Тишина

Глава 1

Ночной клуб «Бак До Самого Максимума», где команда «Безымянного» проводила задержание, в одно мгновение ока стал гореть пуще, чем в праздничные дни. Светошумовые гранаты, а за ними появились они — красные легионеры и клоны Мэхакта.

Тей быстро печатает на коммуникаторе Коллет: «Ты в безопасности?»

— «Да. У вас что?» — «Оставайся на улице. Если они захотят выйти — перехвати.»

Далее юноша не смотрел на экран, хотя девушка писала каждую минуту: «Тей? Тей? Да что у вас там происходит???»

Тей вынул пистолет. Сейчас он не дипломат, он солдат Келереса. Лейлери отдавала приказы. Гай стрелял из винтовки. Шек'Тисс вооружилась глефой. В зале нашлись и союзники: человек Кочевника, неравнодушные сограждане.

Тей бегом спустился с лестницы, пытаясь достигнуть и задержать преступников. Неожиданно рядом с ним появился алый легионер. Мощным ударом лазерного меча он сбил хаканца с ног.

Мгновение, когда Тей уже лежит на полу, но ещё в сознании. Он видит, как креусс наклоняется над ним. Видит ленточку, но не успевает прочитать имя — только красный цвет. Мелькает мысль: «Ленточка? Очень сентиментально…»

Сознание помутилось. Тей успел подумать: «Коллет… скажи ей, что я…» — и не закончил. Последнее, что он услышал, — крик Лейлери:

— ТЕЙ! НЕТ!

А затем — чернота. Красный креусс подхватил его на руки, словно хрупкую вещь. На мгновение задержался, глядя на ленточку на своём запястье. Его пальцы коснулись вышитых букв «Лумина». Лицо исказилось — на долю секунды, едва заметно. Боль, нежность, любовь, тепло. Всего на какую-то долю секунды, которую не заметил бы человеческий взгляд, — он стал синим. А затем — просто красный креусс. Он шагнул в червоточину, унося Тея с собой.

На улице Коллет сжимала пистолет. Она видела, как из клуба вылетела алая вспышка и исчезла. В руке завибрировал коммуникатор.

«Тей? Тей? Ответь, дебил!»

Тишина.

Случайный прохожий подошёл быстрым шагом:

— Девушка, вы в порядке? — спросил он.

Коллет не ответила. Она просто смотрела в пустоту, где только что исчезла алая вспышка.

— Девушка, я слышал выстрелы, вам лучше уйти, — настаивал прохожий.

Коллет показала знак Келереса, не глядя на незнакомца.

Лейлери обернулась и увидела пустое место, где только что был Тей. Она застыла на секунду — и это стоило бы ей жизни, если бы Гай не прикрыл её. Гай, прикрывая командира, почти крикнул в коммуникатор:

— Тей! Тей, ответь!

Но в ответ — тишина. Шек'Тисс, разрубая клона рядом, холодно и сдержанно произнесла:

— Его похитили. Красные взяли его. Он не ответит.

Лейлери шепотом выдавила:

— Держись, Тей. Мы тебя найдём. Мы всегда находим своих.

***

Тей приходит в себя. Он не связан, лежит на кожаном диване. Рядом сидит его мама, сжимая его руку.

— Мама? — Тей собирался подняться, но боль пронзила его.

— Чш, котёночек, тише-тише. Как ты?

— Нормально. А ты что тут делаешь? Где я? Что вообще произошло?

Хаканка не успевает ответить. В комнату входит отец Тея.

— Тей, что происходит? Зачем ты нас сюда позвал? Кто эти существа?

— Что? Я позвал? Я никуда вас не звал…

Отец застыл. Мать побледнела. Тей попытался сесть, но боль в груди скрутила его — он зашипел сквозь зубы и упал обратно на диван. Из уголка губы потекла струйка крови.

— Я не звал вас, — повторил он уже тише, почти шёпотом. — Вы… вы в плену. Как и я.

Мать ахнула. Отец сжал кулаки так, что побелели костяшки.

И в этот момент открылась дверь.

— Какая трогательная семейная сцена, — раздался голос, от которого у Тея по спине побежали мурашки.

В комнату шагнул он. Генный чародей Мэхакта. Высокий, неестественно худой, с отсутствием лица — лишь бездна космоса.

— Тей Железногривый, — произнёс он, медленно обходя комнату. — Сын директора компании «Айронмэйн Иннер Синтез». Переговорщик Келереса. Дипломат. — Он остановился напротив Тея и наклонил голову. — И тот, кто так услужливо привёл мне своих родителей. Вы не представляете, сколько времени я потратил, чтобы заполучить вашу семью. А вы пришли сами. Как мило.

Отец шагнул вперёд, заслоняя собой Тея и его мать.

— Ты не посмеешь тронуть мою семью.

Чародей усмехнулся.

— О, я не собираюсь вас трогать. Я собираюсь вас улучшить.

Из ладони генного чародея появился зелёный свет.

— Всего мгновение, и целая корпорация в моих руках, — прошептал мэхактовец.

Тей воспользовался этой секундой и, вскочив, вовремя прикрыл собой родителей. Луч пронзил его тело. Тей получил слишком большую дозу воздействия. То, что должно было поработить сознание живого существа, сработало ещё хуже. Гены смешивались, генетический код переписывался, меняя и отключая сознание. Тей упал на пол, тупо глядя в потолок. Он не слышал плача матери и криков отца.

— Я всё отдам. Всё. Только не забирай его… Верните его. Я умоляю.

Генный чародей усмехнулся, наклоняясь над телом Тея.

— Как трогательно. Но я не собираюсь его забирать. Я собираюсь переписать его. И он станет моим самым совершенным оружием. Ваш сын, — он посмотрел на отца, — будет убивать ваших друзей. Ваших союзников. А вы будете смотреть. Вы поймёте, что это большая честь.

В этот момент за дверью грохнуло. Отец вздрогнул. Мать замерла, сжимая безжизненную руку Тея. Чародей резко обернулся:

— Что?!

Дверь взорвалась. В проёме стояла Шек'Тисс. Её глефа была направлена прямо в лицо чародея. Глаза — пустые, холодные. Следом — Гай. Он прикрывал Лейлери, которая ворвалась в комнату с пистолетом наготове, не теряя времени. Её взгляд сразу упал на Тея — на его остановившийся взгляд, на струйку крови из уголка губ, на безвольное тело. Увидела родителей Тея — мать в слезах, отца на коленях.

Понимание, что медлить нельзя, пронизывало каждого без исключения. Гай выстрелил. Чародей отшатнулся, создавая щит из зелёной энергии, а Шек'Тисс уже сокращала расстояние, нанося удар. Послышался звон глефы о защитное поле. Комната наполнилась свистом и грохотом. Лейлери подбежала к семье Железногривых и крикнула:

— Мы из «Безымянного». Мы выведем вас. Уходим!

Вся команда понимала, что бой с генным чародеем обречён на поражение, поэтому они скорее прикрывали отступление, чем сражались.

В комнату вбежала Коллет. Она не смотрела на развернувшийся бой, она видела только возлюбленного. Она упала рядом с ним на колени.

— Тей… — голос сорвался на шёпот. — Тей, открой глаза.

Она коснулась его лица. Он не отреагировал.

— Тей, я здесь. Ты слышишь?

Она взяла его за руку и сжала.

— Не смей умирать, — вдруг выдохнула она, и голос прорвался на крик. — ТЫ МНЕ ДОЛЖЕН! Ты не имеешь права уходить, понял?! Ты обещал… ты должен быть рядом…

Она стиснула его руку в своей, прижалась лбом к его руке. Мать Тея посмотрела на Коллет.

— Это… — хаканка всхлипнула. — Это ты? Девушка, о которой он всегда говорил?

Коллет не подняла головы, не ответила. Лейлери схватила Коллет под мышки:

— Уходим! — скомандовала капитан.

Коллет отбросила её руку, подняла тело Тея на руки, будто он ничего не весил.

— Я сама понесу его, — злобно стиснув челюсть, сказала Коллет. — Никто не подходите.

Никто её не остановил. Команда спешно покинула комнату, блокируя выход. Лейлери по коммуникатору отдала приказ Ранаре:

— Готовь корабль к отбытию. Тей у нас. Уходим.

Ранара, подключившись по связи, спросила:

— Он жив?

Лейлери не ответила. Она просто посмотрела на неподвижное тело Тея в руках Коллет.

Генный чародей, оставшись запертым в комнате, отдал приказ «Задержать». Перед трапом космического корабля появились красные креусы, преграждая путь. Гай, Шек'Тисс и Лейлери приняли бой, к ним подключились союзники.

Шек'Тисс ушла в стремительный выпад, снося одного креуса ударом глефы. Гай прикрывал её, стреляя с плеча. Лейлери била по скафандрам, заставляя врагов отступить. Бой длился всего минуту — но она казалась вечностью. Красные креусы погибли. Их пустые скафандры упали на бетон, а красное свечение растворилось в воздухе, словно его и не было.

Команда, благодаря слаженной работе и союзникам, покинула это место. На посадочной площадке осталось лежать несколько пустых скафандров. На запястье одного из них развевалась ленточка с надписью «Лумина. От дочери». Ветер шевелил её так, будто кто-то невидимый гладил её рукой.

***

Тей лежит на медицинской койке. Датчики на его висках и груди пульсируют тусклым светом, выводя на экран линии активности мозга и сердца — неровные, рваные, словно кто-то пытается нарисовать карту разрушенного города. Его глаза открыты, но они ничего не видят. Остекленевшие, мёртвые — смотрят в потолок и сквозь него, в пустоту.

Коллет сидит рядом. Она не шевелится уже два часа. Её руки, всё ещё в бинтах, местами испачканные кровью Тея, сжимают его ладонь — безжизненную, холодную. Она не плачет. Она просто смотрит на его лицо и ждёт. Чего — не знает.

В дверях стоят Лейлери и Гай. Капитан держится за косяк, словно без него упадёт.

— Ранара говорит, что его мозг… он пытается перестроиться, — тихо произносит Лейлери. — Импульсы хаотичные. Она не знает, вернётся ли он.

Коллет не оборачивается.

— Вернётся, — говорит она. Голос сухой, как песок. — Он обещал

Лейлери закрывает глаза. Она хочет сказать что-то ободряющее, но слова застревают в горле. В медотсек заходит Ранара. Она держит планшет и смотрит на показатели Тея. Её даже металлическое лицо выглядит уставшим — она не спала двое суток.

— Никаких улучшений, — говорит она почти шёпотом. — Его сознание… оно переписано. Это как если бы кто-то стёр его личность и залил туда чужой код. Сейчас он не с нами.

Коллет поднимает голову. Впервые за два часа.

— Переписано, — повторяет она. — А ты можешь переписать обратно?

Ранара молчит. Потом качает головой.

— Это не технический код, Коллет. Это ДНК. Его гены изменены. Мы можем только ждать, — она сглатывает. — Или…

— Или? — переспрашивает Коллет, и её голос становится острее ножа.

— Или… его больше не вернуть.

Тишина. Она висит в воздухе, как похоронный звон. Коллет снова смотрит на Тея. Она гладит его руку — медленно, почти невесомо — так, как будто он может проснуться от этого прикосновения.

— Ты слышишь меня? — шепчет она. — Ты там, внутри? Я знаю, что ты там.

Никакого ответа. Её голос начинает дрожать.

— А теперь ты просто лежишь… и смотришь в пустоту. Это не смешно, Тей. Это не смешно, слышишь?

Она сжимает его руку.

— Вернись. Просто вернись. Я не прошу многого. Я прошу тебя.

Тишина. Датчики пищат ровно и механически.

Гай тихо отводит Лейлери в коридор.

— Ей нужно побыть с ним, — говорит он. — Она не отпустит его.

Лейлери кивает. У неё нет сил спорить.

— Капитан, вам нужно отдохнуть, — продолжает Гай.

— Я не могу. Я потеряла Лумину. Я не потеряю снова кого-то из команды.

— Вы не властны над этим.

А в медотсеке Коллет продолжает сидеть. Теперь одна. Она не знает, сколько времени пройдёт — минуты или часы. Она не знает, проснётся ли он.

— Я останусь здесь, — говорит она. — Сколько понадобится. Просто вернись, Тей.

И тишина снова заполняет комнату. Но где-то в глубине экрана, среди хаотичных линий, что-то меняется. Один импульс — слабый, неуверенный, но правильный. И снова неровный ритм.

Но он был.

Коллет не заметила. Она слишком смотрела на его глаза.

В медотсек заходят родители Тея.

— Как он?

— Без изменений, — упавшим голосом говорит Коллет.