Затонувший дракон (зарисовки)

Отрывок первый

— Господин Хендрик! Милорд Генри ждёт Вас на палубе «Констанции». Он хочет немедленно обсудить условия нового торгового соглашения о поставках лампового масла. Говорит, что Вы сильно затянули обсуждение, — Седрик говорил в приоткрытую дверь рабочего кабинета Хендрика, боясь потревожить господина в момент написания очередного стиха. Стихи и поэмы у Хендрика Йоргенсена, пережитка средневековых бардов, получались не совсем хорошими, однако зачастую вся вина падала именно на Седрика, потому что тот якобы прогонял музу любви.

— Передайте милорду, что мы будем через четверть часа, — Хендрик старался сохранять спокойствие.

«Какое новое соглашение? Меня и старое устраивает. И почему я вообще должен переться на его корабль? Впрочем, это масло нужно мне, а не ему», — вереница вопросов вгоняла Хендрика в ступор, однако потерять торгового партнера не хотелось. Не хватало, чтобы и его финансы начали петь романсы: у Генри Стоунфорда самое дешевое ламповое масло, а доставкой занимается торговый флот последнего.

***

— Как я рад видеть Вас, дорогой Хендрик! — широкой улыбкой его приветствовал Мэттью Уизард, начальник охраны милорда. — Не хотите немного поплавать? Капитан, поднять судно с якоря — мы отплываем!

— Господин Мэттью, милорд хотел обсудить условия соглашения. Почему мы отплываем? Где Милорд? Где его купцы? Что происходит? — пот проступил на лбу, ноги подкашивались, Хендрик еле вымолвил последние два вопроса.

— Господин Хендрик, не переживайте! Милорд действительно хочет обсудить новые условия: десятипроцентная скидка взамен предоставления права ремонта в ваших доках. Сейчас мы как раз отправляемся на наш остров, чтобы Вы могли посмотреть, как мы производим лучшее ламповое масло в регионе!

— Сэр Мэттью, я доверяю милорду. Всё в порядке. Не могли бы Вы вернуть меня на берег?

— Нет, — отрезал Уизард.

— Почему? Я всё ещё не понимаю, что происходит? — Хендрик Йоргенсен отчаянно пытался сделать вид рассерженного человека, однако больше походил на запуганного поросенка.

— Вы прекрасно знаете цель нашего прибытия в регион. Нам некогда зарабатывать очки дипломатии. Милорду нужно знать, где находится Бетти, эта приспешница Диего дель Торро.

— Помилуйте, сэр. Ведь так я сам погибну! — взмолился Йоргенсен.

— Милорд оттягивал до последнего этот сценарий. Взгляните на свой прекрасный остров: несколько тысяч жителей мирно работают, чтобы древний род королевских бардов процветал. Однако в одну секунду их мирной деятельности может прийти конец. Остров окружен военными кораблями милорда. Одно неверное слово и начнётся блокада! — сэр Мэттью рассказывал о своей военной хитрости так, словно описывал Хендрику свойства лучшего на свете лампового масла.

Хендрику стало нехорошо. Он медленно обернулся в сторону Табельфорда. Несколько тяжеловооруженных военных кораблей. И это только у одного берега! Хендрика перекосило: в гавани послышалось несколько пушечных выстрелов.

Отрывок второй

Небольшое поселение мадам Надаски на севере региона довольно холодно приветствовало людей милорда. Большинство поселенцев было занято своими делами, зевак видно не было, поскольку на этом острове их не жаловали: мадам Надаски гарантировала безопасность и пропитание в этих диких краях всем, кто готов платить максимально высокие налоги.

— Не подскажете, как добраться до резиденции мадам Надаски? — спросил первого попавшегося жителя Уильям Бишоп, слуга сэра Генри.

— Резиденция? — пожилой мужчина, распутывавший рыболовные сети, недоуменно посмотрел на юнца. — Наша госпожа не любит роскоши, она работает в помещении Гильдии пивоваров на втором этаже. Дойдёте до конца проспекта, там увидите холм. Вот там и работает наша госпожа, — старик откашлялся и продолжил методично распутывать свои сети.

— Благодарю Вас, сэр. Милорд, быть может, сначала мне разведать обстановку? — Уильям был готов рвануть на холм в любую секунду.

— Нет, пойдём все вместе. Этот союз заключаю я, — сэр Генри махнул рукой в сторону корабля. — Останься здесь и проконтролируй выгрузку подарков с корабля. — Милорд подошёл вплотную к слуге и прошептал. — И не подпускай к ящикам местных: они народ вороватый, я от Йоргенсена слышал.

— Как прикажете, сэр. Если что-то пойдёт не так, несколько человек охраны будут стоять у входа в Гильдию. Говорят, она опасная женщина.

— Не опаснее Хендрика, — сэр Генри обронил словно окурок сигары замечание Уильяму и двинулся по проспекту.

***

— У Вас чудесный город, мадам Надаски, — милорд осматривал комнату Екатерины Надаски, вдовы покойного Чарльза Сэлинджера, унаследовавшего неплохое по меркам Старого Света состояние. И не в первый раз.

— Вы проделали такой путь, чтобы потратить и моё время? — мадам Надаски пронзила его ледяным взглядом из-под тонкой чёрной вуали, наполовину скрывавшей её мертвенно-бледное лицо.

— Прошу прощения, мадам, просто невежливо вот так сразу…

— Невежливо тратить чужое время. Предлагаю перейти к делу, — сухо отрезала Надаски, протягивая сэру Генри фужер с вином. — Однако немного выпить хорошего вина переговорам не повредит.

— Благодарю. На моём острове готовят отменное пиво, однако молодое красное вино не так часто появляется на складах. Даже у вольного торговца, — оба подняли фужеры, однако милорд лишь пригубил.

— Вы точно хотите заключить альянс? — мадам Надаски моментально стала холоднее, чем прежде.

— Совершенно верно, и я хотел обсудить условия сотру…

— Слишком много хотите при таком уровне культуры. Можете не бояться пить вино. Мой муж, да унаследует он Царствие Небесное, был отравлен. Но не мной.

— Мадам Надаски, покорнейше прошу меня простить. Я не хотел Вас обидеть. А тем более задеть такую тему, как смерть Вашего супруга.

— Сэр Генри, мне пятьдесят два года, я похоронила трёх мужей и родителей, пережила своего ребёнка и чуть не лишилась жизни сама. Вы считаете, что меня можно задеть?

— Мадам Надаски…

— Я вижу недоверие в Ваших глазах. Мой покойный супруг на самом деле работал в королевской ложе. И именно послужило причиной его смерти. Его убил наш общий враг. Догадываетесь, о ком я?

— Диего дель Торро?

— Эта старая мразь отправила на тот свет всех моих мужей. На войне, развязанной им, погиб мой сын, — голос мадам Надаски запрыгал, она громко поставила фужер на стол, выдохнула и попыталась спокойно проложить. — Я сама хочу заключить с Вами союз. Но прошу Вас, не усугубляйте ситуацию. Не Вам, человеку, который отправился по велению Её Величества в Новый Свет, потому что должен двести пятьдесят тысяч фунтов стерлингов купцам из Суссекса, а вместо этого начал гоняться за старой золотой погремушкой, — мадам Надаски даже ненадолго улыбнулась и сделала глоток вина. — Мой супруг работал в королевской ложе. Теперь сомнений нет. Поэтому попробуйте моё вино, а я взамен, когда буду гостить в Ваших землях, попробую Ваше пиво, если оно на самом деле настолько хорошо.

Отрывок третий

Либенхайм в огне.

Милорд предполагал, что Диего дель Торро — свирепый противник, который железной хваткой руководит ордой хорошо обученных головорезов. Однако даже в самом страшном сне он не мог себе представить, что боевые корабли Диего будут обстреливать жилые кварталы, церкви, больницы и даже детский дом на окраине города.

Дель Торро не желал вступать в прямое военное столкновение с милордом. Военным прилетало по воле случая, они не были целью безумного испанца, приводящего население города в шок и трепет. Диего дель Торро должен был получить артефакт любой ценой.

К моменту прибытия милорда в порт, корабли Диего дель Торро уже отплыли на безопасное расстояние. В дело на суше вступили шпионившие на него и скрывавшиеся до этого часа по всему Либенхайму мародёры — освобождённые каторжники, пойманные беглые преступники и иной сброд, для которых краплёная кровью монета была основным источником дохода.

Над городом повисло густое тёмно-серое покрывало из дыма, укрывавшее собою наполовину пылающий город. До порта доносились отчаянные крики женщин и детей, грозно трезвонили церковные колокола и пожарные каланчи, повсюду шум, гам, топот и ругань солдат, пожарных, других неравнодушных и способных помочь людей.

— Милорд, слава Богу, вы прибыли! — раздался крик Йозефа, одного из слуг милорда. — Нам срочно нужна ваша помощь! Пожарные не могут пробраться в некоторые уголки города, повсюду баррикады, шныряют эти чёртовы мародёры! Спасите нас, милорд! — от безысходности Йозеф сорвал голос.

— Йозеф, пусть сюда срочно придёт начальник гвардии. Срочно! — сурово и громко приказал милорд.

Из-за шума в висках Йозеф лишь наполовину понял своего господина. Он хотел его переспросить и побежал ему навстречу, но вдруг над головой раздался оглушительный свист — со стороны порта по направлению к детскому дому пролетело пушечное ядро.

— Господи, помилуй… — упавший на спину Йозеф зарыдал.

— Йозеф! — милорд сорвался на крик. — Йозеф! Срочно начальника гвардии ко мне, слышишь?! После этого займись эвакуацией детей! Бегом!

Весь чумазый, в порванном камзоле Йозеф поднялся, отер глаза от слёз, собрался и крикнул милорду в ответ: — Слушаюсь!

Через минуту перед милордом предстал запыхавшийся начальник гвардии. Милорд, лицо которого освещал агонизирующий Либенхайм, отдавал чёткие приказы: расчищать баррикады, открыть доступ ко всем источникам воды, всячески содействовать пожарным и иным людям, способным потушить пожар, подозрительных личностей арестовывать, сопротивляющихся приказам — убивать на месте.

Начальник гвардии бросился исполнять распоряжения милорда. Сам же милорд ненадолго оцепенел: он увидел бездыханное изуродованное тело портового рабочего. Опознать его уже было невозможно, только тёмные мозолистые ладони были памятником его трудолюбию и беззаветной преданности милорду.

Рассвирепевший милорд достал шпагу.

— Эти сукины дети доживут до суда Её Величества! Без руки или ноги — но доживут, — милорд, его стража и слуги быстрым шагом направились вглубь Либенхайма.