Впотьмах

1. Девять шагов

Лирнейские. Неизвестный уровень пещер.

Легкое свечение хрустальных кластеров отражалось от каменных стен в самом конце шахты. Огромное количество скоплений природных хранителей энергии, за которые люди сверху борются, прибегая к кровопролитию.

Внезапно, сквозь привычную тишину можно было заметить звуки -- что-то течет к этим скоплениям энергии. Что-то вязкое и источающее зловещую энергию – кровь тварей. Загустевающая и темная, словно маленькая змейка ползла вниз по камням. До сих пор она не высохла лишь благодаря тем крупицам энергии, получаемой от кристаллов по пути.

Однако обильное количество природной силы в этой сферообразной комнате привело к разжижению крови, позволяя ей быть плотной как вода, а не как алларийский джем из зимника.

Расположение самих кластеров было похоже на печать, неизвестную никакому рунологу, и даже проводящим эксперименты с тварями.

Тонкие бороздки на полу также образовывали несколько кругов различных печатей. Руны и странные символы неизвестного языка не соответствовали, но были похожи на ритуал жертвоприношения. Они имели другой смысл, возможно, видоизменение или же замена объектов. В общем говоря – никто не мог быть уверен в знании этого ритуала.

Ветвистые бороздки постепенно заполнялись черной жидкостью, продолжающей течь из единственного прохода.

Наконец, первый круг был заполнен кровью и начал поглощать энергию кристаллов, за ним второй и третий соответственно. А кровь продолжала течь, заполняя комнату, пока внутри не образовалось небольшое озеро, доходящее своей глубиной до колен молодых мисси, ходящих в школу.

На протяжении нескольких зим ничего не менялось в том месте. Скопление крови не увеличилось, кристаллы чуть иссякли в своей энергии, никто не приходил на это место, хотя следы присутствия людей были видны отчетливо. Не приходил, да, но наблюдал.

Кто-то или что-то, явно имеющее определенные знания в области наук и исследований, держащих в строгой секретности Запретным Городом, смотрело за этим местом, остававшимся неизменным до одного дня – дня малого приема Фейу. Выброс силы юной леди Блау дошел и до этих мест.

Кристаллы стали жадно впитывать энергию девочки, отдавая ее крови. В это время их свечение усилилось, освещая всю комнату целиком, давая лучам света прикоснуться к различным неровностям, явно не природного происхождения, усыпавшим все стены этой комнаты. Они тоже были похожи на руны другого, иномирного языка.

И вот первый круг напитался силой. Силой Блау, породнившихся, именно поэтому кровь не отторгала ее, а жадно впитывала. Круг начал светиться, передавая свечение лучам следующих, но резко замер. В этот момент казалось, что остановилось всё в этой кристальной жиле. Уверен, в той гнетущей тишине, человек оглох бы от собственного сердцебиения, навсегда потеряв дар слышать.

Это в самом деле привлекло то нечто, наблюдающее, что означало продолжение наблюдений, заброшенных им. Теперь неизвестный был обескуражен и точно заинтересован продолжением начатого.

Все продолжилось во время жертвоприношения от юной мисси алтарю Блау. Часть избыточной энергии также впитали в себя кристальные кластеры, передавая энергию в кровь, что поспособствовало зажжению второго круга – тонкие бороздки начали понемногу светиться, переходя на лучи третьего круга, где снова замерли. Чего-то им пока не хватало.

Однако сейчас внутри озерца крови начал образовываться сосуд, огражденный более плотным слоем в форме сферы. Внутри него начали происходить первые реакции – первое искусственное зарождение жизни.

Увидев это, нечто – ликовало, не подавая вида – начальный эксперимент удался. Оно даже не думало, что лишь случайность может создать что-то невероятное. Не четкий и продуманный план, а лишь случай.

Третий круг был зажжен во время пребывания юной сиры Блау в Хали-Баде. Вернее, за его границами, в пустыне, когда она призывала шекков на помощь и становилась с ними единым разумом.

Крупицы ее воли и силы долетели до этой подземной комнаты. Однако чувство, желание и просьба о помощи были такими сильными, что стали катализатором для совершенно другой реакции. Изначально планировалось создать тварь с разумом – легко подчиняемую.

Внутри кровавой сферы начал быстро, очень быстро формироваться силуэт человека. И уже на этом этапе он мог мыслить, и думал – о защите. Защите той, кто его звала. Той, кто был непосредственным его создателем – Вайю Юстинии Блау.

Для полного формирования тела ему хватило одного оборота планеты вокруг своей оси. В это время больше половины крови из озерца была впитана в сосуд, внутри коего бурлила жизнь, поддерживаемая кровью тварей и силой породнившихся.

Однако для полноценного существования ему была необходима душа и источник. Доступ ко всему этому имел наблюдатель, преходящий в страхе и неведении. Однако любопытство и нежелание отказываться на конце пути победили страх. Поэтому он собрал десять душ, желающих объединиться в одном теле, в числе которых был и Ликас, и Люциан Хэсау.

После объединения душ, нечто протянуло нить от общего, бесконечного источника к этому телу. Однако кровь тварей, совмещенная с человеческой силой дала иной результат, нечеловеческий – иной внутренний источник.

Спустя несколько дней вся кровь из озера была впитана внутрь, и сфера осталась парить в воздухе, переливаясь цветами черного. Кристаллы начинали светить гораздо тусклее, а круги погасли вовсе. Пока внезапно сосуд на не лопнул, опрокинув вниз почти человеческое тело неизвестно пола.

Его кожа была гладкой, как камень, а рельеф тела можно было сравнить с пустой поляной в лесу. Волосы на голове были густые, не длинные и смолисто-черные, похожие на пух молодых скорпиксов, только длиннее и уложенными назад.

А когда он открыл глаза, можно было лицезреть черные круги на фоне белков, в коих видна была темная и пылающая сила.

Он сделал первый вдох, глубокий, протяжный, полный жизни. Он не мог выговорить и слова, потому что не знал. Но чувствовал одно – защищать.

Первая попытка подняться увенчалась падением, не так больно, но в месте падения кожа стала черной, а глаза блеснули золотом, а белок чернотой. Однако получилось уже со второй попытки. Тело слушалось проще, да и конечности ему казались легче. Опираясь рукой о стену, он смог устойчиво стоять и – пойти.

Первый шаг – желание жить. Он почувствовал его. Понял, что хочет жить сам, и защитить ее жизнь.

Второй шаг – он, это он. И никто, кроме него. Он есть, и будет таким, непрогибаемым ни под кем, кроме госпожи.

Третий шаг – надо двигаться не останавливаясь. Она его звала, и он придет. Точно придет. Какой бы путь не был, он придет. Он не знал куда идти, но чувствовал ее энергию, поэтому шел к ней.

Четвертый шаг – чуть не упал, но упершись рукой, смог устоять.

Пятый шаг – связал мысли воедино. Клубок нитей, путающих голову невероятно мешал и клонил вниз. Пришлось остановится, иначе снова упадет.

Шестой шаг – высокий подъем, первое препятствие. В ход идут руки и пальцы для крепления. Можно сказать, используются новые инструменты. Его роста не хватало, чтобы зацепиться, поэтому он вылил из своей руки черной крови, а потом выплеснул силу, чтобы та затвердела в форме крюка, которым Он зацепился и начал тянуться наверх.

Однако опять упал. На этот раз причина проста – не туда поставил ногу, с кем не бывает. Но сейчас его уже привлек длинный кристалл. Что-то в нем было завораживающее, привлекательное и таинственное.

Он выдернул блестяшку и немного осмотрел, что привело его к идее создать меч. На обоюдоострый не хватало ширины, поэтому пришлось сделать длинный и тонкий клинок. Форму он придавал ему при помощи того крюка, каждый раз обновляя его своей кровью, потому как тот постоянно стачивался об кристалл.

Ну а после финальной обработки он обработал его своей кровью и осушил ее, чтобы меч крепился к нему, а точнее к спине, чтобы не мешался.

Седьмой шаг – еще одна попытка подняться с крюком стала куда успешнее предыдущей.

Восьмой шаг – защищать. Она должна быть в безопасности. Она просила. Он – будет защищать. И не только ее. И ее поколение, и их поколения, пока сам не иссякнет.

Девятый шаг – Блау хранят Блау.