Восстань, история!

Создавая уют (джен, Ринвелл)

ㅤ

Описание:

Ринвелл плетёт гнёзда для совушек.

ㅤ

В стороне ото всех тихо сидела Ринвелл, улыбаясь своим мыслям. Под боком на земле лежали гибкие веточки, сухая трава и пух — Ринвелл тянулась то к одному, то к другому, вплетая в единый каркас. Её ловкие пальчики работали умело и быстро, недаром сплела она уже добрый десяток гнёзд для своих пернатых друзей.

Совы сами редко сами создавали себе жилища, предпочитая естественные домики в дуплах или уже покинутые чужие гнёзда. Но в лесу, где образовалась «совиная община», всем дупл бы не хватило, а прорубать в живых деревьях дыры казалось немыслимым. А уют хотелось создать для всех… Потому Ринвелл трудилась не покладая рук, придумав свою систему.

Плела она необычные гнёзда. Всё ещё из веточек, но по форме дупла. Затыкала мелкие щели травой, чтобы ни в коем случае не сквозило и не затекала дождевая вода, пухом внутри создавала уют. На размер не скупилась, искренне желая пташкам не только друзьями обзавестись, но и пару найти, семью завести. Обрести счастье, в чём бы пташки его ни видели. Ринвелл не могла решить за них наверняка, хоть давно была для них другом.

Ринвелл увлечённо продолжала своё дело, уже представляя довольную пташку в ещё не готовом гнезде. И думать не думала, что материалы давно должны были закончиться, что настала пора их обновлять. А они чудом всё не кончались и не кончались.

Поддерживая костёр в лагере, Альфен и остальные наблюдали за Ринвелл, не мешая. Они знали, как для неё были важны совушки, как сильно любила она Фуруру. Потому каждый желал помочь. Вот только Ринвелл и близко их не подпускала. Особенно ренианцев… Путешествовать вместе уже было тяжко, но судьба вынудила смириться. Гнёзда же — дело другое, её душа и сердце, где не было места посторонним. Однако… именно Дохалим был первым, кто незаметно подложил под руку увлечённой Ринвелл свежих веточек, когда заметил, что они заканчиваются. Альфен последовал его примеру. Шион тоже на третий раз сдалась. Тайно помогать Ринвелл стало для них делом обыденным.

Очередное гнездо было готово. Ещё одна пташка обрела друзей и уютный дом — Ринвелл не могла нарадоваться. Но в то же время её одолевало беспокойство: совиное семейство разрасталось очень быстро, а путешествие оставляло времени всё меньше. Ринвелл уже не успевала плести гнёзда для всех…

— Ринвелл, ужин готов, — оповестил Альфен, когда Ринвелл закончила.

На самом деле ужин уже давно бы стыл, но никто не смел отвлекать Ринвелл. По опыту знали, что это всё рано бесполезно. Потому оставалось только тепло поддерживать. Как и товарища, чей удел стать всем им другом.

Ринвелл ещё раз посмотрела на своё творение. Приметила подходящее место, где новый домик следовало закрепить. И только после поспешила костру, где её ждал вкусный полевой ужин.

ㅤ

Не обнять (джен, Шион и остальные)

ㅤ

Описание:

Шион всем им стала дорогим другом. Оттого тяжело было просто смотреть, как она грустит в стороне, без возможности её молча утешить…

ㅤ

Уже не имело значения, откуда родом Шион. Она стала для них близким компаньоном, верным другом, по-своему заботящимся о благополучии окружающих. Особенно о тех, кто волей случая стал ей другом… А теперь, когда забота требовалась Шион, никто не мог к ней даже приблизиться, кроме Альфена. Но его не было рядом.

Сердце разрывалось от сожаления. Хотелось обнять Шион, согреть её душу своим теплом! Никто не смел ступить даже шагу… Прекрасно понимали, что если попытаются сделать это, преодолевая шипы, причинят Шион больше боли, чем себе. Только добавят переживаний.

Приготовить что-нибудь вкусное — кусок в горло не лез никому, как и Шион. Просто посидеть рядом молча — вид Шион становился ещё угнетённее: она даже не могла попросить оставить её одну. Но и одной её оставлять не хотелось, ведь тогда мрачные мысли окончательно поглотят её. Словами тоже не поддержишь, ведь в такие моменты молчание передавало куда больше, а слова были пусты.

Потому оставалось только стоять и смотреть, опустив руки, разделяя печаль подруги. Если бы только ей стало легче, перейми они её боль…

ㅤ

Тонкий вкус (джен, Альфен и Шион)

ㅤ

Описание:

Альфен прекрасно понимал, что его предпочтения в еде не всем по нраву. Но иначе он готовить не мог, ведь чувствовал вкус иначе…

ㅤ

День 238 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Хоть Альфен виду не подавал, его расстраивало, что приготовленная им еда никому не нравится. Настолько, что его регулярно пытались исключить из очерёдности по готовке… Альфен хотел это исправить, но ему требовалась помощь. Кто-то со «стандартным» вкусом, отличным от его.

«Шион?.. Её блюда зачастую слишком приторно-сладкие и тоже не всем по вкусу, но… Мне всего-то нужно определить меру остроты, а только она сможет съесть максимальное количество порций!»

— Мне больше не к кому обратиться, — неловко просил он.

— Хм… — задумалась Шион. Возможность съесть несколько дополнительных порций, пусть и не самой вкусной еды, манила. — Хорошо. Но оставим это между собой.

«Вдруг мне всё же что-то понравится и съем бонусом ещё парочку…»

— Отлично! Тогда начнём!

Альфен разом приготовил три одинаковых блюда, раз за разом меньше приправляя специями. Как он думал… На каждое у Шион был один ответ:

— Остро!

— Но!.. — попытался возразить Альфен, но сдался, так и не начав спор: не ради этого он всё затеял. — Попробую ещё.

Однако…

— Остро!

— Как мне почувствовать грань приемлемой остроты, когда уже острое для вас — практически пресное для меня? Как приготовить так, чтобы всем понравилось?

— Никак, — сходу ответила Шион. — Даже точно следуя рецепту, — строго говорила Шион, отвлёкшись на тихое дополнение, брошенное в сторону, — чему тебе не мешало бы научиться, не поможет угодить всем. Кому-нибудь да не понравится: у всех разные вкусы.

— Но я хочу, чтобы моя еда понравилась остальным… Хочу увидеть их довольными…

Шион тяжко вздохнула.

— Тогда просто следуй рецепту без экспериментов. У нас нет приверед, так что этого будет достаточно.

— Но… — вновь нашёл причину для «но» Альфен, — тогда будет невкусно мне.

Шион вздохнула ещё тяжелее, закрывая глаза.

— Почему бы тебе не делать острый соус отдельно, чтобы каждый сам решал для себя, сколько ему нужно?

— Но блюдо должно пропитаться специями. Если просто макнуть — будет уже не то…

— Тогда просто готовь свою порция отдельно, а остальным оставь выбор.

— Хм… — всерьёз задумался Альфен. — Если так, то можно наделать разных соусов — какой-нибудь точно кому-нибудь понравится!

С энтузиазмом Альфен принялся за дело. Данный подход позволял вовсю проявить свою скрытую творческую нотку. Шион с интересом наблюдала за ним: не каждый раз Альфена можно было увидеть таким искренне увлечённым. Он успел наделать аж двадцать семь соусов, прежде чем остановился!

Настало время дегустации. Как и предлагала Шион, свою порцию Альфен отдельно мариновал в острейшем из соусов. Правда, Шион никак не могла понять… как он вообще за всей это остротой мог чувствовать разницу в соусах. Одинаково острых…

«Безнадёжно», — вынесла она вердикт про себя. Одно успокаивало — основное блюда спасти удалось. Хоть что-то осталось съедобным…

ㅤ

Ради проблеска надежды… (джен, Лоу)

ㅤ

Описание:

Быть одним из «Глаз Змеи» тяжело давалось Лоу. Но он верил, что отступи он — будет хуже…

ㅤ

День 240 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Слушать чужие крики и мольбы было невыносимо… Каждый раз в жилах стыла кровь. особенно от осознания, что причиной ужаса в глазах был он сам — Лоу. Он фактически принимал решение, кому жить, а кому умереть. Собственноручно отправлял на каторгу ни в чём не повинных людей. И не делай он этого — гораздо больше пало бы жертвой, верил он. Так Лоу успокаивал себя… Продолжая ненавидеть за слабость. У него не хватало духу противостоять системе. Посчитал борьбу бессмысленной.

Ему казалось, что, оставайся он в рядах «Глаз Змеи», он сможет помочь хоть кому-нибудь. Тайно. незаметно даже для тех, чью судьбу облегчил.

Как наивно… Те единицы добрых дел не шли в сравнении с теми ужасами, которые он творил. Той болью, которую причинил. Но и уходить уже было слишком поздно: он увяз в «грязи» полностью. И посмей он хоть подумать о побеге, облегчении собственного бремени, как пострадают те, с кем он его разделял. Товарищами, с которыми вместе оказался в ловушке. Которые испытывали то же самое. И никто из них не смел смотреть друг другу в глаза…

Не опускать руки Лоу помогал тлеющий уголёк надежды. Вера, что когда-нибудь он всё же сможет кому-нибудь помочь. Обязательно спасёт чью-нибудь душу… А пока нужно потерпеть. Стиснуть зубы и закалить сердце. Ведь отступись он — разрушится всё. Всё пережитое, все жертвы окажутся напрасными. Но если он выдержит «испытание», то когда-нибудь…

ㅤ

Музыка (джен, Дохалим)

ㅤ

Описание:

Дохалим пытался устранить систему правителей на Ленегисе, постепенно сам сближаясь с народом через музыку.

ㅤ

День 242 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Втроём они собрались на сцене в центре площади. Некогда квартет, оставшись втроём, сумел преодолеть все разногласия — и вот вновь их музыка звучала в унисон.

Чистый звук разливался по площади. Мотивы переливались от лирических медленных к задорным и быстрым. Настроение сменялось одним движением смычка.

Толпа завороженно смотрела на музыкантов, вслушиваясь в каждую ноту, проникающую в их сердца.

В тот момент не существовало ни знати, ни простолюдинов — только люди. Единый народ. То, о чём мечтал Дохалим. Через музыку он передавал свои чувства. Каждым концертом закрепляя это желание в разумах людей, постепенно превращаясь из правителя в обычного музыканта. Звезду смычка и струн, как и его друзья. Он начинал сливаться с группой в сознании людей, становясь ближе к простому люду, дальше от правительственных дел.

Живая музыка разливалась по площади, создавая в головах людей образы будущего, которое видел Дохалим. Он делился с ними всем сокровенным, пытался донести самое важное. …Подарить свободу и обрести её. Только в такие момент он мог быть воистину собой. Только в такие моменты никто ничего не требовал от него.

Музыка стихла — Дохалим с друзьями закончили своё выступление, уступая сцену другим музыкантам. теперь он мог позволить себе побыть зрителем, внимая чувствам других…

ㅤ

Фуруру (джен с налётом гета, Фуруру/совушка, Лоу/Ринвелл)

ㅤ

Описание:

Фуруру «выпорхнул из гнезда».

ㅤ

День 283 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Первое время Ринвелл радовалась самостоятельности Фуруру. Он улетал изучать мир, нередко принося ей разные мелкие подарки, зачастую всякие блестяшки, которым Ринвелл радовалась, как дитя. Но Фуруру пропадал всё дольше и дольше, отчего сложно было унять волнение. Пока однажды он не позвал Ринвелл за собой. Компанию её в этом составил Лоу, оказавшийся рядом: ему самому было интересно. Да и не просто так он ошивался неподалёку… Его тяготило угнетённое состояние Ринвелл.

Фуруру привёл их к ветвистому дереву с огромным дуплом. Оттуда выглянула любопытная совушка. Любопытная же Ринвелл, наоборот, заглянула украдкой внутрь. При виде кладки яиц её сердце будто замерло.

— Ого! — удивился Лоу. — Смотри-ка, кто завёл семью! — по-доброму усмехнулся он, тайно гордый за пташку, так нелюбящую его. А также порадовался про себя, что теперь он избавлен от пернатой помехи.

С лёгкой озадаченностью Фуруру наклонил голову, пытаясь понять настроение замершей Ринвелл. Не сразу она заметила его взгляд, заволновавшись, отступая на шаг и махая руками.

— Так ты завёл семью! Вот почему тебя так часто не было! Я так рада за тебя!

Но в её словах не было искренности… Только волнение и страх. Страх остаться одной… Они всегда были вместе, поддерживали друг друга. В самые тяжёлые годы они были всем друг для друга, а теперь…

Ринвелл хотелось плакать от мысли, что пришла пора прощаться, что необходимо отпустить Фуруру: у него теперь своя жизнь. Но и беспокоить его не хотелось. Привязывать к себе. Ведь совсем скоро он станет отцом, у него будут другие заботы.

— Эй, — обратил на себя внимание Лоу, — только представь, как при следующей встрече тебя окружит целая стайка маленьких фурурят, — говорил он с лёгким задором и заботой, искренне пытаясь подбодрить.

Ринвелл представила, мило краснея. Наконец, на её лице засияла настоящая улыбка, с сердца отлегло. И правда, ведь они не навсегда прощаются. А фурурята…

«Скорей бы!» — совсем покраснела она до ушей, разулыбавшись в предвкушении.

— До встречи… — уже спокойнее смогла она попрощаться с самым близким другом, благословляя его новую семью.

Лоу ждал в стороне, не мешая. На душе его теплело. И вовсе не от трогательного вида. Он очень переживал за Ринвелл. Сильнее, чем показывал. теперь же он успокоился, скрытыми радостью и довольством окрашивая свою улыбку. От неё и Ринвелл стало тепло…

«Может, пора и мне задуматься?.. — мелькнула смущающая мысль, стоило Ринвел засмотреться на Лоу, так уверенно смотрящем на неё. — Ох, о чём я только думаю?!» — тут же замотала она головой, выкидывая из неё всякие глупости.

ㅤ

…А как? (гет, Кисара/Альфен)

ㅤ

Описание:

Феномен Альфена вызывал немало вопросов. В частности, не чувствуя боли, лишён ли он удовольствия?

ㅤ

Примечание автора:

Если вдруг кого тоже интересовал вопрос, может ли Альфен заниматься сексом, то я как раз изучила данный вопрос по имеющейся нефэнтезийной информации о врождённой нечувствительности к боли.

ㅤ

Сложно было унять свои чувства, когда даже разум с ними соглашался. Кисара прекрасно понимала, что нашла свой идеал. Вот только истинное совершенство существует только в сказках, в жизни же у всего есть свой изъян…

«Я не смогу довольствоваться одной лишь платонической любовью… К тому же я хочу семью, а если он…»

Ей было даже стыдно думать в подробностях о таких вещах, но ничего поделать она не могла. Если отсутствие боли ограничивало важную для зачатия функцию организма, Кисара не могла позволить своим чувствам развиваться. правильнее было бы задушить их на корню.

«А если!.. — воссияла в её душе надежда. — Если на самом деле не всё потеряно?»

Очень хотелось верить в чудо… Потому что только оно могло воплотить мечту в реальность. Но для этого требовалось найти в себе смелость откровенно заговорить с объектом воздыхания. Слишком откровенно…

Лоу и Ринвелл приятно проводили время за милой беседой в стороне ото всех. Дохалим помогал с готовкой Шион. Пусть и пришла её очередь, есть хотели все и что-нибудь мало-мальски съедобное, потому за Шион всегда оставался кто-нибудь присматривать. Единственное смущало, что в этот раз вызвался Дохалим…

«Чем-то всегда приходится жертвовать ради счастья. В этот раз в жертву будет принесён наш ужин…» — пришлось мысленно смириться, ибо иначе лучшего момента для серьёзного разговора один на один ей было бы не улучить.

Альфен полировал меч отточенными движениями. О своём оружии он всегда тщательно заботился, что оно не подвело даже в самом горячем бою. Кисара подошла осторожно, будто боясь привлечь к себе внимание. Так тихо и неприметно, что пришлось заговорить, чтобы Альфен на неё посмотрел:

— Альфен… — всё, кроме его имени, давалось тяжело. Кисара даже не знала, с чего начать.

— Да? — не дождавшись продолжения, произнёс он.

Кисара села рядом, пытаясь собраться с мыслями и вернуть силу воли, куда-то запропастившуюся.

— Я хотела спросить… — Глубоко вдохнув, закрыв глаза и взяв себя в руки, Кисара сумела продолжить: — Возможно, вопрос слишком личный…

«Да почему же "возможно"? Тут уж определённо точно!..»

— …но мне важно знать.

«Зачем же сразу "важно"? — боялась она, что сдала себя с потрохами. — Можно же было начать с чистого любопытства вроде "хотелось"!»

Альфен вопрошающе глянул на Кисару, боясь сбить её с мысли неосторожным словом.

«Это как вправить вывих… Надо быстро и стразу! Иначе так и буду мямлить»,

Решительно выдохнув, она разом спросила самое важно, не юля:

— Ты способен заниматься любовью?

— Ч-что? — Альфен, грешным делом, подумал, что у него со слухом что-то сталось: вполне мог не заметить, как ему повредило барабанные перепонки.

Кисара забегала взглядом, не в силах надолго задержаться на глазах Альфена. Но даже тех мгновений, когда их взгляды пересекались, Альфен сумел уловить немую мольбу. Этот вопрос действительно был важен для Кисары, пусть она и не могла объяснить почему. Подавив первую неловкость, Альфен всё же кратко ответил:

— Да.

Кисара настолько воспряла духом, с таким воодушевлением на него посмотрела, что Альфен аж испугался, что она накинется на него прямо здесь, раздевая прилюдно!

— Ты хочешь?.. — не успел он задать смущающий вопрос со своей стороны, как Кисара расставила все точки над i.

— Я хочу с тобой встречаться! Знаю, это неожиданно, потому не прошу ответ прямо сейчас, но буду благодарна, если ты подумаешь над моим предложением, — заговорила она быстро на одном дыхании, пока её разум был предрасположен говорить прямо и чётко, вдохновлённый желанным ответом. — Ответишь, когда будешь готов!

Кисаре срочно требовалось отдышаться и унять волнение, потому при первой же возможности она сбежала в сторонку ото всех, особенно подальше с глаз недоумённого Альфена, не успевшего никак среагировать. А, задумавшись, вовсе не знал, как ему дальше быть…

ㅤ

Не те (гет, навязанный Лоу/Ринвелл, Ринвелл/Альфен, Лоу/Кисара, Альфен/Шион, Кисара/Дохалим)

ㅤ

Описание:

Все пытаются помочь Ринвелл и Лоу наладить отношения, думая, что они нравятся друг другу. Но правда в том, что чувства они испытывают к другим…

ㅤ

Вечер в лагере перед ужином — лучшее время для сплетен. Пока девушки ради своих разговоров занялись стиркой у реки, парни помогали с готовкой, следя за тем, чтобы Альфен не переборщил со специями. Не загубил вкуснейшее мясо, за которое сильно переживал Лоу…

— Фуруру всё ещё не подпускает тебя к Ринвелл? — с мягкой улыбкой начал Альфен.

— Э?! — насторожился Лоу: подобные разговоры не сулили ничего хорошего. — Причём здесь Ринвелл? Мне просто обидно, что он только мне себя погладить не даёт… — последняя фраза была произнесена тихо, потому всеми проигнорирована.

— Он просто ревнует, — проскользнул лёгкий смешок. — Боится, что переймёшь всё её внимание.

— Да сдалась она мне… — вновь произнёс он тише, чем хотелось бы, устав от надоевшей темы.

Как бы ни пытался Лоу доказать, что Ринвелл его не интересует, что ему по вкусу девушки постарше, его не слушали, считая все его слова лепетом незрелого юнца. Краска сыграла злую шутку, ибо сам разговор об отношениях и предпочтениях смущал. Оттого его никто не слушал, доводы никакие не принимал, усердно подсаживая его поближе к Ринвелл, норовя оставить парочку наедине. И ведь ребята искренне верили, что творят доброе дело! Но из-за их попыток…

Лоу с тоской посмотрел на Кисару. Сильная, красивая, заботливая, хозяйственная. А уж как подчёркивает свои достоинства! Чем не идеал? Но из-за веры в то, что у них с Ринвелл что-то намечалось, она даже не смотрела в сторону Лоу.

«Но ведь именно она… моя идеальная женщина…»

— Так что думаешь, вы стали ближе? — не унимался Альфен.

Пришлось бросить ему в ответ:

— А что насчёт тебя с Шион? Как у вас продвигается?

— А?.. Ну… Это…

Какое-то время Лоу был освобождён от моральных домогательств и мог спокойно наслаждаться видом той, кто оказался для него недостижим…

* * *

Кисара недаром была капитаном! Она умела строить других. Под её командованием Шион и Ринвелл безукоризненно выполняли работу. Что очень помогало экономить время, не говоря уже об эффективности.

Уже когда бельё развешивали, Кисара завела старую тему «о главном»:

— Ринвелл, не хочешь помочь мальчикам? Сможешь заодно время с Лоу провести…

— Ещё чего! — ужаснулась она. Но в то же время замешкалась, думая о другой возможности.

Её замешательство Кисара и Шион восприняли по-своему. Как и всегда…

— Всё в порядке, иди, — понимающе улыбнулась Кисара, глядя на тоскующий взгляд Ринвелл. — Он тебя ждёт.

Но он её не ждал… Тот, к кому она действительно хотела подойти. С кем хотела проводить время. Просто душный герой, искренне желающий добра всему миру. Тот, кто поселил в ней надежду. Кто спас её душу одним только взглядом на мир и будущее. Слишком добрый. Слишком светлый. И он уже отдал своё сердце другой. Ринвелл украдкой глянула на Шион, с удовольствием занимающейся обыденными делами, предвкушая скорый ужин. Её не пугала даже степень неминуемой остроты, лишь бы порция была побольше!

— Тебе нечего стесняться и переживать, — Кисара продолжала подталкивать Ринвелл к решительным действиям. — Ты же знаешь, мы всегда тебя поддержим.

Устало выдохнув, глянув на объект своего воздыхания, Ринвел невольно усмехнулась и спросила с хитрецой:

— Быть может, тебе самой стоит пойти к мальчикам? А твой… — сделала она паузу, чтобы подогреть фантазию Кисары, наслаждаясь вспыхнувшими щеками и ушами, — уважаемый Дохалим уже третий раз отодвигает от Альфена специи. — Думаю, ему нужна поддержка куда больше бездельника Лоу.

— А?.. — Кисара поняла, что её ловко подловили, но признавать не стала, уводя разговор в сторону. — Ну… Мы почти закончили, скоро вместе подойдём. Дохалим вроде как и без нас справляется, — не заметила она, как сама же сдала себя, что поглядывала на Дохалима всё это время.

* * *

За ужином Ринвелл и Лоу вновь пришлось сидеть рядом. Неприязни они к друг другу не испытывали: совместные испытания и путешествие действительно сблизили их, пусть и не так, как думали другие. Они стали отличными друзьями, которые не прочь друг друга подколоть. И лучше чем кто-либо, они понимали общую дилемму, без слов, одним взглядом поддерживая.

Глядя на бьющиеся в унисон сердца Альфена и Шион, Кисары и Дохалима, с сожалением думали они:

«Это была бы судьба, полюби мы друг друга…»

ㅤ

Книга по вкусу (гет, Лоу/Тигрина)

ㅤ

Описание:

Лоу заглянул в библиотеку…

ㅤ

День 237 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

От одного только её вида у Лоу полыхало всё внутри. А умеренно тихий голос соблазнял ещё больше. А уж взгляд! …Да-да, именно взгляд! Ох, как она на него смотрела — Лоу аж пробирала дрожь.

— Хочешь… — Тигрина буквально пронизывала её душу, интимный полушёпот щекотал сознание, — что-нибудь почитать?

— Да, очень, — зачарованно ответил Лоу, не думая.

— Расскажи мне, — томно звучали её слова в ушах Лоу, — о своих предпочтениях.

— Я… — попытался включить он мозг, но ничего не вышло. — Всё, что нравится тебе.

— Ох, — прищурилась в улыбке Тигрина, — тогда позволь мне выбрать для тебя, — сделала она акцент, будто вовсе не причём была, — самое лучшее.

Взгляд Лоу был слишком прикован к глазам Тигрины, чтобы сразу заметить, как медленно потянулась она к подолу, медленно поднимая руку к маленькой набедренной сумочки для одной миниатюрной книжечки. Тигрина буквально вложила её в руку Лоу, максимально приближаясь к нему, шепча ну ухо:

— Мои любимые страницы…

Лоу уже не слышал её: слишком громко в висках пульсировало. Он готов был задохнуться. Тигрина была так близко. Она не могла не чувствовать… напряжения. Которое умудрялось до сих пор нарастать! Однако, отдав книгу, Тигрина легко отстранилась, заговорщически глядя, подкрепляя свой взгляд словами:

— Буду ждать впечатлений. Постарайся не затягивать со сдачей книги. Можно ближе к вечеру.

Играючи, Тигрина провела по плечу Лоу, уходя: её всё ещё ждала работа.

Лоу потребовалось время, чтобы прийти в себя. Его руки ещё тряслись от перевозбуждения, когда он, наконец, открыл книгу. Чтобы несказанно удивиться и покраснеть пуще прежнего! В руках он держал бульварный любовный роман с довольно подробными описаниями.

«Да это же инструкция! — понял он. — Так, какие там страницы? — начал наспех он перелистывать. Вот только… — Я не помню! — схватился он за голову. — Тогда мы попробуем всё!» — не стал Лоу унывать.

Никогда в жизни он не читал так быстро…

ㅤ

Жизнь играет с ромашкой (гет, Кисара/Дохалим)

ㅤ

Описание:

Своё отношение к Дохалиму Кисара успела радикально поменять не один раз…

ㅤ

День 239 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Родившись данианкой, рабыней, Кисара и предположить не могла, что однажды сможет свободно выбираться свою роль в жизни. И этот выбор приведёт её в ряды рыцарей подле Лорда. Самого восхитительного человека из всех! Его философия, его желание сделать жизнь лучше для всех, создать равные права заставляли её сердце трепетать. И судьба благословила её приблизиться к своему идеалу… Не только привлекательным благородными идеями, но и красивым сам по себе. Слушать стихи его по вечерам стало традицией. Не сразу вникала она в их смысл, но просто слушать его голос уже было достаточно.

Сколько бы Кисара ни старалась не думать большем, всё чаще её посещали недосягаемые мечты, где она с Дохалимом была вместе. Не как его верный рыцарь, а как обычная девушка. Свои тайные мысли не смела она описывать даже в личном дневнике… Она и так была ближе к Дохалиму, чем позволяло её рождение. Она и так имела больше, чем могла когда-то получить. У неё было право свободно общаться с ним… Однако чем чаще смотрела она в его глаза, тем больше видела в них одиночество, которое так хотелось скрасить собой…

ㅤ

Идеал был разрушен… Внезапно. Максимально болезненно. Кисара потеряла разом не только свою любовь, но и единственного члена семьи. А тот, кого она уважала до дрожи в коленях, оказался эгоистичной тряпкой. В нём не было ни желания позаботиться о своём народе, ни веры в выстраиваемые равные права. Он даже не ведал, что творилось в его регионе, из-за чего её брат был вынужден отдать жизнь. Прямо перед ней обратиться в ничто, слившись с бесцветной массой «мёртвого» озера. И Дохалим предпочёл сбежать, не стал даже пытаться что-то делать. Проявил слабость, недостойную правителя! Недостойную её сердца…

В тот миг она возненавидела его до глубины души, не справившись с нахлынувшими чувствами. Сама не замечая того, она не смогла контролировать свои чувства, как и сам Дохалим. Её вера, её сердце, её жизнь разбились в дребезги. Из-за его безответственности… Из-за его желания оградиться от проблем чужих и своих. Такую трусость Кисара не смогла простить. Всего за мгновение тот, кто был для неё всем, стал никем.

ㅤ

Со временем ненависть и гнев унялись — Кисара стала смотреть на Дохалима иначе. Помогло и то, что у него хватило силы воли вернуться и исправить хоть как-то то, что он недоглядел. Вместе с ним она отправилась в длинное и сложное путешествие. Как с обычным человеком… Сложно было привыкнуть относиться к нему иначе. То и дело привычка заботиться брала верх. В то же время путешествие без слуг и политики позволяло увидеть иные черты характера Дохалима. Более тонкие. Особенные. Личные.

Кисара вновь испытала к нему чувства… Более естественные. И нежные. Дохалим вновь заставил её сердце трепетать, пусть уже иначе. И трепет этот разливался по всему телу приятным теплом. Всё ближе становились они. Молчаливое пересечение взглядов порождало нечто взаимное, сокровенное. Так и неозвученное…

ㅤ

Решение взять бразды правления на Ленегисе в свои руки едва вновь не разбили Кисаре сердце, ведь отправиться с ним она не могла, решая проблемы на Дане. Разве их чувства не были взаимны? Разве в стихах он не признавался ей в любви, пусть и витиевато, неявно?

«Разве он не хочет остаться со мной?..»

Как Данианке на Ленегисе ей не было места. Даже в новых условиях. Хотелось плакать от бессилия. Она только поверила в счастье, готова была отдать себя ему без остатка! А он… будто бы совсем не любил. Так легко принял решение, сулящее разлуку.

«Неужели я ошиблась?..»

Время отбытия Дохалима близилось. На Дане он решил все свои дела, дал наставления своим представителям, создал сплочённую систему, построенную на взаимном уважении. И она не требовала участия Кисары, а значит…

— Теперь ты можешь отправиться со мной, — уверенно произнёс Дохалим, глядя прямо в глаза. — Если, конечно же, хочешь, — добавил он скромно.

Она хотела! Пусть её и пугала мысль жить на таком чуждом Ленегисе. Рядом с ним это уже не имело значения. Если он считал, что ей есть там место, значит и она найдёт. Лишь бы вместе… Вместе они будут строить мир. И свою совместную жизнь…

ㅤ

Ускорение (гет, Альфен/Шион, намёк на Лоу/Ринвелл)

ㅤ

Описание:

Отношения Альфена и Шион стояли на месте. Им отчаянно требовался толчок для развития!

ㅤ

День 241 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Разговор не шёл, сколько бы они ни оставались наедине. А при других вовсе распространяли всепоглощающее молчание на остальных. Как в этот раз, ожидая ужин. А ждать предстояло долго, ведь Дохалим обязался сделать всё сам, отказавшись от помощи. Для него было делом чести справиться самостоятельно. Смирившись, Кисара занялась другими «домашними» делами, приводя вещи группы в порядок. Только Лоу и Ринвелл наблюдали за тихой парой, стоящей в метре друг от друга, стараясь не пересекаться взглядами, разглядывая камушки под ногами, будто это что-то очень интересное.

Альфен — единственный человек, чьё тепло Шион могла почувствовать безболезненно. Но не только поэтому её терзало желание прикоснуться к нему. Обнять… Что постыдно она не смела признать. Её сердце волновалось от одной только мысли об Альфене. О близости… Даже не запретной, а простой душевной. Возможность пожить как нормальный человек… Почувствовать себя обычной девушкой. Шион боялась, что если сделает шаг навстречу, реальность безжалостно разобьёт её волю и сердце!

Альфен же боялся навредить. Боялся переступить черту и разозлить Шион. Но посмей он сделать первый шаг, Шион не смогла бы отказать. Не сумела бы сдержать свои без того рвущиеся наружу чувства.

Потому они так и стояли, не смея на друг друга даже взглянуть…

Пока Лоу и Ринвелл это всё не надоело! Они, не сговариваясь, будто бы невзначай толкнули парочку в объятия друг друга. Раскрасневшись, Альфен и Шион были вынуждены посмотреть друг другу в глаза, покрываясь густым румянцем.

Отстраняться никто не стал. Немного помешкав, замерев ненадолго, утопая в собственном отражении в чужих глазах, Альфен и Шион испытали волшебный покой. Словно так и должно было быть. Будто бы правильнее этих объятий ничего не было. Шион, закрыв глаза и впитывая ощущения, положила голову на грудь Альфена. Альфен лишь крепче прижал девушку к себе.

Ринвелл и Лой удовлетворённо ударили по рукам, широко улыбаясь друг другу. Но быстро сами покраснели, смущённо отворачиваясь в стороны…

ㅤ

Достойная игрушка короля! (гет, Волран/Шион, Шион/Альфен)

ㅤ

Описание:

Безвольной куклой Шион попала в руки Волрана. Покорная «жрица» казалась ему лучшим выбором для пассии короля.

ㅤ

День 243 годового марафона «Tales of»!

ㅤ

Альфен был её недостоин! Доказательством тому служила покорность, которую Шион проявляла при нём, истинном короле — Волране. Его не интересовала её личность, ему не требовалось от неё любви. Его устраивала безвольная рабыня, которой судьбой предназначалось сделать его сильнее.

Он был лучше Альфена! Боль от проклятых Шипов он переносил, даже не морщась, словно вовсе не чувствуя. И для этого ему не нужна была подавляющая маска, в отличие от сбежавшего самозванца.

Взяв Шион за подбородок, Волран чуть приподнял её голову, чтобы заглянуть в опустевший взгляд. Ему не требовалось согласие, чтобы поцеловать её: она уже принадлежала ему. В тот миг, когда он коснулся её на корабле. Недаром так быстро она перестала сопротивляться, признав своего хозяина.

Волран усмехнулся: Шион беспрекословно позволяла ему всё. А значит, готова была родить и наследника, недаром их судьбы были связаны. Чем не залог идеального наследника?

Шион не сопротивлялась… Не жаловалась на боль… А Волран совсем не заботился о том, что может нечаянно сломать хрупкое тело…

* * *

У Шион не осталось воспоминаний о времени, проведённом в беспамятстве. Только тело помнило, быстро забывая боль. Но кое-что осталось…

«Что мне делать? — размышляла Шион, опираясь о борт корабля. Шум волн должен был успокаивать, но он будто бы вовсе не существовал. — Я не смогу протянуть так долго, я уже на пределе — мне всё равно скоро предстоит умереть. Мне не хотелось бы уносить ещё одну жизнь с собой… — Шион одной рукой коснулась низа живота. Она не сразу поняла, что с ней произошло. Более опытные девушки в одной из гостиниц подсказали. — С другой стороны, так ли это важно? Ведь это не его ребёнок…» — с грустью подумала она про Альфена.

— Всё в порядке? — Альфен словно материализовался из мыслей — Шион едва не подскочила на месте.

— Д-да… — не сразу удалось ей от неожиданности произнести. Однако вскоре произнесла она твёрже: — Да.

Она ещё не готова была рассказать Альфену всё. И не знала, стоило ли это делать…

ㅤ