Старые друзья.

Гости.

Беатрис Деккер, сосредоточенно хмурясь, делала пометки в блокноте зависнув между полом и потолком. Трикси или «мартышка», как её продолжала называть мама, её друзья и бабушка, не научилась левитировать и не стала ангелом — молодая женщина осуществила свою детскую мечту и стала астронавтом. Тётя Элла тоже помогала дочери старой подруги в воплощении её самых смелых и авантюрных замыслов. Это была вторая космическая миссия для астронавта-исследователя Беатрис Деккер. Она заметила странную тень за иллюминатором, скосила глаза и улыбнулась — старый знакомый.

— Мне не мерещится? — Роджер подплыл к коллеге, с лёгкой тревогой оглядываясь через плечо на иллюминатор, — там…

— Нет, — Беатрис спрятала блокнот в сумку, — это… Дядя А, что-то случилось?

— Не волнуйся, Трикси, — улыбается высокий афроамериканец в клетчатой рубашке и джинсах и вручает сумку с инструментами Роджеру, — вам следует быть внимательней с личными вещами, молодой человек.

— Что происходит? — Джек выплыл из своего отсека и таращится на новое лицо, — я только собирался сообщить, что потерянная тобой, Роджер, сумка с инструментами не желает нас покидать, пошла на опасное сближение со станцией, как она просто исчезла и…

— Я вернул вам её, — говорит незнакомец, — была серьёзная вероятность, что вы все и моя племянница можете пострадать в результате вашей небрежности, мистер Роджер Колман.

— Кто вы? — Роджеру удалось справиться с собственным языком, все инструменты были на месте, сумка помещена туда, где ей и следовало находиться. Неизвестный, но явно старый знакомый Беатрис, вежливо кланяется:

— Простите, что не представился сразу — Аменадиэль.

— Мой дядя, — повторяет Беатрис, сияя улыбкой до ушей. — Как там все? Мама, Рори, Чарли…

— В полном порядке, — говорит Аминадиэль. — Передают тебе привет. Мэйз и Ева тоже. Простите, господа, но мне пора.

Аменадиэль просто исчезает. Роджер и Джек теперь таращатся на Беатрис, которая пожимает плечами и продолжает проверять показания приборов даже не оборачиваясь, чтобы спросить:

— Что?

— Какого … происходит?! — взвывают парни практически одновременно. — Кто это был?! Как он попал на борт?!

— Мой дядя Аминадиэль, — Беатрис ведёт себя так, словно визиты родственников на космическую станцию, которая висит в безвоздушном пространстве на околоземной орбите уже второй месяц, обычное дело — «бабушка вчера заглядывала, пирожками с вареньем угощала…», — я же говорила.

— Что он и кто такое? — спрашивает Роджер. Он быстрее напарника пришёл в себя. — Как он проник сюда, Деккер?

— Мой дядя Аминадиэль — настоящий ангел, — Беатрис сообщает эту сногсшибательную новость самым равнодушным тоном — разве что при этом не позёвывает от скуки. — Старший среди ангелов, но с недавних пор занял Трон и стал новым Всевышним.

— Кем?! — Джек с трудом закрывает рот.

— Богом, — поясняет Беатрис для непонятливого коллеги, — отец Аминадиэля помогает супруге с её новой Вселенной. Они вроде помирились. И с младшим братом у дяди отношения окончательно наладились.

— С… с кем? — Роджер был бы не прочь хлебнуть, но они таки в космосе и до ближайшего бара тысячи километров.

— С Люцифером, — говорит Беатрис. Она снова вытащила свой блокнот, сосредоточенно просматривает записи, что-то считает нажимая на кнопки калькулятора, записывает результат. — Он мой отчим. У Люцифера с мамой был гражданский брак и мама родила мне от Люцифера Морнингстара сестрёнку. Аврору. Рори, как называет её мама и все наши друзья.

— С ума сойти… — вздыхает Джек. Беатрис пожимает плечами:

— Я знаю Люцифера с раннего детства. Он и мама работали вместе в полиции и с моим папой, который тоже был офицером полиции, Люцифер почти подружился, но папа погиб от рук наёмников…

— Так, — говорит Джек, — я хочу разобраться. Твой дядя — Бог, твой отчим — сам сатана, твоя младшая сестра — его дочь…

— А ещё я дружу со старшей дочерью Лилит, Праматери демонов — Мэйзикен, Мэйз, и её супругой Евой, — ехидно улыбается Беатрис, — ТОЙ САМОЙ Праматерью Евой. И с отцом Аминадиэля и Люцифера я тоже знакома.

У Роджера заканчиваются слова, Джек разводит руками — «Ну что тут скажешь?» Беатрис молча шелестит страницами блокнота.

…

— И кого ты собираешься пригласить на нашу свадьбу? — спрашивает Люцифер у счастливой невесты. Теперь посещение райских кущ не грозит бывшему бунтарю полным уничтожением и Люцифер попросил, как полагается, руку и сердце Хлои Деккер у её родителей — Джона и Пенелопы Деккер и получил согласие от них. Рори давно уже познакомилась с дедушкой и сейчас жевала уже третий фирменный бутерброд от Джона Деккера.

— Думаю, что многих из наших общих друзей, дорогой, — улыбается Хлоя, — и Дэна с Шарлоттой. Ты же больше не ревнуешь, милый?

— Надеюсь, что не возникнет путаницы, — вздыхает Люцифер, — моей матушке так полюбился образ миссис Ричардс…

— Что нибудь придумаем, — Хлоя сегодня счастлива и потому беспечна.

— Линду и моего старшего брата с Чарли, Ли Гарнера — он стал первым, кому это удалось — понять, что он сделал в своей жизни не так, что следовало бы исправить. Можно сказать, что помог мне обрести новую цель в жизни. Думаю пригласить не только отца с матерью, но и остальных братьев и сестёр…

Хлоя заметно мрачнеет, становится даже темней — словно лёгкая тучка наползла на солнце. Джон и Рори смотрят на Хлою с тревогой. Люцифер ласково сжимает пальцы возлюбленной в своих:

— Нет. Михаила мало кто будет рад видеть. Ради того, чтобы завладеть Троном, он убил нашу сестру, натравил детей Господа друг на друга, убил тебя… Это мы все ему не скоро забудем. Точнее — никогда.

— Ева и Мэйз, — кивает Хлоя, — Трикси… Элла.

Ева никогда не видела любимую супругу такой — Мэйз не могла ни пить, ни есть, впала в какой то ступор. Обнаружила в роскошной гриве Евы седой волос. Ева пыталась утешить любимую, но Мэйз угрюмо молчала, а потом надолго неведомо куда исчезла.

Ангелы, недовольно хмурясь, расступились, и мрачная, как ноябрьская ночь в Заполярье, Мэйз решительно схватила бывшего любовника за воротник:

— Сделай что-нибудь, Аминадиель, иначе…

Новый Всевышний покачал головой:

— Ева, в отличии от тебя, Мэйзикин, смертный человек, а не бессмертный демон.

— Так лиши меня этого дара! — Мэйзикен почти шипела Аминадиэлю в лицо. — Сделай смертной меня! Или Еву бессмертной… Я хочу оставаться со своей возлюбленной до самого конца. И в болезни, и в здравии…

— Ты не пожалеешь о своём решении? — строго спрашивает Аминадиэль. Теперь этот вопрос задавал дочери Лилит не ангел и бывший любовник, а сам Всевышний.

— Нет, никогда.

— Никогда не слышала, чтобы женщина так радовалась найдя у себя в причёске седой волосок, — ехидно улыбается Ева.

— Это означает, что мы проживём наши жизни вместе, — говорит Мэйз, — и нашу Вечность за Чертой. Я тебя никогда не покину, любимая.

Мэйз ненадолго пережила свою возлюбленную и обе стали подружками невесты на самой странной свадьбе двух миров. Шарлотта, спутница Дэна, выбрала строгий костюм, а супруга Годфри — платье. Они о чём то болтали с бокалами в руках, а Дэн с трудом справился с приступом головокружения. Смертные и бессмертные, живые и мёртвые, люди и ангелы с демонами… Но это ЛА, Лос-Анджелес, город, который видел и не такое.

Гости II.

Беатрис, прикусив губу, сосредоточенно чиркала в блокноте. На станции наступила «ночь» — напарники спали, а Беатрис оставалась на дежурстве. Тихое гудение приборов, полумрак и… аромат знакомых духов, шелест страниц. Трикси оборачивается и сердито хмурится:

— Кхм!

Рори даже головы не повернула:

— Привет, сестрёнка. Я не буду тебе мешать — просто посижу с книжкой. Тут так тихо, спокойно…

Беатрис вздыхает:

— Что случилось?

Рори сворачивает брошюрку и прячет во внутренний карман куртки:

— Опять с мамой поцапались…

— И на всю ту же тему…

***

Рори пожимает плечами. И не сказать, что виновато. С досадой. Беатрис не знает, что сказать — у сестры начался самый сложный период в жизни любого подростка, а с её способностями… Попробуй поговори по душам с девушкой, которая в любой момент способна буквально упорхнуть и ищи свищи… Даже дядя А не всегда может справиться с собственной племянницей. Ему легко удаётся её найти, но даже ему бывает трудно поговорить с Рори и успокоить её — «Вся в отца характером. И упрямством.»

— Теперь я понимаю почему папа сотворил нас сразу взрослыми людьми… — ворчит Аминадиэль. Он сидит на кухне в доме семейства Деккер. Хлоя иронично приподнимает бровь:

— Да? Люцифер очень долго вёл себя, как обиженный подросток. То, что он превратился во взрослого и ответственного мужчину, во многом заслуга Линды. А его брат Майкл? Может вы и выглядели взрослыми, но во многом очень долго оставались подростками.

Аминадиэль только разводит руками — слегка виновато:

— Дай ей время. Остынет.

Хлоя ставит перед старым другом чашку кофе и блюдце с бутербродами:

— Сама была такая в её возрасте. Взрывная. И Беатрис…

Рори влетает в дом, кивает мимоходом дяде А, хватает сумку:

— Я к Кэтрин.

— Только не засиживайтесь до поздней ночи, милая. Вам обеим завтра на занятия.

Но только дверь за, вылетевшей наружу вихрем, девушкой хлопнула. Аменадиэль допивает свой кофе, прощается и буквально испаряется. Хлоя спокойно моет посуду. Для неё это стало практически бытом — Всевышний пьёт на кухне кофе, в гости время от времени заглядывают дочь Королевы демонов Лилит с Праматерью Евой, младшая дочь наполовину ангел…

***

— Кто вы? — Роджер трёт глаза и удивлённо смотрит на незнакомую девушку — кожаная куртка, пирсинг, чёрные джинсы, чёрная помада. На вид лет шестнадцать.

— Аврора Деккер, — представляется девушка. — Или, как зовут меня дома и близкие друзья — Рори.

— Моя младшая сестра, — говорит Беатрис, — передавай привет маме и остальным.

— Ладно, пока, — говорит Аврора. И исчезает. Джек, который молча наблюдал за происходящим, качает головой. Слегка укоризненно.

— И кого нам ещё ждать в гости, Беатрис? — спрашивает он с лёгким сарказмом. — Кто заглянет к нам в следующий раз — твой отчим?

— Он немного занят, — Беатрис сама невозмутимость. — Ну может Чарли меня навестит. Мой двоюродный брат.

— Он… — Роджер уже понял, что его прежняя жизнь никогда не станет прежней — Всевышний, ангелы… И их напарница называет Самого дядей!

— Ангел наполовину, — говорит Беатрис, — и сын Аминадиэля. Я вам про него рассказывала.

Джек ничего не говорит — только трёт себе лоб. Беатрис сочувственно вздыхает:

— Мать Чарли — известный в Лос Анджелесе психотерапевт. Она так и познакомилась с Люцифером — он был её пациентом. Я могу замолвить за вас словечко.

— Сатана посещающий психолога? — фыркает Роджер.

— Она очень ему помогла. И его отцу, — говорит Беатрис, — наладить отношения. Но с Рори справится не всегда может даже она — подросток…

***

Чарли заглянул через два дня. И помог разобраться с маленькой проблемой в двигателе. Для работы в открытом космосе ангелу был не нужен скафандр. С Мэйз и Евой Беатрис поболтала по видеосвязи.

— Можете звать меня Годфри, — говорит высокий тёмнокожий бородач и представляет свою спутницу, — а это моя супруга.

— А меня вы можете звать Шарлоттой, — улыбается Богиня всего Сущего. Роджер церемонно целует даме ручку, а Джек устраивает Божественной паре небольшую экскурсию по станции.

…

— Так, — Роджер почти примирился с визитами, которые время от времени происходили на борту станции, — ты называешь САМОГО дедушкой…

— Вообще то Он дедушка для Рори, но и мне разрешил так себя называть, — улыбается Беатрис, — когда заглядывал к внучке на крестины.

Старая подруга или ностальгия.

Люцифер тяжело вздохнул и закрыл свой блокнот. Хлоя покосилась на любимого, бывшего напарника и будущего мужа вопросительно приподняв бровь. Люцифер устало развёл руками:

— Мы с тобой застряли, Риз. Серьёзно застряли. Даже Винсент понял, когда его жизнь пошла под откос, осознал где ошибся.

— Но он всё равно не попал в рай, — возражает Риз Гетти.

— Он понял свою ошибку и принял, признал справедливость наложенного на него наказания, — вступает в беседу Хлоя. — И пока не искупит всё совершённое — не сможет подняться наверх.

— Он сам так решил, — подтверждает Люцифер. — Это его собственный выбор. Как и в случае с моим братом Майклом — я дал ему второй шанс, но остальные… И сам Майкл — он не может вернуться назад таким же, каким был. Он хочет искупить вину. Это его искреннее и заветное желание. Измениться. Мне помогли. Линда, а ему придётся справляться самому. Ему никто не поможет — только он сам.

— Может быть… — задумчиво почёсывает подбородок Гетти. — Она меня хорошо знает и…

— А это мысль… — Хлоя задумчиво смотрит на Люцифера.

— Предлагаешь попросить Богиню всего Сущего и мать моего племянника бросить все дела ради бывшего? — Люцифер не в большом восторге от этой идеи. — Сильно сомневаюсь, что это хорошая мысль, но…

***

— Я польщена, — сказала Линда, как только вошла в хорошо ей знакомое помещение, — думала, что ты, Люцифер, выберешь собственные апартаменты для приёма «пациентов», свой пентхауз в «Люксе», а не мой кабинет.

— Я провёл в нём немало времени, — Люцифер придвигает гостье кресло, — и не без пользы для себя. Ты мне очень тогда помогла, а сейчас мне снова понадобилась твоя помощь. Ты хорошо знала этого человека при жизни.

— Привет, Риз, — укоризненно качает Линда головой, — и почему я не удивлена?

— Привет, Линда, — Хлоя обнимает подругу и в некотором роде родственницу, — мы с ним застряли.

— Понимаю, — вздыхает опытный психотерапевт и богиня в одном лице, — я могу посмотреть ваши записи?

— Конечно, — Люцифер протягивает Линде толстую папку.

На некоторое время в кабинете царит почти полная тишина — Линда шелестит страницами, делает пометки в блокноте, Риз явно нервничает, но старается держаться, Люцифер налил себе стаканчик, Хлоя спокойно ждёт. Линда протягивает Люциферу блокнот:

— Ты всегда был упрям, Риз. Даже за чертой совсем не изменился. Не готов признавать свои ошибки, упрям, как осёл.

— Зато ты прекрасно выглядишь, дорогая, — заискивающе улыбается Гетти. — Каков вердикт?

— У меня появилась пара интересных идей… — Люцифер ехидно и немного хищно скалится. — Спасибо, Линда. Передавай привет Аминадиэлю и Чарли.

— Ты сам бы мог заглянуть к нам, — говорит Линда, — теперь для тебя это не проблема.

— Теперь я сильно занят, — разводит руками Король Ада, — стараюсь помочь тем, кому ещё можно помочь, а таких оказалось довольно много. Безнадёжных случаев не так чтобы очень — нацисты, серийные насильники, типы, бросавшие использованные картонные стаканчики мимо урн и поджигатели тополиного пуха…

— Спасибо, — Линда вздыхает с грустной улыбкой, — я даже не подозревала, как соскучилась по своей работе, по этому кабинету.

— Как там Адриана? — спрашивает Хлоя.

— В порядке, — улыбается Линда, — с её матерью мы даже подружились.

Как и подозревала Линда, история с брошенной дочерью легла на душу тяжёлым грузом. Буквально. Но искреннее прощение полученное от дочери очень помогло. После той криминальной истории Линда и Адриана не теряли из виду друг друга. Но узнать кем является её брат Чарли было для Адрианы шоком. Как и знакомство с его отцом. Стать членом такой семьи… А в результате Адриана была среди почётных гостей на свадьбе Люцифера и Хлои.

Весело у вас тут...

Адриана глубоко вдохнула, выдохнула, вытерла нос и глаза салфеткой. Аминадиэль ободряюще улыбнулся женщине, Чарли похлопал сестру по плечу:

— Она ждёт.

Адриана снова глубоко вздохнула и переступила порог. Не так давно ей пришлось попрощаться навсегда с женщиной, которую она всю жизнь звала мамой. Теперь другая женщина, та, что не захотела много лет назад стать ей, Адриане, матерью и просто сбежала, оставив невинного младенца одного в больничной палате, и с которой за последние годы Адриана сильно сблизилась. Познакомилась также с Аминадиэлем и со сводным братом Чарли они стали близкими друзьями.

— Ты меня когда-нибудь простишь? — женщина, которая кажется сейчас такой маленькой и хрупкой, говорит с трудом, почти шепчет, мерцают и гудят приборы, провода и трубки, которые с трудом поддерживают жизнь в этом измученном болезнью теле. — За всё… За то, что оставила тебя тогда совсем одну, беспомощным младенцем…

— Давно простила, мама… — выдыхает Адриана и хлюпает носом. — Ты пыталась спасти меня от тюрьмы. Была готова пожертвовать собой ради меня. На самом деле абсолютно незнакомую тебе женщину — возможно жестокую убийцу отмазывала от тюрьмы, помогла моей приёмной матери. Давно простила тебя за всё.

— Спасибо… — говорит Линда и закрывает глаза.

…

Аменадиэль в строгом костюме, Чарли, Адриана в черном платье обнимается с Хлоей, которая когда то занималась её, Адрианы, уголовным делом, с дочерьми Хлои — Беатрис и Авророй. Ева и Мейзикен — подруги Хлои и Линды. Адриана стоит рядом с Чарли и тихо благодарит за соболезнования, улыбается, с трудом растягивая губы. После успокоительного в голове какой то густой и жаркий туман и Чарли осторожно поддерживает сестру под локоть.

— Только не надо меня утешать при помощи всех этих дурацких сказочек про то, что Линда сейчас на небесах и смотрит на меня оттуда сверху, — фыркает Адриана, — я уже успела наслушаться подобного, когда провожала приёмную маму…

Чарли странно косится на сестру, но молчит. Элла собирается что-то сказать, но муж шепчет ей на ухо и Элла уступает место — один из последних пациентов доктора Линды Мартин. Многие из тех, кому помогала Линда, пришли проводить любимого врача.

— Ты можешь мне не верить, — говорит Чарли, — но наша мама сейчас в Серебряном Граде, в Раю.

— Так тебе папа сказал? — вздыхает Адриана. — Ты взрослый парень, а всё ещё веришь в эти сказки…

Чарли… широко улыбается. Он с сестрой стоят у окна и Адриана с трудом сдерживая слёзы смотрит на закатное небо, которое только начало наливаться оранжевым и красным огнём.

— Я не могу при всех, — с видом заговорщика шепчет Чарли, — хочу тебе кое-что показать, сестрёнка, но не здесь. Слишком много посторонних.

— И что же? — интересуется Адриана у брата, который запер дверь и вышел на середину комнаты.

— Вот это, — говорит Чарли. У Адрианы слегка расширяются глаза — за спиной брата распахиваются два огромных крыла. Адриана с трудом переводит дыхание:

— Это какой то фокус?

Чарли отрицательно качает головой:

— Нет. Они настоящие. Можешь проверить.

Адриана дёргает брата за крыло — совсем не похоже на трюк или дурацкий розыгрыш. У женщины выходит тихо и сипло:

— Ты… что ты?

Чарли усаживает сестру на стул:

— Ангел. Наполовину. По отцу.

Бедная женщина спрашивает практически шёпотом, едва слышно, Адриану слегка шатает:

— Он… тоже?

Чарли кивает:

— Ангел.

— Наша мама знала?

— Да. Она была психотерапевтом у Люцифера, напарника, гражданского мужа Хлои и отца Авроры. Он мой дядя.

Адриана чувствует, что её мир переворачивается вверх ногами и сейчас упадёт ей же на голову.

— Так. Стоп. Люцифер он…

— Тот самый, — подтверждает Чарли, — сатана, дьявол. Наша мама сама была в шоке, когда узнала обо всём.

— Так Рори… — Адриане срочно понадобился глоток свежего воздуха и она, распахнув окно, стояла вцепившись обеими руками в подоконник и высунувшись наружу, жадно втягивала в себя прохладный вечерний воздух.

Чарли взял сестру под локоть и снова усадил на стул:

— Ангел. Как и я — наполовину. Я сам этого не помню, но мама говорила, что Всевышний заглядывал к нам домой и со мной даже немного понянчился.

— С ума сойти… — Адриана с трудом удержала равновесие — кажется весь дом качнуло, как при землетрясении.

— А сейчас уже мой папа Аминадиэль за Всевышнего в этом мире…

Это последнее, что услышала Адриана прежде чем у неё окончательно потемнело в глазах.

— Повтори, — Адриану уложили на диване и сейчас рядом в кресло опустилась Хлоя.

— Люцифер — отец Авроры, Рори, как мы её зовём дома. Она наполовину ангел. Моя подруга Мэйзикен — дочь Лилит, Королевы демонов, её супруга Ева — ТА САМАЯ Ева, Праматерь Ева и бывший Евы, Адам, был на свадьбе Мэйзикен и Евы. Элла в курсе и рассказала мужу обо всём. Он в самом начале не поверил, но потом убедился, что это всё правда. Аминадиэль стал новым Всевышним, а я также знакома с отцом Люцифера и Аминадиэля.

— То есть всё это реально — Ад и Рай, ангелы и демоны, — вздыхает Адриана. Она лежит на диване всё также не открывая глаз.

— Я сама не сразу поверила Люциферу, но однажды увидела его дьявольское лицо… Твоя мама Линда узнала обо всём первой и долго приходила в себя от таких откровений. Мэйз помогла. Вытащила подругу из кабинета и депрессии, вроде успокоила. Но Линда всё равно долго не могла прийти в себя.

— Как я её понимаю…

— Так ты согласна присутствовать на церемонии? — спрашивает Линда и Адриана способна только кивнуть в знак согласия. Обе матери решили навестить дочь, а мама Линда вручила биологической дочери приглашение на церемонию бракосочетания между доктором Линди Мартин и Аминадиэлем. После этого Линда будет объявлена, как Богиня всего Сущего.

— Можете звать меня Годфри, — улыбается высокий бородатый мужчина и Чарли с трудом удерживает сестру от падения. На этот раз Адриана от неожиданности чуть не подвернула ногу.