Созвездие невозможного

Загадка 1: Часы, идущие в обратную сторону

Поздно ночью команда «Номада» отдыхала, разойдясь по своим каютам. Халиф, рулевой, стоял на посту, бдительно следя за тем, чтобы не уйти с курса. Погода была спокойной, паруса подхватывали ветер, и корабль спокойно бороздил водную гладь — курс был на небольшой торговый городок, где Синдбад собирался обменять товар из Багдада на некоторые диковинки.

Фируз сидел на палубе, испытывая свой телескоп. Он добавил в устройство несколько новых линз, надеясь увеличить дальность обзора и, наконец, увидеть поверхность луны более четко. Работа была ювелирной, и он трудился над этим уже больше недели, забывая нормально поспать — в последнее время он спал по три-пять часов. От такого режима мешки под его глазами стали больше и посинели, взгляд стал слегка безумным, а на подбородке и щеках щетина стала ощутимо больше. Сейчас Фируз, светлая голова команды, напоминал уже не просто увлекшегося ученого, а сумасшедшего пассажира, сбежавшего из «дома милосердия».

— Эй, Фируз! — мужчина услышал за спиной голос Синдбада, который вышел на палубу. — Ты уже третий час возишься со своим прибором. Опять забыл про сон.

— Подожди, Синдбад… — тихо пробормотал ученый, протирая линзу. — Я почти закончил калибровку и настройку. Уверен, сегодня я смогу рассмотреть поверхность луны. Может быть, я смогу увидеть там что-то удивительное!

— Фируз. — капитан положил руку на плечо товарища. — Ты уже десять дней только этим и занимаешься. Ты почти не спишь, ешь как попало. Ты помешался на этом телескопе! Сегодня ты чуть не выпал за борт, потому что, присев на край, ты почти моментально уснул! А еще ты перепутал свою каюту с каютой Брин. Ты так себя в могилу сведешь.

— Синдбад, прошу, дай мне еще время. — Фируз посмотрел на друга, и тот увидел красные, почти безумные глаза ученого. — Я почти закончил, мне просто нужно-…

— Нет. — Синдбад внезапно довольно твердо схватил его за плечо. — Ты сейчас же идешь спать. И ты будешь отдыхать столько, сколько я скажу. Это приказ капитана. Мне нужен здравомыслящий ученый и изобретатель, а не помешавшийся на луне… Лунатик, который вот-вот прыгнет в воду кормить акул. Твой телескоп никуда не убежит, я лично прослежу за ним. Но ты должен отоспаться и привести себя в порядок.

Фируз попытался было вырваться, но понял, что это бесполезно. Смирившись, он позволил капитану довести себя до собственной каюты. Он уже было думал дождаться, когда тот уснет, чтобы тайком выбраться обратно, но едва за ним закрылась дверь, как тут же послышались щелчки — Синдбад повернул замок снаружи. Ну конечно… Запер, словно маленького ребенка, в наказание за простое научное любопытство.

Ученый немного поворчал, но спорить и возмущаться не стал. Он и в самом деле почувствовал себя измотанным и истощенным. Поэтому он взял со стола бутылку грога, немного отпил и уже собрался лечь в свою койку, как вдруг…

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик.

Мерное постукивание. Ровное. Беспрерывное. И раздавалось оно с его рабочего стола.

Он обернулся. На столе лежал странный круглый механизм с крышкой и цепочкой, который постоянно чем-то тихо постукивал. Фируз почти сразу понял, что это — механические часы. Он видел такие, когда однажды посещал одну из западных стран. Такие были у весьма богатых вельмож.

Судя по цвету, это была бронза… Ну или бронзовое покрытие. Крышка имела весьма изящную резьбу, изображавшую некое созвездие… Однако Фируз не знал такого. Что странно, ведь за все то время, что он странствовал, он изучил все созвездия, которые когда-либо видел на ночном небе, изучил все трактаты и все астрономические работы, по факту, он выучил карту звезд наизусть.

Но страннее всего было под крышкой. Циферблат, у которого вместо привычных цифр были необычные символы. И три стрелки… Которые двигались в обратную сторону.

— Во имя науки… — пробормотал Фируз, протирая глаза. — Что…? Почему они так двигаются…?

Он пытался открыть заднюю крышку часов, но та была как будто приварена. Тогда он попытался найти механизм завода часов, однако и здесь ему не повезло. Стрелки продолжали идти, отсчитывая «время».

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

Фируз ничего не понимал. И в груди поселилось нехорошее чувство, близкое к легкой тревоге. Почему часы шли в обратную сторону? Что это за созвездие на крышке? Что вообще значат те самые символы на циферблате? Но самое важное…

Откуда взялись эти часы?

Ученый ощутил, как по спине пробежал холодок. Но тут же он взял себя в руки и забормотал:

— Так, Фируз. Успокойся. Ты просто уже несколько дней не спал нормально. Ты сам говорил, что важно спать по семь часов в день, иначе мозг даст сбой. Ты сам себя до такого довел, скорее всего тебе просто мерещится всякое. Как там говорит Синдбад? Утро вечера мудренее. Завтра я проснусь и, скорее всего, увижу обычные механические часы. Может быть, Ронгар подложил, чуть-чуть подшутить… Спать. Спать, спать, спать!

С этими словами Фируз лег на свою койку, укрылся одеялом и закрыл глаза, практически мгновенно засыпая, несмотря на тикание странных часов на его столе…

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

Загадка 2: Созвездие, которого не должно быть

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

Мерное тикание загадочных часов, с одной стороны, вместе со звуками волн создавало мерный и приятный шум, который многих других людей убаюкивал бы вместе с привычной морской качкой. Однако Фируз не мог толком заснуть. Его мысли лихорадочно крутились вокруг этих часов, пытаясь понять, откуда они взялись и почему они так выглядят, почему они идут в обратную сторону.

Впрочем, долго размышлять над этим ему не пришлось — усталость взяла свое, и вскоре он заснул беспокойным сном.

*****

На следующий день Фируз выглядел помятым. Он встал позже всех остальных в команде, и Синдбад специально сказал остальным не будить ученого и не тревожить его своими вопросами и просьбами о починке или изобретении чего бы то ни было. Весь день капитан неустанно следил, чтобы его товарищ как следует отдохнул — не давал увлечься каким-либо вопросом, требовавшим научного объяснения, втягивал в небольшие развлечения, да и просто следил, чтобы Фируз просто позволил себе один день «внепланового выходного». В конце концов, плыть им еще предстояло около пяти дней, спешить было некуда.

Тем не менее, от капитана не ускользнуло обеспокоенное лицо ученого. При этом это было не бытовое беспокойство какой-нибудь обычной проблемой. Это было что-то другое. Как будто Фируз столкнулся с чем-то неизвестным, и оно его пугало на глубинном уровне, без видимых на то причин.

Во время обеда Синдбад отвел товарища в сторону и тихо спросил:

— Ты весь день ходишь как в воду опущенный. Тебя что-то беспокоит? Если это из-за меня, то…

— Н-нет-нет, Синдбад, это не твоя вина. — пробормотал в ответ ученый, глядя куда-то в сторону. — Просто… Я нашел что-то странное у себя в каюте. И это не поддается какой-либо логике.

— Серьезно? И что же это?

Вместо ответа Фируз осмотрелся по сторонам и, убедившись, что больше никто не подсматривает, достал из поясной сумки те самые странные часы.

— Посмотри, Синдбад. Я не помню, чтобы когда-либо покупал или находил эти часы. К тому же это созвездие на крышке… И странные символы на циферблате… А самое главное — вот! Видишь?

Капитан присмотрелся. В самом деле, находка была весьма необычной. И стрелки шли в обратную сторону, мерно отсчитывая время вспять:

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

— Ты пробовал их разобрать? Или остановить? — Синдбад не заметил, как сам перешел на шепот.

— Задняя крышка намертво запечатана. — ответил Фируз. — А остановить… Вода не повреждает механизм. Да и сильные удары тоже не помогают, я утром их случайно уронил, и им хоть бы что!.. Я поначалу думал, что это шутка Ронгара. — при этих словах мужчина посмотрел на мавра пять секунд. — Но он бы не стал такое мне подкидывать. Я не могу понять, что это, и почему они отсчитывают в обратную сторону…

— Мистика какая-то. — пробормотал Синдбад. — Словно они из другого мира.

— Синдбад. — ученый заговорил тверже. — Я могу принять богов в нашем мире. Я спокойно отношусь к волшебству. Но ты прекрасно знаешь мое отношение к мистике. Ничего сверхъестественного! Я просто пока не нашел этому логическое объяснение.

С этими словами Фируз положил часы обратно в свою сумку и вернулся за обеденный стол, явно раздраженный. Капитан удивленно посмотрел вслед, но благоразумно решил больше не беспокоить своего друга. Ведь правда, он был ярым скептиком всего мистического, отрицая даже самые очевидные и неоспоримые доказательства. Поэтому тут будет лучше просто дать ему время на поиск рационального ответа на эту загадку.

*****

Наступила ночь. Фируз сидел на палубе и рассматривал свою находку при свете луны с помощью увеличительного стекла, из запасов для починки магноскопа. Он вглядывался в созвездие на крышке, перебирая в голове все созвездия, что он знал из атласов ночного неба. Однако он не мог вспомнить ничего отдаленно похожего. Можно было бы списать на чью-то глупую выдумку, но рядом с изображенным «подменышем» (как решил его окрестить ученый) были нарисованы созвездия Козерога и Южной Рыбы.

Почувствовав, как в глазах поплыло, ученый потер переносицу, зажмурился, а потом поднял голову и посмотрел на небо, собираясь немного расслабиться. И тут его взгляд упал на несколько звезд, которые…

Которые складывались ровно в такое же созвездие, которое было на крышке часов.

Ученый нахмурился. Ну да… Вот Козерог, вот Южная Рыба… А между ними, чуть ниже, были видны пять звезд, которые собирались в странную фигуру.

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

Этого не могло быть. Этого просто не могло быть! Этого созвездия не было в атласах, не было в научных работах звездочетов и астрономов! Да и раньше Фируз никогда не видел этого созвездия, а ведь он много раз наблюдал за ночным небом! Его ведь раньше и не было!..

Не было ведь…?

Фируз помассировал виски. Совпадение было слишком невероятным, чтобы сейчас его можно было осмыслить. Тем более на трезвую голову. Поэтому он встал и пошел в свою каюту.

— Похоже, мне понадобится много вина… — тихо пробормотал он, спускаясь вниз.

Загадка 3: Портрет, нарисованный солнцем

В каюте Фируз отпивал из своего бокала вино, пытаясь сосредоточиться. В последнее время слишком часто он наблюдал необычные явления, которым он не мог дать рациональное объяснение. Часы, которые шли в обратную сторону… Загадочное созвездие, которое сначала он увидел на крышке часов, а теперь еще и на небе. Что еще ему подкинет судьба? И как это связано между собой?!

Ученый упорно отказывался списывать события на мистику. Он в принцие отрицал мистику как явление. В его картине мира всему должно было быть научное или хотя бы нормальное бытовое объяснение. Потому что если его нет — значит, этого просто не может быть, и это помутнение рассудка.

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

Часы, которые лежали неподалеку, продолжали тикать, словно издевались над Фирузом и его рассудком. Они будто отстукивали маленькими молоточками в его сознании, все больше раздражая его и выводя из себя.

— Во имя Аллаха, это какой-то бред! — проворчал он. — Я не мог настолько сильно себя измотать, чтобы видеть такие невероятные вещи. Да и остальные тоже это видят! Так почему… Почему я не могу понять, как это работает?!

Чтобы хоть как-то отвлечься от навязчивых мыслей, Фируз взял со стола свой рабочий альбом для схем и зарисовок. Ему захотелось нарисовать часы и попробовать предположить, что может находиться внутри, какой механизм мог бы двигать стрелки часов и каким образом они не останавливались столь длительное время, не ориентируясь на солнце и луну. Во всяком случае, рисование его успокаивало…

Но едва он раскрыл альбом, как из одной страницы случайно выскользнула картинка.

Ее раньше тут не было.

Фируз удивленно приподнял бумажку. Она была довольно небольшой. И на ней был изображен молодой человек со странной прической белого цвета. Но как будто эти волосы были искусственными — завитые в странные и очень ровные кудри, еще и очень белые, едва ли они были натурального седого цвета. Сам человек был одет в нечто черное, похожее на форму звездочетов, которые он видел во время обучения в академии на занятиях по астрономии. При этом молодой мужчина смотрел прямо, как бы на зрителя.

Но этот портрет был слишком четким.

Фируз мог поклясться всеми своими знаниями, что настолько детального портрета он еще никогда не видел. На нем было видно все: каждая морщинка, каждое несовершенство кожи, каждый волосок. Словно это был настоящий человек, но только на плоской бумажке. Еще немного — и он бы ожил, моргнув глазами и зашевелив губами. Фируз видел многое — портреты с помощью туши и штриховки, портреты с помощью «водянистых красок», картины с помощью густой краски из маслянистых жидкостей… Но здесь все было по-другому. Ни единого мазка. Ни единого следа от краски. Лишь на обратной стороне ученый разглядел маленький круглый след, по размеру подходивший под крышку загадочных часов.

Мужчина нахмурился. А ведь он видел что-то похожее, когда еще жил в Басре. В библиотеке города он читал «Книгу оптики» одного ученого — Ибн аль-Хайсама. И в этой книге было упоминание об опытах с некоей «камерой-обскурой», во время которых ученый проецировал изображения на стены внутри здания, используя лишь свет. И внутри помещения люди могли видеть то, что происходило снаружи, так же четко, словно через окно.

Получается… Кто-то освоил способ не только проецировать, но и запечатлевать эти проекции на бумаге? Чтобы оно оставляло след?

— Невероятно… — пробормотал Фируз, разглядывая портрет еще детальнее. — Кто-то изобрел рисование светом… Гелиографию…

Осознание его поразило. Он стал вглядываться в портрет, пытаясь рассмотреть, чем именно он был нарисован, чтобы удостовериться, что краска все же не была использована. Ведь это же научный прорыв! Это могло бы изменить многое в повседневной жизни! Но едва он ощутил восторг ученого, как в голове возникла другая мысль, крайне неприятная:

А как вообще эта «гелиография» попала к нему в альбом? И каким образом часы и портрет связаны друг с другом?

Вот это уже было тревожно. И опять холодок пробежал по спине Фируза. Ведь правда: кто мог ему все это оставить? Ни Синдбад, ни Дубар, ни Брин, ни даже Ронгар не стали бы над ним так подшучивать. Да и их удивление тоже было искренним. Но тогда кто? И что за человек изображен на этом портрете? Кто он такой?

Может быть, это тот, кто создал часы? Или тот, кто изобрел «гелиографию»? Или же тот, кто видел то созвездие…?

Тайна становилась все запутаннее. Вопросов больше. А ответов так и не появлялось.

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

Загадка 4: Зеркало, что показывает иное

Гелиография. Странное созвездие на небе. Часы.

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик.

Фирузу начало казаться, что это странное тикание часов звучит уже не от его первоначальной находки, а внутри его головы. Куда бы он ни пошел — он все время слышал это тикание. Как бы он ни пытался отвлечься — в голове словно завелся тот самый странный механизм, который легонько, но методично стучал маленьким молоточком по черепу…

Другие члены команды заметили изменения в состоянии товарища. Он был особенно тихим в последнее время, что явно контрастировало с его привычной разговорчивостью или бормотанием. Под глазами залегли тени, взгляд стал мутноватым, да и смотрел он часто куда-то вдаль или в сторону, игнорируя остальных. Синдбад, который изначально дал приказ Фирузу нормально отдохнуть, обеспокоился не на шутку. А вдруг ученому и правда так плохо из-за отсутствия нормальной работы?

Или же дело в том колоссальном недосыпе?

Синдбад хотел поговорить с Фирузом вечером, но тот закрылся у себя в каюте и ни с кем не контактировал. Сидел за столом, не отвечал на зов, просил только оставить его наедине. Капитан понимал, что что-то не так, и дело явно было в тех загадочных часах, которые товарищ в последнее время не отпускал ни на секунду. Но пока рано было судить об опасности. Поэтому он решил дать Фирузу пространство и время — захочет, сам поговорит.

Тем временем ученый сидел за столом и смотрел в небольшое зеркало, которое он купил накануне в портовом городе. Он видел свое состояние, он видел, как себя запустил с этой паранойей и попыткой разобраться в происходящем. Ему бы по-хорошему лечь спать, забыть про всю эту дьявольщину, а часы потом утопить в море, но…

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

Немного протерев глаза, Фируз бросил случайный взгляд на зеркало… И остолбенел.

В отражении не было ни единой детали из его каюты на «Номаде»! По ту сторону зеркальной глади не было вообще никакого корабля! Вместо привычных деревянных стен был какой-то кабинет. Шкафы из красного дерева, уставленные многочисленными книгами и свитками, окно с какой-то застекленной рамой, чей-то рабочий стол… На нем стояли диковинные приборы, которых Фируз никогда раньше не видел! А за столом сидел…

Человек с гелиографии.

Он склонился над какой-то картой и что-то чертил с помощью двух соединенных палок под углом, маленькой дощечки и, кажется, стержня угля или чего-то похожего. При этом он постоянно что-то уточнял и бормотал на незнакомом Фирузу языке:

— L'angle entre ces étoiles… Total 37 étoiles… Ici, l'étoile est Gamma, la magnitude stellaire est de…Так, угол между этими звездами… Всего 37 звезд… Здесь звезда Гамма, звездная величина составляет… (фр.)

Ученый протер глаза, а когда снова посмотрел в зеркало — там уже никого и ничего не было. Только его каюта.

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик.

— Брин! — кринклу Фируз, выглянув из своей каюты. — Брин! Иди сюда! — он подошел к соседней двери и постучал, стараясь не сорваться на панику. — Пожалуйста, Брин!

Дверь открылась, и девушка-медиум, полусонная, удивленно посмотрела на своего друга. Тот хоть и старался выглядеть спокойным и собранным, но было ясно, что что-то его напугало, и не на шутку. Он заламывал руки и смотрел на нее, практически не мигая.

— Во имя Аллаха, Фируз, что случилось? — спросила она, мигом забыв про сон.

— Мне нужно, чтобы ты это увидела. — ответил тот, подзывая к себе. — Я только тебе это могу сказать, потому что… Ты всегда можешь видеть больше, чем кажется на первый взгляд. Ты же медиум.

Девушка зашла в его каюту. Фируз взял со стола зеркало, встал рядом с Брин.

— Посмотри. Ты видишь… Странную комнату? Шкафы с книгами и свитками? Рабочий стол со странными инструментами? Человека… Говорящего на другом языке?

Медиум вгляделась. Поначалу ничего не менялось — отражение честно показывало комнату ученого с небольшим «творческим» бардаком. Так всегда было. Однако через некоторое время Брин заметила… Да. Все то, что его друг перечислил. Странного вида комната со шкафами и столом, в которой работал незнакомый ей человек, бормотавший что-то на непонятном языке. Однако самое странное было нечто другое:

На столе у того загадочного мужчины лежала карта, где было изображено… То самое созвездие, которое было на тех часах.

В следующее же мгновение видение прекратилось, и отражение вернулось в норму. Брин слегка протерла глаза, а потом услышала тихий голос, переходящий в шепот:

— Ты же тоже это видела…?

Она повернулась к Фирузу. Взгляд у него был практически умоляющий. Девушка поняла — ученый напуган. Впервые в жизни он не пытался искать научное объяснение происходящему, а обратился к ней, как к «специалисту по мистическому». Похоже, его сильно пугала неизвестность, с которой он столкнулся.

Она не ответила сразу. И Фируз все понял и без слов.

— Я так и думал… Я не сошел с ума…

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

Загадка 5: Человек, живущий века тому вперед

— Этот человек… — задумчиво произнесла Брин, нахмурив брови. — Я почувствовала что-то странное.

— Что именно ты почувствовала? — спросил Фируз, который выглядел явно уставшим от всей той мистики, что происходила в последнее время.

— Как будто этого человека… Пока еще нет в живых.

— Что значит «пока еще нет в живых»? Что ты имеешь в виду?!

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

Фируз раздраженно посмотрел на часы, которые по-прежнему продолжали тикать на столе, словно издеваясь над ним и над его рациональностью и прагматичностью. Его уже не волновала причина, по которой они появились в его каюте. Его больше не интересовало, что стоит за всеми этими мистическими событиями.

Он просто хотел, чтобы это закончилось.

— Мы можем попробовать кое-что. — вдруг сказала Брин. — Хотя я не могу гарантировать, что все пройдет так, как надо.

— И что же?

— Попробуем обратиться к человеку, которого мы с тобой видели в зеркале.

Фируз замер. Он понял, что имела в виду медиум. Провести нечто похожее на спиритический сеанс. Он много таких ритуалов видел в разных городах и в разных храмах, однако ему всегда казалось, что это просто шарлатанство, фокусы, направленные на то, чтобы ввести множество верующих людей в заблуждение и сподвигнуть их нести свои пожертвования, до последней монеты. Он всегда считал, что спиритические сеансы — это просто попытка убежать от реальности или придать некоторым событиям сакральный смысл.

Однако сейчас была вообще не та ситуация, от которой он мог бы отмахнуться, сославшись на то, что он «человек науки». Произошло слишком много всего: загадочные часы, идущие в обратную сторону, странное созвездие, которого он раньше не видел, гелиография, а теперь еще и видение в зеркале с тем загадочным человеком.

Было слишком много событий, связанных между собой, чтобы считать это совпадением или простым помутнением сознания.

— Хорошо. — сказал он почти шепотом. — Давай попробуем.

*****

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

В своей каюте Брин разложила на столе несколько своих инструментов для колдовства, а также положила по разные стороны часы и гелиографию. Получилось что-то вроде сигила, в центре которого лежало зеркало. Девушка села с одной стороны, а Фируз — напротив, положив руки на стол.

Медиум начала что-то бормотать. Ее глаза засветились белым светом — как и каждый раз, когда она колдовала. Воздух вокруг стал будто плотнее, более вязким. И тогда Брин произнесла:

— Если ты нас слышишь… Дай какой-нибудь знак.

Тишина.

Ничего не происходило. Фируз ждал, напряженно смотря в зеркало. Он ждал хоть чего-нибудь. В какой-то момент он уже хотел встать и уйти, как вдруг…

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик…

Тикание стало громче. Этот звук будто наполнил собой все пространство вокруг, отдаваясь легкой вибрацией. А зеркало стало более мутным.

И снова та самая комната. С тем самым мужчиной.

Тот сидел за своим столом, склонившись над картой звездного неба, что-то бормоча под нос. Однако на этот раз он внезапно остановился, поднял голову… И посмотрел прямо на Брин и Фируза.

Словно он почувствовал их присутствие.

Медиум вздрогнула. А вот ученый продолжал сидеть неподвижно, словно боясь нарушить происходящее. Мужчина в зеркале смотрел на них, нахмурившись, пробормотав под нос только: «Putain de merde…?Что за чертовщина…? (фр.)». Никто из присуствовавших в каюте не понял ни слова. Внезапно загадочный мужчина посмотрел на свой стол и взял в руку… Те самые часы. С гравировкой созвездия. Он открыл крышку…

И вздрогнул. Потому что часы, которые он держал в руке… Шли назад.

Так-тик. Так-тик. Так-тик. Так-тик.

Незнакомец еще раз взглянул на стрелки циферблата, словно пытаясь удостовериться, что они действительно идут в обратную сторону. И медленно, четко и достаточно громко сказал:

— Mon Dieu… Encore une fois…Боже мой… Снова… (фр.)

Затем он медленно повернул голову, снова взглянув на Фируза и Брин. Подошел к зеркалу. И легонько коснулся ладонью поверхности зеркала. Фируз невольно поднял руку ему навстречу.

И тогда все замолкло.

Абсолютная тишина. Ни звука. Ни движения стрелок. А отражения в зеркале наложились друг на друга: кабинет и каюта, двое ученых, разделенных расстояниями… И, возможно, годами.

Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем видение в зеркале исчезло, и все вокруг вернулось в прежний ритм. Вот только… На столе больше не было ни часов, ни гелиографии. Они просто исчезли, словно их никогда и не было.

Брин вышла из состояния транса. Ее лицо было обеспокоенным, даже немного напуганным. Она посмотрела на Фируза и тихо сказала:

— Фируз. Это был не дух… Он был настоящим. Или точнее… Он будет настоящим.

— Ты хочешь сказать, что…?

— Да. Мы увидели будущее. Несколько веков тому вперед.

Сердце ученого пропустило удар. Будущее… То, о чем мечтают многие светлые умы. Посмотреть в будущее, как развивается человечество века спустя, какие открытия будут совершены. И он это увидел!

Но он так и не смог понять, что именно он увидел…