Ярен+Харун. Сборник рассказов

Этот неловкий момент

- Я никогда не выйду замуж! Слышите? Никогда! Вы меня не заставите! Я этого не позволю! - сквозь зубы повторяла я, швыряя вещи в своей комнате.

На глазах застыли слезы, а из головы все еще не шел утренний разговор с дедом, слова которого прогремели, словно гром среди ясного неба:

"Ты выйдешь замуж, Ярен. И ты больше никогда не будешь носить фамилию Шадоглу!" - рявкнул тогда этот разъяренный боров, после чего со всей силы влепил мне пощечину, а я, не удержавшись на ногах, рухнула на пол и громко зарыдала, наверное впервые в своей жизни.

Ведь дед никогда не бил меня, ведь он никогда не позволял себе подобного в мой адрес.

Обычно все затрещины всегда доставались моей двоюродной сестре Рейян, будь она проклята на семь лет вперед.

"А ведь все могло бы быть иначе, если бы сестрица не узнала о моих проделках", - покусывая разбитую губу, думала я.

Ведь все же было так просто, и мой план с подделкой подписи о разводе почти что сработал, если бы вновь не помешал случай.

И теперь они снова вместе, а их любовь после моих действий, напротив, окрепла и стала сильнее, несмотря на все мои тщетные попытки рассорить эту ненавистную мне парочку.

- Ненавижу тебя, Рейян! - рявкнула я, швырнув на пол стоявшую на тумбочке хрустальную вазу, которая в следующую секунду разбилась на мелкие кусочки.

От бессилия я рухнула на диван и, закрыв лицо ладонями, громко зарыдала.

Ах, если бы моя сестрица только знала, как сильно я ее ненавижу! Если бы она только об этом знала!

Ведь все мои беды были только из-за нее, ведь во всех моих стенаниях была виновата лишь она и никто больше!

Сперва Рейян украла у меня детство, любовь старшего брата и дружбу с соседскими детишками, с которыми "заботливый дедушка" мне строго-настрого запрещал играть.

Потом в моей жизни появился Миран, взгляд которого, впервые за долгие годы, заставил мое сердце биться сильнее. Но и его любовь у меня украла эта мерзкая Рейян.

И финальным аккордом стал мой дед Насух, который все эти годы, несмотря ни на что, продолжал носить меня на руках, прощая мне все провинности и глупости. Который, несмотря на свой скверный характер, ни разу не поднял на меня на руку и слова дурного в мой адрес не сказал...

И его любовь у меня умудрилась украсть эта девица! И любимого деда она у меня отняла, оставив меня в гордом одиночестве, без единой близкой души в этом огромном доме!

- Ненавижу тебя, Рейян! Ненавижу! - глотая слезы и кусая губу, отчаянно повторяла я.

От бесконечного плача мой голос немного охрип, а глаза покраснели от слез, и в ту минуту я яростно взмолилась Аллаху лишь о том, чтобы сегодня вечером дом Шадоглу навестил мой дотошный женишок, о котором все сегодняшнее утро так распиналась моя горячо любимая мамочка Хандан.

- Ой, Ярен, ты даже и представить себе не можешь, какую замечательную партию мы с отцом тебе подыскали! Машаллах! Харун - такой замечательный мальчик! Умный, красивый, любезный! Только, вот, с невестой ему не свезло! - щебетала моя мамочка, ехидно поглядывая в мою сторону.

- Ты права, Хандан, - вторил ей мой отец, во время утренней трапезы, - Харун - отличная партия, только, вот, заслуживает ли его наша Ярен... Это еще большой вопрос.

На этих словах Джихан громко смеялся, по всей видимости надо мной, а я лишь закатывала глаза и покусывала разбитую губу, дабы не ляпнуть ничего лишнего и в очередной раз не поссориться со своими родителями, отношения с которыми у меня всегда были до ужаса натянутыми.

"Да кто такой этот Харун, что вы так его превозносите?" - хотела было высказать им я, но не решилась, - "Почему вы так гордитесь им? За что вы так его любите, раз считаете, что брак с вашей единственной дочерью станет для него адским испытанием?".

Краем глаза я заметила, как тогда вздохнул Азат и, одарив меня коротким взглядом, пожал плечами, словно выражая мне некое подобие сочувствия, а рядом с моим братом ерзала в кресле перепуганная Элиф, которая то и дело поглядывала в мою сторону, словно ожидая, когда я в очередной раз взорвусь и устрою скандал.

Но, к счастью Азата и к несчастью своих родителей, мне удалось сдержать эмоции и промолчать, и, только-только опустошив тарелку с завтраком, я мигом вскочила со своего места и пулей бросилась в свою комнату, чуть не сбив с ног вечно сующую свой длинный нос в чужие дела нашу служанку Ханифе.

- Ах, Аллах, когда уже закончатся мои беды! Ну, когда?! - глотая слезы, бормотала я в ту минуту, - Почему я так несчастна? Почему меня никто не любит?

Я так громко рыдала и взывала ко Всевышнему, что даже не заметила, как дверь моей комнаты приоткрылась, а на мое плечо опустилась чья-то теплая ладонь.

От неожиданности я вздрогнула и вскочила с дивана, но бросив взгляд в сторону своего внезапного визитера, облегченно вздохнула.

- Азат, как же ты меня напугал! - хватаясь за сердце, выдохнула я.

В ту минуту мой брат выглядел весьма растерянным.

Переминаясь с ноги на ногу, он стоял в двух шагах от меня и, почесывая затылок, раздумывал, с чего бы начать наш разговор.

И, наконец, мой брат заговорил.

Присев на диван, Азат зачем-то протер лицо ладонями, а затем неуверенно начал свою речь:

- Ярен, послушай меня внимательно..., - вглядываясь в мои глаза, чуть слышно проговорил брат.

Голос Азата звучал весьма неуверенно, из-за чего мне подумалось, что брат все еще подбирает слова, чтобы не ранить сказанным меня и мои чувства.

Ах, Аллах! Как же я ненавижу это!

Как же меня бесит, когда моя родня не может высказаться прямо или же чего-то не договаривает, дабы пощадить мои чувства!

Скрестив руки на груди, я злобно уставилась на своего брата.

- Я слушаю, - твердо сказала я, предчувствуя очередной скандал, на этот раз с Азатом.

И мой братец вновь заговорил.

Сделав глубокий вдох, он нехотя поднялся с дивана и, подойдя ко мне ближе, вновь опустил ладонь на мое плечо.

- Ярен, - выдохнул Азат, грустно поглядывая в мою сторону, - Ты же знаешь, что ты моя сестра, и я тебя очень люблю и дорожу тобой...

На этих словах брат вновь запнулся и опустил взгляд.

- Я тебя слушаю, - повторила я, кусая губу, дабы вновь не ляпнуть ничего лишнего, - Говори, раз уж пришел и побеспокоил меня.

В ту минуту я просто пылала от гнева, и мне стоило огромных усилий промолчать и не ляпнуть ничего ехидного в адрес своего недоумка-брата.

И он вновь заговорил.

Сделав глубокий вдох, Азат вновь одарил меня взглядом, после чего, как можно спокойнее, проговорил:

- Ярен, ты ведь знаешь, наши родители правы... Да, и что там наши родители! Наш дедушка тоже прав! Тебе давно пора замуж, может тогда ты поумнеешь и научишься разумно мыслить...

От услышанного я мгновенно выпала в осадок.

- Что?!

- Говорю, как есть, - продолжил свою речь Азат, - Долгие годы я был влюблен в Рейян, но потом женился, и мои чувства к ней немного притупились. Конечно, я еще не успел полюбить Элиф также, как она любит меня, но зато...

Азат уже хотел было мне поведать о своем недавнем браке, который он героически заключил, чтобы примирить две враждующие семьи, как я успела перебить его, дабы не выслушивать весь этот бред с самого начала.

- Думаешь, меня волнует твоя недавняя женитьба? - рявкнула я, активно жестикулируя руками, - Думаешь, меня волнует твоя Элиф, наши родители или же наш полоумный дед, которому уже давно пора отправиться к Аллаху?

Я злобно сжала кулаки и с ненавистью уставилась на брата, который, как всегда бывало во время наши ссор, жутко перепугался и впечатался спиной в шкаф.

- Мне наплевать на всех вас! Слышишь? Мне на вас ПЛЕ-ВАТЬ! И за вашего драгоценного Харуна я никогда не выйду! Даже если дед заставит!

Воспользовавшись замешательством Азата, я схватила с тумбочки сумочку с телефоном, после чего пулей вылетела из особняка, вновь чуть не сбив с ног вездесущую Ханифе, которая в очередной раз маячила возле двери моей комнаты.

Поймав такси, я направилась в ближайший бар, дабы привести мысли в порядок и хоть немного забыться.

- Самый крепкий виски, - сходу бросила я официантке, которая почти сразу же материализовалась возле моего столика.

- Как скажите, ханым, - пискнула девушка, после чего удалилась.

Как только официантка ушла, я поставила локти на стол и уронила голову в ладони.

- Только быстрее, если можно, - кусая губу, проговорила я, кидая взгляд в сторону работницы ресторана.

Вскоре девушка вернулась с бутылкой виски и бокалом, который я почти сразу же наполнила до краев и вмиг осушила.

"Это то, что мне сейчас нужно," - подумала я, опустошая уже третий бокал, - "Забыться, уйти в себя, ни о чем не думать, и не о ком не думать.... Особенно об этом Насухе, будь он трижды проклят...".

Трясущейся рукой я уже было хотела вновь наполнить свой бокал алкоголем, как внезапно кто-то перехватил мою руку, и в следующую секунду я увидела перед собой улыбающегося молодого человека.

Темноволосый незнакомец не отводил от меня взгляда своих пронизывающих насквозь карих глаз и продолжал хищно улыбаться, то и дело опуская взгляд в зону моего декольте.

- Ханым, что-то случилось? Кто-то обидел Вас? - зачем-то поглаживая мою руку, проговорил незнакомец.

Его низкий голос буквально сводил меня с ума, а голова ужасно кружилась, то ли от выпитого алкоголя, то ли из-за его полурасстегнутой черной рубашки, которую мне почему-то ужасно хотелось с него сорвать.

- А тебе какое дело? - рявкнула я, вырывая руку из цепких пальцев незнакомца, - Да кто ты вообще такой, чтобы я тебе что-то о себе рассказывала? Тоже мне, падишах нашелся! - фыркнула я, вскакивая со своего места.

"Ну, и наглец! Да кто он такой, чтобы так нагло себя вести и приставать ко мне? Что ему вообще от меня надо?"

Размышляя о дотошном незнакомце, я уже хотела было покинуть ресторан, но неожиданно оступилась на высоких каблуках и чуть было не упала, если бы не тот самый брюнет, который внезапно оказался рядом со мной.

Мужчина успел ловко подхватить меня за талию и прижать к себе, тем самым не позволив мне упасть.

На миг наши взгляды вновь встретились, а в нос внезапно ударил приятный аромат древесного парфюма, которым, по всей видимости, так любил пользоваться мой новый знакомый.

Большие карие глаза прожигали меня насквозь, а губы незнакомца были так близко, словно молили меня о поцелуе.

Он был настолько притягателен и прекрасен, что в ту минуту я даже забыла о Миране, который долгие месяцы не выходил у меня из головы, даже после его женитьбы на моей кузине.

Хищно улыбнувшись, незнакомец облизал свои губы, после чего приблизился ко мне практически вплотную.

На какой-то короткий миг мне даже показалось, будто бы он хочет поцеловать меня, и какая-то часть меня тоже этого хотела...

Но, все же, я не какая-нибудь простая ханым!

Я - Ярен Шадоглу, и я никому не позволю так нагло себя вести.

В следующую секунду звонкая пощечина вмиг остудила пыл этого наглеца, губы которого вновь растянулись в широкой улыбке и который в следующее мгновенье громко захохотал.

- Ты хоть знаешь, кто перед тобой? - выпалила я, отчаянно пытаясь перебороть свое головокружение, которое так и не проходило, - Меня зовут Ярен Ша...

- Тише, - приложив указательный палец к моим губам, проговорил мой новый знакомый, который все еще пытался подавить в себе приступ истерического хохота, - А то весь персонал ресторана перепугаешь.

С этими словами он присел в кресло и закинул ногу за ногу.

- Я не знаю, кто ты и откуда, а в Мидьяте я проездом...

Он вновь одарил меня взглядом, после чего хищно облизал свои губы.

"Значит, ты не местный", - облегченно вздохнув, подумала я, возвращаясь за столик.

От выпитого алкоголя у меня все еще кружилась голова, а ноги на высоких каблуках предательски дрожали.

"Лучше мне сегодня не возвращаться домой, а то, чует мое сердце, дед меня убьет", - пронеслось у меня в голове в ту минуту.

Только как? Где мне переночевать, если не дома?

Увы, но ответа на этот вопрос у меня все еще не было.

- Принесите нам бутылку самого лучшего вина! - воспользовавшись моим замешательством, проговорил мужчина, обращаясь к официантке.

- Как скажите, бей, - мягко ответила девушка, возвращаясь к бару.

Стоило официантке удалиться, как мужчина вновь одарил меня взглядом, после чего протянул мне правую руку и ослепительно улыбнулся.

- Харун, - представился он, не отводя от меня взгляда своих карих глаз.

- Харун?!

От услышанного у меня запершило в горле и я чуть было не подавилась недавно выпитым бокалом виски.

Заметив мою реакцию, парень удивленно изогнул бровь.

- Просто тебя зовут также, как моего... Ну, неважно.

На этих словах я густо покраснела и опустила взгляд.

А Харун, будто бы прочитав неловкость в моих глазах, вновь уставился на меня.

Опять этот взгляд...

Такой притягательный, обаятельный и манящий...

И... Я сдалась.

Сделав глубокий вдох и сжав руки в замок, я, наконец, заговорила.

- Ладно-ладно. Тебя я вижу в первый и в последний раз. Ты не знаешь ни меня, ни моей семьи, а я ужасно пьяна, и до меня нет никому дела, кроме тебя...

На этих словах я вновь вздохнула и опустила взгляд.

- Все дело в том, что мой полоумный дед хочет выдать меня замуж за одного идиота, которого я в глаза не видела. Ты представляешь?

Последнюю фразу я произнесла чуть слышно, дабы ее никто не услышал, кроме моего спутника.

От услышанного Харун ахнул и прикрыл рот ладонью.

- Да, ладно?! - всплеснул руками мой спутник.

Краем глаза я заметила возвращающуюся к нашему столику официантку с подносом в руках и тот хищный взгляд, которым ее одарил мой собеседник.

В ту минуту мне захотелось придушить эту вполне себе прилично одетую девушку, но, все же, несмотря на выпитый алкоголь, я смогла сдержать себя в руках.

Бросив короткий взгляд в мою сторону, Харун издал едва слышимый смешок, а от выпитого алкоголя мои щеки налились густым румянцем.

Чтобы разрядить обстановку, Харун любезно наполнил наши бокалы красным вином, а затем вернул бутылку на стол и отчего-то мечтательно вздохнул.

- Cheval Blanc, мое любимое вино. Ну, надо же! Даже не думал, что его подают в этом ресторанчике, - ухмыльнулся он, опуская взгляд, - Помню, когда я жил в Европе, то частенько выпивал его в местных ресторанчиках...

Брюнет сделал пару глотков вина из своего бокала, а затем вновь опустил взгляд в зону моего декольте.

- Ты жил в Европе? - удивилась я.

Услышав мой вопрос, Харун утвердительно кивнул.

- Да. И одну бутылочку хорошего вина с собой привез, так, на всякий случай.

Последнюю фразу он произнес с едва скрываемым намеком, и мне не стоило больших трудов догадаться, к чему клонит этот красавчик.

"Он хочет продолжения вечера. Не просто хочет, он его жаждет", - не отводя взгляда от своего собеседника, догадалась я.

Да и не сложно это было, ведь взгляд Харуна каким-то чудом еще не успел прожечь дыру на моей блузке.

И в тот момент я подумала, а почему бы и нет? Ведь этот парень был бы прекрасным предлогом, чтобы сорвать эту ненавистную свадьбу, ведь кто захочет жениться на девушке, которая уже была с другим!

Ох, Аллах! Какой бы это был позор, которой мог бы лечь тенью на семью Шадоглу!

А дед такого позора уж точно не допустит, в этом я была уверена на все сто.

Расплатившись по счету и одарив официантку щедрыми чаевыми, Харун поднялся со своего места, галантно отодвинув мое кресло, после чего мы вдвоем покинули ресторан и направились к нему домой.

Та ночь была воистину прекрасной, а я и подумать не могла, что мне может быть так хорошо.

Харун ни на секунду не выпускал меня из своих крепких объятий, а его нежные губы исследовали каждый сантиметр моего тела.

Он вошел в меня довольно быстро, и я почувствовала резкую боль внизу живота, отчего невольно вскрикнула.

От неожиданности парень остановился и одарил меня взглядом полным замешательства.

- Ты уверена? Но как же...

- Тсс..., - приложив указательный палец к губам мужчины, проговорила я, - Я хочу, чтобы ты был моим первым и единственным.

С этими словами я накрыла губы Харуна своими, а он продолжил начатое.

Следующим утром я проснулась в объятьях своего нового знакомого.

Рука Харуна обвивала мою талию, прижимая меня к себе.

Он словно боялся, что я в любой момент улизну, и, все же, Харун оказался прав.

На часах было уже около десяти утра, и мне нужно было возвращаться домой.

Возвращаться, как можно быстрее, чтобы дедушка в очередной раз не устроил мне разнос.

Осторожно сбросив с себя руку спящего Харуна, я на цыпочках подошла к стулу и, сняв с его спинки свою одежду, наспех оделась и поспешила к выходу, напоследок одарив взглядом своего нового знакомого.

Харун все еще спал, или же делал вид, будто спит, прижимая к себе подушку.

Его губы немного подрагивали во сне, и я со смехом заметила, что парень немного храпит.

На цыпочках я подошла к своему новому знакомому и, запечатлев поцелуй на его губах, чуть слышно вздохнула.

- Приятных снов, незнакомец. Ты для меня всего лишь останешься приятным незнакомцем и только. Ну, а мне нужно спешить домой, не то дед в очередной раз устроит мне разнос, да и вдруг мой идиот-женишок сегодня припрется...

С этими словами я нежно провела пальцем по губам мужчины, а затем вновь вздохнула.

- Ах, Аллах! Если бы ты знал, Харун, как меня тошнит от твоего тезки... Видит Аллах, если он сегодня навестит дом Шадоглу, я непременно подсыплю соль ему в кофе!

Я вновь вздохнула и даже не заметила легкую усмешку, мелькнувшую на губах мужчины.

Харун все еще спал, а мне нужно было, как можно быстрее, вернуться домой, чтобы он не заметил моего отсутствия.

К счастью, мне удалось довольно быстро поймать такси, и уже через пару минут я была дома.

Как я и предполагала, вездесущая Ханифе вместе с моей драгоценной мамочкой Хандан устроили мне допрос с пристрастием, но на все вопросы женщин я отвечала уклончиво, а обсуждать сегодняшнюю ночь была не намерена.

Все утро дед светился от радости и даже не заметил моего долгого отсутствия, что весьма меня порадовало.

Азат с Элиф куда-то уехали, и не мозолили мне глаза своим счастьем, а ближе к вечеру я узнала причину, которая так обрадовала Насуха и моих родителей - в дом Шадоглу должен был приехать мой жених, тот самый Харун, которого так восхваляли мои родители.

Надев свое любимое черное платье, чтобы подчеркнуть всю безысходность собственного положения, я, наконец, решила спуститься к ужину и познакомиться со своим нареченным.

Всю дорогу от комнаты до гостиной я мысленно прокручивала в голове сегодняшнюю ночь и, чем больше я вспоминала недавние события, тем меньше мне хотелось выходить замуж за человека, которого я даже в глаза не видела.

Мой недавний знакомый заполнил собой все пространство моих мыслей, вытеснив оттуда даже Мирана, которого я до недавнего времени никак не могла забыть.

В ту минуту я разрывалась на части.

Одна часть меня хотела вернуться к Харуну и остаться с ним навсегда, другая же часть, напротив, стремилась забыть его и все случившееся, ведь, как заверял тот парень, в Мидьяте он был проездом, а, значит, уже и забыл обо мне.

А я - Ярен Шадоглу, и мне не пристало бегать за мужчинами, ведь это ниже моего достоинства.

Погруженная в собственные мысли, я и не заметила, как вновь оступилась на каблуках и вновь упала в объятья какого-то мужчины.

- Ну, надо же! Я смотрю, тебе понравилось падать ко мне в объятья! - с усмешкой произнес незнакомец, прижимая меня к себе.

От услышанного я застыла на месте.

Этот обволакивающий тембр голоса. Я не забуду его никогда.

Подняв взгляд на своего собеседника, я чуть было не лишилась дара речи - передо мной стоял смеющийся Харун и не отводил от меня взгляда.

На миг между нами возникло неловкое молчание, которое я прервала звонкой пощечиной.

- Ты! Что ты здесь делаешь? - выпалила я, сжимая зубы.

От моих действий Харун согнулся пополам от хохота, но, все же, продолжал сжимать меня в своих объятьях и не отпускал.

- Ты удивлена? - ухмыльнулся он, заправляя мне за ухо локон моих светлых волос, - Не ожидала увидеть здесь своего идиота-жениха?

Он все еще продолжал смеяться, а я в ту минуту была готова провалиться сквозь землю от стыда.

Нехотя выпустив меня из своих объятий, Харун поспешил к моим родителям, бросив мне напоследок:

- Невестушка, не забудь добавить соль в мой кофе.

- Обязательно! - крикнула я вслед удаляющемуся мужчине.

И в ту минуту уже моих губ коснулась легкая улыбка.

Да нужен ты мне?

- Ааааа...!!! - вскрикнула я, вскакивая с кровати.

Мне вновь снился кошмар...

Опять этот дурацкий сон! Опять этот психопат!

Да сколько можно? Сколько еще он будет мучить меня!

Схватившись за голову, я громко выругалась и, присев на край дивана, огляделась по сторонам.

Слава Аллаху, в комнате я была одна, ни одной живой души не было рядом, и от осознания этого я облегченно вздохнула.

- Проклятый Харун, - сквозь зубы процедила я, - Теперь даже уснуть нормально не могу.

Бросив взгляд в сторону окна, я чуть слышно вздохнула и протерла лицо ладонями.

Форточка была надежно закрыта, а окно, к счастью, было зашторено плотными шторами, и лишь осознание этого, казалось бы, простого факта грело мне душу.

"Он не заберется в окно", - пронеслось у меня в голове в тот момент, - "Он просто не сможет через него проникнуть в мою комнату, ведь сквозь стены этот псих, слава Аллаху, проходить не может... Или же нет...".

Подойдя к окну, я уже хотела было открыть форточку и вдохнуть свежий воздух, как внезапно дверь моей комнаты распахнулась, и от предстоящего ужаса мое сердце мгновенно ушло в пятки.

Дрожа, как осиновый лист, я резко обернулась и, увидев на пороге перепуганную Ханифе, схватилась за сердце и выдохнула.

- Ах, Аллах, это всего лишь ты! - облегченно протянула я, протирая лицо ладонями.

Но служанка, услышав мой голос, скрестила руки на груди и посмотрела на меня, как на какую-то психопатку.

- Ты права, это всего лишь я, - ухмыльнулась женщина, проходя в мою комнату.

Она смела с пола осколки разбитой чашки, которую я в пылу гнева неосторожно швырнула об стену, а затем вновь одарила меня сочувствующим взглядом.

- А ты кого ожидала увидеть вместо меня? - с легкой ухмылкой на лице поинтересовалась сварливая женщина.

В ее лице читалось презрение и ненависть ко мне, которую эта вездесущая дамочка так упорно подавляла всякий раз, когда нам с ней доводилось общаться.

Казалось, будто бы она в очередной раз пытается вывести меня на скандал.

Создавалось ощущение, будто бы Ханифе меня в очередной раз провоцирует и ждет, что я в очередной раз сорвусь, устрою ей грандиозный скандал, а потом она радостно побежит к моему ненавистному деду и расскажет о том, как ее, бедняжечку, в очередной раз обидела злобная Ярен.

Но, увы, к несчастью великомученицы Ханифе, я продолжала молчать и игнорировать все ее колкие замечания и вопросы.

Точнее, пыталась игнорировать, ведь следующая шуточка моей горе-служанки буквально выбила почву у меня из-под ног.

Собрав с пола осколки чашки, Ханифе уже было отправилась к выходу, но внезапно остановилась.

Обернувшись, она одарила меня хитрым взглядом, а затем чуть слышно спросила:

- Уж не Харун-бея ли ты ждала, а Ярен-ханым?

- Что?!

От злости мои глаза буквально полезли на лоб, и в ту минуту я и вовсе перестала себя контролировать.

Вмиг преодолев расстояние между нами, я сжала в ладони шею этой сварливой женщины и одарила ее свирепым взглядом.

Но, к моему великому удивлению, Ханифе и вовсе не планировала со мной ссориться.

Согнувшись пополам от хохота, женщина убрала мою ладонь от собственной шеи, после чего поправила ворот своей рубашки, а затем с ехидством добавила:

- Мой Вам совет, Ярен-ханым. Не закрывайте окно на ночь, а то, чует мое сердце, Харун-бей не сможет проникнуть в Вашу комнату и осчастливить Вас своим визитом...

- Что ты такое говоришь, мерзавка?!

Я уже задыхалась от злости и была готова разорвать эту крысу на части, как в следующую секунду, каким-то немыслимым образом, ей все же удалось улизнуть и выбежать из моей комнаты.

От злости я громко выругалась, а затем схватила свою подушку и швырнула ее об дверь, предварительно осыпав Ханифе всеми известными мне проклятиями.

Но, увы, эта дамочка уже покинула мою комнату, да и мои ругательства явно не услышала.

От бессилия я рухнула в постель и зарыдала.

Харун.

Когда он уже оставит меня в покое? Ну, когда?

Сперва этот псих донимает меня в моем же собственном доме, играет в доброго и заботливого мальчика с моими родителями и вешает лапшу на уши моему деду, которого, к слову, довольно сложно провести.

А теперь...

Теперь он уже во снах мне является, причем приходит ко мне стабильно каждую ночь, и тут я уже, ну, никак не могу от него отвертеться.

После того случая, как он, нарушив все нормы морали, заявился среди ночи в мою комнату, прошло несколько дней, и после той самой истории не проходило ни одной ночи, чтобы я не видела его в собственных снах.

Каждую ночь Харун то преследовал меня, то объяснялся мне в любви.

Каждую ночь карие глаза моего нареченного прожигали меня страстным взглядом, его губы требовали поцелуев, а руки сжимали меня в крепких объятьях...

И, что самое ужасное, во снах я его не отвергала, а, скорее наоборот, отдавалась чувствам и страсти, которая в одно мгновение охватывала нас обоих.

И я боялась этих снов.

Я ужасно боялась засыпать, ведь только во сне я полностью теряла над собой контроль и отдавалась этому чокнутому психопату, мысли о котором ни на секунду не оставляли меня.

От воспоминаний о недавних событиях меня отвлекло сообщение, которое неожиданно пришло на мой телефон.

Сжав смартфон в руках, я разблокировала экран и, открыв мессенджер, увидела новое сообщение.

- Ох, Аллах! Опять этот псих! - закатив глаза, выпалила я.

Как я и предполагала, Харун вновь объяснялся мне в любви и приглашал на свидание в честь дня влюбленных, хотя прекрасно знал о том, как сильно я ненавижу этот дурацкий праздник со всеми дурацкими валентинками и прочей ерундой.

"Ничего, я так просто не сдамся! Ведь я - Ярен Шадоглу!" - подумала я, открывая поисковик.

Недолго думая, я вбила запрос: "Как избавиться от назойливого ухажера?", а затем стала читать разные форумы на эту тему.

"Чтобы назойливый поклонник оставил Вас в покое, уделяйте ему больше внимания, чем он Вам", - так гласил самый популярный совет одного из форумов, который я почти сразу же решила взять на вооружение.

Решив не ходить вокруг да около, я сразу же набрала номер Харуна и спросила, где он.

Удивленный парень сообщил мне о своем местонахождении.

Более того, он даже фотку мне свою прислал, как я попросила!

Он даже не стал вредничать и отмазываться, как я предполагала изначально!

Конечно, действия Харуна меня немного огорчили, ведь я, все-таки, ожидала немного другой реакции от своего назойливого ухажера...

И, возможно, не будь я Ярен Шадоглу, то я непременно оставила бы эту глупую затею и не стала бы бороться до конца.

Весь день, с утра до вечера, я буквально атаковывала своего назойливого жениха настойчивыми звонками и глупыми просьбами.

Сперва он рассылал мне фотоотчеты обо всех своих действиях, мило беседовал со мной по телефону и спокойно выслушивал все мои глупые вопросы...

Но потом...

Потом ему это, видимо, надоело, и, когда я в очередной раз набрала номер этого психопата, вместо Харуна мне ответил автоответчик и сообщил, что абонент находится вне зоны сети, я облегченно вздохнула.

"Видимо, мой план все-таки сработал, и этот козел решил оставить меня в покое!" - пронеслось в тот момент в моей голове.

И, чтобы отменить это знаменательное событие, я решила отправиться в кафе и, как следует, перекусить.

Вытащив из шкафа свое лучшее платье, я густо накрасилась и, вызвав такси, отправилась в кафе.

Внезапно в моей голове мелькнула мысль: "А вдруг Харун там? Вдруг мы неожиданно встретимся с ним в том самом ресторанчике, ведь не может же он так просто меня игнорировать?", и мне стоило огромных усилий прогнать эту глупую мысль из своей головы.

- Нет, он не появится, - сказала я себе в ту минуту.

Ведь я же сегодня весь день донимаю его звонками, да и практически высосала ему весь мозг! Да только психопат может после такого мозговыноса продолжить отношения с девушкой-прилипалой...

Хотя...

Он же и есть психопат...

Несмотря на то, что я, казалось бы, добилась своего, на душе было так скверно и мерзко, что и жить не хотелось.

И, каким же было мое удивление, когда за одним из столиков я заметила свою смеющуюся кузину Рейян в компании своего жениха Харуна.

От неожиданности я чуть было не уронила челюсть и не лишилась чувств.

"Сперва она отняла у меня Мирана, потом украла у меня любовь родных, а теперь еще и моего Харуна захотела себе забрать...", - пронеслось в ту минуту в моей голове, - "Ну, уж нет! Харуна я тебе точно не отдам, мерзавка Рейян!"

Сжав кулаки и мысленно выругавшись, я со всех ног подбежала к этой веселой парочке, аккурат в тот самый момент, когда Харун уже вручал этой нахалке алую розу.

Заметив меня, Рейян вздрогнула и уронила цветок, а Харун радостно всплеснул руками и направился ко мне.

- Ярен, любимая! Я уже успел соскучиться за тобой! - проворковал парень, пытаясь заключить меня в объятья, но я сразу же просекла этот момент, резко оттолкнув его от себя.

- Что здесь происходит? - отчаянно пытаясь держать себя в руках, выпалила я.

Краем глаза я заметила, как перепуганная кузина, схватив свое пальто, куда-то убежала, а мой жених, не обращая ни малейшего внимания на мое замешательство, лишь пожал плечами и улыбнулся.

- Неужто ты решила меня навестить, любимая невестушка? - засмеялся Харун, чуть приобняв меня за плечо, - А я уж думал, ты меня ненавидишь...

С этими словами он громко рассмеялся, а в следующую секунду я заметила рядом двух официанток с розами в руках.

- Спасибо, Харун-бей! - проговорили работницы кафе, после чего куда-то удалились, оставляя нас с женихом вдвоем.

Увиденная картина разозлила меня еще больше.

Скрестив руки на груди, я одарила Харуна злобным взглядом, а затем сквозь зубы спросила:

- И как это понимать?

В тот момент я просто пылала от гнева и отчаянно старалась держать себя в руках, хотя, признаться, сделаться это было довольно сложно.

А Харун, заметив мою реакцию, согнулся пополам от хохота.

- Уж не ревнуешь ли ты меня часом, любимая? - все еще смеясь, проговорил парень.

От услышанного я буквально выпала в осадок.

Ревную? Его?

Да зачем он мне нужен, чтобы я его ревновала?

Да что он о себе возомнил?

Сложив руки на груди, я одарила этого придурка злобным взглядом.

- Да нужен ты мне, чтобы я тебя ревновала? - фыркнула я, отчаянно пытаясь изобразить равнодушие, - Тоже мне нашелся, падишах!

- Правда? - задумчиво изогнув бровь, поинтересовался Харун.

Приблизившись ко мне на максимально близкое расстояние, он нежно провел ладонью по моей щеке, отчего меня мгновенно бросило в жар, а сердце бешено застучало в груди.

- А, вот, румянец на твоих щеках говорит мне обратное, - усмехнулся парень, который в следующую секунду положил ладонь мне на грудь и вновь широко улыбнулся, - И твое сердце...

С этими словами Харун посмотрел мне в глаза, отчего меня вновь бросило в жар.

- Скажи мне, Ярен, почему твое сердце всякий раз выскакивает из груди, стоит мне только коснуться тебя?

- Харун...

Он продолжал буравить меня взглядом и ждать моего ответа на свой вопрос.

- Ну же, Ярен, просто ответь. Или хотя бы себя не обманывай, - продолжил свой допрос Харун.

Наклонившись к моему уху, он заправил мне за ухо локон моих светлых волос, после чего чуть слышно прошептал, обжигая мою шею своим горячим дыханием:

- Думаешь, я не понял, почему ты себя так странно ведешь? - обнимая меня талию, проговорил Харун, - Звонишь мне каждую минуту, просишь присылать фотоотчеты, специально играешь в девочку-прилипалу, чтобы я от тебя отстал. А потом заявляешься в кафе и устраиваешь мне настоящую сцену ревности... Любимая, неужели ты думаешь, что я дурак?

С этими словами он вновь усмехнулся, а затем посмотрел мне в глаза.

- Ярен, ты настоящая лгунья. Ты лжешь мне, своей семье и даже самой себе... И попробуй сказать, что я не прав...

Он обхватил ладонями мое лицо и вновь ухмыльнулся.

- Харун..., - выдохнула я, отчаянно пытаясь не встречаться глазами со своим нареченным.

- Хочешь, я докажу тебе, что говорю правду? - внезапно предложил он.

И в следующую секунду произошло то, чего я никак не могла ожидать.

Не успела я опомниться, как Харун внезапно накрыл мои губы своими и прижал меня к себе.

Сперва я упиралась, кусала его за губу и била кулаками в грудь, но потом я сдалась...

Потом я перестала сдерживать собственные чувства и ответила на поцелуй этого прекрасного мужчины, который уже долгое время сводил меня с ума.

Харун целовал меня так трепетно и нежно, как не целовал еще никто и никогда.

Рядом с ним я впервые в жизни почувствовала себя любимой!

Рядом с ним я впервые осознала и поняла, что и меня можно любить!

И, наконец, Харун оторвался от моих губ.

Он нежно провел тыльной стороной ладони по моей щеке, отчего меня вновь бросило в жар, а затем осторожно спросил:

- Выходит, я действительно прав? Стало быть, я правда тебе нужен?

- Выходит, что да, - прошептала я в ответ, а затем вновь прильнула к его губам.

План изменился

- Ханифе, завари мне кофе, - выдохнул Харун, присаживаясь в одно из кресел.

В тот день настроение парня было прескверным, на душе скребли кошки, и сам Харун никак не мог понять причину такого странного состояния.

Ярен.

Эта ужасная стерва, которая по довольно интересному стечению обстоятельств стала супругой нашего героя, наотрез отказывалась покидать его мысли и чувства, и сам Харун ничего не мог с этим поделать.

"Ах, Аллах! Да что же такое в этой ханым? Почему меня так влечет к сумасшедшей психопатке?" - кусая губу, подумал наш герой.

Поставив локти на стол, Харун чуть слышно выругался, после чего уронил голову в ладони.

Он был так сильно погружен в собственные мысли, что даже не заметил стоявшую рядом с ним Ханифе с подносом в руках.

Каким-то чудом женщине удалось удержать поднос и не уронить кружку с крепким напитком на белоснежную рубашку нашего героя.

Но, все же, кофе немного расплескался на подносе, а удивленная Ханифе, будто бы под гипнозом, продолжала смотреть на Харуна с широко распахнутыми глазами.

- Харун-бей, что-то случилось? - начала было она, но брюнет жестом ее остановил.

Взяв горячую кружку с подноса, парень поднес ее к губам, после чего сделал пару глотков из кружки и поставил ее на стол.

- Все хорошо, не бери в голову, - выдохнул парень, стараясь не встречаться взглядом со служанкой.

Он догадывался, что Ханифе непременно устроит ему допрос с пристрастием, а обсуждать что-либо, в частности свою "горячо любимую" супругу, парень был не намерен.

Хотя бы сегодня, хотя бы сейчас...

Но Ханифе, как назло, продолжала стоять рядом и сверлить его взглядом.

"Эх, Ханифе-Ханифе...", - пронеслось в ту минуту в голове у Харуна.

Не будь он джентльменом, то непременно бы послал женщину далеко и надолго...

Но, все же, воспитание ему не позволяло, к тому же Ханифе была ему, как родная.

Все-таки, тетка его кузена, а, значит, член семьи.

А свою семью Харун всегда любил и уважал, даже влиятельную матушку, которая, по его мнению, ни чуть не уступала Азизе и Ярен в искусстве плетения интриг.

Наш герой был так сильно погружен в собственные мысли, что даже не заметил на своем плече теплую ладонь служанки.

- Харун, - осторожно взглянув на Харуна, начала Ханифе, - Ты же знаешь, что можешь мне доверять...

Глаза Ханифе молили о какой-либо реакции на собственные слова.

Но, увы.

Харун все еще продолжал хранить молчание, а сестра Азизе, не обращая внимания на тревожное настроение мужчины, присела за стол напротив него и сжала в ладонях руку парня.

- Харун, - повторила женщина, не отводя взгляда от своего собеседника, - Сынок, я же вижу, тебя что-то гложет...

Она с мольбой посмотрела на парня, а затем продолжила:

- Конечно, я не настаиваю, но, думаю, тебе на душе станет легче, если ты поделишься со мной тем, что тебя мучает...

Во взгляде служанки читалась доброта и даже некое подобие жалости, ведь Ханифе была одной из немногих людей, кто знал, что наш герой женился вовсе не по любви и даже не по слепому расчету.

Зажмурив глаза, Харун тяжело вздохнул.

В памяти мгновенно всплыл образ его отца, темноволосого коротко стриженного мужчины с большими карими глазами и воистину добрым сердцем.

"Семья - это святое. Ты всегда должен чтить свою семью, чтобы не случилось. Ты понял меня, сынок?" - эту фразу так любил повторять отец Харуна при каждом удобном случае, и именно эта фраза так плотно засела в душе и сердце нашего героя.

Своего отца Харун потерял всего лишь несколько лет назад, и примерно через год после всех этих событий внезапно обрел нового члена семьи в лице своего кузена Аслана, который однажды появился на пороге его дома и заявил, что они двоюродные братья.

Конечно, сперва Харун не поверил Аслану, но вскоре он убедился в том, что парень не врет - он действительно его кузен, внук Нихата, старшего брата Фисун, матери нашего героя.

Вскоре братья подружились.

Как ни странно, их сплотила смерть отца Харуна, а Аслан оказался единственным, кто поддержал нашего героя в такой непростой жизненный этап.

А, что же касалось Фисун, матери Харуна...

Ее вовсе не тронула гибель мужа, пусть и бывшего, но все же...

Как-никак, десять лет они прожили в законном браке, и, по мнению Харуна, даже любили друг друга...

После всей этой истории наш герой был ужасно обижен на собственную мать и наотрез отказывался с ней общаться.

Общение с Фисун поддерживал лишь Аслан, который, несмотря ни на что, очень уважал свою тетушку и даже в некоторой степени ею восхищался.

Харун полностью доверял своему двоюродному брату и выполнял все его просьбы, даже самые безумные и странные.

И одним из таких поручений и стала женитьба на этой, будь она трижды проклята, Ярен Шадоглу.

Еще до знакомства с этой девушкой Харун был весьма наслышан о ее склочном характере, да и некоторые поступки своей будущей жены просто не укладывались в голове нашего героя.

"Демон с ангельским ликом" - так Харун всегда любил мысленно называть свою женушку, которая неимоверно его бесила и в тоже время вызывала в нем бурю эмоций.

Иногда он мечтал задушить ее голыми руками, иногда страстно желал прижать ее к стене и заткнуть грубым поцелуем...

Но, все же, всякий раз Харун сдерживал себя, ведь он никакой-то там маньяк и насильник, да и насиловать кого-либо он не горел желанием, даже если этот "кто-либо" - его законная и такая вредная женушка, которой уже давно бы стоило устроить хорошую трепку...

"Ты только что подписал добровольное согласие на адские муки", - с усмешкой на устах заявила нашему герою его новоиспеченная женушка сразу же после того, как он поставил свою подпись на брачном договоре.

И, стоило отдать Ярен должное - свое слово она сдержала.

Все это время девушка была холодна с ним.

Днем она держала Харуна на расстоянии, а ночи предпочитала проводить в кресле в гордом одиночестве.

А Харун все это время сходил с ума, одновременно от злости и желания, и ничего не мог с этим поделать.

Вот и сегодня.

Стоило ему только проснуться, как Ярен пулей вылетела из комнаты, словно он был каким-то прокаженным бродяжкой, и одна только мысль об этом приводила нашего героя в настоящее бешенство.

Хотя, казалось бы, что тут такого? Ведь брак - фиктивный, Аслан сам попросил его жениться на этом шайтане в юбке, да и стервы никогда не являлись пределом мечтаний Харуна...

Но, несмотря ни на что, Ярен плотно засела в его голове, и он ничего не мог с этим поделать, при всем своем желании.

В чувства нашего героя привел мелодичный голос Ханифе:

- Харун, ты в порядке?

Глаза горничной все еще искрились добротой и заботой.

И, наконец, Харун решился.

Подняв взгляд на свою собеседницу, он сделал глубокий вдох, а затем, наконец, подал голос:

- Ханифе, я...

Но парень не успел договорить, потому что в следующую секунду у него зазвонил телефон.

Освободив руку из пальцев Ханифе, парень сжал в ладони лежавший на столе гаджет и ответил на звонок:

- Аслан, что случилось?

- План изменился. Нужно встретиться, и как можно скорее, - холодно бросил Аслан, после чего сбросил вызов.

***

- Ну, как я выгляжу? - крутясь возле зеркала, спросила Ярен, обращаясь к собственной матери, которая сидела на диване и грустно наблюдала за дочерью.

Услышав вопрос девушки, Хандан лишь пожала плечами, после чего тяжело вздохнула и опустила взгляд.

Харун всегда нравился матери Ярен, и новость о том, что ее дочь разводится с собственным мужем, буквально выбила почву из-под ног Хандан.

В ужасе был также и отец нашей героини, Джихан, который и вовсе не горел желанием породниться с Асланбеями, которых презирал и ненавидел лютой ненавистью.

Бросив короткий взгляд в сторону матери, Ярен задумчиво изогнула бровь.

- А, знаешь, ты права. Чего-то не хватает...

Подойдя к тумбочке, девушка выдвинула один из ящиков и, вытащив небольшой кулончик в виде сердца, надела его на шею.

- Вот, теперь я выгляжу ослепительно! Аслан будет в восторге! - Ярен улыбнулась собственному отражению в зеркале.

С самого утра девушка просто светилась от счастья и радостно представляла себе свою дальнейшую жизнь.

А началось все с внезапного разговора с Харуном, который почти с порога заявил удивленной супруге, что Аслан давно влюблен в нее и хочет на ней жениться, ну, а он, Харун, не станет им мешать и разведется с ней, если сама Ярен этого захочет.

Само собой, Ярен тут же согласилась на такое "вкусное" предложение супруга.

В тот момент она считала, что, по счастливой случайности, выиграла билет в счастливую жизнь, и теперь она непременно переедет в дом Асланбеев и станет там законной хозяйкой.

Ну, а дальше выставит за дверь этих вечно счастливых Рейян с Мираном, дабы они не мозолили ей глаза собственным счастьем.

В тот момент Ярен так радовалась, просчитывая свои дальнейшие шаги, что даже и не заметила состояние своего супруга.

Она и не заметила, что в то утро Харун едва стоял на ногах, от него ужасно воняло перегаром, а руки парня были сжаты в кулаки.

В то утро он едва сдерживался, чтобы не убить кого-то.

И этим "кем-то", впервые за всю их семейную жизнь, была вовсе не Ярен, а кое-кто другой.

Но, увы.

Свою семью Харун всегда любил и уважал, а, значит, ему предстояло смириться с новыми обстоятельствами и жить дальше.

План изменился, и он ничего не мог с этим поделать.

***

- Куда мы едем? - затаив дыхание, поинтересовалась Ярен, когда Аслан завязал ей глаза и зачем-то усадил в свою машину.

В тот день она впервые встретилась со своим будущим женихом, а парень, не стал ходить вокруг да около, и, вытащив из кармана атласный шарф, зачем-то завязал ей глаза, ничего толком и не объяснив.

Закрыв дверь за Ярен, Аслан запрыгнул на водительское место, после чего хитро ухмыльнулся и посмотрел на блондинку.

- Это сюрприз, дорогая, - усмехнулся он, закрывая водительскую дверцу.

В следующую секунду парень нажал на газ, и машина двинулась с места, а все еще ничего не понимающая Ярен продолжала фантазировать и размышлять над внезапным сюрпризом Аслана.

"Наверное, он везет меня в особняк Асланбеев", - пронеслось в голове блондинки в тот момент.

От одной только мысли о том, что совсем скоро она станет хозяйкой дома этой семьи, ее сердце забилось быстрее.

Но, все же, была одна деталь, которая все еще отдаляла девушку от заветной цели, и этой деталью, как ни странно, все еще являлся Харун, брак с которым Ярен еще так и не расторгла.

По какой-то непонятной причине она все еще тянула с документами на развод, да и сам Харун разводиться с ней не спешил, хотя при каждом удобном случае отпускал язвительные шуточки вроде: "Недолго мне еще осталось жить с сумасшедшей", "Аллах вырвал меня из рук Шайтана!", "После развода я сразу же совершу хадж в Мекку!".

"Ничего, развестись мы всегда успеем!" - не переставала твердить или убеждать себя Ярен, ведь мысли о Харуне, по какой-то причине, все еще не выходили из ее головы.

Девушка и не заметила, как вскоре машина остановилась, а Аслан помог ей выйти, после чего, наконец, удосужился снять с нее этот ненавистный платок.

- Вот, мы и приехали! - улыбнулся Аслан, взмахивая рукой в сторону какого-то незнакомого дома.

Окинув взглядом незнакомое здание, Ярен с удивлением заметила, что они находятся вовсе не в особняке Асланбеев, а в совершенно другом месте.

От увиденного блондинка чуть было не лишилась дара речи.

Счастлив был только Аслан, с лица которого все еще не сходила довольная ухмылка.

Подойдя к Ярен со спины, он обхватил девушку за талию и, прижав ее к себе, мечтательно вздохнул.

- Теперь мы точно будем счастливы, - выдохнул он, продолжая наслаждаться своим новым жилищем, - Заведем собаку, назовем ее Азизе, ты родишь мне пятерых детишек, а потом...

Но Ярен оборвала его на полуслове:

- А решетки на верхнем этаже? Они здесь зачем? - со страхом в голосе поинтересовалась она.

В голове блондинки мелькнула шальная мысль: "Уж не маньяк ли ее новый ухажер?".

Но, все же, эту мысль девушка быстро прогнала, ведь Аслан был одним из Асланбеев, а, значит, ей при любом раскладе нужно было завоевать его сердце.

И парень, будто бы читая мысли Ярен, хищно улыбнулся, после чего наклонился к ее уху и чуть слышно сказал:

- Чтобы всякие Харунчики к нам в окна не залезали...

От услышанного Ярен поперхнулась, а ее глаза чуть было не вылезли из орбит.

Резко обернувшись, она испуганно посмотрела на своего собеседника.

- Что ты сказал? - дрожащим голосом, переспросила она.

- Говорю, ты будешь жить там, - все еще улыбаясь, проговорил Аслан.

Чуть наклонив голову вбок, он одарил свою собеседницу хищным взглядом, после чего зачем-то облизал свои губы.

А Ярен все еще продолжала отходить от шока.

- Ннооо ттам жжее рррешетки? - заикаясь переспросила она.

Услышав вопрос девушки, Аслан утвердительно кивнул.

- Совершенно верно.

Он грубо провел ладонью по спине девушки, а затем с издевкой спросил:

- Ты ведь не будешь сбегать, ведь так?

Ярен была готова поклясться, что Аслан в ту минуту был похож на маньяка, но, все же, вновь прогнала от себя дурные мысли.

А Аслан, не обращая ни малейшего внимания на замешательство Ярен, вновь наклонился к ее уху и прошептал:

- Будешь плохо себя вести, последуют наказания.

От услышанного Ярен побледнела от страха.

- Какие? - с ужасом спросила она.

В ту минуту ее голос едва ли не походил на писк, и она уже сильно пожалела, что ввязалась в эту авантюру с Асланбеями.

Вопрос девушки раззадорил Аслана еще сильнее.

Широко улыбнувшись, он прижал блондинку к себе, а затем зачем-то взъерошил ее светлые волосы.

- Ты действительно хочешь это знать? - томно спросил он, - Конечно, я не мистер Грей, БДСМ не увлекаюсь... Но, все же, плетка у меня имеется.

Аслан вновь взъерошил волосы девушки, а затем мечтательно вздохнул.

- Мы обязательно будем счастливы, даю тебе свое слово. К тому же, насколько я знаю, с Харуном вы женаты только на бумаге, поэтому, думаю, ваш развод будет быстрым.

Он провел пальцем по подбородку Ярен, отчего ее вновь сковал страх и ледяной ужас.

- Надеюсь, ты уже подала документы на развод? - нахмурившись, поинтересовался Аслан.

Последующие несколько секунд он продолжал молчать и буравить взглядом свою собеседницу, которая мгновенно лишилась дара речи.

Но, вскоре, Аслан заговорил.

Выпустив Ярен из объятий, он вновь бросил взгляд в сторону дома, а затем громко воскликнул:

- Махфуз, тащи плетку!

На этих словах Аслан громко захохотал, а Ярен, испугавшись за свою жизнь, пулей бросилась к дороге, быстро набирая номер Харуна.

От бега и сковавшего ее ужаса, руки девушки предательски тряслись, а сердце так бешено колотилось, словно было готово в любой момент выпрыгнуть из груди.

Харун ответил почти сразу же:

- Ярен? Что-то случилось?

- Харун. Любимый мой Харун, спаси меня! Прошу тебя! - слезно взмолилась девушка, диктуя супругу свои координаты.

В тот момент по ее щекам градом текли слезы, и она никак не могла перестать плакать.

***

- Аслан! - выдохнула Ярен, открывая глаза.

Он снова ей приснился.

Опять этот псих со своей плеткой и решетками на окнах.

Да, уж.

Видимо, после той истории ее и без того шаткая психика вконец разрушилась.

- Все в порядке, его здесь нет, - Ярен услышала до боли знакомый голос и облегченно вздохнула.

Харун лежал на соседней подушке и прижимал ее к себе.

Значит, это не сон.

Он рядом с ней, он простил своей вредной женушке все ее закидоны, и теперь они уже никогда не расстанутся.

Громко зарыдав, Ярен прижалась к Харуну и крепко его обняла.

- Харун, любимый мой! Ты когда-нибудь сможешь меня простить? - слезно проговорила она, обращаясь к своему благоверному, - Я ведь столько гадостей тебе говорила! Так огрызалась! И с этим Асланом... Ты уж прости, меня шайтан попутал. Я ведь всегда мечтала найти свое место в этом мире! Я так хотела породниться с кем-то из Асланбеев в надежде остановить эту вражду, но я...

Конечно, Харун знал, что последняя фраза - сплошное вранье его хитроумной женушки, но, все же, в остальном она говорила истинную правду, и лишь этот факт грел ему душу.

Прижав к себе блондинку, парень нежно коснулся губами ее лба, после чего издал едва слышимый смешок.

- С Асланбеями ты, все-таки, породнилась..., - зачем-то вслух проговорил он.

А Ярен, услышав так неосторожно брошенную фразу своего супруга, внимательно взглянула в его карие глаза.

- Ты сейчас о чем? - с недоумением спросила девушка.

Но на вопрос Ярен Харун предпочел ответить молчанием.

Признаваться девушке в том, кем он является на самом деле, парень не хотел.

Рано еще было, да и не хотел Харун, чтобы его женушка знала о его "султанском" происхождении.

Прижав к себе блондинку, парень нежно коснулся губами ее губ, а затем чуть слышно сказал:

- Знаешь, мне все это надоело. Все эти разборки, войны между семьями...

Он тяжело вздохнул, а затем внимательно посмотрел на Ярен, которая, казалось было, внимательно его слушала.

- Я решил уехать из Мидьятта, - твердо сказал Харун, кусая губу от волнения, - Конечно, я не стану звать тебя с собой, ведь ты, наверное...

Но Ярен оборвала своего супруга на полуслове.

- Я согласна, - внезапно выпалила она.

Услышанное привело Харуна в шок.

- Что?! - удивился он, вглядываясь в голубые глаза своей вредной женушки.

В ответ на вопрос своего муженька Ярен лишь пожала плечами.

- План изменился, - ухмыльнулась она, накрывая губы Харуна своими.

И в ту минуту парень понял - она не врет.

Ярен действительно его любит, и теперь уже никакой Аслан не встанет между ними.

Уговор дороже денег

"Ах, Аллах! Что же мне делать! Что же мне делать!" - нервно покусывая губу, думала Ярен, нарезая уже очередной круг по своей комнате.

Уже второй день родители держали ее взаперти, словно какую-то затворницу, и девушка никак не могла придумать, как ей избежать заточения и выбраться сухой из воды после своих очередных проделок.

Сперва Ярен подумывала воспользоваться помощью влюбленного в нее Фырата.

Она планировала незаметно улизнуть из дома с этим, как его любила называть сама Ярен, влюбленным олухом, а после переждать гнев деда в каком-нибудь уютном отеле, после чего вновь вернуться домой, или же, на худой конец, переехать в другой город, дабы не попасться под горячую руку вечно сурового Насуха.

И, возможно, девушке бы удалось это сделать, если бы она не столкнулась с этим назойливым Харуном, которого она уже долгое время мечтала прирезать и отправить к Аллаху раньше положенного срока.

В тот день Харун, как всегда, не сводил с нее глаз.

Он, как обычно, раздевал ее наглым взглядом, хитро ухмылялся и говорил о любви, отчего нашу героиню почти сразу же начинало тошнить.

Ну, не верила Ярен в любовь!

Не верила, и все тут!

И плевать ей было на то, что при каждом взгляде на своего нареченного ее щеки сразу же заливались румянцем, колени подгибались, а сердце так бешено колотилось, словно было готово в любой момент выпрыгнуть из груди.

"Это от волнения", - отчаянно внушала себе Ярен, сжимая отчего-то трясущиеся руки в замок.

В тот день она была не в настроении выслушивать весь очередной амурный бред своего доставучего женишка, к тому же Фырат почти каждые пять минут засыпал ее смартфон сообщениями: "Ты где? Что случилось? Насух тебя не убил?".

"Как же они оба меня достали...", - пронеслось в ту минуту в голове у нашей героини.

Она уже хотела было спровадить этого надоедливого Харуна, как неожиданно из особняка вынырнули ее родители в компании этого старого борова Насуха, который, впрочем, как и всегда, кипел от ярости.

К счастью, в тот день дед Ярен не убил, но, все же, предпочел вновь запереть ее в комнате, чего наша героиня так яростно молила его не делать.

Доставучего кавалера девушки дед также куда-то увел, только, вот, запирать не стал и вместо этого провел с ним долгую беседу, во время которой Насух активно жестикулировал руками и что-то пытался вдолбить в голову все еще ничего не понимающему Харуну.

Казалось, на этом история закончена - дед их поймал, Ярен вновь попалась на горячем.

Теперь, как ни крути, от свадьбы не отвертишься...

Точнее сказать, никто бы другой не отвертелся, но не Ярен, ведь у нашей героини уже давно был свой козырь в рукаве, которым она решила воспользоваться, чтобы в очередной раз выйти сухой из воды и победить.

"Теперь то дед уж точно отменит мою свадьбу с Харуном!" - радостно потирая ладони, думала наша героиня, которой по счастливой случайности удалось узнать семейную тайну, которую вся родня Шадоглу так долго скрывала от ненавистной кузины Ярен.

"Да, уж... Рейян, никогда бы не подумала, что однажды и ты сгодишься для помощи мне!" - весело думала Ярен, вспоминая недавний разговор дяди с Азатом, который ей так ловко удалось подслушать.

Конечно, дед не станет выносить ссор из избы - он предпочтет промолчать и не рассказывать своей неродной внучке о том, что она не родня Шадоглу - в этом Ярен была полностью уверена.

И, вот, выждав удобную минуту, наша героиня подошла к двери и, громко застучав по ней кулаками, отчаянно взмолилась:

- Ханифе! Ханифе!

Служанка, которую уже довольно долгое время подбешивала эта ненормальная девица, картинно закатила глаза и всплеснула руками.

- Ах, Аллах! Да что этой девчонке опять нужно?

С этими словами она чуть слышно выругалась, а затем со всех ног поспешила к комнате Ярен.

Открыв дверь ключом, Ханифе сложила руки на груди и одарила свою собеседницу ленивым взглядом.

От прежней красоты Ярен, казалось бы, и вовсе не осталось следа.

Русые волосы девушки были растрепаны, глаза покраснели от слез, а одежда была немного помятой.

- Ну, и что тебе от меня нужно на сей раз? - закатив глаза, гневно поинтересовалась Ханифе.

Она одарила свою собеседницу суровым взглядом.

- Разве ты не слышала Насуха и Джихана? - с издевкой в голосе напомнила служанка, - Ты не выйдешь отсюда, потому что...

Ярен прервала ее на полуслове:

- Я хочу видеть Насуха, - твердо сказала она, сцепив руки в замок.

От волнения голос нашей героини немного подрагивал, но, все же, она стремилась сохранять спокойствие, пусть и мнимое.

Услышав просьбу Ярен, Ханифе нервно сглотнула и задумчиво почесала затылок.

- Как скажите, ханым, - с издевкой в голосе пробубнила она, после чего покинула комнату девушки, оставляя Ярен наедине с собственными мыслями и чувствами.

И, вот, после визита Ханифе прошел уже час, но Насух так и не появлялся в комнате своей внучки, отчего наша героиня приходила в настоящее бешенство.

- Мерзавка Ханифе! - сжав зубы, прошипела Ярен, - Ух, попадись ты мне, когда я отсюда выйду! А я обязательно отсюда выйду, даю тебе слово!

Она уже было схватила со стола чашку и хотела было запустить ею в дверь, как неожиданно услышала шаги и замерла на месте.

Кто-то повернул ключ в замочной скважине, дверь отворилась, и вскоре Ярен увидела на пороге разъяренного Насуха.

Глава семьи Шадоглу, как обычно, выглядел сурово и был весьма не рад внезапной просьбе своей внучки.

- Что ты хотела от меня, подлая дрянь? - прошипел Насух, приближаясь к перепуганной Ярен.

Схватив внучку за волосы, он прижал ее к стене, а зачем вновь оскалил зубы.

- Я спрашиваю, что тебе от меня надо? Неужели ты мало крови моей семьи попила? Неужели ты забыла, что сделала?

Сжав кулак, он хотел отвесить девушке заслуженную пощечину, как внезапно Ярен его прервала:

- Я хочу заключить с тобой сделку, - задыхаясь от страха, выпалила девушка.

От услышанного глаза Насуха чуть было не вылезли из орбит.

- Что?! Да кто ты такая, чтобы заключать со мной сделки?!

Он уже хотел было вновь занести кулак над лицом внучки, как та ловко схватила его за руку и, как можно громче, сказала:

- Я знаю, что Рейян не Шадоглу.

И от слов Ярен Насух чуть было не лишился дара речи.

- Что ты сказала?! - схватившись за голову, проговорил он.

Но Ярен все еще пыталась сохранять невозмутимый вид.

Едва заметно улыбнувшись, девушка склонила голову вбок, а затем чуть слышно сказала:

- Вы все так яростно ее защищаете, хотя эта девушка даже не Шадоглу. А, вот, я - твоя родная кровь... Я твоя внучка... Твоя родная внучка...

На этих словах она вновь усмехнулась, а затем, освободившись из цепких пальцев деда, похлопала того по плечу, а затем с усмешкой сказала:

- Ты отменишь мою свадьбу с Харуном и объявишь об этом сегодня на ужине. В противном случае, Рейян обо всем узнает.

С этими словами она присела в рядом стоявшее кресло и, скрестив руки на груди, одарила Насуха победным взглядом.

В ту минуту он кричал, громко ругался, отчаянно пытался выведать у внучки источник информации, но на все вопросы Насуха Ярен лишь уклончиво отвечала, периодически пожимая плечами и хитро ухмыляясь.

Вскоре дед удалился, предварительно громко хлопнув дверью, а Ярен, радостно потирая ладони, стала дожидаться семейного ужина.

***

- Это неслыханно! - громко стукнув кулаком по столу, яростно воскликнул Насух, - Эта девица перешла уже все границы!

В ту минуту он был так сильно зол на Ярен, что, возможно, удавил бы девушку голыми руками, если бы она не являлась его внучкой.

Схватившись руками за голову, мужчина тяжело вздохнул, а затем одарил взглядом сидевшего рядом с ним Юсуфа, который долгие годы был его единственной опорой и другом, и только ему одному наш герой мог полностью доверять.

- Все будет хорошо, не переживай, - положив ладонь на плечо Насуху, проговорил Юсуф.

- Но что же мне делать? Как мне быть в этой сложной ситуации? Ведь Ярен молчать не будет. Она ведь обязательно обо всем расскажет Рейян при любом удобном случае! - уронив голову в ладони, пробормотал глава семейства Шадоглу.

Он все еще выглядел расстроенным, а недавний разговор с Ярен практически выбил почву из-под ног Насуха, который долгие годы старался сохранять хладнокровие во всех сложных ситуациях.

- Юсуф прав, - подал голос сидящий неподалеку Азат, - Ты уж прости, Харун, но, видимо, нам придется расторгнуть вашу помолвку...

С этими словами он одарил виноватым взглядом сидящего возле Хандан Харуна, который от слов Азата, широко распахнул глаза и изобразил некую печаль во взгляде.

- Но как же..., - грустно проговорил мужчина, - Ведь я же люблю Ярен...

Он одарил взглядом полным сожаления сидящую рядом с ним Хандан, а затем чуть слышно спросил, повернувшись к своей несостоявшейся теще:

- Мамочка, а я могу поинтересоваться, за кого вы выдадите Ярен, если не за меня? Уж не за того ли пастуха, с которым Миран познакомил Хазар-бея?

На секунду Харун представил свою невесту в объятьях старого пастуха и чуть было не прыснул от смеха, впрочем, как и сидящая неподалеку Элиф, которой также пришлась по душе мысль Харуна.

- Молчать! - яростно выкрикнул Насух, стукнув кулаком по столу, - Замуж Ярен выйдет, и это не обсуждается!

С этими словами он встал из-за стола и, скрестив руки за спиной, куда-то удалился.

***

- Дедушка, ты хотел сделать важное объявление, помнишь? - весело спросила Ярен, сжимая в руке кружку с ягодным щербетом.

Весь вечер девушка просто сияла от счастья, ведь она была уверена в том, что дед сдержит свое слово, а Насух свое слово всегда держал.

Но, по какой-то непонятной причине, Насух продолжал молча ерзать в кресле и растеряно поглядывать в сторону своей внучки.

Облокотившись локтями на стол, Ярен вновь одарила деда хитрым взглядом.

- Дедушка? - радостно напомнила она о своей сделке с Насухом, - Ты же...

- Я хочу сделать важное объявление! - перебив внучку, проговорил Насух.

Поднявшись из-за стола, он чуть слышно покашлял, а затем продолжил, обращаясь к Харуну:

- Прости, сынок. Но я принял решение. Ты не женишься на моей внучке.

Он вновь вздохнул, а затем перевел взгляд в сторону Ярен, которая все это время сияла от счастья.

"Я выиграла! Я победила!" - ухмыляясь думала девушка.

Она уже хотела было встать из-за стола и уйти, как внезапно услышала за спиной голос деда:

- У нас с тобой уговор, я помню. Помолвку с Харуном я расторг, но, все же, в уговоре о свадьбе речи не шло, поэтому замуж ты выйдешь, но не за Харуна...

От услышанного Ярен побледнела и замерла на месте.

Такого расклада она уж точно не ждала.

- Но, как... Почему..., - дрожащим голосом начала было она, как внезапно Насух вновь ее прервал.

- Ты выйдешь замуж за Омера, и это не обсуждается, - твердо сказал дед, предварительно стукнув кулаком по столу.

От слов деда Ярен, впрочем, как и все остальные, вновь выпала в осадок.

- А кто этот Омер? - подала голос до этих пор молчавшая Хандан.

Вопрос невестки почему-то вызвал улыбку на устах Насуха.

Вернувшись за стол, глава семейства Шадоглу радостно потер ладони, а затем, как можно громче, воскликнул:

- Омер - это старший брат пастуха Шухмуста. Ты ведь помнишь Шухмуста, Хазар? - все еще улыбаясь, спросил дед, обращаясь к своему старшему сыну, который, от слов отца, чуть было не уронил челюсть в тарелку.

В ужасе были все, кроме Харуна, который все это время отчаянно подавлял в себе приступ истерического хохота.

Заметившая это Ярен, одарила своего уже бывшего жениха злобным взглядом, который в следующую секунду показал ей язык и хитро ухмыльнулся, продолжая свою вечернюю трапезу.

А дед, будто бы еще больше подливая масла в огонь, продолжал издеваться над своей внучкой:

- Ах, Ярен, рядом с Омером ты будешь, как в масле кататься. Точнее, не в масле, а в сене. Подружишься с овцами, научишь их уму-разуму, а, может, и они тебя чему-то научат, а еще...

И тут Харун не сдержался и громко захохотал, впрочем, как и Азат с Элиф, которые все это время старательно сдерживали приступ истерического хохота.

Что же касалось Ярен, то она, краснея, как рак, продолжала стоять с широко открытым ртом и выслушивать все эти бредни старого маразматика.

Все это время девушка никак не могла поверить в услышанное, хотя, судя по всему, Насух говорил ей истинную правду.

В чувства нашу героиню привел Харун, который неожиданно засобирался домой.

- Думаю, мне здесь больше нечего делать, - едва сдерживая смех, проговорил парень, - До свидания. Мамочка и папочка, - проговорил он, обращаясь к Хандан и Джихану, - Вы не против, если я и дальше продолжу вас так называть?

Растерянная Хандан молча кивнула, а сидящий неподалеку от жены Джихан ничего не ответил и лишь молча уронил лицо в ладони.

Покинув ужин, Харун уже радостно направлялся к выходу.

Парень и подумать не мог, что его помолвка с Ярен так быстро расторгнется, и одно лишь осознание этого факта грело ему душу.

"Ну, надо же! Даже ничего придумывать не пришлось!" - улыбаясь подумал мужчина.

И в ту минуту он испытывал весьма смешанные чувства.

С одной стороны ему было безумно радостно от того, что не придется жениться на сумасшедшей...

Но с другой...

С другой стороны ему было ужасно грустно, ведь по какой-то непонятной причине в последние недели эта чокнутая Ярен наотрез отказывалась покидать его мысли.

Он видел ее даже во снах. Точнее, видел во снах, как она его душит, а потом страстно целует, ну, а он, по какой-то непонятной причине, отдается этой безумной страсти, которая вмиг обуяла их.

Парень уже хотел было сесть в машину, как внезапно услышал за спиной до боли знакомый голос:

- Харун, подожди!

Как мужчина и предполагал, за ним бежала запыхавшаяся Ярен.

Вмиг преодолев расстояние между ними, девушка испугано посмотрела на Харуна, а затем опустила взгляд и выдохнула.

- Ну, надо же! Ярен! Какими судьбами? - с издевкой проговорил Харун.

Стоило ему только вновь увидеть эту сумасшедшую, как его сердце бешено забилось в груди, но парень не придал этому значения.

- Харун, - повторила Ярен, подходя к парню на максимально близкое расстояние.

Голубые глаза девушки молили его о помощи, и брюнету не составило труда догадаться, о чем его будет просить уже бывшая невеста.

Не обращая внимание на замешательство Харуна, Ярен положила ладони ему на грудь, а затем чуть слышно попросила:

- Женись на мне.

От услышанного Харун поперхнулся, а его глаза чуть было не вылезли из орбит.

- Что?!

Но Ярен не отступала.

Голубые глаза девушки прожигали брюнета насквозь, а по щекам Ярен текли слезы, которые Харуну почему-то захотелось смахнуть, но, все же, он не решился этого сделать.

Нехотя убрав ладони Ярен от своей груди, брюнет задумчиво почесал подбородок.

- Так-так-так..., - хмыкнул он, изучая взглядом свою собеседницу, - Ты же не хотела выходить за меня замуж. Говорила, что я психопат, и все такое...

- Теперь хочу! - выпалила Ярен, чуть ли не падая на колени перед Харуном, - Поверь, я все поняла и осознала. Мне кроме тебя никто не нужен, а наш поцелуй в отеле все никак не выходит у меня из головы...

С этими словами она сделала шаг навстречу Харуну и, обхватив его лицо руками, внимательно вгляделась в карие глаза мужчины.

- Прошу тебя, Харун. Дай мне еще один шанс, - прошептала Ярен, поглаживая парня по лицу.

От волнения ее тонкие губы немного подрагивали, по щекам все еще текли слезы, и в ту минуту Харун чуть было не сдался под чарами своей уже бывшей невесты.

В ту минуту он отчаянно боролся с яростным желанием прижать к себе девушку и впиться в ее губы жадным поцелуем, о котором мечтал уже долгие недели после того, как она заявилась к нему в отель, и он накрыл ее губы своими...

"Надо же, а она, все-таки, помнит...", - пронеслось в мыслях Харуна в ту минуту.

Он нежно провел указательным пальцем по губам девушки, отчего щеки Ярен мгновенно залились густым румянцем.

Закрыв глаза, девушка чуть приоткрыла губы, а Харун наклонился к ее уху, а затем прошептал:

- Ярен, ты же знаешь, я тебя очень люблю...

Он нежно провел пальцем по шее девушки, отчего ее кожа стала мгновенно покрываться мурашками.

- Но, все же, Омер-бея я уважаю. Все-таки, он мне в отцы годится, а я не могу так поступить с пожилым человеком... Ты же понимаешь...

С этими словами Харун виновато пожал плечами и, выпустив из своих объятий ничего не понимающую Ярен, запрыгнул в машину и нажал на газ.

- Ненавижу тебя, Харун! Ненавижу! - яростно орала Ярен вслед удаляющейся машины, но Харун ее уже больше не слышал.

Ей было ужасно больно и обидно, ведь в ту минуту она впервые в жизни озвучила истинную правду и не солгала.

***

- Просыпайся, Ярен! Скоро придет твой жених! - радостно пропела Ханифе, со всех ног залетая в комнату девушки.

Все утро служанка светилась от счастья и радостно хлопотала перед предстоящей помолвкой Ярен.

Но саму Ярен, казалось бы, и вовсе не радовало предстоящее замужество.

Положив подушку на голову, она выкрикнула ругательства в адрес служанки, которые, к ужасу Ярен, и вовсе не испортили настроение женщины, а, скорее, наоборот, повеселили ее.

- Омер-бей придет с минуты на минуту, - потирая ладони, воскликнула Ханифе.

Краем глаза Ярен заметила, как женщина положила на ее кровать какой-то сверток, после чего мечтательно вздохнула.

- Ах, Аллах! Ты даже и представить себе не можешь, как тебе повезло!

С этими словами Ханифе положила ладонь на сердце, а ее губы расплылись в легкой улыбке.

- Машаллах, ты подаришь Омер-бею еще много детишек! Или хотя бы одного сыночка!

- Иншаллах, он отправится к Аллаху сразу же после нашей помолвки, - сжав зубы, проговорила Ярен.

Присев на край дивана, Ярен тяжело вздохнула и протерла лицо ладонями.

У девушки из головы еще еще не шел недавний разговор с Харуном, свадьба с которым теперь стала для нее всего лишь несбыточной мечтой.

А Ханифе все еще продолжала издеваться над ней.

Издав едва слышимый смешок, служанка вручила растерянной девушке какой-то сверток, после чего, все еще улыбаясь, воскликнула:

- Это свадебное платье моей подруги. К сожалению, год назад она отправилась к Аллаху. Но, думаю, Омер-бею такой наряд понравится, ведь то платье носили еще во время его молодости...

С этими словами она вновь мечтательно вздохнула и, подойдя к двери, чуть слышно добавила:

- Не забудь его надеть на свадьбу.

От слов Ханифе Ярен хлопнула себя по лбу и закатила глаза, а все еще смеющаяся служанка пританцовывая покинула ее комнату.

***

- Ты не поверишь! Мне удалось избавиться от свадьбы с этим Шайтаном в юбке! - хвастался Аслану Харун уже следующим утром.

С этими словами он стал в красках описывать кузену вчерашний вечер, который неожиданно изменил его жизнь на до и после.

Ведь он так ждал этого дня, ведь он так долго мечтал избавиться от этой чокнутой девицы...

Но, все же, какая-то непонятная грусть терзала его, и Харун ничего не мог с этим поделать.

Ярен наотрез отказывалась покидать его мысли, и стоило ему только подумать о ней, как его сердце до боли сжималось в груди.

Только почему? По какой причине он никак не может забыть эту чокнутую, которая еще, казалось бы, неделю назад грезилась его убить и подставить перед собственной семьей?

"Наверное, я такой же чокнутый, как и она, раз до сих пор не могу ее забыть!" - со смехом подумал Харун, вспоминая свою бывшую невесту.

Небесно-голубые глаза со слезами напрочь засели в сердце мужчины, и он ничего не мог с этим поделать при всем своем желании.

Казалось, та задача, с которой его прислал Аслан, блестяще выполнена: ему удалось получить место в компании Шадоглу, он смог разорвать свадьбу с этой чокнутой девицей...

И тут, словно по волшебству, в его номер кто-то постучал.

"Наверное, портье, принес чистое полотенце", - пронеслось в голове у парня в ту минуту.

Подойдя к двери, он уже было повернул ручку, как внезапно встретил свою бывшую невесту.

- Ярен?

- Тсс..., - девушка приложила указательный палец к его губам, - ничего не говори.

Харун не успел опомниться, как Ярен схватила его за ворот рубашки и притянула к себе.

- Я хочу быть только с тобой, - проговорила она, накрывая его губы своими, - Хочу, чтобы мы поженились и как можно скорее.

И Харун ответил на поцелуй Ярен, а затем, подхватив на руки, бросил на кровать и накрыл ее тело своим.

Он целовал каждый сантиметр ее тела и никак не мог остановиться, а она наотрез отказывалась выпускать его из своих объятий.

В ту минуту они были единым целым, в ту минуту они были счастливы, как никогда раньше.

Уже вечером того дня влюбленные поженились, а потом, когда Харун настоял о своем решении сообщить о свадьбе родственникам девушки, то он с удивлением узнал о том, что помолвка с Омером была расторгнута, не успев заключиться.

Ханифе со смехом поведала парню о том, что после визита Ярен на ферму, пастух был в таком ужасе от того, что его новоиспеченная невеста не умеет доить коз и выполнять работу по дому, что в тот же день отправил ее домой.

Ярен могла не выходить замуж, но, все же, она предпочла вернуться к Харуну.

Ведь она поняла, что любит его сильнее всего на свете, впрочем, как и он ее, а та мнимая свадьба с Омером лишь помогла влюбленным это понять и осознать.

Сладких снов, любимая!

На улице уже давно стемнело, и почти все семейство Шадоглу смотрело уже десятый сон по кругу.

Маленькая Гюль спала без задних ног в комнате моего дяди, который, прочитав сказку своей младшей дочери, уже давно уснул крепким сном.

Мои дотошные горе-родители, которые так сильно трепали мне нервишки в последние месяцы, также сладко дремали в своей комнате, словно и вовсе не поссорились накануне.

Вечно плачущая Элиф, как обычно, уснула в объятьях моего брата Азата, который прилагал всевозможные усилия, чтобы сделать жизнь своей новоиспеченной женушки как можно счастливей, даже несмотря на то, что сам не мог подарить ей ответных чувств, которых бедняжка так долго ждала.

Провалился в царство Морфея даже мой дед Насух, который обычно мучился ночными бессонницами и не спал практически круглые сутки.

"Уж лучше бы он отправился в царство Аллаха вместе с Харуном!" - с усмешкой подумала я, переворачиваясь на другой бок, вспоминая о своем наглом женихе, который уже долгое время был для меня, словно кость в горле.

Харун.

Да что в нем такого особенного? Что такого в этом парне, что из всего Мидьята родители выбрали именно его в качестве моего жениха?

Неужели, кроме Харуна, у них не было никаких других кандидатур, раз они остановили выбор на этом психопате... Пусть и на таком притягательном и красивом, но, все же, на психопате...

- Чтоб ты провалился, долбанный Харун! - сжимая зубы, пробормотала я, после чего со всей силы зажмурила глаза и чуть слышно выругалась.

И, как будто бы специально, перед глазами возник образ этого козла, который с самого утра наотрез отказывался покидать мои мысли.

Большие карие глаза с хитрым прищуром, которые сжигают мою душу дотла, губы, растянутые в вечной нахальной усмешке, такой притягательный древесный парфюм и, наконец, этот манящий тембр голоса, который ну, просто невозможно забыть!

Ах, Аллах! Если бы мои родители только знали, что из себя представляет этот наглец, то они непременно отменили бы нашу свадьбу и сожгли мое свадебное платье, которое Ханифе вместо того, чтобы вынести на ближайшую помойку, зачем-то сохранила и спрятала в шкафу.

"Может, она сама планирует выйти замуж за Харуна и отбить его у меня?" - мелькнула в моей голове шальная мыслишка, которая почти сразу же вызвала во мне приступ истерического хохота.

Ханифе и Харун...

Все-таки, интересная пара могла бы из них получиться...

Эх, жаль, что Насух вряд ли одобрит подобный союз, да и Харун уж точно запротестует, ведь кроме меня, он почему-то никого не видит в качестве своей будущей жены.

"Я готов отдать за тебя жизнь!" - гордо заявил мой дотошный женишок сегодня вечером, глядя мне прямо в глаза и ехидно улыбаясь, словно я не заподозрю его во лжи.

А я в тот момент лишь закатывала глаза и покусывала губу, в тайне надеясь на то, что мои родители, которые все это время стояли за дверью и подслушивали мой разговор с горе-женихом, не услышат всего этого бреда...

Но, увы, Хандан с Джиханом все услышали.

Более того, перед тем, как покинуть дом Шадоглу, этот придурок, то ли специально, то ли случайно, обмолвился про историю с отелем, которую я так тщательно скрывала от своей родни.

Пока я сгорала от стыда и отчаянно пыталась продумать свои дальнейшие действия, мой приставучий женишок благополучно слинял, а родители, не дожидаясь утра, устроили мне очередной разнос, после чего спокойненько удалились в свою комнату, оставляя меня в гордом одиночестве.

В ту минуту я молила Аллаха лишь об одном - хоть бы они ничего не сказали деду! Хоть бы они забыли обо всей этой истории с отелем!

Но, увы, интуиция подсказывала мне обратное.

Несмотря на довольно прохладную погоду, в комнате было ужасно душно и скверно, и по этой причине я решила приоткрыть окно, в тайне надеясь на то, что свежий воздух поможет мне поскорее уснуть.

Поднявшись с кровати, я подошла к большому панорамному окну и, открыв форточку, вдохнула свежий воздух.

Над Мидьятом взошла полная луна, и я со смехом осознала, что в поведении моего нареченного виновато сегодняшнее полнолуние.

- Ах, Аллах! Убереги меня от этого психопата! - сложив руки на груди, выпалила я.

Краем глаза я заметила мелькнувшую тень, но, все же, не подала виду, а затем вернулась в постель и, укутавшись одеялом, наконец, уснула.

Как я и предполагала, всю ночь меня мучили кошмары.

Сперва мне приснился мой дед Насух, который сжимал в руке пистолет и требовал, чтобы я немедленно вышла замуж за Юсуфа, раз выходить за Харуна я не хочу.

Потом меня донимала эта мерзкая Рейян, которая, против моей воли, демонстрировала мне подарки Мирана и хвасталась собственным счастьем с любимым супругом, который все это время стоял рядом и нежно обнимал ее за талию, не обращая ни малейшего внимания на мое присутствие.

И, наконец, в довершение ко всему, мне приснилась мстительная старуха Азизе, которая клятвенно пообещала закопать меня на кладбище рядом с моим дядей и остальным семейством Шадоглу.

Задыхаясь от ветра, я выслушивала очередные мстительные речи этой коварной дамы, а мои ноги, словно приросли к земле, и я не могла сделать ни шагу, чтобы сбежать.

- Помогите! - прохрипела я, но, увы, и голос меня покинул.

Отчаянно глотая воздух, я пыталась хоть что-нибудь сказать, но у меня не получалось.

"Это конец, я труп", - подумала я, со страхом окидывая взглядом толпу людей, которая окружила нас с Азизе.

Мой взгляд задержался на незнакомом мужчине в светлом пальто, на голову которого почему-то был накинут капюшон, и который, все это время, не отрываясь наблюдал за мной.

И вскоре наши взгляды встретились.

Мужчина ехидно улыбнулся, после чего резко поравнялся со мной и, обхватив мое лицо, внимательно вгляделся в мои глаза.

По какой-то непонятной причине я не могла разглядеть лицо незнакомца, но, несмотря на это, меня, словно магнитом, тянуло к нему.

От его прикосновений мое сердце рвалось из груди, коленки подгибались, а в душе развивалось тепло.

"Ах, Аллах! Кто этот бей и почему мое тело так странно на него реагирует?" - мелькнуло в тот момент в моей голове.

Я хотела было вырваться из объятий мужчины, но руки не слушались.

Хотела закричать, но голос так и не вернулся.

Пыталась сбежать, но ноги меня почему-то не слушались.

А мужчина, будто бы прочитав мои мысли, зачем-то обхватил мое лицо руками и, приблизившись ко мне на максимально близкое расстояние, неожиданно прошептал:

- Сладких снов, любимая.

Этот голос.

Я не забуду его никогда.

От неожиданности я отпрянула и, открыв глаза, увидела перед собой смеющегося Харуна.

Мой дотошный женишок лежал в моей постели, почти вплотную приблизившись ко мне, и не отводил от меня пристального взгляда.

От близости карих глаз у меня бешено застучало сердце и пересохло во рту.

Он здесь.

"Но как? Как такое возможно? Что он забыл в моей комнате?" - пронеслось в ту минуту в моих мыслях.

Но, увы, ответов на эти вопросы у меня еще не было.

Приоткрыв рот, я хотела было закричать, но внезапно Харун закрыл мне рот ладонью, после чего вновь пододвинулся ко мне и ехидно усмехнулся.

- Если закричишь, соберется вся родня, и я скажу им, что это ты меня позвала, и завтра мы поженимся, - едва сдерживая смех, проговорил этот наглец.

С этими словами он присел на край дивана и одарил меня внимательным взглядом.

Что же касается меня, то я все это время пребывала в шоковом состоянии и никак не могла осмыслить происходящее.

Несколько минут мы молча любовались друг другом.

Харун нагло раздевал меня глазами, а я отчаянно старалась не встречаться с ним взглядом, потому что по какой-то непонятной причине в ту минуту меня, словно магнитом, тянуло к нему, и я ничего не могла с этим поделать.

Но, наконец, мой жених прервал свое молчание.

Он вновь прилег в постель рядом со мной, хищно облизал свои губы, а затем внимательно вгляделся в мои глаза.

- Я пришел, чтобы напомнить правила игры, - проговорил парень, опуская ладонь на мою ключицу, - Во первых, правила устанавливаю я, а во-вторых...

На этих словах он нежно провел пальцами от моей ключицы до шеи, отчего у меня вновь пересохло во рту, а сердце бешено застучало в груди.

Заметив мою реакцию, Харун победно улыбнулся, а затем продолжил свою речь:

- А, во-вторых, тебе не стоит играть со мной, девочка, потому что в дураках окажешься ты сама...

Он вновь улыбнулся, обнажая белоснежные зубы, а затем заправил за ухо локон моих светлых волос и пододвинулся ко мне еще ближе.

- Так понятнее или еще объяснить? - прошептал мне на ушко этот наглец, то ли намеренно, то ли случайно, задевая губами мочку моего уха, отчего моя кожа мгновенно стала покрываться мурашками.

"Ах, Аллах! Он действительно психопат! Он действительно сумасшедший!" - пронеслось у меня в голове в тот момент.

Хотя, на самом деле, в ту минуту я была куда более сумасшедшей, чем он, ведь прикосновения этого идиота буквально сводили меня с ума и приводили в экстаз.

И Харун, словно заметив то, как на мое тело действуют его прикосновения, придавил меня своим телом, а затем вновь прошептал мне на ушко:

- Ты меня услышала, Ярен?

- Харун...

В то мгновение мой голос едва ли не походил на писк, а сердце все еще бешено колотилось в груди, словно было готово в любой момент выпрыгнуть наружу.

А Харун, будто бы специально, вновь повторил свой вопрос:

- Ты меня поняла?

Карие глаза прожигали меня насквозь, и мне стоило огромных усилий отвести взгляд, чтобы хоть немного придти в себя.

Ах, Аллах! Что он со мной делает? Он просто сводит меня с ума!

- Харун...

Я попыталась было подняться с кровати, но внезапно почувствовала, как что-то твердое уперлось мне в бедро.

Ах, Аллах!

Едва сдерживая смех, я прикрыла лицо ладонью, после чего, наконец, посмотрела на своего ночного визитера, который в ту минуту покраснел до состояния вареного рака.

"Харун хочет меня. Кто бы мог подумать!" - пронеслось в тот момент в моей голове.

Значит, не я одна схожу с ума? Значит, не меня одну опьяняет один лишь его взгляд?

Обхватив лицо Харуна руками, я приблизила его к себе, а затем с ехидством заметила:

- Посмотрим, кто еще окажется в дураках...

С этими словами я хищно улыбнулась, а затем накрыла губы все еще ничего не понимающего Харуна своими, привлекая его к себе.

От мужчины пахло древесным парфюмом, который буквально сводил меня с ума, а эта рубашка... Как же долго я мечтала ее с него сорвать.

Пока губы мужчины изучали мою шею, я ловко расстегнула пуговицы на его рубашке, а затем принялась за джинсы, но внезапно Харун меня остановил.

- Ты уверена? - проговорил он, поднимая на меня взгляд.

Услышав вопрос Харуна, я утвердительно кивнула.

- Я всегда уверена, - твердо сказала я, отвечая на очередной поцелуй своего нареченного, - Вопрос в том, уверен ли ты, или же нет?

Я с вызовом посмотрела на него, а Харун, будто бы прочитав мои мысли, быстро избавил меня от одежды, а затем сбросил с себя эти уже ненавистные мне джинсы.

Он резко вошел меня, и мне стоило огромных усилий сдержать стон, дабы не разбудить родню.

- Неужто боишься, что нас поймают твои родители? - покусывая мочку моего уха, прошептал Харун.

- Уже нет, - усмехнулась я, прижимаясь к мужчине, а затем мы растворились в объятьях друг друга.

В ту ночь, впервые в жизни, я была так счастлива, что сразу же забыла обо всех вокруг.

Вечно счастливые Рейян и Миран внезапно отошли на второй план, а я, впервые за долгое время, поймала себя на мысли, что желаю им счастья, впрочем, как и Азату с Элиф, которые не так давно поженились.

Я со смехом вспоминала выходки своего полоумного деда Насуха, и на удивление заметила, что Азизе смогла бы ему составить хорошую партию.

Даже на своих родителей я перестала злиться, а о недавней ссоре с ними забыла, словно ее и не было.

В ту минуту мои мысли занимал лишь Харун, и я ничего не могла с этим поделать.

Мне не хотелось расставаться с ним.

Я хотела, чтобы Харун всегда был со мной рядом, чтобы не происходило.

Я мечтала засыпать в его объятьях, а по утрам просыпаться лишь с ним и не с кем другим.

Но, увы, на рассвете Харуну пришлось вернуться в отель, чтобы не создавать проблем с моей семьей, да и отношения с родней у меня все еще оставались натянутыми.

И, стоило только моему жениху покинуть дом Шадоглу, как я решилась.

Надев свое самое любимое платье, я со всех ног бросилась в комнату родителей и чуть было не сбила с ног выходящую из комнаты Хандан.

- Мама, - выдохнула я, поднимая взгляд на Хандан, - Я согласна. Я согласна выйти замуж за Харуна.

С этими словами я радостно заулыбалась и вновь посмотрела на маму, которая, широко распахнув рот, никак не могла поверить в услышанное.

На несколько минут между нами повисло молчание, которое Хандан вскоре прервала.

Схватившись за сердце, матушка всплеснула руками, а затем радостно воскликнула:

- Ах, Аллах! Неужели ты вразумил мою дочь! Джихан!

Она кивнула в сторону моего отца, который, также как и мама, никак не мог поверить моим словам.

- Джихан, звони Харуну! Пусть назначает дату свадьбы! - все еще улыбаясь, проговорила Хандан, после чего заключила в объятьях моего отца, а затем радостно рассмеялась.

Вскоре к родителям прибежала вечно сующая свой нос в чужие дела Ханифе, и уже через несколько минут весь дом был в курсе происходящего, а я, не обращая никакого внимания на всеобщее счастье, отправилась в свою комнату и стала искать свое самое лучшее платье.

В голове все еще крутилась фраза, с которой меня встретил Харун сегодня ночью:

"Сладких снов, любимая!".

И в ту минуту я молила Аллаха лишь об одном - хоть бы слышать ее каждую ночь! Хоть бы вновь ее услышать!

Шайтан в юбке

- Пока смерть не разлучит нас! - ухмыльнулась Ярен, подписывая наш с ней брачный договор.

В ту минуту волосы моей чокнутой женушки были растрепаны, ее белые брюки были измазаны в какой-то грязи, а от самой Ярен так сильно воняло навозом, что я жутко пожалел о том, что перед нашей интересной свадебкой не заглянул в ближайшую аптеку за противогазом.

На моем языке крутилось множество едких словечек, которые мне не терпелось озвучить даже в присутствии этого усатого толстячка Насуха, который, то и дело, поглядывал в мою сторону таким свирепым взглядом, словно был готов в любой момент проглотить меня целиком.

И, вот, свершилось.

Мы с моей новоиспеченной супругой поставили свои подписи в брачном договоре, после чего Усач-бей, скрипя усами, передал мне наше с Ярен свидетельство о браке, а затем, сжав зубы, проговорил:

- Она больше не Шадоглу, теперь Ярен твоя жена. Да, и мой вам совет - держитесь подальше от поместья Шадоглу и моей семьи!

Последнюю фразу Насух произнес с едва скрываемым раздражением в голосе.

Он уже хотел было подойти к машине и уехать, как внезапно услышал за спиной смешливый голос моей новоиспеченной супруги:

- Я тебе еще это припомню, Насух! Ты еще мне ответишь за это!

Глаза Ярен горели огнем ненависти, а ее тонкие губы были растянутые в ехидной улыбке, которая мне почти сразу же показалась какой-то демонической.

Она, словно испытывала Насуха на прочность.

Она, будто бы играла с ним, распыляя злость своего деда все больше и больше.

- Что ты сказала, дрянь? Как ты смеешь такое мне говорить, мерзкая шавка?

Как я и предполагал, Усач-бей мгновенно рассвирепел.

Вмиг преодолев расстояние между нами, он сжал кулак и уже было собирался украсить глаз моей новоиспеченной женушки фиолетовым фонарем, как внезапно я заслонил ее собой.

- Насух-бей, - как можно мягче начал я, поглядывая в сторону Ярен, с лица которой все еще не сходила демоническая ухмылка, - Ярен больше не Шадоглу. Теперь она моя жена, а я никому не позволю с ней так обращаться.

С этими словами я бросил короткий взгляд в сторону девушки, которая все еще продолжала ухмыляться, испепеляя взглядом уже не только Насуха, но и нас обоих.

Услышав мой голос, Усач-бей чуть слышно выругался, после чего махнул рукой и, свистнув одному из своих охранников, наконец запрыгнул в машину, после чего уехал.

И мы остались вдвоем.

Случилось то, чего я так опасался все это время.

И в тот момент Ярен, будто бы прочитав мои мысли, зачем-то похлопала меня по плечу, после чего скрестила руки на груди и с издевкой заявила:

- Эх, Харун, а знаешь ли ты, что только что подписал?

Голубые глаза девушки гипнотизировали меня, словно ожидая, что я такой же слабак, как и ее дед, и что я обязательно поведусь на ее очередную провокацию.

Ясное дело, она ждала, что я не промолчу...

Вне всяких сомнений, она думала, что я обязательно отпущу какой-нибудь язвительный комментарий по поводу сказанного...

Ах, Аллах! Ну, неужели она правда меня за дурака считает?

Неужели эта девица думает, что стоит лишь ей взмахнуть своими длинными ресницами и сказать какую-то глупую фразу, и я, как последний осел, пойду у нее на поводу и сделаю то, что она захочет?

"Нет, уж, любимая, не дождешься!" - с усмешкой подумал я в ту минуту.

Она считает меня дураком и слабаком?

Ну, что, ж! Видимо, придется и мне сыграть по ее правилам, а, что же касается этого, будь он трижды проклят, Аслана...

Я с него еще обязательно спрошу за это паршивое дельце.

Картинно всплеснув руками и широко распахнув глаза, я попытался изобразить удивление.

- Эммм... брачный договор? - вопросительно изогнув бровь, поинтересовался я.

Как я и предполагал, Ярен была весьма обескуражена моим ответом, ведь она ждала совершенно другой реакции на собственные слова, но не получила ее, что приводило меня в неописуемый восторг собственной смекалке и сообразительности.

Но, все же, она не растерялась.

Чуть наклонив голову вбок, Ярен вновь одарила меня своей хищной улыбкой, а затем чуть слышно сказала:

- Ты только что подписал собственное согласие на адские муки, - пожимая плечами, ответила моя новоиспеченная женушка.

Она вновь одарила меня хитрым взглядом и своей демонической ухмылкой, которая, по какой-то непонятной причине, всегда вводила меня в состояние легкого транса и буквально сводила с ума.

В ее улыбке, в ее взгляде было что-то нечеловеческое, что-то безумное, и я бы даже сказал, что-то дьявольское.

И, стоило мне только взглянуть ей в глаза, как мое сердце, впрочем, как и душа, загорелось внутреннем пламенем.

Ах, Аллах! Эта девушка уж точно Шайтан в юбке!

Аслан, я с тебя еще спрошу за эту женитьбу!

Ты со мной за такую услугу и вовек не расплатишься!

Сжав зубы и собрав последние силы в кулак, я сделал шаг в сторону своей новоиспеченной женушки...

И... как я и предполагал, мне в нос резко ударил запах навоза вперемешку с цветочным парфюмом, которым так любила пользоваться эта дьяволица.

"Да, уж... Это по-круче Chanel № 5 будет...", - прикрывая ладонью нос, подумал я.

В тот момент в моей голове мелькнула шальная мыслишка о том, что Ярен когда-нибудь сможет создать собственный парфюм исключительно для местной аудитории, то бишь для пастухов...

И... мне стоило огромных трудов сдержаться и не засмеяться на глазах у своей демонической супруги.

Издав едва слышимый смешок, я галантно приоткрыл дверь машины перед Ярен, а затем запрыгнул в водительское кресло и захлопнул дверь.

Я уже хотел было нажать на газ, как внезапно вновь поймал на себе гипнотический взгляд своей адской блондиночки.

- Что-то не так? - вопросительно изогнув бровь, поинтересовалась Ярен.

"Видимо, она услышала мой смешок!", - пронеслось у меня в голове в ту минуту.

Сперва я хотел промолчать и не собирался ничего ей говорить, но голубые глаза девушки так настойчиво требовали моего внимания!

Ее прекрасные глаза так молили меня о какой-либо реакции, что я просто не смог промолчать!

Положив руки на руль, я хищно улыбнулся, а затем принюхался и фыркнул.

- О, да. Тебе не помешало бы принять душ. Чует мое сердце, после твоего общения с овцами мне придется еще дооолго отмывать салон автомобиля!

С этими словами я вновь принюхался и фыркнул и, бросив взгляд в сторону девушки, заметил, что та уже закипает от злости.

- Что?! Да я тебя...

Ах, Аллах!

Чует мое сердце, если бы мы в тот момент не ехали в машине, она бы меня уж точно убила!

Держу пари, уж точно бы убила!

Но в ту минуту мы были в дороге, я был за рулем, и этому Шайтану в юбке нужно было быть полной дурой, чтобы устроить мне взбучку ровно в ту минуту, когда ее жизнь находится целиком и полностью в моих руках, и плевать, что персональный трон в аду ее дожидается уже довольно длительное время.

Вскоре мы приехали в отель, и мне стоило огромных усилий уговорить ее принять душ и привести себя в надлежащий вид.

Ведь все-таки, как-никак, у нас первая брачная ночь, а ложиться в одну постель с голубоглазым Шреком я уж точно не был готов.

К слову, в тот день я в очередной раз убедился в том, что Аллах действительно меня любит и бережет - Ярен наотрез отказалась спать со мной в одной постели и, несмотря на то, что я, как истинный джентльмен, предложил уйти спать на диван, оставив ей роскошную двуспальную кровать, эта дьяволица предпочла кровати кресло, в котором довольно быстро уснула.

Ну, а что же касается меня, то мне в ту ночь пришлось спать на роскошной двуспальной кровати, в одной комнате с этим Шайтаном, с этим прекрасным и одновременно ужасным Шайтаном, который, несмотря на все свои безумные поступки, буквально сводил меня с ума и заставлял мое сердце биться быстрее.

Засыпая, я грешным делом подумал о том, что мне, все-таки, стоило совершить перед сном намаз ради собственной безопасности.

Но, все же, свою интуицию в ту ночь я предпочел проигнорировать, что и сыграло против меня.

Я очнулся в пылающей комнате.

Рядом не было ни души, а я был привязан к кровати какими-то жуткими цепями, которые обжигали мою кожу, принося мне невыносимую боль.

От ужаса я хотел закричать, но в горле пересохло.

Я хотел вырваться из плена, но цепи были настолько прочными, что мне не удавалось их разорвать.

- Помогите! Есть тут кто-нибудь? - прохрипел я, отчаянно пытаясь избавиться от стальных цепей.

И в эту минуту, словно по волшебству, я услышал какие-то шаги.

"Это мое спасение!" - пронеслось в ту минуту в моей голове.

Наверное, это Аслан! Он нашел меня! Он освободит меня из этого ужасного адского места!

Или же это Ханифе, которая, узнав о моем заточении, не раздумывая, поспешила мне на помощь!

А, может, это Махфуз, собственной персоной, которого подослал Аслан мне на выручку?

Несколько минут я прокручивал в голове имена своих возможных спасителей, пока не увидел приближающийся ко мне силуэт.

Мой спаситель был одет в какой-то странный балахон черного цвета, а его лицо было скрыто под капюшоном.

- Кто Вы, бей? Как Вы нашли меня? - чуть приподнимаясь с кровати, проговорил я, - Прошу Вас, вызволите меня из этого адского пекла!

В тот момент мое сердце так бешено стучало в груди, что даже я слышал его биение.

Не обращая ни малейшего внимания на мои стенания, незнакомец зачем-то присел рядом со мной на кровать, после чего вытащил из кармана небольшой кинжал, украшенный позолотой.

Издав едва слышимый смешок, он погладил оружием мою правую щеку, а затем, приблизившись ко мне на максимально близкое расстояние, прошептал:

- Вот мы и встретились, муженек!

С этими словами человек в балахоне злобно захохотал, и мне не составило труда практически сразу же узнать его.

Этот дьявольский смех, этот цветочный аромат и такой притягательный взгляд...

В следующую секунду мой ночной визитер щелкнул пальцами, и цепи исчезли, словно их и не было вовсе, а я, воспользовавшись удачным стечением обстоятельств, сбросил капюшон и перехватил руку с кинжалом, которая все еще гладила меня по щеке.

- Кто ты такая? Что ты сделала со мной?

Но Ярен не ответила.

Вместо ответа она лишь злобно захохотала, обнажая белоснежные клыки и идеально ровные зубы.

- Вот, я и здесь, мой муженек, - усмехнулась девушка, поглаживая кинжалом на этот раз мою шею.

Облизав свои тонкие губы, она вновь одарила меня своей демонической улыбкой и гипнотическим взглядом, который вновь ввел меня в состояние легкого транса.

Я лежал на кровати и не мог пошевелиться, а моя беспомощность, казалось, распыляет эту дьяволицу все сильнее и сильнее.

- Ах, Харун, ты и представить себе не можешь, как сильно я по тебе скучала! - усмехнулась Ярен, сжимая в ладони лезвие кинжала, - Любимый, ты даже и представить себе не можешь, как мне надоело играть для тебя роль хорошей девочки, коей я не являюсь...

С этими словами она вновь облизала свои тонкие губы, а я, на миг придя в чувства, с ужасом заметил, что черный балахон исчез, и на Ярен сейчас ярко-красное кружевное белье, которое так прекрасно очерчивает ее шикарную фигуру...

От увиденного у меня вновь перехватило дыхание, сердце чуть не остановилось от возбуждения, а моя новоиспеченная женушка, заметив то, как я на нее реагирую, злобно расхохоталась, а затем поднесла к губам свою правую ладонь, в которой она все это время сжимала лезвие кинжала.

С ужасом я заметил, что по руке Ярен течет кровь, которую девушка с невозмутимым видом в следующую секунду слизала, не обращая никакого внимания на мое замешательство.

- Ты и в правду Шайтан в юбке..., - зачем-то вслух проговорил я.

- А ты разве в этом сомневался? - усмехнулась Ярен, проводя окровавленным языком по моим губам.

Она вновь сжала в руке кинжал и, поднеся его к моей рубашке, разорвала ее острием оружия, а, когда она уже хотела было разрезать кинжалом мои джинсы, я потерял над собой всякий контроль и, перехватив запястья девушки, швырнул ее на кровать, накрывая тело Ярен своим.

От моих действий блондинка вновь злобно расхохоталась, зачем-то продолжая облизывать свои тонкие губы и прожигать меня взглядом...

Таким демоническим, таким притягательным и страстным...

- Признайся уже, Харун. Признайся.

Она вновь облизала свои губы и усмехнулась.

- Ты в моей полной власти, ты...

- Не только я, но и ты..., - ухмыльнулся я, резко входя в тело девушки.

В ту минуту я даже не дал ей вскрикнуть, затыкая ее губы своим настойчивым поцелуем и срывая с нее то самое кружевное белье, которое так давно мечтал с нее сорвать...

Мы сходили с ума друг от друга, мы никак не могли насытиться друг другом...

Она, словно опьяняла меня и сводила с ума, а ее демонический взгляд и дьявольская усмешка...

Да, уж, никогда бы не подумал, что близость с Шайтаном в юбке может быть настолько приятной и завораживающей.

Подняв с пола кинжал, я осторожно погладил им свою новоиспеченную женушку, из-за чего из ее уст вновь вырвался непроизвольный стон и...

И в следующую секунду я услышал:

- Ах, Аллах!

Открыв глаза, я очнулся на мягкой кровати, в гордом одиночестве.

Ярен же по-прежнему дремала в кресле.

Точнее, уже не дремала, а проснулась, разбудив меня.

Протерев заспанные глаза, я одарил грустным взглядом свою новоиспеченную супругу:

- Ах, Аллах! Зачем ты меня разбудила? Ну, зачем?

Услышав мой голос, Ярен, как обычно огрызнулась и одарила меня взглядом своих голубых глаз.

- Забери его Шайтан, - сквозь зубы прошипела девушка, подумав, что я и вовсе не услышу, так неосторожно брошенную ею фразу.

Но, все же, я услышал ее слова.

Поднявшись с кровати, я подошел к своей любимой дьяволице и, взяв ее лицо за подбородок, приблизил к себе на максимально близкое расстояние.

От неожиданности у Ярен перехватило дыхание, ее ноги подкосились, и она упала ко мне в объятья, прямо, как во время нашей первой встречи.

- Обязательно заберет, вот увидишь, - усмехнулся я, накрывая ее губы своими.