Страна Оз

Глава 1

КУДА ПРИВЕДЕТ ТЕБЯ СЕРЫЙ ВОЛК

Мечтать… Что такое быть счастливым? Наверно, просто родиться мечтателем. Так и думал наш герой — Артёмка! Артём был обычным мальчиком среднего роста, но его ум был насыщен знаниями — где книги, там и целая жизнь, а порой и фантастическая история.

Он постоянно «летал в облаках», представляя себя героем захватывающих приключений. На вид ему было лет пятнадцать, и мама часто говорила ему, что пора взрослеть, но его карие глаза, веснушки на щеках и рыжие волосы, словно лучи солнца, выдавали в нём неисправимого мечтателя. Его улыбка часто была натянутой — в очередной раз он погружался в мечты о том, как станет героем иного мира, где всё возможно, где законы физики и логики не властны над миром.

В школе Артём не был ни популярным, ни тем «умником», которого все унижают. У него были простые оценки, и он посещал обычные уроки. Его рюкзак был всегда переполнен книгами — он не утруждал себя тем, чтобы собирать их по списку на каждый день, и таскал с собой целую библиотеку. Мама иногда ворчала: «Оторвёшь лямки — больше зашивать не буду!» — но вскоре успокаивалась, что сказать, дорогие наши мамочки.

Пятнадцать лет — возраст, когда, казалось бы, пора оставить детские мечты и начать строить взрослую жизнь: найти девушку, завязать отношения, определить для себя цели и мотивацию. Но Артём стеснялся своей внешности: очки, рыжие волосы, веснушки — всё это раздражало его. Веснушки казались ему маленькими точками, словно гречка в тарелке, которую он ел каждое утро перед школой.

По пути в школу он часто останавливался на узкой, красиво асфальтированной дороге и смотрел на разметку игры в классики. Помните такую игру? Нога перемещается с одной клетки на другую в зависимости от выпавшего числа — словно знаки, указывающие путь к цели. И каждый раз, глядя на эти цифры, Артём задумывался о своём пути в жизни.

А напротив стоял небольшой домик, из которого выходила Анна — его одноклассница. У неё была красивая коса и умные глаза. Когда дверь домика со скрипом открывалась, и металлические петли издавали характерный звук, их взгляды встречались, но не в этот раз.

— Привет, Артём! На что уставился? — тихо спросила Анна, слегка толкнув его в плечо, словно выводя из глубокого транса.

Они были друзьями и часто вместе играли в классики или резиночку, но уже в компании побольше. Анна иногда задумывалась над словами Артема: «Видишь цифры? Они словно знаки, указывающие путь!» Анна медленно усмехалась, но с серьёзным лицом добавляла: «Знаки и знаки знаков используются тогда, когда есть недостаток вещей».

— Что? — приподнял брови Артём, наконец обратив внимание на свою подружку.

— Пойдём, дурачок, на занятия, — сказала Анна, и они вместе направились в школу, мило беседуя и смеясь.

Звонок прозвенел, и они отправились на перемену. Подходило к концу третье занятие. Они подошли к раздевалке, где толпилось много народу. Артём взял свою летнюю куртку и вышел на свежий воздух, чтобы немного отдохнуть от душного класса. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как кто-то резко толкнул его. Артём чуть не упал, но успел зацепиться за косяк дверного проёма.

До его ушей донёсся женский плач. Он увидел спину, которая отдалялась, всхлипывая, и плач разносился на всю улицу. Это была Анна.

— Стой, погоди! — прокричал он ей вслед, но она убегала всё быстрее и быстрее. Тогда Артём решил догнать её и выяснить, что же произошло.

Он бросился за ней, но так и не успел догнать. Он видел, как силуэт Анны скрылся в доме, а сам остановился на той же дороге и посмотрел в её деревянные окна. Что могло случиться такого, чтобы сбежать с уроков? Артём решил не стучать и не тревожить Анну.

Он снова посмотрел на разметку игры в классики. Один, два, три, четыре… Но когда он попытался поставить ногу на цифру пять, что-то странное произошло — его словно откинуло в начало. Артём слегка помотал головой, не понимая, что происходит. Его рыжие волосы зашевелились, как листва на деревьях от ветра.

— Один, два, три, четыре, пять! — громко крикнул он, но цифра снова его отбросила. «Знаки», — подумал он. И вдруг цифры загорелись разноцветными огнями: красным, зелёным, жёлтым. Самая коварная оказалась цифра пять — она моргала, манила к себе, словно светофор, предупреждающий, что идти можно будет только после определённого сигнала.

— Ничего не пойму, — проговорил Артём, всё ещё сидя на дороге и глядя на разноцветные цифры. И тут в его голове возникло эхо: «Если пройдёшь, откроешь путь, а я буду твоим проводником!»

— И кто ты такой? — спросил Артём.

Голос загадочно шептал: «Я могу быть любым животным, абсолютно любым, которого ты представишь. И если мне понравится, то я дам тебе подсказку, как пройти!»

Артём задумался. Какое животное выбрать? Ему нравился образ волка — в нём был дух воина, стойкость, честь семьи и, самое главное, свобода. Он начал представлять серебристую шерсть, яркие глаза, которые могли меняться в зависимости от ситуации — добрые или злые. И, конечно, лапы, которые уверенно стояли бы на любой поверхности.

— Волк! Мне нравится такой проводник. У него чуткий нос на ложь, и он умеет видеть людей насквозь — по дыханию, по паузам и по тому, как они держат взгляд, — сказало Эхо.

И тут, словно по волшебству, перед ним возник удивительный зверь — серебристо-коричневый волк.

И как пройти к этому месту, ты сказал, что дашь подсказку? Обратился он к только что появившемуся из ниоткуда силуэту его проводника!

Но волк молча пошёл вперёд, собирая цифры и вознося их перед взглядом Артёма: один, два, три, пять, десять. Артём откидывал их в сторону — влево, вправо. И вдруг свет моргнул. Перед ним открылся новый путь, новое измерение — мечта сбылась не в голове, а наяву новых приключений!

АНОМАЛИЯ

Свет моргнул настолько ярко, что Артёму пришлось зажмуриться; он инстинктивно придержал очки, боясь, что они соскользнут с носа и разобьются.

Путь, который ему предстояло пройти, был совершенно неизвестным и окутан загадочной пеленой. Глаза были закрыты, и в первый момент ему показалось, что вокруг царит полная тишина.

Но вот ветер ласково коснулся его лица, развевая волосы, и это придало ситуации ещё больше таинственности. Под ногами было удивительно мягко — словно он стоял не на земле, а на пушистом облаке или на мягком пледу, набитом птичьим пухом.

Артём попытался прислушаться, но не услышал ни звука. Ему показалось, что его чувства обострились: обоняние, вкус, осязание — всё стало более чувствительным.

В душе что-то стучало — то ли от радости, то ли от страха. Он не мог разобраться в своих эмоциях и, распахнув золотистые глаза, увидел мир в совершенно новом свете. Его зрение стало острым, как у ястреба, и он видел всё с ясностью орла.

Свет искажал реальность, словно что-то сломалось в механизмах мироздания. Это было похоже на помехи в радио, которое никак не удаётся настроить на чистую волну.

Артём сделал шаг вперёд, и перед ним начали появляться силуэты. Чем ближе он подходил, тем чётче они становились. Но вдруг порыв ветра вернул его в исходное состояние — снова пустота и искажение. В голове мелькнула мысль о петле времени, как в фильме «День сурка». Время здесь словно потеряло свою власть и постоянно возвращало его к исходной точке.

Артём снова двинулся вперёд, но каждый шаг словно отбрасывал его назад, не давая насладиться видом только что появившегося города. Он не мог разглядеть его до конца. После множества попыток и возвращений он смог различить лишь перрон, который напоминал вокзал. Перрон был одновременно и далеко, и близко.

«Сколько попыток я уже сделал? — размышлял Артём. — Пятьдесят? Сто?» Он потерял счёт, но не сдавался. В его голове крутились мысли: «Аномалия, похожая на вибрации, или всё-таки петля времени? Почему я не могу продвинуться дальше?»

Сто, двести, двести пятьдесят — каждая попытка возвращала его к началу пути.

— Ну где ты, проводник? — крикнул он в пустоту. — Ты же обещал провести меня, а я застрял! Сколько ещё попыток мне нужно сделать, чтобы этот искажённый мир впустил меня?

— Я правильно понял, проводник-ник-ник? — эхом отдавалось где-то в глубине волшебного мира.

И вдруг, словно молитва, произнесённая в отчаянии, перед ним возникло загадочное дерево, а рядом с ним — Волк. Зверь не был похож на полноценное существо, он был скорее силуэтом, призраком. Он словно говорил: «Прикоснись к дереву». И плавно положил лапу на ствол, показывая, как нужно сделать!

Артём подошёл и приложил руку к дереву. И тут он снова смог слышать! Это было невероятно! Он услышал голос, который объявлял посадку на «деревянный дуб».

— Объявляется посадка на деревянный дуб! Прошу пройти на перрон и занять свои места согласно купленным билетам, — громогласно оповещали в рупор со всех концов вокзала. Голос разносился по всему пространству, отражаясь от стен и сводов, и создавал ощущение чего-то невероятно знакомого и в то же время сказочного.

Это что-то напомнило ему железнодорожный парк детства, где он часто бывал с родителями и с замиранием сердца слушал подобные объявления, представляя себя отважным путешественником, отправляющимся в далёкие и неизведанные края. В воздухе витало ощущение волшебства и предвкушения чего-то необычного, и сердце его забилось быстрее от волнения и радости.

Мир снова завибрировал и моргнул, словно быстрая вспышка света перед глазами. Артём оказался в деревянном кресле. Поверхность кресла была отполирована до блеска и покрыта лаком. Из сучков торчали ветки, словно на этом месте зарождалась новая жизнь — новый дуб или новый поезд.

Поезд не шёл по рельсам, а словно парил над ними, передвигаясь рывками, — это напоминало движения Аномалии. «Что-то сломалось», — с тревогой думал наш герой, вглядываясь в причудливый механизм поезда и пытаясь понять, что пошло не так. Он чувствовал, как внутри нарастает напряжение.

Оглянувшись в окно, Артём увидел своего проводника — призрака, летящего за поездом. Тот парил так легко, словно пытался поймать какую-то связь. Когда их взгляды встретились, в голове Артёма прозвучало эхо: «Многие считают это патологией — не слышать звуков. Но на самом деле это талант — различать звуки без слуха».

— Согласен, — мысленно ответил Артём. Слова были не нужны, и проводник кивнул, а затем исчез. Дубовый поезд, сверкающий мудростью, продолжал свой путь в неизвестном направлении.

НАЧАЛО

Дубовый поезд всё так же неспешно шёл по своему маршруту, словно время здесь текло по иным законам. Артём, сидя в вагоне, пытался насладиться ощущением движения по путеводным рельсам, которых не было ни видно, ни слышно.

Он мечтал о том, чтобы поезд мчался так же быстро, как скоростные составы в Японии, но вместо этого царили тишина и покой. Однако было в этом путешествии что-то странное, что-то, что отличало его от обычных поездок. Аномальные зоны возникали словно скачки во времени: казалось, что время перескакивает на одну секунду или даже долю секунды, нарушая привычный ход вещей.

Артёмка прикрыл глаза, пытаясь отдохнуть и понять, для чего он здесь и какова реальность в конце пути. Если в начале всё казалось сломанным — не слышно никаких звуков, — то что же ждёт его на конечной остановке этого перрона? Вопрос оставался загадкой, и это терзало его мысли.

Наш герой закрыл глаза и вдруг ужаснулся: его разум начал показывать картинки, словно это была автокатастрофа, которую невозможно предотвратить. Время остановилось, все живущие существа магического мира остолбенели, а вдали виднелась тёмная расщелина, словно разлом двух миров. Она не была похожа на яркий свет, а источала тёмные медленные тени, которые струились из неё, создавая ощущение угрозы и неизвестности.

Артём чувствовал надвигающуюся проблему, словно шторм и буря. Что-то тёмное и опасное приближалось, но инстинкт самосохранения взял верх. Его глаза зажмурились от испуга, и мысленно он произнёс: «Не хочу застыть как камень, хочу вернуться в изначальную точку!» Эти слова, словно желание, прозвучали в его голосе, и его мгновенно откинуло в начало пути — как тогда на дороге, когда он пытался пройти сквозь цифры в игре в классики.

Снова наступила тишина, но наш герой уже не чувствовал того лёгкого мерцающего полёта, который ощущал недавно. Артёмка открыл глаза и увидел дуб — тот самый, к которому он недавно прикасался, чтобы услышать его шёпот. «Нет», — произнёс он и подумал: «Это не вальс, не добрый танец в магическом мире. Это что-то другое. Разница между началом его пути и концом дубового поезда огромна».

В его голове пронеслось эхо: «Мир сломан, как ты заметил. Ты понял разницу между двумя конечными остановками. Дотронься до дуба, и ты увидишь изменения, которые проявляет аномальная зона этого волшебного мира!»

Артём был в смятении. Он не знал, как поступить, но надеялся, что всё это лишь игра разума, которая вернула его в начало. Может быть, всего этого не было? В его голове роилось столько вопросов, словно улей, пытающийся пробить стены и вырваться наружу.

Сделав глубокий вдох и выдох, Артёмка решил прикоснуться к дереву. Но когда он это сделал, кора дуба преобразилась в карту — необычную и обманчивую. Казалось, что первоначальный путь был правильным, но теперь эта карта вводила в заблуждение, словно клоун, который пытается обмануть, и затащить в невидимые цепи и сковать в пустоте страха и отчаяния.

После того как Артём осознал, что его дурачат, произошёл скачок, и он оказался в другом месте. Перед ним стоял его проводник. Радость и чувство безопасности охватили героя, и он кинулся к нему, вытянув руку, чтобы дотронуться до призрачного силуэта. Но вдруг он остановился.

Что-то изменилось: его Волк больше не выглядел как призрачный силуэт, а скорее как полноценное животное, которое преобразилось после того, как Артём подумал о том, какое тотемное животное он выбрал. Герой остановился и пристально наблюдал, как Волк вылизывает себя, словно кошка по утрам, которая умывается.

Артём неспешно подошёл ближе, и их взгляды встретились. Он что-то заметил в блестящих глазах Волка, но вдруг тот растворился, словно сахарная вата, брошенная в воду. На месте Волка образовалась лужа, которая завибрировала, отдавая звуки волнам, которые постепенно исчезали. А на этом месте выплыл компас. Артём пристально разглядел его: красивая коричневая окантовка, похожая на карманные часы, но вместо указаний на стороны света была лишь стрелка, указывающая на надпись «вчера».

«Что бы это могло значить?» — подумал герой. Мысли путались, всё перемешалось в голове. «Спокойно, спокойно», — проговорил он сам себе. Это похоже на сон. Артем закрыл глаза и почувствовал мурашки по коже — словно волна новой аномалии пробежала по нему.

«Не открывай глаза, не открывай глаза», — шептал он, боясь неизвестности. Но нужно было решать, и герой медленно приоткрыл глаза, словно прищурившись. Перед ним возник перекрёсток трёх дорог.

Одна дорога пахла жареными пирожками и детством — теми моментами, которые так дороги сердцу. Вторая была усыпана битым стеклом, но каждый осколок отражал не его лицо, а его непрожитые жизни, будущее. «Странно», — подумал он. Третья дорога вовсе не была дорогой — только лестница, уходящая в небо, но ступеньки были необычные: они словно были сделаны из осенних листьев, хотя на календаре был апрель.

Где-то за спиной хлопнула дверь. Герой обернулся — двери не оказалось, зато была будка с надписью «Конечная». «Может, это будка моего Волка?» — подумал Артём, но она оказалась пуста. На будке висело расписание, повёрнутое вверх ногами, а голос из динамика повторял: «Внимание, поезд «Никуда» прибывает через пять минут после того, как вы его пропустите».

«Пропущу, но кого?» — задумался Артёмка. И тут словно из ниоткуда появился встречный деревянный дуб. В нём смеялись и разговаривали, но Артём только успел отпрянуть в сторону и заметил лешего с фонарём. Леший, казалось, освещал себе путь в туманной аномальной зоне, а на его плече сидела фея, отличающаяся от всех: её крылья были настолько ржавыми, словно время не щадило даже монету под землёй.

Дым от поезда был неестественным, и тут Артём увидел трубку, напоминающую кальян. Это оказалась зелёная гусеница, которая разбрасывала клубки дыма. Артём остолбенел от увиденного. Смешной взгляд гусеницы встретился с его взглядом, и гусеница выпустила из себя причудливый круг, который коснулся лица героя. Насекомое произнесло: «Возраст — это цифра», — и поезд унёсся прочь.

Артём пошатнулся, его одурманенная голова поплыла, словно он сам стал аномалией. Перед ним всё так же стояли три пути, и он наконец сделал выбор. Детство и жареные пирожки — словно он и забыл свой возраст пятнадцатилетнего парня, а просто хотел насладиться тем временем, когда выпечка пахла по-особенному, а беззаботное детство было настоящим. Он почувствовал лёгкость в движениях, в мыслях и в голосе. Самое приятное в детстве — когда за тебя всё решили, и тебе не нужно думать о будущем, а можно просто наслаждаться настоящим.

Артём, не думая, просто шагнул вперёд!

СТРАНА ЧУДЕС

По пути в беззаботное детство Артём через некоторое время встретил своего проводника — Волка. Тот уже не казался милым, честным, стойким или решительным.

Волк сидел на крыльце заброшенной телефонной станции и задумчиво перематывал свои усы на кассету. Из динамиков станции доносился хриплый голос, который читал прогноз погоды на завтра. Но завтра ещё не наступило, а голос уже успел охрипнуть, словно от бесконечной усталости или долгого одиночества.

Проводник… — обратился Артём к своему странному тотемному животному, которое привело его в этот причудливый мир. Не успел он дотронуться до Волка и встряхнуть его, как перед ним возникла странная дорога.

«Чего опасаться?» — подумал наш герой. Никто не знал ответа на этот вопрос, но Артём, который не помнил своего возраста, был охвачен любопытством, словно маленький ребёнок, жаждущий новых открытий.

Артём отправился по тропе, вымощенной рваными телефонными проводами. Под землёй его ноги словно не слушались хозяина и пытались повернуть назад, но он упорно шёл вперёд. Иногда ноги закручивались, как в цирке кривых зеркал, и это смешило Артёма, но он старался контролировать каждый шаг, словно балансируя на краю бездны.

Небо было обтянуто парусиной, и огромный леший рисовал на ней мелом облака. Но он постоянно ошибался: то выводил треугольник, то круг, словно забыл, как выглядят пышные облака.

Артём попытался вспомнить, сколько ему лет, но безуспешно. Он поднял голову, хотел подсказать великану и стал кричать, но тот не слышал его. Как только Артёмка выкрикнул последнее слово, пошёл странный дождь — вместо мокрых капель с неба сыпались восклицательные знаки, словно сама реальность возмущалась происходящим.

«Леший, — подумал Артём, — возможно, это я виноват, что пропустил тот поезд из ниоткуда». Он вспомнил гусеницу и смешное насекомое, которое смеялось, как ребёнок, словно его одурманили дымом. Это приключение, эта дорога в детство, была какой-то неправильной, будто вывернутой наизнанку.

Восклицательный знак упал Артёму на плечо и задержался на мгновение. Он посмотрел на него, а тот с диким ужасом закричал, словно мышка, загнанная в угол. Наш герой просто стряхнул знак и двинулся дальше, ведомый запахом из своих воспоминаний, которые казались одновременно и близкими, и невероятно далёкими.

Он неспешно шёл по нескончаемому пути среди многочисленных знаков, которые мило падали и кричали. Аномалия вернулась так быстро, словно желала напомнить о себе. Кричащийся дождь прошёл, великан исчез, и Артём увидел странный пенёк, словно старый, истерзанный временем. На нём сидел гриб — он не был похож на обычные грибы, которые Артём встречал в своих лесах. Гриб этот был зелёным, с густыми бровями, но, похоже, спал. Рядом на веточке сидела синичка с красивым оперением.

— Привет! — проговорила она, обращаясь к нашему путешественнику.

Артём удивился и ответил взаимностью:

— Привет!

— Привет-привет-привет, — повторяла синичка снова и снова.

Наш герой уже не обращал внимания на её повторения, его стал манить гриб. Он приблизился так близко, что их взгляды, казалось, встретились. Гриб проснулся, и Артём отпрянул от испуга. Круглые глаза гриба наполнились болью и ужасом, словно его загнали в угол. Рот гриба зашевелился, и он стал выдавливать из себя слова:

— Иди налево, а может быть, направо? Я запутался. Ты знаешь, куда тебе надо — налево или направо? Налево или направо, ты знаешь?

Артём сжалился над этим беззащитным существом и решил, что гриб и синичка — его союзники в этом странном мире. Он попытался дать совет:

— Попробуй пойти налево. Если тебя что-то ужаснёт, ты всегда сможешь вернуться и выбрать другой путь.

Но слова терялись, словно сигнал ненастроенного радио. Артём собрался с мыслями, сжал кулаки, чтобы помочь своим новым друзьям, и снова выкрикнул совет, но слова снова потерялись в пустоте. Странно, подумал наш герой, но время шло, и надо было решать.

Артём расстроился, и ему пришлось сделать выбор и пойти дальше. За спиной всё тише и тише слышались уходящие голоса: «Привет», «Налево или направо». В конце концов они замолкли, забылись. Но совесть не позволила Артёму уйти далеко — он остановился и вернулся за своими только что встретившимися друзьями.

— Привет, — говорила синичка.

— Налево или направо, — повторял гриб.

Артём посадил синичку на плечо, словно орла, а гриб взял в руки. Так они двинулись дальше, поддерживая друг друга. Тучи сгущались, квадратные облака, которые когда-то рисовал леший, потерялись из виду, и всё застелилось непроницаемым туманом. Артём вытянул руку вперёд — каждый шаг давался с опаской, словно впереди был обрыв.

«Холодно», — прогвоворил наш герой.

«Холодно», — повторила синичка.

«О, кто-то заговорил!» — удивился Артём. Но теперь было одно повторяющееся слово: «Холодно-холодно-холодно». От этого слова Артёму становилось не по себе, словно оно проникало в самую душу.

Пар медленно струился из его рта, но он всё так же пытался нащупать что-то руками или ногами, лишь бы не пропасть в этом тумане. Что-то моргнуло, и сквозь туман проступили мигающие силуэты молний. Невинный гриб затрясло от страха, и Артём, чувствуя вибрации в своей ладони, решил успокоить его, словно дитя, и стал гладить по макушке.

Наконец наши союзники вышли из тумана, и перед ними появились два пути — налево и направо.

— Куда же? — проговорил Артём.

— Налево или направо? — повторял гриб, который уже засыпал. Он словно предупреждал о выборе ещё до начала их пути, словно знал что-то важное. Но Артёма это не смутило — он верил, что его новые друзья знают многое, просто немного запутались.

«Мы всегда сможем вернуться», — подумал Артём и повернул направо. Дорога сужалась, а синичка всё шептала ему на ухо: «Холодно». Она становилась всё уже и уже, словно тропинка, по которой он часто ходил со школы домой. В конце концов дорога сузилась до размеров дверного проёма — но их было два, левый и правый, словно путь, о котором бредил гриб.

Дверной проём не был похож на обычные межкомнатные двери — у них не было ручек и петель, они словно парили над землёй.

— Странные вещи, однако, тут происходят, — произнёс Артём.

Синичка переключилась на одно и то же слово: «Вещи-Вещи-Вещи».

Артём решил толкнуть одну из дверей, но она не поддавалась никаким законам физики или логики. Затем сверху на дверную коробку присел милый цветочек в горшке и начал зевать. Его зубы оказались совсем не дружелюбными, а хищными — казалось, он мог проглотить наших героев и не подавиться, а потом сделать маленькую отрыжку и скрыться за стеной дверного проёма.

— Я страж, — проговорил милый цветок. Напряжение нарастало — его слова были словно предупреждением.

— Сомневаешься, странник? Я люблю сомнительных существ — это их слабость, а я питаюсь слабостями. Это моя энергия, как у кровопийц, вампиров, людей, которые поглощают энергию. Я питаюсь всеми сомнениями, которые сейчас исходят от вас!

Гриб снова задрожал, синичка утихла, а Артём, набравшись смелости, решил отстоять свои страхи и сомнения.

— А я люблю загадки! — дерзко и уверенно бросил он вызов злобному цветку, не подавая виду, что боится. Клыкастый цветочек почувствовал, что нужно сломать человека — это самая сильная энергия в этом мире.

— Давай так, — проговорило растение. — Если я не угадаю твою загадку, то ты пройдёшь дальше и сам выберешь одну из дверей. А если нет, я съем все сомнения одного из твоих друзей. У тебя есть три загадки, но знай: цена велика — я могу вас высушить до тла!

— Идёт, — с улыбкой на лице проговорил Артём, словно знал, что никто не знает ответ на его загадку. — И только сотый с тобой пойдёт — откуда эта фраза?

Растение разгневалось, и Артём уже предвкушал вкус победы. Он хотел было потанцевать, как часто делал это дома — тень с тенью или танец перед зеркалом, — но сдержал себя, сохраняя сладкий вкус победы.

— Ладно, ты выиграл, — проговорило растение с ухмылкой на лице. — Но помни: тебе стоит выбрать одну из дверей.

Оно обернулось, чтобы покинуть Артёма, но тот остановил его:

— А ты желаешь знать ответ на мою загадку?

Злобный цветок мило улыбнулся, захлопал листочками и начал качать головой в знак согласия.

— Это часть стихотворения Редьярда Киплинга, — ответил Артём.

— Странные у вас стихи, — пробурчало растение и прыгнуло вправо.

Артёму показалось странным, и он начал размышлять о секрете, который хранит одна из дверей. Цветок с горшочком запрыгнул на первую дверь слева, а затем прыгнул вправо, когда решил покинуть нас. «Значит, это и есть правильная дверь, если рассуждать логически», — подумал Артём.

Он медленно дотронулся до двери, но ручки не было.

— Странно всё это, — проговорил он своим союзникам, которых встретил в пути.

Артём начал прощаться с ними, вдруг аномальная зона сотрёт их из его памяти, вдруг он забудет их. К нему пришло ощущение неполноценности — чего-то не хватало. Язык медленно нащупывал во рту зуб.

— Он иссез! — проговорил Артём вслух. — Вы понимаете меня? Фде мой фуб? — это звучало, словно хоккейная шайба врезалась в челюсть, и он стал картавить.

Фуб-фуб-фуб

Гриб засмеялся, и его смех прозвучал так неожиданно и искренне после долгой паники, что синичка тоже начала издавать мелодичный смех.

Зелёный гриб произнёс:

— Налево или направо — не важно. Важно, чтобы ты помнил и не бросал друзей на своём пути, что было правильным вернутся за нами.

Его зелёная макушка начала отбрасывать пыльцу, словно магическая фея во время колдовства, и на его месте вырос новый зуб — белее всех на свете. Артём вдруг вспомнил, что бывал здесь раньше, во снах. Он бродил и искал выход, а надо было лишь найти союзников на своём пути и не бросать, а ведь он часто бросал их в своих снах в пятнадцать лет, тринадцать, не зря, наверное, что он позабыл свой возраст.

Он медленно опустил своих проводников и немного задержался, а затем встал и протянул руку к парящей двери. Там образовалась ручка, словно по волшебству. Артём оттолкнул дверь, и свет ослепил его. Он прищурился, а затем перевёл взгляд на маленьких существ магического мира.

— Берегите себя, — сказал он им. — Надеюсь, я выбрал правильный путь.

Без тени сомнения Артём шагнул в дверь и услышал эхо, которое звучало одновременно и рядом, и далеко:

— Да, Артём, ты выбрал правильный путь, не сомневайся.

ГОРОД ОЗ

Аномальные зоны уже не пугали Артёма — после стольких странствий он словно привык к неожиданным скачкам, которые порой ощущались как порталы в будущее или прошлое, а иногда отбрасывали назад. Но со временем он начал понимать, что все эти перемещения — части единого целого, связанного невидимыми вибрациями, напоминающими радиоволны.

После того как Артём вошёл в дверь — правильную или нет, он не знал наверняка, — сомнения глубоко засели в его душе. Гриб предупреждал, что путь верный, но неуверенность не отпускала. Артём всегда придерживался принципа: «Я верю в то, что вижу», — и теперь ему срочно требовалось подтверждение, что он действительно оказался в нужном месте.

Осмотревшись, Артём не увидел ничего, кроме пустоты. Страх и сомнения терзали его душу. Он закрыл глаза и мысленно позвал своего проводника. Несмотря на недавние жуткие события, в которых он столкнулся с ужасающими усами, как он потерял частичку волчьей неполноценности, Артём всё же надеялся на отклик. «Проводник, ты слышишь меня?» — мысленно взывал он, но вокруг царила тишина — ни дуновения ветра, ни ответа.

В отчаянии Артём снова решил осмотреться, и тут, словно по волшебству, появился Волк. Он ехал верхом на черепахе, которая двигалась задом наперёд. Артём обрадовался и поднял взгляд, показывая, что с ним всё в порядке. Волк завилял хвостом от радости, как собачка, которая ждёт лакомства или возвращения хозяина. Но вдруг хвост отвалился — не был оторван или отрезан в кровавой схватке, а просто отпал, как змея сбрасывает кожу. Хвост превратился в песочные часы, и песок в них сыпался вверх, нарушая все законы физики.

«О нет!» — проговорил Артём, наблюдая, как его проводник покидает это место, а на месте отвалившегося хвоста вырастает новый, словно мебель в доме обновляется на что-то новое и изящное. Песок в песочных часах завораживал своей непокорностью природы. Артём взглянул на часы и в танцующих песчинках увидел свои воспоминания — как он прибыл сюда, как его отбросило назад тогда в классической игре. Он улыбнулся, понимая, что находится на верном пути, и гриб не обманул его.

Артём взглянул на дорожку, которая прямо на его глазах меняла форму, и снова отправился в путь, полный неизвестности. Ветер нёс запах железа и забытых обещаний. Под ногами хрустели ветки, и каждый шаг отзывался чем-то магическим, словно мыльный пузырь. Это напомнило Артёму детство, когда они с друзьями пускали мыльные пузырьки. Из любопытства он решил лопнуть один из них, и из сформировавшегося пузыря вылетело маленькое слово «ау», словно молодая пара потерялась в лесу и пытается найти друг друга.

Прищурившись, Артём вгляделся в горизонт, пытаясь разглядеть что-то вдалеке. Там что-то висело в воздухе. Он ускорял шаг, а мыльные пузыри всё быстрее возвышались ввысь и лопались, оповещая: «Ау-ау-ау».

Спустя какое-то время Артём достиг места назначения и с удивлением обнаружил в воздухе фиолетовые кирпичики, которые плавали, словно попылвки в озере. Они двигались в такт несуществующим волнам — то быстрее, то медленнее. Это напомнило ему сказку о городе Оз, где фиолетовые кирпичи могли менять цвет — становиться жёлтыми, зелёными, фиолетовыми.

Воспоминания нахлынули на Артёма, и он вспомнил, как мама читала ему перед сном сказку о волшебном городе Оз. Он тогда пообещал себе, что когда-нибудь посетит эту страну чудес. Мама целовала его, говорила: «Спи сладко, пусть тебе снятся только хорошие сны», — и тушила свет. Эхо прошлого всё ещё звучало в ушах Артёма.

«Неужели за холмом город Оз?» — с удивлением проговорил путешественник и продолжил путь, отбрасывая причудливые кирпичики. Они отлетали от него, словно тень, струясь медленно и плавно. Артём ускорялся, стремясь увидеть изумрудный город, и быстро преодолел все препятствия — перепрыгнул каждый камешек, перешёл каждую ямку, откинул каждый кирпич. И вот за холмом показалась верхушка здания, но цвет был странным — красным, как помидор, а не зелёным, как сверкающий изумруд.

Артём остановился на каменном холме и стал рассматривать сверкающий красный город. Он ожидал увидеть зелёный, завораживающий город, но реальность оказалась иной. Начало Холма было выложено из круглых камней, которые указывали извилистый путь к городу.

Вдруг рядом пронёсся звук, похожий на чихание. «Кто здесь?» — огляделся Артём и увидел оживший камень. Серый, мощный и тяжёлый, он казался готовым скатиться с холма, но каменные бордюры по краям удерживали его как единое целое с природой.

Артём улыбнулся: «Я помню тебя по книге, ты постоянно чихаешь из-за ветра, который щекочет тебе нос!» Камень ответил: «Верно, верно. А ты кто будешь, путник?»

«Меня зовут Артём», — ответил он. Соседство хаоса и точности раздражало его человеческий разум.

«Ну раз ты знаешь про погоду, значит, мне не стоит жаловаться на неё, — продолжил камень. — Хотя здесь и вправду холодно. А ты знал, что ветер может ускоряться до нескольких километров в час?» И всё же жаловаться на погоду было неотъемлемой частью его жизни.

Эти жалобы стали своеобразным ритуалом, который, казалось, придавал его дню некую предсказуемость и даже комфорт; они были частью его утреннего диалога с самим собой или с окружающими, и порой ему казалось, что без этих слов о погоде день не начнётся по-настоящему.

Артём поднял указательный палец, останавливая поток слов камня. «Тсс, — перебил он. — Слышишь?»

«Что? Нет, конечно! — ответил камень. — Я только говорил, какой сильный озноб берёт меня в прохладные ночи!»

Но Артём уже не слушал. Он прислушивался к музыке, которая гипнотизировала и манила его. «Чихун, прости меня, — сказал он камню, — я бы взял тебя с собой, но, боюсь, не смогу унести».

«Ничего страшного, — улыбнулся камень. — Я рад был познакомиться с тобой. Ты такой, каким я представлял путников в своих мечтах».

«Постой, Артём! — окликнул его камень. — Я должен сказать тебе несколько слов, чтобы ты смог пройти в город. Вытяни перед собой ладони, я кое-что шепну».

Артём медленно поднёс руки к камню. Тот начал шептать, словно заговаривая порчу. Вдруг камень отрыгнул, и из его рта в ладонь Артёма выпал стеклянный глаз.

«Фуу! — сказал Артём. — Но он не слизистый и не слюнявый, он чистый. Что это?»

«Это твой личный артефакт, — ответил камень. — Я даю разные вещи: ключи, платки, клубки — кому-то, чтобы не заблудиться, кому-то — чтобы открыть дверь. В твой артефакт нужно просто заглянуть».

Артём посмотрел в стеклянный глаз. Тот не моргал, но имел полноценную оболочку с белым зрачковым покрытием, которая переливалась разными цветами, создавая блики, как в калейдоскопе. В этом стекле Артём увидел вчерашний день, но зачем ему это осталось лишь загадкой.

Звуки мелодии становились всё ближе, словно ждали Артёма. Попрощавшись с Чихуном, он направился на манящие звуки, словно на запах еды, который манит голодного человека.

С каждым шагом музыка становилась всё отчётливее. Из нот начали формироваться слова, которые уносились ветром к небу: «Среда», «четверг». Подойдя ближе, Артём увидел огромный орган. Его дерево ослепляло, а детали блестели, как у старинного отреставрированного музыкального инструмента. Резные письмена и клавиши опускались медленно и чётко, словно невидимый музыкант сидел и играл на нём. Бас зазвучал в ушах Артёма, и слово «понедельник» возвысилось, а «суббота» прозвучала фальцетом.

Артём прошёл несколько метров и остановился. Он чувствовал: цель близка. Но что-то было не так.

ЛОГИКА

Что-то тревожило Артёма, словно тень сомнения падала на его подростковые надежды. Он снова и снова задавался вопросами, которые не давали ему покоя, но путь всё так же вёл его к красно-изумрудному городу, манившему своей загадочностью и обещавшему ответы на все вопросы. Вдруг рядом с бордюром послышалось громкое «Апчхи!». «Чихун, ты тут?» — с удивлением спросил Артём.

И тут один из камней на дороге вдруг заговорил: «Да, я здесь, — произнёс он. — Как ты покинул свой холм? Ты забыл, что я — одно целое с этим мостом? Я как проводник, стою на границе двух миров. Та сторона, где ветер бушует с особой силой, я часто простываю, но здесь, на мосту, ветер спокойнее, и моя обязанность — встречать странников и провожать их до самых дверей. А ты знал, что здесь, хоть и не так прохладно, ветер движется гораздо медленнее?»

«Я снова тебя раздражаю?» — спросил чихун. «Нет, — с улыбкой ответил Артёмка. — С тобой даже весело на этом пути. Ну что ж, дорога не маленькая, ты со мной, чихун!» И Артемка начал перемещаться шаг за шагом, а чихун камень за камнем, по единому мосту. Бордюр словно моргал: глаза с тонкими губами то появлялись, то исчезали. Но самая отличительная черта чихуна была в том, что каждый его чих при перемещении отдавался эхом в ушах нашего героя.

Тем временем «градусник нервов» Артёма постепенно приближался к красной отметке надоедливости, но он старался сохранять спокойствие, чтобы не вспылить. Он пытался разглядеть в чихуне что-то особенное, и это отвлекало его от тревожных мыслей. Шаг за шагом они приближались к воротам города Оз. Артём заметил, что его проводник словно охранял вход в город. Радость вспыхнула в его сердце, и он ускорил шаг, почти перейдя на бег, а надоедливый спутник молниеносно поспевал за ним.

Но вдруг что-то изменилось. Проводник уже не казался добрым волком или эхом в голове Артёма. Он тщательно вылизывал себя, и когда их взгляды встретились после долгой паузы, Артём заметил, как веки животного медленно смыкались. В его глазах герой увидел отражение себя, но словно через много лет: морщинки под глазами, более мужественный взгляд. Всё это произошло за считанные минуты. Артём видел боль в глазах собственного отражения, и хотя не мог определить, был ли тот радостным, мудрым или печальным, он видел в нём себя — себя через год, через много лет. Это мгновение оставило глубокий отпечаток в его памяти.

Волк улыбнулся, но его клыки были похожи на клавиши пианино, и он сыграл гамму разных звуков, словно по ним быстро провели рукой. А затем из ушей его проводника вылетели две белые бабочки и унесли с собой последний кусочек нормальности. «Чихун, ты тоже это видишь?» — обратился Артём к бордюру, но привычного чиха не последовало. Тогда он увидел, как образ волка стёрся, словно кадр на старой видеокассете. Аномалия напомнила о себе, и перед ним возникли ворота, совершенно не похожие на те, что он ожидал увидеть — они были сделаны из прозрачного бетона.

Сквозь ворота виднелась пустота, в которой плавали отдельные предметы: женская шляпа с чёрным пером, огрызок карандаша, забытое имя, колода карт, кальян, напоминавший тот, что Артём видел у гусеницы на перроне. Дверь не пускала его. Он колотил в неё кулаками, бил ногами, но всё было бесполезно. «Что же делать?» — задался он вопросом. «Проводник, подскажи!» — обратился он, закрыв глаза. Ветер был настолько тих, что Артём слышал его приближение задолго до того, как он достигал его.

Когда он открыл глаза, ничего не изменилось. Тогда он подумал, что чихун может помочь ему. «Ты тут, чихун?» — обратился он в неведомую пустоту, словно это были последние слова надежды. Из его рта вылетел пузырь с надписью «Помоги, чихун» — это были слова отчаяния. Пузырь взмыл вверх, лопнул, и слова остались висеть в облаках. Артём заметил, как они разгораются пламенными символами: восклицательный знак, вопросительный знак, решётка, тег. Из них начали формироваться слова: «Забудь, что дверь существует, просто закрой глаза».

Артём не видел чихуна и не слышал его фирменного чиха, но чувствовал душой, что тот где-то рядом, возможно, за невидимой стеной, созданной аномалией. Она стёрла проводника, но забыла о надоедливом спутнике, который постоянно жаловался на ветер, но был единственным, кто остался рядом с Артёмом. На секунду герой закрыл глаза, словно стёр из памяти всё, что происходило, и когда он снова открыл их, ворота исчезли.

За ними в облаках всё так же витали разные вещи, но на этот раз из пустоты начало формироваться серое тело. Это оказался костюм: серое пальто и чёрная шляпа. Он напоминал загадочного странника, но у него было лицо Артёма, лишь с небольшими отличиями — теми, что герой видел в глазах волка. Голос, словно исходящий из пустоты, произнёс: «Ты думал, что ищешь голову, мозг или сердце. А ты всё время искал того, кто придумал эту дорогу. Это был я. То есть ты. То есть мы».

Артёма словно ждали в этом мире. Это была не магия Гудвина, не волшебство, а сама логика этого мира, которая теперь оборачивалась против него. Аномалия моргала, появляясь то в одном месте, то в другом, словно телепорт. Затем она возвысилась над нашим героем с книгой в руках и начала читать на непонятном языке.

Страницы медленно рвались, отлетали в сторону и исчезали, словно пыльца, похожая на ту, что он видел тогда на макушке зелёного гриба. Ветер усиливался, и Артём прикрыл лицо ладонью. Страницы ускорялись, и он заметил, как его ладонь начинает медленно исчезать — пустота решила избавиться от него, стереть из этого мира.

Артём был в замешательстве, не зная, что делать. Логика оказалась намного сильнее, чем он думал. Но в его голове мелькнула мысль: если они создали этот мир, то их права и силы должны быть равны. Он закрыл глаза, пытаясь найти свой дзен, успокоить душу и собраться с мыслями. Времени оставалось всё меньше.

Он представил дверь, нашёл изъян в системе и, открыв глаза, увидел позади своего старшего протеже дверь с надписью «Конец». «Ключ! Я забыл про ключ!» — выкрикнул он с отчаянием в голосе. Времени почти не оставалось. Преодолевая порывистый ветер и страницы книги, которые то и дело врезались ему в лицо, он настойчиво двигался вперёд, повернул ручку, но дверь была заперта!

Паника охватывала его, но тут он услышал знакомый чих. «Я вижу, тебе нужна помощь, но ты уже помог, — обратился Артем к чихуну. — Я много лет встречал разных путешественников. Они забывали обо мне, шпыняли, кричали, чтобы я ушёл. Это было самое обидное. Кто-то даже не выдерживал моей назойливости, но ты единственный, кто не отказался от меня, провёл со мной хоть немного времени и доказал, что достоин малой помощи. Глаза чихуна слезились, словно он нарезал лук, Артёму показалось, что он прощался с ним.

«Но как ты покинул свой мост?» — с удивлением спросил наш герой, чувствуя, что вот-вот исчезнет в небытие. «Ты всё ещё на том же мосту, просто ты не видишь этого, — ответил чихун. — Поднеси ладони! — Ты не посмеешь этого сделать! — злобный голос крикнул в сторону Артёма. Это была сама пустота, разъярённая и в гневе.

Чихун задрожал, увидев протеже, который сверлил его взглядом. «Нет, — отрезал он. — Я пожертвую собой, чтобы он прошёл в эту дверь. И неважно, что со мной случится. Знай, Артём, ты подарил мне минуты счастья, которые я забыл, и мне этого хватило.

Чихун начал что-то шептать, и внезапно золотистый свет моргнул сквозь пальцы Артёма. На его руках оказался ключ. Он быстро вставил его в замочную скважину и повернул по часовой стрелке. Книга захлопнулась, и существо попыталось броситься на Артёма, чтобы остановить его, но он уже открыл дверь и увидел золотистый свет, манящий его, словно солнце. Артём преобразился в полноценного человека, перестал быть прозрачным и закрыл дверь, слыша в голове долгий голос, который отозвался эхом: «Нет, ты не посмеешь так поступить со мной!»

Мир вокруг схлопнулся золотистым сиянием и превратился в письменный стол Артёма. Каждая история должна заканчиваться — победой или поражением, но на этот раз они одержали победу над логикой, физикой и самым невообразимым.

Где-то там, в другом мире, волк всё так же наматывает усы, ожидая нового путника, который призовёт его в волшебный мир. А Артёмка чувствует успокоение и восхищение за путешествие, за возможность побывать там, как когда-то обещал своей маме. Письменный стол, тетрадь, и над ней написано «Сочинение». А что будет дальше — возможно, мы скоро узнаем!

ЭПИЛОГ

Комната была обычной, ничем не примечательной на первый взгляд, но в ней таилась своя особенная атмосфера. На стенах — полки с книгами, среди которых были томики с удивительными сказками, способными унести в далёкие миры.

В углу стоял письменный стол, а на нём — тетрадь с обложкой, на которой виднелись чистые листы, манящие запечатлеть новые мысли и идеи. Артём приподнял краешек уголка тетради и увидел рисунок волка — столь реалистичный, что казалось, будто зверь вот-вот сойдёт с бумаги. «Воображение, — подумал он, — неужели всё, что произошло с нашим героем, всего лишь выдумка?» Нет, он не хотел в это верить. Ведь Артём был мечтателем, одним из тех редких путешественников, кому довелось заглянуть за занавес реальности и прикоснуться к чему-то большему.

С надеждой в душе он посмотрел на сияющую лампу. Её золотистая лампочка отбрасывала мягкий свет, который согревал комнату, словно маленькое солнце. Но это был лишь отблеск чего-то большего, что таилось за гранью обычного восприятия. Наш герой чувствовал, что вернулся не полностью. Где-то там, в глубинах подсознания, частичка его души всё ещё оставалась в стране Оз, где он вкушал сэндвич и входил в Изумрудный город. И даже его комната немного преобразилась: в окне всё ещё виднелись летающие звёзды — не настоящие, но завораживающие своим сиянием, словно феи, но на этот раз без ржавых крыльев.

Артём решил приоткрыть дверь своей комнаты. Свет из коридора чётко падал на окно, создавая причудливые контрасты света и тени. Он обернулся и увидел клубок нитей, лежащий на окне. «Что это? — подумал он. — Мать не могла оставить его, ведь она не занимается вязанием». В полуночной темноте, таинственной и загадочной, среди тусклого света он подошёл к подоконнику и тихо спросил: «И кто же ты?» Но в ответ была лишь тишина. «Странно», — подумал он.

Артёмка потушил настольный фонарь и прилёг на кровать. Тёмные блики на потолке отбрасывали причудливые тени, словно рассказывая историю дубового поезда, который наконец остановился после долгого пути. «Хищный цветок, питающийся сомнениями, расцвёл и стал прекраснее в тысячу раз», — промелькнуло в его мыслях. Свет темноты переливался, играя с многочисленными бликами, создавая причудливые картинки страны чудес.

Артем аккуратно ворочаясь, нашел удобное место на своей койке. Как только он закрыл глаза, услышал знакомый чих. Он улыбнулся, а затем перед его глазами появились знакомые символы — вопрос, тэг, из которых постепенно сложились слова: «Когда будешь готов вернуться, просто потяни за ниточку, и я стану твоим путеводителем!»

Наш герой почувствовал облегчение, словно первый снег под ногами — настоящий, хрустящий, как ломтики чипсов. Артём мило улыбнулся и заснул, зная, что дверь к новым приключениям слегка приоткрыта, и он всегда сможет шагнуть в неизведанное, стоит только захотеть...

ОТ АВТОРА

Дорогой читатель, если ты прочитал мой мини- рассказ Страна ОЗ, я хочу сказать тебе огромное спасибо за то, что погрузился в необычный мир! В этом мире, который я старался создать с любовью и трепетом, переплетаются элементы фэнтези и частички моей души, моей жизни. Каждая деталь, каждый персонаж — это отражение моих мыслей, переживаний и мечтаний. Именно из этого и родился мой необычный рассказ, который, надеюсь, оставил в твоём сердце хоть немного волшебства.

Моя главная цель — поделиться с тобой частичкой своего волшебства, увлечь тебя в мир фантазий и дать возможность на время забыть о реальности. Спасибо, что нашёл время прочитать моё произведение! Я очень ценю твоё внимание и надеюсь, что тебе понравилось путешествие в мой выдуманный мир.