У Силы больше одной стороны

Глава 1

«У карбонита есть неоспоримое достоинство», — решил Вейдер, наблюдая за тем, как кусок замороженного вещества падает на пол. В этот момент даже был не так важен результат — тошнотворно-сентиментальная сцена, устроенная только что Леей Органа и этим мятежником неприятно поразила лорда ситхов. В том числе, неуместностью.

Нет, в отличие от общепринятого мнения, Дарт Вейдер не был дроидом. Не был он и ханжой. Но чего он не любил, так это неорганизованности и веры в то, что «все образуется», надо лишь подождать. Мятежники были именно такими: наивными мечтателями, без какого-либо понимания, к чему ведут их собственные действия. Для них важнее были их собственные представления о том, что должно быть, а не реальность. За что и страдали.

Ситх скривил губы, невидимые под маской в презрительной улыбке. Так было всегда. Именно в такие моменты он радовался тому, что служит Империи — и Императору. Палпатин дал ему возможность и право наводить порядок в этой галактике, наполненной хаосом и бунтом. И это было больше того, что давал ему кто-либо в жизни.

— Скайуокер уже здесь, — отреагировал он на сообщение адъютанта. Его не волновали крики Органы или недовольное выражение лица Калриссиана. Недовольные будут всегда, это закон вселенной. Но его авторитет всегда решал эту проблему. Потому он проводил равнодушным взглядом кучку мятежников, которые штурмовики потащили к выходу. Все шло по плану.

Он чувствовал Скайуокера уже сейчас. Да, Сила действительно была в нем велика. Теперь Дарт мог понять Императора, решившего привлечь такой талант на свою сторону. Огранить этот грубый алмаз… достойная задача. Жаль, что она достанется не ему.

… Еле различимый в полумраке силуэт положил конец праздным размышлениям. Ситх сконцентрировался, понимая, что не должен проиграть. Особенно ему.

— Вот мы и встретились, — он медленно двинулся вперед, наблюдая за Скайуокером. В том числе и за выражением лица.

СИБ, конечно, предоставила много фото и голо-изображений светловолосого повстанца в самых неожиданных ракурсах. Но это все было не то. Дарт Вейдер предпочитал личные встречи. В том числе и ради того, чтобы составить свое собственное мнение, используя Силу. И этот метод его еще не подводил.

— Жаль, что тебя не было на той Звезде Смерти, — а мальчик-то не прост. В Силе отчетливо ощущались гнев и страх. Но Скайуокер их контролировал. Вейдер прищурился. Какая знакомая техника… никак, джедаи? Ситх предвкушающе оскалился. Это будет интереснее, чем он думал.

— Нравится мысль о том, что убил больше миллиона человек одним ударом? — Дарт слегка наклонил голову, оценивая стойку противника. Несколько неуверенно, но в целом неплохо. Отец бы наверняка гордился им. — А я думал, что повстанцы более… миролюбивы.

— Не больше, чем имперцы, взорвавшие Альдераан, — в Силе полыхнуло яростью. Люк Скайуокер явно не гордился своим «успехом», но и сожалений не было. Вейдер одобрительно хмыкнул, призывая Силу. Это будет действительно интересно.

Простейший толчок, к его удивлению, попал в цель. Скайуокер упал в подготовленную яму. Вот только подачи карбонита дожидаться не стал — стройное тело взлетело вверх, сопровождаемое морозными парами. Один-один.

Два клинка — алый и синий — зажглись почти одновременно. Дарт Вейдер с легким интересом смотрел на молодого воина, оценивая движения. Да, его явно учили джедаи — никакой самоучитель не даст такой моторики движений. Но и обучение было недолгим. Интересно, на что они надеялись? Дарт не понимал.

— Тебе не победить, Скайуокер. Я сильнее. — И это было правдой. Недоджедай уже учащенно дышал, с трудом уворачиваясь от ударов ситха. А когда к этому прибавилось воздействие Силой и в юношу полетел разный хлам… Вейдер решил, что хватит. Это не похоже на бой с равным. А избиение младенцев ему никогда особо не нравилось.

Скайуокер его немного удивил, неожиданным броском Силы из-за угла. Но Дарт смог отбить атаку, загоняя противника на маленькую площадку над шахтой. Все, отсюда нет пути — только вниз. Но джедай не был самоубийцей, насколько он знал. Поэтому можно и поговорить.

— Все еще сопротивляешься? Глупо. Джедаи не смогли обучить тебя как надо, поэтому ты проиграл. — От Скайуокера пахнуло гневом и… виной? Вейдер заинтересованно склонил голову, рассматривая юношу. Кажется, тут все не так просто. — Присоединяйся к Империи, Скайуокер. И я покажу тебе истинную Силу.

— Ты… убил моего отца! Я никогда не присоединюсь к тебе! — глаза джедая яростно сверкали. И Вейдер впервые почувствовал ее — чистую и яркую ненависть. К нему лично. Он холодно улыбнулся, немного жалея, что противник не может этого видеть. Вот значит как, Оби-Ван? Решил вырастить себе замену?

— Ты ненавидишь меня… Да, это правда. Я убил Анакина Скайуокера в честном бою. Это был трудный бой. А знаешь что еще? — в его голосе зазвучала ярость, которую ситх еще контролировал. Он видел гнев и смятение на юном лице, так похожем на его собственное… проклятые джедаи! — Я твой брат!

— Что? — голубые глаза неверяще уставились на него. Люк Скайуокер застыл на месте, как громом пораженный. Похоже, об этом нюансе ему не рассказали. Кто бы сомневался! Дарт шагнул ближе, протягивая руку. Еще немного, и он сможет коснуться его. И тут джедай дернулся, сбрасывая оцепенение. — Брат? Убил отца? Как же?..

Вейдер скривился в досаде. Кажется, потрясение больше, чем нужно. И это опасно — ситх по-новому оценил глубину шахты у них под ногами. Одно неверное движение — и не поможет даже Сила. Что же делать?

Решение выскочило само, будто он делал подобное постоянно. Ситх ухмыльнулся выпуская автоматический трос — его длины как раз хватило примотать Скайуокера к технической конструкции, за которую тот цеплялся. Все. Он сделал это.

***

Сознание плыло и мысли путались, мешая друг другу. Люк обреченно застонал, прислоняясь затылком к прохладному металлу. Все равно он уже ничего не сможет сделать — тонкий и прочный трос крепко привязал его, не давая даже пошевелиться. Скоро здесь будут вызванные Вейдером охранники и его отправят в наручниках… куда-нибудь. Скорее всего, в камеру.

Дарт Вейдер. Он вспомнил, как впервые услышал это имя — Бен Кеноби, его первый учитель, рассказал ему страшную правду. О том, что произошло с его отцом. Именно в этот момент Люк захотел невозможного — увидеть убийцу своего отца. Но для этого надо было покинуть Татуин, а это казалось нереальным в любом случае.

Татуин они все же покинули. И Люк узнал еще кое-что — он мог владеть Силой. Мог стать таким же, как отец. Джедаем. В этот момент все остальное казалось неважным. А он был почти счастлив, учась отбивать выстрелы учебного дроида и слушая рассказы о своем отце…

Смерть Бена стала еще одной причиной для него выступить против Империи. Хотя, нет. Он хотел выступить против Дарта Вейдера, который — снова! — лишил его возможности обрести смысл жизни. И этот список с годами только рос.

… Чтобы разлететься на осколки из-за слов «Я твой брат». Брат. Если что-то и было для Люка Скайуокера важным, из-за чего он был готов умереть, так это семья. Родители — которые умерли. И братья и сестры — которых никогда не было. До сегодняшнего дня. И Люк не мог легко отмахнуться от этого знания.

— Успокоился? — Он был рядом. Дарт Вейдер никуда не уходил, наблюдая за пойманным врагом. И Люк не знал, что с этим делать. И делать ли вообще? — Ты…

Сигнал комлик прервал его. Люк не знал, что враг хотел сказал, но то, что он услышал сделало все неважным.

— Персонал станции срочно эвакуируется. Ландо Калриссиан не отвечает на запросы. Группа, конвоирующая пленников, тоже молчит.

Люк с удивлением почувствовал злость. Спустя мгновение он понял — она принадлежала Вейдеру. И была достаточно сильной, раз даже джедай-недоучка смог ее ощутить. Скайуокер в волнении закусил губу, осознав сказанное. «Лея и Чуи! Они вырвались!» Он не знал, что случилось с Ханом, в той группе он его не видел, но осознание того, что хотя бы двое его друзей смогли освободиться, принесло неожиданно сильное облегчение. Такое, что он на мгновение забыл, в каком положении находится.

— Код А. Организовать блокаду, чтобы никто не ушел! — Это Вейдер. Ситх в этот момент казался действительно злым. Опустив руку с комлинком, гигант в черных доспехах изучающе посмотрел на повстанца.

— Может, отпустишь меня? — к своему собственному удивлению, спросил Люк. На его накатило ощущение азарта и желание рискнуть. Собственная безопасность отошла на второй план. Как и недавнее ощущение апатии. Ошеломляющая новость стала не то, чтобы неважной — но Люк решил подумать о всем этом потом. Сейчас было важно — сбежать любой ценой. И помочь своим друзьям.

— Ну уж нет, — неожиданно хмыкнул Вейдер, складывая руки на поясе. — Ты жив только потому, что Император так захотел. Попробуешь сопротивляться — умрешь.

— А как же… ты мой брат? — все же затронул больную тему джедай. Ему было неловко. С одной стороны — Дарта Вейдера он уж точно не считал родным человеком. Даже в перспективе. С другой… они родственники. И в этом он верил Вейдеру — причин обманывать у ситха не было никаких. В этом в принципе не было смысла. Но и отношение к «родственнику» со стороны имперца обескураживало.

— Ты так ненавидишь меня из-за того, что я убил твоего отца… нашего отца, — ситх не двинулся с места, но Люку вдруг показалось, что он подвинулся ближе. Игра разума? Скайуокер поежился, чувствуя, как трос впивается в тело. Спеленали его качественно. — Но ты точно не знал его. А я знал. И у меня была причина сделать это.

— Он что-то сделал тебе? — осторожно спросил Скайуокер. С этой стороны он никогда не смотрел — что его отец мог сделать что-то заслуживающее смерти. Да и… он не знал его. Вообще. Люк сглотнул неожиданно вязкую слюну, чувствуя, как бьется сердце.

— Ну, он не ненавидел меня, как Оби-Ван, — Вейдер пожал плечами, но Люк снова ощутил его эмоции — гнев и… печаль. Странное сочетание. Но обдумать это он не успел. — Когда я стал ситхом, он нашел меня сам, хотя давно ушел из Ордена и мог бы жить так и дальше. Но он захотел убить меня. Не удивлюсь, если его подговорил Кеноби. И это был честный бой. Анакин Скайуокер погиб, а я… в общем, с тех пор ношу эти доспехи.

… Когда вызванные штурмовики наконец появились, Люк Скайуокер позволил заковать себя в наручники даже не сопротивляясь. И то, что рядом стоял Дарт Вейдер не имело значения.

Глава 2

— Император, ваш приказ выполнен. Скайуокер у меня, — Дарт Вейдер привычно склонил голову, не смотря на голограмму Императора. Ему давно не хотелось на нее смотреть. На подтверждение того, что может сделать Темная сторона, если допустить ошибку.

— Сложности? — Еле заметный смешок. Палпатин давно знает о его маленькой слабости. Но, как ни странно, позволяет ему потакать ей и дальше. И за это он благодарен Мастеру еще больше.

— Нет. Калриссиан попытался предать нас, но его удалось задержать. Принцесса Лея Органа тоже задержана.

— Органа? Хм, ее можно использовать при обработке Скайуокера. Как думаешь, ученик?

— Да, это эффективно. По докладам СИБ, они достаточно близки. Я могу… начать процесс?

Дарт Вейдер немного напрягся, задавая вопрос. До этого Император довольно четко показал, что хочет сам обратить Скайуокера. По намекам, он понял, что речь не идет о полноценном ученичестве — Люк Скайуокер стал бы одним из Темных Адептов, послушных воле Императора. И это значило, что его добровольное согласие, по факту, не требовалось. Хотя с ним было бы проще.

— Хм-м. Ты уже сказал Скайуокеру? — Император слегка прищурился, наблюдая за своим самым верным слугой. Или самым злейшим врагом — как получится. Ведь правило Двух еще никто не отменял.

Палпатин помнил, как Дарт Вейдер пришел к нему больше двадцати лет назад. Молоденький рыцарь — если бы не Война Клонов, даже рыцарем он бы не был. Но он пришел, и вполне осознанно попросил об ученичестве. Осознавая последствия.

Будущий Император согласился. Его прежний ученик как раз погиб и Владыка ситхов искал нового. Хотя он и не думал, что это будет бывший джедай. Но… Сила в мальчишке была довольно велика. А еще гнев и ненависть — самое то для первоначального падения.

— Да, он знает.

— Хорошо. Можешь использовать Органу, если понадобится. Будет интересно посмотреть на результат.

Голограмма гаснет под заверения в преданности и благодарности.

***

Дарт Вейдер был доволен. Даже не так — он был очень доволен. Император дал ему возможность влияния. И это значило больше, чем просто награда за удачно выполненный приказ. Это означало, что Палпатин ему все еще доверяет.

Откровенно говоря, уровень паранойи Палпатина в последние годы вырос просто неприлично. По мнению Вейдера, это было слишком даже для ситха. А потому он готовился. И к тому, что придется выступить против Мастера тоже.

И это не было бы предательством, как об этом сразу бы стали кричать джедаи и подобные им. Они просто не понимали того, что знал каждый ситх — Темная сторона могла привести к безумию и разрушению, стоит только ошибиться. Да, один неверный шаг… и Палпатин почти сделал его. Почти.

И теперь Дарт Вейдер ждал, чтобы не допустить главного. Империя должна выжить. Они вместе создавали это государство и порядок. Двадцать лет — это немного. Еще через двадцать им удастся укрепить его на века. Но для этого необходим контроль.

… Ситх зашел в небольшую камеру, пригнувшись на входе. Все-таки, высокий рост иногда мешает, особенно на корабле. Дарт мимолетно улыбнулся странной мысли и посмотрел на пленницу.

— Лея Органа. Рад нашей очередной встрече.

— Дарт Вейдер. Что вам нужно на этот раз? — Лея Органа выглядела неважно. Он помнил их предыдущие встречи — принцесса всегда горела эмоциями, жизнью… а теперь этот огонек немного притух. Нет, не погас, но от прежней живости это отличалось разительно. И Вейдер с некоторым удивлением понял, что это ему не нравится.

— Люк Скайуокер. Не хотите ли увидеть его? — светски спросил он, наблюдая за сменой эмоций на ее лице. Радость, надежда, осознание, отчаяние — они промелькнули очень быстро, но ситху не нужны были глаза, чтобы понять. Лея Органа до последнего надеялась, что ее друг смог сбежать. И ненавидела Вейдера — за то, что он эту надежду отнял. Как всегда.

«И что он в ней нашел?» Дарт неслышно вздохнул. Не то, чтобы его действительно волновал этот вопрос — вот еще! — но внезапная мысль неожиданно задержалась в сознании. Ситх мысленно представил их рядом — Скайуокера и Органу. В принципе… неплохо. И тут опомнился.

— Люк. Что вы с ним сделали? — голос девушки еле заметно дрожал. Она волновалась за Скайуокера? Ситх торжествующе улыбнулся.

— Ничего. Пока ничего, — он прошелся по камере, чувствуя напряжение пленницы. Она не боялась его — как другие люди. Они испытывали страх только от того, что он оказывался рядом. Будто опасное животное, с которым они не могут справиться. Его это не волновало. Мир всегда делился на сильных и слабых. И он предпочитал быть в числе первых, а не вторых.

И Лею Органу он бы все-таки назвал… сильной. Она не отступала от своих целей и не сдавалась. И это даже вызывало невольное уважение — хотя он бы, конечно, в этом ни за что не признался.

— Император заинтересован в том, чтобы Люк Скайуокер был жив. Естественно, при условии верной службы. — Ситх с легким интересом наблюдал за сменой эмоций на лице принцессы. Ярая оппозиционерка никогда бы не пошла на компромисс. Но был еще и здравый смысл. Ведь не самоубийцы же они?

— Вы хотите, чтобы я уговорила Люка? — будто не веря своим словам, спросила Лея. Девушка скрестила руки на груди, отгораживаясь от ситха. — Но это глупо… я никогда не соглашусь с Империей!

Все-таки, безумцы, с сожалением констатировал Вейдер. Не то, чтобы он всерьез надеялся на положительный результат, но все равно был разочарован.

— Что ж, я предполагал подобный ответ, — холодно сказал он, поворачиваясь к выходу. Этот разговор окончен. И вряд ли Лее Органе понравится следующий визит. Ситх вышел из камеры широким шагом, уже не обращая внимания на пленницу.

***

«Если это и камера, то достаточно комфортная». Мысли текли лениво. В другое время Люк обязательно бы насторожился несвойственному ему состоянию, но не сейчас. И хорошо, что он был один, без навязчивой охраны…

Произошедшее на Беспине пугало и сбивало с толку. Нет, он не проникся симпатией к Дарту Вейдеру и не стал приверженцем Империи. Но и прежние убеждения не казалось такими уж… бесспорными.

Его старший брат убил их отца. Причем он признавал это спокойно и равнодушно, будто в этом не было ничего ужасного. Как будто… Анакин Скайуокер этого заслуживал? Но почему? Что может оправдать настолько чудовищное деяние? Люк не мог себе этого представить. И это значило, что он может узнать об этом только у одного человека — Дарта Вейдера. И этой встречи Люк ждал и боялся.

… Дверь открылась бесшумно и темная фигура на мгновение застыла на пороге. Люк обернулся, что-то почувствовав, голубые глаза расширились. Дарт Вейдер. Наконец он пришел к нему.

— Скучно? — а вот это было неожиданно. Люк немного растеряно мотнул головой, отходя к стене. Дарт Вейдер подавлял одним присутствием и садиться не хотелось.

— Я хотел узнать. Об отце, — он запнулся, не зная как спросить. Но Вейдер понял его без слов. Ситх расправил плечи, снова сложив руки на поясе, явно приготовившись к долгому разговору. Очевидно, это была его любимая поза.

— У нас были нейтральные отношения. Когда я стал джедаем, мы очень редко общались, тем более, он как раз ушел из Ордена и поселился на Татуине. Я слышал, что он завел семью, но о детях ничего не знал. — Дарт немного помолчал, разглядывая брата. Люк тоже молчал, осмысливая информацию. Он мало знал об отце и сейчас даже был рад этому разговору. Настолько, что даже забыл, где находится. Правда, ненадолго.

— Почему он хотел убить тебя? — наконец спросил юноша. Вопросов было слишком много, но он подозревал, что Дарт Вейдер не собирается стоять тут вечно, отвечая на них. Собственно, даже такой разговор уже был почти чудом. И Люк собирался пользоваться возможностью до последнего.

— Я стал ситхом и не скрывал этого, — в голосе Дарта прозвучала ирония. Он понимал, что вот этот ребенок не сможет понять всех нюансов того, о чем он говорит. Ситхи… джедаи боялись их настолько, что это вызывало изумление. Конечно, они не признавали это как страх, но Вейдер давно понял правду, еще тогда, когда был падаваном Кеноби. И потому его открытое признание должно было сделать его врагом всех джедаев. Всех… но от отца он подобного не ожидал. За что и поплатился. — Он нашел меня, когда я был на планете Кондоун. Рядом был действующий вулкан и мы сражались прямо над раскаленной лавой. Я победил. Но… упал в лаву.

Люк пораженно выдохнул. То, о чем рассказывал ситх, вставало перед глазами, будто он сам там присутствовал. Он почти чувствовал чудовищную боль от огня, охватившего тело. И по-новому посмотрел на глухие черные доспехи. И панель жизнеобеспечения, мигающую разноцветными огоньками.

— Когда Бен рассказал, что моего отца убил Дарт Вейдер, я разозлился, — неожиданно для себя признался он. Люк и сам не понимал, как ко всему этому относится — все происходило слишком внезапно. И у жестокого убийцы тоже оказалась своя правда, от которой Люк отмахнуться просто так не мог. — Я никогда не знал своего отца. А дядя не любил рассказывать о нем. А потом я увидел сожженную ферму и Бен сказал, что это сделали имперцы. И я видел, как ты убил Бена…

Его голос затих. Скайуокер вспоминал все, что происходило с ним за последние два года и не мог решить. Дарт Вейдер причинил ему слишком много боли — и его друзьям тоже. Но… он был единственным оставшимся в живых родственником и, как бы странно это ни звучало, для Люка это имело большое значение.

— У тебя есть выбор, — голос Вейдера снова звучал спокойно и даже равнодушно. Будто его не волновало мнение собеседника. — Или ты присоединишься к Императору или умрешь.

— К Императору? То есть, стать ситхом и перейти на Темную Сторону? — Люк тут же вспомнил Дагобу и ощущения от соприкосновения с Тьмой. Еще тогда он решил, что никогда не станет таким. И его мнение с того момента не изменилось. Юноша упрямо вскинул голову. Дарт Вейдер думает, что их родство дает ему право решать за него, что лучше? — Я джедай! Такой же, как мой отец!

— Хочешь умереть также, как он? — Дарт до хруста сжал кулаки, но больше ничего не показал своих эмоций. Даже в Силе они не отразились. Ситх круто развернулся и пошел к двери, бросив через плечо. — У тебя есть время решить, пока мы летим в столицу.

Дверь закрылась. Люк Скайуокер медленно опустился на стул, чувствуя опустошение. Что бы он ни решил, ни один из вариантов ему не нравился. И юноша не был уверен, что готов сейчас умереть за свои принципы.

Глава 3

С того самого разговора, Дарт Вейдер к нему не заходил. Люк уже успел успокоиться и по десятому разу вспомнить все подробности, снова и снова натыкаясь на последний вопрос. Как ему поступить?

Он помнил наставления Йоды и Бена, помнил странное чувство отторжения от соприкосновения с Тьмой — и понимал, что это тупик. Смерть или служение Императору — и где тут выбор? А Люк умирать не хотел.

А потом Вейдер снова пришел к нему в камеру.

— Мы на орбите Корусканта, — в этот раз дверь не закрылась и Скайуокер видел группу штурмовиков в белой броне. Кажется, его конвой. Юноша поднялся с койки, на которой сидел и посмотрел на Вейдера, чуть запрокинув голову: разнице в росте ощущалась весьма сильно.

— Я готов, — он старался говорить спокойно, но внутри все равно чувствовал дрожь. И подозревал, что ситх об этом знает. Он все же не удержался от вопроса. — Тебе все равно, что мы братья?

Это было глупо, он знал. Но и не спросить не мог. Несколько долгих мгновений Вейдер молчал.

— Наш отец решил, что ему все равно, когда узнал о том, что я стал ситхом. Хотя я не собирался его убивать. Но он так и не понял, что у Силы не одна сторона.

И все. Люк шагнул следом за темной фигурой в освещенный коридор, отмечая, как его окружила охрана. Дарт Вейдер ушел вперед, не оглядываясь. А Люк Скайуокер так и не решился остановить его.

***

Глупый вопрос и неожиданный ответ. Дарт Вейдер не мог отмахнуться от воспоминания лица молодого повстанца, смотрящего на него с каким-то отчаянием. Окружающие их штурмовики вряд ли заметили. Но он — да.

Кровное родство. Именно эта дилемма когда-то привела его в лаву вулкана — от того, что он не сражался всерьез до последнего. Анакин Скайуокер все же был его отцом и у них были не такие уж плохие отношения. Именно из-за это Дарт до последнего не верил, что тот хочет его убить. Ошибка, чуть не ставшая последней.

И вот, спустя двадцать лет, история повторялась. Его сводный брат, выбравший путь джедая, призывал его вспомнить родство. Не отрекаться от семьи, которой они, по факту, никогда не были. Ситх раздраженно стиснул зубы, радуясь, что под маской никто не видит его лица. Не видит его сомнений.

У ситхов нет семьи — это был главный урок, который он получил, когда понял, что остался жив. Близкие связи могут привести — и приводят — к смерти. И если он хочет достичь, того, к чему стремился вот уже двадцать лет, ему надо забыть о том, что Люк Скайуокер может что-то значить для него. Или смириться с поражением.

… Он встал за спиной Императора, смотря на светловолосого юношу. Палпатин не торопится начать разговор, зачем-то поглаживая подлокотник кресла. Дарт знает — Владыка уже принял решение, как поступить со Скайуокером и теперь растягивает удовольствие.

— Ты знаешь, зачем тебя привели сюда, молодой Скайуокер? — наконец спросил Сидиус. Тот вздрогнул, услышав скрипучий голос. Повел плечами, будто от озноба. И…

— Вы хотите заставить меня служить вам. Принять Темную Сторону. Вот только я не согласен — я никогда не присоединюсь к вам! — последние слова он почти выкрикнул. Дарт отметил, что он старается не смотреть на него, сосредоточив внимание на Сидиусе. Значит, он выбрал. Ситх чуть крепче сжал кулаки, невидимые под плащом. Да, его брат все-таки такой… джедай.

— А если я скажу, что от твоего решения зависит не только твоя жизнь? — ничуть не смутился Сидиус, нажимая одну из кнопок на подлокотнике. Вейдер знал, что сейчас произойдет и немного напрягся, готовый к действиям. Все-таки, джедаи, которых загоняют в угол, опасны.

Возле дальней стены опустилась платформа. Люк прикипел к ней взглядом. И было от чего.

Лея Органа стояла, прикованная к стальной плите с вытянутыми вверх руками. Имперские дознаватели постарались — девушка выглядела весьма бледно. Хотя яростный взгляд, которым она одарила Императора и Вейдера был таким же живым, как помнил ситх.

— Лея Органа, одна из лидеров Восстания. По закону Империи заслуживает смертной казни. — Спокойно произнес Палпатин, будто зачитывая подготовленную речь. Император казался спокойным, даже расслабленным, но Дарт знал, насколько это обманчивое впечатление. Или Люк Скайуокер примет судьбу, определенную Императором, или не выйдет из этого зала вообще. Как и Лея Органа, впрочем. — Но этот вопрос можно решить и по-другому…

— Если я соглашусь присоединиться к вам, Лею отпустят? — хрипло спросил Люк, все еще не отводя взгляда от девушки. Лея протестующе затрясла головой, показывая свое отношение к происходящему. К ее сожалению, кляп мешал выразить все словами.

— Она останется жива. Отпускать лидера Альянса с моей стороны опрометчиво, ты так не считаешь?

Дарт немного сместился вправо, призывая Силу. Он чувствовал напряжение, гудящее между Скайуокером и Сидиусом. Еще немного… а ведь джедай был не в наручниках.

Все произошло мгновенно. Два клинка — алый и голубой — скрестились прямо перед лицом Императора, не задев последнего. Вейдер без напряжения откинул противника назад и сам спустился вниз, намереваясь закончить дело. Точнее, продолжить.

Нельзя сказать, что он был разочарован: реакция Скайуокера была предсказуемой. Знал также и об уровне фехтования. Поэтому все яростные наскоки не произвели должного впечатления. Наоборот — Вейдер чувствовал, как от сидящего на своем месте Палпатина веет удовлетворением. Все шло по его плану.

— Сдавайся или умрешь, — Вейдер скрестил у шеи поверженного противника оба клинка. Второй он только что выбил обманным приемом и притянул Силой. Люк замер на месте, тяжело дыша. В Силе отчетливо ощущался гнев и даже ненависть. Еще первые ростки, но все же… Спину будто осыпало ледяными крошками, когда ситх почувствовал присутствие Палпатина позади.

Молнии Силы стекли с поднятых рук сплошным потоком. Дарт отступил в сторону, опуская клинки. Сцена была почти закончена, оставался последний штрих. Ситх отключил голубой лайтсейбер, вешая его на пояс. И сделал пару шагов направо.

— Брат… помоги мне, — прохрипел Люк, когда поток молний прекратился. Юноша лежал на полу, измученно глядя на фигуру в черных доспехах, почему-то остановившуюся возле плененной принцессы с алым клинком в руках. Было видно, что сил у него почти не осталось.

— Ты сам выбрал свою судьбу. — Алый клинок опустился и Люк закричал. Гнев, ненависть, боль — эмоции закрутились жутким клубком и Сила взорвалась, на долгую секунду оглушая всех, кто был в зале.

Тьма разлилась в стороны, накрывая фигуру Люка Скайуокера и мужчины в простом темном плаще. Дарт невольно вздрогнул, ощущая эмоции юноши. Боль… безумие. Первый шаг во Тьму это всегда безумие. И только от Учителя зависит, что будет дальше. И Палпатин решил.

Он видел их через Силу — крепкие Узы. Теперь Люк Скайуокер был связан — безграничная преданность цепного животного, вот на что это походило. Вейдер невесело усмехнулся. Брат не хотел быть ситхом — и не стал им. Всего лишь один из толпы пешек. Он будет сильным оружием. Но и только.

Ситх подошел к трону, безучастно наблюдая, как Люка Скайуокера уносят на носилках. Некоторое время он точно не сможет быть полезен.

— Теперь я сомневаюсь, что это стоило всех усилий, — сказал он, когда Палпатин уселся на привычное место. Они часто так общались, даже не глядя друг другу в глаза. — Скайуокер силен, но и только.

— Знаешь, если бы он согласился, то все было бы по-другому, — неожиданно отозвался Сидиус, расслабленно откинувшийся на спинку трона. Кажется, у него было хорошее настроение. — Ты бы не отказался от ученика, Вейдер?

— Он?.. — Дарт замер от неожиданности. Учитель смог его удивить. Он даже почувствовал укол сожаления, представив альтернативу. А потом… усмехнулся. — Я понял, Учитель.

Молчание, последовавшее за этим, было вполне гармоничным. Дарт Вейдер улыбался, смотря на голограмму звездного неба, недавно украсившую потолок. А Сидиус отстукивал затейливый ритм на подлокотнике.

У ситха нет семьи — она ему не нужна. Но долг Учителя — отсечь лишние связи и показать путь. Сегодня Дарт Вейдер снова увидел свой путь и освободился от угрозы в лице бывшего джедая. Обращение Люка Скайуокера действительно не имело особого значения, но Вейдер должен был понять это сам. И отпустить наконец свое прошлое, мешающее идти вперед.

А будущее... он построит сам.