Тейлор Варга - внесюжетные омаки

Омак – Активное лечение

П.П.: после главы 43: "Беседы и скачки"

От автора: Ну что сказать? Идея меня позабавила.

– Помогите! – вопль за спиной заставил патрулировавших середину Бульвара Мисс Ополчение и Штурма развернуться на месте, чтобы увидеть несущегося к ним мужчину средних лет. Считанные мгновения спустя следом из-за угла на высокой скорости вылетела знакомая фигура, приковав потрясённые взгляды героев.

Огромное рептилиеподобное создание неслось за мужиком вниз по улице на четырёх ногах; гуманоидная половина тела выпрямилась, тщательно прицелилась и метнула нечто, развернувшееся в блестящую металлическую сеть, которая окутала мужчину так, что он и мяукнуть не успел. Даже при том, что бедолага продолжал оглядываться через плечо, времени увернуться у него не было. Раптавр резко потянула за трос в руках и сеть закрылась; мужчина упал и подкатился под ноги Штурма.

Герой посмотрел вниз, затем вверх на то, как Раптавр забуксовала; силуэт, в котором парочка в ошалелом изумлении опознала какую-то не такую Панацею, соскользнул с образования наподобие седла на спине нижней половины второго кейпа. Её обычный костюм сменило нечто в той же цветовой гамме: похожее по форме, с общим лёгким впечатлением металла, наподобие тёмной сине-черной брони, покрывавшей Сауриал. Капюшон на голове сменил шлем с прозрачным забралом; лоб украшал красный крест, окружённый буквами КМУВ.

Доспех Раптавр теперь украшал тот же логотип с буквами на боках на белой подложке в форме круга. Женщина рептилия чуть пригнула голову и тщательно принюхалась, после чего кавалеристки обменялись взглядами.

– Вот этот. Диабет, третья стадия рака поджелудочной железы.

– Отлично! – объявила Панацея на удивление бодрым голосом для обычно нахохленного кейпа. И рухнула на бронированные колени рядом с мужчиной. – Добро пожаловать в Броктон-Бей, сэр. Вы страдаете от болезни, серьёзно угрожающей жизни. Я собираюсь вас исцелить. Пожалуйста, сохраняйте неподвижность.

Мужик выпучился на них сквозь сеть большими глазами на бледном лице, бешено дёргаясь.

– Эм… – поднял палец Штурм. Ни одна из парочки не обратила на него никакого внимания.

– Слушай, кончай крутиться, а? – несколько раздражённо произнесла Панацея, пытаясь пристроить руки мужчине на лицо. Тот в ужасе взвизгнул и отвернул голову в сторону.

Раптавр, наклонившись, поймала его взгляд недоумённо пылающими очами и рыкнула:

– Не дёргайся. Или откушу ногу.

Мужчина застыл. Панацея победно улыбнулась:

– Не волнуйтесь, я могу её отрастить. Мы это всё время делаем. А теперь… это не больно, а вы через секунду будете как огурчик, – она положила руку ему на лицо и сосредоточилась.

Мисс Ополчение посмотрела на Штурма. Тот посмотрел в ответ. Оба героя посмотрели вниз.

– Э-э, Панацея? – голос у кейпа-армеутки был напряжённый. Брюнетистая девушка слегка раздражённо помахала свободной рукой.

– Погодите, я занята. Сейчас освобожусь, – не вполне уверенные, что делать, патрульные стояли и смотрели. Раптавр несла стражу, подозрительно озирая собирающуюся толпу. Несколько раз принюхавшись, она выделила в сборище туристов молодую женщину,буравящую их взглядом. Та побледнела.

– Засекла ещё одну, Панацея. Ранняя стадия рака яичников, от шести месяцев до года.

– О’кей, спасибо, – рассеянно отозвалась вторая девушка. И кивнула спустя ещё несколько секунд. – Ну вот и всё. Спасибо за терпение, сэр. Вам стоит посетить своего врача как можно скорее, чтобы обновить медкарту, – тут она извлекла из кармана регистрационную карточку и черкнула пару строк. Раптавр распутала сеть, не отрывая взгляда от медленно пятящейся блондинки в толпе.

– Подпишите здесь, пожалуйста, – проговорила Панацея, протягивая карточку и ручку, когда мужчина освободился. Тот уставился на неё, осторожно взял письменные принадлежности и дрожащей рукой что-то вписал. – И здесь, – бедняга повиновался. Целительница разорвала карту пополам и, поднимаясь на ноги, протянула «пациенту» один кусок. – Можете идти, сэр. Прошу, наслаждайтесь остатком вашего посещения Броктон-Бей. Будем благодарны, если вы порекомендуете нас своим друзьям.

Мужик как-то безучастно кивнул и под взглядами двух героев побрёл прочь с обалделым выражением на лице. Панацея извлекла из кармана маленький блокнот и внесла пометку.

– Пока на сегодня девятнадцать, – улыбнулась брюнетка, убирая половинку карточки под блокнот и снова пряча его. – Хорошо идём.

Блондинка, за которой следила Раптавр, неожиданно развернулась и рванула прочь на высокой скорости.

– У нас очередная бегунья, – азартно пророкотала огромная рептилия.

– Чёрт. Почему они продолжают так поступать? – вздохнула Панацея, на миг воздымая очи горе. И повернулась к Штурму и Коллеге. – Простите, не могу задерживаться, мы заняты. Я вас позже перехвачу, ладно?

Штурм только таращился на них. Девушка легко взлетела обратно на своего скакуна / напарника.

– А что означает КМУВ? – озадаченно уточнил герой.

– Команда Медиков Ускоренного Вмешательства, – отозвалась Раптавр, разворачиваясь лицом в направлении исчезнувшей женщины и оглядываясь в их сторону. – Мы исцелим вас с энтузиазмом и улыбкой, – и она подняла уголки рта, демонстрируя здоровенные клыки, отчего оба взрослых кейпа побледнели и отступили на шаг. – Хотите вы того или нет.

– Но-о, Раптавр, вперёд! – бодро выкрикнула Панацея. Огромная рептилия застыла и медленно изогнула шею так, чтобы уставиться на порозовевшую девушку на своей спине.

– Я думала, мы договорились, что ты так больше не делаешь, – пророкотала она. Панацея, извиняясь, пожала плечами.

– Прости. Я увлеклась.

– Ну, завязывай. Ты заставляешь людей обращать на нас внимание.

– Прости, – снова повторила девушка. – Покончим с этим, она уже в полумиле.

– Не сбежит, – мрачно фыркнула Раптавр. – Не теперь, когда я поймала её запах. Не волнуйся, мы её достанем.

– Тогда поспеши, я хочу заскочить к Фугли на обратном пути.

Раптавр внезапно сорвалась на бег прямо – на ближайшее здание, одним прыжком покрыв половину пути наверх, шустро взлетела по фасаду и исчезла на крыше; седок распласталась по её спине с лёгкостью, свидетельствующей о немалой практике.

– Я бы взяла бургер, – расслышали оставшиеся на земле кейпы, когда дуэт исчез из поля зрения.

После очень долгой паузы Штурм повернулся к Мисс Ополчение, смотревшей вверх полностью лишённым выражения взглядом над шарфом.

– Дело во мне или ситуация странная даже для этих мест? – протянул он. Напарница кивнула, не отводя взгляда от места, где исчезли два человека.

– Кхм-ф.

После ещё одной длинной паузы герои возобновили патрулирование; оба молчали, размышляя о том, когда же мир перестал следовать даже той малой толике здравого смысла, которая в нём имелась до сего дня.

Потому услышали как вдалеке кто-то вскрикнул.

Ветерок донёс слабый вопль:

– Не дёргайтесь, чёрт побери, я же помогаю.

Усилием воли герои его проигнорировали.

Картинка сгенерирована нейросетью. Самое близкое, что получилось у меня к сюжету

Омак – Песенка Тейлор

[П.П.: после главы "Осмысление и откровения"]

[Картинка из открытых источников интернета]

Вклад от Hangwind со SpaceBattles

Зверь из Броктон-Бей (душевная пародия на «Чудовище Пиратской Бухты» [1])

Собирайтесь, усталые странники,

У меня для вас есть рассказ

Он может жизнь вам сохранить,

Но лишь если слушать внимательно сейчас,

Потому что у кромки волны

И на каждой тропе гласит знак:

"Страшитесь Зверя из Броктон-Бей!"

Кто-то говорит, что она рыбка гуппи, что бросило в море дитя

Она съела наци столь много, и теперь превосходит размером деревья

Её зубы остры словно ножницы

Её когти, они как ножи

И если вы думаете, что она урод,

Погодите и узнаете, каков вид изнутри

(Припев)

Ох, не кради, не дерись и уж точно не убий

Ведь коли неосторожен, то кончишь у неё внутри.

Она прожуёт и сплюнет. Подальше лучше держи.

Внемлите знаку "Берегись Зверя из Броктон-Бей!"

Говорят, это змей, что прямо из ада,

Пришла пожрать души Барыг и прочей швали.

Кто-то не верит, ну а я – предчувствие есть

Ведь давеча здесь их пушеры бывали,

Но она съела всех на обед!

(Припев)

Ох, не кради, не дерись и уж точно не убий

Ведь коли неосторожен, то кончишь у неё внутри.

Она прожуёт и сплюнет. Подальше лучше держи.

Внемлите знаку "Берегись Зверя из Броктон-Бей!"

Ну, старик Крюковолк, вы слыхали, явился он в Броктон-Бей.

Вроде его ящериный рок нашел приют там себе.

Собрал он своих повязать Сауриал,

«Хрусть» и «шмяк» тогда там стоял!

И ныне наци в металле шарахается от Ариель!

(Припев)

Ох, не кради, не дерись и уж точно не убий

Ведь коли неосторожен, то кончишь у неё внутри.

Она прожуёт и сплюнет. Подальше лучше держи.

Внемлите знаку "Берегись Зверя из Броктон-Бей!"

Ну, Лунг из якудза, вы знаете за что был осмеян.

В основном за страх и ужас, когда Кайдзю встала над ним.

Он видел зверя и больше никто не боится его.

Всем она растрепала, как расти дракон перестал,

И Саламандрой зовёт его.

(Припев)

Ох, не кради, не дерись и уж точно не убий

Ведь коли неосторожен, то кончишь у неё внутри.

Она прожуёт и сплюнет. Подальше лучше держи.

Внемлите знаку "Берегись Зверя из Броктон-Бей!"

Ну, вот таверна пуста и здесь ты лишь и я.

И коль есть тебе дело, я рад поделиться, откуда песня пошла.

Так сядь же поближе, коль хочешь действительно знать.

Ту печалей и горести быль, стародавней порой что прошла.

Я была просто юною девой здесь в Броктон-Бей

Как в своём же шкафчике была заточена, в великом уныньи.

С тампоном на ране, и ни звука, ни света внутри.

Я сдаться готова была и слёзы течь начали.

Я давила, толкала, но не открылась бы дверь

Единственный шкафчик исправный на весь Броктон-Бей

Тут демон мной овладел и проблем нет теперь.

Так ультиматум я бросила там: "Берегись Зверя из Броктон-Бей!"

И что я сказала?

Ох, не кради, не дерись и уж точно не убий

Ведь коли неосторожен, то кончишь у неё внутри.

Она прожуёт и сплюнет. Подальше лучше держи.

Внемлите знаку "Берегись."

Чёрт, я-то знаю, поставила я его здесь!

Внемлите знаку "Берегись Зверя из Броктон-Бей!"

[1] Оригинальную песню Voltaire «The Beast of Pirate's Bay» из альбома «To The Bottom Of The Sea» можно найти https://www.youtube.com/watch?v=wcgvLiNYCcA. За основу для личных издевательств над шедевром взят перевод Анны Сибуль (https://lyrsense.com/voltaire/the_beast_of_pirates_bay ).

Омак – Как Эмили до офиса шла

[П.П.: после главы "Пресса и расчёты"]

Когда Убер наконец смог умерить смех достаточно, чтобы выдавить пару слов, то с уважением поглядел на Сплетницу, повернулся к Элиту, побледневшему почти до синевы из-за попыток дышать, изнемогая от смеха.

– Что думаешь? – поинтересовался он, безумно хихикая. – Видеоигры не в теме, но, блин, умора же.

– Мы обязаны это сделать, – выдавил с пола приятель, маша рукой с поднятым большим пальцем. – В этот раз плевать на игры. Я просто хочу видеть лицо Пиггот.

– А вы уверены насчёт её реакции? – уточнил Убер, оборачиваясь обратно к Сплетнице и Сауриал.

Блондинка кивнула:

– Так мне говорит моя сила, ну и я порылась в её данных. Раскопала инцидент во время курса начальной подготовки, который среди её коллег стал легендой. Те над ней годами горбили по этому поводу. Реакция должна быть… восхитительная.

– А Докеры дадут людей? Нам потребуется довольно много дополнительных рук, – посмотрел парень на Сауриал.

Девушка-ящер осклабилась:

– Да из них масса по тем или иным причинам имеют проблемы с СКП, и с удовольствием макнули бы тех, если бы смогли выйти сухими из воды. А с нашими связями можно получить от города разрешение на публичное представление, что делает всё совершенно законным. Они не могут тронуть ни нас, ни Союз, покуда мы не нарушаем никаких других законов.

Злодей уставился на неё и снова согнулся от смеха:

– Законно. Вот так гораздо лучше. Мы в деле.

– Прекрасно. За мной костюмы, а попрактиковаться можем в офисе ОСББ, места там полно. Это необходимо, чтобы хорошо выглядеть для пущего эффекта.

– Это ж будет офигенный эпик! – профырчал севший Элит. – Лучше может быть только если бы мы привлекли Кайдзю.

– Она малость великовата для города, – рассмеялась Сауриал. – Но всеми конечностями за, – они со Сплетницей переглянулись с двумя злодейчиками, и все четверо рухнули от хохота.

***

Эмили вышла из кофейни со своим обычным заказом: двойной эспрессо и шоколадный брауни. Ну, по крайней мере, обычным с того момента, как Панацея её подлатала. Йон бы разозлился, если бы узнал; но чего он не знал, о том она чертовски определённо не собиралась сообщать.

После событий последней пары месяцев директор была рада возможности немного расслабиться. Утро было прекрасно: ещё зябкое, но бодрящее и сухое, а с безоблачного неба на почти беспрецедентно мирный Броктон-Бей изливало первые лучи утреннее солнце. Все нормальные подозреваемые на данный момент сидели тише воды ниже травы. После того, что случилось с Вывертом, никто не желал привлекать внимания Семьи.

Пиггот слегка передёрнуло.

Неспешно прогуливаясь в очень хорошем (по её меркам) настроении, женщина вгрызлась в брауни, залив кусок глотком крепкого кофе. Жизнь была, по крайней мере на данный момент, вполне хороша. Примерно так же хороша, как похоже, и у всех вокруг.

Направившись вниз по улице, ведущей к центру Набережной, Пиггот огляделась. Туризм значительно вырос с тех пор, как стало известно, что город безопаснее, чем когда-либо в истории, а недавнее внезапное улучшение погоды также повлияло положительно. Об этом свидетельствовало всё вокруг – даже сейчас, когда только минуло восемь, тут гуляла масса народу. Было открыто большинство магазинов; все, похоже, наслаждались собой, и даже наличествовали уличные актёры, начавшие свои представления (и, похоже, прекрасно с этим справляющиеся).

Эмили приостановилась посмотреть на молодого человека, поразительно хорошо исполнившего на скрипке целую серию разных тем из кинофильмов, и, судя по всему, заработавшего на этом немалые деньги. Футляр инструмента, лежавший открытым перед ним на земле, был уже по крайней мере на четверть полон монет и мелких банкнот. Закинув брауни в рот, женщина через пару минут сунула руку в карман и вытащила парочку смятых долларовых купюр, которые и подкинула туда же, оценив артистизм исполнения. Парень с улыбкой чуть заметно кивнул и перешёл к следующей теме – основному вступлению из «Челюстей».

Едва заметно улыбаясь, Эмили двинулась дальше, разглядывая людей вокруг. Другой артист с немалым умением жонглировал дюжиной ярко окрашенных мячей, ещё один проделывал простые, но эффектные фокусы, и так далее. Их здесь было довольно много.

Оглядевшись, Пиггот слегка нахмурилась. Их здесь действительно было довольно много. Необычайно. Поколебавшись, женщина пожала плечами. Прекрасный день, так почему нет?

Сотней ярдов дальше она остановилась, вгляделась и нахмурилась.

Мим.

В ящике. Которого не было. Директор сверкнула глазами.

Хреновы мимы.

Выбеленное лицо повернулось к ней; выражение сменилось на безумную радость, когда коробка исчезла. К несчастью, сильный ветер не дал подойти ближе, хотя мим доблестно старался, буксуя по поверхности дороги в попытках пробиться к ней. Эмили глянула ещё более свирепо, развернулась и пошла прочь.

Дурацкие актёришки. Их следует засунуть под замок.

Хорошее настроение было нарушено; директор добила брауни и половину кофе, двигаясь теперь немного быстрее. Бросив взгляд на часы, она убедилась, что в запасе ещё двадцать минут, чтобы достичь здания СКП и начать ещё один день, исполненный попыток сдержать безумие этого города – неоценённого и значительно недоплачиваемого воза работы, который ей тянуть. Пиггот зашла за скруглённый угол дороги и застыла, втянув воздух.

Ещё один ***ий мим. Этот был женского пола, крепко сложенный под совершенно чёрной одеждой; грим был в точности как у первого, лицо лишено выражения. Она нащупывала путь вдоль невидимой стены, чтобы добраться до маленького ребёнка, наблюдавшего за ней распахнутыми глазами. Когда актриса протянула ему невидимый мяч, малыш рассмеялся и аккуратно принял подарок с застывшим в сосредоточенной маске личиком, после чего принялся вместе с родителями смотреть, как мим жонглирует ещё несколькими; пантомима была настолько убедительна, что Эмили почти что увидела шары.

Заворчав, женщина обогнула актрису по широкой дуге. Допила кофе и выкинула стаканчик в урну.

Сотней футов дальше она с раздражённым вздохом встала намертво. Ещё один мим, на этот раз покрытый серебряной краской, строил из себя человека-робота для группы заливающихся смехом подростков. Этот откинулся назад под невероятным углом, устроив локоть на чём-то, чего здесь не было, и равнодушно глядел на неё.

[Картинка из открытых источников интернета]

– Ох, бога ради, – рыкнула Эмили себе под нос. – Какого эти уроды вечно выползают в хороший день? Говорить научись, дебил, – и, бормоча под нос, с уничтоженным хорошим настроением, развернулась, пытаясь подобрать другой маршрут, и непроизвольно вскрикнула. Всего лишь в футе стоял ещё один из треклятых паразитов, изображая французскую версию горести и в печали пялился на неё. Этот предложил ей несуществующий цветок и робко улыбнулся.

– Отвали на фиг, ***к, – рявкнула директор, прорываясь мимо. А когда, не удержавшись, оглянулась через плечо, мим баюкал цветок, которого не было, утирая незримую слезу из глаза.

– Иисусе, прямо чума какая-то, – проворчала Пиггот, предпринимая короткий рывок по боковой улочке и возвращаясь на главную улицу, миновав забитое мимами бутылочное горлышко.

Она прошла лишь ещё пятьдесят футов, как обнаружила ещё одного.

– Господи! – прозвучало куда громче, чем намеревалась директор, при виде того, как молодая женщина открыла нематериальную дверь, и шагнула через порог, поклонившись небольшой толпе. Выбеленное лицо было безоблачно спокойно.

Эмили уставилась на это зрелище, и, тяжело вздохнув, повернула на другую улицу. Это становилось уже смешно.

И даже там она не была в безопасности. Очередные три поросёнка прошествовали мимо: один пил из невидимой бутылки, съезжая по дверному проёму в некоей извращённой разновидности перфоманса, а ещё парочка тащила несуществующую лестницу или что-то в этом духе, двигаясь с идеальной синхронностью. Пиггот бешено выругалась, уставившись на них, и смылась в ближайший переулок, выкинувший её на Набережную.

В жестоком раздражении оглянувшись через плечо, директор помотала головой.

– Хотела бы я перестрелять ублюдков, но в последний раз, когда я сделала… так…я…

Голос женщины угас до шёпота, когда она повернулась, чтобы продолжить путь к зданию СКП.

Взгляд Эмили в ужасе застыл.

Развернувшись на каблуках, она огляделась вокруг, неистово выискивая предел этому безумству.

Они были везде.

Десятки этих сволочей.

Сотни!

Везде, куда ни кинь взгляд, белые лица – ими забита вся Набережная – чёрные одежды, полосатые черно-белые рубашонки с дурацкими маленькими беретиками на головёнках, люди-роботы, все варианты, о каких она только слышала.

[Картинка из открытых источников интернета]

Мимы.

Везде.

А посреди них – ещё одна, более шести футов ростом; стройное тело, судя по тому, как она обернула вокруг себя хвост, ощупывая тюрьму, в которой оказалась, было заперто внутри маленького невидимого цилиндра, а чешуйчатое лицо было покрыто белым гримом с чёрной слезой под глазом.

Сауриал.

Объятая ужасом, Эмили с безумно бухающим сердцем снова огляделась. И поспешно рванула из переулка, завидев направляющихся к ней лестниценосцев.

Тяжело дыша, желая схватиться за пистолет, но осознавая –патронов только пятнадцать, а врагов куда как больше – женщина сорвалась на лёгкую рысь.

Затем на бег.

Наконец-то прорвавшись через весь этот ужас (который туристы фоткали как ***ие, словно не осознавая опасности) к концу Набережной директор испустила глубокий вздох облегчения, бешено размышляя, что с этим делать.

А когда спешила прочь, желая вызвать подкрепление и вычистить заразу, пока та не расползлась, оглянулась и заметила знак на стенде у входа на Набережную.

По мере чтения Эмили налилась багрянцем, а закончив, рванула прочь, прикидывая, как бы разжиться огнемётом.

– ***ий вторник. Такое дерьмо вечно случается по вторникам. Ненавижу вторники, – злобно прорычала она. – И МИМОВ!

За её спиной продолжалось представление; проходящие люди смотрели на знак и усмехались стилизованному белому лицу на ярко-красном фоне в залихватски сбитом набок берете, зажатому меж двух фраз сверху и снизу, а потом шли дальше, посмеиваясь и доставая камеры.

Опасно

Мимное поле

[Картинка из открытых источников интернета]

Омак – О, бедная Эми, ты была восхитительна! (от DoctorNobody)

[П.П.: после главы "Пресса и расчёты"]

[Картинка из открытых источников Шедерума]

Эми, глотая воздух, пробила поверхность залива. Тейлор в обличье Раптавр взметнула облако брызг рядом, держа секундомер.

– 17:34, Эми, – сообщила она. – Почти новый рекорд[1].

– Ух, – пробормотала Эми. – Я-то думала, Марк 18 больше увеличит емкость лёгких.

– Обратно к чертёжной доске…, ну, к чертёжной тубе с жижей?

– Ага, пожалуй, – согласилась целительница, пока они плыли к берегу. – Я что-то пропустила, пока была внизу?

– Неа, Оружейник на своём байке заскочил на огонёк, как раз как ты нырнула. Кинул взгляд, а затем рванул прочь, реально шустро.

– Наверно, получил вызов по рации в шлеме, – заявила брюнетка подруге, подбирая робу от костюма с места, где сложила её на песке. И потёрла красные разводы, впитавшиеся в белую одёжку. – Эхх… кетчуп никак не убрать. Не стоило давать себя уболтать на поход в «Фугли Боб» перед тем, как мы пошли плавать.

***

[Попытка переводчика в нейросети]

Объятое ужасом семейство Даллонов в полном составе смотрело на изображение, проецируемое алебардой Оружейника. Раптавр, погружающаяся в глубины вод; громадный, чудовищный язык, слизывающий с губ нечто красное в сочетании с обыденным взмахом лапой, адресованным Оружейнику. Окровавленная роба Панацеи на пляже позади.

– …похоже на то, что Раптавр показала своё истинное лицо, – заключил он.

– Как… – выдавила дрожащая Слава. – Она… че… О Мой Бог! Всё это время они с Эми выбирались перекусить…

– В самом деле, – отозвался бородатый герой. – Мой анализ прежних зарегистрированных случаев взаимодействия Панацеи и Раптавр приводит к единственному заключению.

– Вы хотите сказать… – пролепетала Брандиш. – Она была…

– Боюсь, это логически неизбежно…

– Нет, постойте! – вскрикнула Слава. – Раптавр и Сауриал любят «Табаско» и…

– Ну конечно! – кулак Оружейника ударил по его ладони. – Как я мог это упустить?

Марк рассеянно кивнул со своего места на кушетке:

– Остатки еды были из тайской кухни…

– Или каджунской[2] … – добавила его дочь.

– И довольно-таки часто техасско-мексиканской, – откликнулся Технарь из комнаты.

– Проклятье, кто-нибудь, да объясните наконец! – потребовала Брандиш.

Слава повернулась к матери:

– Мам! Она не просто откармливала Эми, она её заправляла специями!

[Картинка из открытых источников интернета]

[1] Для сведения – реальный рекорд по задержке дыхания под водой в неподвижном состоянии (статичному апноэ) на 01.04.2010 принадлежал датчанину Стигу Северинсену и составлял 20 мин 10 сек. В мае 2011 его перебил Рикардо Бахи из Бразилии (20:21). На 2016 год мировой рекорд принадлежал испанцу Алексу Сегуре – 24 мин 3 сек. Но следует заметить, что где-то года с 2007 перед заявкой на рекорд разрешается в порядке подготовки где-то полчаса дышать чистым кислородом, без чего время сокращается раза в два. Впрочем, имеются и иные примеры, и даже не из числа спортсменов или йогов…

[2] Каджуны (Cajun) – этническая группа, проживающая, в основном, в штате Луизиана (плюс около 60.000 в Техасе); потомки французов, до сих пор говорящие по-французски, и живущие в дебрях Луизианы, на берегах заливов, озёр и занимающихся в основном рыбным промыслом. Несмотря на почти 200 лет проживания в США, сохранили совершенно неамериканскую культуру и язык. Каджунская кухня – смесь французской и индейской кухни с большим количеством специй; луизианский стиль приготовления пищи, характеризующийся использованием только свежих продуктов, животного жира (чаще всего свиного), специй, сладкого и жгучего перцев, бобов, а также разнообразных густых коричневых соусов.