноги или рыбий хвост?

— Тьфу ты, опять эти твои шутки! Буф-ф, ну откуда там может быть хвост?

— И ничего это не шутки, — засмеялся Ники, — у нас существуют мифы о русалках, которые плавали в морях и заманивали к себе под воду моряков. У русалок вместо ног был хвост как у рыбы, а когда они оказывались на суше, то хвост исчезал, и появлялись ноги. И русалки, между прочим, были невероятно красивы, прям как ты.

— Ой, спасибо тебе Ники, ты меня в краску вгоняешь, — улыбнулась Нуми и, подплыв ближе, растянулась на воде рядом с ним.

— Я просто поразился тому, как классно ты умеешь плавать, — сказал Ники, — ты прямо как спортсменка.

— Было дело, ещё в школе я занималась плаваньем и участвовала в соревнованиях. Но у нас на Пирре почти все так плавают и даже намного лучше, чем я.

— Теперь мне понятно, почему на корабле устроили бассейн, — сказал Ники, — а сначала мне казалось, что это некоторое излишество: на звездолете устроить такое сложное помещение, с системами водоотведения, водными резервуарами, насосами.

— Ты прав, это действительно сложно устроить. Поэтому в кораблях ближнего действия такого конечно нет. А в тех, что предназначены для долгих перелётов, бассейны делают. Иногда они не такие большие как этот. Но и звездолет этот более современной конструкции, всё-таки.

— Вода солёная, прямо как в море! – восхищенно произнес Ники, попробовав воду на вкус.

— Да, это настоящая морская вода, как на Пирре, — сказала Нуми, — очень полезна для здоровья, особенно в условиях долгого пребывания в космосе. В воде содержится много нужных солей и плотность воды очень приятная.

— Согласен, вода сама держит, так и лежал бы тут вечно, тем более ты рядом.

Нуми ничего не ответила, и лишь теснее прижалась к нему. Так они и плавали на поверхности, наслаждаясь тишиной, и друг другом.

Неожиданно их тихую идиллию нарушил сигнал из рубки управления. Это не был сигнал тревоги, иначе бы он раздался по всему кораблю. Сигнал, который они услышали, означал, что компьютер получил какую-то информацию, возможно очень важную.

— Ну вот, — заворчал Ники, — полежать не дадут, нужно выбираться.

— Ничего, — поцеловала его Нуми, — у нас времени предостаточно. Пойдем, посмотрим, что там интересного.

Они выбрались из бассейна, быстро ополоснулись в душе и облачились в скафандры.

На главном мониторе отображалась информация, которую успели засечь сенсоры звездолета. Нуми открыла рот от удивления, а Ники остолбенел. Да и было от чего. Вокруг гигантской звезды вращалось около двадцати планет земной величины и пятнадцать планет-гигантов. И это, не считая огромного количества планетоидов, астероидных поясов, комет и прочих космических тел.

— Вот это да! – потрясенно произнесла Нуми. — И это только приблизительные данные.

— Какие же здесь чудовищные расстояния! Ты только представь, — сказал Ники, — орбита самой ближней к солнцу планеты имеет диаметр как орбита нашего Юпитера! И не мудрено, если звезда тут таких размеров.

— Не представляю, сколько же длится там один год, — озадачилась Нуми, — я никогда не видела ничего подобного.

— Но там такие температуры, что жизнь могла бы быть только там, где находятся планеты-гиганты, — сказал Ники, — а на них жизнь теоретически не возможна.

— Теоретически?

— Ну да, ведь реально там никто не был. Мы рассматриваем жизнь со своей точки зрения. А что если существует жизнь в условиях, которые прямо противоположны нашим условиям? При таком чудовищном тяготении и бешеном ветре частиц, может быть некто, кто вполне себе прекрасно живет.

Нуми с удивлением взглянула на Николая и сказала:

— Тогда я не могу представить себе такую жизнь. А твоя, Ники, теория очень интересна.

Появились новые данные. Стали заметны кольца и спутники у многих планет. Конечно, это всё отображалось на экране мониторов, визуально же, не видно было ничего, кроме звезд и яркого белого солнца. Внезапно появились радиосигналы, пока ещё слабые, но они представляли собой сложную какофонию звуков, разобраться в которой не представлялось возможным.

— Что это за звуки? — спросил Николай.

— Возможно чьи-то радиосигналы. А возможно это радиопомехи, которые создаются атмосферами планет гигантов, — ответила Нуми, — я отключу пока звук, а то он разговору мешает.

— Если это помехи, тогда понятно. А если нет? – Ники сосредоточенно защелкал клавишами на своем пульте управления.

— Я создал алгоритм отсеивания хаотичных сигналов и предложил компьютеру отображать только те, которые имеют хотя бы какой-то порядок или закономерность.

Ники включил звук и вместо какофонии они услышали щёлкающие звуки вперемежку с короткими сигналами очень низкого, на уровне субоктавы, тона.

— Буф-ф! Ты просто гений! – Нуми была восхищена и взволнована. — Вдруг это и правда жизнь? С чем же мы тогда столкнемся?

— Трудно представить…

— Определим тогда, откуда идут сигналы, — сказала Нуми, — от одной конкретной планеты или от всех сразу. Если от всех, то это, скорее всего такие характерные естественные звуки.

— Седьмая планета-гигант, — объявил Ники, — сигнал оттуда!

— Так, следуем курсом к седьмой планете, — отдала Нуми приказ корабельному компьютеру, — скорость средняя, включить защитные поля на максимум.

— Это от астероидов и тому подобного мусора, — пояснила она.

— Понятно, — сказал Ники, — появилась новая информация о планете. Размер примерно, как у Юпитера, имеется двадцать восемь спутников, причем пять больших и один со своей атмосферой.

— Ого, а может оттуда сигналы?

— Выясним, — ответил Ники и сосредоточился на сводке данных о планете.

Тем времени звездолет заметно приблизился к нужной планете. Теперь её визуально можно было наблюдать как маленькую яркую звездочку. Вскоре звездочка превратилась в горошину, а затем уже, планета стала похожа на полосатый теннисный мяч.

— Сигнал идёт с планеты, — сказал Ники, — на спутниках ничего не слышно. Тот, который с атмосферой, похоже безжизненный.

— Подойдем поближе и будем наблюдать, — решила Нуми.

Планета значительно выросла в размерах. Теперь она визуально выглядела по размерам как Земля, но это был обман зрения. На самом деле до планеты было очень и очень далеко, ведь размеры её были колоссальны. Мощные планетарные вихри образовали на планете полосы, но не как у Юпитера. Здесь они чередовались синим, белым и зелёными цветами. Белое солнце осветило звездолет, и на полосатой поверхности планеты появилась тонкая, словно игла тень.

— Смотри Нуми, какая тень корабля на планете, — указал Ники на поверхность планеты.

— Как будто игла, — сказала Нуми.

— Когда мы подлетали к кораблю на челноке, — задумчиво проговорил Ники, — корабль словно светился серебристым цветом…. Такая вот сребристая игла… Серебряная Игла! Вот и название, — обрадованно заключил он.

— Серебряная Игла, — повторила Нуми, — а что, неплохо звучит. Он стреловидной формы, и пространство может проткнуть, словно иголка. Мне понравилось, ты молодец Ники!

Нуми быстро обняла его и стала вводить данные в командный компьютер.

— Я введу к цифровому обозначению наше новое имя. Теперь так будут передаваться стандартные позывные звездолёта Серебряная Игла C25043.

— Отлично, я просто полюбила это имя. Очень красиво – Серебряная Игла, — не переставала восхищаться Нуми.

— Согласен, — сказал Ники, — звучит. Я чего только не подбирал в голове, но на ум ничего оригинального не приходило.

Между тем, инопланетный радиосигнал обрел постоянную частоту, было понятно, что поступает он именно с планеты с какого-то неопределенного места. Нуми попыталась послать ответный узконаправленный сигнал на той же частоте, в надежде, что они будут услышаны. Но, увы. То ли сигнал с корабля был не слишком мощный, чтобы пробиться сквозь невероятную толщину атмосферы, то ли его просто не поняли. Либо существовали какие-нибудь причины, о которых людям с их человеческим мировоззрением понять невозможно.

— Очень жаль, — вздохнула Нуми, — мы так и не узнаем секрета этой планеты.

— Нам ничего больше не остается: войти в атмосферу мы не можем, потому что нас сразу же разорвет, — высказал свои доводы Ники, — а если бы мы смогли достичь твердой поверхности, то нас все равно бы раздавила масса атмосферы.

— Согласна, у нас на Пирре ученые пробовали исследовать планету такого типа. Запускали сверхплотный зонд, и он в считанные минуты выходил из строя.

— Ну что-ж, — встряхнул головой Ники, — тогда соберем как можно больше информации об этой системе и полетим дальше.

— И назовем эту солнечную систему Загадка, — улыбнулась Нуми, — ты не против?

— Конечно не против!

Нуми развернула корабль и аккуратно стала выходить с орбиты гигантской планеты. В этой системе было довольно сложно маневрировать. Неоднократно попадались астероидные скопления, десятка два комет, метеоритов было вообще хоть отбавляй. Хотя звездолет уже приближался к границам солнечной системы, космические объекты всякого разного рода всё ещё попадались на пути.

Вот и сейчас, прямо по курсу показался одинокий планетоид. Ники отчего-то им заинтересовался.

— Смотри Нуми, — сказал он, — какой интересный планетоид. Когда на него попадают лучи огромного солнца, он сам начинает светиться отраженным цветом, но не серебристого, а желтого цвета. Странно, ты не находишь?

— Я думаю, что необычного ничего нет. Всё зависит от того, из какого вещества он состоит.

— А давай, исследуем его, — предложил Ники, — я ни разу не был на планетоидах. Возьмем образцы грунта, сохраним отчет, может быть, обнаружим что-нибудь важное.

— Давай, — согласилась она, — я направлю корабль в его сторону. Когда синхронизируем наше движением с планетоидом, отправимся на его поверхность, на челноке.

Звездолёт аккуратно завис возле маленькой планетки. Нуми и Ники в полной экипировке погрузились в челнок и стартовали из грузового отсека в открытый космос. Управление челноком взяла на себя Нуми, поскольку Николай не имел ещё опыта полетов на поверхность планетоидов. Аккуратно приземлившись, девушка открыла входной люк, и первая ступила на желтоватую поверхность небесного тела. Вслед за ней вышел Ники. Сквозь стекло гермошлема она видела его восторженный взгляд и от этого ее саму переполнили чувства восторга и радости.

— Ох, Нуми, как же это здорово, — говорил Ники, — это совсем не похоже на Луну. Сила тяжести совсем маленькая, но выглядит как спутник.

— Из-за того, что у таких небесных тел правильная шарообразная форма, их и стали называть планетоидами. По сути – это большой астероид, — объяснила Нуми, — но правда, тут действительно жёлтый грунт.

— Тогда давай возьмем пробы, — предложил Николай.

Они вынули из челнока небольшой ящик с оборудованием. Нуми достала небольшой контейнер, зачерпнула им почву и вставила в специальное отверстие. На дисплее отобразилась диаграмма анализа вещества, которая по мере того как прибор справлялся с обработкой грунта, закрашивалась голубым цветом. Наконец, звуковой сигнал известил об окончании анализа. Диаграмму сменил подробный химический состав образца.

— Буф-ф, это золото, — сказала Нуми, — тогда понятно, почему весь планетоид жёлтый.

— Что? – удивился Ники, — ты сказала золото?

— Ну да, а что ты так удивился?

— Да ничего, просто первый раз встречаю золотую планету, — ответил Ники, — может в другом месте взять пробу? Где-нибудь поглубже.

— Хорошо, давай ещё раз попробуем.

Нуми взяла пробу с помощью манипулятора, который проткнул отверстие в грунте глубиной в три метра. А потом Ники отколол кусок твердой породы, и анализатор каждый раз показывал тот же самый результат.

— Этот планетоид не что иное, как большой кусок золота и золотого песка, — сделала Нуми окончательный вывод. У тебя обалделый вид Ники, что с тобой?

— Все, кого я знаю, кроме тебя конечно, нагрузили бы полный звездолет золота и отправились домой, — ответил Ники, — это же несметные богатства. Впрочем, как и контейнер с драгоценными камнями на борту.

— У нас на Пирре золото тоже драгоценный металл, он дорогой и из него делают украшения. Но ни одному космолетчику не пришло бы в голову обогатиться за счет космических находок, — наставительно объяснила Нуми.

— Я понимаю, мне золото и богатство тоже ни к чему, просто в голове не укладывается. Одно дело, когда кто-то расскажет, а другое – когда видишь своими глазами. Тем не менее, я предлагаю взять с собой контейнер золота на борт. У меня такое предчувствие, что оно нам пригодится.

— Хорошо, возьмем. Твое предчувствие нас ещё не обманывало, — улыбнулась Нуми.

Они вытащили большой контейнер, нагрузили его золотом доверху, и отправились обратно на звездолет.

Чуть позже, сидя в рубке управления, Ники провожал глазами удаляющийся планетоид.

— Все ценности относительны, в который раз убеждаюсь, — сказал он, — где-то за грамм золота убить могут, а тут целая золотая планета.

— Ну, может быть, мы сможем кому-нибудь помочь. Ведь не зря мы набрали целый контейнер с этого планетоида, — улыбнулась Нуми, — давай лучше решим, куда нам дальше следовать.

— Давай, — согласился Ники, и они склонились над монитором, изучая окружающее их космическое пространство.

Глава 12. Поворот судьбы. Пограничный знак. Обжитая вселенная.

Они уже довольно долго летели в гиперпространстве, и наконец, навигационный компьютер включил маневр торможения. Постепенно яркие линии стали исчезать и превратились в обычные звезды. На мониторе поползли строчки данных.

— Всё в норме, — деловито сообщил Ники, — мы аккуратно вышли в нормальную вселенную.

— Буф-ф, я очень рада, — вздохнула Нуми, — каждый раз волнуюсь. А сейчас особенно, ведь мы намеренно выбрали такое большое расстояние.

— Да, рискованно было, — согласился Ники, — но вот мы живы и здоровы, и всё хорошо.

— В этой части галактики должны быть обитаемые планеты, — сказала Нуми, — мне так почему-то кажется.

— Что-ж, посмотрим, я сам на это надеюсь, — ответил Ники, — а пока мы будем двигаться заданным курсом.

Нуми закончила настройку навигации и предложила отправиться на отдых.

— Тем более что уже поздно, пора ужинать и спать, — заявила она.

Ники согласно кивнул. Они отправились в кают-компанию и, насладившись замечательным ужином, разошлись по своим каютам. Да, да. Несмотря на то, что они довольно долго летели вместе, спали они по разным местам. У Ники была своя собственная каюта, а у Нуми своя. Так она сама распорядилась, а Ники ни на чем не настаивал. Ему понравилась каюта, он настроил внутренний интерьер под свой вкус и с удовольствием, раскинувшись на широком спальном месте, наслаждался отдыхом. Особенно хорошо отдыхалось после плодотворно проведенного дня.

Вот и сейчас, Ники укрывшись тонким покрывалом, лежал и предавался своим мыслям. Вдруг дверь каюты открылась и к нему вошла Нуми.

— Нуми? Что-то случилось?

— Тише, всё хорошо, — сказала она.

Вид у неё был при этом немного странный. Она скинула скафандр и юркнула к нему под покрывало.

— Нуми, ты что… Что ты делаешь?

— Тише, тише, милый…. Обними меня. Обними так крепко, как никогда ещё не обнимал! И целуй, целуй меня, — шептала она. — О! Люби меня, люби сильнее милый Ники! Я так долго этого ждала!

Проснувшись, утром Ники несколько секунд соображал, что это было – сон или явь? Но повернувшись на бок, увидел спящую рядом Нуми, и сердце его переполнилось нежностью. Он поцеловал её, и она проснулась.

— Доброе утро, милый!

— Доброе утро, Нуми!

— Буф-ф, Ники! Я долго шла к этому. Ты меня прости, но мне нужно было время. Ведь это очень серьезный шаг. Но теперь мы с тобой полноправные муж и жена. По закону Пирры.

— Поясни, пожалуйста, — попросил Ники.

— У нас на Пирре, до заключения брака близкие отношения строжайше запрещены. Но, если молодые люди стали близки, это и является свершившимся актом бракосочетания. Причем это происходит не спонтанно, а осознанно и с полной ответственностью, — наставительно рассказала Нуми, — этому учат с раннего возраста, поэтому у людей появляется очень серьезное отношение к бракосочетанию.

— Ну раз так, то это здорово, — улыбнулся Ники, — я очень рад.

Он обнял её, а она прижалась к нему всем телом. И Ники вдруг понял, какая она на самом деле хрупкая и ранимая, и ещё понял, что он любит её так, как никто, наверное, никого никогда не любил.

— Я очень люблю тебя, — сказал он, — и очень счастлив, что ты теперь моя. Я всегда буду любить тебя, и беречь.

Глаза Нуми засветились от счастья, и она крепко поцеловала своего любимого, теперь уже супруга. — Мы с тобой совместимы! – прошептала она.

— Пусть хоть вся Вселенная лопнет! — улыбнулся Ники, вспомнив слова Нуми из её послания.

— Ты всё помнишь, любимый мой, — улыбнулась она в ответ.

Неожиданно раздался сигнал из рубки управления о появлении важной информации. Нуми и Ники рассмеялись.

— Как всегда, на самом интересном месте, — проворчал Ники.

— Ничего, времени у нас много, всё успеем, — ответила Нуми, — давай одеваться и бегом на мостик.

Мониторы показывали интереснейшую информацию: сенсоры звездолета засекли странный неподвижный объект. Издалека он напоминал огромный вертикально висящий в пространстве цилиндр, явно искусственного происхождения. По показаниям приборов цилиндр был неподвижен и выглядел несколько мрачно и безжизненно. Но, тем не менее, он издавал короткий импульсный сигнал, словно маяк.

— Нужно обязательно подлететь ближе, — сказала Нуми, — я думаю, что мы найдем там что-нибудь интересное.

Когда звездолет приблизился настолько, что необычный объект стало видно невооружённым глазом, с ним стало происходить нечто странное. По нему пробежал будто бы электрический разряд, после чего он засветился ровным белым светом. Потом по всей его поверхности побежали надписи на незнакомом языке. Дешифраторы корабля тотчас принялись за работу. Главный компьютер зафиксировал со стороны странного цилиндра попытку обмена информацией.

— Смотри Ники! Он пытается связаться с нами. Я открою канал стандартного обменного протокола.

Ники кивнул. Он знал уже, что у звездолета имеется стандартный набор информации, выполненный с помощью простых команд, которые будут понятны любому не сложному принимающему устройству. Информация включала в себя необходимые для приветствия данные: наименование звездолета, модель, бортовой номер, планета отбытия и коммуникационные данные, необходимые для дальнейшего общения. Ники наблюдал за приборами и за цилиндром. После того, как незнакомый объект стал принимать информацию с их звездолета, надписи на нем перестали двигаться, и он весть как будто бы замер. Затем верхняя половина его превратилась в прямоугольный экран, на котором появилась доброжелательная, вполне себе человеческая физиономия. От удивления Нуми и Ники молча и потрясенно смотрели на экран, а лицо с экрана улыбнулось и произнесло на чистейшем пирранском языке:

— Мое почтение! Серебряная игла? Интересное название! Разрешите первому приветствовать вас на задворках вселенной! Какой у вас интересный язык: первый раз его слышу!

Изображение чуть уменьшилось, и человек помахал им рукой.

— Здравствуйте, — сказала Нуми, — вы кто?

Человек на экране улыбнулся и сказал:

— Меня зовут Далл, я отвечаю за этот маяк. Хотя на самом деле я далеко, на своей планете Целестра в центре нашей системы. И может быть, даже я сейчас сплю, — довольный своей шуткой засмеялся Далл.

— Так значит это маяк? – спросил Ники.

— Да, мы оставляем через равные промежутки маяки. И этот самый крайний! Как-то раз, я долетел до этого самого дальнего уголка вселенной и установил маяк. Поэтому я его хранитель. Дальше ещё не один корабль не добирался!

Тут Далл на секунду задумался, затем его лицо просияло:

— Так ведь вы летите с другой стороны! Кто вы? Вы пришельцы? Ура! Я встретил другую цивилизацию!

— Меня зовут Нуми. Я с планеты Пирра, а это Ники с планеты Земля. Сейчас мы летим с Земли.

— О! Как замечательно! Никогда не слышал про эти планеты! Вы куда-то направляетесь или у вас другая цель?

— Мы исследовательский корабль. Изучаем Вселенную, — сказала Нуми.

— Значит вы первопроходцы, как и я, — ликовал Далл, — значит, есть жизнь не только в нашей вселенной. Это сенсация!

После бурного ликования Далл, наконец, успокоился и стал подробно рассказывать. Проживал он на планете Целестра. Эта часть галактики называлась у них «обжитой вселенной». Они достигли значительного прогресса и занимались освоением космоса. Самые отважные забирались в дальние уголки своей вселенной и устанавливали вот такие маяки. Со временем границы изученного космоса расширялись всё больше и больше. Далл сообщил, что кроме людей им известны чуть более сотен видов живых существ, некоторые из которых вообще не похожи на людей. Необходимость общаться со столь разными жизненными формами, научила их распознавать чужой язык с поразительной быстротой. Был разработан ещё и общегалактический язык. Большинство рас общались на нем. Дальнейшее развития их мира сдерживало только отсутствие высоких космических скоростей.

— Мы уже изучили все расы нашей вселенной и обследовали все её уголки. Когда изобретут высокоскоростные двигатели, тогда мы двинемся дальше. А сейчас мы вынуждены летать только в своих границах, — пояснил Далл, — Но мы не отчаиваемся. Несколько экспедиций отправились в один конец в дальний космос. Экипаж погрузили в анабиоз. Надеюсь, что они куда-нибудь долетят. А у вас какой двигатель?

— Мы летаем с обычной световой скоростью, — быстро ответил Ники, не дав Нуми открыть рот.

— Жаль, я уже было обрадовался. У нас даже объявлена большая премия тому, кто первый изобретет или обнаружит гипердвигатель, — объяснил Далл.

— А я очень рад, что самый первый вас встретил. Прилетайте на Целестру, увидимся воочию. Передаю вам координаты следующего маяка: думаю, Рона будет тоже очень рада вас видеть, хотя, когда узнает, что я был первым – ужасно на меня разозлится, — добавил Далл с довольной ухмылкой.

— Спасибо, мы очень рады вашей встрече, — ответила ему Нуми, и плавно направила звездолет по координатам, которые передал Далл.

— Пока, пока, — махал рукой и улыбался с экрана их новый знакомый. Понемногу маяк становился всё меньше и меньше, пока вовсе не исчез.

— Зачем ты не дал мне ответить? Ведь ты соврал про наш двигатель, — с укоризной в голосе спросила Нуми.

— Иногда ты простых вещей не понимаешь! Сама подумай! Они всю свою галактику исколесили. У них просто навязчивое стремление лететь дальше. Представь, что они скопируют наш двигатель. Да они завтра будут на Земле! А потом на Пирре! А мы даже не знаем, что они за существа. Может они ищут богатства и славы. Видела этого довольного Далла? По его виду видно, то он обычный предприниматель, ищущий наживы. Вон, в какую даль забрался, чтобы маяк установить.

— Мне он показался очень доброжелательным.

— Ты во всем видишь только хорошее. Я тебя давно выучил. Возможно на Пирре все такие. Но у нас на Земле существует коррупция, страсть наживы, алчность, предательство и много ещё всякого нехорошего. Поэтому я счел нужным не говорить пока про наши преимущества. Пообщаемся с ними подольше и решим: нужен ли им наш двигатель, или пока ещё рано давать им такие знания.

— Какой же ты умный!

— Да я обычный, просто хочу подстраховаться и всё.

Он обнял и поцеловал её.

— Давай договоримся так: мы путешествуем очень давно, со световой скоростью. Долгое время летели в состоянии криогенной заморозки. По счастливой случайности встретили маяк. Согласна?

— Да, согласна, — кивнула Нуми, — это меня устраивает. Я обратилась сейчас к электронному мозгу, и он советует то же самое, что и ты.

На том они и порешили. Не превышая скорости света, звездолет двигался в космическом пространстве к следующему маяку.

— Интересно, а они могут с такими скоростями достичь Земли? – спросил Ники.

— Маловероятно. Пусть они летят хоть сто лет в анабиозе, не имея точных координат это невозможно. Даже с малой долей вероятности если они попадут в Солнечную систему, то могут пройти, например, около орбиты Юпитера и не заметить Землю.

— Теперь я понимаю, почему так трудно в необъятной вселенной встретить цивилизацию. Без скоростей это практически невозможно. Тем более наш корабль: он же ещё создает так называемую «нору», протыкает пространство, укорачивая себе путь. Вот бы они обрадовались, если бы узнали какой у нас на самом деле мощный звездолет.

Монолог Николая прервал новый сигнал с пульта управления. Это сенсоры корабля засекли другой маяк, правда, был он еще очень далеко.

— Пока у нас есть время, давай займемся их языком, — предложила Нуми, — Я проанализировала все данные, которые мы получили с маяка, и составила словарь их галактического языка. Сейчас компьютер составит алгоритм ментального запоминания и нам можно будет пройти языковый курс.

— Согласен, нам будет проще общаться с ними.

Они направились в медицинский центр и по очереди прошли краткий мнемонический курс нового языка. Язык оказался простым, удобным для общения и в некоторой степени знакомым.

— Теперь я свободно говорю на ещё одном языке! – обрадовался Николай.

— Не перестаю удивляться чудесам мнемонического обучения, — продолжал он, — время у нас есть, куда отправимся?

— Буф-ф! Конечно же в бассейн! – Нуми схватила Николая за руку, и они побежали к бассейну. Душ они принимали теперь уже вместе – стесняться уже смысла не было. Но для плаванья Нуми всё равно облачилась в свой любимый ярко-жёлтый купальник.

— В этом костюме очень удобно плавать, — пояснила Нуми, — он специально создан для соревнований.

Нужно сказать, что звездолет, который выбрала Нуми, был верхом технологической мысли Пирры. Так, по крайней мере, думал Николай. Взять хотя-бы бассейн. Само наличие такого сооружения на корабле говорило многом. Он был огромен. Вернее, он был почти стандартного размера для земных спортивных бассейнов. Чуть более пятидесяти метров в длину и в двадцать метров в ширину для космического корабля он казался очень большим. Бассейн имел переменную глубину: от полутора до трех метров. У самой дальней трети бассейна, той, у которой наибольшая глубина, стены могли раздвинуться и открыть большие обзорные иллюминаторы. Иногда они с Нуми открывали их, и тогда казалось, будто плывешь на море под яркими звездами. Ники наблюдал, как его возлюбленная в своем ярком купальнике, резвилась в воде, и в то же время размышлял об устройстве звездолета.

— Нуми! — позвал он, — есть один вопрос.

— Сейчас, — крикнула она, и поплыла в его в сторону. Ники лежал на воде посредине бассейна, и Нуми, подплыв, легла рядом.

— Меня посетила интересная мысль, — сказал Ники.

— Я вся внимание!

— На нашем корабле имеется гравитационный двигатель, так ведь?

— Да, а зачем ты меня об этом спрашиваешь?

— Мы во время полета его включаем, и появляется нужная нам гравитация, благодаря которой нам комфортно быть на корабле. А если такого двигателя нет, то пришлось бы вращать звездолет вдоль своей оси, чтобы достичь нужной силы тяжести. Правильно?

— Совершенно верно, милый, — Нуми посмотрела на него и продолжила, — раньше мы так и летали. Форма кораблей была другая, они не могли из-за этого садиться на поверхность планеты. Когда полет начинался, корабль раскручивался по часовой стрелке вокруг своей оси. И создавалась нужная сила тяжести.

— А почему тебе пришли такие мысли, — спросила она, — опять появилась гениальная идея?

— Не совсем… Но вот, если у этих, которых мы встретили, нет гравитационных двигателей, то все их корабли должны вращаться.

— Буф-ф! Давай же я тебя поцелую! – глаза Нуми светились от восторга, — ты такие вещи предугадываешь! Ты невероятно умный!

— Я просто люблю логически мыслить, — смутился Ники, — но если так, то они сразу поймут, что мы что-то скрываем. Ведь корабль у нас не похож на их корабли.

— Буф-ф! — задумалась Нуми. — Мы не будем говорить про гравитационный двигатель в любом случае. Будут спрашивать, объясним, что у нас магнитные подошвы. Так раньше делали на небольших звездолётах.

— Согласен, хорошая идея для подстраховки.

— Молодец, мой милый Ники, ты всё продумал заранее, — улыбнулась Нуми и заговорщицким тоном добавила, — а поплыли-ка в душ, я тебе кое-что покажу!

Спустя некоторое время усталые, но довольные Нуми и Ники уже сидели на своих местах в рубке управления и наблюдали за приближением к следующему маяку. Выглядел он точно так же, как и предыдущий. Вскоре маяк засветился разными цветами, потом на нем обозначился экран, с которого смотрела приветливая девушка с ярко-красными волосами. Нуми запустила протокол обмена данными и включила связь.

— Эй, вы, на Серебряной Игле, вы слышите меня? – спросила девушка.

— Да, слышим хорошо, — ответил Ники.

— Рада вас видеть! Я Рона – владелец и хранитель этого маяка, а вы кто и откуда?

— Мы летим с планеты Земля, я Ники, а это Нуми, и привет вам от Далла.

— О! Значит, вы уже видели его маяк, — с видимым огорчением сказала Рона, — а я надеялась, что я первая увидела пришельцев.

— Как вы догадались, что мы из другой галактики? – спросила Нуми.

— Очень просто. Ваш корабль отсутствует в галактическом реестре и форма корпуса очень странная. Но я всё равно очень рада встретить вас. Я с планеты Тинта – прилетайте, буду счастлива познакомить вас с планетой.

Далее последовал диалог об устройстве их корабля и особенно двигателя. Разговор повторился почти слово в слово как немногим ранее с Даллом. Затем они распрощались, и Серебряная Игла двинулась дальше.

Глава 13. Спасение «утопающих». Новые друзья. Планета Крийон. Конспирация.

После того, как звездолет отошел на приличное расстояние от второго маяка, радиоэфир совершенно изменился. Иногда звучала странная музыка, иногда были слышны переговоры каких-то неизвестных пилотов. Да и окружающее пространство показывало признаки приближающейся цивилизации. Изредка попадались яркие рекламные щиты, на которых рекламировалось всё что угодно: от комфортных полетов и отдыха на курортах, до медицинского обслуживания и нижнего белья самого различного вида для любых существ. Рекламные щиты были огромных размеров и висели в космическом пространстве на предполагаемых путях следования звездных кораблей. Нуми и Ники засекли третий маяк, но решили обойти его стороной, поскольку их курс лежал в центр этой звездной системы, а маяки располагались ближе к её краям. К тому же, как выразился Ники, разговаривать с телеэкраном — пустое занятие. Неторопливо, со световой скоростью звездолет летел к центру обитаемой вселенной. Нуми и Ники занимались своими обычными повседневными делами, всё шло своим чередом, пока не произошло одно неординарное событие. Сигнал бедствия раздался в тот момент, когда Ники заканчивал проверку спасательных капсул, а Нуми инвентаризировала имеющееся на корабле геолого-разведывательное оборудование. Бросив все дела, Ники бросился в рубку управления. Секунду спустя за ним вбежала Нуми.

— Помогите, терпим бедствие. Помогите терпим бедствие, — монотонно вещал чей-то голос, — наши координаты….

Далее перечислялись координаты местонахождения корабля. Нуми поймала сигнал и настроилась на его волну.

— На связи звездолет Серебряная Игла C25043, вы слышите нас? Я, Нуми, командир корабля, вызываю на связь.

— Вас слышу, — послышался другой голос, — настраиваю видеосигнал.

Ники вздрогнул. На экране появилась голова, похожая на голову нерпы с помесью дельфина. Когда изображение чуть отдалилось, взору открылось дельфинье туловище с ярко выраженным спинным плавником и нерпичьими боковыми ластами. Существо внимательно посмотрело на Нуми, потом на Ники и произнесло:

— Меня зовут Гаг, я поинтр и капитан этого корабля. Пусть не видеть мне воды, но я останусь до конца на мостике! Если вы сможете помочь, я буду до конца всех вод в вашем распоряжении.

— Я, Нуми, капитан, что у вас произошло?

— Мы водные существа, у нас пробоина, задеты важные системы. Вода стремительно уходит, впрочем, как и воздух. В любом случае, если помощь не подоспеет, мы все погибнем. А помощь вряд ли подоспеет, — грустно завершил свою речь капитан Гаг.

— Почему вы так уверены, что помощь не подоспеет? – заволновалась Нуми.

— Потому, что в этой вселенной, только жители Крийона водные существа. Аналогов нашим кораблям не существует. Мы живем как на суше, так и в воде. Но по большей части в воде. Поэтому наши звездолеты имеют большие водные емкости, так необходимые для нашего существования. А наши космические корабли сейчас очень далеко. Им не успеть.

— А если другой звездолет успеет к вам, он может помочь? – спросил Ники.

— Нет. Если даже нас всех переведут на другой корабль, мы умрем от засухи. Экипажу достанутся наши высохшие трупы. Обливать нас водой не под силу ни одному известному мне кораблю.

— К тому же, в ближнем радиусе никого нет, — добавил Гаг, — спасать всё равно некому.

Нуми и Ники переглянулись. Нуми прикусила нижнюю губу и сжала кулаки. Это был явный признак непоколебимой решительности.

— Ники, милый, мы спасем их, — сказала она на земном языке, — без возражений.

— И выдадим секреты нашего корабля. Но спасти нужно, чего бы нам это не стоило, — согласился Ники.

Нуми обняла его и поцеловала:

— Я знала, что ты согласишься. Я очень тебя люблю.

Она повернулась к монитору и произнесла уже на галактическом:

— Мы готовы вас спасти, ждите!

— Вы смеётесь над нашей бедой? Вы не долетите. Вы очень далеко. Это низко так шутить, учитывая наше положение.

— Мы говорим на полном серьезе. Наши ресурсы позволяют оказать вам помощь по спасению всей команды, — лицо Нуми было строгим.

Глаза капитана Гага расширились, на его нерпичьем лице читалось изумление.

— Но нам нужна вода, — проговорил он, — и… и… простите, я в волнении не сказал этого…. Вода нужна морская, как на нашем родном Крийоне.

— Мы имеем на борту резервуар объемом чуть меньше двух с половиной тысяч кубических метров. Это примерно сто сорок миллионов ваших кубических единиц. И вода у нас морская, соленостью около 18 — 20 промилле. В общем, средней солености. Вам подойдет?

Наступила секундная тишина. Казалось, молчала вся окружающая их вселенная, ибо сказанное было подобно грому среди ясного неба.

— Клянусь именем императора Поллунотойи! Это наши лучшие условия! – вскричал Гаг.

— Тогда ждите! – сказала Нуми. — Мы будем у вас через пятьдесят ваших временных единиц.

Космос взорвался. Радиоэфир заверещал всеми видами глоток и на все типы голосов. Ники включил непроницаемость сигналов с их корабля. Они могли слышать весь космос, а их никто услышать не мог.

— Ники! Проверь работоспособность герметического шлюзового рукава, а я задам координаты прыжка.

— Слушаюсь, дорогая! — крикнул на бегу Ники.

В это время эфир просто надрывался на все лады. Кто-то уже делал на них ставки: незримые зрители разделились на два лагеря. Одни считали, что долетят, другие называли пришельцев обычными мошенниками, которые решили подзаработать. Была ещё одна категория лиц, которые ожидали действия Серебряной иглы с большим напряжением. Они стягивали свои силы на случай, если пришельцам действительно удастся оказать помощь терпящим бедствие.

— Всё в порядке, — крикнул Ники, забегая на мостик, — я сделал небольшую модернизацию: добавил несколько шлангов и дождевателей. Подключил воду — вдруг понадобится влажность.

— Я тоже готова, ты всё правильно сделал Ники, — Нуми посмотрела на часы, — у нас осталось три минуты.

— Тогда стартуем?

— Буф-ф. Стартуем!

Здесь нужно пояснить, что время в этой части галактики исчисляли так называемыми временными единицами. Одна наша минута равнялась десяти таким временным единицам. Поэтому Нуми не задумываясь, назвала срок их прибытия сразу в местном времяисчислении. Тем более, ей подсказывал искусственный мозг, поэтому она не замечала трудностей с конвертированием всевозможных единиц. Вот Ники испытывал значительные затруднения, но его выручало знание языка, да и Нуми всегда была рада помочь. Сейчас, когда звездолет летел в ярком полосатом тоннеле, Ники с нежностью смотрел на свою, ставшую вдруг такой серьезной, спутницу жизни. Она заметила его взгляд и спросила:

— Ники, ты чего?

— Просто смотрю на самую красивую и самую умную во всей вселенной девушку, — тихо ответил Ники.

— И ещё самую добрую и самую смелую! – уже громче добавил он, — Даже не верится, что эта красавица — моя.

— Твоя, вся целиком и полностью твоя! — засмеялась Нуми. — И кажется, мы подлетаем, поэтому займемся делом, а потом я найду время и покажу тебе, как я сильно тебя люблю.

Звездолет вынырнул из подпространства. Перед глазами совсем рядом находился инопланетный корабль незнакомой конструкции. Он относился к классу дисколётов и состоял из двух огромных дисков, соединенными между собой геометрически сложными соединениями и разного рода конструкциями. Корабль висел под углом в сорок пять градусов, из его верхней части вырывался поток водяных пузырей разной величины, в довершении ко всему из многочисленных отверстий выходили струйки пара.

— О, ужас! Смотри Ники, им действительно тяжело: уходит и воздух, и вода.

В это время космический эфир взорвался ещё сильнее, чем раньше. Для всех было невероятным столь быстрое появление их звездолета.

— Капитан Гаг, мы рядом с вашим кораблем. Передайте нам схему корабля, мы должны знать, где у вас находится шлюз.

На экране появилось изображение ошарашенного капитана Гага. У него были широко открытые глаза и смешно топорщились усы. Его вид мог бы казаться комичным, если бы не трагизм ситуации.

— Я, я не могу поверить своим глазам…. Но вот вам планы корабля. Жду ваших инструкций.

Нуми внимательно рассмотрела картинку на экране. Шлюз находился в нижней части диска, чуть в стороне от его центра.

— Капитан Гаг, слушайте меня внимательно. Мы подойдем снизу, наш шлюз находится сбоку фюзеляжа. Подойдём как можно ближе и соединим наш шлюз с вашим при помощи герметичного рукава. Готовьте всех к эвакуации. Вас встретит Ники, он поможет.

— Я отдам нужные распоряжения, и я благодарен вам, — склонил голову Гаг.

— Тогда к делу, капитан.

Нуми осторожно подводила Серебряную Иглу под терпящий бедствие корабль. Ники уже находился в шлюзовой камере и ждал команды своего капитана.

— Ники, готовь рукав, мы напротив их шлюза.

— Я готов, можно начинать, — сказал Ники, застегнул шлем скафандра и нажал рукоять открытия шлюза. Неслышно распахнулась шлюзовая дверь, и взору Николая предстало огромное стальное брюхо инопланетного судна.

«Ага, — подумал он, — вот этот круг, похоже, и есть шлюз».

Взяв в одну руку держатель рукава, он оттолкнулся, мгновение повисел в открытом пространстве и ухватился за поручни инопланетного шлюза.

— Нуми, я на шлюзе, прикрепляю рукав, — сообщил он.

— Слышу тебя, доложи по готовности, — Нуми видела, как гофрированный герморукав, словно пуповина прикрепил их с чужим кораблём.

Ники в этот момент, находясь внутри гибкой конструкции с помощью магнитов, присоединил рукав вокруг шлюзовой двери чужаков, внутренне надеясь, что дверь их шлюза откроется вовнутрь. Оставшиеся микрощели он залепил герметичной смазкой, которая мгновенно застывала в вакууме.

— Нуми, я готов к встрече, — передал он на мостик, — пускай открывают шлюз и нормализуют давление.

— Поняла.

— Капитан Гаг! Открывайте шлюз и нормализуйте давление. Мы присоединились.

— Вас понял, приступаю.

Ники смотрел, как медленно открылась шлюзовая дверь и ему стали видны внутренности чужого корабля. Он почувствовал, как давление нормализовалось, и сигнал оповестил о нормальном для дыхания воздухе. Ники открыл стекло шлема. Между тем, открылась вторая дверь, и Ники увидел множество усатых с широко распахнутыми глазами существ, которые в нерешительности столпились в коридоре своего корабля. Многие с трудом дышали: видимо давала о себе знать нехватка воды. Ники нажал на кнопку у себя на пульте и стенки шлюза-рукава стали влажными и по ним потекли тонкие струйки воды. Существа приободрились, но оставались на своих местах.

— Не бойтесь, следуйте за мной, — сказал Ники, — я провожу вас в бассейн.

Он без страха подошел к одному из существ и протянул руку и почувствовал, как до него очень робко дотронулось что-то похожее на плавник. Существо, слегка извиваясь нижней частью тела, последовало за ним по гибкому шлюзу. Видя, что ничего страшного не происходит, за ними двинулись все остальные. Причем вид у них был, как будто им было всё равно куда идти. Бедные Крийонцы покорно следовали своей судьбе. Ники как мог, старался приободрить бедолаг и успокоить их.

— Не бойтесь, — говорил он, — здесь всё очень надежно. Вас как зовут?

— Моё имя Пейя, я дочь капитана Гага, и он приказал быть мне в первых рядах эвакуации, — сказала Крийонка, — а я так переживаю за отца.

— Не волнуйся, всё будет хорошо, — сказал Ники, — мы справимся.

Шлюз закончился, и они вошли в Серебряную Иглу. Пришельцы с интересом осматривались по сторонам, оглядывая незнакомый корабль.

— Осталось совсем чуть-чуть, — сказал Ники и вошел в зал с бассейном. Огромное пространство чистой морской воды поразили пришельцев до глубины души. Незаметно подошла Нуми и ободряюще улыбнулась.

— Ну же, — сказала она, — ныряйте, не бойтесь!

Первая вошла в воду Пейя, секунду стояла неподвижно в воде, потом блаженно сожмурив глаза нырнула. Словно по сигналу, за ней ринулись в воду все остальные. Из воды вынырнула Пейя и крикнула:

— Как здесь замечательно! Передайте скорее отцу мою любовь, и скажите, что всё хорошо.

Нуми бросилась бегом на мостик, а Ники вернулся к шлюзу, чтобы помочь и подбодрить оставшихся.

— Капитан Гаг, поинтр, — обратилась к нему Нуми, — покиньте мостик, все эвакуированы. Ваша дочь передала вам свою любовь и говорит, что всё хорошо. У шлюза вас встретит Ники, мой помощник и муж.

Гаг склонил голову и исчез с экрана монитора. Его уже поджидал Ники около шлюза.

— Добро пожаловать капитан Гаг, — Ники склонил голову, — я провожу вас на корабль.

— Я благодарю вас, я удостоверился, что на моём корабле никого нет, и последним покину его. Я запустил процесс отключения всех систем. Корабль законсервируется, быть может, мы потом его заберём.

Ники проводил капитана в бассейн, где его встречала сияющая дочь.

— Я не верил до последнего, — сказал Гаг, — ваш звездолет настоящее чудо. Спасибо, что спасли нас.

— Прошу вас, не стоит благодарности, на нашем месте так поступил бы каждый, — ответил Ники, — вы устали, отдохните, а мы скоро к вам подойдём.

Ники обнаружил Нуми в медицинском отсеке. Она сооружала что-то из запчастей криокапсулы. Увидев Ники, она бросила какую-то штуку и кинулась к нему на шею.

— Милый, милый! Ты такой молодец!

— И я тебя люблю! Что ты делаешь?

— Я придумала увлажняющее кресло для капитана Гага. Он сможет находиться в нем, как на своем корабле. Я думаю, он может многое нам рассказать, но не делать же это в бассейне, в котором полно народу.

— Когда я провожал крийонцев в бассейн, Пейя сказала мне, что есть некий союз искателей скорости. И мы должны его опасаться.

— Кто это, Пейя?

— Это дочь капитана Гага, — сказал Ники.

— Вот об этом мы тоже поговорим, — заключила Нуми.

Спустя некоторое время в рубке управления сидело трое: Нуми, Ники и капитан Гаг в увлажняющем кресле, которое он нашел очень удобным для себя. Капитан Гаг снова поблагодарил их за спасение.

— У вас чудесный бассейн и суперсовременный корабль, я не видел никогда таких технологий, — сказал он, — у вас какие планы на будущее?

— Сначала ответьте на один вопрос. Пейя, ваша дочь, сказала мне, что нужно опасаться союза искателей скорости.

— Мерзавцы…. Эти фанатики любым способом хотят научить свои корабли летать быстрее. Вместо того, чтобы вплотную заниматься наукой, они гоняются за любой информацией, которая могла бы им помочь.

— Зачем же они так упорны в своем деле? – удивилась Нуми.

— Они хотят покинуть пределы известной нам вселенной. Они считают, что, уйдя за границы известного, они неслыханно разбогатеют, или обретут могущество.

— Буф-ф! Но ведь это вовсе не так, — изумленно произнесла Нуми.

— Мы это понимаем, а они не хотят понимать. Сейчас, а я как поинтр императора гарантирую это, они всеми своими силами устремились к нам, — сказал Гаг.

— Для чего? – Нуми всё еще не могла понять.

— Чтобы захватить нас всех в плен и выпытать устройство вашего двигателя.

— Нас непросто захватить, — заметил Ники, — но пытать это как-то низко.

— Мы берем вас под юрисдикцию Крийона, — сказал Гаг, — но нам нужно убраться отсюда.

— Мы можем доставить вас на вашу родную планету, — сказала Нуми, — сообщите только координаты.

— Координаты вот, жалко мой корабль, разберут до винтика, — Гаг передал чип с координатами планеты.

— Так не будем его оставлять, — сказала Нуми, — возьмем с собой.

Капитан Гаг подскочил и чуть не выпал из своего кресла:

— Как? — только и смог спросить он.

— Очень просто. Наш звездолет способен заарканить объект и вести за собой неограниченное время, — пояснила Нуми, — что-то типа магнитной подвески. Мы в целости и сохранности доставим ваш корабль к вам на орбиту. А там делайте с ним что хотите.

Нуми улыбалась, а капитан Гаг ошарашенно смотрел на неё и наконец, произнес:

— Я теперь верю вам во всем. И я буду просить императора о величайшей милости для вас.

— Тогда приготовьтесь, сейчас мы отправимся на Крийон, Ники готовь все системы, я включу аркан.

Капитан Гаг наблюдал, как деловито Ники оживлял системы звездолета, а человеческая девушка капитан корабля Нуми, производила непонятные манипуляции. В результате которых, его родной корабль ухнул куда-то вниз и исчез из поля зрения.

— Ваш корабль сейчас под нами, — пояснила Нуми и отдала приказ:

— Стартуем!

Гаг увидел доселе невиданное ему зрелище, когда звезды вытянулись в линии, и вот они оказались в ярком тоннеле. Ощущений никаких не было. Вскоре пискнул зуммер, и линии постепенно стали превращаться в звёзды. Вконец обалдевший Гаг увидел перед собой родной Крийон. По его часам прошло всего тридцать временных единиц.

— С прибытием вас капитан на родную планету, — улыбаясь, поздравила его Нуми.

— У меня нет слов, пойду, сообщу своей команде, — сказал Гаг.

Как и ожидалось, остальной экипаж Гага не сразу поверил, что они уже дома. Ники раздвинул стенки бассейна, чтобы открылись боковые иллюминаторы. Тогда, увидев родную планету, Крийонцы радостно вскрикнули и поклонились Николаю.

— Ну, зачем вы, — смутился Ники, — но я рад, что с вами всё в порядке.

— А как мы переправим наш экипаж на планету? — спросил его Гаг.

— Если вы дадите добро, мы сядем прямо на поверхность Крийона. Скажите только куда.

— Ваш корабль может садиться на планету?

—Да, — сказал Ники, — хоть на землю, хоть на водную поверхность.

Гаг долго молчал. Потом посмотрел на Ники и в глазах его были слёзы.

— Я хочу связаться со своими службами и лично с императором, — сказал он.

Нуми отвела капитана Гага в отдельную каюту, которая была оборудована всеми системами связи и большим экраном. Подготовив всё оборудование, она оставила капитана одного.

Вскоре Гаг вышел из каюты связи и сообщил:

— Мы приводнимся около императорского острова, координаты переданы вам на корабль.

Нуми аккуратно оставила дисколёт капитана Гага на орбите, где к нему тут же подлетели сторожевые корабли. Затем, по указанным координатам, звездолет Серебряная Игла аккуратно вошел в атмосферу Крийона и приводнился в указанном месте. Ники отправился в бассейн и активировал боковой аварийный выход. Почти на одном уровне с бассейном открылось аварийное окно, через которое весь экипаж потерпевшего крушение корабля переправился в родные воды Крийона.

— Ну вот, — сказал Ники, — бассейн пуст, миссия выполнена.

Гаг внимательно посмотрел на своих спасителей и сказал:

— Скоро я представлю вас императору. Вы можете задать ему любые вопросы. Мы очень мудрая раса, мы храним знания всех предшествующих поколений от начала вод. Может у вас есть какая-то цель?

— Мы знали одно существо, но давно потеряли с ним связь, — сказала Нуми, — мы направились на его поиски.

— Уверен, император Поллунотойи сможет вам помочь. Самое главное, чтобы союз искателей скорости не напал на ваш след.

— Я закрыла наш корабль специальным излучением. Все сигналы проходят сквозь него, но корабля не видят. Нас как бы нет на Крийоне, — улыбнулась Нуми.

— Вот это конспирация, — удивился Гаг, — выходит, что искатели просканируют всю планету и вас не обнаружат?

— Ну да, так и есть, — ответила Нуми, — в нашем звездолете много сюрпризов.

— А скажите, Капитан Гаг, какие у вас в ходу материальные ценности? – спросил Ники. — Просто интересно, чего так жаждут эти искатели?

— Я думаю, как и везде, — ответил Гаг, — у нас в цене золото, драгоценные камни. Золотом обеспечивается наша галактическая валюта. Благосостояние стоит больших вложений. Чтобы иметь собственный звездолет, например, нужно изрядно накопить средств.

— Понятно, спасибо вам за столь важные сведения, — поблагодарил Ники капитана, — только не подумайте ничего плохого. Нам награда не нужна, это нам нужно лишь для пополнения информации о вашей галактике.

— Тогда разрешите ненадолго проститься с вами, — поклонился Гаг, — мы ждем вас утром на острове императора.

— Хорошо, мы придём, — Нуми склонила голову в знак прощания, — до завтра.

Уже позже, когда наступила тишина, и наши герои нежились друг у друга в объятиях, Нуми спросила:

— Ники, для чего ты узнавал у Гага об их ценностях?

— Просто мне что-то подсказывает, что мы должны преподнести императору подарок. Я думаю, он сообщит нам нечто важное.

— Ты молодец! – похвалила его Нуми, не сводя с него влюбленных глаз, — ты просто, молодец.

Она приглушила в каюте свет и активировала на потолке звездное небо.

— Красиво, правда?

— Да, милая, очень красиво, — прошептал Ники, завороженный видом ярких созвездий.

— Где-то там наш дом, — указала Нуми в неопределенное место во вселенной, — ты скучаешь по дому, Ники?

— Не знаю, — через некоторое время произнес Ники, — разве что иногда вспоминаю родителей.

— Я тоже вспоминаю своих маму и папу, — сказала Нуми, — иногда мне бывает грустно, что их нет рядом....

— Но мне лучше с тобой, ты понимаешь меня, Ники? – она была взволнована и её голос дрожал.

— Я понимаю…. Если бы была такая возможность, я бы одним глазком посмотрел, как там они, и тут же вернулся к тебе, Нуми. Потому что мне с тобой хорошо….

— И мне с тобой хорошо, милый мой Ники. Дома я была экспериментом, хотя меня и любили, а с тобой я человек. Понимаешь? Настоящий человек.

— Мы рождены, чтобы быть вместе, — сказал Ники, — раньше я вообще жил сам по себе. Только с тобой мне хорошо.

— Правда? – прошептала Нуми.

Её красивые глаза пытливо смотрели на него. Ники любовался её глазами, в которых отражались созвездия и галактики.

«Какая же ты милая», — подумал он.

А вслух сказал:

— Конечно, правда.

Он притянул её к себе, обнял и почувствовал какая она нежная и хрупкая. И сильная. А она прижалась к нему будто котёнок, и Ники слышал, как бьётся её сердце. Затем её дыхание стало почти неслышным, сердце успокоилось, и она заснула.

«Спи, любовь моя, спи родная», — приговаривал про себя Ники до тех пор, пока не заснул сам.

Глава 14. Встреча с императором. Новые титулы. Рассказ о существе, знающем Мало. Новая цель.

Утром Ники проснулся от того, что его тормошила Нуми.

— Буф-ф! Ну, ты спать! — весело приговаривала она. — Давай, просыпайся уже. Я завтрак приготовила.

— Доброе утро, — поднялся Ники, потягиваясь и зевая, — как вкусно пахнет! Что это?

— Самый лучший завтрак для любимого! – заявила Нуми. — Давай перекусим и к императору на приём.

Перед тем как покинуть корабль, Ники выбрал в ангаре несколько красивых драгоценных камней и два больших куска золота неправильной формы. Нуми принесла небольшой контейнер для ручной клади с пневматической подвеской и аккуратно сложила в него отобранные драгоценности.

— Пора на выход, — сказала Нуми, направляясь к корабельному шлюзу, — Ники, не забудь включить все записывающие устройства — лишняя информация нам будет очень полезна.

— Я в полной готовности, — ответил Николай, толкнул вперед себя контейнер и вошел в шлюзовой отсек. Закрылась внутренняя дверь и через несколько мгновений открылась внешняя. В отсек ворвался влажный теплый летний ветер и яркие лучи солнца.

— Добро пожаловать на Крийон! — сказал Ники и первым вступил на поверхность планеты. Вслед за ним шла Нуми.

— Буф-ф! Какая красота! — потрясенно произнесла она.

И немудрено: на Крийоне было чему удивляться. Звездолет приводнился около большого острова. Он полностью лежал на воде и только одним боком соприкасался с твердой поверхностью. Как раз с той стороны, где имелся выход из корабля. Остров был необычайно красив. Изумрудного цвета растительность пресекали ручьи с удивительной водой голубого цвета. Вдалеке виднелись красивейшие, покрытые лесами горы. Прямо перед ними возвышался величественный дворец, состоящий из арок, подвесных садов, бассейнов на разных уровнях и множества изящных водопадов. Было видно, что сам дворец являл собой сложное техническое сооружение, но построен был так, как будто был неотъемлемой частью природы и самого острова. Обернувшись назад, Нуми и Ники увидели океан, по зелёно-голубым водам которого скользили изящные морские суда. Вдалеке виднелись другие острова, видимо между ними было налажено сообщение морским транспортом. В сторону дворца вела ровная, с отличным покрытием, дорога. Параллельно дороге с обеих сторон были сооружены каналы, ведущие прямо в океан.

«Видимо, местные жители используют каналы вместо дорог», — подумал Ники и оказался прав, поскольку заметил множество существ, плывущих по каналу.

Кто-то из крийонцев направлялся в сторону дворца, а кто-то обратно в открытые воды океана. Нуми остановилась и указала вперед на дорогу: навстречу им двигалось странное транспортное средство.

— Они же водоплавающие существа, но используют наземный транспорт! — удивленно произнесла она.

Тем временем странная машина подъехала ближе. Она передвигалась на шести колесах, корпус был открытого типа, но со складной тканевой крышей, которая защищала экипаж от яркого солнца. Из машины вышел (или выполз) знакомый крийонец. Гаг, а это был он, стоя на хвосте, сказал:

— Приветствую вас друзья на благословенной земле Крийона, да будут неиссякаемыми его воды!

— Приветствуем тебя капитан Гаг, поинтр, — ответила Нуми.

— Прошу, поедем во дворец на дилле. Это гораздо быстрей и удобнее, чем пешком, — предложил Гаг.

Нуми и Ники залезли в необычный транспорт. Видимо, он был предназначен для встречи людей, поскольку задние сиденья были вполне удобными и комфортабельными. Впереди, где находился капитан Гаг и ещё один крийонец, который управлял транспортным средством, салон разительно отличался. Вместо сидений имелись полукруглые емкости, в которых помещались крийонцы. Верхняя часть туловища имела вертикальное положение, а нижняя была свернута в кольцо. По всей видимости, это не доставляло им никаких неудобств. Капитан Гаг, полуобернувшись, рассказывал о местных достопримечательностях и о предстоящей встрече с императором.

— Вот здесь самые красивые висячие сады, — говорил Гаг, — а вот каскад воздушных бассейнов.

— Но, капитан Гаг, все эти чудеса возможны лишь с применением гравитации, не так ли? – спросила Нуми, пытливо вглядываясь в глаза капитана.

— Да, вы правы. Мы владеем гравитацией и у нас есть нужные машины. Но это наш секрет: никто в нашей галактике не знает об этом.

— Зачем же вы рассказали нам? – спросил Николай.

— У вас очень продвинутые технологии. Вы итак обо всем бы догадались. Но мы знаем о вашем положении. Вы и сами вынуждены скрывать информацию о своем корабле. Поэтому, мы надеемся, вы не станете говорить о том, что видели здесь.

— Можете на нас рассчитывать, — заверила капитана Нуми.

— Я так и думал. И император, кстати, тоже. Вы скоро с ним познакомитесь. Он великий крийонец. Его имя – Поллунотойи. Он седьмой из семидесяти император Крийона, — торжественно произнес Гаг.

Видимо это имело большое значение, либо это был такой титул. На всякий случай Нуми и Ники склонили головы в знак уважения. Наконец, транспорт остановился, и капитан предложил им выйти.

— Пускай дилл стоит здесь, дальше мы пройдем во дворец пешком, — сказал он, — У вас с собой багаж? – капитан указал на контейнер, который Ники держал рядом с собой.

— Если что, поможем донести, — добавил капитан.

— Он на подвеске, можно сказать ничего не весит, — ответил Ники, — это небольшой презент императору.

— Тогда у меня больше нет вопросов, — склонил голову Гаг.

— У меня вопрос, капитан, — обратилась к нему Нуми, — как вы, водные существа, передвигаетесь по суше и даже ездите на транспорте?

— Очень просто. Вы заметили, какая у нас высокая влажность? Это помогает нам находиться вне воды. Тем более что у нас везде фонтаны, бассейны, ручьи и водопады. Мы надолго без воды не остаемся.

Незаметно они подошли к широко раскрытым дверям дворца. Вокруг столпилось множество народа: в большинстве своём крийонцы, но было и несколько человек, и небольшая компания неизвестных существ, которых прежде Ники никогда не видел. Да и Нуми, похоже, была удивлена. Под радостные возгласы капитан Гаг вошёл во дворец, за ним шла Нуми, а замыкал шествие Ники. Изнутри дворец был очень красив. Сквозь расположенные где-то вверху окна проникал солнечный свет, он отражался в многочисленных высоких вазах с разноцветными фонтанами, в зеркалах и в стеклах цветной мозаики, которой были украшены стены дворца. Далеко впереди имелось возвышение, на котором возвышался величественный трон. К трону вела украшенная яркими узорами дорожка, по обе стороны которой стояли многочисленные подданные императора. Некоторые крийонцы держали странное блестящее то ли оружие, то ли элементы парадной амуниции. Подойдя практически вплотную к возвышению, процессия остановилась. Недалеко от трона появился крийонец и громко произнес:

— Его высочайшее величество мудрейший Поллунотойи – седьмой из семидесяти император Крийона!

Воцарилась тишина, и весь многотысячный народ в почтении склонил головы. Из небольшой двери около трона вышел крийонец, голову которого украшала затейливой формы корона. Кроме того, его тело покрывала ярко красная мантия. Толпа взревела. Император подошел к краю возвышения и воздел вверх правую ласту.

— Приветствую вас, народ Крийона и уважаемые гости! – произнес император сильным хорошо поставленным голосом. Стоящие в зале замолчали. Император обратил свой взор на Нуми и Ники и жестом поманил их к себе.

— Проходите, не стесняйтесь, — подбадривал их Гаг, ведя за собой к императору.

Когда Нуми и Ники встали напротив императора, Гаг торжественно произнес:

— Вот они отважные человеческие девушка и юноша, которые спасли нас от неминуемой мучительной смерти!

— Я наслышан о вашем подвиге, разрешите узнать ваши имена, — произнес император.

— Я – Нуми, капитан звездолета Серебряная Игла, а это мой супруг, а также помощник капитана — Николай.

— Можно называть просто Ники, — скромно сказал Николай.

— Моё имя Поллунотойи, седьмой из семидесяти император Крийона. Я знаю цену вашего подвига. Вы не побоялись «искателей скорости», не считаясь с собственными интересами, вы самоотверженно бросились на помощь. Вы спасли моего главного поинтра, его дочь, а также много моих хороших друзей и просто граждан Крийона. Поэтому вы достойны награды.

— Мы берём этих отважных людей под юрисдикцию и защиту Крийона, — обратился император к своему народу. В ответ послышался одобрительный гул голосов.

— Нуми…, — продолжил было император, но вопросительно наморщил усы.

— Эллайн, — подсказала Нуми.

— Нуми Эллайн! Ты получаешь самое высокое звание, какое только можно получить на Крийоне. Отныне, теперь ты названная дочь императора Крийона Поллунотойи!

Зал взорвался аплодисментами и возгласами одобрения. Двое нарядных служителя поднесли небольшую оранжевую диадему, прикреплённую к серебристому обручу, и аккуратно водрузили на голову Нуми.

— Поздравляю, дочь моя! – провозгласил император. — Это очень высокий титул и о нём знают во всей нашей галактике. Возможно, столь высокое звание спасет тебе жизнь.

— Благодарю, мой император, — Нуми встала на одно колено и поклонилась.

Зал рукоплескал. Заиграла торжественная музыка. Было видно, что произошедшее было очень редким событием, поэтому многие снимали их на какую-то аппаратуру, а кто-то просто фиксировал происходящее на бумагу. На этом официальная часть ещё не закончилась. Ники удостоился титула первого герцога императора Поллунотойи, а также получил высокое звание о'поинтра первого капитана империи Крийона Гага. Николай был очень польщен и одновременно смущен таким к себе отношением. Его наградили герцогской лентой и медалью, которая означала, что он о’поинтр. На этом официальная часть закончилась, и император объявил всеобщее веселье. Оркестр играл не переставая, веселились не только во дворце, но и на всем острове. Тем временем император покинул тронный зал и направился к боковому выходу, пригласив с собой Нуми и Ники. Капитан Гаг за ними не последовал: он остался праздновать с народом. Перейдя вслед за императором в другие помещения замка, Ники был поражен разительным отличием от тронного зала. Здесь царила ультрасовременная обстановка высокотехнологичного общества. Император несколько секунд постоял под оказавшимся по пути фонтаном, затем присел на мягкое пористое сиденье на невидимой подвеске, и оставшееся время передвигался на этом кресле. Тут и там висели экраны, на которых был виден зал с празднующими подданными императора, а также остров и лежащий на воде звездолет. По пути Ники взглянул на не докрытую дверь в одно из помещений, и увидел что-то вроде коммутационного центра с огромным количеством серверов и суетящихся вокруг них сотрудников. Тем временем император привел их в свои покои – небольшое, красиво обставленное помещение с бассейном посредине.

— Это моя любимая комната, — сказал он, — располагайтесь, я думаю, у нас есть о чем с вами поговорить.

— С большим удовольствием, — сказала Нуми, — но сначала одно маленькое дело.

Она кивнула Ники. Тот подошел к бассейну, где уже расположился император и открыл контейнер.

— Император, — сказал Ники, — мы не могли знать, какую вы окажете для нас честь, но направляясь на встречу, приготовили подарок. Надеемся, он окажет вам некоторую помощь.

С этими словами он раскрыл контейнер и взору императора предстали драгоценные камни и два огромных куска золота. На лице императора появилось изумление.

— Это целое состояние, — проговорил он, — вы знаете, какова цена этого подарка?

— Да, знаем, — ответила ему Нуми, — для нас это не столь важно. Зато мы знаем, как важно это для Крийона.

— Тогда я принимаю подарок с благодарностью. Вы действительно добрые и благородные существа, как и рассказывал о вас капитан Гаг. Он также сказал, что вы кого-то ищете.

— Вы мудрый и должны понять, — сказала Нуми, — я всё расскажу, как было, а потом великий Поллунотойи, вы решите, помочь нам или нет.

Император кивнул в знак согласия, и Нуми стала рассказывать, как она познакомилась с Мало ещё девочкой, как встретила Ники, как они вместе путешествовали по космосу, как расстались и как снова обрели друг друга и как полетели на поиски друга детства. Поллунотойи слушал внимательно, причем от Ники не ускользнуло, как слегка дрогнул император при упоминании Малогалоталотима. Нуми закончила рассказ. Император молчал. Затем он лапой расправил усы и заговорил:

— Этот рассказ чрезвычайно интересен, дочь моя. Мы пользуемся глубочайшими знаниями предков и бережно храним их в хранилище памяти. Твой рассказ тоже будет храниться там.

Нуми согласно кивнула.

— Я, я… – продолжил император, — знаю это имя – Малогалоталотим. Я даже покажу вам, где искать того, кто с ним знаком. Но вы должны помнить, что фанатики «искатели скорости» могут вас преследовать.

— Почему? – спросила Нуми.

— Потому, что они знают об Малогалоталотиме. У нас про него ходят легенды. Давным-давно он прилетал в нашу Галактику и спас жителей одной планеты. Все знают, что это существо способно двигаться во Вселенной с поразительной скоростью, и «искатели» мечтают собрать о нем информацию, или вообще поймать его.

— О, ужас! – глаза Нуми наполнились слезами. — Зачем он им?

— Они готовы на все, чтобы узнать секрет скорости. Кто знает, на что они ради этого способны. Не удивился, если бы они разрезали его на части.

Нуми потрясённо качала головой. По её щекам ручьем текли слезы. Ники обнял её, пытаясь успокоить.

— Успокойся, дочь моя, — сказал император, — никому ещё не удалось поймать Малогалоталотима. Да и не видел его никто уже много лет. Просто «искателям» нужно чем-то себя занять, вот они и ставят перед собой всякие сумасбродные цели.

— Я укажу вам путь, где живет один из создателей этого чудесного существа, — продолжил Поллунотойи. Его зовут Урсус Арктос Миддендорфи. Найти его очень трудно, а не зная пути — невозможно. Согласны вы преодолеть все трудности и встретиться с ним?

— Конечно, мы согласны, — сказал Ники, а Нуми утвердительно кивнула.

— Тогда слушайте! По указанным координатам вы отправитесь к одной неизвестной планете. При подходе на её внешнюю орбиту, вам встретятся на пути старые обломки какого-то планетоида. Летите к самому большому, и ныряйте звездолетом прямо в разлом в самом центре небесного тела. Но не бойтесь, попав в пещеру, вы не разобьётесь, а попадёте в другое измерение. Там вас ждёт много странного и, возможно, опасного. Но там, по ту сторону, вы на холодной планете встретите Урсуса Арктоса Миддендорфи. Он поможет вам.

— Спасибо, — поблагодарила его Нуми, — но откуда вы это знаете, император?

— Я разве не сказал, что мы храним знания всех предшествующих поколений от начала вод? — улыбнулся император.

— Тогда нам нужно собираться, — сказала Нуми.

— Дорога будет длинной, — сказал император, — я дам указания, чтобы вас снабдили всем необходимым.

Тем временем во дворце продолжались празднества в честь отважных юных людей. Нуми и Ники веселились со всеми до позднего вечера, а потом потихоньку покинули дворец, не забыв попрощаться с императором. Капитан Гаг довез их до звездолета на своём дилле. Кроме того, оказалось, что в машине полным-полно подарков от императора.

— А вот это передайте лично в руки тому, кого найдёте, — указал Гаг на небольшой сверток, — это просьба самого императора.

— Обязательно передадим! Прощайте капитан! Мы всегда будем вас вспоминать, — сказала Нуми, а Ники от души пожал капитану лапу.

— Я вас никогда не забуду, — поклонился капитан Гаг, и, развернув свою машину, исчез из вида.

Погрузив все подарки в звездолет, Нуми и Ники проводили предстартовую проверку корабля.

— Все системы в норме, — сказал Ники, — можно взлетать.

— Я загрузила координаты императора, вот наша новая цель, — указала Нуми на светящуюся точку на мониторе.

— Ого, как далеко! – воскликнул Ники.

— Да, лететь придётся долго, но я готова. А ты, милый?

— Давай уже найдём создателя нашего Мало, — сказал Ники, и поцеловал своего капитана.

Капитан, на мгновение смутившись, улыбнулась и нарочито строго произнесла:

— Стартуем при полной маскировке. Курс на заданную цель!

Звездолет плавно взлетел, и секунду зависнув, рванул в звёздное небо Крийона. Минуя посты крийонцев, минуя наблюдателей «искателей скоростей», Серебряная Игла устремилась в необъятные просторы космоса, унося на борту юношу и девушку. Которые любили и имели общую цель – найти старого друга.

Давайте оставим их на время одних. Им есть, о чем поговорить и поспорить.

До свиданья Нуми! Пока, Ники! До скорой встречи!

Глава 15. Необъятная Вселенная. Красивая туманность. А что может произойти в другом измерении? Коварный переход.

Часть третья

Звезды, звезды и звезды. И огромная, бескрайняя пустота вокруг. Эта пугающе огромная пустота – Вселенная, размеры которой столь огромны, что мозг не в состоянии их представить. В то же время Вселенная очень красива, с её туманностями, звёздными скоплениями, миллионами всевозможных солнц и других небесных тел. В этой пугающе огромной, и в то же время прекрасной пустоте летит звездолёт. На фоне вселенской необъятности звездолет ничтожно мал и хрупок. Но смелая техническая мысль инженеров и конструкторов позволила бросить вызов вселенной, и безопасно путешествовать по чудовищно необъятным просторам могучего космоса. Корпус звездного корабля надежно защищал от губительного космического вакуума двух молодых людей, которых свела вместе любовь, и которые отважно преодолевали невообразимо огромные расстояния во Вселенной. Но Нуми и Ники, а это конечно были они, не задумывались на тему опасности Вселенной. У них была цель, они были молоды и бесстрашны.

Звездолет только что вынырнул из подпространства и Ники тщательно проверял показания приборов. Осмотревшись, Нуми воскликнула:

— Буф-ф! Какая красота, Ники!

— Только что сам хотел сказать тебе то же самое. Мы вышли в нормальное пространство, а в визуальной близости от нас находится туманность эмиссионного типа.

— Понятно, почему она такого красного цвета: из-за высокой температуры, межзвездный газ подсвечивается, — сказала Нуми, — очень красиво!

— Никогда такого не видел, — признался Ники, — могу только сказать, что мы в безопасности, и ты можешь любоваться ей сколько хочешь.

— С удовольствием! – улыбнулась Нуми. — Кстати, я очень рада, что мы покинули пределы той галактики. Не очень хотелось бы встречаться с этими фанатиками скорости.

— Мы очень далеко ушли: если бы они гнались за нами, то никогда бы не догнали, — сказал Ники.

— Вот и хорошо, а нам сейчас нужно определиться с дальнейшим курсом, — Нуми изучала поступающие данные приборов, — у нас есть несколько дней до прибытия к конечному пункту.

— Можно расслабиться и подумать о том, что нас может ждать в другом измерении, — предложил Ники.

Нуми одобрительно кивнула и, взяв Ники под руку, повела его в кают-компанию. Там они заказали солидный ужин в автоматической кухне, и, усевшись за столик, принялись неспешно поглощать еду и беседовать. А поговорить было, о чем: ведь никто не знал, что может их ожидать в другом измерении. Да и что вообще такое другое измерение? Может это обычная вселенная, просто расположенная в бесконечно далеком месте. Тогда, по словам Ники, это ещё полбеды. А вдруг в том измерении абсолютно другие законы физики? Как тогда отреагирует сознание обычного человека?

— Буф-ф, что то ты уж сильно сгустил краски.

— Почему сгустил? Вот представь себе такой мир, где светлое станет темным, где твердое будет обязательно жидким или газообразным?

— Горячее — холодным и так далее по твоей логике, — улыбнулась Нуми, — нет, мне такое не представить.

— И зря! Потому что в другом измерении может быть всё что угодно.

— Но мы же не знаем! – воскликнула Нуми, — но мы должны быть к чему-то готовы.

«Там вас ждёт много странного и, возможно, опасного», — процитировал Ники слова императора.

— Да, милый, мы должны быть внимательны и осторожны.

Они некоторое время молчали. Потом Ники сказал:

— Нуми, когда будем входить в эту пещеру, пожалуйста, не включай электронный мозг.

— Почему?

— Если там будут происходить иррациональные вещи, он выйдет из строя. Он сломается. Человеческий мозг очень гибок и умеет приспособиться к чему угодно. А электронный мозг будет всё анализировать с рациональной, то есть нормальной точки зрения. Может произойти сбой, либо конфликт с настоящим мозгом. А так рисковать нельзя. Я говорю серьезно, Нуми. Я очень за тебя волнуюсь.

Нуми посмотрела на него с удивлением. Она почувствовала, как сильно он её любит и переживает, и её пульс вдруг участился.

— Ники, родной, ты ведь абсолютно прав! – она встала из-за стола и бросилась к нему в объятия. — Ты даже не представляешь, как ты сейчас прав. Я бы об этом даже не подумала. Могла бы не выжить, но не подумала-бы.

— Поэтому есть я, чтобы беречь тебя, — Ники любовался своей возлюбленной, — ты у меня единственная, да к тому же уникальная.

— Спасибо милый, — сказала Нуми, и разговор на некоторое время прекратился из-за долгого поцелуя, но потом Нуми продолжила беседу.

— И как мы потом найдем этого Урсуса Арктоса Миддендорфи? Кто он, на кого похож? Где живет?

— На кого похож, я думаю, знаю, — сказал Ники.

Нуми округлила глаза:

— Откуда?

— Да читал когда-то, в детстве…. По-моему, на латыни так называется огромный бурый медведь, который обитал когда-то на Земле. Его подвиды существуют и сейчас, но таким именем называли особо крупного медведя, обитавшего на Аляске. Либо это был он сам, тот которого мы ищем, либо он взял себе это имя.

— Я же говорила тебе давным-давно, что ты очень умный, и каждый раз в этом убеждаюсь, — похвалила его Нуми, — выходит, что он похож на медведя?

— Скорее всего, — с видом знатока ответил Ники.

— А медведь это кто? – спросила его Нуми.

— Как тебе объяснить? Медведь — это медведь, — начал было Ники, но Нуми его перебила:

— Спасибо, очень понятно!

Ники не выдержал и расхохотался, Нуми засмеялась вслед за ним.

— Буф-ф, еле отдышалась, ну ты и насмешил!

— Надо иногда веселиться, а вообще медведь — это очень большой хищник, покрытый шерстью.

— Очень странно, надеюсь, что мы сможем его отыскать, — вздохнула Нуми.

Она хотела сказать ещё что-то, но тут раздался сигнал тревоги.

— Что-то случилось! Бегом на мостик, — скомандовала она, и они с Ники помчались туда со всех ног. Беглого взгляда на экран было достаточно, чтобы догадаться о приближении метеоритного облака.

— Оно очень большое, — сказал Ники, — и расположено в том же направлении, куда мы летим.

— Буф-ф, включить полную защиту! – скомандовала Нуми, — Ники, будь готов бежать в оружейный отсек, вдруг защита не сможет эффективно сработать.

— Я всегда готов!

Серебряная Игла довольно долго продиралась сквозь метеоритные дебри. Четыре раза Ники открывал огонь по особо крупным камням. В конце концов, корабль вышел в чистое пространство. Прямо по курсу одна из звезд казалась намного ярче других. На самом деле это было солнце, вокруг которого вращалась искомая планета. Только это светило было ещё очень далеко, поэтому казалась просто яркой звездой. Нуми указала в её сторону:

— А вот и наша цель.

— Часов двенадцать у нас есть, — сказал Ники, — предлагаю выспаться перед прыжком в другое измерение, тем более после такого боя с метеоритами.

— Согласна, мы итак почти сутки на ногах, давай спать.

Они направились в свою каюту, завалились на кровать и моментально заснули. Когда же прозвенел будильник, и они снова вернулись в рубку управления, незнакомое солнце было уже приличных размеров.

— Ники, я направляю корабль к искомой планете, — сказала Нуми.

На мониторах было видно, что у этой системы пять планет. Причем первые три располагались ближе к солнцу, а другие две на довольно отдаленных орбитах.

— Такое ощущение, что в середине не хватает двух или трех планет, — произнес Ники, глядя на монитор.

— Я тоже так подумала. Вероятно, произошла какая-то катастрофа, и планеты были разрушены. Поэтому нам встретился такой поток метеоритов.

— Да, и мы тоже ищем обломки. Нешуточное, видимо, тут было дело, — согласился Ники.

Через некоторое время, нужную планету было видно невооруженным взглядом. Правда, пока она была размером с теннисный мяч.

— Я засекла осколки спутника недалеко от планеты, держу туда курс.

— Давай, милая, будь аккуратнее, — попросил Ники, — и отключи на всякий случай второй мозг.

— Уже отключила, ты пристёгнут? – спросила Нуми, хотя видела, что Ники надежно пристегнут к креслу.

Она проверила своё крепление – всё было надежно. А вот и обломки небесного тела. К какому из них направить звездолет?

— Вон, Нуми, левее, самый большой, — подсказал Ники.

— Ага, вижу, иду туда, — Нуми была очень сосредоточена, — Ники, введи себе инъекцию №4, на всякий случай, я себе уже ввела.

— Хорошо, — Ники нажал пару раз на запястье скафандра, набрал необходимую команду и почувствовал, как в плечо уколола игла и ввела раствор. Это был общеукрепляющий препарат, необходимый при сильных физических нагрузках и стрессах.

— Ники приготовься!

В передний иллюминатор был отчетливо виден огромный, неправильной формы осколок спутника планеты. А вот и огромный разлом по центру

— Вот наша цель, веду корабль прямо в центр, — объявила Нуми, — держись милый Ники.

Ещё мгновение назад была видна поверхность спутника, и вот уже корабль нёсся с головокружительной скоростью прямо в черную впадину. Сначала была просто темнота. Потом стало происходить что-то странное. Ники вцепился в поручни своего кресла. Его глазам предстала абсолютно черная и одновременно ярко блистающая пустота. Описать словами это было невозможно. Он повернул голову, чтобы посмотреть, как там его любимая. Сидящий справа силуэт повернул голову и похолодевший от ужаса Ники, вместо родного симпатичного лица Нуми, увидел сморщенного злобного старика.

— Как ты смеешь! – визгливо крикнул старик, — смотреть на тысячезвездного! Казнить его! (см. Звездные приключения Нуми и Ники Книга 1).

Ники понимал, что это просто видение, но глаза видели другое и рассудок воспринимал всё взаправду. Хуже всего, что в следующий миг не было уже никакого старика, не было вообще никого. Лишь осиротевшее кресло капитана звездолета и безжизненно висящие ремни безопасности напоминали о надвигающемся безмерном одиночестве.

— Нуми! – заорал в ужасе Ники, — где ты, Нуми?

На глаза наворачивались слезы.

— Умей плакать по-болгарски! – произнес по радиосвязи голос Селы. (см. Звездные приключения Нуми и Ники Книга 2).

Ники встряхнул головой и увидел Нуми сидящую в своем кресле. Она ободряюще улыбнулась ему, и у него отлегло от сердца. Он улыбнулся в ответ, и в этот момент часть кабины вместе с креслом Нуми вырвало напрочь куском метеорита. На месте её кресла зияла рваная дыра. Образовавшийся вакуум поглотил все звуки, поэтому крик Ники был не слышен. Потом, с некоторым удивлением, Николай увидел, как ему оторвало правую руку.

«Вот и конец», — успел подумать он, и в рубке управления тут же всё стало на свои места.

За исключением того, что лектор из университета склонился над Николаем и утомительно нудно приговаривал:

— Закольцуй мне этот алгоритм Буяновский, закольцуй алгоритм, алгоритм должен повторяться.

А на соседнем кресле сидела Даниела и неприлично громко хохотала:

— Какой же ты нудный Ники, какой ты нудный! Ты не умеешь веселиться!

Казалось, что кошмару этому нет конца. Иллюминатор впереди исчез, и в пустом проеме появилась отвратительного вида тварь, семь глаз которой уставились, не мигая, на Николая. Не было уже ни лектора, ни Даниелы, ни Нуми. Был только он сам и огромная тварь впереди. Потом вспыхнул яркий свет и тварь исчезла. Кабина управления приняла обычный вид. Наступила тишина, лишь изредка слышался писк приборов. Ники с опаской посмотрел направо. Нуми сидела как обычно в своем кресле. Только лицо было белым как бумага, и невидящий взгляд устремился куда-то в неопределенное место. Ники отстегнул ремни, осторожно подошел к Нуми и стал её тихонько тормошить. Слишком свежи были недавние видения, и он немного побаивался: а вдруг это ещё не кончилось? Но, по всей видимости, игры с сознанием прошли, и перед ним была его самая настоящая любимая Нуми.

— Очнись, милая, очнись, пожалуйста, — умолял Ники.

Он гладил её по голове, щекам, легонько тряс за плечи. Наконец лицо её порозовело, взгляд сфокусировался, и она посмотрела на Николая.

— Ники? – спросила она.

— Это я, милая, всё хорошо, — обнял её Ники.

— Что это было? Я второй раз такое не переживу, — голос Нуми дрожал.

— Успокойся, всё прошло, я сам думал, что сошел с ума, но теперь все позади.

— А где мы? – спросила Нуми, — мы попали в иное измерение?

— Давай выясним, — Ники посмотрел на экран, — другое это измерение или нет, но мы точно находимся страшно далеко от точки входа.

— Ох, Ники, смотри! – вскрикнула Нуми и показала куда-то перед собой.

Ники посмотрел в передний иллюминатор и увидел плывущую в космосе огромную амёбу. Потом ему показалось, что вокруг их не вакуум, а какая-то жидкая субстанция. По крайней мере, именно так воспринимался окружающий космос. Будто звездолет плыл, а не летел. Прямо по курсу виднелась планета, и казалось, будто бы она слегка колышется.

— То ли мы не в космосе, то ли здесь чудовищная рефракция, — сказал Ники, — но планета колышется как под водой.

— По данным приборов мы в космосе, — резюмировала Нуми, — наверное, это и есть другое измерение. В принципе, привыкнуть можно, но переход сюда был ужасен.

Звездолет приближался к планете. Через некоторое время Серебряная Игла уже висела на геоцентрической орбите. Нуми наблюдала за показаниями приборов, а Ники проводил глазами ещё три амёбы, проплывшие мимо корабля. Всего таких «амёб» он насчитал уже восемь штук.

— Не могу понять, что это вообще такое, — указал он на странных существ.

— Я тоже, — ответила Нуми, — на приборах вообще ничего нет. Может быть, нам это кажется. Приземлимся на планету — узнаем, что здесь и как.

— Куда будем садиться?

— В восточной части одни горы, а вот на этом материке леса и есть небольшое плато. Давай сядем туда, — предложила Нуми.

— Согласен, горы там торчат, словно острые зубья, да так часто, что там точно не приземлиться.

— Здесь много снега, но не так холодно, где мы не так давно были, и кислород в норме.

— Тогда сажай звездолет, — сказал Ники и пристегнул ремни, — условия приемлемые, значит, легче будет заниматься поиском Миддендорфи.

Нуми кивнула и начала маневр входа в атмосферу планеты. Визуально казалось, что они просто нырнули под воду, но никакого толчка не было. Звездолет летел как обычно. Затем случилось невероятное. Сперва исчезла сила тяжести и наступила невесомость. Казалось, будто тело так и норовит выпорхнуть из кресла и взлететь. Но спустя несколько секунд, Ники вдруг ощутил удар огромной тяжести, которая прижала его со страшной силой к креслу. Возникли чудовищные перегрузки. Кровь ударила в голову и заставила стучать в висках звонкими молотками. Нуми с неимоверным усилием не отпускала штурвал.

— Что с кораблем? – еле слышно спросила она.

Её голос скорее напоминал натужное сипение, чем обычный шепот. Ники с трудом сквозь красную пелену в налитых кровью глазах, читал показания приборов.

— Отказ гравитационного двигателя, — прохрипел он в ответ, — мы входим в атмосферу планеты со всеми перегрузками.

— Поняла, снижаю скорость.

Как только скорость снизилась до минимума, стало легче. Чувствовалась сильная тряска.

— Вошли в зону турбулентности, — сообщила Нуми уже обычным голосом.

Наконец слои облаков закончились, и показалась поверхность планеты. Впереди, перед нескончаемым лесом виднелось небольшое плато, которое было выбрано местом для посадки. В отсутствии гравитационного двигателя, приходилось управлять звездолетом как любым другим воздушным судном.

— Включить авионику, — скомандовала Нуми, — выдвинуть несущее крыло и хвостовое оперение.

Через мгновение, звездолет стал похож на шаттл, и управлять им пришлось как самым обычным самолетом. Тряска прекратилась, и полет стал более плавным. Навигационные приборы изменились и подстроились под авиационные. Появился авиагоризонт, высотометр и гироскоп курса. Всё как в самолете. В отсутствии гравитации посадить корабль оказалось гораздо сложнее. Нуми пришлось зайти на второй круг, чтобы точно зайти на посадку.

— Снижаюсь, выпустить шасси, — сказала она.

— Шасси выпущено, к посадке готов, — доложил Ники.

— Сажаю!

Поверхность стремительно приближалась. Едва задние шасси коснулись снежной поверхности, как корпус корабля сильно затрясло. Пол и стены кабины управления буквально ходили ходуном. Ремни безопасности буквально впились в тела отважных пилотов.

— Торможение!

— Есть торможение!

— Скорость не гасится, выпускаю парашют, Нуми нажала на рычаг и корабль сильно дернулся.

— Скорость снижается, — сообщил Ники.

Звездолет остановился почти перед самым лесом, оставив за собой след в виде трёх пропаханных в снегу канав. Наступила тишина.

Глава 16. На планете. Неожиданное открытие. Поход по тайге. Встреча.

Нуми довольно-таки аккуратно посадила корабль на плато. Чуть вправо — могли бы попасть в большой овраг, чуть вперед — столкнулись бы с лесом. Первые минуты после посадки Нуми и Ники сидели молча и приходили в себя. Первым отстегнул ремни Ники и подошел к своей любимой, чтобы помочь высвободиться из командирского кресла.

— Ты герой, — Ники обнял её и прижал к себе, — ты первоклассный пилот и лётчик, я просто в шоке от тебя.

— Буф-ф, милый, я сама в шоке, — ответила Нуми, — не знаю, откуда силы взялись.

— Ты ведь жизни нам спасла, я бы не справился.

— Не совсем я. Много чего подсказывал электронный мозг. Особенно, что касалось полета в самолетном режиме. Как же вовремя я успела его включить. Кажется, мне становится страшно.

— Всё, всё прошло, мы целы и невредимы, — Николай как мог, старался успокоить подругу, — не бойся.

— Ох, ну я и перепугалась, — выдохнула Нуми, — но теперь легче, особенно когда ты успокаиваешь. Нам с тобой, первым делом нужно оценить состояние корабля, и посмотреть, что же случилось с гравитацией.

Нуми окинула взглядом кабину управления. В иллюминатор виднелась равнина, покрытая снегом и темный силуэт леса за ней. Всё выглядело так, если бы они находились зимой на Пирре, или на Земле.

— Давай оценим последствия, — предложил Ники и направился к выходу из рубки.

Коридоры звездолета выглядели так, будто бы они подверглись рейду мародеров. Все незакрепленные предметы либо были разбиты, либо беспорядочно валялись на полу. Нуми оценила этот беспорядок долгим вздохом, но вслух ничего не сказала. В помещениях со сложной аппаратурой было легче: как правило, там все было закреплено, и ущерб был незначителен. Войдя в зал с бассейном, Ники с благодарностью вспомнил конструкторов корабля, которые снабдили зал герметичными дверями. Судя по состоянию помещения – здесь прошла настоящая океанская буря. Воду из бассейна швыряло, видимо, во все стороны со страшной силой и только крепкие двери и прочные стены предотвратили более серьезные разрушения. Теперь бассейн выглядел плачевно, вода была только на дне, а везде, словно тараканы, сновали роботы уборщики.

— Ничего страшного, роботы всё уберут, а воду мы после зальем, — оценила состояние бассейна Нуми.

В остальных помещениях была похожая картина, а вот в кают-компанию и пищеблок заходить вообще не хотелось.

— Как слон в посудной лавке, — констатировал Ники, глядя на разбитую в дребезги посуду.

— Как это? – не поняла Нуми.

— Это выражение такое, — улыбнулся Ники, — один очень-очень большой, зашел туда, где мало места, и все сломал.

— Понятно. Похоже, тут в каждом отсеке был твой слон, — ответила Нуми.

Но весь этот беспорядок был мелочью по сравнению с грузовым трюмом. Там царил полный хаос: бункеры с грунтами были опрокинуты, и разбросаны, как попало. Золото, драгоценные камни, куски металла и обычной почвы смешались в одну грязную разноцветную кашу. В транспортном ангаре почти все челноки были опрокинуты, но внешне казались целыми. Нуми и Ники обошли весь звездолет, проверили все, что можно было проверить, и сейчас находились в зале силовых установок. Там они устроились за операторскими пультами и подсчитывали общий ущерб, нанесенный кораблю. Наконец Нуми оторвалась от экрана монитора и сказала:

— В целом всё не так плохо, за исключением одного: я не пойму в чём причина отказа гравитационного двигателя. Все системы в норме, но он не работает.

— Нужно осмотреть ангар и проверить все челноки и спасательные шлюпки, — предложил Ники.

— Согласна, давай-ка их тоже проверим.

Они снова направились в ангар. Там, с помощью домкратов, им удалось поставить вертикально один летательный аппарат. Ники забрался в кабину и активировал систему запуска. Увидев, что ничего не произошло, он позвал Нуми:

— Здесь тоже двигатель не работает! – объявил он ей.

— Странно, ведь он исправен, давай проверять все аппараты.

Призвав на помощь двух роботов, им удалось поставить на шасси все челноки. После полной их проверки вывод был один и тот же: все они не работали.

— Это загадка, — сказала Нуми, — наши конструкторы установили на все аппараты гравитационные двигатели. И ни одного реактивного. А гравитационные установки все как один не работают.

— Интересно, и в чем же причина? – поинтересовался Ники.

— Ни в чем. Не работают и всё. Хотя даже электронный мозг не дает на это ответ. В действительности, они не могут не работать. Таков их конструктивный принцип.

— Значит, — подытожил Ники, — у нас нет транспорта.

— Точно, — сказала Нуми, — и как же мы отправимся на поиски?

— А улететь отсюда мы сможем? – спросил Ники.

— Улететь сможем, на корабле есть ракетный двигатель. Хорошо, что его оставили.

— А зачем конструкторы так поступили? Оставили только гравитационные двигатели?

— Посчитали, что они самые простые в эксплуатации и самые надежные, — ответила Нуми, — ученые провели множество испытаний, но всё же просчитались.

— Если нет никаких повреждений, а двигатели не работают, значит, в этом виновата планета, — заявил Ники, — видимо здесь существуют какие-то иные физические свойства, которые влияют на гравитацию.

— Тогда мы совершили ещё одно научное открытие, — вздохнула Нуми, — занесем эти данные в компьютер и обязательно сообщим их на Пирру. Когда-нибудь.

— А что так грустно? – спросил Николай.

— Плохо без транспорта, — ответила Нуми, — так как же отправимся на поиски?

— Пойдём пешком! Как туристы, — заявил Николай, — возьмём всё самое необходимое и отправимся в поход. Как древние первооткрыватели. Будем ночевать в палатке и по очереди стоять на карауле, а на привале будем готовить еду на костре!

— Ники, у меня нет слов, — Нуми бросилась его обнимать, — я согласна, тем более это так романтично!

— Ну, может и не так уж романтично, — пробурчал Николай, — но другого варианта нет.

Нуми отправилась отдавать команды роботам по уборке корабля и приведения его в полный порядок. Ники тем временем готовился к походу. Самые необходимые вещи он уложил в два компактных рюкзака. В числе прочего в рюкзаки поместились: небольшая палатка на двоих, два больших спальных мешка, компактная горелка, фонарь, универсальный нож, небьющаяся посуда и множество других полезностей.

— Буф-ф! – воскликнула Нуми, увидев как тщательно собраны вещи. — Как ты аккуратно всё сложил. А я принесла из арсенала два бластера. Надеюсь, что в качестве оружия они не пригодятся, а для защиты и как инструмент должны подойти.

— Вот это хорошо! – одобрительно хмыкнул Ники. — А я как раз думал, что возможно придётся расчищать себе дорогу, а кроме виброножа ничего и нет.

— Я запрограммировала часы на наших скафандрах. Теперь в режиме компаса, они всегда покажут, где находится наш корабль. А навигатор запомнит наш маршрут и координаты.

Обсудив ещё кое-какие вопросы, они плотно перекусили, взяли рюкзаки и отправились в путь.

— Я думаю, что нужно идти в том направлении, — указала Нуми на небольшую возвышенность на горизонте. Мне кажется, что с той стороны исходят какие-то волны, возможно, там есть разумные существа.

— Тогда пойдём туда, — сказал Ники и бодро зашагал прочь от космического корабля.

Нуми шла следом. Поначалу идти было не сложно. Снег под ногами был очень плотный, ноги не проваливались. Но вскоре равнина закончилась и перед глазами предстала стена непроходимого первозданного леса. Едва вступив под сень могучих деревьев, нашим путникам стало ясно, что без борьбы лес так просто не уступит. Чащоба была совершенно непроходимая и при этом ни малейшего представления о том, что впереди.

— Будем двигаться по заданному направлению, — сказала Нуми, — оранжевая стрелка будет показывать наш курс, а зелёная укажет на корабль.

— Отлично, тогда моя очередь прочищать путь, — решил Ники и перевел бластер в бытовой режим.

Активировав лазерный луч, он принялся понемногу продвигаться вперёд, размахивая лазером вправо и влево словно мечом. Кусты и деревья ложились как подкошенные, и через некоторое время за Нуми и Ники протянулась просека. Вскоре ровная поверхность исчезла, местность стала всё более непроходимой. Один раз на пути возник глубокий овраг: пришлось сделать изрядный крюк, чтобы обойти его. В другой раз пришлось спуститься в огромную яму, долго идти по низу, а потом забираться опять наверх. Видя, что Ники совсем выбился из сил, Нуми сменила его на некоторое время. Вскоре наступил вечер, и решено было устроить ночлег. Ники разровнял бластером небольшую площадку и установил палатку. Нуми втащила туда рюкзаки, влезла сама и крикнула:

— Ники, давай залезай, пора отдыхать!

В палатке быстро становилось тепло и уютно. Вскоре воздух так прогрелся, что можно было снять шлемы. Ники растянувшись на спальном мешке, наблюдал, как Нуми колдовала с атомной горелкой. Вскоре она протянула ему чашку горячего ароматного напитка.

— Вот, милый, пей, набирайся сил и отдыхай, — сказала она ему.

— Спасибо, очень вкусно пахнет.

— Это наш Пирранский напиток, очень питательный и обогащенный витаминами. Его употребляют во всяких экстремальных ситуациях.

— Понятно, а какое мы проделали в этом лесу расстояние?

— Около пятнадцати километров или четыре пирранских лиги, — ответила Нуми.

— Немного, — помолчав, ответил Ники, — но с другой стороны – с топором мы от силы километр бы прошли.

— Да уж, с бластером гораздо быстрее, — согласилась Нуми, — а мне вот что интересно: есть ли тут дикие звери?

— Ты в своем репертуаре, дорогая. Мне вот совсем не интересно и лучше бы вовсе здесь не было бы никаких зверей. Я о безопасности беспокоюсь, — заворчал Ники.

— Ну ладно тебе, не сердись, — улыбнулась Нуми, — давай лучше спать.

— Давай, — согласился Ники, — отдохнуть не помешает.

Увидев, что Нуми возится с каким-то прибором, он спросил:

— Что ты делаешь?

— Настраиваю внешнее защитное поле. Специально взяла с собой портативный генератор. Так что можно спать спокойно и на карауле стоять нет необходимости.

— Отлично, ты молодец, — сказал Ники, — давай, настраивай уже и ложись.

Они погасили свет и улеглись рядышком, забравшись в один широкий спальный мешок. В тишине было слышно, как за стенками палатки дует ветер.

— Представить страшно: одни в палатке на целой планете и даже в лесу никаких звуков, — прошептала Нуми.

— Может тут есть звери, только они общаются без помощи звука, — предположил Ники.

— Может…

Незаметно они заснули. Ночь прошла спокойно: Нуми и Ники спали, и никто не потревожил их сон. Они проснулись, когда уже совсем рассвело.

— Ох, Нуми! Я спал как убитый, зато чувствую себя бодрым и полным сил!

— И тебе доброе утро, я тоже крепко спала. Сейчас позавтракаем и в путь.

Едва они сложили и упаковали палатку, как погода изменилась. Природа словно решила ополчиться на незваных пришельцев и обрушила на них все свои «прелести». Сначала подул сильный ветер, его порывы чувствовались даже в густом лесу. Потом повалил снег, и началась сильная метель. Деревья стонали, трещали, гнулись и ломались. Пробивать себе путь в чаще становилось всё труднее и труднее, кроме того, приходилось следить за тем, чтобы на голову не упало дерево. Нуми и Ники поочередно меняя друг друга, упорно пробивали себе дорогу в непроходимом лесу. Погода к вечеру успокоилась, но и силы к тому времени уже иссякли.

— Пора делать привал. Ники остановись, ты совсем устал, — Нуми начала устанавливать палатку, а Ники сел на снег и прислонился спиной к дереву. Позже, когда они поужинали и лежали в спальном мешке, он сказал:

— Никогда я ещё не ложился спать с таким удовольствием!

— Ещё бы! – с чувством добавила Нуми. — После целого дня рубки леса.

По подсчетам, оказалось, что они прошли всего на километр меньше, поэтому можно было порадоваться. У Ники от таких мыслей даже улучшилось настроение. Он обнял Нуми, она прижалась к нему, и вскоре они уже крепко спали.

Следующий день ничем не отличался от предыдущего, за исключением более мягкой погоды. Потом был ещё день, потом ещё и ещё. На седьмой день путешественники с удивлением обнаружили, что лес стал намного чище и опрятнее, а деревья стали намного выше и толще. Непролазный кустарник исчез, земля под ногами была ровной и покрыта лишь тонким слоем снега. Изменилось и освещение — стало гораздо темнее. Произошло это от того, что деревья были очень высокими, их вечнозеленые кроны соединились в один сплошной ковер где-то наверху. Солнечный свет с трудом сквозь них пробивался и поэтому внизу царил полумрак. Рубка уже не требовалось, поэтому Нуми и Ники шли, придерживаясь нужного направления, и наслаждались ходьбой, словно они были на прогулке.

— Тебе не кажется Нуми, что всё на этой планете какое-то не натуральное? – спросил Ники.

— Да вроде нет, а почему ты так решил?

— У меня есть ощущение, будто кто-то специально посадил здесь лес. Нет, конечно, деревья здесь самые настоящие, но ощущение искусственности не покидает. И вот теперь: идем как по парку, никакой растительности, только деревья гигантские вокруг. Да и растут они как будто на равном друг от друга расстоянии. Даже ветра нет. Только холод и тишина.

— Буф-ф, ты прав Ники. Может быть это вроде маскировки? В том месте, где можно приземлиться — лес как непролазные джунгли. Чтобы у случайных визитеров не возникло желание в лес идти. А здесь, где ни один корабль не сядет – чистота и порядок.

— То-то и оно, — сказал Ники, — что-то здесь не так.

За разговором день прошел незаметно. Путники даже удивились, когда подсчитали, что прошли за день километров сорок. И совершенно не устали. Лежа в палатке, в теплом спальнике, Ники рассуждал:

— Возможно, из-за того, что сила тяжести на планете чуть меньше нормы, нам удалось так легко пройти такое расстояние.

— А может здесь есть ещё какие-нибудь неизвестные свойства. Гравитационные двигатели ведь не работают. И этому должна быть причина.

— Да…. Надеюсь, мы про всё узнаем, — сказал Ники, — а теперь давай спать.

На другой день они продолжили путь. Вокруг ничего не менялось — те же огромные деревья, полумрак и тишина.

Вдруг Нуми резко остановилась и взяла Ники за руку.

— Тише! Там кто-то есть, — шёпотом сказала она и указала рукой куда-то вперед.

Ники тщательно всмотрелся вдаль, но ничего не увидел. Потом почудилось какое-то движение, и вдруг, прямо перед ними между деревьями бесшумно возник огромный силуэт, напоминающий медведя. Нуми бесстрашно смотрела на него и не двигалась с места. А Ники отметил про себя, что будь он один, то бежал бы уже без оглядки, куда глаза глядят. Между тем, силуэт превратился в настоящего медведя невероятно огромных размеров. Одна только передняя лапа была больше по размеру, чем сам Николай. Медведь наклонил голову и внимательно уставился на непрошеных гостей. Из его пасти послышалось тихое бурчание, которое вскоре могло перейти в грозный рык.

— Мы не враги! – громко сказала Нуми и откинула стекло шлема.

Ники сделал тоже самое. Так и стояли они некоторое время: два человека и огромный медведь. Стояли и смотрели друг на друга. Потом Нуми протянула огромному существу небольшой сверток и сказала:

— Это для Вас.

Глава 17. Как появился Малогалоталотим. Урсус Арктос Миддендорфи. Тайна Нуми и Ники.

«Когда-то очень-очень давно, в далёкой звездной системе жили некие существа, которые называли себя Сангуратийцы. У них была мощная цивилизация: их общество достигло небывалых высот в своем развитии. Закончив развиваться технологически, они стали развивать интеллект. Благодаря глубоким познаниям в науке Сангуратийцы смогли оставить свои физические тела и могли жить в телах астральных. Их уже не сдерживала ненадежная и недолговечная физическая оболочка — они могли свободно передвигаться в космическом пространстве. В конце концов, они достигли полного совершенства и просветления. Объединившись в несколько разумов, они проводили время за размышлениями и созерцали окружающую Вселенную, следя за порядком и охраняя покой других, более примитивных обитателей космоса. Однажды одному сангуратийцу пришла мысль о том, что их род в скором будущем достигнет предела нынешнего развития и перейдет в новую, неизвестную пока стадию. Быть может, они сольются в один мегаразум и навсегда покинут это место. А может быть, создадут свою, совершенно иную вселенную.

Эта мысль понравилась его соотечественникам, ибо они хотели ещё большего развития.

«Но как же мы оставим этот мир без нас?», — вопрошал неугомонный ум, новоявленного инсургента.

«Кто будет помогать другим существам в случае катастроф?», — не успокаивался он.

Сангуратийцы вняли его словам и задумались.

«Действительно, —решили они, — без нас может произойти хаос!».

И решили они оставить после себя существ, которые взяли бы на себя функцию смотрителей вселенных. Чтобы они следили за порядком и оказывали помощь попавшим в бедствие. Такое решение понравилось всем, и решено было приступить к созданию новых существ. Однако возникли разногласия о внешнем облике создаваемого. По своему образу и подобию создать существо Сангуратийцы не могли, поскольку их физические тела были, мягко говоря, не идеальны. Более того, некоторые запросто упали бы в обморок, увидев сангуратийца воплоти. Поэтому нужна была нейтральная форма, которую спокойно могли воспринять миллиарды самых различных живых существ. В конечном результате сошлись на том, что впоследствии и стало Малогалоталотимом. Имя существу дали из расчета того, что его будут нормально идентифицировать большинство разумных существ. Новое создание имело продолговатое тело не имеющее, впрочем, определенных границ. Оно могло изменяться в размерах и не имело никаких внешних видимых органов. Простой внешне, Малогалоталотим внутри был чрезвычайно сложной структурой. Это был симбиоз живого организма белкового происхождения, организма на основе кремния и неорганического материала. Энергию для своей жизнедеятельности Малогалоталотим мог брать, откуда угодно: от энергии звезд, от любого неорганического вещества, от тепла и холода и т.д. Организм его был настолько совершенен, что мог извлечь атомы из любого вещества и высвободить энергию без каких-либо последствий и использовать для своего питания. Передвигаться в космосе с огромной скоростью ему позволяло иное восприятие Вселенной. Окружающее пространство ему виделось как некое множество огромных ячеек с отверстиями в форме додекаэдра. Любое из них являлось и входом, и выходом в нужную точку космоса. А таких отверстий было неисчислимое множество. В мощный мозг существа Сангуратийцы вложили все свои знания, накопленные миллионами поколений. В результате Малогалоталотим получился разумным существом-машиной с мощнейшим интеллектом и с огромными возможностями. Его мозг позволял обрабатывать и систематизировать полученные сведения и пополнять ими свою базу знаний. Малогалоталотим мог мгновенно выбрать путь в нужную галактику или солнечную систему: ему достаточно было войти в нужную грань додекаэдра в нужной ячейке. При необходимости он мог создать новый путь, расширяя таким образом свои и без того безграничные возможности. Сангуратийцы положительно оценили свою работу и разослали Малогалоталотимов по всей бескрайней вселенной, чтобы следить за порядком и помогать всем живым существам».

Урсус Арктос Миддендорфи закончил свой рассказ, и посмотрел на своих слушателей. Нуми и Ники молчали, находясь под впечатлением услышанного.

— У меня вопрос, — сказал Ники, — а вы, каким образом причастны к этой истории?

— Сангуратийцы, как я уже говорил, жили в бестелесных или аморфных, если так можно выразиться, субстанциях. Своим мощным разумом они могли создавать кое-какие вещи, но всё же, иногда требовалось непосредственное физическое вмешательство. Они подыскали на одной планете неприхотливый, но любознательный народ, дали ему нужные знания и умения. Этот народ по сути дела своими руками создавал Малогалоталотимов.

— Это были вы? — Нуми пристально взглянула на огромного рассказчика.

— Да, — сказал Урсус Арктос Миддендорфи, — многие поколения нашего народа хранят эти знания. Сангуратийцы разделили всю вселенную на огромные сектора, и в каждый сектор направила по одному Малогалоталотиму. А вслед за ними, в каждый сектор вселенной отправили нас. Мы следим, ухаживаем и помогаем своему Малогалоталотиму в случае непредвиденных ситуаций. Мало ли что может произойти, и для этого существуем мы. Я – отвечаю за этот сектор галактики.

— А что может случиться? — Нуми была очень заинтересована.

— Всё что угодно. Потому что, прежде всего Малогалоталотим живой организм. Он может подхватить какой-нибудь вирус, его могут поранить, он может просто заболеть или ещё что-нибудь. У нас есть специальная лаборатория, куда можно поместить Малогалоталотима целиком и провести полное обследование.

— Я думала, что он совершенное существо…

— Так и есть, он сам в состоянии восстанавливать себя и поддерживать в здоровом состоянии практически вечность. Просто бывают моменты, когда и ему необходима помощь.

— Спасибо вам, мы узнали столько нового, — сказала Нуми, — просто поразительно!

— А мне ваше имя знакомо, вы были на Земле? – спросил Ники.

— Приходилось бывать, ведь Земля входит в мой сектор. Меня случайно обнаружил один ученый. В честь его имени меня и прозвали, а мне понравилось, и я оставил себе это имя.

Нуми взглянула на Ники с уважением, а потом спросила рассказчика:

— Это всё один сектор? Ничего себе! Какой большой! А Пирра в каком секторе?

— Вы удивитесь, но Пирра тоже в моей компетенции. Вселенная настолько велика, что нам трудно представить её размеры. Это нам, простым существам кажется, что размеры сектора огромны. На самом деле в рамках Вселенной они ничтожно малы.

Нуми была потрясена. Ники переваривал полученную информацию, и у него не хватало воображения.

— Могу представить себе ваше удивление, но я удивился не меньше, застав вас в лесу. Хорошо, что вы сразу передали мне Зедак. Я даже не знал сначала, как мне реагировать на ваше появление.

— Император Поллунотойи просил его передать вам. Мы не открывали сверток и не знали, что везём, — ответила Нуми.

— Вы порядочные люди, это делает вам честь, — Урсус Арктос Миддендорфи замолчал на мгновение, а потом продолжил:

— Зедак это частица энергии души моего предка. Я обронил его на Крийоне, когда был там последний раз. Я был очень огорчен этим, но знал, что рано или поздно крийонцы передадут мне его. Не думал, конечно, что это будете вы. Я думал, что они сами прилетят, а тут вы, да ещё и в поисках Малогалоталотима.

— Вы нам рассказали чрезвычайно интересную историю появления Малогалоталотима, но не рассказали о том, где же он сам, — Ники ободряюще взглянул на свою подругу.

Они сидели в очень необычном помещении на мягком диване из неизвестного материала. На мгновение в голове Николая пронеслись последние события, особенно их встреча с огромным «медведем». Когда Нуми протянула ему сверток от императора, огромная лапа взяла его и поднесла к глазам. Затем, развернув свёрток, существо открыло полную зубов пасть и произнесло:

— Кто вы?

Ники вздрогнул тогда, услышав вместо звериного рыка приятный баритон. Такой голос резко контрастировал с устрашающей внешностью. Нуми представилась сама, и представила Ники, потом вкратце рассказала о цели своего визита.

— Вы пришли по адресу. Я — Урсус Арктос Миддендорфи! – он уже не казался таким страшным, и Ники смог заставить себя немного расслабиться.

— Идите за мной и ничего не бойтесь, — сказал новоявленный знакомый, затем подошел к одному из деревьев и дотронулся до ствола. В стволе дерева образовался светящийся овал, словно кто-то подсветил изнутри дерево ярким светом. Урсус Арктос Миддендорфи шагнул прямо в дупло и исчез. Нуми взяла Ники за руку и шагнула вслед за ним. Лес, снег и холодная планета исчезли, словно их и не было. А было тепло, были стены и странные коридоры. Похоже, что они мгновенно перенеслись в какое-то помещение. Словно дорогих гостей их накормили и обогрели, а потом хозяин поведал им эту занимательную историю.

— Так вы хотите знать, где Малогалоталотим? – задумчиво произнёс лохматый гигант. — Я сам задаю себе этот вопрос. Он пропал несколько циклов назад, но по моим данным он где-то в пределах сектора. Я потому здесь и нахожусь, чтобы постоянно сканировать пространство. Может быть, я смогу его засечь. Интересно то, что теперь я не один его ищу, а это очень странно.

— Почему странно? – удивилась Нуми.

— Для начала – потому что никто его никогда не искал. Никогда! И вдруг прилетаете вы, два человека, преодолеваете огромные расстояния, проникаете в моё измерение, обходите ловушки планеты и заявляете, что ищете Малогалоталотима. Почему?

— Да у нас вся жизнь с ним связана, — ответила Нуми, — и вместе мы благодаря нашему Мало.

— Как такое может быть? – спросил Урсус Арктос Миддендорфи.

И Нуми в очередной раз поведала историю знакомства с Малогалоталотимом. Рассказала о том, как познакомилась с Ники, как они путешествовали, как расстались и как смогли найти друг друга. По мере того, как Нуми рассказывала, глаза Урсуса Арктоса Миддендорфи становились всё шире и шире.

— Этого не может быть! Никто и никогда просто так не катался по Вселенной на Малогалоталотиме. Я вам верю конечно, но это чрезвычайно странно. И долго вы так летали?

— Порядочно, — ответил Ники, — спали мы много раз, потом на планетах были на многих.

— Чем же вы питались?

— Вот это я как раз не люблю вспоминать, пускай Нуми расскажет, — рассмеялся Ники.

— Мы питались в особом месте. Я называла его «чрево Мало». Это некий резервуар с питательной жидкостью. Мы сидели в нем, а наши организмы насыщались всем необходимым.

Урсус Арктос Миддендорфи буквально остолбенел:

— Неправда! – сказал он. — В конструкции такого не предусмотрено. Нет никакого резервуара.

— Но он был, — возразила Нуми, — я не обманываю.

Миддендорфи взмахнул лапой, и стена справа от него исчезла. Нуми и Ники увидели большой странный зал, с кучей непонятных предметов. В центре помещения имелся огромный голографический экран. К нему лохматый гигант и подвёл своих гостей. Когда они подошли, на экране возникло знакомое изображение то ли тыквы, то ли груши. Потом изображение разделилось на несколько рисунков: появились схемы Малогалоталотима в разрезе вдоль и поперёк.

— Вот его внутреннее строение, — указал гигант на экран, — можете указать, в каком примерно месте вы питались?

— А место где находился «вход», где оно? – спросила Нуми.

— Вот здесь, — показал Миддендорфи.

Нуми помолчала, покопалась, видимо, в электронном мозгу и указала на небольшое пространство на рисунке:

— Приблизительно — здесь.

Изображение увеличилось, и указанное место разделилось на составные части.

– Видите? Здесь ничего нет!

— Но как же? – растерялась девушка и взглянула на Ники. — Нам же это не приснилось?

— Если бы приснилось, твой электронный мозг этого бы не помнил.

— Буфф-ф, ну конечно же, — просияла Нуми, — я могу скинуть информацию из электронного мозга, и вы проанализируете её. У вас есть система мнемонической связи?

— Есть, пойдем за мной, — сказал Миддендорфи и прошел сквозь стену.

Там, где они оказались, было полно всякого оборудования. Нуми нахлобучила на голову шлем с проводами, а косматый гигант осуществил переброску данных. Анализ занял меньше минуты. Урсус Арктос Миддендорфи повернулся к людям и торжественно произнес:

— Ошеломительно! Я разгадал причину вашего здесь появления. Знаете, что? – он сделал паузу и ещё более торжественным тоном продолжил:

— Вы первые и единственные в своем роде! Никого и никогда Малогалоталотим не кормил питательной жидкостью.

Говорил он с такой торжественностью, как будто произошло нечто невероятное.

— И что же в этом такого? – спросил Николай.

— Вы проводили себе генетический анализ? Хоть раз в жизни? – вопросом на вопрос парировал Миддендорфи.

— Мне не приходилось, — сказал Ники, — не было необходимости.

— Я тоже не делала, — ответила Нуми.

— В общем, вы бы очень удивились. Я открою вам тайну: вы носители генетического кода Малогалоталотима! Он сверхразумное существо. Он из каких непонятно соображений выбрал в одном краю галактики маленькую девочку, а в другом месте мальчика. И возил их по космосу. И словно играя в игру, исполнял их детские желания. Но одновременно с этим Малогалоталотим накачал детей своим генетическим материалом через питательный раствор. По отдельности — вы обычные человеческие юноша и девушка. Вместе — вы Малогалоталотим!

Глава 18. Что значит быть частью чего-то грандиозного. Сколько секретов у планеты. Мы спасем тебя, Мало.

Наступила тишина. Нуми и Ники ошеломленно молчали. О чем думала Нуми, было непонятно, а Ники попытался заглянуть внутрь себя, но ничего необычного не обнаружил. Как—то странно было ощущать себя чем-то большим, чем ты есть на самом деле. Удивительное дело, думал Ники, всегда считали Малогалоталотима сверхсуществом — непостижимым и невероятным. А в конце концов тебе говорят, что ты и есть часть этого сверхсущества. А вторая половина этого невероятного существа стоит рядом с тобой. Ники посмотрел на девушку: похоже, что она думала то же самое.

— Вот это тайна, так тайна, — сказал вслух Ники, — для чего же он так сделал?

— Кто же знает? – спросил неизвестно кого Миддендорфи.

— Буф-ф, — выдохнула Нуми, — поразительно!

Вдруг её лицо помрачнело, и голос стал неуверенным:

— Я могла подумать, о чем угодно, но такое даже в голове не укладывается. Почему же он выбрал меня? Нас? Не значит ли, что мы нашли друг друга только потому, что мы две половинки одного существа?

В её голосе вдруг послышались нотки отчаяния:

— Ники, милый мой Ники! Я ведь не поэтому искала тебя? Ведь я нашла тебя, потому что люблю, правда?

Она заплакала. Ники принялся утешать её:

— Милая, конечно же, мы любим друг друга. Я тоже искренне желал встречи с тобой. Я так думал сам – никто меня не мог заставить. Ведь то, что заложено на генном уровне никак не отражается на наших желаниях. По нашим генам можно определить наших родителей, состояние здоровья, степень родства, выявить возможные заболевания и многое другое. Но любовь и отношения — это ведь совсем другое.

— Спасибо тебе, — всхлипнула Нуми, — ты правильно говоришь, я и сама так считаю, просто испугалась.

— Бояться, я думаю, нечего, — вмешался в их разговор Миддендорфи, — я наблюдал сейчас за вами, вы искренне любите друг друга, это сразу видно. По-моему, всему есть разумное объяснение. Давайте успокоимся, присядем, и я разложу вам по «полочкам» всё, что мне пришло сейчас в голову.

Он взмахнул огромной лапищей, и с потолка опустилась роскошная широкая лестница с узорчатыми перилами.

— Пройдёмте сюда, — предложил он.

Девушка и юноша прошли вслед за косматым хозяином в уютное помещение. Расположившись на мягком диване, Миддендорфи жестом усадил гостей на кресла и сказал:

— Расслабьтесь и успокойтесь. Я расскажу вам о своих предположениях, а потом мы вместе обсудим: так ли это или не так.

Удостоверившись, что всем удобно, Миддендорфи продолжил:

— Вы, наверное, знаете или догадываетесь, что Малогалоталотим понимает время не так как мы?

Нуми кивнула головой:

— Он мне сам говорил, что время для него иная величина, нежели для нас.

— Правильно, он видит время иначе и может смотреть как вперед во времени, так и назад. Иными словами – заглянуть в будущее и в прошлое. Скорее всего, он увидел что-то в своем будущем. Может быть, он даже предвидел свою гибель. Но недаром, его прозвали «Спасающий жизнь». Он знал, какая на него возложена ответственность, и решил обезопасить себя. Чтобы была возможность его восстановить, он решил сохранить свой генетический код и выбрал для этого двух существ — людей противоположного пола. То есть вас. Вы часть грандиозного замысла Малогалоталотима.

— Ваши предположения логичны и не лишены основания, — сказал Ники, — осталось понять некоторые моменты. Почему выбраны люди? И почему обоих полов.

— Я знаю, что создатели Мало были двуполыми существами и наделили своё детище, как мужскими генами, так и женскими. Возможно, что организмы людей самые подходящие для хранения генетического материала. Поэтому понадобились люди в молодом возрасте. Женщина и мужчина.

— А я всегда думала, что я самая обычная девочка, — вздохнула Нуми.

— Ну не совсем обычная, — улыбнулся Ники, — ты экспериментальная, поэтому выбор в твою пользу очевиден. Ты умеешь с помощью своего второго мозга общаться с Мало. А вот я, каким образом выбран, совершенно понять не могу. Но благодаря этому, я тебя встретил, поэтому меня всё устраивает.

— Раз так, тогда нужно решить, что же делать дальше, — сказала Нуми, — и как могут пригодиться наши гены?

— Нужно найти Малогалоталотим, где бы он ни был, — решительно заявил Миддендорфи, — если он попал в беду, его нужно переместить сюда, на планету. Если у него повреждения, то я их быстро восстановлю с помощью ваших генов. Если он погиб, то нужен его фрагмент, я и его смогу возродить.

— Какой ужас, — прошептала Нуми, — кто мог так зверски поступить с безобидным существом?

— А вдруг это бандиты из союза искателей скорости? — предположил Ники.

— Вы говорите про фанатически настроенную организацию, которая орудует в той галактике, где находится планета Крийон? – спросил Миддендорфи.

— Да, — ответила Нуми, — именно про них. Крийонцы очень негативно о них отзывались.

— Я так и думал, но до последнего момента отталкивал от себя эти мысли. Дело в том, что последний сигнал от Мало, я получил в районе планеты Целестра. Я думаю вам нужно туда лететь и что-нибудь узнать.

— Целестра? – переспросил Ники. — Так этот Далл с маяка именно с этой планеты. Вдруг он нам поможет?

— Должен помочь, — решительно заявила Нуми, – мы туда отправимся, только нужно решить, как нам отсюда взлететь. У нас перестали работать гравитационные двигатели, да и корабль далеко отсюда. Нужно ещё добраться до него.

— Ну это дело поправимое, — заявил Миддендорфи, — я всё устрою. Только прошу меня простить: я заботился о безопасности, поэтому устроил ловушки.

— Ловушки? – удивилась Нуми.

И Урсус Арктос Миддендорфи рассказал своим гостям про свою планету. Оказывается, это была своеобразная база – лаборатория для обслуживания Малогалоталотима. Располагалась она полностью под поверхностью планеты. Чтобы обезопасить себя от случайных гостей, планета была тщательно замаскирована. Космическое пространство было искривлено под определённым углом, и в месте искривления был создан вход в другую вселенную с иными физическими свойствами. Рельеф планеты был чрезвычайно сложным для посадки, а специальные поля гасили работу гравитационных двигателей космических кораблей.

— Для меня это чудо, что вы вообще смогли приземлиться, — сообщил Миддендорфи.

— Может быть, нам просто повезло, — ответила Нуми, — а вообще, что тут такого странного? Ну не работают гравитационные двигатели, но ведь у других могут быть двигатели иного типа.

— Эти поля гасят работу всех возможных типов двигателей: ионных, фотонных, гравитационных, термоядерных и многих других. Кроме реактивных.

— Вот реактивные двигатели нас и спасли, — Ники посмотрел на Нуми, — да мастерство пилота.

— А почему так чудовищен переход? – спросила Нуми, — второй раз я такого не переживу.

— В месте перехода создано нечто вроде черной дыры, где обычные явления скрываются за горизонтом событий. На мозг действуют всевозможные поля и флюктуации, поэтому сознание может выкинуть странные штуки, — пояснил Миддендорфи.

— А почему так необычно выглядит космос? – спросил Ники, — всё шевелится, какие-то амёбы плавают, что это вообще такое?

— Это наше восприятие так реагирует на другие свойства вещества. Эти, так называемые, амёбы не что иное, как частицы материи космоса. Но вы не беспокойтесь, я обеспечу вам другой, безболезненный переход. Ваш корабль войдет в созданный мной шлюз и выйдет в нормальной вселенной, без каких-либо для вас последствий. Также я отключу поля, и вы сможете нормально взлететь с планеты.

— Тогда будем собираться, — сказала Нуми, — нужно ещё добраться до корабля.

— Идите за мной, — Миддендорфи опять махнул лапищей и перед ними открылся проход в странное помещение.

В центре находился пульт, весь в разноцветных огнях, за ним экран, а по периметру имелось множество выходов в длиннющие коридоры. Миддендорфи активировал экран, и на нем появилась планета. Изображение увеличилось, перед глазами пронеслись горы и верхушки деревьев, затем появилась знакомое поле и стоящий на краю корабль.

— Итак, — сказал Миддендорфи, — я отправлю вас к кораблю. Буду на связи и передам вам координаты шлюза. Отправляйтесь на Целестру и найдите любые сведения о Малогалоталотиме. Может быть, вам повезет, и вы найдёте его. Я буду ждать вас. А сейчас проходите в этот коридор, и вы окажетесь около корабля. Это система мгновенной транспортировки, она пронизывает всю планету.

— Вот это да! – Ники был восхищен такими технологиями. — Пойдём Нуми, корабль нас ждет.

Они вошли в коридор, конец которого был едва виден. Вдруг произошло некое движение и вот они уже в конце коридора. Площадка, на которой они стояли, начала подниматься вверх. Затем, над головой открылся люк и в него хлынул яркий цвет. Несколько минут они поднимались в вертикальном тоннеле и наконец, оказались на поверхности возле своего корабля. Всё перемещение заняло около десяти минут.

— Вот это технологии, — нахваливал Ники, — такое расстояние и так быстро!

— Согласна, я с таким никогда не сталкивалась. Очень удобная система передвижения.

Звездолет показался им таким родным, а когда они вошли внутрь, Ники почувствовал себя как дома.

— Да, Нуми, ты была права, в звездолете я словно дома, — улыбнулся он.

Нуми засмеялась, обняла его и сказала:

— Ну что? Проверим все системы и в путь?

— Так точно! — ответил Ники.

Обойдя весь корабль, Нуми осталась довольна. Роботы-уборщики постарались: всё было прибрано и расставлено по местам. Бассейн был полон воды и блистал чистотой. А когда зашли в грузовой отсек, обалдел Ники. Весь грунт был убран и рассортирован по контейнерам, от чудовищного беспорядка не осталось и следа. Корабль блистал чистотой и свежестью. Проверка систем корабля показала, что все системы в норме.

— Серебряная игла к полёту готова, — сообщил Ники.

Они заняли свои места на мостике.

— Мы спасем тебя, Мало! – сказала Нуми и рванула штурвал.

Звездолёт стремительно понёсся ввысь. На экране появилась мохнатая морда и сказала:

— Счастливого пути! Вот вам координаты перехода. Когда подлетите ближе, увидите светящийся диск, заходите прямо в него и окажетесь в привычном космосе.

По экрану поползли цифры. Нуми поблагодарила Миддендорфи и откорректировала курс корабля.

Глава 19. Столкновение с противником. Временная победа. Курс на Целестру.

Пройдя сквозь яркий диск, звездолет оказался в «нормальном» космосе. Никаких неприятных ощущений не возникло. Нуми и Ники облегченно вздохнули.

— Ого, мы гораздо ближе к нашей цели, чем я думала, — удивилась Нуми.

— Смотри, тут кто-то есть, — показал на экран Ники.

Прямо перед ними появились космические корабли всевозможных форм и размеров. Ники насчитал семь единиц. Через секунду приборы зафиксировали появление такого же количества кораблей, с другой стороны.

— Смотри, Ники, — показала на экран Нуми, — они перегруппировываются.

— Вижу, нас берут в кольцо. Даже не в кольцо, а в шар. Всего их двадцать три штуки. Они пытаются не дать нам уйти.

— Что-ж, посмотрим, что будет, — сказала Нуми, — волноваться пока не о чем.

Между тем, как только чужие корабли замерли на своих позициях, один из них направился в сторону Серебряной Иглы.

— Силовые поля на полную мощь, — отдала приказ Нуми и добавила:

— На всякий случай.

Между тем, корабль приблизился настолько, что его можно было разглядеть. Он был вытянутой формы, но не похожий на Серебряную Иглу, которая в поперечном сечении являлась призмой. Чужой корабль был круглым в разрезе, а в конце имел большой сегмент похожий на колесо с тремя спицами. Корабль являлся как бы продолжением оси, на которой и вращалось это «колесо».

— Ты был прав, Ники, у них нет гравитационных двигателей. Они сами себе создают тяготение, с помощью вращения.

Ники кивнул, не отрывая взгляда от инопланетного корабля.

— Сколько на нем антенн – уму непостижимо, — сказал он, — какие-то огни мерцают вдоль корпуса.

— Он очень похож на наши первые корабли, — Нуми указала на экран, — вот здесь расположены сопла двигателей, а вот тут, похоже, торчат орудия.

Чужой звездолет перестал двигаться и в тот же момент раздался звуковой сигнал. На дисплее появилось лицо не молодой уже женщины. Не смотря на возраст, она была красива, но в её облике было что-то отталкивающе.

— Вот мы и встретились, экипаж Серебряной иглы. Меня зовут Нтала, я командир корабля и командующий своей эскадрой.

— Очень приятно, я Нуми — командир корабля.

— Мы наслышаны о вас. Особенно о вашем чудесном корабле. Нам бы очень хотелось узнать о нём поближе.

— Я не совсем вас понимаю. Что вас конкретно интересует?

Пока шёл этот диалог, Ники незаметно активировал боевую панель приборов.

— Конкретно? Тогда слушайте: передайте нам схемы и чертежи устройства вашего корабля и его двигателей. И допустите на борт нашу команду, чтобы они своими глазами всё увидели.

— Никто на наш корабль не попадёт. Это раз. Никаких чертежей мы передавать не будем. Это два. И это наш окончательный ответ, — твёрдо и решительно сказала Нуми.

Ники с удивлением взглянул на подругу: такой он её ещё не видел.

— Тогда мы применим силу, и вам будет только хуже, — парировала Нтала.

На экране было видно, как к воинственно настроенной женщине подошло некое существо. Оно было высоким и худощавым, всем своим видом напоминая насекомое. Голова его была похожа на голову комара, две руки свисали до колен, ещё две руки покоились на груди.

— Познакомьтесь с моим военным командующим. Это Тирий’янд, он беспощаден и любит воевать, — продолжала Нтала.

— Вы посягаете на нашу собственность и свободу? – спросила Нуми и одела на голову обруч императора Поллунотойи, — имейте в виду, что мы находимся под юрисдикцией Крийона, и вы покушаетесь на свободу августейшей особы. Я – принцесса Крийона, названная дочь императора Поллунотойи.

Насупила тишина. Воинствующая Нтала о чём-то зашепталась с Тирий’яндом. Потом она повернулась к экрану, и Ники увидел, как засверкали фанатичным блеском её глаза.

— Если бы вы пошли на наши условия, принцесса, то мы бы не посягнули ни на чью свободу, — проговорила Нтала, — а раз вы не хотите, то мы будем безжалостны. И плевать нам на вашу собственность. Заодно с удовольствием подпортим настроение Крийонцам.

— Вы хорошо подумали? – спросила Нуми. — А вам не приходило в голову, что мы можем дать отпор? Кстати, познакомьтесь с Ники, моим помощником и супругом. Он тоже подданный Крийона.

— Николай, первый герцог императора Поллунотойи и о'поинтр первого капитана империи Крийона к вашим услугам, — сказал Ники, удивляясь про себя, как он смог не забыть свой столь длинный титул.

— Разрешите напомнить, что, начав военные действия с нами, вы объявляете войну Крийону, — нарочито вежливо добавил Ники.

— О, война! Мы любим войну! — кровожадно проскрежетал Тирий’янд и повернулся куда-то в сторону.

— Отходим на позицию, держать блокаду, — крикнул он приказ своим подчинённым и обратил свои фасетчатые глаза на экран, — ну держитесь, я с вами лично расквитаюсь!

Корабль пришельцев включил реверсивные двигатели и медленно стал отходить обратно на свою позицию.

— Буф-ф! Какой ты молодец, Ники! Ты прирожденный дипломат, ты так достойно держишься с этими бандитами, — Нуми была восхищена.

— Да что там, ты бы на себя посмотрела. Я тебя никогда ещё такой решительной не видел, — ответил Ники и продолжил:

— Кстати, я понял, почему лицо этой Нталы выглядит таким отталкивающим. Во всём виноват блеск её глаз.

— Да, я заметила. До чего же может довести фанатизм, — вздохнула Нуми.

— Что мы тогда предпримем? – поинтересовался Ники. — Я готов пустить вход любое оружие только прикажи.

— Давай подождем, милый. Посмотрим, что они станут делать. На самом деле нам нечего переживать, у нас такие защитные поля, что никакие орудия нам не грозят.

— Но ведь мы не можем постоянно сдерживать их натиск, вдруг они каким-то образом повредят наши поля? Давай заранее решим, какой нанесем удар.

— Тогда активируй электромагнитный заряд. Самый мощный. Когда нам надоедят фанатские капризы, бей на 360 градусов по моему приказу, — с грустью в голосе сказала Нуми, — а могли бы стать друзьями.

— Не хотят – как хотят, — сказал Ники, — они же фанатики, всё равно не отступятся.

Долго ждать не пришлось. По вражеским кораблям пробежали разноцветные огоньки. Через секунду пространство вокруг Серебряной Иглы засверкало голубоватыми отблесками. При этом стояла полнейшая тишина.

— Ну вот, дали первый залп, — констатировал Ники.

— Сдавайтесь! – донеслось из динамиков корабля. — Долго вы не продержитесь!

— Прошу вас, одумайтесь пока не поздно, — ответила противнику Нуми, — мне не хочется причинить вам вред.

Вместо ответа раздался нечеловеческий хохот. Наверное, смеялся Тирий’янд. Вслед за смехом сверкнуло ещё несколько залпов. Защитное поле не потеряло ни процента мощности.

— Пусть пока балуются, я тем временем загружу данные Целестры и откорректирую курс, — Нуми сосредоточилась у компьютера.

— Каково минимальное количество процентов работоспособности защитного поля? – поинтересовался Ники.

— До тридцати держит нормально.

— Это хорошо, тогда посмотрим, что будет дальше, — Ники посмотрел на данные, на мониторе, — они перегруппировываются. Готовятся к чему-то.

Вражеская эскадра перестраивалась: более мелкие корабли вышли вперед, а самые большие ретировались как можно дальше. Затем вспыхнули огоньки выстрелов. В полнейшей тишине вокруг Серебряной Стрелы зажглось солнце. Сработали затемняющие экраны иллюминаторов, но и сквозь затемнение было трудно смотреть на яркую стену огня.

— Яркость превышает тысячу солнц, — доложил Ники, — мощность поля упала до пятидесяти процентов.

— Это что? Это они термоядерными зарядами? По нам? – разозлилась Нуми. — Ядерное оружие запрещено применять! Прости, Ники, я забыла, что я не дома. У них тут свои законы. Приготовься к выстрелу!

Яркость вокруг их звездолета стала понемногу уменьшаться.

— Готов!

— Огонь!

Ники нажал на гашетку. От Серебряной Иглы во все стороны пошёл импульс. Эфир замолк. Затем на всех вражеских кораблях погасли огни. Казалось, будто их окружала флотилия заброшенных звездных кораблей. «Солнце» вокруг Серебряной Иглы постепенно угасало.

— Бой окончен, — Нуми была удовлетворена, — теперь они ненадолго замолчали.

— Что с ними?

— Наш импульс вывел из строя все электрические приборы. У них отключилось всё: двигатели, орудия, даже свет погас. Сейчас поближе подойдем и посмотрим.

Нуми направила звездолет к темной эскадре противника. Корабли были всевозможных конструкций, но её интересовало космическое судно в виде колеса с тремя спицами.

— Вот он! — воскликнула Нуми, указывая на искомый корабль.

Она аккуратно подвела Серебряную Иглу к вражескому звездолету.

— Интересно, а где у них мостик? – спросил Ники, — где-то на «колесе»?

— Я думаю впереди, так как удобнее управлять, находясь на одном месте, а не вращаясь.

— Логично. Может быть, возьмем челнок и подлетим вплотную? С такого расстояния ничего не видно. Удостоверимся, что они живы.

— Согласна, если у них всё в порядке, наша совесть будет чиста.

Они перешли в грузовой отсек, сели в челнок и вылетели в космос. За штурвалом сидел Ники.

— Лети к тому выступу, — показала Нуми, — похоже, там иллюминатор.

Ники направил челнок к тому месту на которое указала Нуми. Приблизившись, Ники удостоверился, что это действительно лобовой иллюминатор рубки управления. Притормозив, он посадил челнок на ровную площадку. Нуми первая шагнула на обшивку чужого корабля. Вслед за ней вышел Ники.

— Ники смотри, тут очень интересно, — крикнула Нуми в шлемофон.

Ники подошел ближе. Нуми стояла вплотную перед мощными окнами рубки управления и вглядывалась во внутрь. В руке у неё был фонарик, и она светила им сквозь стёкла. Луч света хорошо освещал капитанский мостик вражеского звездолета. Вот из тени вынырнула чья-то тень. Она беспомощно болталась в воздухе, пытаясь хоть как-то придать своему телу вертикальное положение. Наконец ей это удалось, и она повернулась к источнику света.

— О! Да это Нтала собственной персоной, — улыбнулся Ники. — Привет, привет!

— Ну что? Навоевалась? – помахала фонариком Нуми. — Больше не вставай у нас на пути!

Лицо Нталы исказила злоба. Она начала что-то злобно выкрикивать, потом подняла руку в сторону, словно хотела кого-то подозвать, но это незначительное движение вновь придала вращение телу. В результате Нтала опять перевернулась вверх ногами. Нуми и Ники рассмеялись и отправились на челнок.

— Всё у них хорошо, — резюмировала Нуми, когда они подлетали к Серебряной Игле, — пару суток побудут в заключении, может научатся уму разуму.

— Горбатого могила исправит, — мрачно пошутил Ники.

— Это поговорка такая, — добавил он, увидев удивлённое лицо Нуми, — а что будет через двое суток?

— Возобновится работа корабельных источников энергии, — пояснила Нуми, — импульс, которые мы послали, потеряет свою силу и все системы заработают.

— Ну и ладно, мы к тому времени будем далеко, — Ники аккуратно посадил челнок в корабельном ангаре.

— Буф-ф, милый, идём на мостик и стартуем на Целестру?

— Да, дорогая, нам пора.

Нуми активировала вход в гиперпространство, и Серебряная Игла исчезла с поля боя, оставив в одиночестве вражеские корабли. Звезды вытянулись в светящиеся линии и образовали, ставший уже знакомым, светящийся тоннель. Затем пискнул сигнал, и линии вдруг исчезли, а откуда-то вынырнули звезды. В наступившей тишине Нуми и Ники первым делом осмотрелись вокруг. А посмотреть здесь было на что. В визуальной близости от их корабля проходила оживленная космическая трасса. Множество кораблей различных конструкций летели определенным курсом, словно они были не в космосе, а двигались по автостраде.

— Интересно, зачем здесь так заведено? — удивилась Нуми, — всегда думала, что в космосе можно лететь там, где хочешь.

— Кажется я понимаю, — после некоторого раздумья ответил Ники, — если у них нет такой мощной системы навигации, как у нас, и летают они в пределах одной – двух планет, то для них созданы такие вот трассы с указателями направлений. Вот они и летят потихоньку там, где положено и с курса не собьются.

— Молодец, я не сразу догадалась, — похвалила девушка.

Она вела Серебряную Иглу вдоль звездной трассы, а потом заняла крайний ряд в общем потоке. Согласно приборам, лететь им было недалеко. Словно в подтверждение из громкоговорителя зазвучал голос:

— Звездолёт Серебряная Игла C25043, приветствуем вас на подходе к околопланетному пространству Целестры, — сообщил чей-то голос, — меня зовут Оттиенгриет, и я ваш диспетчер.

— Приветствую вас, я Нуми Эллайн – капитан корабля. Какие будут указания?

— Вскоре вы увидите большую орбитальную станцию. Это звездный космопорт для стоянки больших звездолетов. Судя по размерам вашего корабля, вам предоставляется пятый причал. Схему космопорта посылаю вам на экраны.

На главном мониторе появилось изображение причудливого объекта с множествами причалов, доков и ангаров для кораблей всевозможных типов. Один из причалов был подсвечен красным цветом.

— Этот, видимо, наш, — указал на экран Ники.

Вскоре космопорт стал виден невооруженным глазом. Нуми вела корабль по мониторам, строго в сторону подсвеченной области. Вживую было невозможно разобраться в этом хитросплетении космических кораблей, каких-то огромных контейнеров и множества снующих в разные стороны челноков. Звездолет осторожно подошел к причалу и замер.

— Филигранно! – похвалил голос из динамика. — Поздравляю с прибытием на Целестру—2! У нас такие правила, что большие звездолеты не пускают на поверхность планеты. Экология, знаете ли. Поэтому, за умеренную плату этот причал ваш, и он под надежной охраной. Только одна маленькая формальность – мне нужно подняться на борт, чтобы убедиться, что у вас нет дурных намерений.

Голос замолчал, а Нуми и Ники осмысливали услышанное.

— Думаю, ему можно разрешить посетить нас. Он выполняет свою работу, — решила Нуми, — тем более, мы не должны вызывать подозрений. Только про оплату мне неясно.

— Оплату я беру на себя, — сказал Ники, — не волнуйся и давай, зови этого винегрета на борт.

— Фу, Ники, разве так можно? Его зовут Оттиенгриет, разве трудно запомнить. Имя как имя.

— Ладно, ладно, прости. И правда, что это я? Простейшее имя, — ухмыльнулся Ники.

Нуми стрельнула в него одним из своих «сердитых» взглядов и проговорила в микрофон:

— Мы открываем шлюз, он с правой стороны фюзеляжа. Добро пожаловать на борт!

— Спасибо за понимание, я иду, — ответил невидимый Оттиенгриет.

Нуми взяла Ники за руку, и они пошли к шлюзовому отсеку. Открылась дверь и перед ними предстал Оттиенгриет собственной персоной. Ники, глядя на гостя, оторопел и потерял дар речи. Да и было от чего: инопланетянин имел голову, похожую на человеческую, с приятными чертами лица и двумя пучками волос на затылке. Вместо же тела, в обычном понимании, от головы до самого низа струилась светящаяся масса, похожая на желе медузы. Свет струился потоками вверх и вниз, а внизу имелись короткие щупальца – примерно с десяток, они—то и позволяли с лёгкостью передвигаться своему хозяину. Ники отметил, что стоя в темноте рядом с таким существом, можно спокойно читать книгу. А Нуми совершенно не удивилась странной внешности пришельца, казалось, будто она каждый день встречается с подобным существами. Широко улыбаясь, она жестом пригласила Оттиенгриета внутрь:

— Добро пожаловать к нам на борт! – сказала она.

— Спасибо, вы очень любезны, — улыбнулся Оттиенгриет, — весьма приятно, когда к тебе относятся с пониманием.

По всей видимости, Оттиенгриет любил витиеватые фразы и разного рода культурные высказывания. Ники только спустя время отметил, что их разговор велся на местном галактическом языке. Между тем, Оттиенгриет прошелся по их звездолету, заглянул в грузовой отсек и в ангар и кажется, был удовлетворен осмотром.

— У вас всё хорошо, — сказал он, — причал и ангар в вашем распоряжении. На планету можете лететь как на своем челноке, так и на нашем, но за отдельную плату.

— Сколько стоит аренда причала? – спросил Николай.

— Стандартная плата — пять кредитов за десять тысяч временных единиц.

— Это почти семнадцать наших часов, — мгновенно сконвертировала Нуми.

— Мы согласны, — сказал Ники, — как насчет золотого песка, вместо кредитов?

Оттиенгриет встрепенулся и кажется, засветился ещё ярче:

— О! Это весьма хорошая плата. Пять весовых единиц золотого песка за один кредит. Итого будет десять кредитов в сутки – пятьдесят единиц золота.

— Пятьдесят грамм в сутки, — сказала Нуми, — немало.

— Нас устраивает, — ответил Ники, — подождите немного.

Он сходил в грузовой отсек и насыпал из бункера килограмм золотого песка в пластиковый мешочек. Оттиенгриет вытянул из своего тела двое щупалец, которые служили ему руками, и аккуратно взял мешочек. Пристально взглянув на содержимое, он словно просканировал его и расплылся в улыбке.

— Я буду лично следить за вашим звездолетом, — сказал он, — также, могу прикинуть вам маршрут до планеты. Вам куда нужно?

— Наверное, в центр, — ответила Нуми.

— Отлично! Я составлю вам кратчайший и удобный путь следования.

Глава 20. На Целестре. Как найти Далла. Рассказ Далла о его злоключениях. Плен.

Покинув звездный космопорт, Ники правил челнок строго по курсу, который дал Оттиенгриет. Это было довольно трудно, поскольку Ники впервые управлял посадочным челноком в таких условиях. В конце концов, он сдался и переключил управление в автоматический режим.

— Так намного лучше, — посетовал он, — теряюсь я в таких сложных манёврах.

— Мне тут тоже не справиться, — поддержала его Нуми, — поэтому пускай ведёт наш светящийся диспетчер. Он местный – ему проще.

Ники улыбнулся:

— Ты сейчас говоришь, прям как я!

— С кем поведёшься, — рассмеялась Нуми в ответ.

Меж тем, челнок обогнул нелепой конструкции корабль, затем поднырнул под огромный веер солнечных парусов космического фрегата и стал входить в атмосферу планеты. Пролетев слой облаков, Нуми и Ники увидели огромных размеров город. Спустившись ниже стали заметны причудливой формы, устремившиеся ввысь, небоскрёбы; широкие проспекты и огромные площади; парки и огромные жилые кварталы; каналы и озёра, по которым носились неописуемой внешности суда; спирали различного вида дорог и ещё многое, и многое, что не поддавалось описанию. Нуми с удовольствием смотрела на Николая, который с явным восторгом взирал на всю эту техногенную мощь и красоту.

— О, Нуми! Смотри! – показывал он на что-то непонятное и роботоподобное, — а там! Посмотри, там!

Нуми смотрела, восторгалась, потом опять на что-то смотрела и опять восторгалась. А челнок спускался всё ниже и ниже и, наконец, плавно приземлился на ровную площадку вблизи огромного спиралевидного здания. С приборной панели донесся голос Оттиенгриета:

— Добро пожаловать! Вы приземлились на центральном космоплакте в городе Андорабель. Вы должны оставить свой корабль и путешествовать по городу на любом городском транспорте. Когда полетите обратно — я к вашим услугам!

— Спасибо! – поблагодарила его Нуми, отключила приборы и вышла на поверхность. Площадь космоплакта была выложена прямоугольными плитами мягкого, но крепкого материала. Со всех сторон их окружали воздушные судна: некоторые были намного больше, чем их капсула, а некоторые намного меньше. Ники даже представить себе не смог, как бы выглядел экипаж этих суденышек.

— Космоплакт, надо же, как у них тут космодром называется! – удивился Ники.

— Я думаю, что новых названий мы ещё услышим, — сделала вывод Нуми.

Тут и там по всему космоплакту сновали рабочие: в большинстве своём это были люди. Представители нечеловеческих видов тоже присутствовали: некоторые похожи были на Оттиенгриета, их Ники узнал сразу. Но встречались и такие, что даже удивлялась Нуми.

— Так, — сказал Ники, — давай искать выход в город.

Только они отошли на пару шагов от своего челнока, как прямо на земле засветилась пунктирная линия.

— Буф-ф, Ники, возможно, она нас выведет.

Они пошли вдоль светящейся линии. По пути им пришлось обойти два небольших дисколета, а потом они оказались вдруг на тротуаре большой оживленной улицы. Рядом виднелся вход в высоченное спиралевидное здание, на котором красовалась светящаяся надпись.

— Добро пожаловать в космоплакт Целестры, — прочитала Нуми, — может, зайдём?

В двери космоплакта один поток народа вливался вовнутрь, а другой такой же поток выливался наружу из соседних дверей.

— Популярное место, — заключил Ники, — видимо тут разные вопросы решают, а не только продают билеты. Пожалуй, нужно зайти.

Они влились в поток входящих и вскоре оказались в огромном зале с множеством эскалаторов, лифтов и табличек с различной информацией. Нуми принялась внимательно читать и через несколько секунд сказала:

— Смотри Ники, там сказано: «Бюро по работе с исследователями». По-моему, нам туда.

Поднявшись на лифте, они попали в совершенно иное помещение, больше похожее на планетарий, чем на офис. Народу здесь было намного меньше, чем в холле. Неожиданно к Нуми подлетел волосатый светящийся шар зелёного цвета. Он оглядел её с ног до головы своим единственным глазом, потом оглядел подошедшего Ники и неожиданно приятным шёпотом сказал:

— Приветствую вас! Я Аааандгт, чем могу быть полезен?

В этот раз Ники отреагировал на удивление спокойно. Он решил, что это просто автомат, стилизованный под планетарий.

— Здесь оформляют лицензии космическим исследователям? —спросил он у Аааангдта.

— Да, — прошелестел в ответ волосатый шар, — вы пришли по адресу.

— А если я хочу зарегистрировать маяк? – продолжал расспрашивать Ники.

— Это тоже здесь, в седьмом секторе вы увидите список необходимых документов. Если у вас всё собрано, то регистрируйте их там же и получите лицензию на маяк.

— Спасибо, — сказал Ники.

Когда они шли к седьмому сектору, Нуми сказала:

— Я смотрю, ты уже привык к инопланетянам.

— Так это вроде робот, — пожал плечами Ники, — просто оформлен так.

— Нет, милый, — засмеялась Нуми, — это живое существо, да и электронный мозг подтвердил.

— Вот это да! Ни за что бы ни подумал, а как же тогда он двигается? Гравитация?

— Нет, кажется. Я думаю, что он наполнен газом, который легче воздуха. Например — гелием. С помощью его он и «висит» в воздухе.

— У меня фантазии не хватит, чтобы представить его родную планету, — пробурчал Ники.

Они вошли в холл седьмого сектора. За стойкой сидела молодая девушка в красивом темном платье. У девушки были волосы ярко-жёлтого цвета. При виде вошедших, она приветливо улыбнулась:

— Здравствуйте, меня зовут Алона.

— Вы можете нам помочь? Ведь здесь регистрируют всех, кто ставит маяки в космосе? — спросила Нуми.

— Да это здесь, а что вас интересует?

— Один наш знакомый живет на Целестре, — пояснил Ники, — он очень нам нужен. К сожалению, мы общались с ним только в космосе и не знаем, где он сейчас находится.

— Я не могу так просто выдать данные на человека, — засомневалась Алона, — я даже не знаю кто вы.

— Не подумайте ничего плохого, — сказала Нуми и одела на голову обруч Поллунотойи, — мы подданные Крийона и хотим навестить нашего старого знакомого. Сделайте запрос: я — Нуми, принцесса Крийона.

Девушка пробежалась тонкими пальцами по странной клавиатуре своего компьютера, всмотрелась в экран и её лицо просияло:

— О, ваше величество, только не поймите неправильно. Безопасность, знаете ли. У нас дружелюбная планета, но эти вездесущие «искатели» всё могут испортить. Я должна была убедиться, что это не они.

— Мы вас прекрасно понимаем, сами имели случай столкнуться с искателями, — сказала Нуми.

— Тогда расскажите, кого именно вы ищете, — попросила Алона, — постараюсь помочь.

— Его зовут Далл, это человек, у него самый дальний маяк в секторе 1285, 5633, — сказала Нуми.

— Ну вот он, красавчик, — улыбнулась Алона, — сейчас я распечатаю его адрес, только живёт он в Вальоде, это другой город. И кстати, вы вовремя успели.

— Почему?

— У него кончился срок аренды маяка, а он не вносит плату. Если вовремя не оплатит, мы его исключим из реестра.

Она протянула листок с адресом Далла.

— Спасибо огромное, — поблагодарил её Ники, — как туда добраться?

— О, это очень легко, найдите кабину телетранспортировки и мгновенно там будете.

Покинув Алону, Нуми и Ники прошли мимо бдительного глаза Аааандгта и спустились к выходу.

Оказавшись на улице, они осмотрелись по сторонам и направились в сторону противоположную космоплакту. Вскоре, на глаза им попалось небольшое круглое здание с буквами ТТП на крыше.

— Наверное, ТТП это и есть телетранспортировка, — предположил Ники.

— Давай проверим, — Нуми подошла к входным дверям.

Двери бесшумно открылись и взгляду предстал небольшой холл с тремя дверями. Над одной дверью горел малиновый индикатор, над другими двумя – зелёный.

— За свою долгую и нелёгкую жизнь, я точно знаю, что зелёный цвет означает, что путь свободен, — изрёк Ники.

Они подошли к металлическим дверям, которые сразу гостеприимно открылись, а за ними оказалась небольших размеров кабина. С левой стороны имелся пульт управления с дисплеем и множеством кнопок. Некоторые кнопки обозначались целыми фразами, а другие только буквами.

— Смотри, Ники, — здесь названия – имена собственные. Наверное, это города. Вот кнопка с надписью Вальод.

— Тогда жми, посмотрим, что будет.

Нуми нажала на кнопку и соответствующая надпись продублировалась на дисплее. Двери закрылись и прозвучал короткий звонок. Потом чей-то голос произнёс:

«Добро пожаловать в Вальод»!

Двери открылись и Ники увидел точно такой же холл, только освещение было более ярким. Нуми и Ники вышли на яркую солнечную улицу. Вокруг было всё другое: во-первых, было очень тепло, а во-вторых оживлённая дорога куда-то исчезла. Вместо неё была площадь, на которой было полно народу. В центре площади был фонтан, а по краям росли раскидистые пальмы.

— Вот это да! – ахнула Нуми. — Мы перенеслись в другой город!

— Мгновенный переброс, причём по ощущениям мы довольно далеко, — добавил Ники.

— Как ты догадался? – удивилась Нуми.

— Здесь очень тепло, даже жарко, — отвечал Ники, — судя по растениям, а вокруг одни пальмы, мы где-то на побережье.

— Логично, теперь осталось найти Далла, — Нуми взглянула на листок с адресом и нахмурилась, — как это найти — 2-я набережная кольца, 74/120?

— Сейчас что-нибудь придумаем, — Ники осмотрелся по сторонам и увидел ряд зданий около площади. На одном из зданий красовалась надпись «Банк».

— Вот туда мы и направимся, — сказал он и зашагал в сторону банка.

Нуми, не сказав ни слова, проследовала за ним. Зайдя в банк, Ники направился к окошку, за которым сидел служащий в синей форме и спросил:

— Где я могу поменять кредиты? — спросил он и вытащил из кармана небольшой красный рубин.

Служащий взял рубин, потом посмотрел на него через увеличительное стекло и просветил через какое-то устройство.

— Тысяча кредитов, — бесцветным голосом произнес служащий.

Ники согласно кивнул и взял пачку разноцветных банкнот. Когда они вышли, Нуми удивлённо произнесла:

— Ты прям делец какой-то! С таким сознанием дела получил деньги, я так бы не смогла.

— Потому что ты думаешь о высоких вещах, а я о более приземлённых, — ответил Ники, вот сейчас найду транспорт, назову адрес, и нас привезут куда надо.

Через две минуты так и произошло. Вдоль площади двигался какой-то драндулет. Ники махнул рукой, и машина остановилась. Оказалось, что это городское такси. Нуми подала водителю листок с адресом, и машина понеслась по улицам тропического города. Вскоре они выехали к побережью и увидели двухъярусную длиннющую улицу, которая полукругом уходила куда-то вдаль. Водитель поехал по второму ярусу и вскоре остановился около жилого здания.

— Вы на месте, — сообщил он и затребовал пол кредита за проезд.

Рассчитавшись, Нуми и Ники вышли на улицу.

— Как ты хорошо всё придумал, не перестаю удивляться, пошли к Даллу.

— А что удивляться? – спросил Ники. — Я сразу заметил, что жизнь здесь похожа на нашу. Поэтому понял, что нужны деньги, а для этого прихватил несколько камней.

— Ты молодец, у тебя молниеносное мышление на такие вещи.

Они зашли в здание. На стене висела схема квартир. Судя по схеме им нужно было подняться на третий этаж.

— Вот лифт, — указал Ники, — поехали.

На третьем этаже они без труда нашли квартиру 120 и обнаружили, что дверь не закрыта. Ники осторожно вошёл в квартиру. За ним шла Нуми. В комнате в кресле сидел молодой человек, обхватив голову руками. Это был Далл. Он поднял голову и посмотрел на входящих. По его виду было понятно, что он сильно расстроен. Глаза его расширились, и он спросил:

— Это вы? Не может быть!

— Привет, Далл, да это мы. Я — Нуми, а вот он Ники. Ты звал нас в гости — и вот мы здесь.

— Не знаю — радоваться мне или плакать, — голос Далла дрожал.

— Почему? Что случилось? – спросил Ники.

— Из-за того, что вы первыми нашли мой маяк, произошло множество событий, — ответил Далл со вздохом, — даже не знаю с чего начать.

— Начни с начала, — посоветовал Ники.

— Тогда присаживайтесь и слушайте, только угостить мне вас нечем.

— Ничего страшного, — ободряюще кивнула Нуми, — начинай.

И Далл начал свой рассказ. О том, как первым зафиксировал встречу с инопланетными гостями; о том, как получил даже за это премию, от института исследователей космоса; как праздновал свою удачу и как проиграл все свои деньги. Оказалось, что когда в эфире он услышал, что корабль пришельцев готов прийти на помощь гибнущим Крийонцам, он поставил все деньги на то, что они не успеют. И проиграл. И остался должен ещё многим людям.

— Зачем же ты сделал такую ставку? — спросил Ники.

— Я ведь на тот момент единственный, кто вас видел. Я разговаривал с вами, и вы мне сами сказали, что летаете с обычными световыми скоростями. Я руководствовался информацией из первых уст, так сказать. И вы меня обманули. Я лишился всего, даже маяка.

— Прости, Далл, — расстроенно проговорила Нуми, — но мы соблюдали осторожность. Тебе тоже не следовало играть на тотализаторе.

— Да у нас все на нем играют, — вздохнул Далл, — но вы правы – я поступил неосмотрительно.

Он помолчал. Затем продолжил своё повествование. Оказывается, злоключения Далла на этом не кончились. Однажды вечером его поймали «искатели скорости». Они привезли его в какое-то тайное место и выпытывали всё, что он мог знать о пришельцах. Не добившись толком ничего, они отпустили его, пригрозив, что позже разберутся с ним.

— И вот я сидел и думал о том, что мне теперь делать, как вдруг, появились вы. Зачем вы здесь? У меня уже нет ничего….

— Мы поможем тебе всё исправить, а ты поможешь нам, — сказала Нуми, — ты должен понять, что мы тебе не враги.

— Для начала нужно поесть, а то у тебя голодный вид, — решил Ники, — где можно перекусить?

Далл проводил их в небольшое и очень уютное кафе. Судя по запаху — кормили тут вкусно. Они уселись за крайний столик и сделали заказ. Ники и Нуми с удовольствием наблюдали, как Далл уплетал еду. Наконец он наелся и сказал:

— Спасибо вам, я уж думал, что умру с голоду. Маяк был моим единственным источником дохода.

— Сколько нужно заплатить за маяк? – спросил Ники.

— Пятьсот кредитов. Это на полгода.

Ники достал пачку банкнот и отсчитал пять сотен.

— Вот возьми. Это за маяк.

Лицо Далла просветлело, но денег он брать не стал.

— Мне нечем отдать долг в ближайшее время, — сказал он, — я не могу это взять.

— Пожалуйста, возьми, — попросила Нуми, — мы безвозмездно даем тебе деньги. Заплати за маяк.

Далла успокоил голос Нуми, и он взял деньги.

— Подождите меня пару минут, я дойду до терминала.

Далл вышел на улицу и подошел к какой-то будке.

— Что он делает?

— Сейчас опустит деньги в автомат и заплатит за маяк, — пояснил Ники.

— Видно, что он всё-таки неплохой человек, — сказала Нуми, — не стал сразу хватать деньги.

— Значит, совесть у него есть.

Далл быстро вернулся и с довольным видом показал квитанцию:

— Спасибо вам, я внёс плату. И вовремя успел. Вы мне очень помогли, я обрел смысл жизни.

— Не за что, для нас это не трудно. Думаю, что мы сможем тебе это доказать. Ещё какие проблемы есть? – Ники пристально посмотрел на Далла.

— Есть ещё долги за тот тотализатор….

— Много? – спросил Ники.

— Тысячи три, — Далл опустил взгляд.

Ники вытащил из кармана большой алмаз, размеров с грецкий орех.

— Этого хватит, если поменять на деньги?

— Настоящий? – спросил Далл.

— Конечно!

— Это…. Этого хватит не только на погашение долгов, но и на многие другие дела.

— Вот и хорошо, — сказала Нуми, — это нужно в банк ехать? Мы в банке около площади обмен делали.

— Что вы! — с ужасом проговорил Далл, — там скотские курсы обмена. Предназначены для богатых туристов. Мы пойдем в другой банк, здесь рядом.

Втроём они сходили в банк и поменяли деньги по гораздо более выгодному курсу. Далл в ближайшем терминале расплатился за все свои долги, и на руках у Ники осталась довольно крупная сумма денег.

— Вот это да! — удивился он. — Меня в том банке обманули минимум на тысячу.

— Я ж говорю — зверский курс, — сказал Далл, — спасибо, вы мне помогли. Теперь я так понимаю, моя очередь?

— Да, — ответила Нуми, — нужно где-то посидеть и поговорить.

— А пойдемте к морю? Там отличная беседка и нас никто не услышит.

Далл проводил их на пляж. В беседке, покрытой снизу доверху яркими цветами, они удобно устроились на шезлонгах и Нуми в который уже раз, начала своё повествование. Далл слушал внимательно, удивлялся, и было видно, что рассказ для него очень интересен. Когда Нуми закончила, он сказал:

— Я обязательно постараюсь помочь. Я предполагаю, что знаю, где ваш Малогалоталотим. Это всё «искатели скорости» и они порядком всем надоели. Это недалеко от Целестры, на спутнике четвёртой планеты у них есть тайная база. Они там что-то прячут. Но нужен корабль и вооружение. И это опасно. Но меня тронул ваш рассказ, и я не боюсь.

Ники рассказал Даллу про космический бой:

— Они убедились, что с нами шутки плохи, — добавил он.

— Вы слишком благородно с ними поступили, — возразил Далл, — нужно было их просто уничтожить.

— Ну, убийства не входят в наши планы, — ответила Нуми, — попытаемся справиться с ними без лишних потерь.

— Вам виднее, — сказал Далл, — ну что, отправляемся?

— Не торопитесь! — раздался вдруг знакомый властный голос.

В беседку вошла Нтала в сопровождении своего насекомоподобного сёгуна. В руках она держала оружие, похожее на бластер.

— Вы окружены, не пытайтесь сбежать!

— Вы, видимо, ни чему не учитесь, — ответила Нуми, — давайте уже всё решать мирным путем.

— Молчать! — Нтала направила ствол в сторону Нуми. — Я отомщу за оскорбление, которое вы нанесли мне в космосе, но позже.

— Взять их, — скомандовала Нтала и в беседку ворвались несколько вооруженных солдат.

Нуми кивнула Николаю и сделала знак, чтобы он не предпринимал никаких действий. Ники улыбнулся и невозмутимо ждал, что же произойдет дальше. В это время Нтала обрушила свой гнев на бедного Далла.

— Зря я тебя тогда пощадила, — закричала она, — но теперь ты расплатишься по полной!

Солдаты подошли к Нуми и связали ей руки. Потом проделали эту процедуру с Ники и Даллом. Затем одели черные мешки на головы пленникам и куда-то повели. Последнее, что запомнил Ники, это было шипение газа, как будто выпущенного из аэрозоля. Затем наступила тьма.

Глава 21. В плену. Иногда плакать можно. Как был пойман Малогалоталотим. Разгром войск Нталы. Внезапное исчезновение.

Ники очнулся в овальном помещении без окон.

«Вот какова моя камера», — подумал он.

Именно камера, поскольку другого определения данному помещению он придумать не мог. Грязный пол и стены, испещрённые непонятными надписями и рисунками. Металлическая скамья, прикрученная к полу. На ней он и сидел, в наручниках. И он был один. Без Нуми. В первый раз, с того времени как он летел с Пирры, ему захотелось заплакать. Хотя, взрослому человеку плакать, возможно, стыдно. Но, когда плачешь не за себя, это вовсе не стыдно. Плакать о других это нормально, потому, что слезами ты выражаешь свои чувства к тому, о ком ты плачешь. Поэтому Ники не стал сдерживаться. Плакал он незаметно: так могут плакать только мужчины. Но не подумайте, что Ники был слабым человеком, наоборот, он себя не жалел и за себя не боялся. Боялся он за Нуми. Ему было представить страшно, что могло бы с ней произойти. Поэтому его слезы были следствием бессилия и невозможности что-либо предпринять.

Спустя некоторое время, он почувствовал облегчение. Воистину, слёзы это капли целительного бальзама, успокаивающего душу. Затем пришло логическое мышление.

«Если я здесь, значит и Нуми где-то рядом, — думал он, — мы оба нужны этой банде».

Это его несколько успокоило. Потом он прислушался, и сделал вывод, что находится он на борту космического корабля.

«Куда мы летим? Может на ту базу, про которую говорил Далл?», — спросил он про себя и решил, что именно туда они и летят.

Вспомнив, что его милая Нуми обязательно успела включить искусственный мозг, он мысленно крикнул:

«Я люблю тебя! Я рядом»!

Ведь она такая умная, смелая и сильная, она обязательно должна слышать его.

И она слышала. Нуми сидела в такой же камере. Она сразу почувствовала, что находится на космическом корабле. И её второй мозг работал. Он собирал всю информацию, анализировал её и систематизировал. И он, её второй мозг, слышал мысли Ники. Её любимого Ники. От этих его мыслей в душе Нуми становилось горячо, и она всем своим существом ощущала его чувства, и его любовь. Почувствовав, что глаза стало застилать туманом, Нуми встряхнула головой и постаралась отогнать от себя все чувства и мыслить хладнокровно. Первым делом, она связалась с Серебряной Иглой и дала нужные указания. Потом отправила нужный сигнал, и Оттиенгриет получил необходимый электронный факс. Затем, Нуми настроилась на поиски Далла. Найдя его, она поняла, что он в сильном смятении.

«Ничего, — решила она, — скоро всё встанет на свои места».

Словно в подтверждение её мыслей послышался глухой стук, и помещение ощутимо качнуло. Потом наступила тишина. Было очевидно, что корабль с пленниками куда-то пришвартовался. Послышался шум голосов и топот ног.

Ники тоже слышал этот шум и не удивился, что дверь его камеры отворилась. Вошли двое охранников, один подтолкнул Ники к выходу, а другой, ткнув его в спину оружием, повел вдоль по коридору. В круглом помещении, куда его привели, уже стояла Нуми. На сердце у Николая отлегло, и он едва заметно кивнул ей. Нуми чуть улыбнулась и кивнула ему в ответ. Затем привели Далла. После этого в помещение вошла Нтала с кучей вооруженных до зубов охранников. Рядом с ней неразлучно находился насекомоподобный недочеловек «полукомар» Тирий’янд.

— Итак! – провозгласила она. — Вы находитесь у меня в гостях. В моей, так сказать, обители. Если поможете мне — я сохраню ваши жалкие жизни.

— Если я в гостях, почему я связан? – спросил Ники.

— А у меня для гостей порядок такой. Ещё вопросы есть? Вот и хорошо: меньше вопросов — больше дела. Сейчас я вам покажу кое-что интересное. А потом вы ответите на все вопросы.

— Боитесь, что мы сбежим? – продолжал Ники.

— Отсюда не убежать. Вы на втором спутнике планеты Претты. Претта это газовый гигант, у неё семнадцать спутников и все с атмосферой. Попробуй, отыщи нас, — ухмыльнулась Нтала, — атмосфера здесь зелёного цвета, очень противная, но жить можно. Это родина Тирий’янда — он и его собратья любят летать в зелёных облаках Роппсуаскля. Это, кстати, название спутника. Так вот, как только вы сбежите, вы сразу попадётесь в теплые объятия друзей Тирий’янда. А они больно кусаются. А вокруг нашей базы огромная куча сторожевых орудийных башен, которые сбивают всё, что движется. Плюс ещё боевые спутники на орбите. Бегите, если хотите.

— Сколько же мы сюда добирались?

— Неделю. Пять дней полета вы валялись в отключке. А вот когда будут двигатели как у вас — станем летать практически мгновенно.

— Откуда такая уверенность, что мы сможем вам помочь? — спросила Нуми. — Мы многого не знаем.

— Не надо меня злить! У вас технологии в разы превышающие наши. Вы ведь знаете тайну скорости и многое другое. К сожалению, у меня нет вашего корабля. Но я смогу вытянуть из вас всю информацию. Уж поверьте, мои помощники в этом хорошо разбираются.

При этих словах Тирий’янд скрежетнул челюстями и потер друг об друга вторую пару маленьких лапок, расположенных на груди. Видимо, так он выражал удовольствие. Нуми от этого жеста внутренне содрогнулась, но виду не подала.

— Что вы хотите нам показать? – спросила она, чувствуя нарастающее беспокойство от того, что вот-вот произойдет нечто важное.

— Вот это другое дело! Может быть, вы со мной станете сотрудничать? Мне не помешает такая напарница!

Нтала отправилась прямо по коридору, тускло освещённому жёлтыми лампами накаливания. Пленников вели следом. Наконец, пройдя три охраняемые бронированные двери, они попали в большое помещение, центр которого был накрыт огромным прозрачным куполом. В центре купола, окружённое проводами и аппаратурой, лежало нечто большое, напоминающее то ли грушу, то ли тыкву.

Ники почувствовал, как защемило сердце. На секунду, пред глазами пронеслись незабываемые моменты его детства: маленькая девочка с очаровательной головкой на тонкой шее, он, в мокрой школьной форме и Мало — странное существо, одновременно звездный корабль, друг, защита и кров. Да, да. Под куполом был именно он. Их давний знакомый Малогалоталотим. Предмет его с Нуми восхищения и объект их совместных долгих поисков.

Ники взглянул на свою подругу: трудно было представить, что творилось у неё в душе. Внешне Нуми выглядела спокойной, лишь стиснутые губы и суженные глаза говорили о том, что она в страшном напряжении.

— Что это такое? — спросила Нуми удивительно спокойным голосом, показывая кивком головы на Малогалоталотима.

— Это вы мне и расскажете, — ответила Нтала, — оно, или он, умеет двигаться по галактикам с непостижимой скоростью. По всей видимости, обладает огромными запасами неизвестной нам энергии. Но мы пока не можем понять ни принципа его передвижения, ни что это вообще такое.

— Как же вы смогли его поймать? — Ники еле справлялся с потрясением.

— Очень непросто! Но ведь у меня гениальные мозги. А я слышала, что это существо спасает людей от разных бед. Есть легенда такая, — пояснила Нтала.

— Так вот, — продолжила она с энтузиазмом, — мы прямо вот на этой планетёнке подожгли город с мирным населением, а сами укрылись в этом зале и стали посылать сигналы о помощи.

— Вы сожгли целый город? С населением? – с круглыми от ужаса глазами спросила Нуми.

— Да какое население…. Комары одни. Я тогда была молода и полна грандиозных планов. Город подожгли со всех сторон, был слышен писк да хлопки, когда комары лопались от жара.

Ники посмотрел на Тирий’янда, ведь это с его народом так жестоко обошлись. Но он стоял невозмутимо, похоже, его ничуть не волновал этот рассказ.

— И существо прилетело! — продолжала тем временем Нтала. — Прямо в этот вот зал. Мы подошли к нему и шарахнули мощнейшим электрическим разрядом. Это подействовало и с тех пор он здесь у нас. Мы изучаем его много лет и всё без толку. Я состарилась уже, и мне надоело ждать!

Под конец своей речи Нтала перешла на крик. Она тяжело дышала и сверкала глазами. Наконец, успокоившись, она продолжила:

— Мы делали анализы образцов существа, но ничего не поняли. Где-то это вообще искусственный материал, а где-то похоже на живой организм. Во внутрь его не попасть, похоже, он цельный. Хотели разрезать пополам, но тут попались вы. Так что разрезать ещё успеем.

От этих слов Нуми покачнулась и едва не упала. Лицо её сильно побледнело. Усилием воли она продолжала стоять на ногах. Это её состояние не ускользнуло от Нталы:

— Что это с тобой? — спросила она.

— Ничего, просто устала, — сказала Нуми, — что нам делать?

— Мы сейчас откроем дверь под купол и пройдём внутрь. Все данные анализов и опытов в той аппаратуре.

— Тогда развяжите нам руки, — попросил Ники, — всё равно нам некуда бежать.

Нтала кивнула головой, и охранники сняли наручники с Нуми и Ники. Далл остался в наручниках. В этот же момент послышались глухие удары и помещение несколько раз сильно тряхнуло.

— Что такое? – крикнула Нтала. — Тирий’янд, разберись!

Но тут вбежал похожий как две капли воды на командующего солдат и проскрежетал:

— Госпожа, разрешите доложить!

— Что у тебя, Фьюцц?

— Совершено нападение! Спутники на орбите разом уничтожены, теперь поочередно уничтожаются военные сторожевые башни, техника, корабли и электростанции, — отчеканил Фьюцц.

— Кто посмел это сделать?

— Не можем понять, госпожа. Противник себя не обнаружил.

— Это ваши штучки? — взвизгнула Нтала глядя на Нуми и Ники.

— Что вы? Ведь мы всё время находимся с вами рядом, — ответил Ники.

— Действительно…. Тогда заходите под купол и начните уже выдавать мне информацию, пока я не пристрелила вашего дружка Далла.

С замиранием сердца Нуми и Ники держась за руки вошли под купол и подошли к неподвижно лежащему Малогалоталотиму. И в этот самый момент случилось нечто необычайное. Ники почувствовал непонятный зов, и его словно магнитом стало тянуть к неподвижному тыквообразному телу. Он посмотрел на Нуми и обомлел: она шла к Малогалоталотиму, а её руки стали испускать странный мерцающий голубоватый свет. Ники посмотрел на свои руки: они тоже светились этим странным светом. Нуми взяла его за руку, и они вместе подошли почти вплотную к существу. В это время стены помещения опять сильно тряхнуло. Кто-то крикнул, что весь их флот разбит, башни тоже и вот-вот взорвётся единственная на планете электростанция. Потом погас свет. Но свечение, исходящее от Ники и Нуми освещало всё вокруг. Нтала от удивления перестала орать и разинув рот смотрела как юноша и девушка, светясь будто лампочки, стоят около пленённого ею существа. Но потом она удивилась ещё больше, когда они исчезли. Сразу стало темно, и только лучи фонарей хаотично двигались по сторонам, пытаясь обнаружить беглецов. Но их след простыл, словно они растворились в воздухе. Потом пришло сообщение, что всё вооружение уничтожено одним единственным знакомым ей кораблём, пилоты которого только что исчезли неизвестно куда. Её воины заметались, не зная куда бежать. Потом загорелся свет и откуда ни возьмись, появились солдаты — люди, одетые в военную форму сил Крийона. От бессильной злобы бластер выпал из рук Нталы, и она сдалась на милость победителей. Далла освободили и проводили на крийонский звездолёт. На этом и закончилась история «искателей скорости». А что же стало с Нуми и Ники? Их нигде не было видно. Солдаты Крийона обыскали все уголки военной базы, но их не обнаружили. А затем произошло совсем уж невероятное событие: потолок помещения, где находилось странное существо, пришел в движение, раздвинулся и обнажил мутно-зелёное небо в рваных клочьях облаков. Затем, лежащая на полу то ли тыква, то ли груша изменила цвет с безжизненного серого, на яркий жёлтый, потом стала полосатой, затем вытянулась и бесшумно взвилась в небо.

Глава 22. Как видит вселенную высшее существо. Что чувствуют юноши, а что девушки. В чреве Мало.

Часть четвертая

Мириады планет, мириады звёзд, мириады вселенных. И каждая на своём месте. Всё чётко располагается там, где надо. Какая простая и правильная система: звёзды расположены в специальном порядке и на нужном расстоянии друг от друга; планеты в свою очередь на правильном расстоянии от звезд, а галактики на необходимом расстоянии от других галактик и всё это вращается вокруг друг друга с математической точностью. Как всё отлажено! И как понятно! А как просто перемещаться по всем этим мирам: от каждой звезды, от каждой планеты и от каждой галактики прочерчен свой путь – кратчайший и наиболее удобный. Вся Вселенная — будто сеть светящихся лучей: эти лучи направят и приведут в нужное место. Нужно только пожелать, выбрать, встать на нужный путь и вперёд! И нет на пути преград, ведь лучи-дороги проходят во всех семидесяти измерениях, и время можно двигать во всех направлениях и видеть то, что было, и то, что будет. И космос, оказывается, не чёрная пустота, а самая настоящая мозаика ярких красок.

Примерно так Ники видел окружающий космос глазами Малогалоталотима. Теперь он мог по желанию сливаться с сознанием высшего существа, или оставаться самим собой. В первый раз, это было по меньшей мере странно, или даже страшно. Представьте себе, что глаза вам больше не нужны и вы способны «видеть» вокруг одновременно и сразу. После первого такого «слияния» Ники долго молчал и осмысливал произошедшее. Да и было над чем подумать: ведь он становился единым целым не только с Малогалоталотимом, но и с Нуми, которая тоже была частью сверхсущества, и частью самого Ники. Нуми понимала его состояние и не мешала ему, давая всё обдумать и сосредоточиться. Ей самой было не по себе: имея опыт общения с Малогалоталотимом, всё равно было непривычно становиться частью сверхразума. А вот стать частью Ники ей было проще. Хотя бы потому, что благодаря своему второму мозгу, мысли своего любимого она слышала не раз. Поэтому, Нуми быстро адаптировалась в сознании Ники. Но ей было очень непривычно чувствовать себя в мужском теле.

Николай же, первый раз был невозможно потрясен и смущен, когда коснулся разума своей подруги. Множество мыслей и целый шквал чувств нахлынули на него словно водопад. А чувствовать себя в женском теле было выше его сил. Нуми понимала его и сочувствовала. Вот и сейчас, нахмурив брови, она с участием в голосе спросила:

— Ну как ты, милый?

— Ох, даже не знаю, как сказать. Видеть «глазами» Мало я уже привык, а вот видеть тобой – как-то не очень.

— Буф-ф, Ники. Ты же меня давно знаешь: я обычная, как и все девушки. Тем более — я твоя жена.

— Дело не в этом….

— А в чём же?

— Я предполагал, что девушки чувствуют и думают иначе, но не до такой степени.

— Но, дорогой. Вы тоже чувствуете по-другому, уж поверь мне. И мышление у мужчин несколько иное. Вы мыслите более прямолинейно, зато быстрота реакции мышления быстрее. А у девушек, не так разве?

— Не знаю, как у девушек, но у тебя…. Я и не думал, что можно столько всего чувствовать одновременно. И столько эмоций! Как вы с этим живёте?

— Нормально живём, — засмеялась Нуми. — И с эмоциями справляемся, хотя из-за этого часто плачем. А мне вот в твоем теле непривычно, но очень интересно.

— Чего уж там интересного, — пробурчал Ники, одновременно прикидывая, насколько глубоко проникла в него Нуми.

— Очень даже интересно, а тебе? Как тебе в моем теле?

— Как тебе ответить…. Я, я смущён Нуми. Правда. И давай пока не будем об этом.

— Хорошо, милый, как скажешь, — согласилась Нуми, прекрасно понимая, как сложно сейчас Николаю.

Ей было проще, она с детства слышала мысли людей, умела «говорить» с Малогалоталотимом. Поэтому в сложившейся ситуации находилась в выигрышном положении. Она сочувственно посмотрела на Николая. Тот сидел на мягком «полу» в чреве Мало и размышлял. Она прислушалась: Ники вспоминал о том, как они тут оказались.

А вспомнить действительно было что. Все произошло неожиданно и очень быстро. Как раз в тот самый момент, когда Ники увидел, что от Нуми исходит свет. Такой же мерцающий свет исходил и от него самого. А потом, их словно магнитом притянуло к Малогалоталотиму. Затем, похожая на резину поверхность существа, поглотила их обоих по очереди. В тот момент Ники опять вспомнил события из своего детства. Вот он, четырнадцатилетний мальчишка, надсмехается над незадачливым маленьким космонавтом, а потом по неизвестной причине его втягивает в какую-то кишку. Но, тогда странная плоть сама раздвигалась и тут же за ним смыкалась. А в этот раз было ощущение, что что-то сломалось. Стена из странной «резиновой» плоти поддавалась неохотно, и только после того, как Ники протягивал вперед свои светящиеся ладони. Наконец, его выпихнуло в небольшое помещение, где уже стояла Нуми, ярким фонариком освещая пространство вокруг себя. Она помогла ему подняться с колен и сказала:

— Ники, ты прошел через зуту! Всё нормально?

— Ноги и руки целы, — ответил Ники, — только почему они светятся?

— Видимо присутствие Малогалоталотима активировало то самое, что было в нас им же и заложено, — ответила Нуми.

— Наверное, — ответил Ники, — я тоже так подумал. И ещё заметил, что твоя, как ты её называешь, зута, не совсем работает.

— Буф-ф, Ники. Она не моя, просто слово я сама придумала. А то, что она не работает, ты верно подметил.

— Выходит, что её работу задействовали мы с тобой? – спросил Ники.

— Выходит, да. Ведь мы с тобой вместе и есть Малогалоталотим.

— Попробуй выяснить, как мы сможем ему помочь, и посмотри сюда, – Ники указал на «стену» помещения, — видишь? Я дотрагиваюсь ладонью, и стена теплеет, словно становится живой.

— Ох ты, точно. Я попробую, — Нуми прислушалась, — я как будто слышу что-то, но очень тихо. И неразборчиво…. О! Раздевайся Ники, быстро!

— Что? Ты с ума сошла?

— Да нет же, нам нужно раздеться и лечь на пол. Я услышала его, Ники! Давай, у нас мало времени!

Ники пробурчав что-то нечленораздельное, скинул с себя скафандр и лёг на пол. Нуми сделала то же самое и легла рядом. Потом она взяла за руку Ники. Свечение вокруг них усилилось. Ники почувствовал, как что-то связывает его с Нуми и с окружающими его стенами и полом. Затем их окутало незримое, но ощутимое поле, и вот, Ники уже не принадлежал сам себе. Он был одновременно и собой, и Нуми, и Малогалоталотимом. Потом он, как будто каким-то другим зрением, увидел происходящее вокруг. Увидел, как забегали солдаты-наёмники Нталы, как потом появились люди Крийона и как взяли в плен предводительницу искателей скорости. Потом Ники почувствовал силу и мощь, которая нарастала, превращаясь в что-то очень серьёзное. Одним лишь мановением мысли они с Нуми заставили раздвинуться потолок в помещении, а потом взметнулись вверх, минуя зелёные небеса Роппсуаскля прямо в открытый космос.

Глава 23. Как Серебряная Игла победила искателей скорости. Помощь сил Крийона. Что делать дальше? Урсус Арктос Миддендорфи выходит на связь.

Перегрузки не было. Ведь Малогалоталотим, он же Спасающий жизнь, включал невесомость во время взлёта и посадки. Стремительно уходила планета и вот уже открытый космос. Сила тяжести опять вернулась на своё место. Но пассажиры удивительного звездолёта ничего этого не чувствовали. Они слились воедино с необыкновенным космическим кораблём, который был наполовину живым существом. Нуми и Ники стали на некоторое время частью Малогалоталотима, этого сверхсущества, и поэтому такие мелочи как невесомость они не заметили. Ники некоторое время созерцал космос сквозь разум Спасающего жизнь. А это, нужно сказать, было преинтереснейшим занятием. Он мог, по желанию, видеть вселенную обычным взглядом, но при этом мог сфокусироваться на самых отдаленных объектах, и рассматривать их так, будто они находились вблизи. Вот, к примеру, двойная звезда. Два мощных, неистовых светила, вынуждены невыносимую уйму времени быть рядом, вращаясь между собой. И лишь изредка, словно потрясая кулаками, они выкидывают друг в друга мощные протуберанцы. А вот и огромная планета-гигант. Мощные атмосферные вихри нарисовали разноцветные полосы на поверхности её сфероида. Атмосфера этой планеты настолько плотная, что ни один искусственно созданный аппарат не смог там побывать. Его моментально разрывали мощные вихри, а после раздавливала чудовищная сила тяжести. Но Ники своим новым зрением мог проникать даже в недра такой планеты. Вот и сейчас он в полнейшем изумлении созерцал ядро этой планеты, представляющей собой алмаз неимоверных размеров. Ну а что здесь такого? Если основная составляющая планеты корунд ядро вполне может быть алмазом.

Но всё это никак не могло сравниться с тем, что видел Ники, когда переключал свое зрение в «режим Мало». Так назвал про себя Ники режим зрения, когда он мог видеть вселенную «глазами» сверхсущества. Окружающее пространство моментально изменялось до неузнаваемости. Вместо черной космической пустоты появлялась многомерная разноцветная реальность, разобраться в тонкостях которой, Ники был не в состоянии.

Когда же его мозг и глаза уставали от нахлынувшей информации, он «возвращался» вовнутрь их космического пристанища. Ники уже немного свыкся с этими супервозможностями, и даже научился адаптироваться к сознанию Нуми и быть единым целым и с ней, и с Малогалоталотимом. Но общаться Ники предпочитал обычным способом, разговаривая вслух. Он окинул взглядом окружающие их стены, потом посмотрел на Нуми. Девушка была сосредоточена, её взгляд был устремлён куда-то очень далеко.

— Нуми! – позвал он. — Ты сейчас где?

— Буф-ф, Ники, ты меня напугал. Я пыталась поговорить с Мало, но пока не очень его понимаю. Возможно, он обрабатывает информацию вокруг себя и пытается восстановить свой организм.

— Всё может быть, — согласился Ники, — подождём ещё немного, а потом решим, как быть дальше. Лучше расскажи мне, как нам удалось сбежать и что произошло там, на Роппсуаскле?

— Ох, милый Ники, — начала рассказ Нуми, — я тогда очень перепугалась. И за себя, и за тебя, и за Далла. Ведь из-за нас он попал в эту историю.

— Не совсем из-за нас, но косвенно, да, — поправил её Ники.

— Да это не так и важно, главное, что наши жизни были в опасности. Я ничего не успела предпринять, как оказалась с мешком на голове. А потом нас всех усыпили каким-то газом. Очнулась я в камере и сразу включила свой второй мозг. И услышала тебя. И знаешь, Ники, как я была рада? Я очень была рада, что ты жив. А потом я поняла, что мы куда-то летим и решила, что пора действовать. Я связалась с нашим звездолетом и приказала просканировать окружающее пространство и найти меня. В ответ я получила утвердительный сигнал.

«Это хорошо, звездолёт «знает» где мы», — подумала я.

Потом я снова связалась с Серебряной Иглой и отдала приказ отправить Оттиенгриету факсимильное сообщение от моего имени. В нём говорилось, что я, капитан корабля, даю разрешение на автоматическую отправку звездолёта из дока. Оттиенгриет всё сделал правильно и отправил звездолёт. И Серебряная Игла направилась вслед за нами в режиме полной маскировки. Изредка я связывалась с кораблём в надежде получить, какую ни будь информацию. И вдруг, я получила данные о том, что недалеко находятся корабли сил Крийона!

— Вот это да! – восхищенно произнес Ники, — прямо как в хорошей книге!

— Да, это наша большая удача, что рядом были Крийонские корабли. Я отправила сигнал бедствия с Серебряной Иглы. В сообщении, которое было послано Крийонскому флоту, были координаты вектора нашего курса, а также сообщение, что подданные императора Поллунотойи в беде.

— Нуми! Ты чудо! – воскликнул Ники. — Пока я в неведении проливал от бессилия слёзы, ты проделала огромную работу по нашему спасению.

— Буф-ф, ну что ты, милый Ники. Тут не только во мне дело. Высокотехнологичный электронный мозг нашего звездолёта — вот его нужно благодарить. Хвала его создателям на Пирре. Простой корабль так бы не смог.

— Согласен, но всё-таки не принижай своих достоинств.

— Не вгоняй меня в краску! – улыбнулась Нуми и продолжила:

— А потом всё пошло по тому сценарию, который я и предполагала. Конечно не совсем так, даже несколько лучше, чем я могла подумать. Наш звездолёт завис над вторым спутником Претты и принялся сканировать его поверхность. Мы в тот момент мило беседовали с Нталой. Корабль оценил всю обстановку, запросил у меня разрешение, и я дала ему добро. Сначала один за другим были уничтожены боевые орбитальные спутники, потом звездолёт принялся за автоматические башни, которыми так хвалилась Нтала. И в тот же самый момент подоспела звёздная флотилия Крийона. Мы с тобой стали заходить во внутрь Малогалоталотима, когда крийонские солдаты взяли в плен Нталу.

— Надеюсь и всех её последователей, — вставил Ники.

— Я тоже надеюсь…. А ты знаешь, что самое главное?

— Что?

— Нам удалось соблюсти основной закон Пирры – не навредить живым существам. Во время штурма никто не пострадал, никто не был ранен или убит!

— Ничего себе! – Ники был очень удивлён. — Ведь операция была серьёзная, уничтожено много объектов и никаких жертв. Удивительно.

— Тактика такого боя заложена в системах корабля. Конечно, бывают ошибки, но всё обошлось, — Нуми была искренне рада такому исходу.

— Ты молодец, Нуми, у меня нет слов, — Ники хотел бы обнять её, но не мог, поскольку они всё ещё лежали, словно спеленатые, на мягком полу в чреве Мало.

— А что дальше? – спросил он, — что мы будем делать? У меня масса вопросов и нет ответов. Долго мы будем тут лежать? Куда летим? Когда попадём на наш звездолёт? Честно говоря, я соскучился по нему.

— Потерпи, я пытаюсь говорить с Мало, — по голосу было слышно, что Нуми расстроена, — не волнуйся, он ведь нам не навредит.

— Ладно, ладно, главное ты не расстраивайся, — попытался успокоить её Ники, — говори с ним, может он тебя услышит.

— Я говорю…. Пытаюсь, говорить.

И словно в подтверждении слов Нуми, невидимые путы стали ослабевать, Ники смог пошевелить руками и ногами, а вскоре он уже свободно стоял в полутёмном помещении и растирал немного затекшие руки и ноги. Нуми тоже освободилась от невидимых пут и с радостью обняла Николая. Затем они оба одели скафандры и удобно устроившись, сидели рядышком, прижавшись к мягкой стене их временной каюты. Ники делился своими наблюдениями, и новыми знаниями, которые он заполучил благодаря чудом обретенными «супервозможностями».

— Представляешь? — говорил он. — Сколько всего нового мы могли бы привнести в современную науку?

Нуми собралась было ответить, но тут вдруг заработали оба передатчика в их скафандрах. Раздался знакомый бархатистый баритон Урсуса Арктоса Миддендорфи:

— Вы слышите меня?

Глава 24. Посещение странной планеты. Утрата супервозможностей. Восстановление Малогалоталотима.

Оказалось, что как только Малогалоталотим освободился от плена, его приборы смогли его засечь, но связаться с ним не представлялось возможности, и Миддендорфи направил свои радиосигналы на звездолёт Нуми и Ники. Настроить связь с кораблём ему удалось, а звездолёт перенаправил сигнал в скафандры своих пилотов.

— Где мы? – это был первый вопрос, который задала Нуми.

— Вы в секторе 453000-2О. Это на краю галактики, то есть очень далеко от Целестры и от моей планеты, — ответил «медведь», — я думаю, что Малогалоталотим, оказавшись на свободе, инстинктивно переправился подальше от того места. Я сразу его запеленговал, но не могу пока с ним связаться. Расскажите мне, каково его состояние?

Нуми вкратце рассказала о том, что с ними произошло. Её рассказ произвел огромное впечатление на Миддендорфи.

— Я потрясён! – говорил он. — Получилось так, как я и предположил. Вы помогли спасти его.

— Он сам нас к этому приготовил, — сказала Нуми, — а мы вовремя подоспели.

Узнав, что Урсус Арктос смог связаться с ними через их звездолёт, Ники спросил о его местонахождении. Оказалось, что Серебряная Игла находится на геоцентрической орбите Претты в целости и сохранности. Ники облегченно вздохнул: он полюбил звездолёт и был рад, что он в полном порядке.

Поговорив с Миддендорфи некоторое время, все трое пришли к выводу, что Малогалоталотим находится в процессе самовосстановления. Всё что нужно, он уже взял от Нуми и Ники и теперь, скорее всего, ему нужна любая органическая пища для более или менее нормального функционирования.

— Значит, он направится на какую-нибудь планету, скорее всего необитаемую для наполнения себя органикой, — сделал вывод Урсус Арктос Миддендорфи, — так что вам придётся ещё немного попутешествовать с Малогалоталотимом.

Договорившись, о времени следующего выхода на связь, он отключился. Ники посмотрел на Нуми и улыбнувшись сказал:

— С возвращением в детство, Нуми!

— И тебя также, милый, — она крепко обняла его и поцеловала, — пусть хоть вся вселенная лопнет, но мы с тобой совместимы!

Они рассмеялись своей детской шутке и предались воспоминаниям. А что ещё делать, когда обстоятельства от тебя не зависят? Так они и сидели рядышком, обнявшись, и рассказывали друг другу разные истории своего детства. А потом, Николай почувствовал, что они куда-то двигаются.

— Я тоже поняла, что мы летим, — согласилась Нуми, — попробую «посмотреть».

Она положила обе руки на мягкий пол и закрыла глаза. Ники последовал его примеру и «увидел», как они с невообразимой скоростью куда-то летят. Потом показалась цель их полёта – маленькая планета у незнакомого синего солнца. Ещё немного и планета выросла в размерах, а потом включилась невесомость: Мало всегда включал невесомость при взлёте и посадке. Затем они приземлились. Проверив показания датчиков скафандра Нуми сказала:

— Кислородный мир, можно дышать. На всякий случай оденем шлемы. Готов к выходу?

— С удовольствием, — ответил Ники и шагнул в стену, которая уже поглотила Нуми.

Плоть, похожая на резину, стала податливее, она сама размыкалась перед Николаем и почти мгновенно за ним смыкалась. Похоже «зута», как называла это место Нуми, стала нормально функционировать. Спустя мгновение Ники оказался на поверхности чужой планеты. От удивления, он воскликнул:

— Ух ты! Вот это да!

Малогалоталотим лежал на некотором возвышении, на подобии небольшой горы, и взору открывалась удивительная местность. Под ногами была песчаная кремового цвета почва, поросшая мелкими сине-зелёными растениями. На голубом небе плыли удивительной красоты золотистые облака, и всё вокруг освещало яркое белое с синевой солнце. Более высокие растения были увешаны цветами невиданной формы и красоты. Рядом бежал хрустальный ручей, вода в котором была столь чистая, что был виден каждый камешек на его дне.

— Красиво, да Ники? – спросила Нуми.

— Не то слово, — потрясённо ответил Николай, — если есть рай, то он должен быть здесь.

— Рай… Я о нём знаю, это очень похоже на рай, — согласилась Нуми, — неужели тут никто не живет?

— Иначе Мало не прилетел бы сюда, — предположил Ники, — может тут иная жизнь? Или жизнь зародится здесь позже?

Нуми не ответила, её внимание привлекло дерево, растущее около небольшого водопада. Дерево было большим, а вся её сине-зелёная крона была покрыта красивыми белыми цветами. Нуми подошла ближе и внимательно всмотрелась в дерево.

— Ники! – крикнула она. — Ты ещё цветов мне нарвать не додумался?

— Как раз собирался!

— Подожди, не трогай их!

— Почему?

— Иди сюда и посмотри на это дерево.

Ники подошёл и встал рядом с Нуми.

— Смотри внимательно, — указала она на дерево, — что ты видишь?

Ники всмотрелся на стоящее перед ним растение. Ствол был гладким, и, казалось, несколько влажным. Его поверхность иногда немного подёргивалась, словно это была кожа живого существа. А потом в голове возникли странные звуки, будто чей-то шёпот пытался неразборчиво донести некую информацию. Затем несколько десятков цветов оторвались от кроны, но не упали, а начали кружиться вокруг стоящих людей. Середина цветка была круглая выпуклая и напоминала линзу дверного глазка: ни дать, ни взять маленькая видеокамера. Восемь белых лепестков, изгибаясь вверх и вниз, играли роль крыльев и позволяли держаться в воздухе.

— Нуми, я думаю, что оно живое…. Живое существо, не растение.

— Вот и я так подумала. А цветы — это его глаза. Видишь? Они нас изучают.

Ники помолчал мгновение и вдруг продекламировал:

— Мои глаза были цветами

И я осыпал всю тебя:

Своими яркими очами.

Храня и трепетно любя

Твою улыбку, взор твой ясный

Любовь моя, мой друг прекрасный….

Нуми удивлённо посмотрела на Николая:

— Это так красиво…. Это для меня? Ты сочинил стихи для меня?

— Ну да, — смутился Ники, — для тебя конечно…. Неожиданно пришло в голову.

— О! Спасибо милый мой, спасибо любимый! Это самые лучшие стихи! Мне никто ещё не читал стихов!

— Тебе правда понравилось?

— Правда, милый….

— Однажды…. Однажды Нуми, я напишу для тебя целый сборник стихов. Вот увидишь! У нас вся жизнь впереди.

— Спасибо, — прошептала Нуми, — я самая счастливая во всей Вселенной!

— И самая красивая, — добавил Ники и крепко поцеловал её.

Так и стояли они некоторое время, прижавшись друг к другу, окружённые порхающими живыми белыми цветами. Было тепло и тихо, лишь шум ветра и шелест листвы были единственными звуками на этой странной планете. Затем Нуми сказала:

— Эти псевдодеревья не что иное, как живые органические существа. Как ты считаешь?

— Согласен с тобой, а эти цветы выполняют функции глаз и других органов чувств, возможно.

Словно в подтверждении его слов, несколько белых цветов, вспорхнули, словно бабочки и полетели в сторону других, стоящих поодаль растений.

— Буф-ф, Ники! Они полетели рассказывать про нас!

— Пусть расскажут…. Пусть расскажут о нас и о нашей любви, — сказал Ники и продолжил:

— А есть ли здесь любовь? Знакомо-ли это чувство существам-растениям? Не знаю. Однозначно не ответить на этот вопрос.

— Может быть, здесь есть любовь, Ники. Но в другом понимании. Как существует любовь к своим близким, к семье, — предположила Нуми.

— Может быть.

Они помолчали некоторое время. На этой красивой планете было очень хорошо молчать. Казалось, что здесь слова это нечто лишнее. Хотелось просто стоять и слушать шум ветра и хрустальный звон ручья.

— Ой, смотри Ники, — Нуми указала на «деревья», стоящие поодаль.

Ники увидел, как белые цветы закружились в своеобразном хороводе вокруг одного из деревьев, покрытом яркими фиолетовыми бутонами. А затем фиолетовые цветы оторвались от своей кроны и стали кружиться в воздухе вместе с белыми. Возник безмолвный потрясающий танец: бабочки—цветы взлетали то вверх, то вниз, описывая в воздухе красивые зигзаги. Вокруг дерева кружились два хоровода: один белого, а другой фиолетового цвета. А затем каждый фиолетовый цветок вдруг соединился с белым, и не стало больше неистового танца, а остался один фиолетовый с белым цветочный хоровод. Кружение в воздухе стало размеренным и ровным, а затем двухцветные бутоны вернулись на «дерево».

— Ох, Ники, дерево стало как будто наряднее и ещё красивее!

— Теперь я знаю, что тут есть любовь, — сказал Ники, — и она очень красиво выглядит.

— Да, — согласилась Нуми, — очень красиво.

Между тем, солнце незаметно скатилось к горизонту и окрасило его в яркий голубой цвет. Такого голубого заката Нуми и Ники никогда не видели, и как завороженные любовались необычайной красотой.

— О, Нуми! – воскликнул Ники. — Ты вся синяя, и такая красивая!

— Правда?! И ты синий Ники! – засмеялась она. — Ты весь синий!

— И ты так классно выглядишь, — любовалась Нуми, — как красиво освещает тебя закат!

А Ники смотрел на свою любимую и не мог оторвать взгляд. Действительно, чужеродный закат так чудесно окрасил их лица, нисколько не испортив, а наоборот, подчеркнув естественную красоту. Ники смотрел на Нуми так, будто увидел её впервые. А она смотрела на него. Так и любовались они друг другом, пока красивый закат не сменили сумерки.

— Нам пора, — вздохнула Нуми, — жаль расставаться с такой красотой, но Мало ждёт нас.

— Пора, — согласился Ники, и они пошли обратно.

Туда, где на возвышенности лежало нечто, напоминающее не то тыкву, не то грушу. Это был Малогалоталотим, который ждал их. Похоже, он был готов отправиться дальше. Первые в истории этой планеты люди подошли к «тыкве» и навсегда исчезли. Затем тыква вытянулась, окрасилась в ярко-жёлтый цвет и стремительно взлетела в тёмное небо. На опустевшем месте осталась лишь большая черная яма. Часть планетарного грунта Малогалоталотим унес с собой.

Как обычно во время взлёта, внутри его возникла невесомость, и Ники почувствовал, как его ноги оторвались от пола, и он беспомощно завис под потолком их «каюты». Рядом с ним зависла Нуми и попыталась за него ухватиться. Но промахнувшись, она перевернулась вверх ногами и рассмеялась:

— Ни-Ни-ки! Переверни меня! Не то я шлёпнусь об пол головой!

Ники попытался её перевернуть, и у него вроде бы получилось, но зато он сам теперь болтался вверх ногами.

— Всё для тебя, любимая, — высказал он и, не выдержав, тоже расхохотался.

Вдруг резко наступившая сила тяжести прервала их веселье. Нуми приземлилась на ноги, а Ники на голову. К счастью, он не пострадал, потому что там, где они находились, пол был мягким.

— Ну и насмешила ты меня, — сказал Ники, переводя дух.

— Я? Это ты меня насмешил! – деланно возмутилась Нуми. — Но смеяться иногда полезно, я рада, что ты человек с юмором.

— Ну не всегда же горевать, — улыбнулся Ники, — давай-ка глянем, где мы находимся.

Он прислонил ладони к стене и закрыл глаза. Но ничего не произошло. Он ничего не видел.

— Нуми, я…. Я не вижу, — беспомощно сказал он.

— Подожди, — она села на пол положила рядом руки ладонями вниз и закрыла глаза. Через несколько секунд она взглянула на Николая и сказала:

— Милый! Наши с тобой супервозможности исчезли. Мы стали обычными людьми, то есть мы теперь не часть Малогалоталотима.

— Правда?

Нуми утвердительно кивнула.

— Ну и замечательно! – воскликнул Ники. — Пусть лучше мы останемся людьми. Хотя мне и жаль чуть-чуть. Ведь, я много чего узнал, я видел Вселенную совершенно в ином свете, я даже был тобой, Нуми. И это было замечательно, хоть и очень странно. Но жалеть об этом я не буду, я считаю, что нам с тобой посчастливилось увидеть то, чего другим людям не увидеть никогда. Видимо мы выполнили свою миссию, спасли Малогалоталотима и вернулись в своё нормальное состояние.

Он закончил свой монолог и выдохнул. Нуми не сводила с него своих сияющих глаз.

— Как же ты прав! – с восторгом в голосе произнесла она. — Ты просто не представляешь, как ты прав. Я слышу его, он и вправду восстановился.

— Просто у меня очень развита интуиция, — скромно произнёс Ники.

Они снова рассмеялись, и в этот момент раздался голос Миддендорфи:

— Не пора ли, друзья, вернуться?

Глава 25. В зрачке Мало. Миддендорфи принимает гостей. Ожидание Серебряной Иглы. Прощание с Мало.

В невероятной и безграничной пустоте космоса двигался с большой скоростью необычный объект. Он был вытянутой формы и иногда светился серебристым светом. А иногда был просто серым. Он был полностью обтекаемым: у него не было никаких выступающих частей, антенн или чего-либо другого. Не имел он и иллюминаторов, и других технологических отверстий. Неизвестно даже по какому принципу он двигался. Но мы-то с вами знаем, что это был Малогалоталотим, что означает Спасающий жизнь. Внутри себя он нёс двух представителей человечества: юношу и девушку. Конечно, это наши знакомые Нуми и Ники. Как всегда, они проводили время, беседуя о всяких всевозможных вещах. Яркий фонарик освещал их небольшую каюту.

— Если бы я знал, с какой скоростью летит Мало, то хотя бы примерно мог прикинуть расстояние, которое мы уже преодолели, — говорил Ники.

— Увы, нам это неизвестно, — отвечала Нуми, — даже Урсус Арктос Миддендорфи не дал нам такой информации.

— А вдруг он движется урывками? – предположил Ники, — тогда понятно, почему мы не знаем его скорости.

— А это мысль, — подхватила Нуми, — вот сейчас, быть может, он движется медленно, а через секунду разгоняется до предела.

— Жаль, что мы нечего не видим…. А помнишь, как мы в детстве наблюдали космос через особое место, которое мы звали «зрачок Мало»?

— Конечно, помню, Ники. Я сейчас спрошу его, — Нуми прислушалась к чему-то и радостно объявила:

— Он разрешил, Ники! Он позвал нас, пойдём же скорей!

В любом другом месте, они бы встали и пошли бы, например, в коридор или в другую комнату. Но в чреве Малогалоталотима всё было не так. Нуми опустилась на колени и ощупала руками стену.

— Иди за мной, — успела сказать она и исчезла.

Ники последовал её примеру, и его тотчас засосало в какую-то кишку, которая извиваясь, проталкивала его вперед, пока он не вывалился в совсем маленьком помещении. Нуми уже была там. Она стояла на четвереньках и смотрела в небольшое круглое отверстие. Ники пристроился рядом и тоже стал смотреть.

— Радужный тоннель, — сказала Нуми.

Ники молча кивнул.

Это они между собой так называли явление, когда из-за огромной скорости звезды вытягивались в разноцветные линии, и казалось, что они движутся в разноцветном тоннеле.

— Значит, Мало унёс нас страшно далеко. Уж очень мы долго летим в гиперпространстве.

— Ты права, но смотри, вроде скорость снижается.

Словно в подтверждение его слов картинка стала меняться: разноцветные линии стали распадаться, пропал калейдоскоп красок и стали появляться обычные звезды. Малогалоталотим готовился к выходу в «обычный» космос. Вдруг Нуми, словно вспомнив что-то, встрепенулась, взяла Ники за руку и отвернувшись от «зрачка Мало» вскрикнула:

— Бегом Ники! Нам нужно успеть одеть шлемы!

Ники едва успел нырнуть вслед за ней в «кишку», которая вернула его в каюту, освещенную фонариком. Нуми уже одевала шлем. Ники схватил свой и едва успел надеть его, как обрушился удар такой силы, будто на него упал трёхстворчатый шкаф. Распластавшись на полу, Ники чувствовал, что его вот-вот раздавит, а потом он умер. Наступила тишина, а вслед за ней темнота. Спустя какое-то время, Ники очнулся и огляделся по сторонам: он по-прежнему лежал на полу, а рядом, не шевелясь, лежала Нуми. Ники вскочил и принялся её тормошить:

— Очнись, пожалуйста! Очнись, любимая, всё уже прошло, — с тревогой приговаривал он и наконец, она вздохнула и открыла глаза:

— Я умерла?

— Нет, дорогая, мы живы, — с облегчением в голосе ответил Ники, чувствуя, как уходит волнение и возвращается нормальное состояние, — мы пережили переход.

— Да, у Мало это жёстко получается.

— Помнится, в детстве ты была крепче, чем я, — улыбнулся Ники, — тогда ты меня выводила из забытья.

— Всё меняется, Ники, — улыбнулась Нуми, — теперь ты сильный мужчина, а я всего на всего слабая женщина.

— За свою долгую и нелёгкую жизнь, более сильной женщины, чем ты, я не встречал, — произнёс Ники, затем помог подняться Нуми.

— Спасибо тебе, — она прижалась к нему и хотела обнять, но тут появилась невесомость: Малогалоталотим приземлялся на планету. Он всегда включал невесомость при взлёте и посадке. Потом вернулась сила тяжести и наступила тишина.

— Пора? – спросил Ники.

— Пора, — ответила Нуми и прошла сквозь стену.

Нуми прошёл вслед за ней и оказался на живописной поляне, залитой светом яркого жёлтого солнца. А рядом с Нуми стоял, улыбаясь во всю пасть, Урсус Арктос Миддендорфи.

— Добро пожаловать! – сказал он. — Вы не представляете, как я счастлив вас видеть.

— А что произошло с планетой? – удивилась Нуми, — ведь тут был снег, и было холодно.

— Вы принесли мне добрые вести, — ответил Миддендорфи, — и сделали великое дело. Я был так рад, но не знал, чем вас порадовать, и поэтому сделал на планете весну. Вам нравится?

— О, да, весна гораздо приятнее, правда? – спросила девушка.

— Конечно, — согласился Ники.

Миддендорфи отправился к краю поляны, поманив гостей за собой. Около леса лежала небольшая металлическая платформа, на которую вошел он сам и вслед за ним поднялись Нуми и Ники. Перед ними на круглой поляне, на коротко подстриженной траве лежал Малогалоталотим.

— Сейчас я направлю его в лабораторию, — объяснял Миддендорфи, — проведу анализ и запущу процедуру полного восстановления, если потребуется.

Он дотронулся до висящего в воздухе серебристого полукруга, и вся поляна вместе с Малогалоталотимом начала опускаться вниз. Где-то глубоко внизу произошло движение, а затем пустая поляна вернулась на место. Ники поразился тому, насколько тщательно были подогнаны механизмы. Ни щелей, ни стыков не было видно. Непосвященный не за что бы ни догадался, что лесная поверхность подвижна. А затем стала опускаться вниз площадка, на которой стояли они сами. Словно по волшебству, появились стены, и вот они едут в современном скоростном лифте. По каким-то едва заметным признакам, Ники почувствовал, что они движутся не только вниз, но и куда-то вбок. Наконец, кабина остановилась и передняя стенка, разделившись на две части, разъехалась в стороны, открывая проход в просторное помещение. По всей видимости, это была высокотехнологичная лаборатория, поскольку отличалась сверкающей чистотой и обилием сложных электронных устройств. Передняя стена была прозрачной: она открывала вид на огромный цех, в центре которого висел в воздухе Малогалоталотим. Урсус Арктос прошел к огромному пульту и активировал его.

— Смотрите вот туда, — указал он на цех за стеклом, — будет интересно.

Нуми взяла Николая за руку, и они вместе подошли к огромной прозрачной стене. Сначала не происходило ровным счетом ничего. Затем с потолка опустился трос и коснулся тела Малогалоталотима с одного конца. С другого конца спустился точно такой же трос. Затем, оба троса стали обматываться вокруг продолговатой туши, и постепенно обмотали её всю. Получился как бы огромный кокон. Со стороны казалось, будто в центре помещения висит куколка огромной бабочки.

— Смотри, Нуми, там ещё что-то спускается.

Действительно, сверху опускалась широкая зелёная лента. От её прикосновения кокон стал вращаться, постепенно обматывая ленту вокруг себя. Через три минуты в середине цеха висело нечто продолговатое зелёного цвета. В лаборатории загудели приборы, где-то в глубине застрекотали реле.

— Ну вот, — удовлетворённо произнёс Миддендорфи, — сейчас будет проведено глубокое сканирование, а затем запустится восстановление.

К висящему кокону потянулись металлические фермы, телескопические щупальца и блестящие гофрированные трубы. Вся эта роботизированная братия с усердием принялась «колдовать» над коконом, производя какие-то невидимые манипуляции.

— Дорогие гости! – сказал мохнатый владыка планеты. — Теперь мы можем отдохнуть и обо всем поговорить.

Миддендорфи привёл Нуми и Ники в роскошно обставленные зал с обилием множества диванов и кушеток разной величины. Повсюду стояли небольшие столики полные всевозможных яств и напитков.

— Присаживайтесь и угощайтесь, — предложил гостеприимный хозяин, — и рассказывайте.

Только сейчас Нуми и Ники поняли, как они голодны. Действительно, они в последний раз нормально поели на Целестре. Всё остальное время они держались на витаминах, которые периодически им вкалывал микроскопический шприц в их скафандрах. Утолив голод, Нуми в подробностях рассказала, что с ними произошло.

— Ваше мужество и решительность поразили меня, — немного промолчав, произнес Миддендорфи, — вы оказали неоценимую услугу всей вселенной, вы спасли Малогалоталотим. Что я могу для вас сделать?

— Дайте мне связаться со своим звездолётом, — попросила Нуми, — больше нам ничего не нужно.

— Всё что угодно. Пойдемте, я провожу вас в зал связи.

Миддендорфи показал аппаратуру связи и как связаться с кораблём. Поскольку планета, где располагалась база Малогалоталотима, находилась в ином измерении, связаться с кораблём было трудно. Искусственный мозг Нуми мог сканировать пространство на ограниченных расстояниях, и достичь звездолёта ей было не под силу. Воспользовавшись мощной аппаратурой, Нуми связалась с Серебряной Иглой и отдала нужный приказ.

— Ну вот, осталось только дождаться прибытия корабля, — сообщила Нуми.

— Что вы собираетесь делать? – поинтересовался Урсус Арктос.

Ники взглянул на Нуми, а потом сказал:

— Сначала мы дождёмся полного восстановления Мало, а потом найдем себе новую цель. Во вселенной столько ещё неизведанного и интересного.

— Ты прав, милый. Попрощаемся с Мало, навестим коего-кого в этой и отправимся дальше.

В этот момент прозвучал странный мелодичный сигнал. Миддендорфи оставил ребят одних и вышел, сославшись на очень важные дела.

— Нуми, ты хочешь навестить наших новых друзей? — спросил Ники.

— Да, мы даже не попрощались. Навестим Далла, крийонцев и отправимся.

На том они и порешили. Действительно, исчезнуть, не попрощавшись было неприлично. Нужно было обязательно поблагодарить всех, кто им оказал помощь. И ещё навестить Далла. Неизвестно, как он там.

Вскоре вернулся Урсус Арктос Миддендорфи. У него был странный, даже можно сказать загадочный вид. Одной лапой он прижимал к себе прямоугольный контейнер, напоминающий плоский чемодан.

— Подойдите друзья мои, — сказал он, — я не могу сделать для вас большего, но это, я считаю, будет вам интересно.

Он положил чемодан на стол и открыл крышку. Нуми ахнула, а у Николая участился пульс.

— Вам нравится?

— Буф-ф, это самое лучшее, мы такого даже не могли ожидать.

— У…. у меня нет слов, — признался Ники, — я не думал, что когда-нибудь увижу это.

— Малогалоталотим полностью восстановился и готов приступить к своей миссии, — сказал Урсус Арктос, — а это он хранил внутри себя все эти годы. Он берёг это специально для вас.

В открытом чемодане лежал космический скафандр, но только он был маленького размера. Как раз такого, который бы в пору подошел четырнадцатилетнему подростку. И он был совершенно незнакомой конструкции. Нуми такого никогда не видела. Да и немудрено, потому что скафандр этот был сконструирован на Луне, в том далёком будущем. Да, да, дорогие читатели. Это был тот самый скафандр, который одел на себя Ники, когда отправился на свою последнюю прогулку по Луне. Нуми осторожно погладила скафандр рукой.

— Ой, смотри, — она вытащила из чемодана небольшой прибор и передала Николаю. Это был небольшой аппарат с тремя кнопками и экраном.

— Это же твоё послание! – произнёс Ники и нажал кнопку. Экран слабо засветился и погас. Источник питания внутри него давно сел, ведь неизвестно было, сколько времени он находился у Мало. За такой длительный срок придут в негодность любые батареи.

— Вы вернули нас в детство, — обратился Ники к мохнатому существу, — спасибо, и вот они доказательства, что этот Малогалоталотим наш старый друг.

— Я вам сразу проверил, — ответил Миддендорфи, — но, когда я увидел это — у меня навернулись слёзы. И… я смог прочесть твоё послание Нуми. Это чудесно. И я преклоняюсь перед вашей любовью и преданностью друг другу. Когда вы покинете меня…, посматривайте иногда на самые яркие звезды. И я буду смотреть на яркие звезды и знать, что где-то на них смотрят мои друзья. А сейчас пройдемте в лабораторию. Мало ждёт вас.

Все трое прошли в большое помещение, в центре которого был яркий круг, на котором лежал Малогалоталотим, светясь красивым оранжевым цветом. Потолок в помещении отсутствовал, и сверху были заметны звезды. Ники увидел, как на лице Нуми заблестели слёзы. Он хотел было приободрить подругу, но в этот самый момент в его голове зазвучал голос. Это был очень странный, ни на что не похожий голос. Ники никогда такого не слышал. Голос был сильным и властным, но одновременно спокойным и добрым. Голос говорил ему, а Ники не понимал слов. Но потом он осознал, что это слова благодарности. Малогалоталотим говорил с ним! Он благодарил и поддерживал его. Ники подсознательно чувствовал это. Затем голос также внезапно исчез из его головы, как и появился. Наверное, с Нуми происходило то же самое, потому что по её лицу было видно, что она потрясена. Затем Малогалоталотим беззвучно поднялся в воздух, вытянулся как стрела и улетел.

— Прощай, Малогалоталотим, миленький, — тихо сказала Нуми и вытерла слёзы.

— Прощай, друг, — сказал Ники, — и спасибо, что сохранил мой скафандр.

Глава 26. Родной звездолёт. Ники открывает музей детства. Прощание с Миддендорфи. Снова на Целестру.

Постояв в тишине некоторое время, друзья покинули лабораторию. Миддендорфи усадил гостей в одной из своих бесчисленных комнат, и принялся рассказывать. Он объяснил, что состояние Малогалоталотима было ужасным, и в том виде, в котором его нашли, восстановить его было невозможно. Шайка «искателей» очень здорово над ним поработала. Но ведь, «спасающий жизнь» всё просчитал заранее. Поэтому, соединившись в одно общее тело с Нуми и Ники, он смог освободиться от плена и улетев подальше, частично себя восстановил.

— Мне осталось совсем немного работы, — закончил он свой рассказ, а затем спросил:

— А вам интересно было ощущать себя единым целым с Малогалоталотимом?

— Сначала было ужасно непривычно, но потом мы немного освоились, и нам даже понравилось, — сказал Ники.

— Значит, мы теперь обычные люди? – спросила Нуми, — ведь Мало использовал всё, что вложил в нас, и под конец нашего путешествия мы перестали видеть и чувствовать его «глазами».

— Вы уникальные! – сказал Миддендорфи. — Да, чудесная сила Малогалоталотима больше не с вами. Но у вас остались ни с чем несравнимые воспоминания. Вы видели то, чего не видел никто из живых существ. Разве что сами создатели Мало Сангуратийцы, да и то неизвестно. Малогалоталотим предусмотрел всё, он ведь знал, что вы увидите то, чего не дано другим. Но, я так думаю, он сделал это намеренно. Может быть, вы сможете применить полученные знания во благо? Какова ваша следующая миссия? А?

— После таких слов, я на себя уже по-другому смотрю, — выдохнул Ники.

Нуми улыбнулась:

— Выходит, что у нас во Вселенной ещё очень много дел!

— Совершенно верно! – подмигнул глазом мохнатый собеседник.

В это время раздался сигнал тревоги и Нуми радостно сообщила:

— А вот и наш звездолёт!

Миддендорфи мельком взглянул на небольшой экран монитора и утвердительно кивнул:

— Серебряная игла на геостационарной орбите, я даю координаты посадки.

Через некоторое время, блестящий звездный корабль стоял на той самой поляне, где недавно приземлялся Малогалоталотим. Такой крохотный в безвоздушном пространстве космоса, звездолёт казался таким огромным на маленькой, залитой солнцем лесной поляне. С огромной радостью Нуми и Ники встретили свой корабль. Нуми приложила ладошку к корпусу корабля и на гладком, казалось бы, месте образовался прямоугольный светящийся контур. Прямоугольник размерами напоминающий обычную входную дверь, отодвинулся вовнутрь и отъехал в сторону. Нуми взяла Николая под руку, и они вошли в ярко освещенный входной шлюз.

«Где-то я это уже видел, — подумал про себя Николай, — тогда, на Земле, корабль показался мне таким чужим. А сейчас совсем наоборот».

Войдя в салон корабля, Нуми первым делом отправилась осмотреть показания приборов. А Ники, прихватив свой старый лунный скафандр и прибор с посланием Нуми, вошёл в отсек, где хранились всевозможные вещи для работы в космосе. Там он аккуратно прикрепил свой детский скафандр к стене, а рядом поместил прибор с посланием. За работой он не заметил, как рядом оказалась Нуми:

— Это на память?

— Это наш маленький музей, — ответил Ники, — мы будем часто заходить сюда по делу, а эти вещи будут нам напоминать о детстве.

— Музей нашего детства! Как это замечательно, ты такой молодец!

Она обняла своего любимого и мечтательно продолжила:

— А может… это пригодится и кое-кому после нас, правда?

— Ну не знаю, не знаю, — заворчал Ники в своей привычной для себя манере, — давай уж лучше подготовим корабль и куда-нибудь отправимся.

Они дружно принялись за работу: осмотрели все отсеки корабля; убедились, что везде полный порядок, даже в грузовом отсеке всё блистало чистотой; проверили бассейн и кают компанию; протестировали все основные и вспомогательные системы. Наконец, все, что можно было проверить, они проверили и были готовы к полёту. Настало время прощаться с планетой и её хозяином.

— Не могу найти подходящих слов, — сказал Миддендорфи, — не умею прощаться. Вы самые интересные люди, из всех, которых я когда-либо встречал. Я буду вас вспоминать.

— Мы тоже будем помнить, — сказала Нуми и обняла медведя за огромную лапу.

— А если, вдруг, вы попадёте далеко-далеко, в другую Галактику, поищите там моего родственника, — сказал Урсус Арктос, — а может, найдёте ещё одного Малогалоталотима.

— Хорошо, — улыбнулся Ники и пожал огромную лапу.

— Тогда прощайте, я открою вам свободный проход в ваше измерение, — медведь проводил юношу и девушку взглядом и помахал лапой.

Нуми привычно заняла место командира корабля и привычно скомандовала:

— Включить проверку всех систем!

— Все системы в норме, — доложил Ники.

— Даю отчёт: три, два, один – взлетаем!

Нуми плавно потянула на себя штурвал, и звездолёт приподнялся вверх. Ники увидел, как солнечная поляна вместе с огромным медведем ухнула вниз и исчезла из виду. Затем, корабль оторвался от поверхности и рванул в небо. Нуми вывела звездолет на орбиту, затем внесла координаты, которые указал Миддендорфи.

— Прыгаем? – спросила она.

— Прыгаем, — ответил Ники, и звезды превратились в светящиеся линии.

Переход в «нормальное» пространство был незаметен. Звездолет оказался в нормальной реальности, друзья облегченно вздохнули.

— Честно говоря, после первого раза я боялся перехода, — признался Ники.

— Да и я, тоже. Но теперь всё позади и давай решим, милый, кого посетим в первую очередь.

— Далла, я думаю, — ответил Ники, — и этого Винегрета.

— Буф-ф! Какой ты всё-таки невероятник! – сердито воскликнула Нуми. — Простое же имя – Оттиенгриет!

— Очень простое. И как это я позабыл такое простейшее имя? – сдерживая смех, удивился Ники.

— Ну, всё! Сейчас я тебе!

Завязалась весёлая потасовка, которая закончилась хохотом и поцелуями.

— Ты, как всегда, Ники. В своем репертуаре.

— Надо ведь иногда развеять обстановку, а то ты серьезная какая-то.

— Грустно немного, ведь скоро мы покинем эту галактику.

— У нас с тобой грандиозные цели, — парировал Николай, — ты сама хотела исследовать всю вселенную.

— Да, милый, — кивнула Нуми, — пристегнись, держим курс на Целестру.

Она ввела нужные координаты, и корабль вошёл в гиперпространство.

Глава 27. Прибытие на орбиту Целестры. Встреча с Оттиенгриетом и Даллом. На Крийоне.

Выскочив из гиперпространства, Нуми и Ники увидели знакомую космическую автостраду. Пристроившись за непонятным, состоящим из нескольких шаров кораблём, они неторопливо вели звездолёт.

— Приветствую вас Серебряная Игла C25043 на подходе к околопланетному пространству Целестры, — прозвучал знакомый голос Оттиенгриета, — рад вас видеть.

— Мы тоже очень рады! — ответила Нуми, — куда нам пришвартоваться?

— Ваш док….

Наступила тишина. Нуми и Ники непонимающе переглянулись. Затем, после непродолжительно молчания, Оттиенгриет заговорил снова:

— Что-то со связью…. Ваш док 93 литера «С», ждём вас.

— Помнится мне, в прошлый раз был пятый причал. Как-то нас в самое дно опустили, — с сомнением в голосе произнёс Ники.

— Может загрузка большая? – неуверенно, с надеждой в голосе спросила Нуми.

— Не нравится мне его голос…. Что-то он не так приветлив, как раньше. И посмотри вперед: кораблей ровно такой же поток, как и в прошлый раз.

— Да, странно это, — Нуми задумалась, — твоё предчувствие нас ещё не обманывало. Неужели нам предстоит снова вступать в бой?

— Если это проклятые «искатели скорости», то я за себя не отвечаю! – кипятился Ники. — Тем более, я давно в оружейном отсеке не бывал. Как долбану из всех видов оружия — мало не покажется.

Между тем в поле зрения показалась орбитальная станция с множеством причалов, доков и ангаров для кораблей всевозможных типов. Самый верх этой причудливой конструкции подсвечивался красным цветом.

— Не поняла, это что для нас что ли?

— Может 93 «С» это не низ, а верх? — удивился Ники.

Нуми провела звездолет к самому верху станции. Здесь было гораздо свободнее, чем внизу, а сами доки были построены с претензией на роскошь.

— Если нас встречают бандиты, то это шикарная ловушка, — прокомментировал Ники.

Нуми ничего не ответила. Она аккуратно пришвартовала звездолёт к причалу.

— Филигранно! – сказал вдруг голос Оттиенгриета. — К сожалению, я не могу подойти к кораблю. Если вы будете так любезны, выйдите сами.

— Как же, — буркнул Ники, — идём с распростертыми объятиями.

— Ну, подожди дорогой, что-то здесь не так. Я чувствую только доброжелательное излучение. Никакой угрозы нет.

— Раз ты та решила, значит выходим, — пожал Ники плечами, — но возьмём оружие.

— Хорошо, как скажешь.

В полной экипировке они вступили на поверхность роскошного причала. В конце его, около будки смотрителя стоял Оттиенгриет. Ничего подозрительного вокруг было не видно. Подойдя ближе, Нуми ахнула: их старый знакомый стоял на высоком табурете и улыбался. При этом половина его тела напрочь отсутствовала. Но он улыбался, хотя было видно, как это ему тяжело даётся.

— Что? Что с вами произошло, — с ужасом спросила Нуми.

На их собеседника действительно было жалко смотреть: он был бледен, а оставшаяся часть тела теперь не светилась, как раньше, а была какой-то мутной.

— Я рад вас видеть! – с трудом произнёс Оттиенгриет. — Давайте пройдём в холл, там и поговорим.

Под табуретом зажужжал маленький гусеничный транспортер и стал толкать табурет в сторону парадной двери холла. Оттиенгриет при этом с трудом балансировал, и едва не упал. Тогда Нуми и Ники подхватили табурет и сами очень аккуратно принесли его в холл.

— Спасибо, — поблагодарил их космодиспетчер, — я знал, что вы прилетите, и хотел вам угодить. Поэтому вас встречает самый роскошный док Целестры.

— За что же нас благодарить? – спросила Нуми. — И это ваше ужасное состояние! Предполагаю, что это опять из-за нас.

— Вы спасли наш мир от банды искателей скорости, — с трудом проговорил Оттиенгриет, — а в прошлый раз, вы щедро расплатились, каюсь, я тогда заломил цену, не зная, кто вы. Но благодаря вам, я покрыл свои долги и очень помог своим родственникам. Поэтому я вас благодарю.

— Что произошло? – спросил Ники тоном, не терпящим возражений.

— После того, как банду взяли, наступила благодать. Вы исчезли, а про вас говорили все. Радиоэфир не смолкал, телеканалы транслировали о вас новости круглосуточно. Даже меня упоминали. Все наши жители вздохнули свободно, ведь теперь им никто не угрожал. Вся банда попала в плен, их пока держат на Крийоне, как военных преступников. Но видимо, некоторые из отбросов остались на свободе. Насмотревшись новостей, они решили, что с моей помощью найдут вас. Их ничего не научило: они всё равно хотели вас поймать и нагрянули ко мне. Но я простой диспетчер и ничего не знаю. Поэтому они глумились надо мной как могли. Хорошо, что я смог вовремя нажать тревожную кнопку. Армия охраны Целестры их арестовала. Во время штурма, один бандит выстрелил в меня. Вот что теперь от меня осталось, — закончил свою печальную речь Оттиенгриет.

— Сволочи! – выругался Ники.

— Какой ужас, — со слезами в голосе проговорила Нуми, — как вам помочь? Вас можно вылечить?

— Я с Пенелторты, — улыбнулся собеседник, — если бы вы знали, то не спрашивали бы. Мы легко восстанавливаемы, правда, не бесплатно. Но я раздал все деньги, и пока накоплю нужную сумму, могу не дожить.

— Так! – вскочила Нуми. — Быстро говори, куда тебя доставить! – она, казалось, забыла о вежливости.

После подробного объяснения, протестующего Оттиенгриета, поволокли в стоящий неподалёку челнок.

— Зачем вы? – вопрошал он. — Я и так вам обязан, ничего не надо, я сам как-нибудь….

Ники сбегал на Серебряную Иглу и взял вместительный чемоданчик драгоценных камней и золота. Усевшись за штурвал челнока, он вопросительно глянул на Нуми.

— Держим курс на главный космоплакт Целестры, — скомандовала Нуми, не обращая внимания на слабые завывания диспетчера.

Ники улыбаясь, уверенно направил челнок на планету. По сравнению с прошлым разом, у него это получалось гораздо лучше.

— А я подумал, что нас опять ждёт засада, — говорил он, не отрывая взгляда от приближающегося космоплакта планеты, — а это наш несчастный друг. Ничего, мы тебя быстро на ноги поставим!

Приземлившись, Ники первым делом обзавелся местной валютой. Потом они вместе с Нуми вынесли на носилках причитающего Оттиенгриета из челнока. Ники вызвал транспорт и приказал вести в главную клинику планеты. Расплатившись с водителем, Нуми и Ники препоручили своего товарища медицинскому персоналу. Нуми успокаивала Оттиенгриета, а Ники договаривался о скорейшем его излечении и велел не скупиться на расходы. Покончив со всеми формальностями, они вышли из госпиталя и перевели дух.

— Буф-ф, Ники, как же хорошо, что мы вовремя прибыли. А ведь он даже не знал, прилетим ли мы вообще.

— Да, ты права, — согласился Ники, — а знаешь, что? В этот раз предчувствие меня обмануло!

— И хорошо! Обошлись без возможных жертв. Теперь поедем, навестим Далла.

Они отправились в сторону ближайшей станции телетранспортировки: в прошлое посещение они весьма оценили такой способ передвижения. Выбрав нужную клавишу, они вышли на площади тёплого города Вальода. Однако, приехав по адресу, они Далла не обнаружили. Хуже всего, они узнали, что Далл давно не появлялся.

— Что же делать? – спросила Нуми.

— Вернёмся обратно в Андорабель и навестим управление Космоплакта, — предложил Ники, — вдруг он там.

— Согласна, может там есть о нём сведения.

Вернувшись обратно, Нуми и Ники направились в сторону знакомого высоченного здания. В бюро по работе с исследователями они прошли мимо вечно подозрительно Аааандгта и обнаружили Далла в компании той самой Алоны – девушки с волосами ярко-жёлтого цвета. При виде вошедших Далл и его собеседница остолбенели.

— Ну здравствуйте, друзья! — поздоровалась Нуми.

— Привет, — сказал Ники.

И тут заговорили все разом: Далл стал жестикулировать и что-то объяснять, Алона смеялась, Ники и Нуми пытались рассказать о цели своего прибытия, но в поднявшейся суматохе их не слышали, да ещё к ним вдруг присоединился Аааандгт и с жаром что-то громко шептал. Наконец эмоции стихли, все уселись по местам, и завязался нормальный диалог. Оказалось, что Далла освободили Крийонские солдаты и вернули на родную планету. И тогда Далл принял решение отправиться в космос: он хотел заняться новыми исследованиями и очень хотел найти Нуми и Ники. Ему был необходим корабль, но, чтобы арендовать его, нужны были деньги. Именно этот вопрос они обсуждали с Алоной, к которой Далл был давно не равнодушен. Похоже, симпатия у них была обоюдная, поскольку они то и дело поглядывали друг на друга. На вопрос об их дальнейших планах, Нуми ответила:

— Мы приехали сюда для того, чтобы попрощаться.

Она рассказала им вкратце о путешествии на чудесном живом корабле, о том, как его привели в порядок и о том, как вернувшись на Целестру, они отправили на лечение знакомого космодиспетчера.

— А теперь мы поможем вам, — с улыбкой закончила свой рассказ Нуми.

Естественно, Далл и Алона стали протестовать, но Ники не слушая, отвалил им золота и камней, которых хватило бы на покупку нового корабля.

— Зачем вам аренда? – спросил Ники. — Купите себе новый транспорт и отправьтесь вдвоём, а мы с Нуми будем рады вашему счастью.

— А я могу поработать за двоих, — прошелестел Аааандгт, — повышение мне не помешает.

Все рассмеялись, а затем наступило время прощаться.

— Когда вы отправляетесь? – спросил Далл.

— Прямо сейчас, — ответила Нуми, — у нас столько дел во Вселенной.

Некоторое время спустя, Нуми и Ники уже были в космосе. Позади были орбитальная станция и планета Целестра, на которой остались их замечательные друзья.

— Как я не люблю прощаться! – сказал Ники. — Гораздо лучше здороваться.

— Да, Ники, прощание — ужасная вещь, — вздохнула Нуми, — тем более, когда знаешь, что расстаёшься навсегда.

— Странно распорядилась судьба, — Ники наморщил лоб, — мы совсем не хотели здесь задерживаться, а получилось так, что и Мало нашли и новых друзей.

— Только Мало мог знать, что случится в будущем, — философски заметила Нуми, — а когда мы были с ним единым целым, ты пытался посмотреть в будущее?

— Сначала хотел, — признался Ники, — а потом передумал. Будет правильнее, если мы не будем знать, о том, что будет.

— Ты правильно решил, я тоже сначала хотела заглянуть вперёд, но передумала. Если всё знать наперёд, то жить будет неинтересно, правда?

— Правда, — ответил Николай, — пускай всё идёт своим чередом. А мы будем справляться с новыми трудностями по мере своих сил. Ведь у нас итак неплохо получается. Правильно я мыслю, мой капитан?

— О да, милый! – смеясь, ответила Нуми. — Ты абсолютно прав. А ещё я хочу предложить нам отдохнуть и выспаться. Зададим курс на Крийон и полетим потихоньку.

— Это самая хорошая мысль за последние сутки! Я согласен.

Они задали курс и отправились в кают-компанию, чтобы вкусно перекусить. Затем приняли душ и с наслаждением завалились в кровать.

— О! – только и мог сказать Ники.

— Ты о чём?

— Это я о кровати. Как же хорошо тут лежать! Соскучился я по комфорту.

— А я соскучилась по тебе, — сказала Нуми.

— Так давай же я тебя обниму, чтобы ты не скучала!

— Обними! И поцелуй….

Незаметно прошла ночь. Ночь по корабельному времени. На самом деле они сами не знали, какое время суток сейчас на Крийоне или Целестре. Ведь планеты считали свое время, вращаясь вокруг своих солнц. А звездолёт не вращался ни вокруг чего-либо, поэтому отчитывал время собственное. Зато Нуми проснулась и почувствовала себя, отлично выспавшись и в прекрасном настроении. Повернувшись на бок, она очень удивилась, что Ники рядом нет. Но тут дверь в каюту раздвинулась, и вошёл Ники с подносом в руках, на котором дымились две ароматные чашки кофе.

— Доброе утро, любимая! А я кофе сообразил!

— Ой, молодец, — Нуми взяла чашку и отхлебнула маленький глоток, — как вкусно! Где ты научился так варить кофе?

— Просто вспомнил один старый рецепт, ничего особенного.

— Спасибо!

Напившись кофе, друзья оправились оценить обстановку и уточнить время прибытия на планету Крийон. Оказалось, что лететь осталось немного. Они уже пересекли орбиты пограничных планет системы Крийона. Затем заговорил внутренний передатчик корабля.

— Приветствую экипаж Серебряной Иглы! Приветствую тебя названная дочь императора Поллунотойи!

— Здравствуйте, капитан Гаг, поинтр! – поприветствовала Нуми усатую морду капитана Гага, которая уже появилась на экране. — Мы рады вас видеть!

— Мы очень надеялись, что вы появитесь, вы нам нужны, — сказал Гаг, — я всё вам расскажу, но только после посадки. Вы ведь приземлитесь у нас?

— Конечно, — отвечала Нуми, — мы совершим посадку на вашей планете. Там, где скажете.

— Тогда держите координаты и ответьте на главный вопрос, с вами всё в порядке?

— Да, всё хорошо, — ответила Нуми.

Ники уже загрузил координаты в навигационную систему звездолёта.

— Значит, император, как всегда был прав, — удовлетворённо сказал Гаг.

На этих словах капитан Гаг завершил сеанс связи. Что он имел ввиду было непонятно. Тем временем, звездолёт приближался к Крийону.

— Смотри, — Ники указал рукой на висящий на орбите дисколёт, — знакомый корабль, не правда, ли?

— Он самый, — подтвердила Нуми, сразу узнав корабль, который они не так давно спасли от гибели.

— Судя по координатам, мы будем садиться на самый большой из островов планеты, — сообщил Ники.

— По всей видимости, это их главный континент, — решила Нуми.

Переговорив с диспетчером и сверив курс, Нуми повела звездолёт на посадку. Подлетая к поверхности планеты, был заметен большой, окружённый каналами, космодром. Аккуратно приземлившись в указанном месте, Нуми поднялась с командирского кресла.

— Буф-ф, милый! Пошли на выход!

Когда дверь шлюзовой камеры открылась, в корабль ворвался тёплый и влажный ветерок. Чувствовался запах цветов и свежей травы. И щебетали птицы. Выйдя на открытое пространство, Нуми и Ники увидели множество встречающих. Это были крийонцы, люди и другие существа. В середине толпы стояло транспортное средство, украшенное яркими знамёнами. По всей видимости, это был дилл императора. Заметив вышедших из звездолёта людей, толпа стала громко приветствовать прибывших.

Глава 28. Разговор с императором. Прощание. Планы на будущее. Отлёт.

Император принимал гостей с большими почестями. Под торжественную музыку их доставили в императорскую резиденцию. Сначала Нуми и Ники были в недоумении, отчего им такая честь. Только после разговора с императором они поняли, в чём дело. Люди Крийона знали, что банда искателей скорости давно объявила войну их императору и всему народу. Поэтому, когда звездолёт Серебряная Игла атаковал базу последователей Нталы и уничтожил всё вооружение, экипаж этого корабля стали считать героями и освободителями. Бандитов и их предводительницу взяли в плен, но самих героев найти не смогли. Пленников привезли на Крийон, где народ хотел вершить над ними суд.

— И я обратился к народу: подождите, скоро к нам прилетят наши освободители и вынесут в отношении бандитов своё решение, — сказал император.

— Откуда вы знали, что мы прилетим? – спросила Нуми. — У нас у самих не было такой уверенности.

— Разве я не говорил, что мы храним знания всех предшествующих поколений от начала вод? – лукаво улыбнулся император. — Я советовался с предками и понял, что вы прилетите.

Нуми и Ники не поняли, что имел в виду Поллунотойи, но виду не подали. Лишь кивнули головой в знак согласия.

— Вы ведь спасли своего Малогалоталотима? – спросил император.

— Да, — ответил Ники.

— И вы были там? В другом измерении?

— Да, — ответила Нуми.

— Так я и думал, — удовлетворённо произнес император.

— Но почему? – спросила Нуми.

— Потому что, равновесие восстановилось, — ответил Поллунотойи, — мы, народ Крийона, верим в равновесие во вселенной и проповедуем это. Считайте это нашей религией. До вашего здесь появления мы чувствовали, что равновесие поколебалось, что кто-то пытается его разрушить. Мы боялись потерять равновесие. И теперь мы чувствуем, что оно восстановилось. Теперь решение за вами.

— Какое решение?

— Вы должны решить, что нам делать с бандитами, — ответил император.

— А какие у нас альтернативы? – спросил Ники.

— С такими преступниками поступают так же, как поступали они. А они редко кого щадили. Поэтому, если они достойны умерщвления, то наш народ будет не против. Но есть и альтернатива. Их можно не убивать, а погрузить в вечный сон в криозаморозке.

— Но это хуже смерти! – с ужасом произнесла Нуми. — Есть ещё варианты?

— Есть и третий вариант, — кивнул император, — можно сделать им промывку мозгов, вложить ложную память и отправить трудиться на добычу полезных ископаемых. Куда-нибудь подальше.

— Если такое возможно, то мы с Нуми единогласно за третий вариант, — сказал Ники, — мы с ней придерживаемся идеи не губить напрасно живых существ.

Нуми с благодарностью на него посмотрела. Император с минуту помолчал:

— Итак! Ваше решение?

— Вот наше решение! – сказала Нуми. — Мы оставляем их в живых.

— А могу я попросить? – по лицу Ники было видно, что его осенила гениальная мысль.

— Я слушаю, — император был весь внимание.

— Я бы хотел, то есть, мы бы хотели, чтобы народ думал, что преступникам сотрут память и отправят их на рудники, — сказал Ники.

— Но так и будет, — удивился император.

— Но на самом деле, — продолжил Ники, — после промывки мозгов, пускай они трудятся на благо науке, где-нибудь в научном центре, подальше отсюда.

— Я подумал, — поспешил добавить Ники, — что их одержимость скоростью сидит где-то глубоко в подсознании, и пусть они свою одержимость направят на благо вашей цивилизации. Они будут искать любые способы, чтобы сконструировать принципиально новую концепцию движения в космическом пространстве и однажды, добьются успеха.

Ники замолчал, а император с интересом посмотрел на него.

— Ты нашла себе достойного мужа, дочь моя, — сказал он, после некоторого молчания.

Нуми счастливыми глазами смотрела на своего любимого Ники, а он смутился и потупил взгляд. Затем Нуми обратилась к императору:

— Так как с нашим предложением?

— Вы добрые люди, мы исполним вашу волю, — ответил император.

После этого разговора в сопровождении капитана Гага они прошли в здание суда планеты Крийон, куда уже стекалось, в прямом смысле, огромное количество, народа. Император и Нуми заняли главные места, рядом устроились поинтр капитан Гаг и о’поинтр первого капитана империи Крийона Ники. Затем в зал ввели заключённых. Первой вели Нталу, за ней шёл Тирий’янд, а за ними ещё несколько человек и коренных жителей Роппсуаскля. Всего около тридцати существ обеих рас. На самом деле бандитов взяли в плен гораздо большее количество, но те были простыми обманутыми наёмниками и поэтому их давно осудили на исправительные работы и направили на места исполнения наказания. Нтала увидела сидящих в суде Нуми и Ники и остолбенела. Видя их живыми и здоровыми она просто вне себя была от злобы и непонимания. Ей не давал покоя вопрос: куда они тогда исчезли, и почему улетело существо, которое много лет казалось неподвижно лежащим телом. Когда все собрались и зал призвали к тишине, Нтала и её сподвижники напряглись и с ужасом ожидали приговор. Может быть они представляли себе страшные пытки или вечный сон с перечислением про себя преступлений. Этого никто не знал, но преступники были изрядно напуганы. А затем выступил император с речью, суть которой заключалась в том, что самый правильный суд над преступниками могут вынести лишь те, благодаря которым они были пойманы. И указал на сидящих рядом Нуми и Ники. Затем судья зачитал приговор. Нтала была ошарашена. Не менее обалдевшими выглядели её сподвижники. Никаких мук, смерти и вечного сна. Просто продолжение жизни. Правда другой жизни, но всё же не смерти.

— Вы должны трудом искупить свою вину! – провозгласил напоследок судья, после чего преступников вывели из зала суда.

Народ возликовал вопреки опасениям Ники. Он до последнего считал, что жители Крийона будут недовольны помилованием бандитов. Однако все радовались и славили его и Нуми. Ники не понимал суть происходящего.

— Удивлён? – спросил его император.

— Честно говоря, да, — ответил Николай, — я ожидал другой реакции.

— Просто ты принял мудрое решение, — ответил Поллунотойи, — и ты не нарушил равновесие! Равновесие осталось прежним, а для нас это самое большое счастье.

— Молодец, милый мой Ники! — ликовала Нуми и её глаза сверкали от счастья. — Ты самый лучший и мудрый, и ты сохранил равновесие.

Казалось, что Нуми знает что-то очень важное, что-то такое, что ускользало от него. Он видел, что всем понятно, что какое-то равновесие не нарушено, но он ничего не чувствовал. Всё было как обычно. А потом Ники прибегнул к своему излюбленному способу решения всех проблем: он просто махнул на это рукой. И всё сразу встало на свои места: и равновесие, и любимая Нуми, и император со своими тайнами. И тогда Ники присоединился к всеобщему веселью. Ведь скоро им предстоит долгий полёт, в неизвестные миры. Что они там увидят? С чем столкнутся? Добро или зло, или другая, неизвестная никому сила встанет у них на пути. Он не знал этого. Не знала этого и Нуми. Поэтому отчего бы не повеселиться, когда под ногами пахнущая цветами и морской водой чудесная планета? Когда тебя окружают добрые существа и все рады только лишь твоему присутствию. Когда кроме тебя самого никому ничего не нужно. Только ты сам, твоё настроение, твоя любовь и твоя радость к окружающим. Так думал Ники и веселился вместе со всеми. Народное гулянье происходило рядом на большой площади, около здания суда и резиденции императора.

Но вот уже наступала пора прощаться, и это понимали все: и местные жители, и Нуми, и Ники, и император, и капитан Гаг, и другие гости. Толпа затихла, когда на небольшой помост вышел его величество седьмой из семидесяти император Крийона и его названная дочь принцесса Нуми. И рядом с алой лентой на плече стоял Ники – о ’поинтр первого капитана империи Крийона. Император объявил о том, что их почётные гости покидают их гостеприимный мир. Народ погрустнел, многие склонили головы.

— Добрые жители и гости Крийона! – так начала свою речь Нуми. — Прошу вас, не испытывайте печаль от того, что мы вас покидаем. Мы улетаем потому, что такова наша звёздная миссия. Великий Малогалоталотим предвидел будущее и выбрал нас для достижения какой-то неизвестной цели. Мы даже сами не знаем, какова эта цель. Но точно знаем, что будем стараться нести добро. Может быть, мы совершим множество открытий. Но всегда, мы будем оказывать помощь любому, кто в ней нуждается, по мере своих сил. И мы будем изучать необъятную вселенную. Я с раннего детства любила смотреть на звёзды. И сейчас, улетев невообразимо далеко от своего родного дома, я смотрю на звёзды и мне кажется, что я вижу свой дом и своих родных. И я точно знаю, что где бы я не была, то есть где бы мы не были, глядя в чужое звёздное небо, мы будем видеть вас, мои дорогие. Вашу чудесную планету и вашего мудрого императора. Поэтому не печальтесь, а наоборот радуйтесь и пожелайте нам счастливого пути. И чаще смотрите в ночное небо: быть может, в тот момент мы будем смотреть на вас!

Окончив свою пламенную речь Нуми улыбалась, несмотря на то, что в глазах её блестели слёзы. Народ возликовал и разразился громкими продолжительными овациями. Ники обнял свою любимую и крепко к себе прижал. Как она была права! Она сказала эти слова так, как хотел бы сказать он сам. Он с нежностью смотрел в её бездонные красивые глаза. А она смотрела на него и всё понимала: ей не нужны были слова в тот момент. Даже без включенного электронного мозга.

Незаметно наступало утро. Последнее утро на Крийоне. К отлёту все было готово и без лишних проводов, Нуми подняла звездолёт в воздух. На площади космодрома стояла одинокая фигурка капитана Гага, который беспрестанно махал им, пока не исчез из виду. Затем, незаметно исчезла из виду и сама планета.

Звездолёт держал курс далеко за пределы этой вселенной. Им управляли люди – юноша и девушка. Любящие друг друга Нуми и Ники.

Прощай умница и красавица Нуми! Прощай практичный и рассудительный Ники! У вас впереди есть цель, и вы будете ей следовать. И вы сможете всё, ведь вас направил великий Малогалоталотим.

Вы избранные и у вас впереди невообразимая уйма времени. У вас впереди – жизнь!

Послесловие

Вот и в этой книге появляется послесловие. Читатель обязательно спросит, а нужно ли оно? Или задаст вопрос по-другому: зачем писать послесловие, если можно всё рассказать в самой книге? Читатель, конечно, прав и автор просит у него извинения. Просто автору захотелось рассказать, почему он написал эту книгу спустя много-много лет, после первой дилогии.

Любен Дилов, написавший первые две книги «Звездные приключения Нуми и Ники» и «До Райской планеты и обратно» закончил их так, что у читателя возник вопрос:

«А что же было дальше?».

В послесловии к тем книгам было сказано, что нам, без вездесущего Малогалоталотима никак не узнать, что произошло потом. Встретились ли Нуми и Ники? Суждено им быть вместе или нет? Ведь Мало строго соблюдает закон Вселенной: люди должны сами искать и находить путь друг к другу. Наверное, поэтому Спасающий жизнь больше не появился на Земле. Так что для нас, земных жителей, единственным способом всё узнать, остается наша способность мечтать. Потому, что наши мечты быстрее самого Мало. За одну секунду, они могут перенести тебя на другой конец Вселенной. Правда, ученые утверждают, что она беспредельна, но ведь и мечтам человека нет предела.

Вот и сегодняшнего автора, вашего покорного слуги, полёт мысли позволил всё-таки заглянуть в будущее. Увидеть, как взрослел Ники, и как росла на Пирре умница Нуми. Очень не хотелось автору делать их одинокими и несчастными. Пусть уж лучше Нуми придумает способ, как попасть на Землю и найдёт своего Ники. И они вместе найдут давнего друга Малогалоталотима. Потому что, если сильно захотеть, сбудутся любые, даже самые смелые мечты.

И тебе, дорогой читатель, я желаю, не боятся смело мечтать. Отправляйся в своё собственное будущее и узнаешь, что же было дальше! В добрый путь!