Верный расчёт

Глава 1

Я подошел к складу за двадцать три минуты до начала бойни. Это не предчувствие, я сам составлял график кровавой мясорубки.

На проходной дежурил киберстраж с лицом молодого мужчины, что никогда не существовало. Такие лица корпорация покупала пакетами: спокойные, без примет лишённые индивидуальности. Под искусственной кожей щёлкнул привод, когда он повернул голову.

- Добрый вечер, господин Леонардо.

- Для кого как.

Он не понял иронии, или понял и не нашёл подходящего пункта в инструкции, и примитивная программа сочла что разговор не продуктивен.

Красный луч прошёл по пропуску, скользнул выше на лицо. Это лишние показуха, но протокол есть протокол. Я возглавлял охрану восточного сектора уже одиннадцать лет. Но машины любили порядок даже сильнее людей, а люди, которые ими управляли, в особенности.

Замок от щёлкнулся.

За массивными воротами, созданными в старую эпоху, начинался старый грузовой район. Когда-то сюда приходили составы из-под купола, потом рельсы разобрали на металл, а туннели отдали крысам, контрабандистам и тем, кто не хотел числиться живым. Между складами тянулся пар от теплотрасс и стихийных ночлежек, между крышь ангаров к грязному куполу над головой.

Я привычно поднял голову верх, смотря как за барьером литься кислотных дождь, потеки грязи надавил усомниться в этом. Настоящий дождь снаружи города никто из нас не видел лет тридцать. Внутри купола воду распыляли по расписанию.

Поправив строгую полицейскую форму, тёмно-синяя куртка с высоким воротником, чёрные брюки, тяжёлые ботинки. На груди серебряный знак службы безопасности «Караи Индастриз». Потомки Караи давно перестали называть себя кланом. Кланы для бедных, для тех, кому требовались родственники, чтобы удержать квартал. Богатым хватало совета директоров.

Мечи под длинным форменным плащом немного мешали движению. Корпоративный устав запрещал холодное оружие на объекте.

Склад номер девятнадцать стоял в конце тупика. Уверено прошел по выщербленному бетону, придерживая мечи, и без промедления толкнул скрипучую как все под этим куполом дверь, и ворвался внутрь. В тусклом свети дешевых ламп пахло металлом, старой пылью и Рафом.

Последнее трудно описать человеку, который никогда не жил с Рафаэлем в одной комнате.

- Лео, - послышалось насмешливое с верху, - а я уже думал, ты решил нас продать второй раз.

Майки сидел на штабеле пластиковых ящиков, свесив ноги. Он выглядел еще хуже, чем прежде стал меньше, панцирь торчал под кожей, плечи провалились, шея казалась слишком тонкой и хрупкой. Без экзоскелета он уже точно не смог бы самостоятельно подняться даже по лестнице.

Экзоскелет выглядел уродливо, даже по меркам складских обитателей.

Две силовые рейки шли вдоль ног, шарниры сняты с разных моделей промышленных погрузчиков, на спине торчал аккумуляторный блок, обмотанный серой лентой. Левая рука усиливалась сервоприводом, правая чем-то, что я когда-то видел на строительном роботе.

Зато над Майком висело четыре боевых дрона. Маленькие. Чёрные. Размером с человеческую голову, что безумец обвесил таким же экзоскелетом, как и владельца. Ближайшей аппарат почти бесшумно выдвинул объектив в мою сторону.

- Не дёргайся, - съязвил Майк. - Он нервный.

- Как хозяин? – грубость стала основной чертой моего характера за долго до того, как я предал братьев.

- Хозяин принимает таблетки, - Майк привычно не обратил на грубость никакого внимания.

- Помогают?

- Нет. Но красивые.

Я стянул тяжелый плащ и отшвырнул на ящики, он больше мне не понадобиться. И прошел в глубь ангела, там в дальнем углу стояла клетка, в ней спал Раф.

Он лежал на боку, поджав ноги, и даже сейчас пальцы у него время от времени сжимались, словно он ломал шеи врагам, без установки как пресс в заводском цеху. На шее виднелся старый инъекционный порт, кожа вокруг него почернела.

Очень давно в прошлой жизни в метро его поймали крысы. Не те крысы, которых мы знали в молодости. Эти были лабораторной породой. Их выращивали для войны в технических тоннелях: короткая шерсть, импланты в позвоночнике, дешёвая нейросеть и полное отсутствие чувства самосохранения.

Рафаэль много очень много, но тупой массой можно задавить любого, так случилось и с ним. В итоге его заразили нейро вирусом. Мы так и не выяснили какой. С тех пор Раф мог быть нормальным несколько часов. Иногда сутки, потом приходила ярость.

Первый раз он убил семнадцать человек.

Второй девять.

После третьего перестал считать.

В клетку я посадил его сам.

- Всё любуешься? - спросил Майки.

Я промолчал, вопросы Майка всегда были нацелены на раздражение или же на издевку.

У противоположной стены в позе лотоса сидел Дон, ладони на коленях, глаза закрыты чистой повязкой багрового цвета. Никакой бронь, имплантов или дронов, только серый хорошо сделанный халат. Его легком можно с путать с монахом отшельником, что так полюбили проповедовать на грязных улицах купола.

- Дон, - я совсем не обязательно обозначил свое присутствие.

Он не открыл глаз.

- Леонардо, - голос мог соперничать с безжизненностью с допотопным терминалом на входе в склад.

- Рад, что пришёл.

- Ты не рад.

Майки прыснул неестественным смехом, я предпочел удержать грубый ответ внутри себя.

- Обожаю семейные встречи. Столько тепла. Сейчас бы ещё пиццу.

- Ты не можешь есть твёрдую пищу, - буркнул я.

- Зато могу смотреть.

Дон медленно вдохнул, Майки наклонился ко мне и понизил голос:

- Он так уже четыре часа, без движения, я уже обрадовался, что он скопытился, даже пальнул дроном чтобы наверняка убедиться, - он не дождался моей реакции и продолжил, - жаль дрона, он был пусть и сломанный, но мой.

Дон приподнял голову, повязка слезала на шею.

- Машина нарушила пространство моего покоя.

- Видишь? Раньше он просто бил меня палкой. Теперь у него пространство покоя.

Я посмотрел на часы, оставалось восемнадцать минут.

* * *

Когда мы были молодыми, я думал, что семья — это то, что нельзя потерять. Потом спустя десятки лет неразберих, драк и неудач понял: потерять можно всё. Причем виноват в этом будешь исключительно ты сам.

Я открыл металлический шкаф у стены, где лежали четыре старых коммуникатора, медицинский набор, два плазменных пистолета, пачка никому не нужных патронов патронов, и бутылка воды.

Дрон прожужжал над плечом. Майк издалека спросил:

- Где мои подарки?

- Ты уже получил дронов.

- Я их украл.

- Значит, заслужил, - диалога с родственниками становились с каждым разом все примитивнее и примитивнее, как указания от нейросети.

- Вот поэтому ты всегда был худшим братом.

Дон снова закрыл глаза, не обозначив свой интерес к нам даже уханьем. Я достал воду.

- Через пятнадцать минут сюда войдут люди Фут.

Майки перестал улыбаться, ненадолго, словно прошла смена настроек в экзоскелете.

- Какие именно?

- Восточная группа. Киберниндзя. Две ударные секции. Потом корпоративная охрана.

- Твои мальчики? – я решил промолчать, ответ и так понятен.

Дон неожиданно спросил:

- Потомки Караи?

- Один.

Теперь он открыл глаза. В клетке Раф тихо застонал я перевел взгляд, на самого безобидного из нас. Не проснулся.

- Кто? — спросил Майки.

- Акира Караи.

Майки присвистнул.

- Ты всё-таки умеешь устраивать праздники.

Акира был шестым поколением после Караи. В семейных архивах его называли наследником традиции. В финансовых отчётах исполнительным директором оборонного подразделения. Он никогда не держал меча, и мне кажется вообще како либо оружие. Зато однажды приказал сжечь жилой блок вместе с двумя сотнями человек, потому что среди них прятались трое забастовщиков. В современном мире это считалось более эффективным владением оружием.

- Зачем он придёт? – Дон звучал меланхолично, но я уловил заинтересованность.

- За мной.

- Почему?

- Потому что сегодня утром я отправил ему доказательства, что одиннадцать лет выводил деньги из его закрытых программ, сливал маршруты Фут и убирал людей, которых он считал своими.

Майки некоторое время смотрел на меня, в попытке понять кто более циничен я или клинки на моем поясе.

- Ты это делал? Одиннадцать лет? И никому не сказал?

- С вами бы эта тайна продержалась бы не дольше осеннего сезона, браться фыркнули ли. Они не любили, когда я был прав, считая меня занудным и скучным.

Я отпил воды.

- Был ещё один файл. С координатами склада.

Майки улыбнулся.

- Вот теперь узнаю Лео.

Дон поднялся медленно, без опор, возраст не ощущался в его движениях, если бы я еще мог, но наверняка бы позавидовал его физической и ментальной форме. И это беспокоило меня сильнее, чем экзоскелет Майки.

- Ты служил им тридцать лет, — сказал Дон.

- Двадцать восемь полных лет преданности.

- Убивал для них. Охранял их. Искал нас, - отрывисто выдавал вердикты Дон. - И теперь хочешь сказать, что всё это было частью плана?

- Нет.

Дон впервые выглядел удивлённым, я смял бутылку и отбросил ее к плащу.

- Я придерживался плана первые семь может восемь лет.

Майки тихо засмеялся, внес комментарий.

- Вот это уже интересно.

- Потом мне понравилась зарплата, и соц пакет.

Майки рассмеялся громче.

Даже Дон улыбнулся.

Совсем чуть-чуть.

- Я серьёзно, кабинет, нормальная еда, медицинская страховка. Люди выполняют приказ, когда ты его отдаёшь. Через десять лет я уже не знал, жду ли подходящего момента или просто боюсь разрушать что создал.

- И что изменилось? - спросил Дон.

Я посмотрел на Рафа.

- Мы заканчиваемся.

На этот раз никто не пошутил.

Я нашёл Майки три месяца назад в подвале игорного дома. Он обслуживал подпольные бои дронов и должен был владельцу больше, чем стоил весь его экзоскелет.

Дона пришлось искать дольше. Он жил под реакторным кварталом среди людей, которые называли его учителем.

Рафа я обнаружил в холодильной камере частной клиники. Его собирались разобрать на органы.

Из нас четверых лучше всех устроился я, закономерный факт, пусть и не приятный.

- Значит, месть? - спросил Майки, и левой рукой прокрутил объявив возле своего левого глаза.

- А когда было иначе? – им не нашло что сказать.

Наш мир внутренние мир ниндзя, был подменен сказками про добро и справедливость. Но повзрослев поняв путь, по которому мы движемся все свелось к мести. В той или иной форме. Месть за город, месть за Кейси, месть за неудачи. Месть за страх, месть… всегда находилась причина чтобы впереди поставить слово месть.

Дон подошёл к клетке, Рафаэль открыл глаза. Красные, не метафорически. Сосуды давно полопались, белки стали тёмно-розовыми, а имплант в левом глазу светился багровым безумием.

- Не подходи, - отдал я распоряжение.

Раф тщательно осмотрел Дона, потом меня и следом Майка.

- Лео? – прозвучало больше, как стон, чем рык или разумная речь.

- Да, - Рафу всегда надо отвечать и желательно, чем проще, тем лучше.

- Где мы?

- На складе.

Он задумался, пошевелился, в тесной клетке, и успокоился.

- Опять?

- В другом.

- Это шутка?

- Нет.

- Тогда плохо.

Майки спрыгнул с ящиков, легко на с терском экзоскелета, металлические подошвы глуха ударились об бетон.

- Доброе утро, красавчик.

Раф повернул голову.

- Майки?

- В больше степени.

- Ты дерьмово выглядишь.

- Спасибо. Ты пахнешь мочой.

Раф посмотрел вниз.

- Возможно.

- Вот она, семья, - язвительный тон Майка добавил моменту ностальгии, совсем ан миг, хотя мог и придумать это, - Никакой лжи.

Я подошёл к клетке, стараясь держать в поле зрения медитирующего Дона, он давно уже лишился принципов, еще когда создал Меха…

- Раф, слушай внимательно. - Цепь на ноге безумного брата звякнула. - У тебя есть минут десять.

- До чего?

- До того, как сюда придут Фут.

Его лицо изменилось, вернее ороговевшая его часть никогда более не выразит эмоций, зато глаза, глаза наполнились понимающей яростью.

- Фут? Караи? Потомок? – на простые вопросы я лишь кивал, - Открой.

- Через десять минут.

- Сейчас, - я ощутил как ярость заполняет узкую клетку, безумец схватил толстые прутья, метал заскрипел но пока держал ярость мутанта.

- Нет. дай им войти.

Майки поднял палец.

- Начинается.

Я видел, как под кожей Рафа дёргаются мышцы. Препарат просыпался вместе с воспоминаниями и ненавистью.

- Они придут сюда. Все, кого мы искали. Не трать себя на нас.

- Я тебя ненавижу, - стон, по-прежнему стон в голосе.

- Знаю.

- Я всех вас ненавижу.

- Это взаимно, - даже сейчас Майк не мог сдержать язвительность, только и не хватая надменности Дона.

- Говори за себя, - тут же сказал Дон.

Все проклятья разом, они за десятки лет не изменились.

- О, великий мастер снизошёл, - злой отозвался Майк, забираясь на ящик, драный вокруг наполнились жужжанием, еще миг или тупой вопрос, и они атакуют.

- Когда начнётся бой, не смей не направляй на меня дрона.

- Конечно, я направлю все.

* * *

За три часа до грязной работы, и семейной встречи я сидел в кабинете.

Из окна на семьдесят втором этаже город выглядел почти прилично. Высота вообще хорошо лечит бедность: мусор превращается в цветные точки, трущобы в геометрию, люди исчезают совсем. На столе лежал рапорт о драке в столовой.

Два грузчика не поделили синтетическое мясо. Один отрубил другому два пальца разделочным топором. Второй достал плазменный резак и прожёг ему щёку. Оба продолжили смену. Начальник цеха просил не заводить дело, потому что производительность не пострадала. Я поставил подпись. «Внутренний конфликт. Дисциплинарное взыскание».

Когда-то я бы попытался поговорить с ними. Теперь меня больше интересовало, кто оплатит уборку крови. Дверь открылась. Мара, моя заместительница, вошла без стука. Ей было около пятидесяти, половина лица заменена дешёвой керамикой. Левый глаз принадлежал военной модели и иногда фокусировался раньше правого.

- Шеф, у вас встреча в девятнадцать, - казённым голосом кофе машины сказала она.

- Отмени.

- С Акирой Караи?

- Особенно её.

Я ощутил, как военная аугмента помощницы с осуждением фокусируется на моем лбу.

- Вы увольняетесь? – если бы она умела шутить, то я бы попытался с острить, но не этот случай.

- Похоже.

- Плохой день, не приговор карьере, - о забота отличи от юмора она й этой потасканной жизнью женщины имелось в избытке.

- Не у меня.

Она положила на стол планшет, на экране виднелись фотографии Майки. Камера у игорного дома, тощая фигура в экзоскелете, два дрона над плечами.

- Нашли третьего, - сказала Мара. - Как вы просили.

- Я уже знаю. Он украл у нас четыре дрона.

- Пять.

Я поднял глаза, фарфор лица был холоден, как души корпоративных программистов.

- Пусть так.

- Шеф. Что происходит?

Можно соврать даже нужно, все же импатия у меня сохранилась, да и преданность в разумных приделах можно поощрить. Но кому в этом кабинете нужна правда? Ответ очевиден и оттого я соврал:

- Семейное дело.

Мара посмотрела на мою фотографию в личном деле, висевшую на стене. Корпорация заставляла руководителей иметь человеческие портреты для внутренней сети. Моё лицо дизайнеры немного исправили: убрали часть шрамов, сделали глаза менее тяжёлыми, панцирь не показывали вообще.

- У вас есть семья?

- Была.

- А теперь?

- Нет, но обязательства остались.

Она ушла, мягко ступая по паркету, с явным намереньем составить отчёт для подстраховки. Она умная и понимает что если я выказал прилюдно сентиментальность, то все хуже некуда.

* * *

Майки нашёл меня первым. Три месяца назад в моём кабинете погас свет, в былые времена я был стоял с катаными на из голо и искал бы способ убить неведомого наглеца. Но это тогда, сейчас я остался спокоен и холоден, если кто-то пришил и смог взломать сеть безопасности, то и убить может так же легко. Нано роботы, дикие вирусы, одноразовые киборги, есть масса вариантов. Резервное питание включилось через две секунды. Этого хватило, чтобы на столе появилась коробка пиццы. Настоящей, на сколько это позволяла синтетика, в производстве.

Секунда замешательства, и я произнес зло как уже привык:

- Выходи.

Из вентиляции донёсся кашель.

- С возрастом ты стал скучным.

Решётка упала. Майки спустился вниз на тросе, зацепился экзоскелетом за край стола и едва не разбил лицо.

- Всё под контролем, - он неуклюже выпрямился и даже подмигнул, словно и не было долгих лет злобы и предательств.

Я представлял эту встречу много раз, в некоторых вариантах мы обнимались, в некоторых дрались. Но реальность оказалось скучнее и прозаичнее, я просто спросил:

- Где взял пиццу?

- Украл у твоего секретаря.

- У меня нет секретаря.

- Тогда у какого-то мужика, - он беззаботно махнул рукой под воздействием экзоскелета, и плюхнулся на диван, явно рассчитывай его испортить.

Мы помолчали.

- Одно время я думал, что ты умер, - я смесится в кресле кладя предплечья на подлокотники.

- Я тоже, но железяки изменили мое состояние. Ты видел Дона?

- Да.

- Рафа?

- Нет.

- Жаль этот здоровяк мог нам сильно помочь.

Я нашёл его после этого. Иногда достаточно, чтобы один брат пришёл к тебе через вентиляцию, и старая жизнь снова начинает требовать внимания. Майки прожил у меня четыре дня. На пятый украл дроны. На шестой я получил счёт за повреждение корпоративного ангара. На седьмой он прислал сообщение:

«Считай компенсацией за детство».

* * *

Дона мы забирали вместе, я пытался отгородить майка от их преждевременной встречи, но у младшего, уже давно свое мнение на все вокруг.

Дон находился под реакторным кварталом там царили духота и жар даже в зимние дни когда хозяева купола экономили на отоплении. Там жили люди без гражданского номера, беглые рабочие и религиозные общины, которым нравилось строить храмы рядом с трубами охлаждения.

Дон сидел в маленьком помещении, полном свечей, и людей без эмоций и признаков здравомыслия.

- Свечи? - с издевкой спросил Майки. - Серьёзно?

- Огонь помогает сосредоточиться, - самый умных из нас остался без эмоциональным.

- В детстве ты был более технически развит, - новый укол.

Вокруг Дона сидели человек двадцать. Все смотрели на него так, как когда-то мы смотрели на Сплинтера. Внутри шелохнулось раздражение давние и от того особенно не приятное.

- Нам надо поговорить, - сказал я.

- Ты уже говоришь.

Майки ткнул меня локтем.

- Видишь? Просветление.

Дон открыл глаза.

- Ты работаешь на Караи, - факт общеизвестный, - нам говорить не о чем.

Я бросил перед ним старый металлический жетон. С нацарапанной буквой L когда-то, нам казалось, это круто, и добавляло индивидуальности, как оказалось не в бляшках ваше различия.

Дон поднял истерий полу круг, прошел пальцем по царапинам словно умел ностальгировать, спросил:

- Сентиментальность — это слабость, - он сжал жетон.

- Или повод вспомнить зачем ты жив? – я не любил пространную философию, но никак не мог от нее избавиться, как от бородавки на лице.

Мы ушли втроём, как оказалось ему тоже нужен был повод, сказать себе Пора.

Его ученики плакали, Дон не обернулся.

В машине Майки спросил едка с провокацией:

- Ты правда веришь во всю эту ци?

- Я не верю, я знаю.

Майки повернулся ко мне.

— Мы точно должны его брать?

Я остался беспристрастен, Майк точно бы напал на своего брата если бы не мое требование вести себя адекватно. Я верил в силу своего приказа, но не слишком верил в рассудок Майка. О как оказалось он способен придерживаться плана, даже в ущерб своим эмоциям.

Тогда, когда Нью-Йорк горел Дон должен был спасть свое непутевого брата, а не ставить над ним эксперименты. И ни каких эпических делем не должно была вставать между столь банальным выбором.

* * *

Рафа нашли последним. К своему удивлению я осознал что у «дна» Купола есть свои ресурсы чтобы добыть любую информацию. И для этого нужно всего лишь быть частью этого дна, ну и кредиты много кредитов. У меня был Майк и бездонная карта корпорации. Безрассудный брат находился в клинике под название «Новая плоть». Там лечили тех, у кого были деньги, и разбирали тех, у кого их не было. В подвальном холодильнике стояли сорок две капсулы. Раф лежал в тридцать первой.

На крышке горела надпись:

«БИОМАТЕРИАЛ. МУТАГЕННАЯ ЛИНИЯ. НЕ РАЗМОРАЖИВАТЬ».

Майки долго смотрел, и еще дольше подбирал язвительный комментарий, но выдал лишь беспомощное:

- Биоматериал.

- Он жив, - Дон так же был рядом, как оказалось мои приказы так же изгорюются братьями, как и в юности.

- Откуда знаешь?

- Чувствую.

Майки посмотрел на индикатор пульса.

- Там ещё цифры есть, мастер, - о последние слово была куда как удавите испарений на салки инженерных отходов.

Маргинальная банда, с чудными ирокезами и банданами розового цвета легко забрал капсулу. Особенно когда служба безопасности была ликвидирована, а заряд уже пищали таймерами обратного отсчета.

Когда Раф очнулся, он сломал дверь грузовика.

Потом сломал Майки два ребра.

Потом узнал нас.

Потом заплакал.

Утром ничего не помнил, и пытался выломать титановые прутья.

Я тогда впервые подумал о складе номер девятнадцать.

Большое помещение, бронированные стены, один вход и туннели под ногами. Через неделю место превратилось в план. Наверное, именно так люди оправдывают плохие решения.

Сначала находят комнату, потом причину.

* * *

За неделю до встречи я отвёз Рафа на «Северную». Это была одна из тех идей, которые кажутся разумными только до тех пор, пока не начинаешь выполнять их лично. Врач, которого я нанял за наличные и обещание никогда больше не звонить, утверждал, что знакомые места способны вытаскивать память из самых глубоких дыр. Он произнёс это уверенно, с профессиональной улыбкой человека, заранее получившего оплату и потому способного к оптимизму

«Северная» умерла задолго до большей части людей, живших над ней. Северного района больше не существовало его похоронили под фундаментами купола, но название станции всё ещё держалось на стене. Белые буквы почернели от сырости. Половина ламп не работала, из тоннеля тянуло мокрым бетоном, ржавчиной и старым электричеством. Раф шёл впереди, неуклюже дера руки перед собой. Из-за тяжелый и громоздких магнитных кандалов, пуль способных их сбросить покоился у меня в кармане.

- Если нажмёшь, я упаду? - спросил он, не оборачиваясь.

- Да.

- Надолго?

- Минуту. Может, меньше, - краткие диалоги вот что было постоянным в гневном брате.

- Мало.

- Можно нажать ещё раз.

- Вот за это я тебя и люблю, Лео. Всегда есть запасной план, - неожиданно долгая речь, насторожило меня, пришлось под отстать и прикинуть пути к бегству.

Победить Рафа в лобовом столкновении у мне и в лучше годы не получалось, а сейчас, ярость против усталости и дольных суставов, это самый паршивый из раскладов.

На стенах появились борозды. Сначала редкие, потом целые веера царапин, будто кто-то пытался вскрыть бетон когтями. Раф остановился и положил ладонь на одну из них.

- Ненавижу, - глухо констатировал он.

Мы прошли ещё метров сто. Под моим ботинком хрустнул пластиковый цилиндр. Старый инжектор. Раф грузно присел и поднял колбу, покрутил между пальцами и вдруг стал очень тихим.

- Почему тебя не было рядом? - вопрос без ответа, вернее на него можно ответить по-разному, но все это будет лож и оправдание.

Он задавал его раньше, каждый раз немного иначе, когда память выныривала на поверхность и снова уходила под воду.

- Почему?

- Потому что были идиотами, - я поделился мыслю, не претендуя на истинность.

- Ты был лидером.

- Был плохим лидером, - важное уточнение.

Раф сел на рельс. Когда-то по нему ходили поезда. Теперь поезда летали над городом, а под землёй жили крысы, беглецы и прошлое. Последнее обычно было опаснее первых двух.

- Я убил кого-нибудь из вас?

- Нет.

- Пытался?

- Не один десяток раз.

Из тоннеля донёсся шорох. Раф вскочил мгновенно. Плечи поднялись, пальцы разошлись, глаза налились красным. Я уже держал большой палец на кнопке пульта. Из темноты выбежала крыса. Обычная. Маленькая. Без брони, нейросети, боевого препарата и желания умереть во имя чьего-нибудь квартального отчёта. Она перебирала мелкими лапками по металлическому рельсу, явно чувствуя за собой права на темноту и сырость туннелей.

Раф медленно сел обратно.

- Не нажал.

- Не пришлось.

- Когда-нибудь придётся, - о в этом не было сомнений не у меня не у него.

Через неделю, стоя у открытой клетки на складе номер девятнадцать, я вспомнил это обещание. Пульт всё ещё лежал в кармане. Я так им и не воспользовался.

* * *

У Майки был собственный способ готовиться к смерти. Он ел. За день до склада мы сидели в забегаловке возле грузового кольца. В меню было семь блюд, и шесть из них состояли из одной и той же белковой массы, которой повар придавал разные геометрические формы. Седьмое называлось пиццей. Я считал это смелым заявлением. Майки заказал всё.

- Ты же почти не усваиваешь твердую пищу.

- Угу

- Тогда зачем?

- Хочу понять, что именно потерял.

Он откусил кусок пиццы. Жевал долго, сосредоточенно, как будто решал техническую задачу. Потом с трудом проглотил.

- Картон, - заявил он, закономерный итог, он взял второй кусок.

Четыре дрона висели под потолком над нашим столиком. Посетители старательно избегали поворачивать головы и серветоры в нашу сторону. В городе давно привыкли к мутантам, киборгам и людям с оружием, но четыре автономные боевые платформы всё ещё помогали окружающим вспоминать хорошие манеры.

- Ты правда хочешь убить Дона?

- Иногда, - жуя ответил майк.

- Это не ответ.

- Тогда да. Иногда я правда хочу убить Дона. Он уничтожил мое тело, разум и… - и возможность быть рядом с темой кого он любил.

Шутка исчезла из его голоса так быстро, что я почти услышал, как она упала на пол.

- Он считает, что помогает, - движения челюстью стали абсолютно механические и я понял что дальше заходить опасно, в первую очередь для Дона и нашего плана.

— А меня ты хочешь убить? – смена вектора внимания, старый фокус, но все еще рабочий.

Майки задумался.

- Меньше. Ты хотя бы честно продался. Или сменил идеалы, или пошел на новый вызов, но главное ты бал честным.

Один из дронов опустился. Майки погладил чёрный корпус, словно питомца.

- Хорошие ребята.

- Машины, - я работал с киборгами нейросетями и даже роботами, но это не значит, что я к нем хорошо относился.

- Поэтому и хорошие.

- На складе они долго не проживут.

- Я тоже, я тоже.

Он сказал это без паузы и без улыбки.

- Вздор.

- Ха, у меня почки почти не работают, печень наполовину искусственная, позвоночник держится на сервоприводах и упрямстве. Причём упрямство пока надёжнее, он сплюнул пережёванную пиццу на пол, никто не отреагировал на варварский поступок, - Тогда не делай такое лицо.

- Какое?

- Лидерское. Такое, будто сейчас всех спасёшь, а потом будешь один страдать у окна.

- Ешь свою пиццу.

- Слушаюсь, шеф.

Он снова откусил картон.

* * *

С Доном работать оказалось куда как сложнее, он не боялся смерти. Существа, что не боятся смерти, обычно очень раздражают тех, кто пытается сохранить им жизнь.

Накануне он стоял на крыше моего дома и смотрел, как горит химический квартал. Не весь, только три производственных блока и несколько жилых башен. Для нашего города это считалось локальным происшествием. Оранжевый свет ползал по внутренней поверхности купола, бесстрастному лицу брата. Да все еще брата, друзья могут быть бывшими, но вот с братьями такое не проходит. Кровные узы чтобы их.

- Красиво, - сказал Дон.

- Там люди умирают, - пустое замечание, но корпорация научила меня высказывать нужные слова даже когда в них нет необходимости.

- Это не делает огонь менее красивым, - м-да и это я считал себя циником, хотя он просто ублюдок с комплексом мисси.

- Ты стал неприятным.

- Я всегда был неприятным. Просто раньше говорил быстрее.

- Майки тебя ненавидит. Поговори с ним.

- Он не хочет этого разговора, только пустой мести и крови. Его ненависть принадлежит только ему.

- Очень удобная философия.

- Удобные вещи не обязательно ложны, - ночь, огонь, пустая философия, что может быть хуже.

- Ты можешь помочь Рафу? - На этот раз он не ответил сразу.

- Не знаю.

Это прозвучало честнее всего, что он сказал за вечер.

- Я пытался. Препарат изменил мозг, нервную систему, реакции тела. Но не только их. Он изменил то место, где заканчивается тело и начинается...

- Душа? – его метафизические увлечения, вызывали раздражения, и желания вспомнить десяток ударов по разлому черепа, что показывал учитель, и не тот что с крысиным хвостом, другой, более рациональный.

- Сознание.

Мы умолкли, а нас нет общих точек соприкосновения, кроме желания мстить, а на этой почве никогда ничего не росло. Мы смотрели на пожар. Где-то далеко работали сирены, но сюда звук почти не доходил.

- Почему сейчас? – Дон собирал информацию, как когда-то свои чудо изобретения.

Я выругался про себя, братья существуют именно для того, чтобы задавать вопросы, на которые ты не хочешь отвечать. Сбывшими друзьями проще.

- Акира собирался перевести меня в центральный офис.

- Повышение.

- Пенсия в дорогом кресле. На моё место пришёл бы другой. Я потерял бы доступ к архивам, складам, маршрутам Фут. Окно возможностей закрывалось.

- Значит, никакого прозрения. Просто последний удобный момент.

- Да.

Дон кивнул, сборка закончена.

- Это мне нравится больше.

- Почему?

- В прозрениях слишком много тщеславия.

- Ты буквально стоишь на крыше в сером халате и рассуждаешь о природе сознания, - сказал, посмотрел на разрушенные жизнь очередным пожаром, и вынуждено признал, что мы все четверо, давно уже уничтожены изнутри, и лишь поэтому сможем отомстить максимально эффективно.

* * *

Акира позвонил, когда я ехал на склад. Его лицо появилось на лобовом стекле служебной машины. Сорок с небольшим, идеальная кожа, чёрные волосы, никаких видимых имплантов. Богатые снова полюбили натуральность сразу после того, как дешёвая кибернетика стала доступна бедным.

- Леонардо, - приятный голос, поставленный лучшими театральными мастерами.

- Господин Караи.

- Где вы?

- На двенадцатом объекте.

Пауза. Файл он уже открыл.

- Лео, ты всегда был плох в шутках, а это самая плохая из них, - обезательна процедура по затягиванию времени, мы оба все понимали, - Ты понимаешь что сделал?

- В общих чертах , - дьявол я заразился иронией от чертого Майка.

- Я доверял вам.

- Не стоило.

За окном плыли нижние уровни. Женщина продавала у клиники подержанные протезы. Двое детей били палкой уборочного робота, и если судить по искрам, он уже проиграл. Под навесом жарили мясо неизвестного происхождения, и те кто стояли рядом, прекрасно понимали все риски но все равно голод заставит их рискнуть.

Обычный вечер, под защитой купола, корпорации, и кредитных долгов.

- Вы хотите денег? – торг, он всегда уместен, особенно когда время позволяет его проводить.

- У меня достаточно.

- Должность?

- Вы собирались меня повысить.

- Тогда чего вы хотите?

Я посмотрел на своё отражение в стекле.

- Приезжайте.

Он впервые потерял спокойствие.

- Я лично сделаю так чтобы ты страдал, как и твои братья.

Связь оборвалась. Водитель посмотрел в зеркало, кибер, пере прошитый, с кодами самоуничтожения под стальной коробкой черепа.

- Проблемы, шеф? – бездушная вежливость, впрочем, не отличимая от то, что высказывают корпоранты.

Я промолчал, и за квартал до склада велел остановить, после велел ехать в старый квартал и там загнать транспорт в парковку без знаков безопасности. Не пройдет и часа как от элитной техники останутся только воспоминания.

Коммуникатор завибрировал, через потеки дождя на дисплее я прочитал:

МАЙКИ: «РАФ ХРАПИТ. ДОН ЛЕВИТИРУЕТ ИЛИ ДЕЛАЕТ ВИД. ПИЦЦЫ НЕТ. ОРГАНИЗАЦИЯ МЕРОПРИЯТИЯ 2/10».

* * *

Они пришли на две минуты раньше. Я ненавижу непунктуальность, особенно вооружённую. На коммуникаторе появились двадцать семь отметок, потом тридцать четыре, потом сорок одна.

- Сколько на бежало, - Майк продолжая язвить.

Я показал коммуникатор, Майк прожужжал диоптрией, и присвистнул.

- Они разделились. Две группы у главного входа. Ещё одна идёт через технический коридор, - озвучил он, информацию с экрана.

Я подошёл к клетке, Раф сжимали прутья, и ненавидя всех вокруг.

- Когда выйдешь, смотри на форму. Чёрное - Фут. Синее - мои бывшие люди. Белое - не трогай сразу, - я знал, что эта информация продержится у безумца хорошо если до открытия двери но все равно должен был ее озвучить.

- Почему? Белый?

- Мне нужен тот, кто будет в белом, - я кивнул.

Снаружи усиленный техникой голос потребовал, чтобы Леонард, бывший начальник службы безопасности «Караи Индастриз», сложил оружие и вышел к воротам. Требование уместное, но абсолютно бесполезное.

Майки посмотрел на мою форму, хмыкнул, и оставил едкость для противников. Я нажал кнопку, дверь что ограждала мир от ярости мутанта в красной бандане отварилась. Раф не двинулся.

- Ну? – все же Майк не способен быть терпеливым, как всегда, даже после забвения, смерти и мучительного экзоскелета, - он двинется?

Ворота взорвались внутрь, осколки разлетелись по складу, фаршируя стены, контейнеры, но не нас. Первый кибер Фут появился в дыму, чёрная керамика, красная полоса сенсоров, плазменный карабин, и приказ уничтожать в коде. Я вытащил мечи. Первый выстрел прожёг ящик возле Майки.

- А вот теперь я обиделся.

Дроны сорвались с места. Дальше всё стало очень просто. Когда в тебя стреляют, большая часть моральных вопросов временно теряет актуальность. Я вошёл в дым, срезал первому кисть вместе с оружием, второму сломал колено и закончил движение клинком в горло. Третий успел выстрелить почти в упор. Плазма прошла рядом с лицом, обдала жаром и всколыхнула давно умершей азарт. Гнилые останки моего прошлого боевого азарта, вышли на первый план. Мерзко и отвратно, но другого увы уже не существует. За моей спиной раздался рёв. Раф врезался в стрелка и унёс его в ящики. Дрон прошёл над моим плечом и положил двоих в проходе, а после бездарно развалился на две части. Я перекатился через плечо, рубанул ногу, пока тело ловило баланс, выпрямился и рукоятью раздробил височную долю у кибера. Старые наработка как всегда эффективны. И моя несознательность в то, что кредиты уходят не тем людям при модернизации киберов тоже оказалось уместной.

Сместился, ушел от плазмы, выпрямился передо мной стоял человек в синей форме, Эрик.

- Шеф? – вопрос оказывается тоже может звучать как упрек.

- Уходи. Приказы устарели, а ты все еще ждешь внука.

Он посмотрел на Рафа, что использовал киберниндзя вместо молота, на дронов Майки, на Дона, спокойно идущего через перекрёстный огонь.

- Твои братья? – очевидно, что да, он ведь лучше вех знал мое досье.

- Зачем?

- Потому что слишком долго ждал правильного дня. Потом понял, что правильных дней не бывает. Бывают только последние удобные.

Он поднял карабин, я усмехнулся, зная, что смогу уйти раньше, чем он пробьем переднею пластину, но слишком поздно чтобы остаться целым. Фут за моей спиной умер раньше, чем успел ударить.

- Квиты? - спросил Эрик.

- Даже не близка, - он тянул время он пытался найти выход из ситуации, выход для нас обоих.

- Я не могу просто уйти.

- Можешь. Я двадцать восемь лет думал, что не могу. Оказалось, дверь открывается.

Он заколебался, он прикидывал, и неожиданно выдохнул кровью, дроны Майка не разделяли нашу сентиментальность. Печальный конец, но закономерный. Грустить не когда, да и не нужно, он был хорошим исполнителем и возможно хорошим отцом и дедом, но также хорошо он пытал и убивал людей, для меня, для корпорации.

* * *

Склад номер девятнадцать оказался гораздо больше, когда по нему начали бегать люди с оружием. Красный аварийный свет резал пространство на куски. В одном коридоре кто-то стрелял. В другом кричал. Сверху по балкам полз Фут, решивший, что никто не догадается поднять голову. Майки догадался, дрон по спирали поднялся, зацепил ниндзя и сорвал его вниз.

- Экономлю боеприпасы, - усмешка на изошёл лице, и экзоскелет Майки дёрнулся и погас.

Метал оковывающей тушку мутанта плюхнулся на ящик, пришлось забыть про убийства и снова побыть старшем братом.

- Убери руки, - заверещал Майк, стойлом не перевернуть наглеца

Я отпустил, он каким-то чудом удержался.

- Если эта штука встанет окончательно, не тащи меня, - я ухмыльнулся, он посмотрел на свои тонкие руки.

В проходе появился Дон, на халате крови, но не он сам, и я нес мог закончить диалог, он потерял смысл. Майки поднял дрона, хоть сам и был пролинован.

- Стой там.

- У тебя повреждён позвоночный привод, - констатировал Дон.

- Спасибо, доктор. Я заметил.

- Я могу помочь.

Майки замер, он знал, что дон может, и то, что все пройдет хорошо, но вот где найти ту толику доверия что пропала много лет назад. Тишина длилась несколько секунд. В соседнем коридоре кто-то умер очень громко.

- Всё равно хочу дать тебе в морду, - изрек Майки, через губу, как когда-то, когда обижался на пустяки.

- Понимаю, - Дон надменно присел возле беспомощного брата, - но не сейчас.

Дон положил пальцы ему на спину. Майки вздрогнул.

- Холодно.

- Потерпи.

- Ненавижу, когда ты говоришь как врач.

- Я был врачом.

- Ты был ботаником.

Экзоскелет заскрежетал, Майки вдруг выпрямился, сделал шаг, ещё один, чистый от аугментики глаз заслезился

- Больно? - спросил я.

- Очень.

- Значит, работает, - сказал Дон.

Майки повернулся к нему.

- Если выживем, всё равно дам в морду. Только чур без твоего Ци.

Из коридора вылетел человек и ударился о стену, мешая братскому воссоединению. Следом появился Раф, словно вылитый из крови.

- Чего замерли?

- Миримся, буркнул Майк.

- Зачем?

- Хороший вопрос.

Щека Рафа дёрнулась, от с мерзким хлюпающим звуком сжал кулаки.

- Рафаэль, - повышая голос привлек я его внимание. - Кто мы?

- Братья.

Он улыбнулся, а потом ударил меня. Я едва успел поставить блок, но Раф уже бросился на Дона. Майки поднял руки, дроны разошлись веером. Раф прыгнул. Дроны ударили в потолочную балку. Металл рухнул прижимая Рафа. Я держал руку на пульте, Раф тяжело дышал.

— Не нажимай, - захрипел он, - я справлюсь.

Мы втроём подняли металл, с опаской смотря на неконтролируемого брата. И северные ворота начали открываться.

* * *

Акира вошёл последним. Сначала шесть телохранителей. Потом два тяжёлых киберниндзя почти трёхметрового роста. И только после них белый костюм. Конечно, белый. Майки посмотрел на тяжёлых.

- Хочу такого.

Акира остановился среди тел.

- Леонардо.

- Господин Караи.

- Даже сейчас?

- Привычка.

Он осмотрел братьев.

- Значит, правда. Ты собрал их. Я думал, они мертвы.

Майки поднял руку, и потряс безвольными пальцами.

- Я тоже иногда.

Акира проигнорировал наглеца.

- Двадцать восемь лет ты служил моей семье. Тебе доверяли детей, лаборатории, архивы. Ты сидел за одним столом с моим отцом, - опять эта корпоративная хрень про семью и долг, вот только этот долг всегда работает в одну сторону, в сторону корпорации.

- Он плохо жевал.

- И это всё?

- Нет. Ещё он был подонком.

- А ты кем был всё это время?

Я ответил, не задумываясь, потому что давно понял кое-что про себя.

- Тем же.

- Тогда зачем спектакль? Ты мог убить меня в кабинете, - вранье, его достань в здании корпорации так же реально как одним ударом перевернуть танк, то бишь нужно очень хорошая подготовка, без лишних факторов даже такие как везение.

- Мы должны тебя убить.

Акира посмотрел на братьев.

- Они тебя ненавидят.

- Это не мешает задуманному.

- Этот кровавый почти убил тебя.

- Не преувеличивай, - сказал Майки. - Раф едва не убил всех.

Акира покачал головой, поправил манжеты на пиджаке, и создав обворожительную улыбку на губах сказал:

- Вы смешны.

- Ты пришёл в белом костюме на склад с сорока трупами, - стал объяснять Майки. - Не тебе судить.

— Микеланджело, верно? – он взмахну рукой давая понять о ненужности уточнений, - Я видел твоё медицинское дело. Ты умираешь.

- Все умирают.

Акира фыркнул.

- Донателло ты ведь святой?

- Нет.

- Убийца?

Дон оглядел тела.

- Сегодня так совпало.

- Хотя бы один честный.

- Не льсти себе, вклинился Майки. - Он просто любит короткие ответы.

Акира перевёл незамутнённый ни алхимией, ни имплантами взгляд на меня.

- Ты все еще можешь быть рядом… со мной.

- Нет, я и так слишком долго удобно жил. Хорошая квартира. Нормальная еда. Люди выполняют приказы. Когда ваши люди кого-то убивали, я проверял бумаги. И всё время говорил себе, что жду момента. Потом перестал понимать, жду я или просто живу.

- Решил очистить совесть?

- Нет, просто пришло время.

Майки прыснул, от моего пафоса, Акира поднял руку.

- Последний шанс. Сложите оружие. Твоих братьев заберут живыми.

- Куда? - спросил Майки.

- В медицинский центр.

- Я был в ваших центрах. Там сначала спрашивают группу крови, потом цену органов.

- У тебя нет гарантий, - Майк не унимался. - Ты можешь гарантировать только приказ. Что будет после твоей смерти, ты не знаешь.

- Я не собираюсь умирать.

Дон чуть улыбнулся, он сегодня в роли убийцы, и это ему нравиться.

Я поднял меч, мы отдохнули, пора вновь убивать.

* * *

Тяжёлый киберниндзя выбрал Рафа, явно из-за его размеров и карточки в каталоге крайне опасен уничтожить при первой возможности. Раф получил кулаком размером с собственную голову, пролетел через ящики, поднялся и засмеялся, нашего красного нельзя бить, потому что боль лишь усиливает его желание уничтожать.

Майки отправил оставшихся дронов на второго тяжёлого. Дон поднял ладони, и плазменные заряды ушли в стороны, будто передумали, причинять боль святому убийце. Один угодил в стреляющий дрон, чёрная машина вспыхнула и упала. Майки дёрнулся.

- Нет!

- Это машина, - я уверен отчёсана голова Дона будет надменно вращаясь поучать убийцу.

- Ты мне все вернешь, - крякнул Майки уходя с линии атаки, я последовал его примеру. Последний дрон врезался тяжёлому в лицо. Майки подорвал его вместе с сенсорным блоком. Тишина длилась долю секунды.

- Всё это последний, - печально оповестил нас брат, из предплечий экзоскелета выдвинулись стволы. - Но я ещё неприятен.

Раф тем временем забрался тяжёлому на спину и вырывал кабели, платы и суть боевой машины. В животе махины открылась дверка и в дым сражения вылетел мелкий дрон явно намеревавшейся уничтожить Рафа.

Дон вытянул руку, мелкий дрон ушел в потолог где и разбился от ботаническую балку. Раф засунул руку под сорванную панель на шее машины. Что-то хрустнуло, киберниндзя рухнул, он радостно вздернул руку, через секунду увидел телохранителя и снова перестал быть моим братом.

Я двинулся к Акире. Между нами осталась Нами. Молодая женщина с клинком. Пятнадцать лет назад я сам учил её держать стойку, и понимать, когда надо убивать, а когда нужно спасать свою жизнь. одно время я хотел вернуть привычку быть мудрым наставником, не вышло, как и многое из моего прошлого.

- Уйди.

- Вы учили не бросать охраняемого, - я не учил я вбивал это знание.

- Я много чему учил неправильно.

Она атаковала, быстро хищно, правильно. Я отступал, убивать последнего ученика не входило в мои планы.

- Вы медленный, шеф, - когда наши клинки встрепенись в не естественном для обычного человека положении сказал девушка.

- Бумажная работа, - оправдание для тех, кто не хочет признать старость, я не думал, что стану таким.

Клинок полоснул бок, ударил рукоятью в лицо, Нами, кровь брызнула на мою руку. Девушка пошатнулась и упала, все же я хоть и старый, но все еще мутант.

- Лежи.

Майки выстрелил ей под ноги.

- Он сказал лежать, - это в нем проснулись воспоминании о моем лидерском качестве, или он снова издевается. А не суть.

Нами стерла кровь, и подтянула клинок ближе, но это все еще не давало ей шансов уйти от пули.

- Кто ты такой?

- Семейная проблема, или не до разумения, пока мой статус не ясен.

Акира уже пятился к лифту, все же самонадеянный тип этот корпоративный выскочка. Прийти убивать меня таким малыми силами. С другой стороны, он никогда не знал, что такое опасность, даже в тех подпольных боя куда я его водил все было построено. А он так и не понял этого. Он достал пистолет, мощный, способный прошить здание насквозь. Первый заряд прошёл мимо, второй попал в бок. Едва-едва, но этого хватило чтобы мое тело развернуло на девяносто градусов. Сначала стало горячо. Потом ноги решили, что с них достаточно, я опустился на колено. Акира подошёл.

- Вот и всё.

- Ты уже это говорил.

- Даже если убьёшь меня, ничего не изменится. Корпорация останется. Фут останутся. Город останется таким же.

- Но не будет тебя наследника…

Он поднял пистолет ухмыльнулся, я посмотрел через его плечо. Раф бил тяжёлую машину. Майки стоял на одной работающей ноге экзоскелета. Дон исчезал в дыму.

- Они тебя ненавидят.

- Это не мешает, нам жить и мстить.

Акира нажал на спуск. Ничего. В двадцати метрах стоял Майки. Из ствола на его руке шёл дым. Верхняя часть пистолета Акиры лежала на полу.

- Да сколько можно этого пафоса, бам и мертвый, все просто, - проговорил Майки.

Акира бросился к лифту, бегал он, к слову, лучше, чем стреляя и дрался.

- Дон!

Самый надменный из братьев вышел из дыма, преграждая путь.

- Прочь, - Дон занял первую боевую позицию с выставленным шестом. - Ты меня не знаешь.

Акира бросился, неумело по-дилетантски пытаясь скрыть выкидной ножик из руки. Такой преем даже в трущобах не проходит, только в приличным обществе, с не пугаными мажорами. Дон коснулся запястья идиота в дорогом костюме, нож упал, ладонь легла на грудь.

- Дон, только не проповедь! — взмалился Майки.

- Не буду, - Дон толкнул, Акира отлетел к стене и остался лежать.

Раф подошел к бесчувственному телу, занес обильно истекающую кровью ладонь над головой важного человека с чрезвычайно завышено самооценкой.

Дон перегородил дорогу.

- Хватит.

Безумный брат не слышал надменного, второму пришлось перехватить удар посохом, с изрядной долей Ци на конце.

Майки поднял оружие, губы кривиться в той безумной улыбке шизофреника, когда препараты окончательно покинули кровь.

- Опять, - я не удержал вздох разочарования, все же надежда на хороший финал проклюнулась у меня внутри, когда ты оптимист по природе никакой наносной цинизм это не убьет.

- Раф! - крикнул я, - Всё. Закончили. Ты хочешь убить Акиру или просто кого-нибудь?

Раф тяжело дышал, внутренняя борьба отнимала куда как больше сил чем дробление костей, и потрошение аугментики.

- Не знаю, - простонал безумец.

- Тогда подожди минуту.

- Почему?

- Когда не знаешь, минута иногда полезнее решения.

Майки фыркнул, и показушное перезарядил пистолет-пулемёт в экзоскелете.

- Сказал мутант что ждал тридцать лет.

- Именно. Всего минуту.

Именно тогда сверху ударила последняя группа Фут. Лучше тайминга и не подобрать.

* * *

Вспышка боль в глаза, онемение рук, крик Дона, рев Рафа, и нецензурная брань от Майки. После этого мир снова превратился в набор простых вещей: выстрел, движение, боль, цель. Фут спускались с галереи, не меньше десяти. Зрение едва вернулаьс на половину, ия впосле переката все еж смогу увидеть как первый заряд попал Дону в плечо, его развернуло, левая рука повисла. Майки лежал возле контейнера, экзоскелет искрил.

- Жив! - заорал он раньше, прежде чем я успел спросить.

Я поднял меч, не видя в дыму остальных братьев, но это не мешало мне понимать, что они убивают. И возможно с наслаждением. На третьем шаге чуть не упал, забытая мной Нами схватила за руку.

- Шеф.

- Уходи.

- Куда? - Хороший вопрос, к нему бы еще хороший ответ.

Я подсунул поднятый с пола плазменный пистолет, выбор, я позволил сделать девушки выбор, с очевидными содействиями. И мы открыли огонь, и что удивило в одну сторону. Она убивала я в основном создавал атмосферу, все же огнестрел не мое. Силуэт Дона вырисовывался в дыму, Майки крикнул.

- Лео! Скажи ему не делать эту штуку!

- Какую?

- Не знаю! Но лицо у него такое, упоротое и фанатичное, как тогда, когда он нес мог соорудить кофе машину разумных размеров.

Дон поднял здоровую руку, воздух задрожал.

- Дон! Что ты собираешься делать? – кричать в отзвуках перестрелке было привычно, нов се еще не удобно.

- Закончить.

Майки застонал, не хуже поломанного экзоскелета.

- Нормально скажи! – потребовал несуразный брат.

Дон раздражённо посмотрел на него.

- Я обрушу галерею.

- Вот! Можешь же! Нас заденет?

- Конечно.

- Отлично, - это уже Нами решила что ирония перед смертью уместная штука.

Майки выругался и побежал к лестнице. Медленно, неровно, с перспективой упасть на каждом шаге, но сам.

- Куда?!

- За идиотом! – он явно где-то увидел чрез свою оптику Рафа.

- Дон сейчас всё разнесёт!

Из дыма и отблесков бластеров раздался беспечное:

- Пусть!

Дон опустил ладонь, звука почти не было, воздух просто ударил. Металл согнулся волной, лампы лопнули, людей сбросило вниз. Меня швырнуло на бетон. Последние мысли и когда сволочь научился таким фокусам.

* * *

Я очнулся от воды, она капала на лицо из разбитой системы пожаротушения. На складе шёл дождь, почти настоящий, то что не программирую в высокий кабинетах усталые сотрудники. Я лежал на спине и смотрел в красный свет аварийной лампы. Дышать трудно, бок не чувствовался, что могло быть как хорошим, так и очень плохим признаком. Вокруг тела, металл и то, что раньше было дронами Майки. Белый костюм Акиры виднелся у стены.

- Майки? – мне казалось, что только он сможет ответить, остальные братья проигранную, кто-то из-за спеси, кто то из-за жажды крови.

Тишина.

-Если ты жив, скажи что-нибудь мерзкое.

Ничего.

- Дон? – похоже оптимизм, в присутствии братьев все крепнет и крепнет.

Тишина.

- Раф?

Слева что-то тяжело стукнуло. Шаг. Или кусок конструкции упал на пол. Я попытался сесть, и протереть запыление глаза. Не получилось.

- Внимание. Нарушение герметичности сектора. Всем сотрудникам немедленно покинуть объект.

- Спасибо. - еще и ирония Майка прицепилась.

- Всем сотрудникам немедленно покинуть объект.

- Я стараюсь.

Я засмеялся и сразу пожалел, вода текла по лицу, и с изрядной долей противопожарных химикатов попала в рот. Почему-то вспомнилось старое логово. Труба над кухней всегда протекала. Дон обещал починить. Майки ставил кастрюлю. Раф обязательно пинал её, вода разливалась по полу, а я злился, потому что считал себя единственным взрослым. Взрослого там не было вообще.

- Лео? – тихий голос в шуме воды.

- Кто? - Ответа не последовало.

В дыму двигался низкий силуэт. Хромал.

- Майки?

Силуэт остановился.

- Дон?

Снова движение.

Раф?

Он исчез за контейнером, показалось. Так бывает, когда ты старый раненый мутант с необоснованным оптимизмом.

Сирена продолжала требовать, чтобы я покинул объект. Корпорации нравилось отдавать приказы даже тогда, когда исполнять их было некому.

План сработал, кое-как с условностями нов се же сработал. Братья заняты делом. И не спешат убивать друг друга, даже взаимодействуют другу с другом. Сорок лет назад из склада вышил бы кто-то один из нас четверых, ну лил был бы вынесен корпоратами. Когда ты теряешь, учителя, друзей цель и мотивацию, кровные узы становятся слишком жидкими. Но как показывает опыт их можно встряхнуть хорошей дракой, и общем врагом.

Акира лежал у стены. Фут мертвы, ранены или достаточно умны, чтобы уйти. Моя бывшая охрана сюда больше не спешила. Я должен был чувствовать триумф. Или хотя бы облегчение. Ничего такого не было, только усталость. И желание узнать, кто из моих братьев сейчас хромал в дыму.

За стенами складского района город продолжал жить. Поезда везли людей на ночную смену. Рекламные экраны продавали новые импланты. Под куполом по расписанию распыляли воду. Где-нибудь человек с топором наверняка спорил с человеком, у которого был плазменный пистолет, и оба считали себя разумными существами. Утром совет директоров назначит нового начальника охраны. Может быть, Мару.

- Эй! - крикнул я. - Если кто-то живой, хватит строить драму. Подойдите и помогите мне встать.

Из дыма донёсся звук, кашель, может смех, а может надменное фырканье пойди пойми, когда ты старая черепаха.

- Увидимся, братья.

Я закрыл глаза, и не стал составлять следующий план.