Шаг в неизвестность
Глава первая, в которой происходит ввод в курс дела
Давным-давно, ещё до тех времен, когда в нашем мире зародились люди, существовал другой мир, недосягаемый для простого смертного. Имя этому миру – Мелнрот. Он был прекрасен. Бурные реки и бездонные моря, горные пики и непроходимые леса, бескрайние равнины и зеленые луга, даже пустыни – всё кипело жизнью самых разнообразных существ. От неудивительных и привычных нам животных, до самых невероятных и ужасных чудовищ. Города и деревни процветали, а наместники королевств верой и правдой служили своему императору. Долгие годы длилось благополучное существование в мире и гармонии, до тех пор, пока не появился человек по имени Ксерус. Он был солдатом. Одним из лучших в императорской армии. Не было такого поручения, которого он бы не смог выполнить. Довольно скоро, Ксерус, безупречно исполняя любые приказы императора, завоевал его доверие, а значит, и расположение.
Однажды, к императору явились разведчики. Они сообщили о неком месте. О древнем храме, чьи мрачные и холодные глубины хранили в себе золото и нечто большее. По слухам, это был камень. Особенный камень, способный на удивительные вещи. Императору понравилась идея. Он решил любой ценой заполучить этот камень и лично проверить его свойства. Был собран целый отряд хорошо подготовленных воинов, среди которых оказался и Ксерус. Начался долгий поход, забравший немало сил и немало жизней.
Когда измотанный отряд добрался до ворот древнего храма, император стал вести себя иначе. Странно, как потом рассказывали очевидцы. То он был невероятно добр, то становился жутко злым, едва ли не кидаясь на своих же слуг и солдат. Некоторые, заподозрив неладное, пытались уговорить правителя закончить сомнительный поход, но он оставался непреклонен. Камень – вот что теперь волновало воспаленный разум императора. Остальное же превратилось для него в пустоту.
Заветный храм оказался пустым, давно заброшенным зданием, где кроме паутины да пыли не было ничего. Только безжизненные стены и сырость. Однако упрямый император желал идти до конца. Ему повезло наткнуться на малозаметный ход. Император приказал своему отряду ждать у входа, а сам отправился через коридор, ведомый слышным только ему зову. Лишь Ксерусу, который пользовался особым доверием, было позволено пойти следом. Ход привёл императора в огромный зал, пол которого, был просто усыпан золотом и драгоценностями. Камни, кубки, монеты, украшения… У шедшего за императором Ксеруса разбежались глаза от изумления – он в жизни не видел столько золота сразу! Богатства невозможно было сосчитать. Но император оставался равнодушным к жёлтому металлу. Он бродил по комнате, как одержимый и только повторял: «Где же он? Где же?». В порыве бессильной злобы и отчаянья он схватил с пола золотой кубок и с яростью швырнул его в стену. Едва только кубок отскочил от стены, как раздался какой-то щелчок, похожий на работу скрытого механизма, и вместо одного каменного кирпича в стене появилось отверстие с исходящим изнутри фиолетовым свечением. Таким таинственным и манящим...
«Камень» – самозабвенно прошептал император, протягивая руки к лежащему на подставке камню, но вдруг что-то случилось. Никто и понять не успел, как вдруг под ногами задрожала земля. Раздался ужасный грохот, подобный взрыву пробудившегося вулкана. Ксерус мог лишь видеть, как огромные булыжники падают с потолка зала, заваливая собой путь назад. Затем всё стихло.
«Теперь нам придется искать другой путь…» – спокойно произнес один голос, звучавший равнодушно.
«Разве мы привели сюда целый отряд только ради золота, да каких-то там захоронений?» – с возмущением прозвучал второй голос, более властный.
«Разумеется нет, Ваше Величество, – снова прозвучал первый голос, – но мы пришли ради куда более интересного предмета…»
«О чем ты говоришь?..» – непонимающе произнес император, но вместо объяснений получил удар кинжалом в бок.
«Ваша помощь мне больше не понадобится, Ваше Величество. Я и Денорион закончим начатое!»
«Подлец…» – задыхаясь, произнес умирающий император и, обессилев, упал на каменный пол.
«Пришло время Ксеруса, господа!» – прозвучал тихий шепот, отражаясь потусторонним шелестом от каменных стен.
Так обычный солдат, жаждущий власти и многие месяцы вынашивавший коварный план подлого убийства, сумел заполучить полумифический камень и занять место императора.
Наши дни...
На табуретке, поставленной аккурат посередине маленькой кухни, сидел парень, на вид лет двадцати, бессмысленно уставив равнодушный взгляд в окно. Окно любезно предоставляло своему единственному зрителю удовольствие наблюдать очередной апрельский вечер, разбавленный мелким дождем, методично постукивающим о козырек окна. «Кап-кап-БУМ!» то и дело доносилось из-за стекла, порой заставляя тело слегка вздрогнуть и поежиться против своей воли. Даже здесь, внутри достаточно теплой квартиры, ощущалась вся уличная промозглость и сырость. В такой унылой атмосфере безумно хотелось спать, но часы не показывали даже и девяти часов, так что оставалось лишь бессмысленно блуждать по квартире, время от времени задерживаясь то на кухне, то в прихожей, то в комнате с телевизором, включенным вне зависимости от нахождения рядом своего хозяина.
Питер не так давно вернулся с работы, уже третьей по счёту. Из кафе, в котором парень когда-то подзаработал себе на мотоцикл, его уволили. Далее последовал магазинчик у дома, в который парень устроился работать продавцом. Однако спустя несколько особо яростных стычек с покупателями Питер ушел сам, посчитав, что лучше найти себе занятие поспокойнее. Теперь же он занял почетный пост курьера в одной небольшой компании по доставке всяких безделушек, начиная с гвоздей и заканчивая пятикилограммовыми мешками стирального порошка. Одним словом – занятие крайне увлекательное, но справедливости ради, приносящее неплохие деньги. Учитывая последнее обстоятельство, юный курьер старался исполнять свои обязанности как можно тщательнее и как можно быстрее. Но, несмотря на это, на протяжении всего рабочего дня он только и думал как бы скорее попасть домой. Сбежать.
Жил Питер один, и можно с полной уверенностью сказать, что сбылась его самая настоящая мечта. Уже шел третий месяц как парень съехал от своего отца и мачехи, которые особо не протестовали. И теперь, когда он более-менее освоился в новой квартире, жить ему стало гораздо легче. Одно ему не давало покоя – воспоминания.
Наконец оторвав от окна сонный взгляд, Питер на мгновение оживился, словно вспомнил о чем-то важном. Он вдруг встал с табуретки, немного громыхнув мебелью, и уверенными шагами направился в комнату, где монотонно бубнил телевизор. Схватив с дивана пульт, Питер, не глядя, ткнул им в сторону техники, заставив ту умолкнуть. Небрежно швырнув пульт обратно, Питер подошел к стоящему рядом с телевизором столу, где находился включенный ноутбук. Секунду поразмышляв, парень вбил в поисковую строку запрос и кликнул мышкой. Из динамиков стала нарастать приятная легкая музыка, а затем донеслись слова какой-то песни. Улыбнувшись, Питер вернулся к дивану и опустился на него всем телом, мечтательно прикрыв глаза. И всё-таки странная штука музыка! Иной раз и сам не знаешь, что именно вызывает внутри такое необычное волнение, а всё равно слушаешь.
«Жаль, что мотоцикл продал…» – расслабленно подумал Питер, но вдруг открыл глаза и нахмурился. «Мотоцикл»… Казалось бы всего лишь слово. Даже если брать во внимание тот предмет, который оно означает и которым, как не крути, дорожил Питер, невозможно будет описать те чувства, что испытал сейчас парень. В памяти сразу всплыли чередующиеся картинки. Как год назад Питер стоял у окна на лестничной площадке своего старого дома. Как он вскочил на мотоцикл, поддавшись порыву эмоций. Как он несся по ночному шоссе и… А что было потом?
Этот вопрос Питер часто задавал себе, особенно по вечерам. Он помнил всё, что произошло после той вспышки на шоссе так же ясно, словно до сих пор находился в Мелнроте – странном и непонятном мире, о котором даже узнать ничего толком не вышло. Хотя, по правде говоря, Питеру было всё равно. Конечно же, мысли о всяких безумных колдунах и непонятных императорах иногда посещали его бедную голову, но гораздо чаще Питер вспоминал о своей подруге. О Селене. Дракониха с серебристой чешуей стала первым живым созданием, с которым познакомился Питер в Мелнроте. Парень совершенно случайно нашел яйцо в пещере, приняв за драгоценный камень. А потом из того яйца вылупился маленький дракон, который всего за пару дней успел стать для юноши самым дорогим существом в жизни. Существом, которому было не безразлично.
«Интересно, как она там?» – грустно вздохнул Питер и перевернулся на бок, подложив себе локоть под голову.
Песня, раздававшаяся из динамиков, заиграла уже по второму кругу, но юноша был слишком погружен в свои мысли и не обратил на это никакого внимания. Так песня пошла на третий круг. И четвёртый... Ближе к седьмому парень уже закрыл глаза, погрузившись в царство сновидений.
Проснувшись, Питер не сразу понял, почему играет музыка и что вообще происходит. Нащупав в кармане телефон, парень нехотя разлепил заспанные глаза и взглянул на экран.
- Твою же мышь, я на работу опаздываю! – с ужасом воскликнул он.
Питер так быстро вскочил с дивана, что едва не оказался на полу во весь рост. Захлопнув ноутбук, он помчался в ванную, спотыкаясь и задевая всё вокруг. То ботинок отлетит в сторону, то с крючка упадут ключи, то обнаружится какое-то жирное пятно на одежде... Не без труда преодолев все препятствия, парень наконец-таки переступил порог квартиры и захлопнул входную дверь.
Выйдя на улицу, Питер соображал ещё достаточно туго и продолжал действовать скорее из-за страха перед разгневанным начальством, чем из-за добросовестных побуждений. На самом подходе к остановке в его ботинок и вовсе умудрилось попасть что-то острое, и парню пришлось остановиться, чтобы решить эту проблему. Потратив пару минут на извлечение из обуви, как оказалось, всего лишь маленького камушка, парень с тревогой посмотрел на дорогу и увидел уезжающий автобус. Как раз нужный номер.
- Вот чёрт! – прошипел Питер, даже не пытаясь догнать транспорт – бесполезно.
«Как же это здорово!» – с досадой подумал парень, присаживаясь на пустую скамейку. Теперь до ближайшего автобуса ждать минут десять, а то и больше.
Раздраженно пропыхтев, Питер отвернулся к углу скамейки и устало прикрыл глаза, массируя переносицу и погружаясь в раздумия.
Вдруг он почувствовал, как кто-то сел на другой край скамейки. Вяло повернув голову, чтобы оценить нарушителя своего пространства, юноша на мгновение удивился, ведь он ожидал увидеть кого угодно, кроме симпатичной девушки, примерно его возраста. Длинноволосая блондинка сидела спиной к парню, но Питер был уверен: она только для вида повернулась в сторону дороги, а на самом деле исподтишка смотрит на него – изучает.
«И чем же я её привлек?» – невольно подумал парень, стараясь незаметно разглядеть хотя бы часть лица девушки, но тщетно. Она как будто поняла его намерения и нарочно пряталась всякий раз, когда замечала на себе взгляд парня. То аккуратно поправит одежду, то примется искать на земле несуществующий предмет, который якобы обронила, то посмотрит на дорогу...
Так пробежало время. Наконец послышался долгожданный скрип от тормозов автобуса, едва услышав который, Питер моментально забыл о девушке и бросился что есть мочи к раскрытым дверям, любезно ожидающих своего пассажира.
***
Наступил вечер. Отработав свою смену, Питер возвращался домой, тихонько насвистывая вчерашнюю мелодию. Утром парню повезло: начальник тоже где-то запропастился и опоздания юного курьера никто, кроме угрюмого охранника, не заметил. Да и вообще, какая разница? Ведь сейчас Питер уже вовсю направлялся к своему дому, в квартиру, где никто не мог до него добраться. И вот, оказавшись в своем убежище, парень сделал то, о чем мечтал на протяжении всего рабочего дня – лег на диван. Усталость так сильно овладела юным разносчиком заказов, что он даже обувь не стал снимать, не говоря об одежде. Снова он лежит на спине. Снова прикрыл глаза. Снова вспоминает.
Зеленая трава, пение птиц, блики от воды – всё это возникло само собой, лишь только стоило закрыть глаза и погрузиться во тьму. Питер сидел на берегу небольшой речки, глядя на воду, ослепительно сверкающую от лучей солнца. Рядом с ним, обернувшись хвостом, сидел маленький дракончик с серебристой чешуей, внимательно следящий за полетом пролетающей мимо стрекозы. Воздух был такой теплый, такой приятный. И на душе у Питера стало так хорошо, так приятно, что он невольно улыбнулся, позабыв в этот миг обо всём на свете. Только он и маленькая Селена.
Внезапно раздавшийся звонок бесцеремонно оборвал видение. Питер открыл глаза и инстинктивно запустил руку в карман за телефоном. Ощутив аппарат в руке, парень поднес его к уху. «Да?» – спросил было он, однако ничего достойного, кроме бодрого голоса автодозвона, не услышал.
- Опять реклама! – проворчал Питер, отшвыривая телефон дальше на диван. Неужели какая-то дурацкая реклама осмелилась прервать столь потрясающий сон? Просто немыслимо!
Вдоволь повозмущавшись отсутствием телепатии и элементарного чувства такта у бездушной машины на другом конце провода, парень снова прикрыл глаза, надеясь на возобновление сновидения. А ведь не так давно парень своими глазами видел все то, что теперь может ему лишь сниться… Какая жестокая ирония.
Внезапно раздался дверной звонок, вынудив Питера подняться с дивана. Кого это ещё принесло на ночь глядя? Пробурчав несколько невразумительных слов, Питер всё же направился вялыми шагами к входной двери и, схватившись за ручку, с удивлением обнаружил, что она не заперта.
На пороге стояла уже знакомая светловолосая девушка с остановки.
- Дверь была открыта, но я не хотела показаться невежливой, – произнесла она приятным голосом, приветливо глядя на парня.
- Должно быть, я забыл закрыть, – растерянно пробормотал Питер. Всё это начинало казаться ему странным. – Вы по какому вопросу, если не секрет?
Девушка смущенно потупила глаза, а её губы приняли форму немного глуповатой, но довольно-таки милой улыбки.
- Если позволишь мне войти, то я всё расскажу. Некоторые слова не предназначены для посторонних ушей, – понизив голос, произнесла она с таинственным видом.
Питер немного помялся в нерешительности. Стоит ли вообще тратить своё время на какую-то чудачку? Может она пьяная или, что ещё лучше, под дозой? Кто знает, чего от неё ждать?! Однако, потратив пару секунд на размышления и оценку возможных последствий, парень поддался любопытству. Да и как было не поддаться, когда живёшь скучной рутиной курьера доставки? Так можно от скуки умереть, если иногда не совершать глупости.
- Ладно, проходи, – смерив девушку взглядом, кивнул Питер и, пропустив гостью вперед, захлопнул дверь. На этот раз проверив замок.
Спустя несколько минут они уже устроились за квадратным столом на кухне.
- Ты будешь чай или кофе? – поинтересовался Питер, подготавливая чашки. – Ещё есть вино в шкафу. Правда, оно не очень на вкус.
- Спасибо, я буду просто чай, – вежливо улыбнулась гостья, скромно присаживаясь на стул.
Закончив со всеми приготовлениями, парень устроился на табуретке рядом с девушкой и неторопливо принялся пить. Внутри всё ужасно жгло от нетерпения и любопытства. Хотелось буквально закидать вопросами незнакомку, но, немного подумав, парень решил дать ей немного времени, чтобы освоиться. Да и сам он был не против понаблюдать.
С виду вполне обычная девушка. Длинные светлые волосы. Серо-голубые глаза, изучающие, казалось, всё и сразу. Красивое, пожалуй, даже милое лицо. Аккуратный нос. Одним словом – с внешностью всё в порядке. Что ж, теперь оставалось подобраться к её личности. Держалась незнакомка сдержанно, но в тоже время с достоинством. Каждое движение её рук и пальцев выглядело плавным и точным. Глаза смотрели цепко и уверенно. Ни единой ошибки, ни одного неловкого движения.
В очередной раз взгляд Питера скользнул по лицу таинственной гостьи, на мгновение встретившись с ней глазами. Парень с удивлением обнаружил, что его тоже изучают. Немного смутившись от такого положения дел, он демонстративно принялся за свою чашку. Пожалуй, слишком усердно.
- Значит, вот как живут великие убийцы колдунов? – внезапно выдала гостья, от чего Питер поперхнулся чаем. Такого вопроса он не ожидал.
- Ч-что, простите? – непонимающе взглянул он на собеседницу, посчитав, что ослышался. Однако в ответ последовала лишь короткая усмешка. Какие ещё убийцы? Каких ещё колдунов? Питер растерянно смотрел то в свою чашку, то на девушку, пытаясь понять, где же скрыт подвох.
- Убийцы колдунов, – снова произнесла девушка, самодовольно улыбнувшись. – Или ты придумал себе прозвище получше, Питер?
Стоило парню услышать ответ, и его голова едва не закипела от подобных фокусов. Неужели он сходит с ума? А если незнакомка и вправду сказала то, что он услышал…
- Но ведь это невозможно! – прошептал парень, лихорадочно соображая, и машинально попытался облокотиться о несуществующую спинку табуретки, из-за чего чуть не рухнул на пол.
- Да уж… И этот человек летал на мне! – со смешком произнесла девушка, покачав головой и окончательно взорвав мозг бедного парня.
- Твою же мать! Значит, мне не показалось... – только и выдавил Питер, тупо глядя на девушку.
Он подозревал, он чувствовал, что с ней что-то не так. Пришла поздно, одна, знает его имя, говорила о колдунах, а теперь откровенно бьет под дых фразой «летал на мне». Уж что-что, а после настолько откровенного ответа сложно было не догадаться. Это была вовсе и не девушка. Это была Селена.
Глава вторая, в которой в основном общаются
- Кажется, мне нужно выпить, – тихо пробормотал Питер, направляясь к шкафу с бутылкой вина внутри. Разум упрямо отказывался принимать происходящее.
Сидя на табуретке, Селена поерзала, одарив его полным сочувствия взглядом.
- Похоже, я слишком поспешила с раскрытием интриги, – она виновата покачала головой. – Ты точно не был готов...
Питер лишь молча взглянул на неё, обдумывая каждое услышанное слово.
- Как же ты меня нашла? – немного придя в себя, с любопытством спросил он, остановившись на полпути к шкафу.
- Пришлось попросить Эрнона помочь. Перенос, кстати, тоже его рук дело, – объяснила Селена.
- Как можно было довериться этому сумасшедшему! – воскликнул Питер, хватаясь за затылок.
- Ты думаешь, у меня были другие варианты? Я хотела найти тебя! – вскинулась дракониха, всплеснув руками.
После этих слов в воздухе наступила поистине невыносимая тишина. Настолько давящая, что Питер почувствовал противный звон в ушах и покалывание на коже. Напряжение так и повисло в пространстве между друзьями.
Первой решилась нарушить тишину Селена, глубоко вздохнув.
- Ты не очень-то рад видеть меня, Питер, – понизив голос, сказала она с долей обиды, опуская взгляд.
Парень тяжело вздохнул. Да и как было не вздохнуть? Он так много думал о ней, так скучал. Множество раз представлял, как они встретятся, если и встретятся. Всё это происходило так долго и мучительно для парня, что он уже слишком привык к состоянию подавленности и тоски. Образовалась, если так можно выразиться, извращенная зона комфорта, из которой Питера хотели резко вырвать. Всё равно, как если бы заядлого курильщика заставили за один день бросить курить. Ему не верилось, что фантом, за которым он гонялся во снах, наконец-то стал явью.
- Прости, – виновато произнес он тихим голосом, присаживаясь обратно за стол. – Я правда рад тебя видеть, Селена. Просто это так неожиданно вышло… Понимаешь? Мне не вериться.
Подняв глаза, дракониха молча кивнула. Кто ещё, как не она, сможет понять парня с полуфразы? Услышать, почувствовать, вникнуть. Нет, для Питера она и только она обладала таким бесценным даром. Только она понимала его.
- Что ж, думаю, мне стоит объяснить тебе суть дела, – выдержав паузу, предложила Селена, и сдержанно улыбнулась.
И она начала свой рассказ.
Началось всё с того самого момента, как Питер покинул Мелнрот. Не по своей воле, но, тем не менее, покинул. Разумеется, это случилось не без участия чудного алхимика, который, как выяснилось, оказался колдуном. Именно его Питер каждый раз благодарил за оказанную помощь и поддержку, ведь, как ни крути, без чудаковатого старика Питеру пришлось бы туго во время своего первого путешествия в Мелнрот. И в тоже время именно его, Эрнона Зрячего, парень каждый раз проклинал. Сражение в подземелье с омерзительной тварью, бывшей когда-то Денорионом – безумным колдуном, преследовавшим Питера и Селену, принудительное возвращение домой через заклинание переноса, почти целый год мучительных воспоминаний и беспокойных снов – за всё это стоило благодарить только Эрнона и его фокусы. Когда парень вернулся обратно в реальный мир, то очнулся в больнице. Он плохо помнил, что с ним произошло. Расспрашивая врачей, Питер узнал, что попал в аварию на своём мотоцикле. Что ж, они почти угадали...
Далее следовали две нудные недели восстановления, а единственным напоминанием о Мелнроте остался фиолетовый камушек. В Мелнроте об этом камушке была одна легенда. Настолько старая, что мало кто в неё верил. Согласно легенде, тот, кто завладеет камнем, сможет исполнить любое свое желание, даже самое безумное. А он просто лежал у Питера в кармане, как фантик от конфеты. После выписки жизнь парня шла относительно спокойно. Он работал, жил в своей квартире, хранил в ящике письменного стола камень и даже не подозревал, что сейчас происходит в Мелнроте. Впрочем, о столь внезапном появлении своей подруги, да и ещё в человеческом облике, он тоже не подозревал.
Но сейчас его мало волновали причины. Нет, конечно же, Питеру было интересно узнать зачем явилась дракониха. Телепортация между мирами происходит далеко не каждый день, и если это случилось, то должна быть довольно веская причина. Как уже догадывался Питер, не самая безобидная. Из рассказа Селены выходила примерно такая картина: в Мелнроте идёт война, развязанная нынешнем императором Ксерусом. Население поделилось на два противоборствующих лагеря: первый – те, кто поддерживал власть императора, и второй – те, кто хотел его свергнуть. Классика жанра.
- После смерти Денориона и пропажи сам знаешь чего этот Ксерус просто взбесился! – говорила Селена, постепенно начиная закипать. – Я жила и толком знать о нём ничего не знала, кроме имени. А теперь про него твердит чуть ли не каждый встречный, точно заводная игрушка...
Она с легким хлопком положила руки на стол и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.
- Я своими глазами видела, как его солдаты сметают целые поселения. У Ксеруса поистине огромная армия. Нет, даже не армия – орда!
- Паршиво, – буркнул Питер, прикладываясь к стакану с вином, которое он всё-таки достал из шкафа. – И чем я-то могу помочь? Не пойми меня неправильно, Селена, но на что Я могу повлиять? Разве что продолжать прятать у себя этот несчастный камень, который в моём мире превратился в бесполезную стекляшку. Если он не был такой и раньше.
Парень решительно отодвинул от себя пустой стакан и отвернулся. Нужно было немного выдохнуть. От услышанного его бросило в жар и стало труднее дышать. Хотя будет глупо говорить, что на состоянии парня не отразилось и вино.
Селена лишь молча наблюдала за ним, анализируя. Она знала, что другу сейчас нелегко и не давила. Вместо этого она тихо встала со своего места и подошла к парню сзади, нежно приобняв его за плечи.
- Ты помнишь, как мы встретились? – мягко заговорила она, наклонившись к его лицу. – Помнишь, как мы вместе искали других людей? Ты так волновался... А помнишь, как мы сидели вдвоем на берегу реки рядом с домом Эрнона? Помнишь, как ты вытаскивал меня из подземелья, и нас чуть не размазал по стене огненный шар? Я помню, Питер. А ты?
Она прижалась к Питеру ещё сильнее, обвив руками за шею. Он не смог сопротивляться и взглянул на неё через плечо.
- Да, я помню, – ответил он, чётко произнося каждый звук, словно решил этим придать себе уверенности. Его голос немного дрогнул.
Едва заметная улыбка приподняла уголки губ Селены. Эти три слова заменили ей тысячу речей. Они прозвучали искренними.
- Ты можешь повлиять на гораздо больше вещей, чем считаешь, – продолжала она полушепотом, – например, на меня... Думаешь, что ты один скучал и не спал по ночам, вспоминая прошлое?
После этих слов она тихо вздохнула, давая Питеру понять, что речь окончательно подошла к завершению и теперь он может всё обдумать. Переварить.
Однако парень не намерен был дальше медлить. Да, сначала он испугался, не поверил до конца, решив, что от него, простого курьера, требуют слишком многого. Снова посетить Мелнрот, да и ещё с риском ввязаться в войну? Нет уж, спасибо. Но Питер так хотел быть рядом с Селеной. Так хотел снова увидеть её настоящий облик во всей красе, а не эту магическую маскировку, пусть даже и симпатичную, что теперь ему было всё равно, куда идти и за чем. Лишь бы вместе. Он слишком долго скучал. А дракониха тоже хороша! Знала ведь, что трюк с воспоминаниями произведет сильное впечатление. Говорила она, правда, искренне, но эффективности от этого стало только больше.
- Значит, опять за старое? – парень наконец-то позволил себе улыбнуться и даже слегка подмигнул подруге. – Что ж, если вместе, то я согласен.
Дракониха кратко объяснила парню свой план. На днях должен был открыться портал, который, как предполагалось, перенесет обоих в Мелнрот. Примерно в район одного из нейтральных городов, ещё не павших под натиском Ксеруса. Появиться этот портал должен был в том же месте, где появилась после переноса Селена. Иными словами: «дверь открыта – дверь закрыта». По крайней мере, так предполагал план. В любом случае, перед наступлением необходимости ломать голову и вникать в тонкости работы порталов, у друзей был день-два на подготовку и просто внутреннее принятие. Поэтому сегодня им не оставалось больше ничего, кроме как лечь спать.
Проснувшись на следующее утро, Питер обнаружил, что Селена уже сидит на краю дивана. Видимо, она встала раньше него.
- Доброе утро, соня! Как спалось? – с улыбкой повернулась она к парню, услышав, как под ним тихонько заскрипел диван. Звук был таким тихим, что любой человек проигнорировал бы его, посчитав незначительным, либо и вовсе не услышал бы. Но драконий слух обмануть не так-то просто!
Питер вяло повел глазами по комнате, словно проверяя их работоспособность, и лениво зевнул.
- Знаешь, в последнее время я оцениваю качество своего сна лишь двумя словами: уснул или нет, – со смешком произнес парень, передвигаясь к краю дивана. – Но если честно, то сегодня я хотя бы смог нормально выспаться.
- По крайней мере, это уже похоже на прогресс, – она шутливо ткнула приятеля в плечо, как бы желая немного подбодрить.
Далее последовали типичные для позднего утра процедуры: умывание, поиск приличной одежды, заваривание кофе. Все эти увлекательные процессы заняли чуть больше времени, чем ожидалось, но благо сегодня у Питера был выходной, а значит, на счет очередного опоздания можно было не волноваться. Хоть один плюс… Да и о какой работе вообще может идти речь, когда в твоей собственной квартире разгуливает живой дракон?! Ещё и в обличии девушки.
Питеру до жути было интересно узнать подробности о маскировке подруги. Что она чувствует? Сохранился ли её огонь? Но он всё никак не решался. Не знал, как лучше спросить. Ведь не может же он просто подойти и попросить её раздеться, чтобы самому проверить, есть ли чешуя на коже или нет. Хотя… Почему бы и нет? За завтраком, состоящим из приготовленной на скорую руку яичницы, терпение Питера окончательно разошлось по швам, выпуская наружу жгучее любопытство. Он не смог удержаться от навязчивого вопроса.
- Слушай, Селена, – проглотив очередной кусок, заговорил парень, – не хочу показаться грубым, но я просто схожу с ума от догадок и теорий. Как быть с твоей внешностью?
Девушка молча подняла на него удивленный взгляд, не переставая пережевывать. Похоже, прежние нравы частично сохранились.
- Что ты имеешь в виду? – с легким непониманием спросила она, изогнув бровь.
- Ну, как ты себя ощущаешь? Или ты хочешь сказать, что каждый день превращаешься из дракона в человека?
Дракониха помолчала, видимо, обдумывая свой ответ. Некоторое время она просто продолжала жевать.
- Если тебе и вправду так интересно, – усмехнулась она, отодвинув свою тарелку, – то тебе я могу показать. Мне не сложно.
- Тогда пошли? – произнёс обрадованный Питер, вставая из-за стола. На тарелке парня, как и у его гостьи, осталась недоеденная яичница, ибо когда долго живёшь один, то научишься портить всё. Даже яичницу.
Итак, они переместились обратно в комнату с диваном. Питер с деловым видом уселся на краю, а Селена встала прямо перед ним, выпрямившись во весь рост.
- Сразу говорю: не кричать, в обморок не падать и не шутить! – глянув из-за плеча, она вдруг нахмурилась и погрозила пальцем. – Захихикаешь – получишь.
- Неужели всё настолько плохо? – поднял брови юноша.
- Я предупредила, – девушка повернулась к нему спиной. – Ну, готов?
- Пожалуй, –хмыкнул парень, скрестив руки на груди.
Она начала постепенно раздеваться, откидывая свою одежду на диван. Оставшись в одних грубых штанах, напоминавших джинсы, она повернулась к парню лицом. То, что он увидел, напугало, удивило и рассмешило одновременно. Перед ним стояла вполне себе обычная девушка с вполне обычной кожей. Во всяком случае, на лице и руках. Миновав кусок ткани, прикрывавший область груди, взгляд парня остановился на боках девушки. Приглядевшись, Питер понял, что они были покрыты тоненькими сверкающими чешуйками, как и живот.
- Ничего себе! – прошептал парень, рассматривая смесь из кожи и прозрачной чешуи.
- Ты ещё мою спину не видел! – усмехнулась дракониха, фыркнув себе под нос.
- Только не говори, что там маленькие крылья! – Питер всё-таки не удержался от глупой шутки.
- Не совсем крылья, но думаю, тебе понравится, – проговорила дракониха, прищурившись. – Не знаю почему, но оборотное заклинание сработало в основном на лице и руках. Ох, надеюсь, я не зря это всё затеяла...
Питер не до конца понял смысл последней фразы, но стоило Селене вновь показать спину, как все вопросы отпали сами собой. На спине, если хорошенько приглядеться, тоже можно было различить тоненькие чешуйки. Но привлекало внимание совсем другое: на каждом позвонке выпирал крошечный шипик. Странно, что Питер не заметил сразу, хотя, учитывая закругленность костяных бугорков и небольшой размер, заметить их было не так просто.
- Ну как? – поинтересовалась дракониха.
- Выглядит круто! – рука Питера сама потянулась к одному из позвонков, чтобы проверить.
- Эй, не ковыряй! Не то врежу! – воскликнула девушка, угадав действия парня ещё до его прикосновения.
- Ого! – вздрогнув, парень невольно отшатнулся. – Не виделись всего пару месяцев, а ты вот как заговорила. Ай-яй-яй! А кто же тебя на плече носил, когда ты была мелкой?
Он театрально покачал головой, всеми силами изображая осуждающий вид. Дракониха лишь усмехнулась. Выходка пришлась ей по вкусу.
- Лучше подай мою одежду. Шутник...
Ближе к обеду погода разгулялась. Даже солнце немного выглянуло из-за туч, робко пробивая себе бледными лучами путь на свободу. На серой земле и асфальте, точно разбитое стекло, блестели свежие лужи, напоминая о недавно прошедшем дожде, а воздух отдавал приятной сыростью, так и манившей выйти на улицу.
- И куда ты меня ведешь? – скептически спросила Селена, с опаской оглядываясь по сторонам. Похоже, что ей не сильно нравилась идея о расслабленной прогулке.
- Увидишь, – последовал короткий ответ от бодро шагающего рядом Питера.
Довольно скоро парочка миновала тихий двор и вышла на оживленную улицу, представляющую собой самый настоящий муравейник. Всё вокруг громыхает, шумит, гудит. Все куда-то торопятся. Словно стоит начать совершать на один шаг меньше, и тут же само пространство неизбежно схлопнется, а затем обратится в первозданную пустоту. Питер, уже привыкший к постоянной суете, не обращал ни на что внимания и просто шёл дальше по своим делам, как и остальные члены «муравейника». Он был спокоен, расслаблен и даже в некотором роде отстранен от реальности. Сейчас он слился с толпой, стал частью потока и как по рельсам продвигался к своей остановке.
Но вот его спутница – совсем другое дело! Ступает осторожно, держится рядом и постоянно смотрит по сторонам. Можно было подумать, что драконихе просто интересно получше все рассмотреть, изучить, понять. Совсем как Питеру в Мелнроте. Но чем дольше Питер присматривался, тем сильнее убеждался в обратном: ей не любопытно, ей страшно. Но что такого страшного в обычной улице? Разумеется, что ничего. Если не бросаться под проезжающий мимо транспорт и не приставать ко всем подряд. Но ведь мы рассматриваем точку зрения обычного человека, верно? А как быть с существом, пришедшим из другого мира, где нет огромных многоэтажек, бурных течений дорог и постоянного галдежа? Нет, конечно же, в Мелнроте есть свои города и поселения, но столь бурным уровнем деятельности они отнюдь не обладают. В этом смысле дракониху можно было понять. Она не знает до конца. Она не понимает до конца. Она нервничает.
Глядя на то, как Селена озирается чуть ли не на каждый встречный звук, Питер не выдержал.
- Всё в порядке? – негромко спросил парень, взяв Селену за руку.
Она с растерянностью пожала плечами.
- Не знаю, Питер... – задумчиво произнесла она, поводив глазами. – Понимаешь, здесь всё такое оживлённое. Пожалуй, даже бешенное. Я чувствую себе не очень комфортно.
Последовал тяжелый вздох, свидетельствующий о накопившейся усталости.
- Знаешь, я понимаю твоё беспокойство, – немного подумав, заговорил Питер. – Новое место, непривычная атмосфера – всё это здорово давит. Но бешеный мир ещё не означает, что повсюду одни враги! Да, здесь есть свои проблемы, но нас никто не съест, уверяю тебя.
- Хочется в это верить, – кивнула дракониха.
- И мне. О, кстати, мы почти пришли! Видишь?
Питер показал рукой на небольшое здание с вывеской, на которой красивыми буквами было выведено «кафе».
- Я подумал, что нам не помешает немного расслабиться. Не сидеть же всё время дома!
И он уверенными шагами направился к стеклянным дверям. Селена же, не желая отставать, поспешила за ним. Споры и прочее могут подождать. Новоиспеченным посетителям повезло: не успели они войти в кафе, как их глаза сразу же приметили свободный столик у окна. Казалось, что это место было подготовлено специально для особенных гостей, роль которых сейчас играли Питер и его спутница.
- Думаю, здесь нам будет неплохо, – довольно сказал Питер, присаживаясь на небольшой диванчик. Весьма удобный, кстати.
- Так значит, ты вытащил меня из дома только чтобы поесть? – девушка недоверчиво прищурилась.
- Какое узкое представление обо мне! – Питер демонстративно откинулся на спинку диванчика, состроив обиженную гримасу. – У меня гораздо более разносторонние идеи.
- Да? И какие же? – вновь полюбопытствовала Селена, изогнув бровь.
- Мы будем пить кофе! – бодро ответил парень и самодовольно улыбнулся.
Как раз в эту минуту к столику подоспел официант. Он поприветствовал новых гостей и поинтересовался их заказом. Недолго думая, Питер заказал стакан кофе, явно поленившись придумывать нечто оригинальнее. Похоже, что в этот раз он и в правду не шутил. Когда очередь дошла до Селены, то она на мгновение растерялась. Однако, сообразив, прежде чем официант повторил свой вопрос, дракониха последовала примеру Питера. Официант машинально записал заказ и удалился, а друзья остались вдвоем. Благо за соседними столиками сейчас было пусто. Первым нарушил молчание Питер.
- Так значит, отправляемся? – донеслось от парня.
- Если придем вовремя, то да, – ответила Селена.
- Когда же?
- Завтра, в полночь.
- А если мы не успеем?
- Тогда всё плохо.
- Как интересно... – протянул Питер и умолк, откинувшись на спинку дивана.
Некоторое время оба сидели в тишине и наблюдали за возней на улице. Занимательное зрелище, хочу отметить. Причём в этой фразе нет ни единой капли сарказма, скорее наоборот. Её следует произносить с серьезной задумчивостью, с какой изрекают свои умозаключения великие мудрецы, стремящиеся чуть больше заглянуть за незримую ширму бытия, где непременно находятся подсказки к вечным вопросам философии. Пешеходы сновали тут и там, а между тем официант вернулся с кофе и, вежливо улыбнувшись, оставил своих клиентов наедине со своими напитками, чей вкус и запах обязательно должны были побудить гостей оставить солидные чаевые. По крайней мере, официант искренне надеялся на подобный исход.
- Слушай, а как же с нашим особенным способом общения? – вдруг спросил Питер, застыв с поднесенным к губам кофе. – Я имею в виду мысли.
Дракониха вновь прищурилась и сделала несколько небольших глотков. По правде сказать, вкус ей не особо понравился, но жажда оказалась сильнее.
- А ты пробовал связаться?
- Посчитал, что лучше сначала спросить. Откуда мне знать, какие там тонкости у оборотного заклинания?
Селена одобряюще улыбнулась – ей очень понравился ответ парня.
- Верно мыслишь, Питер, – сказала она, кивнув. – Я и сама до конца не понимаю, что именно натворил старик. Хотя Эрнон и заверил меня в безопасности, да я и не думаю, что он затеял что-нибудь сверхплохое, но руки у него растут определённо не из плеч...
- Хах, это точно! – Питер вспомнил про шипы на позвонках.
- К тому же, – продолжала дракониха, – я не знаю, есть ли побочные эффекты при успешном заклинании, а тут дешевая пародия от старого чудака. Мне так не терпится вернуться в своё обычное тело!
- По-моему, вышло не так уж и плохо! – Подбадривающе проговорил парень.
- Спасибо за комплимент, – последовала ещё одна улыбка, особенная, ибо означала она благодарность. – Но с моими крыльями мне нравится куда больше.
Остаток дня прошёл без хлопот. Вернувшись домой, друзья решили посвятить всё оставшееся время отдыху, иногда разбавляя его всевозможными обсуждениями, которые особо ничего и не значили. Они говорили, потому что им хотелось говорить. Ни на единую секунду в воздухе не появлялся дух неловкого молчания. Ему просто не позволяли возникнуть. То Питер примется интересоваться ощущениями драконихи в новом теле, то дракониха начнёт расспрашивать Питера о рутине его жизни, то Питер начнёт объяснять принцип работы телевизора, хотя его и не просили об этом.
Вообще, Селена старалась внимательно слушать практически всё, что ей рассказывал парень. Кто знает, какая информация может понадобиться ей завтра? Да и любопытно же, в конце концов! Не говоря уже о лишней возможности поговорить с другом, по которому так скучала Селена. Но, несмотря на это, она предпочла не вываливать все свои мысли и переживания разом. Дракониха понимала, что другу тоже непросто, что за очередной нелепой шуткой кроется огромная тоска по ярким моментам прошлого, но вместе с тем и колоссальная радость от встречи в настоящем. А если сюда добавить страх и предвкушение интригующего будущего, то ценность момента возрастает до космических значений. Даже если этим моментом является разговор о каком-то непонятном «телевизоре».
Глава третья, в которой герои получают первые впечатления от не первого прибытия
Весь следующий день они провели в квартире. Питеру пришлось позвонить на работу и взять больничный, весьма размыто обозначив его сроки. В конечном счете это привело к звонку разъяренного начальника и выговору с последующим штрафом. Однако неделя на посещение Мелнрота теперь точно была у парня в кармане. Забавно. Он что, в самом деле звонил на работу и притворялся больным, рассчитывая закончить с очередным свалившимся на голову приключением всего за недельку-другую? Нет, это же просто смешно! Но на самом деле Питер прекрасно понимал, что его ждёт. Скорее всего, новый «поход» затянется на долгие недели, если не месяцы. И это в лучшем случае. Но больше всего удручало то, что на этот раз парня просто поставили перед фактом неизбежного. Если предыдущее путешествие, начавшееся с ночного шоссе, можно охарактеризовать как случайность, то сейчас за Питера приняли определённое решение. И теперь оставался единственный главный вопрос: верное ли?
Он шёл неизвестно зачем и неизвестно куда. Слово «Мелнрот» давало Питеру информации не больше, чем даст землянину слово «Марс». Да, известны общие черты и есть предположения, догадки, но всё это такое бессмысленное и пустое. Какой толк рассуждать о высшей математике, когда ученик не в состоянии связать дважды два? Питер не знал про Мелнрот толком ничего, что действительно могло бы ему помочь. Он не знал, что может сослужить роль правильного инструмента для предстоящей работы, но зато твердо решил не отступать. По правде говоря, ему было наплевать на какой-то там Мелнрот и войну. Парень слабо понимал, что будет после переноса. Куда он пойдёт, что будет делать – всё равно не имело для него значения. Единственная, о ком Питер искренне переживал – это Селена. Вместе со своим другом он готов был отправиться хоть в самое пекло.
Наступил поздний вечер, похожий на вчерашний. Со сборами особо не церемонились: Питер решил взять с собой только нож да спички, а Селене и вовсе ничего не требовалось – всем самым необходимым обладало её драконье тело. И вот приготовления окончательно подошли к концу. Зажав ключи в руке, Питер уже схватился за ручку входной двери, как вдруг его окликнули.
- Погоди, ты взял нашего малыша? – обеспокоено спросила дракониха, пробежавшись по парню оценочным взглядом. – Он нам понадобиться!
- Если ты про камень, то да. Взял, – не поворачиваясь, ответил парень и сильнее надавил на ручку двери. – Думаю, теперь лучше держать его при себе.
Питер уверенно перешагнул порог своей квартиры и отступил немного в сторону, пропуская Селену. Та одобрительно кивнула и, заняв место у стены, наблюдала, как Питер проворачивает ключи в дверном замке.
- Будешь скучать? – с участием спросила она, услышав короткий вздох парня.
Парень повернулся к ней и с равнодушным видом пожал плечами.
- По этой бессмысленной рутине, которая однажды сожрет меня? Не думаю. Уж лучше шагнуть в неизвестность через непонятный портал.
Он шутливо подмигнул драконихе, как бы насмехаясь над нелепостью собственного положения.
- Кажется, всё не так плохо, – тихонько пробормотала дракониха себе под нос, усмехнувшись. – А я-то боялась!
Оказавшись на темной улице, они сразу направились в городской парк. Воздух отдавал прохладой. Дорога прошла спокойно и без особых происшествий, благо ночью редко с кем можно встретиться. Хотя, кому вообще есть дело до двух сомнительных личностей, решивших прогуляться в темноте? Добравшись до главного входа парка, они свернули в сторону. Как раз к старому входу, где кроме парочки кирпичных зданий, один лишь вид которых вызывал острое желание помыться, ничто не могло привлечь внимание посторонних зрителей. Тихое, грязное, безлюдное место, просто идеально подходящее для порталов и всевозможных пакостей. Рядом с одним из зданий и произошла остановка. Вблизи постройка казалась ещё больше заброшенной.
- Вот мы и пришли, – выдохнув, сказала дракониха. – С минуты на минуту из-за двери появится свечение. Тогда мы должны будем открыть её и пройти, как если бы заходили в само здание.
Питер скептически взглянул на покрывшуюся приличным слоем ржавчины исцарапанную дверь.
- Звучит несложно, но в чем тогда подвох? – изогнул бровь парень.
- На этот раз ни в чем, – спокойно ответила дракониха, посмотрев на Питера и блеснув в лунном свете глазами. – Нам нужно всего лишь перешагнуть порог. Кстати, где сам камень?
Селена знала, что Питер не допустил бы такой оплошности, и не собиралась примерять на себя роль строгого командира, но всё же не смогла сдержать требовательного взгляда. И только увидев, как парень вытаскивает из кармана маленький фиолетовый камень, она расслабилась.
На несколько секунд глаза обоих словно прилипли к фиолетовому камешку. В темноте от него исходило лёгкое свечение, так и манившее к себе взгляд. Это полупризрачное свечение казалось таким тёплым, таким таинственным и живым... Оно будто бы говорила всякому смотрящему: «Привет! Я из другого мира! Смотри, какое я красивое!»
Но тут из-за двери донеслось нарастающее жужжание, заставив Селену первой оторваться от камня. Быстро взглянув на дверь, она мягко положила свою руку на ладонь Питера, собирая её пальцы в кулак и пряча внутри камень.
- Не знаю, что с ним, но лучше не смотри на него так долго, – спокойно проговорила она, с нотой опасения взглянув на лицо юноши. – Странный он...
Питер понимающе кивнул и поспешил спрятать камень обратно в карман.
- Значит, отправляемся? – бодро поднял он голову.
- Отправляемся, – с улыбкой кивнула Селена, шагнув ближе.
И, крепко взяв друг друга за руки, они решительно шагнули к ржавой двери, как шагает всякий под струю ледяной воды, пробудившись жарким утром. Спустя пару мгновений повсюду наступила самая тёмная ночь из всех, что способно представить человеческое воображение. Вокруг не было абсолютно ничего, но в тоже время тело никак не могло отделаться от ощущения свободного полёта. Или падения? А может и вовсе невесомости? Руки, ноги, голова – всё поглотило чувство невероятной лёгкости, будто бы саму душу отделяли от слабой конструкции из мяса и костей. Затем к незримому прибавилось зримое: в пространстве, как по команде, начали зажигаться огоньки.
Они напоминали звезды из иных миров. Синие, жёлтые, красные, зелёные... И каждый из них обладал своей неповторимой яркостью. Если найти ящик, который уместил бы внутри себя все каменья мира, то они бы показались жалкими блестяшками по сравнению с волшебством этих далеких и холодных огоньков. Но довольно скоро иллюзия лёгкости сменилась своей противоположностью. Тело и все внутренние органы начало жутко сжимать, словно огромным прессом. Резко закружилась голова, в горле встал твёрдый ком, а в животе что-то противно засосало. Пространство завертелось. Прекрасные огоньки превратились в тошнотворную кашу, закружившись в безумном танце. Последовал мощный удар несуществующей дубины, направленный точно в голову.
Знаете, как обычно происходит включение очень старенького компьютера? Почти каждый запуск измученной машины можно сравнить с восстающим из земли покойником, монотонно приговаривающим: «ещё рано, ещё не время, ещё поработаем»… Медленно начинает шебуршать системный блок. Ох уж этот живучий пыльный гроб, стойко выдерживающий безжалостные удары ноги раздраженного владельца! Неспешно загорается монитор с пустым рабочим столом, где наверняка красуется яркая, но весьма сомнительного качества картинка. Что? Почему рабочий стол пустой? Ну вы даете… Машине же, как и человеку, необходимо подумать, прогрузиться. Особенно в преклонном возрасте.
Подобно пробуждению старого компьютера, сейчас происходило пробуждение Питера. Первое, что заметили с трудом раскрытые глаза – это два гигантских пятна, одно из которых представляло собой размазню голубого цвета, а другое – размазню зелёного. Невероятных усилий стоило удержаться от соблазна вернуться обратно в успокаивающую темноту. Глаза строго-настрого следовало оставлять открытыми, даже если взору предоставляется скудная картинка из двух цветов. Ведь стоит лишь немного поддаться навязчивому чувству, и ты устремишься в бесконечную пропасть. Иначе говоря: потеряешь сознание.
Вторым впечатлением стало приятное ощущение тепла, разбавленного лёгким ветерком. Прикосновение ласкового, предположительно летнего дня разогревало всё тело, игнорируя одежду. Снова приступ липкого сна вероломно подступил к глазам, всеми силами стараясь их слепить. И вот Питер уже немного поддался, оставаясь в шаге от непоправимого, как вдруг услышал рёв. В мгновение ока забыв обо всём и подчинившись лишь первобытному инстинкту, перепуганный парень вскочил на ноги, озираясь. Но вокруг не было ничего, кроме бескрайних зелёных холмов, уходящих невероятным ковром за линию горизонта.
«Теперь к страху прибавилась ещё и растерянность... – мрачно подумал Питер, беспомощно крутя головой во все стороны. – Но я же ещё не настолько чокнулся!»
Не успела мысль окончательно прозвучать под крышкой черепа, как нечто с бешеной скоростью пронеслось прямо над головой Питера, сверкнув в воздухе, и заставив парня пригнуться. Он не смог толком понять, что именно произошло, но уже ощутил мощный хлопок за своей спиной и последующий за ним новый громогласный рёв.
Но на этот раз Питер не испытал ни капли страха. Услышав рёв снова и гораздо ближе, чем в первый раз, юноша почти сразу уловил в его звучании знакомые ноты. Более того, этот голос был по-настоящему наполнен неподдельной радостью. Той, которая приходит к каждому пленнику, долго и мучительно ждущего часа своего освобождения от гнетущих оков неволи.
«Как же это здорово!» – до Питера донеслось мысленное послание, источавшее каждым своим словом самый настоящий восторг. От неожиданности парень слегка вздрогнул, как вздрогнет всякий, услышав рядом с собой на улице неожиданный выкрик. Но почти тут же пришло осознание, что та, кому принадлежал голос, находится здесь, совсем рядом. Улыбнувшись от этой мысли, Питер поспешил обернуться.
Взору юноши предстала картина, словно вырванная прямиком из его снов: на зеленом лугу, залитым ярким солнцем, стояла Селена, широко расправив свои прекрасные крылья. Тело драконихи так и сверкало от ослепительных солнечных лучей, играющих на каждой серебристой чешуйке. Кожаные перепонки между пальцами крыльев просвечивались, точно плотные шторы на окне в разгар июльского дня. Наконец взгляд Питера встретился с глазами драконихи. Два аметиста ловко проскользнули по нему, осматривая с головы до ног, будто бы желая в чем-то убедиться. Пара секунд оценочного осмотра и вот взор аметистовых огней снова устремлён Питеру в лицо, а уголки рта драконихи приподнимаются в подобии улыбки.
«Признайся, ты этого ждал не меньше, чем я» – самозабвенно промурлыкала Селена. Её голос оставался всё таким же приятным и нежным, но в тоже время не лишенным глубины и доли грозности, которые присуще драконам.
«А ты совсем не изменилась. Ну, разве что немного подросла» – тепло улыбнулся в ответ Питер, любуясь драконихой.
«Пожалуй, сочту это за комплимент» – усмехнулась серебристая рептилия и уселась на зеленую траву, устремив свой взор куда-то вдаль.
Питер медлить не стал и, решив присоединиться к серебряной драконихе, подошёл ближе, устраиваясь рядом со своей подругой. Вместе они стали созерцать зеленое полотно жизни, раскинувшееся перед ними. Питер не знал, сколько прошло времени. Десять минут? Полчаса? Час?.. Бескрайние зелёные луга поистине очаровывали разум своей чистотой и, как казалось, непорочностью. Юноша и дракон не могли, а может и не желали так просто оставлять столь безмятежное зрелище. Поддавшись этой странной внеземной магии, они продолжали наблюдать и наслаждаться запахами травянистого моря. Здесь только они и пьянящая музыка природы. Полное умиротворение.
Прошло около двух часов после прибытия в Мелнрот. Друзья покинули столь завораживающие красотой луга и теперь неспешно передвигались по равнинной местности. На первое время от полётов было решено воздержаться, что не могло не разочаровать Селену. Впрочем, крылатая знала, что это лишь временная предосторожность и не сильно беспокоилась. Совсем скоро всё изменится. Она это знала. Земля равнин была особо твердая и сухая. Местами хрустящая от шагов почва содержала в себе такое количество камней и неровностей, что складывалось впечатление, будто ноги идут по невыносимо скверного качества брусчатке. Человеческая нога, а особенно нога городского любителя сидеть дома, испытывала действительно ощутимый дискомфорт. Чего не скажешь о стойкой драконьей лапе, чьи мощные когти иной раз и сами превращали мелкие камешки в окончательно ничтожную крошку.
Однако долго терпеть неудобства не пришлось: путники, облегченно вздохнув, вышли к грунтовой дороге.
«Вот видишь? – не сбавляя хода, обернулась дракониха, улыбнувшись. – Мы уже совсем недалеко от города!»
«Звучит ободряюще, – вяло откликнулся Питер, отвыкший так много ходить. – Ты говорила, что он нейтрален, верно?»
«Вроде того, – Селена кивнула. – Большинство жителей города крестьяне и рабочие, которым одинаково наплевать что на императора, что на противостоящих ему. Они просто хотят жить»
«Вернее чтобы к их повседневным проблемам не добавлялось новых» – проворчал Питер, спотыкаясь об очередной камень.
«Может и так» – пожала дракониха крыльями.
За разговорами остаток пути прошел незаметно. В основном эти разговоры были посвящены общим деталям и походили на вводный инструктаж или поучительную лекцию, которую ответственный воспитатель старается донести до неразумных учеников. Пожалуй, настоящего внимания заслуживали всего несколько пунктов. Например, Питер узнал, что в Талоде – так назывался нейтральный город – среди людей живет несколько драконов. А ещё Питер узнал о неком Совете, который планировалось собрать на следующий день и на который, конечно же, ждут и его. Вот только зачем ждут, оставалось только догадываться. Или вот ещё один любопытный пункт: за то время, пока Питер не виделся с Селеной, крылатая успела обзавестись парочкой знакомств в городе и была теперь не просто драконом, а драконом, которого иногда узнавали на улицах. Это определённо давало ей некоторое преимущество, ставя в более выгодное положение, которым, если потребуется, мог воспользоваться и Питер.
Но вот перед путниками возникли огромные темные стены, одним лишь видом внушавшие абсолютную уверенность в своей несокрушимости. Они казались такими громадными и прочными, что даже мысль нанести каменным исполинам хотя бы царапину невольно смешила. Это были стены Талода – одного из самых неприступных и защищённых городов в Мелнроте. Но несмотря на внешнюю суровость, Талод отнюдь не относился к числу городов, способных похвастаться шикарными или, напротив, чрезмерно отвратительными видами. Дома, построенные преимущественно из камня, были не очень велики и не очень малы. Особо сильной грязью или вонью город похвастаться не мог, также как улицы не могли похвастаться бешеной суетой. В общем, изнутри Талод был самым непримечательным из непримечательных городов.
«Ты живёшь в городе?» – спросил Питер, с любопытством разглядывая ряды выделявшихся деревянных домиков, окруженных изгородью из яркого кустарника. Можно было подумать, что в них живут помешанные садовники.
«Не совсем, – ответила крылатая, шевельнув крылом. – Скорее я заглядываю сюда время от времени. Проверить знакомых, например, или по другим делам»
«Другим делам? Не хочешь ли ты сказать, что стала важной шишкой?» – полушутя поднял брови Питер.
«Не то чтобы важной, но далеко не самой незаметной! – серебряный ящер нравоучительно поднял коготь к небу. – Дракон я всё-таки или нет?»
В ответ Питер коротко усмехнулся, ничего не ответив.
За спорами о нюансах драконьего статуса в городе путники не заметили, как оказались у дверей таверны. «Весёлый бродяга» гласила большая вывеска над самым входом.
«Ну и название!» – со смешком подумал Питер и взглянул на подругу, желая увидеть её реакцию. Крылатая, впрочем, осталась равнодушной и лишь одарила парня снисходительным взглядом, словно терпеливый воспитатель.
«Мне нужно кое-что выяснить, – сказала она с оттенком предупреждения в голосе. – Я могу рассчитывать на тебя?»
Питер на мгновение растерялся, не совсем понимая, что от него хотят, но довольно быстро сообразил.
«Мне подождать снаружи, верно?» – уточнил он у драконихи.
«И без меня ни шагу! – недоверчиво прищурилась серебряная рептилия. – А не то...»
«Ясно, ясно! Я должен стоять здесь и смотреть в одну точку, как деревянный болванчик!» – с легким раздражением, всплеснул руками юноша.
«Чтобы так и было! – спокойно проговорила дракониха, удовлетворившись ответом и решив не заканчивать предыдущую свою фразу. – Я скоро вернусь»
И с этими словами она исчезла за широкими деревянными дверями.
Какое-то время Питер действительно стоял у дверей в ожидании драконихи. Он твердо решил не отходить от входа ни на метр и поначалу стойко выдерживал сие испытание. Но прошло минут десять, и воля парня начала слабеть. Где-то в потайных уголках сознания пробудился один из самых подлых и беспощадных пороков – скука. В бездействии время так мучительно растягивалось, подобно нагретой резине, которая ещё и воняет, что здесь даже взрослый дракон потерял бы всякое терпение, не говоря уже о Питере, который был всего лишь человеком. А люди, как известно, легко поддаются соблазну.
«Интересно, – размышлял парень, меря шагами деревянное крыльцо, – что происходит внутри? Неужели и вправду в таверне сидят и люди, и драконы? Едят, пьют, болтают, а тут ещё и моя чешуйчатая присоединяется! Заходит, слегка пригнув голову, чтобы не встретится с потолком рогами, и начинает глядеть по сторонам. Расспрашивает, ищет, думает и, наконец, находит того, кого искала... О чем же они будут говорить?..»
Увлекшись размышлениями, Питер не заметил, как спустился с крыльца и уже с минуту бесцельно бродил около одного из уличных фонарей. Опомнившись и даже немного испугавшись от неожиданности, парень хотел было вернуться к крыльцу, но тут, к своему удивлению, услышал, как незнакомый голос позвал его. Питер так и застыл на месте, сомневаясь в дальнейших действиях. Обернуться? Проигнорировать? А может это адресовано вовсе не ему? Ведь фраза «эй, человечек» может предназначаться кому угодно из людей. Вот только сейчас других представителей человеческой расы поблизости не наблюдалось.
А между тем чьи-то шаги звучали всё ближе и ближе, постукивая и шурша по земле.
- Что же ты не оборачиваешься, человечек? Решил притвориться глухим? – прозвучал насмешливый, слегка шипящий голос, принадлежавший явно существу женского пола. – Или испугался меня?
- Испугался? Да ни капельки! – спокойно ответил Питер, всё-таки решивший обернуться и хотя бы оценить потенциальную угрозу от новоиспеченного собеседника. Он догадывался, что, возможно, говорить придётся не с человеком, но всё равно не смог удержаться от негромкого «ой!», когда увидел перед собой зелёную виверну. Виверна стояла на задних лапах, немного наклонив тело вперёд, словно динозавр, и с любопытством разглядывала незнакомца. Её оранжевые глаза с вертикальными зрачками так и бегали по Питеру. Ростом же рептилия была всего на голову выше парня и выглядела стройной.
- Кажется, ты ожидал увидеть нечто иное, не так ли? – слегка вытянутая, но не лишенная аккуратности морда рукокрылой расплылась в зубастой улыбке.
- Ну, если честно, то да, – Питер всеми силами старался подобрать слова. – Скажем так, я не часто вижу таких, как ты.
- Нас действительно не очень много, поэтому это неудивительно, – зеленая рептилия протянула парню одно из своих рук-крыльев, растопырив два длинных пальца. – Я Лияда.
- А я Питер, – произнёс юноша, протягивая руку в ответ и осторожно пожимая крыло виверны. – Смотрю, ты неплохо освоилась среди людей. Я прав?
- Рукопожатие – дело не сложное, – добродушно хихикнула рептилия. – Совсем другой вопрос, когда нужно перенести посуду или что-нибудь маленькое. Но мне с этим повезло чуть больше, ведь у иных видов и вовсе пальцев нет.
Тут она подняла крыло и пошевелила когтистыми пальцами, задорно подмигнув парню.
Питер хотел было ещё о чём-то её спросить, в конце концов не каждый день встречаешь на улице столь общительных виверн, но тут юноша почувствовал в своей голове чьё-то настойчивое присутствие. Догадываясь в чем дело, парень заглянул себе за плечо и увидел приближающуюся Селену. Вид у драконихи был не самый довольный.
«Я же сказала, ни шагу...» – прозвучал привычный голос в голове Питера. Уж что-что, а играть роль строгого воспитателя дракониха умела.
«Да я просто ходил поблизости! – последовала отчаянная попытка протеста. – Ничего же такого не случилось! Мы просто разговаривали»
Ящер лишь сверкнул двумя аметистами, одарив неодобрительным взглядом сначала Питера, а затем и Лияду, после чего звучно фыркнула, прикрыв глаза.
«Идём. Я договорилась о ночлеге» – выдохнув, спокойно сказала Селена.
В ответ Питер пожал плечами и взглянул в сторону Лияды. Виверна стояла в полном недоумении, хотя в оранжевых глазах читалось всё такое же любопытство.
- Слушай, мне надо идти, – извиняющимся тоном произнёс Питер.
Виверна пару раз моргнула, слегка наклонив голову на бок.
- Конечно, – кивнула она, сдержанно улыбнувшись, – быть может, ещё увидимся.
Питер быстро кивнул ей в ответ и поспешил за Селеной.
Зеленая виверна проводила долгим взглядом уходящего парня. Рукокрылой было слегка досадно, что ей не дали расспросить такого интересного прохожего. Одет не как все, ходит вместе с драконом. Любопытно...
- Ну, ничего… В следующий раз я обязательно тебя разговорю необычный человечек! – тихонько проговорила себе под нос рептилия, после чего удалилась.
Глава четвертая, в которой героям находят занятие
В таверне среди множества деревянных столов кипела своя особенная жизнь. Несмотря на видовое различие и тонкости в строении тела, как, например, наличие крыльев у большинства драконов, а у людей – отсутствие хвостов и чешуи, здесь, в городской таверне, абсолютно каждый посетитель, будь он хоть трижды дракон, неизбежно становился частью одной большой картины. Кто-то ел, кто-то беседовал с хозяином. В одном из дальних углов и вовсе устроилась целая компания из трех людей и двух драконов, оживленно играющая в кости. Чуть в стороне от шумных гуляк в гордом одиночестве сидел крупный бескрылый дракон. Здоровяк лениво попивал из огромной кружки, видимо, специально сделанной для драконов, и время от времени смотрел на играющих тем самым взглядом, который никогда нельзя понять наверняка. То ли этот взгляд означает раздражение от шума, ведь здоровяк пришёл сюда, чтобы отдохнуть после тяжелой работы, а не становиться невольным участником азартной игры. То ли взгляд означал обиду из-за грубого проигрыша, ведь здоровяк спустил свои последние деньги в этой дурацкой игре. Но, скорее всего, в данный момент этот взгляд означал банальное пьянство, ибо две вышеперечисленные причины ох как способствовали вхождению в это непотребное состояние... Собственно, отсюда и угрюмость взгляда.
Едва Питер вслед за Селеной переступил порог таверны, как тут же все его органы чувств окунулись в неповторимую атмосферу маленького хаоса. Галдеж, хохот, запах жареного мяса, смешивающийся с запахом пива, дурацкая мелодия, доносившаяся неизвестно откуда, но бодро играющаяся на каком-то струнном инструменте. Всё к вашим услугам. Пробиться сквозь разгоряченную алкоголем и азартными играми толпу – дело непростое. А если в этой толпе присутствуют ещё и огромные ящерицы, называемые драконами, то дело становится по-настоящему опасным. Одно неловкое движение и ты упадешь на пол, где тебя непременно раздавит какой-нибудь пьяный великан. Именно поэтому начать штурм крепости пьянства выпала честь Селене. Как-никак она была драконом. Она, словно несокрушимый бульдозер, прокладывала дальнейший путь, а прямо за ней, ухватившись за кончик хвоста, ступал Питер, нервно посматривая по сторонам. Иной раз серебряной драконихе даже приходилось применять силу. Правда, если путь преграждал кто-нибудь из людей, то дракониха легонько отстраняла помеху лапой, стараясь не навредить. Ко всем остальным же никаких скидок не предполагалось, и чешуйчатая щедро награждала тумаком любого пьяного собрата, что осмеливался приставать.
Но тумаков потребовалось немного, так как подавляющее большинство всё же первыми уступало дорогу ящеру, действуя из соображений вежливости либо своей же безопасности. Всё-таки получить от взрослого дракона тычок в бок неприятно даже другому взрослому дракону. Наконец, крылатая благополучно довела своего подопечного до лестницы, ведущей на второй этаж, где располагались жилые комнаты. Немного пройдя вглубь узенького коридора, крылатая остановилась рядом с одной из дверей и аккуратно надавила лапой на изогнутую ручку. Комната оказалась довольно просторной, во всяком случае, для Питера точно. Кровать, тумбочка, небольшой шкаф для хранения вещей, стол и два стула. Ничего лишнего, что могли бы вынести или разломать нетрезвые постояльцы. Хотя, окидывая оценивающим взглядом тумбочку, Питер невольно задумался. Уж не прибита ли мебель гвоздями к полу?
«Спокойно отдохнем здесь до начала Совета. А когда настанет время, я проведу» – зевнув, сказала дракониха, устраиваясь на полу рядом с кроватью.
«Разве мы не должны придти на него заранее? – спросил Питер, присаживаясь на кровать. – Я думал, что это важно»
«В начале всегда происходят сплошные формальности, – вяло отмахнулся ящер, забавно поморщившись. – Скукота! А заранее приходят лишь для того, чтобы оценить друг друга, причём в самом грубом смысле этого слова. Кто как одет, сколько морщинок у соседа... Я видела пару раз такое, и это жалкое зрелище. У меня просто мурашки бегут по чешуе от одной мысли, что меня снова заставят участвовать в подобной глупости. Нет уж, лучше опоздаем»
«Представляю себе эту картину... Всё равно что встреча школьных выпускников, не так ли?»
«Послушай, Питер, – Селена вдруг сделалась очень серьёзной. – На Совет нам придётся пойти, но не жди от этого мероприятия ничего хорошего! Пойми, я не пытаюсь запугать тебя, но нам обоим нужно быть очень осторожными. Совет легко может использовать против нас абсолютно любую мелочь, если она им не понравиться»
«Значит, нам придётся следить за каждым произнесенным словом?» – изогнул бровь Питер.
«Если не хуже, – дракониха опустила взгляд, нахмурившись. – Говорить нам особо не придётся, но тебя могут начать расспрашивать. Хорошо это или нет, но им известно откуда ты прибыл, так что скрывать нет никакого смысла»
Питер задумчиво опустился на кровать, подложив руки под голову. Несколько секунд его взор был устремлён на тёмный потолок комнаты, грозясь просверлить в досках дыру. Ну почему нельзя просто сходить на этот Совет и всё? Почему обязательно появляется очередной геморрой, предполагающий игру в недошпиона? Вздохнув, Питер повернулся к драконихе. Крылатая опустила морду к полу, словно изучая каждую пылинку на его поверхности. Её коготь машинально скреб деревянные доски, оставляя на его поверхности тонкие царапины.
«Тебе тоже не по себе, да? – с участием спросил парень, придвинувшись ближе к подруге. В ответ серебряный ящер покосился в его сторону, не издав ни единого звука. – Давай просто покончим с этим Советом, ладно? А дальше увидим. Если будут последствия, то и разгребать будем вместе»
«Ладно, – согласилась дракониха, позволив себе едва заметную улыбку. – Вместе так вместе»
Совет оказался гораздо менее значимым мероприятием для города, чем можно было ожидать. Следуя за Селеной по улицам Талода, Питер не мог не удивиться, насколько местному населению было всё равно, а может даже и наплевать на Совет, который вот-вот должен был состояться. Собственно, он уже начался. Но, как ранее сказала Селена, начало Совета состояло из сплошных приветствий и негласного состязания «у кого больше и лучше». В общем, одни лишь утомительные формальности и фальшивые улыбки, за которыми таились самые разные чувства к оппонентам и немногочисленным наблюдателям. От жалости и презрения до лютой ненависти и отвращения.
Сам Совет предполагалось провести в одном из старинных зданий, находившимся в самом центре города и особо выделявшимся на общем фоне. Его высокие башни, на каждой из которых красовался позолоченный шпиль, вызывали навязчивую ассоциацию со сказочным замком, в котором непременно должен проживать король и, конечно же, принцесса. Но, к некоторому разочарованию, это было лишь безымянное здание для Совета и прочих мероприятий. И даже блестящий на солнце, словно меч рыцаря, шпиль не спасал здание Совета от участи нести скучную и сухую службу во имя бесконечных переговоров. Многие из которых часто заканчивались не самым лучшим образом.
Питер и Селена прибыли одними из самых последних. Миновав поистине гигантские двери парадного хода, они тут же свернули в один из многочисленных коридоров. Как упоминалось ранее, Селена уже бывала на Совете, поэтому добраться до дверей Зала для Обсуждений не составило труда. Оказавшись у самого Зала, друзья решили немного прислушаться к доносившемуся из-за дверей бубнежу, чтобы оценить обстановку. Они встали рядом с несколькими золотыми канделябрами.
«Как я выгляжу?» – дракониха изящно изогнула длинную шею и слегка раскрыла крылья, выставив грудь и представ перед Питером во всей красе. Её серебряная чешуя так и играла желтоватыми бликами от пламени горящих свечей.
- Потрясно! – не удержавшись, воскликнул юноша, любуясь завораживающей красотой драконихи. – Тебя словно из стекла отлили!
- И весьма не дешёвого!
Две головы разом повернулись на внезапно решившего присоединиться к их разговору существу. Этим проявившим столь дерзкую инициативу существом оказалась не кто иная, как Лияда. Зелёная виверна, которую Питер встретил у таверны. Рукокрылая стояла прямо в паре шагов от беседующих и с интересом разглядывала их, слегка прищурившись. Она явно хотела увидеть реакцию на свою фамильярную шутку, но виду старалась не подавать.
«Вообще-то невежливо врываться в чужие разговоры! – дракониха слегка поморщилась, шагнув назад и фыркнув. – Пусть даже и мысленные»
«Расслабься, она всё равно нас не слышит» – поспешил напомнить Питер, после чего Селена немного успокоилась, хотя из её ноздрей продолжал шумно вырываться воздух, свидетельствуя об остатках раздражения.
- Неужто ты тоже участвуешь в совете? – вслух спросил Питер, усмехнувшись. – Таких совпадений не бывает!
- Верно, – кивнула виверна. – Поэтому я всего лишь приглядываю за библиотекой. Однако это не запрещает мне находиться на Совете.
Рукокрылая таинственно улыбнулась и легонько толкнула крылом двери Зала. Стоило дверям начать раскрываться, как тут же монотонный бубнеж превратился в настоящий грохот из множества разнокалиберных голосов, судя по всему, находившихся в разгаре ожесточённого спора. Питер робко покосился на Селену, надеясь найти в её виде подсказку. Неужели действительно так необходимо лезть во весь этот жуткий галдеж? И неужели прямо сейчас?
- Не бойтесь, – утешающе заговорила виверна. – Это только кажется страшным. На самом деле они ничегошеньки вам не сделают! Ну, разве что у вас лопнут барабанные перепонки от их воплей.
Виверна издала короткий смешок, прикрыв морду крылом, после чего с завидной уверенностью перешагнула порог Зала, успев по пути подмигнуть Питеру. Быстро переглянувшись, Питер и Селена собрались последовать её примеру, направившись к дверям. Но у самого порога парнем вдруг овладел приступ робости. Он остановился, пытаясь совладать с самим собой, и тут же почувствовал подталкивание сзади. Аккуратное, но крайне настойчивое.
«Ну же! Чего ты ждешь? – раздался в голове недоумевающий голос серебристой драконихи. – Осталась такая малость!»
«Сейчас! Я только с духом соберусь»
«Если сделал шаг... – перебила крылатая, не переставая упрямо толкать носом упирающегося юношу. – Будь готов и ко второму!»
Ящер вдруг перестал толкать, что сильно удивило парня. Наивно полагая, что всё закончилось, Питер оглянулся было через плечо, чтобы что-то сказать. Надо же хотя бы объяснить своё поведение... Но тут чешуйчатая так сильно толкнула его в спину, что от неожиданности парень буквально ввалился в Зал, оставшись на ногах только благодаря яростному топоту, эхом прокатившимся по всему Залу. Убедившись в своей полной устойчивости и подняв глаза, юноша увидел, как на него уставились с десяток пар вопрошающих глаз. В Зале повисла гробовая тишина.
- Здрасте... – только и смог выдавить из себя Питер, глуповато улыбнувшись. На выручку тут же поспешила Селена.
«Пойдем-ка я тебя пристрою! – сказала она покровительственно, закрывая парня своим крылом от ненужного любопытства. – Я знаю, где тут можно встать»
Пока Селена деликатно уводила своего подопечного в сторону, вопрошающие глаза, проследив за столь дерзкими нарушителями своего спора, вернулись к своему обсуждению. Правда, теперь уже в более спокойной манере. Собственно, следует немного рассказать об основных членах Совета. Пожалуй, сильнее всех прочих выделялась крупная синяя дракониха, которая, как казалось, всё время молчала и лишь изредка фыркала и закатывала глаза. Видимо, она тоже общалась с помощью мыслей. А может она просто неразговорчива... Второй выделяющейся фигурой можно было назвать бескрылого дракона, подозрительно напоминавшего угрюмого посетителя таверны. Хотя вряд ли это был он. Этот, предположительно земляной дракон всё время что-то выкрикивал. Особенно часто звучали его выкрики, когда его соседка, женщина знатного вида, начинала про что-то очень долго говорить и, судя по её виду и высокомерному тону, была очень уверена в своих словах. Сложно сказать наверняка, что именно так выводило из себя земляного, но он определённо был не согласен. И, наконец, последним ярким участником обсуждения оказалась никто иная, как уже знакомая Питеру зелёная виверна. Ну кто бы мог подумать?
«Гляди-ка! – послушно вставая у окна, Питер кивком показал на Лияду. – А говорила, что в библиотеке работает»
Серебряная дракониха оглянулась на сидящих за переговорным столом.
«Я ей не доверяю» – прищурилась рептилия.
«Её можно использовать в нашу пользу, – заметил парень, пропустив слова драконихи мимо ушей. – Вот только как подобраться?.. Ох, кстати, от нас-то что требуется?»
«Питер, – осторожно начала дракониха, наклонившись к юноше, – тут, в общем, такое дело... Если тебе вдруг придётся говорить, то я не смогу вмешиваться, иначе могут быть проблемы»
«Но какая разница? Мысли же никто...» – тут парень осекся, случайно встретившись взглядом с синей драконихой. Её огромные голубые глаза были направлены в сторону Питера и внимательно что-то рассматривали. Изучали. Конечно, оставалась надежда, что привлекло огромную дракониху нечто за окном или она задумалась о чем-то. Но стоило Питеру чуть расслабиться, как синяя великанша повернулась к стоящим позади неё двум коричневым драконам поменьше. Видимо, это слуги. Они обменялись взглядами, и тут один из коричневых ящеров затопал к окну. Питер лишь молча следил за ним взглядом.
Коричневый дракон приблизился, окинул быстрым взглядом обоих и тихонько кивнул в знак приветствия, шевельнув сложенными за спиной крыльями.
- Вас ожидают. Прошу за мной! – проговорил дракон низким голосом, судя по отточенности, уже давно привыкшим к докладам и объявлениям.
В такой ситуации оставалось только подчиниться. Питер вздохнул, но всё же шагнул вперёд, решив разделаться с этой проблемой любым способом и поскорее. Селена последовала за ним, словно верный товарищ, прикрывающий спину.
«Запомни главное: мои мысли она не может услышать, но твои может, если захочет. Не делай глупостей, а я постараюсь помочь»
В ответ Питер лишь глубоко вздохнул, словно собирался нырнуть в самую темную прорубь, полную ледяной воды.
Оказавшись у стола, Питер тут же был направлен заботливым слугой к свободному месту, представлявшим собой каменное подобие стула или кресла. Кое-как устроившись на холодной и даже слегка покалывающей плите, Питер тихонько посмотрел по сторонам. К своему удивлению, а может и возмущению, справа от себя парень обнаружил Лияду.
- Да вы прикалываетесь! – едва различимо прошептал он, чудом удержавшись от закатывания глаз.
- И тебе привет, человечек! – В свою очередь прошептала виверна, осторожно прикрыв морду крыльями.
- Итак, продолжим! – раздался голос знатной женщины, звучавший все также высокомерно. – Как вы уже знаете, наши дела обстоят не лучшим образом. Часть войск императора продолжает наступать на юго-западе и вот-вот атакует Сельдор. Если мы не примем меры...
- Ввязываться нельзя! – рявкнул земляной дракон, изо всех сил ударив сжатой в кулак лапой по столу, оказавшимся гораздо крепче, чем казалось со стороны. – Мы нейтральный город, который живёт в тишине и спокойствии уже много лет! Зачем нам все эти проблемы?
- Затем, мой любезный друг, что когда падет Сельдор, между нами и солдатами Ксеруса останется несколько дней пешего пути. И уж поверьте мне, рано или поздно сам Ксерус доберется до Талода и не оставит от нас и камня на камне!
- Сельдор не пал и не падет! Его оборона достаточно хороша, чтобы, как минимум, задержать войска Ксеруса, когда они прибудут. И тогда, если потребуется, мы выстроим ещё более мощную защиту!
- Довольно! – неожиданно рявкнула синяя дракониха, оказавшаяся очень даже разговорчивой. Её голос прозвучал как гром среди ясного неба. Непримиримые оппоненты утихли словно по щелчку пальцев. Сразу стало видно, кто здесь главный.
- Вы постоянно собачитесь, как малые дети, а толку из этого никакого! – с нотой презрения продолжила синяя великанша, щурясь. – Ты!
Она властно указала своим гладким когтем на Питера, вздрогнувшего от неожиданности. Сидящая рядом Лияда взглянула на парня с сочувствием.
- То, что говорят про тебя и Серебряное крыло, правда? Вы двое действительно сражались с колдуном Ксеруса?
Синяя дракониха замолчала, не сводя немигающего взгляда с юноши и ожидая ответа. В зале опять стало неприлично тихо. Настолько тихо, что Питер мог слышать биение собственного сердца. Это очень сильно действовало ему на нервы. Но тот факт, что все, абсолютно все, кто сейчас находился в зале, стали пялится прямо на него, нервировал парня ещё больше. Однако нужно было действовать.
- Ну, допустим, было дело, – не придумав ничего лучше, ответил юноша, заставив себя выпрямиться. – А на что, собственно, это влияет?
- Достаточно на многое, – синяя дракониха сильнее прищурила свои огромные глаза. – Раз тебе удалось одолеть Денориона, то, думаю, тебе не составит особого труда оказать мне и Совету небольшую услугу. Я права?
- Уж не собираетесь ли вы отправить его к Ксерусу?! – вскочила со своего места Лияда. – Это было бы чистым безумием!
- Именно поэтому, рукокрылая, я не собираюсь этого делать, – сухо обронила великанша, нехотя взглянув в сторону виверны. – И впредь следи за своим языком, уж будь так добра!
- Прошу прощения, Глава Совета! – учтиво поклонилась виверна, но Питер готов был поклясться, что видел её сжатые зубы, когда она садилась на место.
- Для начала речь пойдёт об одном генерале, – также сухо продолжила синяя дракониха. – Моррос – командующий войсками на юго-западе. Умен, жесток и изворотлив, точно змея на раскаленном камне. Он уже принёс нам не мало проблем, а теперь его воины подступают к Сельдору. Если они его возьмут, а они его возьмут, то мы окажемся в очень невыгодном положении.
- Но Талод нейтрален, верно? – Питер отважился подать голос. Нужно было показать хоть какую-то осведомленность.
- Верно, – кивнула великанша, хмыкнув с неопределенным выражением лица. – Именно поэтому мы не желаем ввязываться заранее. Если отправится кто-нибудь из города, то рано или поздно это выяснится и тогда нам конец. Но если отправиться кто-то вроде тебя, про которого, уж будь уверен, твердят многие, хотя никто даже имени твоего не знает... Тогда у нас есть шанс подставить Ксерусу неплохую подножку.
Снова наступило молчание. Снова синяя великанша принялась сверлить юношу своими ледяными глазами, наводившими на мысли, что они скорее принадлежат бесчувственной машине, зацикленной на своей задаче, нежели живому существу. Это определенно была игра на выдержку. Как же этот Совет утомлял. Питер вздохнул и оперся на холодную спинку каменного кресла. Тут он почувствовал, как кто-то осторожно прикоснулся к его плечу. Слегка обернувшись, Питер встретился на мгновение с аметистовыми глазами Селены. В полумраке зала они напоминали ему звёзды, но не холодные и далекие, как ледяные глаза синей драконихи. А напротив: тёплые и понимающие, готовые помочь в любой момент, несмотря на нотки строгости, появившиеся в последнее время. Такой взгляд придавал сил и уверенности куда больше, чем самая яростная речь.
«Я рядом» – прозвучал далеким эхом в голове нежный голос Селены и тут же умолк.
Питер едва заметно поерзал на кресле, напряженно собирая остаток мыслей в кучу.
- Что от меня требуется? – найдя в себе силы, как можно чётче и громче спросил он.
В ответ синяя великанша одобрительно кивнула и края ее рта дрогнули в намеке на улыбку. Или это была циничная ухмылка? Прочесть синюю дракониху казалось почти невозможным. Но, пожалуй, это была её первая живая эмоция за весь Совет.
- Такой подход мне нравится куда больше! – произнесла она с нотой одобрения.
Совет подошёл к концу, что не могло не обрадовать Питера. Стоило юноше перешагнуть порог Зала для Обсуждений, как невидимая гора рухнула с его плеч, позволив, наконец, вдохнуть полной грудью. Никто больше не сверлил его холодным взглядом. Никто больше не нависал и не давил на нервы заумными фразами, желая завоевать негласное превосходство. Превосходство над обычным человеком. Мальчишкой, который отчасти по воле случая, отчасти по воле собственной глупости, угодил чёрт знает в какую историю. И теперь, выходя из здания Совета и направляясь обратно к таверне, этот мальчишка думал, как бы выкрутиться из столь абсурдного положения. Ну разве он похож на воина? Случайно перебежал дорогу слетевшему с катушек колдуну, только благодаря удаче и Селене до сих пор не погиб, совершенно не знает, как ему действовать, а теперь, благодаря решению Совета, почётно подписался на самоубийственную миссию по ликвидации некоего генерала Морроса. Нет, это просто рекорд!
Добравшись до таверны, а затем с боем миновав всё также пьяную толпу на первом этаже, Питер и Селена наконец-то оказались в своей комнате. Обшарпанной, немного пыльной, но, тем не менее, дающей возможность немного расслабиться и собраться с духом перед предстоящими делами. Стоило двери захлопнуться, как волна облегчения прокатилась по всей комнате. Её ощутила даже Селена.
- Фух, я думал, что прямо в том зале и откинусь! – пропыхтел Питер, бессильно упав на кровать, отчего та предостерегающе заскрипела.
«Самое страшное уже позади, не так ли?» – мягко проговорила Селена, усаживаясь на хвост и заглядывая лежащему на спине Питеру в лицо.
- Ага, точно! Осталось всего-то прибить какого-то генерала, если он не прибьет нас первым, – хмыкнул юноша.
«Тише, Питер, – слегка наклонив морду, с нежностью произнесла крылатая. – Никто нас не прибьет. Я не позволю!»
- Мне нравиться твой настрой, – парень не смог удержаться и, протянув вперед руку, бережно коснулся носа рептилии. Она осторожно подалась вперед, позволяя гладить себя.
«Главное не бояться, маленький брат, и тогда всё получится!» – прикрыв глаза, промурлыкала серебряная дракониха.
Юноша смог ответить лишь лёгким кивком. Никогда в жизни он ещё не был настолько уверен, что дальше всё будет хорошо. Вопреки всем трудностям и бедам, они вместе с Селеной сделают то, что требуется. И вопреки всему, они сумеют разобраться в нарастающем хаосе событий. Потому что они встретят этот хаос вместе.
Глава пятая, в которой начинается путь
На следующее утро обоих друзей разбудил стук в дверь, прозвучавший на удивление деликатным образом. Селена, которая из-за особенностей драконьего тела спала на полу и, так уж вышло, лежала ближе к входу, хотела было первой добраться до дверной ручки, но Питер сумел опередить её. Не говоря ни единого слова, парень, решив на этот раз взять инициативу в свои руки, по-хозяйски направился к двери, хотя послевкусие от вчерашнего Совета заставляло мысленно содрогаться, готовя к не самой приятной встречи. Дракониха не стала препятствовать и лишь молча за ним наблюдала для надёжности. Однако, когда дверь оказалась открытой и уши чешуйчатой уловили как Питер облегчённо выдохнул, крылатая поняла, что её опасения были чересчур завышены. На пороге, аккуратно прижав крылья к бокам стройного тела, стояла Лияда, переминаясь с лапы на лапу. Окинув комнату быстрым взглядом, зелёная виверна приветливо улыбнулась и попросила разрешения войти. Не прошло и двух минут, как вся троица расположилась у деревянного стола: двое на стульях и одна на полу.
- Должно быть, Совет оставил у вас не лучшие впечатления, – покачав головой, проговорила Лияда, постукивая когтистыми пальцами крыла по столу. – Я права?
- Иногда сложно понять некоторых людей... и драконов, которые уже имеют убеждения, – ответил Питер, проведя рукой по волосам. – Особенно, когда их убеждения не совсем верны.
Виверна коротко хмыкнула и взглянула на парня, прищурив оранжевые глаза. Она как будто бы желала убедиться в отсутствие замаскированной иронии или элементарной лжи. Не найдя для своих подозрений никаких видимых подтверждений, она легонько приподняла уголок своего рта, состроив небольшую усмешку. Впрочем, напрочь лишенную всякой злобы.
- Намекаешь на генерала? – спросила рукокрылая, слегка подавшись вперёд и вытянув шею, словно опытный заговорщик. Её длинный хвост машинально обвивался вокруг ножки стула, слегка подрагивая.
Не сводя с нее глаз, Питер ответил медленным кивком.
- Согласна. Обстоятельства не самые удачные... Но попробуй посмотреть на это дело иначе! – предложила виверна, приподняв одно крыло.
«Сказала библиотекарь с допуском на городской Совет...» – скрестив руки, подумал Питер, но от высказывания вслух предпочел пока воздержаться.
Сидящая рядом Селена звучно фыркнула, однако не спешила врываться в голову Питера, чтобы прокомментировать происходящее. Вместо этого серебряная дракониха решила продолжить наблюдать и вмешаться только в самом крайнем случае.
- Подумай сам, – в свою очередь продолжала виверна, жестикулируя пальцами крыла. – Если вам удастся победить генерала, то вы станете самыми настоящими героями!
- Это полное безумие... Скажи мне, Лияда, как? Как я по-твоему могу провернуть подобное? Или все члены Совета живут на другой планете, где стоит сказать одно слово и тут же всё и вся выстроиться под ваши нужды?
- К твоему сведению, – виверна, недобро сверкнула глазами, вдруг перейдя на тихое шипение, звучавшее настолько грозно, что Селена насторожилась, а Питеру стало не по себе. – Я не имею ни малейшего отношения к этим самодовольным индюкам! А если ты думаешь, что раз я состою в Совете, то такая же, как это сборище, то спешу тебя разочаровать, это далеко не так.
Тут она резко замолчала, угрюмо уставившись в пол. Питер мог слышать, как яростно вдыхают и выдыхают воздух её ноздри. Даже не имея представления о теме разговора, не сложно было догадаться, насколько сильно рукокрылая выведена из себя и как непросто ей успокоиться и взять себя в крылья. Так прошло около пяти минут.
- Простите, – наконец подала голос Лияда, по-прежнему глядя вниз. – Нервы подвели.
Питер и Селена озадаченно переглянулись, словно советуясь на ходу.
- И всё-таки, – примирительным тоном начал Питер, стараясь не показывать своего волнения. – Что нам теперь делать?
- Прежде всего, я хотела бы, чтобы мы хоть капельку доверились друг другу, – рукокрылая медленно подняла взгляд на Питера, смягчившись. – Совету глубоко наплевать на ваши жизни. Она это знает, – тут виверна взглянула на Селену. Дракониха легонько кивнула в ответ. – Я пришла сюда не как член Совета. Я пришла помочь.
- Но как? – с нарастающим волнением воскликнул юноша, нетерпеливо дернувшись на стуле.
- Я поговорила с главой. Она разрешила отправить вместе с вами кого-нибудь из города. Но, к сожалению, только одного.
- И кого же? – Питер, потеряв от волнения всякий контроль, так энергично вскочил с места, что хлипкий деревянный стул опрокинулся на спинку, издав жуткий грохот. Выругавшись, парень поспешил вернуть мебель в исходное состояние.
- Этот доброволец сейчас сидит перед вами, – спокойно ответила виверна и, уловив вопрошающие взгляды, требующие пояснения, пожала плечами. – Знаю, вы сейчас скажите: «Как же так? Ты член Совета!». Но есть две детали. Первая: я всего лишь рядовой член собрания, а следовательно, и спроса с меня меньше. Захочу – полечу хоть на край света. Главное – не называть всем подряд своё имя. Вторая деталь: спроса хоть и меньше, но это ни капли не уменьшает возможности использования мною статуса участника Совета. Иначе говоря: если понадобиться, то я смогу убедить стражу или ещё кого-нибудь в своей правоте.
- Если только это не окажется человек Ксеруса, – скептически заметил Питер. – Или ещё лучше – вооруженный до зубов солдат. Мы же на генерала собираемся охотиться, не забыла?
Виверна глубоко вздохнула, закатив глаза.
- Решать тебе, а я лишь предложила возможный вариант, – терпеливо ответила она, скрестив крылья перед собой.
Питер задумался. Стоит ли соглашаться? Вряд ли виверна замышляет что-нибудь плохое. Но с какой стати такое рвение? Ищет выгоду? Преследует свои цели? Хочет и вправду помочь? Ладно, допустим, с мотивацией разобрались, и зелёная рептилия по какой-то причине действительно поможет. Но как быть с возможными рисками? На Совете чётко было сказано, что если пойдёт кто-нибудь из города, то нейтралитет Талода ставиться под угрозу. С другой стороны, если копнуть чуть глубже, то этот нейтралитет был не чем иным, как тоненьким куском мокрого картона, выставленным против пушечного ядра. Ведь существовала маленькая условность в виде Сельдора. Того самого города, неподалёку от которого засел отряд генерала Морроса. Рано или поздно генерал атакует Сельдор, а после, разобравшись с одной условностью, займется и Талодом. Выходит, что столь хваленый нейтралитет не тянет даже на толковую уловку, не говоря уже о реальной защите? Тогда какая вообще разница?!
Быстро взвесив «за» и «против» Питер пришел к одному, но очень важному выводу: лапша лапшой, а лишний союзник не повредит. В этом он был сейчас уверен. Тем более, что союзник сам предложил свои услуги и умел летать.
- И что же мы теперь имеем? – задумчиво произнёс Питер, по очереди окидывая чешуйчатых взглядом. – Виверна, ненавидящая Совет – одна штука. Дракон, знающий Мелнрот на уровне туриста – одна штука. И, наконец, вечный пессимист, который может случайно споткнуться и упасть на собственный кинжал, если такой найдётся...
Он снова прошелся выпытывающим взглядом по физиономиям своих крылатых слушательниц и легонько хлопнул ладонью по столу.
- Эта команда просто обречена на успех!
***
Прошло около двух часов с момента утреннего визита Лияды в таверну. За это время Питер успел обдумать получше несколько деталей будущего предприятия, отнюдь не отличавшегося безопасностью. Требовалась тщательная подготовка, включающая в себя продумывание каждого действия, вплоть до шагов и вздохов. Возможно, масштаб проблемы покажется слишком преувеличенным. В конце концов, паника ещё никого не доводила до добра. Но когда без всякого предупреждения на твою бедную голову вдруг сваливается проблема в виде генерала, дело может привести не просто к панике, а к самой настоящей паранойи, подкрепленной бесконечным заиканием и всевозможными нервными тиками. С другой стороны, разве для этого недостаточно общения с драконами и вивернами? Пора бы уже привыкнуть...
Так думал Питер, бродя по городскому рынку в сопровождении Селены, вид которой, несмотря на наружное спокойствие, ясно говорил всякому встреченному незнакомцу: «только попробуй что-нибудь выкинуть!» Разумеется, большинство горожан первыми предпочитали отойти в сторону и уступить дорогу человеку, чьим спутником являлся дракон. И это вполне разумный подход, хочу заметить. Уже десять минут эта парочка гуляла среди пестрых рядов торговых палаток всех форм и расцветок, высматривая определённые предметы. Первой необходимостью была одежда. Конечно, можно было бы остаться в текущем образе, но тогда нежелательное внимание перестанет ограничиваться удивленными взглядами городской ребятни и неодобряющими вздохами жителей постарше, чья фантазия, основываясь только на необычном виде, упрямо вешала ярлык отталкивающего непотребства. Уж больно непривычной и чудной казалась им одежда Питера. Хорошо хоть не слишком яркие цвета...
Вторая необходимость выражалась в нужде приобрести оружие. Любое, с которым не пришлось бы сильно возиться, волоча за собой на протяжении всего пути. В тоже время всякие мысли о скрытном и бесшумном действии, например, с кинжалом, пришлось сразу отбросить в сторону. Спокойной эта прогулка точно не обещала оставаться. Рано или поздно, и почему-то в голове преобладало навязчивое ощущение, что совсем скоро, придётся встретиться с солдатами генерала. А уж у них-то найдутся игрушки поинтереснее кинжалов! Вследствие вышеперечисленных причин выбор Питера остановился на мече. Глаза искали оружие наподобие римского гладиуса. В мечах юноша разбирался не очень хорошо, но ему требовался именно такой меч. Лёгкий и удобный. Не слишком длинный, но способный блокировать удар противника и не дать отрубить себе что-нибудь важное. Голову, например.
С одеждой удалось покончить довольно быстро. Было решено приобрести походный плащ серого цвета и штаны с кожаными вставками. Кроме того, Питер приглядел неплохой пояс и сапоги. Но откуда же деньги? Об этом вопросе позаботилась Лияда, слегка злоупотребив своим положением. Так что до тех пор, пока в кошеле не перестанут звенеть золотые блестяшки, парень мог свободно размышлять о большей части нужностей для предстоящего пути. Теперь оставалось лишь приобрести себе подходящее оружие. С этим вопросом пришлось повозиться. Целых три лавки миновали друзья, прежде чем Питеру попался подходящий экземпляр. Пять мечей опробовал юноша, но все они оказывались неудобными. У одного рукоять скользкая, другой слишком тяжёлый... Однако, то ли сыграла свою роль вероятность событий, то ли банальное везение, но, так или иначе, парень нашёл, что хотел. В меру длинный, лёгкий, с удобной рукоятью, словно подогнанной под руку Питера. Да, именно такой меч он и искал.
- То, что надо! – воскликнул парень, вертя находку в руках. Меч представлял собой самый обычный кусок металла, но ощущался будто продолжение руки.
«Выглядит неплохо» – с одобрением в голосе проговорила Селена, поддерживая выбор юноши.
- Сколько вы хотети за него? – обратился Питер к лавочнику.
- Это достаточно распространенное оружие. Особенно у путешественников, – пожав плечами, продавец нахмурился, почесав голову. – Однако мне кажется, что он будет дороговат для вас.
- А это уже не ваша забота! – вдруг раздался ещё один голос, появившийся из-за спины Питера. Парню не составило труда узнать в нем Лияду.
- Советую впредь повежливее относиться к своим покупателям, – спокойно произнесла зелёная виверна, протягивая зажатый в двух тонких пальцах мешочек. От мешочка исходил характерный звон, что так приятен для уха торговца.
- Некоторые из них могут оказаться гораздо богаче, чем кажется, – с победоносной улыбкой закончила рукокрылая и, не дожидаясь ответа растерянного лавочника, развернулась к своим подопечным. Она снова улыбнулась, но уже гораздо дружелюбнее, и коротким кивком показала свою готовность покинуть рынок.
Наконец, больше ничто не препятствовало выходу за пределы талодских стен. Маленький отряд собрался у городских ворот, где мог окончательно проверить свою готовность, что имело больше психологическое значение, нежели значение крайней необходимости. В конце концов, много ли требовалось для похода? Были бы ноги да оружие, а остальное найдется! Весь процесс занял всего пару минут, после чего, обменявшись нескольким незначительными фразами, выражавшими надежду на успех, однако не лишённых доли иронии, троица уверенной поступью покинула Талод. Теперь они шли навстречу приключениям и неизвестности.
До позднего вечера путники не останавливались ни на минуту. Они хотели преодолеть как можно большее расстояние, пока хватало сил и времени. Поначалу шли по грунтовой дороге, той самой пыльной ленте, которая привела Питера и Селену в Талод. Чуть позже было решено свернуть с дороги и продолжить движение через лес. Мимо странников неторопливо проплывали многочисленные кустарники и вековые деревья, чьи стволы обладали поистине впечатляющей толщиной. Казалось, что они символизируют само понятие мощи и стойкости перед течением времени. Безжалостного и неумолимого, сокрушающего всё и всех вокруг, но бессильного против пожилых растений, чью волю к жизни невозможно описать словами смертных. Быть может, несмотря на грозы, засухи и ураганы, каждое из таких деревьев пережило не одно поколение людей. А возможно, переживет и больше. Среди всей этой завораживающей картины продолжали свой путь путники. Усталость постепенно брала верх. Ее чувствовали все, даже Селена. Поэтому, когда Питер первым заметил мелькнувшее среди деревьев озеро, было решено остановиться на привал и развести костёр. Дело как раз шло к ночи.
- Дальше любопытных глаз будет немного, – заговорила Лияда, занимая уже намеченное место у поваленного дерева. – Думаю, мы даже сможем взлететь.
- Взлететь? – машинально переспросил Питер и с беспокойством взглянул на Селену. Дракониха ответила ненавязчивой теплой улыбкой, желая немного успокоить и подбодрить парня.
- Неужели, находясь в компании двух существ с крыльями, ты и вправду рассчитывал, что дело ограничится одним лишь взбиванием дорожной грязи и пыли? – виверна наигранно поднесла крылья к морде, изображая удивление. – Ещё скажи, что никогда не летал на драконе!
Питер покосился на Селену, которая сидела рядом с ним. Та же ответила сдержанным фырканьем, означавшим, судя по всему, хихиканье.
- Почему же не летал? Летал! – ответил Питер, придвигаясь поближе к костру и грея руки. – Правда, всего пару раз...
- О-о! Непорядок! – протянула Лияда, как казалось, испытывавшая удовольствие от маленького спектакля. – Какое же путешествие с драконом и без полёта? Нужно будет это исправить!
В этот момент зелёная приложила свои когти-пальцы к светлым грудным пластинам и изогнула шею, что придавало виверне схожести со змеями. Такая картина до того показалась Питеру забавной, что он невольно улыбнулся. Больно уж необычно выглядела виверна, изо всех сил изображающая театральные ужимки, что, кстати, неплохо ей давалось. Но ещё более необычным был тот факт, что сейчас все эти ужимки показывал не кто-нибудь, а участник Совета. Пусть даже и хвостатый. Сама по себе напрашивалась любопытная мысль, что иногда каждому, несмотря на его должность и звание, необходимо немного подурачиться. Совсем чуть-чуть. Потому что в противном случае можно по-настоящему тронуться умом от передозировки серьёзностью.
А между тем ночь надвигалась всё сильнее и сильнее, захватывая своими чёрными цепкими лапами новые клочки угасающего неба. Воздух стал в разы холоднее, вызывая каждым своим дуновением целую волну противных мурашек на коже. Вскоре единственным источником света и тепла осталось лишь красноватое пламя начинающего ослабевать костра.
- Думаю, нам пора спать, – задумчиво протянул Питер, подбрасывая в пасть маленького, но крайне прожорливого огненного монстра несколько сухих деревяшек. – Чувствую, что завтра день у нас будет насыщенным.
«Согласна, – донеслось от Селены, принявшейся устраиваться поближе к огню. – Нам лучше как следует отдохнуть, если мы не хотим угодить в лапы Морроса уставшими»
Тут Питер уже не смог удержаться и засмеялся в голос. Лияда, слегка приподняв уголок рта, вопросительно взглянула на парня, ожидая пояснения. Благо рукокрылая была наслышана о способе общения драконов, предпочитавших использовать мысли. И быстрее, и подслушать никто не сможет. Встретившись глазами с виверной, Питер поспешил озвучить причину своего веселья. В ответ зелёная улыбнулась чуть сильнее, обнажив ряд острых зубов, и шумно выдохнула. От улыбки не удержалась и Селена.
- Да уж... Готова поспорить, мы самая профессиональная команда во всем Мелнроте! – усмехнулась Лияда, покачав головой.
На некоторое время в воздухе повисло молчание. Каждый хотел вдоволь насладиться моментом. Слегка нелепым, слегка детским, но оттого и прекрасным. Смогут ли они так беззаботно смеяться завтра? Этого никто не знал. А наступит ли вообще это завтра? Этого тоже никто не знал. Так может быть, просто посмеяться, сидя у костра посреди ночного леса, было гораздо разумнее, чем сидеть в полной тишине и трястись от предвкушения неизвестного? Возможно, это глупо, а быть может мудро, но определённо приятно. Особенно, когда подобные ощущения есть с кем разделить.
Глава шестая, в которой дракон наконец-то летит
Где-то в глубинах императорского дворца...
На троне сидел молодой человек, приняв самую непринужденную позу. Подперев темноволосую голову могучим кулаком, он с апатией смотрел куда-то в пространство перед собой, время от времени забывая моргать. Сейчас он находился совершенно один в огромном, богато обставленном зале. Вдоль стен тянулся ряд из мраморных колонн, каждую из которых обвивала золотая змея, грозно выставив вперед свои страшные зубы. С потолка свисали серебряные люстры со свечами, чьи основания украшали драгоценные камни. Отполированный до блеска каменный пол покрывал длинный ковёр с красочной вышивкой, при одном взгляде на которую в голове начинали всплывать крайне неприличные цифры. Даже стёкла двух окон, расположенных с каждой стороны трона, имели странноватый, но крайне привлекательный цвет, что наводило на мысль об использовании красителей или даже измельчённых самоцветов. Одним словом, комнатка, достойная императора.
Однако все эти ухищрения (или извращения) строительного гения не впечатляли сидящего на троне. Он давно уже привык и почти не обращал на них никакого внимания. Вместо восторженного взгляда, выражавшего хоть малейшую долю заинтересованности, его глаза с прежним равнодушием скользили от одного безликого украшения к другому, отдавая предпочтение успокаивающей пустоте. Казалось, что юноша изо всех сил пытается представить перед собой некий образ, тщетно надеясь и веря в появление оного. Его лицо не выражало никаких эмоций, но под равнодушно-потерянной маской скрывался сложнейший мыслительный процесс, уже не первый раз атаковавший разум молодого человека. Он размышлял о своей жизни. И вот, будучи погруженный в самую глубину немого и гнетущего философского рассуждения, он не заметил, как были открыты массивные двери зала и через них кто-то неслышно вошел.
- Вы звали меня, Ваше Величество?
Темноволосый юноша медленно поднял взгляд тёмных глаз на вошедшего, словно не сразу признавая.
- Да, советник, – сухо ответил он, выпрямив спину. – Я вас звал.
Некоторое время юноша молча постукивал пальцами по подлокотнику, обдумывая предстоящие слова. Советник же продолжал стоять, покорно дожидаясь приказаний.
- Советник, – всё также сухо продолжил юный император, но, несмотря на сухость, чувствовалось, что ему непросто подбирать слова. Его голос звучал как у человека, в чьем горле совсем пересохло. – Келл...
- Да, господин! – с готовностью вскинулся советник.
- В последнее время я стал неважно себя чувствовать. Вернее сказать, я совсем перестал чувствовать что-либо, – с задумчивостью протянул голос юного императора.
Советник внимательно посмотрел на своего повелителя, прищурившись. Тот же сидел спокойно на троне и внешне выглядел вполне здоровым. Но заторможенность и хриплый голос, отдающий непонятным потусторонним эхом, наводили на странные мысли. С юношей что-то не так.
- Я хочу, – через силу продолжал хриплым голосом император, окинув равнодушным взглядом бутылку с вином, стоящую на маленьком столике. – Я хочу, чтобы вы достали для меня одну вещицу.
- Уж не о камне ли вы говорите? – с удивлением воскликнул Келл, вскинув брови.
В ответ последовал лишь неторопливый кивок, больше напоминавший движение марионетки, а не живого человека.
- Именно о нем, дорогой Келл. Видите ли, наше предыдущее решение оказалось... не совсем верным. Я чую, что он где-то здесь, в Мелнроте... – с длинными паузами говорил юноша, медленно водя перед собой ладонью.
Во время очередной паузы, он оценивающе смерил глазами советника, пройдясь пронзающим взглядом от головы до ног. В этот момент в юноше промелькнуло что-то особо зловещее.
- Добудьте мне камень! И не приведи вас небо снова довериться какому-нибудь колдуну! – почти прошипел он сквозь зубы. Его темные глаза блеснули неестественным светом, выдавая внутреннюю жажду и даже одержимость.
- Будет сделано, Ваше Величество! – выпалил, как из пушки советник и поспешно направился к дверям, не желая задерживать наедине с императором дольше, чем положено. Но тут его окрикнули.
- Стой! – рявкнул император, приподнявшись на троне. – Я еще не отпускал тебя! Кто ещё во дворце знает о моей... проблеме?
- После гибели Денориона только мы двое, Ваше Величество, – промолвил слуга, нехотя развернувшись и отвесив покорный поклон.
Услышанный ответ вполне устроил юного императора. Не глядя на подчиненного, которой теперь был для него все-равно что ожившая тумбочка, он жестом приказал тому удалиться. Стоило слуге, отвесив новый поклон, окончательно исчезнуть за дверью, как юноша внезапно вскочил с трона и схватился за откупоренную бутылку. Спустя мгновение бутылка была запущена в ближайшую мраморную колонну, где разлетелась вдребезги, оставив после себя бледновато-красный след жидкости, похожий на кровь.
- Всё также ни черта не чувствую! – злобно процедил сквозь зубы юноша и угрюмо зашагал обратно к своему трону.
***
Питер проснулся от назойливых толчков в бок. С трудом разлепив сонные глаза, он увидел рядом с собой Селену. Взор серебристого ящера был направлен в самую глубь ночного мрака, явно за чем-то наблюдая. Она почти не моргала, слегка прищурившись, словно боялась упустить важную деталь, а кончик её хвоста нервно подрагивал, как дрожит у кошки во время охоты на грызунов. Откуда-то из глубины драконьей шеи доносилось тихое рычание, постепенно нарастая.
«В чем дело?» – Питер очень медленно сел на траву, стараясь не издавать лишних звуков.
Не поворачиваясь, дракониха показала мордой в толщу темноты, где в лёгкости ночного тумана мелькали неясные силуэты, расплываясь как призраки.
«К нам пытаются подобраться, – проговорила крылатая, напрягаясь всем телом. – И по-моему они с оружием».
- Пригнись-ка немного, – посоветовала вдруг появившаяся из-за спины Лияда и в качестве побуждения к действию крепко взяла Питера за плечо, слегка надавив. – Пусть думают и дальше, что мы не видим.
Питер послушно прижался к земле, продолжая напряженно вглядываться в безликую глотку ночи. Но в отличие от крылатых рептилий, чьё зрение без особых проблем могло противостоять отсутствию света, успехи парня были куда скромнее. Он не мог различить ничего, кроме переливающихся сгустков во тьме.
«Сколько их?» – беззвучно обратился он к Селене, крепче сжимая рукоять своего меча и лихорадочно вспоминая хотя бы один толковый прием.
«Три или четыре тени, – оскалившись, ответила серебряная дракониха, зарычав уже в голос. – И они идут прямо к нам!»
Едва только закончил звучать в мыслях голос драконихи, как в следующее же мгновение в метре от Питера просвистел арбалетный болт и с глухим стуком впился в тлеющие остатки костра, разбрасывая во все стороны пепел и искры. Из темноты раздались безумный хохот и торжествующие вопли.
- Вы только поглядите, кто тут у нас! – громом раздался чей-то басистый голос. – Маленький сопляк в компании двух крылатых тварей! Похоже, сегодня удачная ночь!
Меньше чем за секунду Питер осознал происходящее и поспешил обернуться на звук. Выхватив и выставив вперед меч, парень так сильно сжал рукоять, что побелели костяшки пальцев. Вслед за ним, яростно сверкнув глазами, обернулась Селена, готовая разорвать на части любого, кто осмелится приблизиться к ней или Питеру. Из раздувающихся ноздрей ящера тянулись две темные струйки дыма, а шипастый хвост заходил из стороны в сторону. Повернулась и Лияда, прикрываясь крыльями и выставляя свои длинные когти напоказ. Её рот предупреждающе приоткрылся, обнажая тонкие острые зубы.
Автор дерзкой фразы с самодовольным до отвращения видом приближался к занявшей оборону у костра троице, наставив на нее заряженный арбалет. Смельчаком оказался незнакомый бородач средних лет, одетый в потрепанный плащ, прикрывавших грязную рубаху. На вид обычный крестьянин, решивший найти для себя более удобный способ заработка, чем утомительная возня с лопатой и мотыгой. Вслед за ним начали появляться и его коллеги по сомнительной профессии, также вооруженные арбалетами. Все грязные и оборванные. Всего разбойников оказалось пять человек.
- Не слишком ли круто для деревенщин нападать на драконов? – гневно воскликнула Лияда, хлестнув по земле хвостом и подняв клуб пыли. – Или ваши конечности предпочитают жить отдельно от тела?
Тут Селена испустила маленький сгусток дыма из пасти, решив таким образом подкрепить слова виверны. Несмотря на молчание, вид у серебряной драконихи сейчас был очень свирепый.
В ответ бородач лишь громче расхохотался, видимо, не до конца осознавая суть сказанного. Это была вершина наглости и безумия. Не исключено, что он был банально пьян.
- А ты разговорчивая для ящерицы. Мне это нравиться, – насмешливо пробасил он, поднимая одну тяжелую руку для сигнала. – Цельсь, парни!
Но не успел отчаянный бородач отдать команду и вдоволь насладиться минуткой пафоса, как прямо перед его носом выросла целая стена яркого и ослепляющего пламени, заставив зажмуриться всех прочих. В следующую секунду от несчастного бородача донеслись жуткие вопли и ругань. «Горю! Я горю! Тушите меня! Тушите быстрее!» – кричал он во всё горло, безуспешно пытаясь сбить пламя, с завидным аппетитом поедавшим его и без того изодранный плащ. Двое напарников тут же устремились к своему главарю, побросав арбалеты. Остальные же горе-бандиты разбежались кто куда, спасая собственные жизни.
«И когда же эти идиоты запомнят, что драконы дышут огнём?!» – с нескрываемым презрением бросила Селена, поморщившись.
- Неплохой вышел залп, – фыркнула Лияда, опуская когти и наблюдая, как уже отдалившиеся разбойники избивают одеждой и всевозможным тряпьем своего незадачливого лидера, пытаясь потушить пламя. – Я даже завидую.
«Это тебе не на совете выступать!» – гордо выпрямилась дракониха, позволив себе самодовольную фразу. Хотя какая разница, если твои мысли не слышно?
- Не хочу показаться паникером, но, может быть, нам стоит уйти? – донеслось от Питера, неуверенно взглянувшего в след головорезам. – Как бы эти чудилы не вернулись обратно со злости...
В ответ обе рептилии кивнули. Быстро забросав костер землей, вся компания дружно направилась в сторону от своего лагеря, чтобы найти более спокойное место для ночлега. Где-нибудь подальше от выжженной земли и кучки перепуганных безумцев, отважившихся угрожать драконам, а теперь с воплями бегавшим по ночному лесу. Остаток ночи решили провести в небольшой пещере, на которую наткнулись по воле случая. Огонь разводить не стали – побоялись лишнего внимания. Вместо этого в качестве источника тепла было решено использовать Селену, благо её внутренний огонь обладал уже достаточной силой и мощью, чтобы немного согревать и владельца, и тех, кто находится рядом с ее чешуей. С одного бока к серебряной драконихе пристроилась Лияда, которая не могла похвастаться умением выдыхать жаркое пламя и потому дополнительно завернулась в свои крылья. С другого бока под кожистым крылом устроился Питер, укрывшись плащом и плотно прижавшись к тёплой чешуе рептилии.
На следующее утро выяснилось не самое приятное обстоятельство: пошёл сильный дождь. Это природное явление вынудило маленький отряд просидеть в холодной пещере ещё с полчаса, томясь от мучительного ожидания и скуки, ведь промокать никто не хотел. Наконец, затянувшийся каприз погоды подошёл к своему логическому завершению, и сероватые тучи сменились ясным небом, покорно уступая место солнцу, что не могло не радовать. Едва последние робкие капли дождя достигли влажной земли и разлетелись на тысячи маленьких осколков, Питер и остальные сразу же выбрались из успевшей всем надоесть сырой пещеры и отправились в путь. Некоторое время все хранили молчание, продолжая сосредоточенно совершать шаг за шагом. Оказавшись у небольшого обрыва, который возник словно по воле неизвестного божества, желающего поиграть с путешественниками, троица остановилась.
- Помниться, что мы обсуждали полёты, – задумчиво произнесла Лияда, подойдя к самому краю обрыва и заглянув вниз, вытянув шею. В глазах зеленой виверны заплясал огонек энтузиазма. – Кажется, сейчас подходящий случай?
Питер с нескрываемым беспокойством взглянул на виверну, прекрасно догадываясь, какого рода фраза сейчас последует от третьего участника похода. Да, конечно же, увидеть мир со спины парящего в небесах дракона, откуда даже огромные валуны кажутся жалкими песчинками, звучит крайне соблазнительной затеей. Но как же договориться с собственным страхом высоты? Питер доверял Селене, но все-таки перспектива испытать на собственной шкуре значение словосочетания «свободное падение» не очень сильно привлекала парня.
- Может, подождем другого случая? Более подходящего, – растерянно предложил юноша, стараясь скрыть под маской глуповатой улыбки нарастающее волнение.
Тут к нему подошла Селена. Задумчиво окинув взглядом обрыв, она уселась рядом с парнем, ласково коснувшись его крылом и приобняв. Пару секунд дракониха молчала, легонько сжав плечо своего друга когтистым пальцем крыла.
«Иногда мы сами определяем подходящий момент, – промолвила она, внимательно взглянув на Питера. – Потому что если всегда полагаться на честность судьбы и случая, то никогда не обретешь желаемого».
Дракониха гордо подняла голову и, всхрапнув, продолжила с новым запалом, надеясь заразить им и друга. В бликах солнца ее серебряная чешуя так и сверкала. Казалось, блестели даже рога драконихи.
«Мы сами решаем как поступить, Питер. Для того нам и дана свобода воли, чтобы выбирать направление, а не подчиняться течению. Это мы держим руль судьбы! И только от нашего выбора зависит дальнейшее плавание. Всё остальное – лишь отговорки неумелых капитанов».
Юноша колебался и всё медлил с ответом. Но он уже точно знал, что скажет драконихе. Он давно хотел сказать подобное, но не находил в себе достаточно смелости. Но сейчас он не мог показать слабость и отступить. Он не разочарует свою подругу.
- Сейчас или никогда, верно? – наконец произнёс парень и с уверенностью посмотрел Селене прямо в её аметистовые глаза, слегка улыбнувшись. – Так давай же сделаем первый шаг!
Ящер довольно всхрапнул. Такой ответ очень понравился крылатой. Выпрямившись, дракониха улыбнулась парню в ответ.
«Тогда не станем медлить, – с самым одобряющим видом произнесла она и шутливо шлепнула кончиком хвоста Питера по ноге. – А то ещё вдохновение улизнет!»
- Ну, где вы там? – Лияда отвлеклась от изучения обрыва и повернула слегка вытянутую морду к товарищам, нервно шевельнув хвостом. – Мне просто не терпится подняться в воздух! Пожалуйста, скажите, что вы договорились.
- Думаю, что мы можем попробовать, – ответил Питер, машинально касаясь рукой затылка. Сомнения вновь начали наполнять его, но юноша твёрдо решил не отступать. Нельзя же всё время жить в нерешительности и страхе!
Этих слов оказалось вполне достаточно, чтобы виверна вовсю заулыбалась и едва не засветилась от искреннего счастья. Она в любом случае не отказалась бы от соблазна окунуться в небесное море, полное свободы и безграничья, но идея о совместном полёте ещё сильнее раззадорила рукокрылую.
- Отлично, тогда вперёд! – выпалила зеленая рептилия и прежде чем Питер снова раскрыл рот, одним мощным взмахом крыльев устремилась вверх.
Питер так и остался стоять с открытым ртом, не в состоянии оторвать глаз от маленькой зеленой стрелы, пронзающей небо. Вот это скорость!
«Сейчас или никогда, верно? – весело прозвучал в голове голос серебристой подруги. – Покажем, что мы тоже не промах!»
Дракониха легла на землю, подставляя Питеру свое плечо.
- Умеешь ловить падающие предметы? – попробовал пошутить Питер, робко забираясь на драконью спину. – Без седла всё-таки полетим...
«Просто держись покрепче за мою шею, и всё будет хорошо, – подбадривая, ответила крылатая, заботливо подставляя парню переднюю лапу. – Доверься мне!»
Юноша молча кивнул и, устроившись поудобнее между шипами, легонько похлопал рептилию по чешуйчатой шее, давая понять, что готов к полету. Воодушевление приятной волной разлилось по всему телу, придавая заряд бодрости, словно аккумулятор в новой технике. Питер ощутил подступающий азарт. Хитрый и коварный, но начисто вытесняющий всякие остатки страха. Это чувство с пугающей лёгкостью делает мозги каждого человека невероятно твердыми, подталкивая на совершение самых немыслимых поступков.
Время для Питера превратилось в настоящую резину. Каждая секунда длилась как целое столетие, нервируя и возбуждая больше и больше. Два показавшихся Питеру невероятно огромными серебряных крыла начали медленно подниматься, раскрываясь всё шире. Парень крепче ухватился за драконью шею, стараясь не задеть острые шипы, и рискнул оглянуться. Но уже в следующее мгновение его тело как будто провалилось сквозь землю, а затем резко вырвалось оттуда, как вырываются первые лучи света ранним утром. Юноша ощутил мощный толчок и невольно зажмурился, вцепившись в Селену, как в спасательный круг. Вся его сущность, всё нутро чувствовали несущийся вокруг поток холодного воздуха. Руки и глаза сжимались всё сильнее.
Наконец ревущий поток как будто бы замедлился и даже выравнился, став намного плавнее и спокойнее, словно секундой ранее Селена попала в воздушный шторм, а уже сейчас плыла по тихому и безмятежному небесному озеру, чья поверхность похожа на зеркало. Питер слегка ослабил хватку, но глаза пока не открывал. А между тем вокруг них проплывало чистое голубое небо.
«Ну же, брат, смелее! – вдруг раздался в голове нежный голос серебряной драконихи. – Ты так всё пропустишь!»
Неподдельное удовольствие и воодушевление, которыми были наполнены слова крылатой, подействовали не хуже заклинания. Робко приоткрыв один глаз, Питер увидел перед собой целую стену из серебристых чешуек, ослепительно блестящих на солнце. Мелких и необычайно гладких, будто кожа. Их лёгкое сверкание так и приковывало к себе взгляд, пытаясь загипнотизировать. И гипноз этот оказался весьма эффективным. Питер полностью открыл глаза и выпрямился, насколько ему позволяли руки, крепко обхватившие рептилию. Юноша осторожно выглянул из-за плеча крылатой.
То, что он увидел, невозможно описать на бумаге, ибо такое нужно показывать... Под Питером проносился настоящий ковёр, составленный из бесчисленных деревьев и прочей растительности, иногда мелькавшей в зелёной массе. Иной раз даже не удавалось толком понять, что именно пронеслось под драконихой, настолько высоко она летела. Травянистые холмы, суровые камни, бурные реки – всё это казалось таким крошечным и незаметным, что становилось не по себе. Ведь и сами люди ходят каждый день по земле и дорогам своих городов, даже не задумываясь, как смехотворно они выглядят сверху.
Тут откуда-то снизу появилась Лияда, проскользнув, как нож в растопленном масле. Сделав крутой поворот, она развернулась и стала приближаться к летящей драконихе. Описав вокруг неё большой круг, чтобы сбросить скорость, виверна с поразительной точностью пристроилась в паре метров от крыла Селены.
- Как полет? – прокричала она, паря в воздухе.
- Отлично! – крикнул в ответ Питер.
- Я видела озеро, – вновь прозвучало от виверны. – Там, подальше.
Едва рукокрылая произнесла эти слова, как её тело тут же устремилось вперёд, подчинившись движению крыльев. Питер мог видеть лишь её задорно извивающийся хвост.
«Неужто нам предложили соревнования?» – наклонился к Селене юноша, не удержавшись от усмешки.
«А может, лучше полёт, переходящий в водные процедуры? – с наигранной задумчивостью отозвалась серебристая. – И необязательно согласованные».
Питер от всей души рассмеялся.
- Чешуйчатая, я тебя обожаю! – воскликнул он в голос.
«Я знаю» – довольно улыбнулась Селена и, прибавив скорости, устремилась в погоню.
Но тут откуда-то сзади раздался жуткий рёв, похожий на раскат грома. Селена, зашипев от неожиданности, с особым усердием принялась работать крыльями, рассчитывая оторваться раньше, чем случится знакомство с незваным гостем. Питер же, плотнее прижавшись к шее драконихи, в очередной раз попробовал оглянуться. На горизонте возникла чёрная точка. Она стремительно приближалась к драконихе, подобно мухе, жаждущей добраться до забытого на столе лакомства. Настойчивости и рвению преследователя можно было только позавидовать. Расстояние между ним и Селеной сокращалось с пугающей быстротой. Совсем скоро чёрная точка превратилась в драконий силуэт с чёрными, как ночь, крыльями. Выглядел он крупнее, чем обладательница серебряной чешуи, и не внушал к себе ни капли доверия.
- Поднажми, не то нас поймают! – выкрикнул Питер и поспешил вернуться в исходное положение.
«Я стараюсь, – донеслось от рептилии. – Но долго не выдержу! Крылья слишком напряжены!»
- Смотри, озеро! – воскликнул Питер, показывая вперёд. – Нам нужно только дотянуть и...
Но договорить юноша не успел. Прежде чем он успел осознать, что произошло, неведомая сила толкнула дракониху в бок, отчего она едва не завертелась в воздухе. Прижавшись к драконьему телу как можно плотнее, юноша всеми силами старался не свалиться вниз. Тут последовал второй удар, гораздо сильнее предыдущего. Большое тёмное пятно пронеслось мимо Селены, устремившись куда-то вверх, и тут же скрылось за облаками.
«Ты ранена?» – с беспокойством в голосе спросил Питер, предприняв попытку осмотреть шею драконихи, но ничего не увидел. Впрочем, уже через секунду он получил ответ на свой вопрос: рука коснулась чего-то липкого и теплого. Взглянув на свои пальцы, парень увидел на них кровь.
«Царапина, – бросила рептилия, словно отмахнувшись. – Сам как? Не задело?»
«Нет».
«Пожалуй, пора нам снижаться, да поскорее, – заметила крылатая, взяв ниже. – И озеро как раз вовремя!»
Из-за облаков вновь раздался громоподобный рев. Протяжный и наполненный злобой, словно его обладатель жаждал расправиться с заклятым врагом. Сереброкрылая устремилась к воде что было мочи. Не обращая внимания на болевшие от напряжения и усталости крылья, стиснув зубы, она упрямо продолжала двигаться к цели, надеясь, что интерес преследователя ослабнет. Но чёрный дракон и не думал останавливаться. Когда до озёра оставалось совсем чуть-чуть чернокрылый неожиданно настиг дракониху и ловко ударил её под крыло. Этого оказалось достаточно, чтобы сбить равновесие и отправить серебристую вместе со своим пассажиром прямо в озеро. Раздался чудовищного размера всплеск. Открыв глаза, Питер мог видеть лишь удаляющееся солнце. Такое далекое и манящее, но становившееся всё меньше и меньше. Никогда в жизни юноша ещё не хотел так сильно дотронуться до небесного светила, как сейчас. Тело словно обмякло. Конечности перестали слушать любые команды. Сердцебиение замедлилось, как в фильме.
«Вот он какой бывает конец, – пронеслось где-то в глубине мозга, будто бы призраки потустороннего мира уже нашептывали. – Бесславный и нелепый. Совсем не как в книжках».
Но вдруг что-то произошло. В воде началось оживленное движение, словно кто-то прорывался. Глаза успели уловить приближающиеся очертания фигуры. А потом всё превратилось в рваную фотоплёнку. Чья-та лапа крепко хватает под живот. Кто-то начинает судорожно плыть, двигаясь к поверхности воды. А потом будто проводок выдернули. Затем происходит настоящий взрыв белого света, который на некоторое время лишает зрения. Глаза невыносимо жжет. И вот тело ощущает под собой твердую землю. Кажется, всё закончилось. Словно тяжёлый занавес, поднимаются веки, предлагая глазам второй раунд в противостоянии со светом. Размазанные пятна постепенно начинают обретать знакомые формы.
- Живой? – прозвучало от нависшей над Питером Лияды. – Из тебя столько воды вышло. Мы уже боялись, что не успели...
Виверна тяжело вздохнула, медленно опускаясь на песок.
Юноша, пребывая в некоторой растерянности, огляделся по сторонам.
«Питер!» – раздался полный тревоги голос Селены.
Парень моментально обернулся на оклик и увидел серебряную дракониху, стоящую совсем рядом. С тела рептилии капала вода, образуя тоненькие струйки.
- Честное слово, я в порядке! – покашливая, сказал Питер, по очереди окидывая взглядом чешуйчатых спутниц. – Лучше скажите, куда этот невидимый боец тени делся? И как твоя шея?
Тут он с беспокойством посмотрел на Селену.
«Уже лучше, – ответила та, ненавязчиво улыбнувшись. – А тот дракон куда-то исчез. Во всяком случае, больше я его не слышала».
- Что ж, тем лучше, что пропал. Зачем ему вообще нужна была драка? Мы же просто летели.
- Драконы не любят чужаков. Особенно дикие, – начала объяснять Лияда, между делом проверяя свои когти. – Хотя не исключено, что это был разведчик Морроса.
Питер уставился на рукокрылую во все глаза.
- В смысле? У генерала ещё и драконы есть? – вскинулся он, с трудом подавляя волнение. Теперь уже стало по-настоящему страшновато. – А почему я только сейчас об этом узнал?
- Не бойся. На стороне Ксеруса служат немногие. Как правило, большинство из них виверны или другие рукокрылые, – попробовала успокоить парня Лияда, инстинктивно прикрываясь хвостом.
- Ну, теперь-то я полностью спокоен! У виверн же нет острых когтей, зубов, крыльев! – всплеснул руками Питер.
- Эй! Я полностью за вас и также хочу помочь общему делу! – Лияда, встряхнув крыльями, поспешила парировать на опережение. – Но это не значит, что я горю желанием сгинуть в гуще сражения.
- Так никто не говорит про необходимость сгинуть! Но всё же было бы неплохо обойтись без лишних сюрпризов, а не нестись слепо в самое пекло!
«Довольно!» – внезапно рявкнула Селена. И если мысленное послание слышал лишь Питер, то рёв услышала и Лияда. Словесная перепалка окончилась, не успев как следует разогреться.
«Ведете себя как малые дети, – с рычанием произнесла она, фыркнув. – Лучше бы подумали, что нам теперь делать!»
- Что она сказала? – едва различимым шепотом полюбопытствовала зелёная виверна, наклонившись к Питеру.
- Что мы ведем себя как дети, – тихонько ответил юноша, боясь вывести дракониху из себя ещё больше.
Тут неожиданно для себя Питер поймал на себе настойчивый взгляд двух аметистов, явно чего-то ждущих.
«Ну, а у тебя есть план?» – прозвучал вновь спокойный голос в голове.
Юноша задумчиво посмотрел на Лияду, окинув её взглядом от носа до кончика хвоста. Рукокрылая удивленно распахнула свои оранжевые глаза, а затем заморгала, слегка изогнув шею.
- Да, пожалуй, у меня есть план, – сказал Питер, таинственно улыбнувшись.
***
Дальнейший путь прошёл без особых происшествий, благо никаких новых чёрных точек на горизонте замечено не было. И если не считать небольшой стычки, которая едва не привела к утоплению, то совместный полёт оказался более чем полезен. Теперь можно было не беспокоиться о времени и прочих преградах, что существуют на дороге пеших. Конечно же, было бы куда лучше и надежнее, если бы у Селены имелось при себе седло, пара страховочных ремней или хотя бы клей. Но вот где их взять? Впрочем, они не сильно-то и требовались – летела серебряная на удивление легко и аккуратно, стараясь трясти как можно меньше. На землю опускались всего несколько раз, чтобы передохнуть и поболтать у костра, когда продолжать дальше полёт уже не оставалось сил и желания. В воздухе же больше всего удовольствия доставалось Лияде. Небольшие габариты и руки-крылья позволяли зеленой виверне вытворять поистине сумасшедшие вещи, при виде которых у Питера начинала кружиться голова. Кувыркания рукокрылой не оставляли равнодушной даже Селену.
Так они и продвигались вперёд до тех пор, пока в далеке не показались очертания разноцветных пестрых палаток и каких-то деревянных сооружений. Приземлившись на расстоянии, чтобы не оказаться замеченными, маленький отряд стал медленно подбираться к лагерю генерала Морроса.
Глава седьмая, в которой победа приводит к откровению
Подходы к лагерю представляли собой настоящий рой из ощетинившихся деревянных заграждений. Скопления массивных кольев выглядывали из-за каждой неровности и ямы, словно острые клыки инфернального чудища, готового разом проглотить весь мир. Подобное внимание к защите выглядело несколько странным. Будто бы не генерал собирался вот-вот отправиться в атаку на Сельдор, а наоборот. И ладно, если бы дело ограничилось одними кольями. Много мозгов для рубки деревяшек не требуется, тем более, если в твоём распоряжении находятся виверны, способные поднять десятки килограмм разом. Но, приглядевшись, среди кольев можно было обнаружить длинные узкие рвы, заполненные какой-то вязкой темной жидкостью. И зачем так возиться с временной стоянкой?
Стараясь двигаться как можно медленнее и тише, Питер полз впереди, как самый малогабаритный, а следовательно, и малозаметный участник вылазки. Прямо за ним, неуклюже перебирая крыльями, ползла фыркавшая Лияда, цепляясь когтями за траву и пытаясь не показывать светлые грудные пластины, выделявшиеся на фоне зелёной чешуи. Но, пожалуй, сложнее всех сейчас было Селене: её серебристая чешуя отдавала яркими бликами на солнце, что, несмотря на красоту, могло сыграть крайне злую шутку. Чтобы предотвратить подобную нелепость, пришлось уговорить дракониху вымазаться в грязи, что не сильно привело её в восторг. Однако теперь её чешуйки не так ярко блестели, и шансы быть обнаруженными значительно снижались, но, увы, не исчезали. Если не считать размеров драконихи, конечно. Издалека можно было бы подумать, что это здоровенный булыжник вдруг решил ожить и поползти, как гигантская улитка, что выглядело несколько странно. Подобравшись к очередному ощетинившемуся заграждению, Питер остановился рядом с торчавшими кольями и тихонько присел, с опаской взглянув на небо.
- Значит, у генерала есть виверны? – произнес он, наблюдая за подползающей Лиядой. Совсем скоро зелёная рептилия оказалась у заграждения.
- Да, – кивнула она и тоже настороженно посмотрела вверх. – И многие из них носят защиту.
- Какую например?
- Шлемы, панцири, иногда лезвия, – перечислила Лияда. Но, поймав на себе вопрошающий взгляд юноши, пояснила: – Лезвия надевают на хвосты и крылья.
- Блеск! – выдохнул парень, на мгновение представив шуструю крылатую тварь, вооружённую острыми лезвиями. Как будто одних зубов недостаточно. Но тут в голове появилась отличная идея, как нельзя кстати дополнявшая первоначальный план.
- Есть одна мысль. Мыслишка, – тихо заговорил Питер, наклонившись к самому уху виверны. – Только, боюсь, она тебе не понравиться.
Рукокрылая выжидающе посмотрела на него.
- Продолжай.
- Короче, нам нужно добыть броню и шлем. Тогда мы сможем пройти.
- Интересно, и как же мы это провернем? – недоверчиво прищурившись, спросила Лияда и покосилась на шуршащую траву.
Тут из густых зарослей появилась Селена. Слегка приподняв голову и зажмурившись от света, она принялась нетерпеливо стряхивать с себя травинки, прилипшие к носу и рогам.
- А здесь нам поможет один симпатичный дракон, вымазанный в грязи, – усмехнувшись, произнёс юноша и, жестом поманив за собой остальных, пополз вперёд.
Удивительно, но наши герои сумели без особых проблем добраться до стенки ближайшей палатки и, всё также передвигаясь лишь ползком да на корточках, выследить одного из стражей. Будущей жертвой оказалась молодая виверна, до того похожая на Лияду, что невольно возникала мысль о родстве. Отличалась стражница лишь более светлым цветом чешуи, местами переходящим практически в салатовый. Из снаряжения на ней присутствовало всё, что требовалось для плана Питера: шлем, закрывающий верхнюю часть головы и похожий на клюв, несколько металлических пластин на шее и спине. Нашлось даже лезвие, прикрепленное к хвосту. Лучшего и не пожелаешь!
Питер прижался как можно плотнее к палатке, вынудив поступить также и Лияду. Затем, не спуская глаз со стражницы, которая отвлеклась, рассматривая какую-то мелочь на земле, он знаком показал Селене, что она может действовать. Дракониха только этого и ждала. Тихо и бесшумно, словно змея, она стала подкрадываться к зазевавшейся стражнице. Та стояла спиной и не могла видеть, как сереброкрылая подбиралась всё ближе и ближе. Когда их отделял друг от друга всего метр, виверна вдруг вся напряглась, почуяв неладное. И не успела стражница обернуться, как тут же получила увесистый удар хвостом. Прямо по морде.
- Есть! – донеслось от Питера, выходящего из своего укрытия. – Ты её с одного удара вырубила!
Дракониха гордо подняла довольную морду.
«Что теперь?»
- А теперь мы одолжим вещи этой виверны для вот этой! – Тут Питер показал в сторону Лияды. – Примеришь?
Зелёная как-то странно взглянула на оглушенную стражницу, особенно задержав взгляд на шлеме, чей «нос» был заострен, как клюв хищной птицы.
Питер недоумевающе посмотрел на рукокрылую, пытаясь понять в чем дело.
- Всё в порядке? – участливо спросил он, слегка наклонив голову.
Встрепенувшись, виверна быстро кивнула, после чего подошла ближе и принялась аккуратно снимать снаряжение. Закончив с этим, она надела шлем и стала нацеплять на себя пластины, но выходило неуклюже и криво. На помощь подоспел Питер, как нельзя кстати подхвативший свисающие с шеи виверны ремешки. Очевидно, что два длинных пальца на крыле проигрывали в ловкости пяти пальцам людей.
- Прикрытие у нас есть, но только для одного, – переступив с лапы на лапу, заметила Лияда, наблюдая, как пальцы парня ловко затягивают ремни на её шее и груди. – Как же быть с вами?
Юноша задумался. Нет, вовсе не из-за того, что у него оказался непродуманный план. С этим был полный порядок – Питер постарался отнестись к этому делу с максимальной серьёзностью. Секундное промедление играло скорее психологическую роль. Всё равно, как если бы вы проверили телефон в кармане, прежде чем выйти из дома. Хотя прекрасно знали бы, что он на месте. Тоже самое сейчас испытывал Питер. Он хотел лишний раз убедиться и перепроверить в голове все детали. Что было далеко не лишним.
- Селена останется ждать нас, чтобы прикрыть в случае чего, – заговорил парень, стараясь выглядеть бодрее. – А я твой пленник.
- Мой пленник?! – воскликнула Лияда, широко распахнув глаза и изгибая назад шею.
- Именно так. Я вражеский агент, обладающий ценной и обязательно секретной информацией. И ты ведешь меня на допрос к генералу, – терпеливо и с нотой самодовольства пояснил Питер.
- Но это нелепо! Стоит задать пару наводящих вопросов, и нам крышка! – понизив голос, прошипела виверна.
- А ты натяни шлем посильнее и веди меня с грозным видом, – подмигнул юноша. – Ну же, у нас всё получиться!
Лияда покачала головой, дотронувшись крылом до морды.
- Похоже, придётся всё-таки одолжить и лезвие... – вздохнула она и повернулась обратно к стражнице.
Вообще, неуверенность виверны можно было понять. Кому захочется лезть в логово врага, стараясь сойти за своего? Но если на то пошло, то вся затея с устранением генерала изначально звучала не очень обнадеживающе. Все это понимали. Понимала и Лияда, добровольно примерившая броню стражницы и оценивающая жалоподобное лезвие на своем хвосте. Рукокрылая верила Питеру и пыталась убедить саму себя, что верит и его плану. Потому что в противном случае шансы на успех становятся уж слишком ничтожными. А так, быть может, повезёт. Ведь везет же дуракам. Хуже не будет, не так ли?.. Так продолжала думать Лияда, неторопливо ступая между рядов разноцветных палаток и ведя перед собой Питера, чьи руки были надежно «связаны» за спиной. Меч с пояса, разумеется, снимать не стали, благо его размеры и крылья Лияды позволяли спрятать оружие. Да, если эту маленькую деталь обнаружат, то она станет последней глупой ошибкой. Во всяком случае, для Питера точно. Но отправиться к генералу с голыми руками было ещё хуже. Самоуверенность, импровизация, удача – вот три золотых кита, способных выдержать неподъемный груз наглости тех, кто отваживается на подобные аферы.
В какой-то момент навстречу нашим новоиспеченным лазутчикам вышли двое патрульных. Один человек и жёлтая виверна. Поравнявшись со своим «соратником» патрульные машинально кивнули в знак приветствия. Лияда подыграла и для большей убедительности дала Питеру небольшой тычок, как бы подгоняя. Ничего не заподозривший патруль прошёл дальше по своим делам, продолжая о чем-то спорить. Однако жёлтая виверна всё же решила оглянуться, но вид брони стражи быстро успокоил её, и ящер поспешил за своим товарищем, решив не вдаваться в подробности.
- Ты либо безумец, либо гений, – шепнула Лияда своему пленнику, наклонившись к его уху. – А может, они просто глупые.
- Я же сказал, что сработает, – одними губами произнёс парень, бегая по округе глазами. – Теперь ищем любые признаки генерала.
- Какие же? – фыркнула виверна, продолжая изображать суровый вид.
- Форма, знаки, недовольное угрюмое лицо... Всё, что выделяется на общем фоне, – чуть громче ответил Питер, одновременно ища глазами возможную цель или угрозу. – Нужно скорее покончить с этим.
Тут внимание Питера привлек один из стражей, стоящий у одной из дальних палаток. Как-то странно он был одет, чтобы оказаться простым воякой: полностью закрытый шлем, похожий на ведро, наплечники с хитрым узором, тяжелый панцирь и ни единого открытого участка на теле. Боец больше походил на машину, нежели на человека, настолько его вид пропитали неуязвимость и грозность. Нет, конечно же, это не генерал. Но Питер был уверен: этот великан точно охраняет кого-то важного. А по-настоящему важным в лагере мог быть лишь сам Моррос.
Лияда, будто уловив ход мыслей парня, потихоньку направилась к охраняемой здоровяком палатке, внешне всеми силами изображая из себя не менее грозного солдата, а внутри себя молясь всем известным богам. Только бы получилось проскочить. Едва зелёная виверна оказалась достаточно близко, как здоровяк, не говоря ни слова, жестом приказал остановиться, вытянув вперёд темную металлическую перчатку. Тяжело дыша, он немного наклонил голову вперед, чтобы лучше разглядеть непрошенных гостей. Его доспехи издали при этом неприятный скрежет.
- Мне велено доставить этого червя на допрос, – с неожиданной твердостью отчеканила зелёная. На мгновение ей поверил даже Питер. – Господин командующий на месте?
Великан-стражник медленно кивнул и всё также без единого слова указал на вход палатки, тяжело пыхтя при каждом движении.
«Слишком просто... тут что-то не так!» – подумал Питер, но был вынужден шагнуть вперёд, ощутив приличный толчок от виверны, стремящейся поддержать образ. Теперь отступать поздно – они очутились внутри командирской палатки.
Палатка оказалась несколько просторнее, чем можно было ожидать, глядя на неё снаружи. Повсюду красовались развешанные бумаги, карты, какие-то записки и свитки. У одной из стен стоял большой стол с двумя стульями, на одном из которых сидел Моррос. В том, что именно этот человек являлся генералом, сомнений не оставалось: на столе лежал шлем с выгравированным именем. Очевидно, что это он.
Услышав шум, генерал поднял угрюмый взгляд, отложив исписанный свиток.
- Я же сказал не водить ко мне всякую падаль! – недовольно пробасил он, окидывая обжигающим взглядом посетителей.
- Прошу прощения, господин командующий, – рукокрылая учтиво склонила голову. – Но это дело не терпит отлагательств.
Генерал выжидающе приподнял чёрную бровь. Тень слабой заинтересованности промелькнула на его грубом лице.
- Говори же! И не трать попусту моё время, – проворчал он, явно не горя желанием принимать больше участия, чем нужно.
- Ходит слух, что вы большой специалист по вивернам, – вкрадчиво проговорила Лияда, слегка подступая ближе к генералу. – Особенно по их гнездам!
Прежде чем до генерала дошёл смысл сказанного, виверна в мгновение ока высвободила руки Питера, а сама кинулась в атаку, растопырив когти и приготовив хвост для смертоносного удара. Генерал отскочил в сторону и швырнул второй стул в рептилию. Та, прижавшись к полу, увернулась от деревянного снаряда и яростно зашипела на Морроса. Тот выхватил меч.
В дело вмешался Питер. Одним движением сбросив мешавший плащ, он вытащил свой меч и смело шагнул вперёд, стараясь закрыть собой Лияду. Раздался оглушительный звон металла.
- Сопляк! – прорычал Моррос, занося тяжелый меч для нового удара. – Живым тебе не уйти!
Питер, как мог, отбивал страшные удары, уворачиваясь от особо сильных. Каждый раз Моррос стремился разрубить юношу на двое или распороть низ живота. Отскакивая и атакуя в ответ, как умел, Питер хотел выгадать удобный момент и подрезать ноги генерала. Но тот всё не давался, действуя словно взбешенный бык. Парень уже почти выдохся, с трудом удерживая меч.
Вдруг последовал особо мощный удар. Питер ели успел его отбить, но тут же последовал следующий, ещё тяжелее. Рука не смогла удержать меч и выпустила его, болезненно извернувшись. Вскрикнув от резкой боли, Питер оказался на земле.
- Все вы такие наивные, – гнусно улыбаясь, произнёс генерал, нависая над побежденным юношей. Он занес острие меча и собрался уже пригвоздить парня к полу, как внезапно и сам выронил оружие, со злобным криком отпрыгнув в сторону и схватившись за руку. Взглянув на свою конечность чуть выше локтя, он увидел краснеющий укус, из которого струилась кровь.
- Какого дьявола... – недоумевающе протянул генерал, наблюдая, как рана начинает чернеть на глазах, а рука неметь. Он попытался оглянуться, но его тело тут же пронзило длинное лезвие.
- Привет от гнезда одной виверны! – злобно прошипела Лияда ему в ухо, выдергивая из поверженного противника окровавленный хвост. Охнув, генерал грузно рухнул на пол, судорожно хватаясь за живот и истекая кровью.
- Вы все... обречены... – задыхаясь, прохрипел Моррос и затих. Больше он не издал ни звука.
Зелёная виверна тяжело вздохнула. Ещё несколько секунд она растерянно глядела то на генерала, то на свой хвост, о чем-то размышляя. Наконец, опомнившись, рукокрылая бросилась к Питеру. Тот уже начал подниматься самостоятельно, слегка пошатываясь.
- Ты цел? – с беспокойством в голосе поинтересовалась рептилия, протягивая товарищу крыло.
Подняв взгляд, юноша закивал в ответ. С помощью виверны оказавшись на ногах, парень оглядел пространство вокруг, лихорадочно соображая как следует поступить дальше. Заметив на полу свой меч, он поспешил поднять его и лежащий рядом плащ.
- Надо уходить отсюда, – промолвил юноша. – Но только не через вход.
- А через что же? – полюбопытствовала Лияда, разведя крыльями.
- Через них, – Питер показал мечом на стены. – Они же из ткани. Мы сможем прорезать.
Ящер недоверчиво прищурился, по-видимому, сомневаясь в успешности подобной затеи.
- Ну же! – нетерпеливо воскликнул Питер, глянув на вход. – Если они ворвутся сюда раньше, то нам точно не выбраться.
Нового приглашение не потребовалось. Опередив Питера, рукокрылая на удивление ловко подскочила к стене и вонзила в неё хвост. Толстая ткань так и затрещала под заточенным лезвием, словно бумага под перочинным ножом. Услышав шорох у входа, Питер нервно оглянулся и поспешил помочь чешуйчатой. Вдвоём всяко быстрее, чем в одиночку. Разделавшись с тканью, друзья стали выбираться наружу, протискиваясь в образовавшуюся дыру. Стоило им вылезти из палатки, как их тут же окружил с десяток вооруженных солдат, среди которых оказался и пыхтящий великан-стражник. Также вдалеке было видно несколько приближавшихся виверн, видимо, услыхавших шум.
- Плохо наше дело, – донеслось от Питера, стиснувшего меч и даже не подозревавшего, что произойдёт в следующее мгновение.
В уши ударил мощный порыв ветра, заставляя машинально зажмуриться. Отовсюду поднялись целые тучи пыли и грязи, норовясь забиться в глаза. Желудок словно провалился сквозь тело. Юноша ощутил, как неведомое нечто разом хватает его за плечи, поднимая высоко над землёй и устремляясь ввысь. Он снова летел.
- Выкусите! – победоносно воскликнула Лияда, старательно работая крыльями и поднимаясь всё выше и выше. Окинув насмешливым взглядом толпу растерянных солдат, оставшихся беспомощно топтаться внизу, рукокрылая что есть мочи устремилась прочь из лагеря вместе со своей ношей.
Однако радоваться было рано: сбежавшиеся на общую возню верещащие виверны начали одна за другой подниматься в воздух, пускаясь в погоню за нарушителями. Ситуация приобретала крайне резкие оттенки.
- Кажется, у нас проблемы, – заметил болтающийся в лапах Питер, удерживаясь руками.
- Расстояние поможет, – бодро ответила Лияда, стараясь не сбавлять скорости и крепко удерживая юношу. – Главное – дотянуть до твоей огнедышащей подруги! Атаковать дракона они не решаться.
Взмах за взмахом Лияда увеличивала дистанцию с преследователями, не жалея крылья. Броня и лезвие на хвосте чертовски мешали движению, не говоря уже о «пассажире» которого желательно было удержать в лапах, а не отправить вниз, где он превратится в лепешку. Но рукокрылая не намерена была сдаваться так легко. Игнорируя мучительную боль в напряженных крыльях, она всё летела вперёд. И вот перед ней возник долгожданный клочок земли, где уже вовсю поджидала Селена.
С максимальной, насколько это позволяли обстоятельства, аккуратностью зелёная снизилась и выпустила Питера из лап, сама же практически кубарем упав в траву. От переломов спасла лишь небольшая высота. Да и металлические пластины на шее оказались не лишними. Селена подскочила к обоим, как ужаленная. Не требовалось никаких слов или звуков, чтобы понять насколько серебряная дракониха нервничала.
Встретившись глазами с сереброкрылой, чьи два аметиста переполняли вопрос и тревога, Питер заговорил.
- Всё сделано, Селена, – тяжело дыша, произнёс он, оглянувшись на Лияду. – Морроса больше нет.
- Более того, мы до сих пор живы! – поддержала Лияда, поднимаясь с земли и отряхиваясь. – Если не считать синяков и лёгкого испуга.
Дракониха, пристально взглянула на каждого по очереди, кивнула и с облегчением выдохнула. Она была рада, что все целы.
«Что же дальше, Питер? Мы возвращаемся?» – мысленно спросила она, глядя на юношу.
Словно угадав немой вопрос, Лияда тоже устремила взор своих оранжевых глаз на парня, между делом разминая крылья и поглядывая на небо. Как это ни странно, но погоня действительно отстала. Даже горизонт оказался чист, будто бы ничего и не случилось. Но избавляться от брони зелёная пока не торопилась.
Питер медлил с ответом. Неужели и вправду две крылатые рептилии спрашивают у него, что делать дальше? И неужели они снова послушают его, чтобы он ни предложил? Нет, к такому невозможно привыкнуть. Особенно когда в твоей голове упрямо крутится напоминание, что ты всего лишь человек. Мальчишка, который уже несколько раз чуть не погиб. Но всё же, разве не этот «мальчишка» придумал план, благодаря которому удалось не только довести дело до конца, но и выжить? Хотя следует признать, что без крыльев Лияды в конце пришлось бы очень туго. И от генерала спасла его виверна.
С другой стороны, к чему вообще все эти бесполезные мысли? Подбодрить? Оправдаться? Убедить себя в чем-то? Но зачем? Он находиться здесь и сейчас. Менять курс поздно, как и подпитывать глупые сомнения. Ещё во время полёта у озёра следовало уяснить эту простую истину. Питер в некоторой степени подписал себе приговор, как только его нога впервые ступила на землю Мелнрота. Чего уж было страшиться после убийства Морроса? Мотнув головой, парень отбросил лишние мысли.
- Да, – произнёс он твёрдо, гордо поднимая голову. – Мы возвращаемся в Талод.
***
Обратный путь занял гораздо меньше времени, чем ожидалось. Да и чего ещё можно было ожидать, когда путешествуешь в компании двух существ с крыльями? Большую часть пути провели в воздухе, совсем не останавливаясь на привал. Питер даже получал удовольствие от полета, что заметно поднимало настроение у Селены. Однако, когда до города оставалось всего чуть-чуть друзья, посовещавшись, решили устроить небольшой привал, чтобы подготовиться к возможным сюрпризам впереди, да и просто банально отдохнуть. Слишком многое навалилось на них и без маленькой паузы было не обойтись. Дело как раз близилось к ночи и в воздухе поднимался прохладный ветер.
Довольно скоро вся троица собралась у разведенного костра. Какое-то время они сидели молча, стараясь привести собственные мысли в порядок. Но не пришло и полчаса, как завязался разговор.
- Слушай, Лияда, – тихо начал Питер, лениво тыкая палкой тлеющие в огне деревяшки. – Я могу спросить тебя кое о чем?
Зеленая виверна внимательно посмотрела на парня, пару раз моргнув.
- Спрашивай, а я постараюсь ответить, – слегка улыбнулась она, подавшись вперед.
Питер немного мялся. Стоит ли спрашивать у виверны то, что его интересовало? Вдруг это слишком личное и может пробудить неприятные чувства и воспоминания? Но любопытство – один из самых коварных и подлых пороков – поистине чудовищная вещь.
- В палатке генерала ты сказала одну фразу, – осторожно проговорил юноша, наблюдая за реакцией собеседника. – «Привет от гнезда...»
- «... одной виверны», – закончила Лияда, и улыбка исчезла с её морды. Она задумчиво взглянула на по-прежнему закрепленное на хвосте лезвие – его зелёная решила забрать с собой, как и шлем. Несколько мгновений она с серьезным видом что-то обдумывала. При этом вид рукокрылой становился всё мрачнее и мрачнее.
- Это случилось достаточно давно. До того, как мы с вами встретились, – тихо промолвила рукокрылая, переведя хмурый взгляд на ночное небо. – Я не стану сразу рассказывать все подробности. Надеюсь, вы понимаете...
Рептилия особо тяжело вздохнула, прикрыв оранжевые глаза.
- Это грустная история, – продолжала она. – Когда-то у меня была семья и своё гнездо. О партнере я расскажу вам как-нибудь в другой раз. Долгое время мы жили не хорошо и не плохо. Обычная семейка, обычное жильё. А потом всё изменилось в один миг. Люди Морроса разрушили моё гнездо. Он лично распорядился.
Снова последовал вздох и ящер прикрыл глаза, словно окунался глубже в свои воспоминания.
- Тогда я поклялась самой себе, что найду Морроса и что он получит заслуженное. И теперь мой яд и это лезвие наказали этого мерзавца.
- Твой яд? – приподнял бровь Питер.
- Ты же не думал, что я с одними когтями да хвостиком пойду на такое? – виверна сделала вялую попытку улыбнуться, но вышло слишком криво и неубедительно. Её большие оранжевые глаза предательски заблестели.
- Лияда.. – не выдержав душераздирающего зрелища, Питер придвинулся и легонько приобнял зелёную рептилию, положив руки на её шею. Лежавшая рядом Селена одарила рукокрылую полным сочувствия взглядом. Если бы она могла говорить вслух, то непременно сказала бы ей что-нибудь ободряющее. Но оставалось лишь молча наблюдать.
- Всё кончено. Он получил по заслугам, – утешающе продолжал Питер, желая успокоить Лияду.
- Он получил своё. Но что получила я? – с грустной задумчивостью произнесла виверна, крылом обнимая юношу в ответ и глядя на ночное небо. Такое манящее. Такое глубокое. Такое загадочное... Казалось, оно поглощало всё вокруг, отражая то, что сейчас могла разглядеть только Лияда.
«Нет, всё же одно я получила, – подумала Лияда, рассматривая далёкие звёзды и едва заметно приподняв уголок рта. – Верных друзей... И неплохое лезвие для хвоста».
Глава восьмая, в которой появляется буйный колдун
Вопреки ожиданиям, Талод встретил вернувшуюся тройку довольно сдержанно, излучая подозрительное спокойствие и равнодушие. О недавних событиях знали лишь единицы, чьё подавляющее большинство находилось в рядах городского Совета. Но достаточно одного ничтожного слова, вырвавшегося не в том месте и не в то время, чтобы начались перешептывания, порождающие многочисленные слухи. А слухи – всё равно, что мифическая гидра. Стоит отрубить ей одну голову, как вырастают две новые, ещё более извращенные и далёкие от первоначальной формы. Самыми популярными вариантами среди теорий жителей Талода были всего две версии. Версия первая: отважные герои отправились на опаснейшее задание, в ходе которого нашли нелепую и крайне трагическую гибель. Версия вторая: кучка несчастных недоумков была насильно отправлена Советом на верную смерть, но по каким-то причинам (здесь встречались поистине смехотворные варианты) были вынуждены перейти на сторону врага либо вернулись калеками.
Так что не ожидание, не страх и даже не любопытство, а слухи – вот что по возвращению наших героев доминировало на улицах Талода. Отсюда вытекали опасливое оглядывание чуть ли не каждой встречной старухи, любопытно-боязливый взгляд городской мелюзги и насмешливо-испытывающее покачивание головой жителей зрелых лет. Стараясь не обращать на прохожих внимания, тройка продолжала движение к зданию Совета, в глубине души всё же надеясь на заслуженный отдых и каплю признания. Нелепая возня горожан вызывала отвращение даже у Питера, навязывая подозрение о заключенном пари. Вернутся эти отважные чудаки или нет? До последнего хотелось верить, что в подобном восприятии виноваты стресс и накопившаяся усталость. Но чем больше прохожие задерживали взгляды на компании, тем чаще просыпалась дурацкая мысль о ставках.
- Вам не кажется, что нас успели похоронить? – негромко спросил Питер, миновав очередного зеваку. – Или сегодня у города переизбыток любопытства?
Идущая рядом Лияда равнодушно пожала крыльями, отчего пластины на её шее заскрежетали.
- Любопытных глаз всегда было предостаточно, – промолвила она, важно поправляя шлем. – Многие до сих пор удивляются, что я виверна и умею говорить. А теперь прибавь к этому броню, шлем и сопровождение в лице тебя и Селены. Как думаешь, удивит ли подобное простого работягу или ленивого горожанина?
Услышав такой ответ, Питер усмехнулся. Рассуждения виверны о произведенных впечатлениях на городских зевак показались ему забавными.
- Ты забыла самое главное, – сказал он, хлопнув по пластинам на спине виверны, – Ты та, кто прикончила Морроса.
- И вправду, как такое можно упустить? – рукокрылая всеми силами изображала задумчивый вид, поднеся когти-пальцы к подбородку и постучав ими. – Хотя, что-то мне подсказывает, что Совет сумеет.
- Поживем – увидим, – с нотой ободрения ответил Питер, задерживая взгляд на одном симпатичном домике с изгородью.
- Разумеется, – кивнула виверна, шевельнув хвостом.
Коротко вздохнув, Питер переключился на Селену. Серебристая дракониха тихонько шла рядом, предпочитая до поры до времени не вмешиваться в чужой разговор. Её морда выражала спокойствие, а взор аметистового цвета глаз был направлен к небу. Чистому и голубому, как бесконечный океан. Дракониха словно мечтала о чем-то. Каждый раз юношу так и тянуло поболтать с ней, тем более мысленно, когда никто другой не слышит. Этот маленький факт доставлял особое удовольствие Питеру, даже если весь секрет разговора заключался в рассуждениях о погоде, что несло в себе не очень много ценной информации. И тем не менее, эта и ещё тысяча мелочей навсегда оставались приятной тайной, принадлежащей только Питеру и Селене. От этой мысли парень невольно улыбнулся.
«А ты что думаешь?» – полюбопытствовал юноша, проскользнув взглядом по блестящим на солнце серебристым чешуйкам. Грязевой камуфляж частично стерся за время дороги.
Не поворачивая головы, Селена перевела на парня свой взор.
«А ничего, – словно смеясь, произнесла она. – Совет – двуличный зверь, если разбирать его по косточкам. Мы выполнили его требования, это так. Но то, что они сейчас скажут, может и вовсе противоречить логике. Нашей логике».
Питер усмехнулся себе под нос, покачав головой.
«Тогда не будем медлить! Мне прямо-таки не терпится получить свою свежую порцию бреда».
И с этими словами он зашагал быстрее, словно получив от одной фразы целый заряд бодрости. На мгновение Питеру показалось, что он более чем готов встретиться лицом к лицу с Советом и его главой.
Наконец, друзья очутились в здании Совета. Миновав парадные двери и несколько тёмных коридоров, на чьё освещение явно поскупились, они поднялись по широкой каменной лестнице и остановились у дверей Зала для Обсуждений. По воле случая Питеру досталось место у канделябров. Как раз то самое, где он стоял во время своего первого посещения Совета. Наблюдая за чарующим танцем пламени свечей, парень тихонько насвистывал какую-то мелодию. В паре метрах от него, на одном из стоящих плотным рядком разноцветных кресел устроилась Лияда. Рукокрылая подпирала одним крылом голову, а длинными пальцами другого барабанила по деревянному подлокотнику. Выходило не очень профессионально, но ящер старался попадать в мелодию свиста, иногда покачивая хвостом. Чуть в стороне от обоих сидела Селена, аккуратно сложив крылья за спиной и обернувшись хвостом. Прикрыв глаза, дракониха медленно покачивала головой, стараясь поддерживать небольшую импровизацию.
Такая картина, играющая роль эмоциональной разгрузки, продолжалась ещё минут пять, прежде чем двери Зала распахнулись, и из них появился сероватый дракон, видимо, играющий роль секретаря. Троица тут же притихла, жадно улавливая каждый звук и движение, исходящие от секретаря. Окинув всех присутствующих равнодушным взглядом, он что-то проверил в записях, которые держал в лапах.
- Селена, Лияда и... Питер, если не ошибаюсь? – спросил он с таким же равнодушием, с каким поднимал взгляд ранее.
Последовало три кивка.
- Прошу за мной, – коротко хмыкнув, произнёс серый дракон. – Глава вас уже ждёт.
Зал оказался пустым. Огромных размеров стол выглядел неуместным, ибо был совершенно пуст, несмотря на то, что располагался посередине. Так и хотелось усадить за него парочку важно-хмурых физиономий, причём не только человеческих, чтобы успокоить воображение, отдав дань навязчивой ассоциации. С другой стороны, почему стол, каким бы большим он не был, обязательно должен быть забит физиономиями? Похоже, мы нашли ещё один мелочный стереотип... Между тем серый дракон провёл тройку мимо каменного стола и повёл её в ещё один коридор, который скрывался в углу зала. В самом конце оказалась деревянная дверь, надежно укрепленная железками, чья размытая поверхность немного отражала свет от факелов, висящих на стенах. Размер двери был до неприличия большим, намекая на весьма солидные размеры обитателя комнаты. Секретарь скрылся за дверью, захлопнув её перед самым носом гостей. Изнутри послышалась какая-та возня и бубнеж, разобрать было сложно. Наконец серый секретарь снова показал свою равнодушную морду и знаком позвал всех внутрь.
- Ну наконец-то! – сухо донеслось от восседавшей на каменном кресле огромной синей драконихи – главы Совета. – Наши юные убийцы вернулись!
Великанша со скучающим видом постучала гладкими когтями по подлокотнику, словно желая себя развлечь.
- И как же всё прошло? – полюбопытствовала глава, лениво приподняв массивную голову и оценивая всех пронзающим взглядом. – Судя по броне рукокрылой, не так уж и плохо?
Друзья быстро переглянулись, будто спрашивая друг у друга совета.
- Моррос мёртв, – выйдя вперед, промолвил Питер, посчитав, что лучше начать самому. – Его убила Лияда.
Юноша сделал шаг в сторону, давая возможность синей драконихе лучше разглядеть Лияду. На всякий случай виверна учтиво поклонилась и поправила шлем.
- Рукокрылая... Участник Совета и по совместительству библиотекарь, – проронила синяя великанша, шевельнув хвостом и прищурив свои холодные, как лёд, глаза. – Что ж, признаю, это впечатляет.
Тут она перевела взгляд на хвост Лияды, где красовалось лезвие. Чистить от засохшей грязи и небольшого количества крови его специально не стали – хоть какое-то доказательство. Было бы разумнее захватить шлем генерала, тем более что он именной, но благодаря панике и некоторой беспечности, теперь приходилось довольствоваться перепачканным куском железа на хвосте Лияды.
- Но теперь появилась другая проблема. Куда серьезнее предыдущей, – с нескрываемой досадой вздохнула синяя. В ее голосе промелькнул намек на усталость. – В Совете появился шпион.
Три удивленные пары глаз разом уставились на синюю великаншу. Она лишь коротко фыркнула, не желая отвлекаться на бесполезные эмоции. Её хвост тяжело зашуршал по камню.
- Им оказался один из моих стражей, – продолжала глава Совета, поморщившись. – Вы встречались с ним при первом своем визите.
- Тот коричневый дракон? – спросил Питер, желая уточнить догадку. – Который усадил меня за стол?
Синяя дракониха с неопределенным выражением лица медленно кивнула, слегка прикрыв глаза.
- Маги Совета допросили его, и выяснилась одна деталь, – продолжала великанша.
- Какая же? – встряла Лияда, которой надоело просто стоять молча. От нетерпения виверна то и дело переминалась с лапы на лапу.
- Это связано с Ксерусом и тем, что он ищет. С камнем. Вы что-нибудь слышали об этой истории? – синяя дракониха вопросительно приподняла надбровье.
- Только слухи, – ответил Питер, пожав плечами. Что по большому счёту было правдой. Свойства и история камня были настолько мутными, что лучше бы он и дальше валялся в ящике письменного стола у Питера дома.
- Тогда мне следует рассказать вам. Вкратце, разумеется, – вздохнув, сказала великанша и начала рассказ.
Прежде всего, дело касалось Сельдора. Он вообще не интересовал Ксеруса как город. Вся возня с наступлением на город и лагерем генерала оказалась одним большим спектаклем. Из полученной от пойманного шпиона информации выходило, что единственной целью Ксеруса было не уничтожение сопротивления, не земли или богатство, а камень. Но он не знал точно, где или у кого находится камень, поэтому решил организовать наблюдение через Морроса, который, в свою очередь, получал сведения от шпионов. Но выходило несколько несостыковок. Сельдор был прикрытием, но почему именно Талод попадал под наблюдение? А может не "именно", а "тоже"?.. Но как Ксерус мог знать точное место? На этот счёт было одно предположение: телепортация. Возможно, Ксерус как-то сумел отследить место появления Питера и Селены. Допустим, но лагерь-то у Сельдора стоял ещё до момента прибытия! Предугадал? Но как? От такого количества разом возникших вопросов у Питера заболела голова. Казалось, что в него пытаются влить все знания мира, полностью игнорируя законы физики, логики, психологии и банального приличия. Рука машинально потянулась к карману с камнем.
«Столько шума из-за одной стекляшки, – с досадой думал юноша, щупая сквозь ткань камень. – Они даже не знают работает ли он!»
- Ладно, хорошо, – выдавил из себя Питер, заставляя тело держаться ровнее. – Ясно, что с камнем по-прежнему ничего не ясно. Но как нам теперь поступить?
Синяя великанша странно прищурилась, будто бы обдумывая нечто своё.
- Придётся вам совершить ещё одно путешествие, – с прежней сухостью в голосе произнесла она, слегка подавшись вперед. – На этот раз чуть дальше, чем в лагерь генерала. И не одним.
В это мгновение дверь снова распахнулась, и в комнату вошёл человек. Вид у него был самого настоящего бродяги, разве что не так сильно воняло. Он был одет в серый изодранный балахон, заляпанный темными пятнами. Голову скрывал огромных размеров нелепый капюшон, не позволяя раньше времени разглядеть лицо своего хозяина, а на ногах темнели два высоких сапога.
- Думаю, в предстоящем деле вам троим понадобиться тот, кто знает о Мелнроте чуть больше вашего, – великанша позволила себе едва заметную усмешку. – Потому что лично меня этот человек уже утомил!
Едва эти слова закончили звучать в воздухе, как незнакомец в балахоне потянулся руками к краям капюшона и начал неторопливо его снимать. Питер, как и Селена, ожидал увидеть кого угодно, но только не этого человека. Под капюшоном оказался Эрнон.
- И утомил бы ещё сильнее, если бы не дела, – проворчал старик, переведя взгляд на троицу. Заметив знакомые лица, он тут же заулыбался.
- Кого я вижу! Питер! Да и ещё с компанией! Нет, сегодня определённо удачный день!
Не дожидаясь ответа от ошеломленного Питера, старик схватил его за руку и начал изо всех сил трясти.
Эрнон Зрячий, он же «колдун-алхимик», он же «старик с причудами». Местный чудак и главный виновник первого возвращения Питера в реальный мир, которое больше напоминало изгнание. Мотивы и цели этого чудного алхимика (по непонятной причине считающего себя гением) до сих пор оставались туманными. Зачем Эрнон помогал Питеру в первый раз? Почему он ничего не объяснил, а просто «депортировал» Питера? Эти и ещё многие вопросы лишь предстояло выяснить. Но был один вопрос, который не давал покоя Питеру больше всех прочих. Юноша почти не вспоминал о нем вслух, но постоянно думал. О таком невозможно было не думать. Этот вопрос касался письма, которое было написано якобы отцом. То письмо было предостережением, мол: «Я есть, но не ищи меня. Это опасно!» Питер сам не понимал почему, но он верил этому письму и хотел верить, что где-то в Мелнроте действительно скрывается его настоящий отец... Вот только как же его найти и проверить?
Вся цепочка мыслей от Эрнона до письма пронеслась в голове Питера быстрее, чем старик успокоился и закончил трясти его руку, добившись растерянного «здрасте!» в ответ и довольно заулыбавшись.
«Быть может, этот старый чудак что-нибудь знает о письме? – грустно подумал Питер. – Надеюсь, в этот раз его получится разговорить».
- А что насчёт путешествия, если не секрет? – вслух произнёс Питер, как бы спрашивая Эрнона и Главу одновременно.
- Эрнон посвятит вас в детали, – нехотя отмахнулась глава Совета и сонно зевнула, дернув хвостом. – Ну а теперь идите. У меня ещё дел по горло!
И с этими словами синяя дракониха указала гладким когтем на дверь, давая понять, что аудиенция окончена.
Спустя час все собрались за столиком в городской таверне, чтобы немного отдохнуть перед очередной дорогой, а заодно и поесть. Конечно, можно было бы пропустить эти излишества комфорта цивилизации, отправившись сразу в путь. В конце концов, разве драконы плохие охотники? А если к одной паре крыльев с огнемётом в глотке добавить ещё одну самостоятельную пару, вооружённую ядовитыми зубами? Зачем вообще тогда нужна таверна? Но, несмотря на многочисленные комплименты, прозвучавшие в адрес обоих, и Селена, и Лияда были очень даже не против предложения Питера отправиться ненадолго в теплое и уютное помещение, где на огромные столы ещё и еду подают. Совершенным машинам для охоты оказались не чужды простые человеческие удобства. Забавно, не правда ли?
Доедая свою скромную порцию, Питер всё же решил первым узнать предстоящий план. Внутри он всячески старался унять нарастающее волнение.
- Эрнон, не посвятишь ли нас в детали предстоящего пути? – спросил он, с любопытством глянув на старика.
Старик сидел напротив парня, неторопливо попивая из внушительной кружки какой-то напиток. Услыхав вопрос, он хитро прищурился.
- Ну ты, парень, и загнул, – икнув, хихикнул пожилой алхимик, не отрываясь от кружки. – Спросил бы прямо: «старик, какого черта ты задумал?» Хотя я всё равно бы не ответил. Ты это знаешь и пытаешься обойти, обвести меня вокруг пальца словами, которые ты считаешь достаточно умными. Неужели ты хочешь, чтобы я разрушил всю интригу? Вот так сразу? Вдребезги?
Очередная порция напитка вынудила ненадолго замолчать старика. Пока он пил, Питеру оставалось лишь обмениваться вопросительными взглядами с остальными. Забавней всех выглядела Лияда, непонимающе хлопающая глазами и изгибавшая шею, будто смущаясь. Видимо, она впервые столкнулась с Эрноном Зрячим.
«Да уж, дедок в своём репертуаре! – подумал парень, закатывая глаза и со вздохом откидываясь на спинку лавки. – И почему я решил, что с ним будет легко?»
Окончательно опустошив кружку одним залпом, старик звучно опустил её, отчего на мгновение показалось, что стол вот-вот разваливается. Его пальцы судорожно сжались, а взгляд потяжелел. Видать, эффект у пойла был мощный. Эрнон снова икнул.
- Раз уж вы закончили с едой, – окидывая лица слушателей сонным взглядом, пробурчал алхимик. – То прошу за мной!
Не дожидаясь ответной реакции, Эрнон поднялся с места и шустро затопал в направлении лестницы. Всем прочим оставалось лишь повиноваться его прихоти.
- Да кто это вообще? – не выдержав, воскликнула Лияда, всплеснув крыльями и явно не в восторге от происходящего. – Почему мы должны его слушаться? Он не в себе!
Питер одарил зеленую виверну сочувствующим взглядом, пусть и не лишенным лёгкой насмешки.
- Поверь, если его не послушать, то будет гораздо хуже, – со вздохом сказал юноша, поднимаясь из-за стола. – Потом привыкнешь.
В ответ Лияда раздраженно фыркнула, слегка тряхнув крыльями, но всё же продолжила послушно идти следом за Питером и Селеной. Вскоре все очутились на втором этаже, где располагались жилые помещения. Громко топая и что-то бурча себе под нос, Эрнон устремился в глубь коридора, даже не оборачиваясь на своих спутников. От старика исходило так много шума, что из-за дверей начали показываться заспанные физиономии постояльцев. Рогатые, небритые, чешуйчатые, кожаные, лысые, сморщенные... Очень много недовольных голов, провожающих нарушителей своего спокойствия полным осуждения взглядом. Добравшись до очередной двери, Эрнон вдруг решил остановиться, да так резко, что оставшаяся троица едва не врезалась ему в спину. Повозившись в карманах, старик выудил оттуда ключ и начал пытаться вставить его. Пытаться...
«Давай же, чертова штука!» – звучало уже в третий раз, когда Питер, потеряв остатки терпения, отобрал ключ у алхимика (что вышло на удивление легко) и сам вставил его в замочную скважину. Наблюдавшие эту картину Селена и Лияда облегченно вздохнули. Дверь распахнулась, любезно приглашая войти новых гостей. Едва вся компания переступила порог комнаты, как дверь моментально захлопнулась. Обернувшись на шум, Питер увидел Эрнона, удерживающего дверь двумя руками.
- Срочно закрой её! – гаркнул он, бешено стреляя глазами. – И ключ не вынимай!
Задавать лишних вопросов напившемуся старику Питер не осмелился и просто сделал, что было сказано. Затем от пожилого алхимика последовал нетерпеливый жест, призывающий собраться всех в центре комнаты.
- Возьмитесь за руки! – торжественно произнёс старик, входя в образовавшийся круг. Во взгляде его заплясал непонятный огонек.
С некоторой неохотой и опасением Питер, Лияда и Селена выполнили указания алхимика.
- А теперь, – звучно икнув, с восторгом продолжал Эрнон, – я произнесу заклинание, и нас перенесет!
«Только не это...» – разом подумали Питер и Селена, но было уже поздно. Пьяный старик начал увлеченно бормотать, войдя во вкус.
- Я на такое не подписывалась! – испуганно вскрикнула Лияда, озираясь по сторонам. – Почему бы нам просто не...
Возникшая из ниоткуда вспышка света заставила её замолчать, оборвав на полуслове. Свет был настолько яркий и ослепительный, что глаза жгло даже сквозь веки. Каждый почувствовал, как земля начала постепенно уходить из-под его ног, словно скользкая скатерть из-под горы посуды. Голова закружилась, а перед глазами возникли уже знакомые Питеру и Селене разноцветные огоньки, завертевшиеся в сумасшедшем танце...
Очнувшись и придя в себя, Питер обнаружил, что в очередной раз лежал с закрытыми глазами, судя по всему, после потери сознания. Который это по счёту раз? Третий? Четвёртый? Сколько можно? Хотя стоило признать, что на этот раз, кроме немного ноющего плеча, никаких побочных эффектов от переноса тело не испытывало. Перемещение прошло относительно безболезненно.
«Пожалуй, так скоро и привыкну...» – подумал Питер, щупая рукой поверхность на которой лежал. Она отдавала приятным теплом и влагой, буквально рассыпаясь в руках. Песок? Погодите, шум воды?! Да куда же это опять-то занесло?
Поймав себя на мысли о своём местонахождении, Питер так и вскочил, тяжело дыша и широко раскрыв глаза. О последнем действии тут же пришлось пожалеть, ибо солнце светило чересчур ярко. Зажмурившись и для большей надёжности закрывшись рукой от жгучих солнечных лучей, юноша решил для начала ограничиться слухом. В уши вливалась самая настоящая музыка из звуков: шум волн, лёгкий освежающий ветерок, крики чаек – всё указывало на пляж.
- Чертовы магические штучки, – мотнув головой, пробормотал парень, поднимаясь на ноги и глядя на бесконечную морскую гладь. – Предупреждать же надо!
Тут до его ушей донеслись недовольные возгласы и крики. Кто-то очень сильно ругался. Обернувшись, юноша увидел чуть подальше от своего места появления группку драконов и какого-то старика, собравшихся у небольшого домика. Признав среди них Лияду и Селену, парень, не задумываясь, зашагал к ним. Эрнона же не узнать было сложно. Приблизившись достаточно близко, парень предпочел подойти к Селене, выглядевшей самой спокойной.
«Из-за чего весь сыр-бор?» – мысленно поинтересовался юноша, наблюдая за довольно-таки любопытной картиной: Эрнон и Лияда очень эмоционально пытались в чем-то убедить синего дракона, который то и дело показывал лапой на дом.
«Наш горе-заклинатель в очередной раз превзошел свою криворукость, – закатила глаза серебряная дракониха. – При перемещении что-то пошло не так, и Лияду отправило прямо на крышу этого несчастного сарая».
Сереброкрылая ткнула когтем в сторону домика. Только сейчас Питер обратил внимание на разбросанные повсюду деревянные щепки. Выглядело всё так, словно кто-то откусил от крыши здания целый кусок, вдобавок прихватив часть стены, а затем выплюнул и раскидал по песку.
- Вы мне крышу проломили! – не унимался синий дракон, по внешности похожий на морского: чёрные полосы на темно-синем теле и отростки, похожие на плавники, наводили на догадку о его виде.
- Я-то здесь причём?! – защищалась Лияда, активно жестикулируя крыльями. Вернее, их длинными пальцами. – Это всё старик устроил! К нему и претензии!
Слишком резко дернув крылом, виверна поморщилась от острой боли. Взглянув на него, Лияда увидела торчавшую щепку.
- И вообще, я тоже пострадала, – демонстрируя зажатый в когтях кусочек дерева, сказала рукокрылая и отшвырнула его в сторону.
Морской замотал головой, по видимому готовясь возразить.
- Пострадала или нет, но именно твоё тело влетело в мой дом! – тут морской перевёл взгляд на Эрнона, который топтался рядом.
- Эрнон! – прорычал сквозь зубы морской, поднимая один из чёрных когтей на перепончатой лапе. – Опять твои фокусы!
Старик невозмутимо продолжал переминаться с ноги на ногу. Казалось, что его совсем не волнуют чьи-то там дома. Хотя, судя по тому, что дракон произнёс его имя, эти двое уже встречались.
- С заклинанием полный порядок, – невозмутимо пробормотал старик, видимо, ещё не до конца протрезвев и осознав масштаб проблемы. – Это всё энергия ваша!
С этими словами он запустил руку куда-то в глубину одежды. Недолго порывшись, он вытянул оттуда фляжку.
- Не дайте ему выпить! – заорал изо всех сил Питер, бросившись к алхимику, но было уже поздно.
Одним ловким движением, с пугающей для пьяного человека точностью, старик отшвырнул пробку в песок и приложился к фляжке, как гигантский клещ. Питер схватил было его за руки, да и Селена кинулась помогать, но от старика донеслось лишь неразборчивое кряхтение, после чего он обмяк. Аккуратно опустив Эрнона на песок, Питер взял в руки фляжку. Она оказалась совершенно пуста.
- Просто невероятно, – с озадаченностью в голосе проговорил юноша, покачивая головой и нюхая фляжку. – Я даже завидую ему.
Из-за спины послышалось чье-то насмешливое фырканье.
- Он хотя бы живой? – поинтересовалась Лияда, изучая царапину на своем крыле – видимо, следовало взять броню с собой.
В ответ парень быстро закивал, но всё же решил проверить у старика пульс. Вроде жив.
Кто-то громко закашлял, явно желая привлечь к себе внимание. Все обернулись на синего дракона, который и оказался источником недовольных звуков.
- Я понимаю, у вас там своя атмосфера... – он равнодушно пожал плечами, окинув всех взглядом. – Но неужели нельзя было обойтись без моей крыши?..
Глава девятая, в которой камень напоминает о себе
Морской оказался не таким уж ворчуном, как показалось на первый взгляд, и довольно быстро успокоился насчёт поврежденной крыши. Перебросившись с Питером парой слов, он всё-таки согласился пустить в дом незваных гостей. Спустя некоторое время возни с Эрноном, чьё бессознательное тело устраивали на деревянное подобие дивана, все прочие собрались за столом, устроившись на деревянных стульях, которые постоянно поскрипывали. Правда, мебели хватило всего на двоих, но это никак не помешало. При желании морской дракон вполне мог обойтись без стула, а Селене же он и вовсе не требовался – габариты не позволяли. Итак, за столом оказались два дракона, сидящих прямо на полу, одна виверна, с горем пополам усевшаяся на своем стуле и время от времени ерзавшая, и Питер, которому с анатомией повезло больше всех.
- Думаю, мне следует представиться, – спустя некоторое время молчания произнёс морской, почесав короткие рога. – Я Шарки. А вы, как я понимаю, друзья Эрнона?
Морской небрежно мотнул треугольной головой в сторону сопящего алхимика, при этом дернув хвостом и неопределенно поморщившись.
- Да, – кивнул Питер. – Можно сказать, мы работаем вместе. Ну, или пытаемся работать.
Юноша неодобрительно покосился на храпящего старика, покачав головой.
На морде Шарки возникло подобие улыбки. Жабры на его толстой шее слегка шевельнулись.
- Вот именно, – негромко фыркнул он. – Никогда не знаешь, что у этого чудика в голове! Иной раз его помощь действительно неоценима. А иной раз от него хочется зарыться поглубже в песок. Вот только вряд ли это поможет.
- Скажите честно, – тихо заговорила Лияда, с опаской поглядывая то на Эрнона, то на морского. – Скольких он угробил своими выкрутасами?
- Насколько мне известно, никто пока не жаловался, – пожал плечами Шарки.
- Это обнадеживает... – пробормотала рукокрылая, машинально обхватывая себя крыльями.
- Так или иначе, – продолжал Питер, прихлопнув ладонью по столу, – а мы имеем очередную нелепую проблему: пока Эрнон не очнется, мы не сможем действовать дальше.
«Может быть, есть смысл проверить его карманы? – предположила Селена, задумчиво рассматривающая свои когти. – Вдруг в них что-нибудь завалялось? На месте главы Совета я бы не стала ограничиваться словесным наставлением».
От досады Питер сильнее хлопнул ладонью по столу. Конечно же! Наверняка глава Совета заранее договорилась с алхимиком. Но было бы верхом беспечности положиться на память непредсказуемого и упрямого старика, ограничившись лишь строгим словом. В данном случае надёжнее всего было бы примотать липкой лентой к буйному колдуну табличку, на которой подробно расписаны все действия, вплоть до шагов. Но, разумеется, ничего подобного на теле спящего алхимика не обнаружилось. А жаль... Придётся ограничиться карманами. Не говоря ни слова, Питер поднялся с места и уверенно подошёл к сопящему старику. Шарки и Лияда проводили его взглядами, полными любопытства. Впрочем, сама Лияда догадывалась, что именно хочет сделать парень. Приблизившись к самому дивану, Питер остановился, невольно поморщившись. Колдун-самоучка так и источал аромат перегара, заставляя содрогаться всё живое в радиусе метра. Но надо было действовать. Питер отважно протянул руку к Эрнону, собираясь исполнить задуманное.
«Ну же, смелее! – прозвучал в голове подбадривающий голос Селены. – Сейчас это не Эрнон, а просто тело».
Питер сглотнул. Он предпочел бы сразиться с десятью драконами, чем лезть в карман к спящему Эрнону. А вдруг старик проснется?
«Его храп просто чудовищный! – мысленно прошептал Питер, глядя на алхимика и застыв. – Если он очнется, то просто сожрет меня заживо»
«Давай уже! Просто сделай это» – смеясь, ответила серебристая дракониха, прикрыв морду лапой.
Стиснув зубы, юноша запустил руку в первый попавшийся карман. Что-то подсказывало ему, что следует начать именно с него. Чутье не подвело: почти сразу пальцы нащупали острый угол конверта. Интуиция? А может быть, просто везение? Смотря, каким окажется содержимое добытого конверта... Через пару секунд Питер вертел в руках конверт, задумчиво изучая желтоватую бумагу и свои пальцы. Открыть? Не открыть? А для чего ещё он нужен?! Оторвав взгляд от конверта, юноша обнаружил на себе три пары выжидающих глаз. Никто не произносил ни звука, словно чего-то боясь.
«Нет... я сделаю это сам, – подумал Питер, хмыкнув. – Ведь кто я на самом деле, если пугаюсь такой мелочи? Подумаешь, конвертик!»
И одним ловким движением он разорвал конверт. Внутри оказалась записка, что было вполне логично. Отшвырнув пустой конверт в сторону, Питер начал изучать послание. Записка представляла собой небрежный набросок карты маленького островка с кучей жирных пометок.
«Ого, секретная карта! Почему-то на меньшее я и не надеялась...» – неожиданно весело и близко донеслось от Селены, заставив Питера вздрогнуть.
- Если не хочешь сделать из меня заику, то, пожалуйста, впредь предупреждай о своём приближении! – едва различимо проворчал парень, недобро покосившись на выглядывающую из-за плеча дракониху. В ответ серебристая рептилия слегка улыбнулась и показала раздвоенный кончик языка. Грех было упустить возможность и не подкрасться к зазевавшемуся приятелю.
- Кому-нибудь знакома эта мазня? – вздохнув, спросил Питер, демонстрируя находку всем остальным.
Лияда мотнула головой, беспомощно пожав крыльями. Но вот Шарки – совсем другое дело. Увидев карту, морской оживился. Жабры на его толстой шее зашевелились, а ушные гребни, похожие на плавники, задрожали, выдавая внутреннее состояние своего хозяина.
- Ты не мог бы дать её мне? – Попросил Шарки, протягивая вперед перепончатую лапу. – Я хочу взглянуть поближе.
Питер послушно передал карту морскому, надеясь, что дракон внесет каплю ясности в происходящее. Неужели небрежный рисунок способен вызвать такие переживания? Голубые глаза Шарки прямо-таки впились в бумагу, как две тонкие иглы. Некоторое время его зрачки вращались туда-сюда, перескакивая с одной пометки на другую. Весь вид морского выдавал его усиленные мыслительные процессы. Шарки не просто было знакомо место на карте. Он побывал там.
- Я не знаю, чего вы добиваетесь, но держитесь подальше от этого острова, – прошипел он, стараясь скрыть весь свой ужас. – Даже не думайте приближаться к нему!
- Но почему? Что с ним не так? – осторожно полюбопытствовал Питер, с опаской взглянув на морского. Не зная, чего ждать, парень тихонько отступил назад. Поближе к Селене. Дракониха, в свою очередь, сделала шаг вперёд, готовая в случае чего вмешаться.
- Этот остров имеет дурную славу, – глубоко вздохнув, ответил Шарки. – Я не хочу вас запугивать, но даже местные рыбаки обходят те места стороной. Говорят, что в глубине острова есть пещера, ведущая в древний подземный город. Вот только тех, кто отважился проверить слухи, больше никто не видел.
Шарки поднялся с места и, приблизившись к юноше, вернул ему карту.
- Если хотите совета, то вот он: сожгите эти каракули, а сами возвращайтесь домой, – подытожил морской и, покосившись на спящего Эрнона, добавил: – Будь я на вашем месте, то не стал бы дожидаться его пробуждения.
Питер взглянул на алхимика, за день успевшего подложить ему сразу две свиньи. Эрнон в трезвом-то состоянии вел себя странно, что уж говорить теперь, когда единственное, чего от него можно было добиться – это недовольное бурчание. А если вспомнить перемещение из таверны, то просто становиться страшно... С другой стороны, разве можно просто взять и бросить его здесь? К тому же предстояло ещё выяснить вопрос с картой. Кто сказал, что Шарки не ошибся и открыл всю правду? Уж кому, кому, а разве не представителю человеческого вида сталкиваться с суеверием? Хотя последние события вынуждают чаще задумываться на эту тему. Может быть, стоит прислушаться?
Правдива ли байка с островом или нет, придется в любом случае дождаться пробуждения Эрнона. Конечно же, наверняка начнётся очередная атака на нервную систему (причём, не только Питера) и на само понятие вменяемости, но бросать чудного алхимика почему-то не хотелось. Питеру казалось, что это неправильно.
- Вот как мы поступим... – вновь заговорил Питер, пряча карту себе за пазуху. – Дождемся вечера. Если наше чудо придёт в себя, то попробуем расспросить его. Ну а если нет, придётся придумать новый план.
- Как можно придумать план, не зная для чего он? – воскликнула Лияда, вскочив с места. – Вы только вдумайтесь, какие могут быть последствия из-за одной глупости. Будьте же реалистами!
- Я сам знаю, что идея не очень удачная, но посудите сами, – продолжал Питер. – Обстоятельства сложились дерьмовые. Чего уж тут рассуждать... Нам даже неизвестно, куда нас переместило. Возможно, мы и вовсе на другом конце света. Кто знает?
Тут глаза парня наткнулись на Шарки, который после упоминания острова совсем притих и сидел теперь в стороне, обернувшись хвостом и изучая свои перепонки.
- Шарки! Вот скажи, далеко отсюда до Талода?
Встрепенувшись, морской дракон изумленно моргнул, не ожидая, что к нему обратятся.
- Мягко говоря, не близко, – ответил он, немного подумав. – Этот город находится в глубине материка, в то время как мы находимся в восточной части у моря.
- Как я и думал, – глубоко вздохнув, Питер прошёл к пустующему стулу и грузно опустился на него, обхватив голову руками. Просидев так с минуту, он продолжил. – Мы отрезаны и жаловаться нам некому. А это значит, что выкручиваться придётся самим. Добьемся мы от Эрнона нормального объяснения или нет, но одно останется неизменным – сомнения только вредят. Какая бы бредовая не была ситуация, мы найдем выход только вместе!
Вдохновленный собственной речью, Питер даже выпрямился на своём стуле, походя уже не на растерянного юнца, а на уверенного руководителя. Пройдясь по комнате взглядом, парень обнаружил, что все его слушатели замерли в ожидании, подобно внимательным статуям. Даже Шарки, которого сие дело касалось в последнюю очередь, сидел и завороженно слушал Питера. Встретив такую поддержку, пусть и немую, юноша невольно улыбнулся, почувствовав прилив сил. Встретившись взглядом с Селеной, парень успел различить в нем гордость.
- А теперь я прошу только одного: довериться мне и подождать до вечера. Я уверен, что проблема найдёт своё решение.
И с этими словами он откинулся на хлипкую спинку стула, чей пронзительный скрип объявил об окончании речи. Выдохнув, юноша провел рукой по своим волосам, словно собирая мысли в единое целое. Сбоку раздались сдержанные хлопки. Повернув голову, Питер встретился взглядом с Лиядой, всё также сидящей на стуле. В оранжевых глазах виверны угадывался огонёк одобрения.
- Признаю, неплохая речь, – сказала рукокрылая, приподняв уголки рта в улыбке. – Вдохновляет.
- Полное дерьмо! – тихо выругался Питер, не сдержавшись. – А что ещё остаётся? По домам? Знать бы только, куда идти...
«Почему же сразу по домам?» – решила вмешаться Селена, шагнув к столу. И хотя слышал её только Питер, но «слушали» все.
«Нам всем нужно проявить чуточку терпения, только и всего, – продолжала сереброкрылая, подходя ближе к Питеру. – Ещё не вечер, не так ли?»
Оказавшись совсем рядом с юношей, серебряная дракониха подмигнула парню, желая подбодрить. Её голос звучал в голове приятным эхом, успокаивая и внушая уверенность.
- Что она сказала? – поинтересовалась Лияда, не спускавшая с обоих глаз.
Питер медленно перевёл взгляд на зеленую виверну, позволив себе лёгкую усмешку.
- Ещё не вечер! – ответил он, прежде чем встать из-за стола.
***
Питер сидел на берегу и смотрел в бесконечную морскую даль, залитую лучами угасающего солнца. Совсем скоро обещала придти темнота, а тогда придётся принимать решение. В дом Питер предпочел не возвращаться до установленного срока. Ожидание действовало на нервы парню, ледяными каплями опускаясь на его голову, и он просто не мог остаться в невыносимо душном помещении. Вид пляжа действовал успокаивающе, позволяя отвлечься от неприятных мыслей. А ведь всё началось из-за маленькой нелепости! Вел бы Эрнон себя нормально и не пришлось бы тратить время. Давно бы уже выяснили, что за таинственный остров, что за пещеры и что вообще нужно делать. Проблемы всегда начинаются с мелочей.
От невеселых размышлений Питера отвлёкло мягкое шуршание песка за спиной. Кто-то приближался. Оглянувшись, юноша увидел Лияду. Зелёная виверна неторопливой походкой шла по песку, стараясь держать хвост повыше, чтобы не испачкать. Оказавшись рядом, она, не проронив ни слова, опустилась на песок, заменив сидение своим же хвостом. И зачем тогда было так беречь его от песка?
- Как твое крыло? Не болит после падения? – с участием поинтересовался Питер, не зная, с чего ещё начать разговор.
Лияда медленно покачала головой, глядя куда-то в морскую даль. Тихий шелест волн разносился по округе, будоража сумерки.
- Что с Эрноном? – прозвучал новый вопрос, ответ на который не сильно интересовал – Питер уже догадывался и просто продолжал смотреть на поверхность воды, где играли крошечные блики засыпающего солнца.
Зеленая виверна, вяло шевельнула кончиком хвоста и нетерпеливо встряхнула крыльями, словно отгоняя от себя рой невидимых комаров.
- Он до сих пор спит, – сказала виверна и поежилась. Лёгкий ветерок, гулявший по пляжу, напомнил о себе внезапным прикосновением. Не имея внутреннего огня, Лияда могла полагаться только на свои крылья и окружающее тепло.
- Знаешь, мне начинает казаться, что он специально всё устроил, – немного помолчав, продолжала Лияда, кутаясь в свои крылья, как в плащ. – Напился, перенес не пойми куда, а теперь спит... На мой взгляд, слишком много совпадений.
Питер усмехнулся. К нему подослали чудного волшебника, надеясь, что тот сведет его с ума бесконечными выходками и банальными ошибками. Может быть, всё дело в этом? Хитрый, нелепый и коварный план неизвестного злодея.
- Он тот ещё раздолбай. И возраст здесь совсем не помогает. Скорее наоборот – усугубляет.
Теперь и виверна позволила себе улыбнуться. Замечание про возраст напомнило ей о Совете. Глава хоть и не была дряблой старухой, но тоже считала себя умнее других, действуя при этом не всегда разумно. Быть может, понятия «возраст» и «статус» имеют чуть больше общего, чем кажется? Чем старше, чем выше, тем больше непоколебимой уверенности в своих поступках. А чем больше уверенность, тем сильнее становится самомнение, иногда лишая возможности смотреть на вещи реально. Порождается слепота, но далеко не физическая. Однако образ главы Совета быстро выветрился из головы рукокрылой, едва она повернулась к Питеру. Юноша кутался в свой плащ, тщетно пытаясь спрятаться от набирающего силу ветра.
- Ты весь дрожишь, – с беспокойством в голосе заметила виверна. Она сама не понимала, что на неё нашло, но комфорт приятеля вдруг показался для неё необычайно важным. В голове рукокрылой всплыл вечерний привал, когда она, Питер и Селена возвращались в Талод. В тот вечер, сидя у костра, Лияда рассказала часть своей истории. Без какой-либо цели. Просто выговориться. Разрушенное гнездо не вернешь никакими словами, но в тот момент она получила поддержку. Тёплые взгляды друзей не оставили её в одиночестве наедине со своими демонами вины и утраты.
Вот и сейчас, несмотря на несколько иной род проблемы, рептилия не хотела оставлять Питера наедине с самим собой. Произнесенная им речь до сих пор отдавала где-то в уголках сознания Лияды, и виверне казалось несправедливым, что человек, который произносил подобные слова, сидит теперь один на морском берегу и чего-то ждёт, ежась от холода.
- Кажется, так будет лучше, – мягко произнесла виверна, насколько позволял её шипящий голос, и обняла Питера своим крылом, слегка прижав к себе. – Не хочу, чтобы ты дрожал, как осиновый лист.
Питер с благодарностью взглянул на зеленую рептилию и придвинулся чуть ближе. Ему было неважно, кто с ним. Ему было важно, что с ним кто-то. Но в голове что-то неожиданно «щелкнуло», вызывая далекое эхо.
«Осиновый лист... Лист... Карта! – с испугом подумал Питер, едва не подскочив на месте. – Сколько же мы здесь уже торчим?»
Он с неподдельным беспокойством осмотрелся по сторонам. Темно. Как можно было не заметить, что уже стемнело?!
- Послушай, Лияда, – Питер старался говорить спокойно. – Мне кажется, что мы задержались.
Рукокрылая не могла не заметить резкую смену настроения юноши. Посчитав, что он слишком переживает в, как ей казалось, очевидной ситуации, она решила попробовать его успокоить.
- Подумай сам, Питер, – заговорила она, слегка придерживая парня крылом. – Будет ли толк от Эрнона, если он очнулся? Нам всё равно придётся действовать самим! Я уверена, что кто-нибудь из местных рыбаков, о которых говорил морской, знает дорогу до острова.
Питер удивленно приподнял бровь.
- Идти туда, не знаю куда?
- А разве мы занимались чем-то другим? – усмехнулась рептилия. – Если уж и идти в бездну, то я предпочту держать штурвал в своих когтях, а не доверять его чужим! Тем более Эрнону.
Парень задумался: виверна права. Сказать, что Эрнон ненадежен – ничего не сказать. Верить ли в заверения Шарки о проклятом острове? Но он даже причину не назвал! Значит, скорее всего, это глупое суеверие, основанное на парочке случайностей. Опасности подстерегают везде, это факт. Но вечно убегать всё равно не выйдет. Значит, остается наплевать на всё и рискнуть. Играть, так играть! И к черту здравый смысл! Сейчас от него никакого толку. Ведь как узнаешь глубину кроличьей норы, пока не побываешь в ней лично?
Машинально запустив руку в карман, Питер нащупал внутри что-то твердое и гладкое. Вытянув предмет наружу, Питер пощурился от исходящего от него фиолетового свечения, ставшего особо ярким и загадочным во тьме морского пляжа. Призрачный свет камня, лежащего на ладони, обрёл какие-то новые черты. Питер пока не мог понять какие. Это мерцание, эти цвета, они были абсолютно неземными и незнакомыми. Казалось, в них живет притягивающая тайна, познав которую, можно найти для себя нечто особенное и изменить всё вокруг.
- Ты.. чувствуешь? – не сводя глаз с камня, спросил Питер. – Он словно...
- Зовёт, – прошептала Лияда, присоединившись к любованию фиолетовым предметом. Огромных усилий стоило виверне оторвать взгляд от камня. – Раньше был такой эффект?
Питер самозабвенно покачал головой.
- Не припомню, чтобы так сильно. Но знаешь что? – он наконец-то позволил себе отвлечься от камня. – Мне кажется, я понял, что нужно сделать.
Резко поднявшись с земли, парень уверенно зашагал по пляжу. Но не в ту сторону, где располагался дом Шарки. Наблюдая за этим, Лияда нахмурилась.
- Что ты хочешь делать? – крикнула она вдогонку, но Питер никак не отреагировал и лишь продолжил торопливо идти, словно следуя незримым подсказкам, которые способен распознать только он.
Тихо выругавшись себе под нос, виверна поднялась с места, быстро отряхнулась от прилипшего к чешуе песка и побрела следом. Сразу поднимать шум не хотелось, поэтому зелёная решила для начала понаблюдать за парнем, надеясь понять, что он задумал.
А тем временем, где-то далеко-далеко в самой столице, Ксерус нервно мерил шагами один из бесчисленных коридоров своего дворца. Он слышал далекий зов камня, звучавший как туманный сон, растворяющийся в первые минуты пробуждения. Он ощущал непреодолимое желание добраться до него, но не мог. И это злило его в сто раз сильнее, чем невозможность насытиться горячей едой, чей вкус успел кануть в омут памяти, и невозможность напиться простой воды, без которой его терзала нечеловеческая жажда. Единственное чувство, которое позволил Ксерусу оставить камень – ненависть. Ненависть к себе, потому что когда-то упустил желаемое. Ненависть к своему телу, которое испытывало невыносимые муки, но не могло умереть. И ненависть к тому, кто посмел забрать у него камень. А теперь этот «кто-то» разгуливал с его вещью где-то на другом конце Мелнрота.
Однажды, ощутив вибрацию и узрев таинственное свечение камня, Ксерус не мог больше думать ни о чем ином. Привычные человеческие чувства покинули его тело и душу, оставив лишь сухие страдания. И теперь Ксерус вновь слышал далекий зов, звучавший громче и яснее, чем когда-либо. Он ощущал каждый шаг своей цели.
Глава десятая, в которой напряжение нарастает
Маленькая лодка разрезала лунную ночь, скользя осторожными рывками по поверхности темной воды и разрывая дорожки бледного света. Казалось, что она не плывет, а летит. Парит в необыкновенном отражении далекого космоса, в которое возможно заглянуть всего лишь прислонившись к обшарпанным бортам старой деревянной посудины и вытянув шею. Здесь такое же тёмное и холодное небо. Здесь такие же крошечные огоньки мерцающих звёзд, пылающие крошечными точками. Вот и сама бледная луна, играющая роль ночного генерала и призрака. Над самим водяным зеркалом деликатно клубился лёгкий туман, словно пар над свежесваренным супом, пропитывая всё вокруг атмосферой потусторонней таинственности и мистического предвкушения неизвестного будущего.
Лениво подгребая тяжелым веслом, что для крыльев виверны давалось не так уж и просто, Лияда не могла оторвать восхищенного взгляда от чудесной картины, наблюдая за танцующими огоньками.
- Как красиво, – завороженно шептала она, разглядывая поверхность воды. – Мы словно по воздуху плывем!
- Да... – с задержкой ответил Питер, усердно налегая на свое весло. – Это... очаровывает.
Виверна обратила внимание на неестественный тон и вопросительно взглянула на Питера. Тот же продолжал методично грести, уставившись в пространство перед собой и лишь иногда поглядывая по сторонам. Юноша будто бы не замечал ничего вокруг себя, сосредоточившись на одной единственной цели, как одержимый.
- Почему ты так уверен в выбранном направлении? – спросила рукокрылая, склонив голову на бок и скользнув взглядом от весла к лицу парня. – Я уже молчу об абсурдности нашего поступка.
Питер медленно перевёл на зеленую рептилию насмешливый взгляд, встретившись с её оранжевыми глазами, горящими в темноте, как два сигнальных огня, и таинственно улыбнулся.
- Камень подсказал мне, – с усмешкой ответил юноша, медленно переводя взгляд слегка утомленных глаз на ночное небо. – Он и сейчас ведёт меня.
Услыхав такой ответ, рукокрылая скривилась, заподозрив собеседника в нездоровости. Но ведь не становятся безумцами за одну ночь! Да и сама Лияда ощутила нечто необычное, когда смотрела на камень. От него действительно исходила странная... энергия, излучение... Можно называть это явление как угодно, но слова не изменят суть. Камень определённо не так прост, как кажется. И что-то подсказывало виверне, что дело идет не к добру.
- Значит, дорога нам известна, – произнесла виверна, недоверчиво прищурившись и тряхнув крыльями. – Но что будет дальше? Когда мы доберемся до острова?
- На острове мы покончим с этим, – равнодушно ответил Питер и крепче сжал весло, отчего задрожали его напряженные руки. – Я понял всё. Проблема не в Ксерусе, не в загадочных письмах и даже не в пьяных колдунах. Единственная проблема – это сам камень. Жалкая безделушка, обладающая непонятной нам силой. Не будет дурацкого камня – не будет и проблем.
«Наивно» – подумала Лияда, покачав головой, однако решила промолчать. Вдруг такой подход действительно мог сработать? Ведь очень часто решение проблемы оказывается в сотни раз проще и доступнее, чем можно было бы предположить. Возможно, она сделала поспешные выводы.
На этой неопределенной ноте оба замолчали. И лишь плеск воды под тяжелыми веслами нарушал царившую над темной гладью атмосферу ночной тишины. Задумчиво глядя на серебристую поверхность воды и прислушиваясь к тихому поскрипыванию лодки, Лияда перебирала в голове дальнейшие варианты событий. Она доверяла Питеру, но не могла унять волнение внутри себя. Как же ей лучше поступить: продолжить наблюдать или вмешаться и остановить?
Едва только нос лодки коснулся хрустящего сероватого песка, а ноги Питера ступили на холодную поверхность неизвестного берега, руки юноши тут же потянулись к припрятанному наброску острова. Лияда присоединилась к изучению карты, заглянув в неё через плечо Питера. Слабый свет, исходящий от луны, позволял различить очертания на пожелтевшей бумаге.
- Мы совсем недалеко от пещеры, – подметил Питер, показывая пальцем предполагаемое направление. – Нужно пройти всего пару сотен метров. Или чуть больше... Чертеж не совсем ясен.
- Ты уверен в этой затее? – уточнила Лияда, сомневаясь в правильности происходящего. Да и в адекватности тоже. – Потому что если нет, то давай-ка лучше вернёмся. Не думаю, что твоя подруга погладит нас по головке за побег.
Питер отвлекся от изучения карты и скептически хмыкнул, одарив рукокрылую снисходительным взглядом, каким обычно смотрят ученые, убежденные в верности непопулярной теории. Почему она, в конце концов, сомневается?
- Ты думаешь, что Селена так просто позволит мне влезть в очередное подземелье? – проговорил он, вглядываясь куда-то вглубь острова. Не услышав ответа, он вяло усмехнулся. – Вот и я так не думаю. Кто знает, вдруг нам выпал шанс покончить с камнем?
Сказав это, парень уверено шагнул вперёд, первый раз в жизни готовый почти к любому повороту событий. Казалось, ноги сами ведут его в нужное место.
Лияда, в очередной раз вздохнув и покачав головой, последовала за ним. Поведение парня казалось ей странным, но бросать его не хотелось. Во-первых, это нехорошо. Во-вторых, если она так поступит, то Селена определённо сделает с ней что-нибудь очень неприятное. Так что оставалось идти следом и до конца, нервно дергая хвостом, и следить, чтобы человечек не вляпался в какую-нибудь скверную историю.
Примерно через минут двадцать ходьбы из легкого тумана возникли силуэты каменных развалин, напоминавшие колонны. Всё вокруг выглядело старым и даже древним. Наверное этим руинам не одно десятилетие. Двигаясь между ними и оглядываясь на каждую промелькнувшую рядом тень, друзья постепенно приближались к темневшему вдалеке входу, похожему на заброшенную шахту. Он словно ждал двоих заплутавших путников, чтобы заманить в свою чёрную пасть. И они вошли в неё, перешагнув каменный порог и не страшась ожидавших впереди тайн. Внутри «таинственная черная пасть» действительно оказалась обычной старой шахтой, чьи сырые стены украшали многочисленные деревянные балки, некоторые из которых прогнили насквозь. Единственное, что отвлекало от тревожных мыслей о возможном обвале – мощная металлическая решетка, неизвестно каким образом пристроенная прямо на потолке шахты. Спускаться же предстояло по узенькой лестнице, крутой спиралью устремляющейся в самые недра земли.
- Выглядит не очень надежно, – заметила Лияда, робко заглядывая в бездну. – Даже обладая крыльями, я бы дважды подумала, прежде чем спускаться по этому старью.
- Но в пометках указан именно этот путь, – возразил Питер, задумчиво вертя в руках карту и пристукивая пальцами. – Похоже, нам всё же придется спуститься вниз.
Парень окинул робким взглядом лестницу и осторожно поставил ногу на ближайшую ступень. Та возмущенно заскрежетала, однако выдержала дерзкий натиск. Питер собрался уже поставить другую ногу, как Лияда его остановила.
- Погоди, – сказала виверна, придерживая юношу крылом. – Давай-ка лучше я первая. Если выдержит мой вес, то выдержит и твой. Главное не толпиться.
Кивнув в ответ, Питер отступил назад, пропуская рукокрылую вперед. Та с осторожностью надавила лапой на ступень. Убедившись в её прочности, рукокрылая занесла вторую лапу и наступила на следующую ступень, поддерживая равновесие с помощью полураскрытых крыльев и хвоста.
- Вроде крепкие, – с опасением в голосе произнесла рептилия, готовясь в любой момент применить крылья.
Откуда-то снизу донесся гул, словно упало нечто большое и увесистое. Лияда напряглась всем телом, приоткрыв рот и собираясь что-то сказать Питеру, но тут хлипкая конструкция, как по команде, с грохотом устремилась вниз, складываясь, как мокрый карточный домик. Виверна даже вскрикнуть не успела, не говоря уже о крыльях. Всё произошло невероятно быстро. Питер бросился было к ней, чтобы хоть чем-нибудь помочь несчастной, но кончик зелёного хвоста уже скрылся в туче из обломков и пыли.
- Нет! – вскричал Питер, тщетно хватая перед собой воздух. Тут его ступня ощутила под собой неприятное скольжение.
Стиснув зубы, парень схватился за выпирающие из серого камня остатки лестницы и даже умудрился замедлить свое падение. Но уже в следующее мгновение по всей шахте раздался противный хруст, и Питер с диким криком устремился вслед за зелёной виверной вниз. На его счастье, высоты оказалось недостаточно, чтобы превратить вопящее тело в лепешку. Хотя приземление на кучу сгнивших досок тоже нельзя назвать приятным. Очухавшись, Питер поднялся на ноги, кряхтя от многочисленных ссадин и ушибов.
- Лияда, ты жива? – пошатываясь и хватаясь за стены, юноша пробежался взглядом по мрачной дыре, в которую его угораздило попасть.
- Я здесь! – раздался из темноты голос рукокрылой, прозвучавший достаточно громко.
Стараясь не обращать внимания на плывущие перед глазами круги, прихрамывая, Питер приблизился к лежащей под грудой досок виверне. Отшвырнув в сторону несколько деревяшек, отблагодаривших его пальцы парочкой заноз, юноша склонился над рукокрылой. Грудные пластины виверны пробил небольшой кусочек дерева.
- Ты ранена! – воскликнул Питер, с ужасом глядя на светлую грудь виверны, окрашенную алой жидкостью.
- Да неужели? – тихонько проворчала виверна, шипя от режущей боли. – А я-то думала меня краской облили!
Питер беспомощно взглянул на зеленую рептилию, даже не зная, как ей помочь. Что делать, если рядом с тобой лежит раненая виверна? Что вообще делать, если из тела торчит щепка? Вытаскивать нельзя – сразу польется кровь. Но ведь надо же что-нибудь сделать! Идея пришла сама собой. Сдернув с себя плащ, Питер разрезал его своим мечом, в кои-то веки пригодившимся на деле, а не болтавшимся на поясе. Превратив предмет одежды в гигантский бинт, парень начал обматывать его вокруг раны, стараясь хотя бы чуточку улучшить положение рукокрылой.
- Иди и разберись с этим дурацким камнем, раз уж завел нас сюда, – прошептала виверна, когда Питер закончил с перевязкой. Вышло небрежно, но достаточно толково, чтобы остановить кровь. Рукокрылая слегка приподнялась на куче мусора и взглянула на юношу. – Из этого дерьма просто обязано выйти что-нибудь толковое!
- А как же ты? – с участием спросил Питер.
- Поверь, одна деревяшечка вряд ли убьет целую виверну, – легонько улыбнулась Лияда и тут же поморщилась от приступа боли, вынудившего её снова лечь. – Иди, Питер, а я справлюсь.
Задержав на виверне полный беспокойства взгляд и получив в ответ уверенный кивок, Питер всё же решился пойти дальше по тоннелю, черневшему в нескольких метрах от места падения. Что-то подсказывало парню верность выбранного пути. Иногда начинало казаться, что с ним говорит сам камень, внезапно приобретая черты живого существа, жаждущего получить избавление. Выполнить какую-то свою особую задачу. Но какую?
Увидев в конце тоннеля мерцающий свет, Питер почувствовал себя неуютно. Волной нахлынули воспоминания о стычке с Денорионом, которая происходила в очень похожих коридорах. Более того, пройдя ещё дальше, парень вышел в просторное помещение с массивным каменным балконом и лестницами. На каменных стенах зала, покрытых толстым слоем мха и грязи, красовались многочисленные фонари, испускающие легкий желтоватый свет. До чего же напоминает тот самый зал!
В голове ощутилось чьё-то постороннее присутствие. Причем настолько настойчивое, что игнорировать его было невозможно. Ещё толком не разобравшись со своими органами чувств, юноша уже понял, кто пытался с ним связаться.
«Питер! Это уже переходит всякие границы! – раздался подобно грому голос Селены. – Неужели было так сложно предупредить меня?»
Услыхав знакомый голос, юноша обернулся, ожидая увидеть приближающуюся к нему серебристую дракониху. Но вместо неё встретил лишь по-прежнему пустой коридор.
«Где ты? – поинтересовался парень, не отрывая напряженного взгляда от мрачного хода. – И как тебе удалось найти меня?»
«А сам как думаешь? – драконий голос наполнила вспышка обиды и раздражения, бьющая по черепу не хуже чугунной сковородки. – Заставила морского показать дорогу. Надеюсь, ты ещё не успел угодить в беду?»
«Ладно, ладно, я виноват, – примирительным тоном ответил Питер, не придумав иного способа защиты. – Я думал, что ты откажешься лететь на остров».
Несколько секунд в ответ звучала лишь тишина да звуки капающей воды, доносившиеся откуда-то из глубин катакомб. Питер невольно поежился и огляделся по сторонам. Он не привык к такому уединению.
«Я сейчас буду, – чуть спокойнее ответила крылатая, чьё негодование постепенно сходило на нет. – И не приведи тебя небо сдвинуться хоть на шаг до моего появления!»
Делать было нечего. Спорить с драконом вряд ли кто-нибудь захочет, тем более, если является всего лишь человеком. А Селена сейчас явно не была настроена на переговоры. Оставалось покорно ждать. Не прошло и десяти минут, как из темноты коридора показались два аметистовых огонька, плавно превращаясь в приближающийся драконий силуэт. Оказавшись совсем близко, Селена села напротив Питера, стрельнув взглядом.
«Я слушаю, – сереброкрылая старалась оставаться сдержанной и не поддаваться беспокойству, которое переполняло её драконье тело. – Только хорошенько подумай, прежде чем начать оправдываться. Я многое могу понять, но твоя сегодняшняя выходка превзошла все возможные ожидания!»
Селена нервно шлепнула хвостом по земле, подняв в воздухе тучку пыли. Не исключено, что хозяйка хвоста хотела направить его удар на совсем другой предмет, но боялась перестараться.
«Как Лияда?» – с осторожностью в голосе поинтересовался парень, решив сперва прощупать почву.
«Она сейчас с морским, – немного смягчившись, ответила Селена, но тут же нахмурилась. Хотя было видно что настоящий гнев уже отступил. – И даже не пытайся перевести тему!»
«Я правда не знаю, что на меня нашло, – оправдывающимся тоном произнес Питер. – Мне показалось, я понял, что от меня требуется. Что я нашел решение наших проблем. Что если не станет этого поганого камня, то всем будет только лучше от этого».
Парень ткнул пальцем в измятую карту, которая чудом не потерялась во время падения.
- Вот! – заговоривший вслух от разгорающихся эмоций юноша выразительно посмотрел прямо в глаза серебристой драконихи. – Эта бумажка может оказаться решением нашей проблемы! Помнишь день нашего переноса, когда мы оба разглядывали этот камень? Ты помнишь те ощущения?
Крылатая слегка изогнула длинную шею и недоверчиво прищурилась, шевельнув крыльями. Она-то ясно запомнила те ощущения от камушка! Как бы не пришлось спасать человеческого брата от влияния маленькой стекляшки.
- Можно как угодно называть эту штуку, но она точно не простой камень со дна реки. От него очень странные ощущения... Лучше избавиться от него, пока ещё не поздно.
Селена снова прищурилась, приоткрыв рот и испустив небольшое облачко дыма, растворившееся во тьме.
«И какой же у нас план?»
Питер напряженно почесал затылок.
- Мы будем следовать карте. Если она верна, то через коридор должен быть ещё один зал. Особенный. Зал с алтарем для камня или чем-то подобным. Думаю, там мы сможем понять, что к чему.
«Раз ты так уверен, то идём, – вздохнула серебристая, покачав головой. – Не оставлять же тебя одного».
Дракониха грациозно прошествовала мимо Питера и, оказавшись перед ним, поманила кончиком хвоста за собой.
«Надеюсь ты действительно прав, – произнесла рептилия, поглядев на юношу. – Впрочем, даже если и нет, я всё равно буду с тобой».
Задержавшись на мгновение, Селена тряхнула крыльями и, неторопливо ступая, скрылась в соседнем коридоре. Питер же, не раздумывая, последовал за ней, догоняя.
Они очутились в необычном помещении, резко отличавшимся от однотипных залов катакомб. Оно походило на огромную пещеру, чью большую часть занимало нечто, напоминавшее подземное озеро. Прямо в центре, возвышаясь над тёмной водой, располагался вытянутый предмет, установленный на идеально гладкой каменной плите. Сквозь царивший в пещере мрак казалось, что гигантская плита плывет по воде, словно деревянный плот в море. Не в силах продохнуть, Питер медленно, будто боясь провалиться сквозь землю, неуверенной поступью направился к алтарю в виде каменной руки, тянувшейся лишь к одной вещи. И этой вещью был камень.
Робко запустив руку в складки одежды, Питер нащупал под ними острые грани камня, отдававшие легкой прохладой и ставшие вдруг невероятно привлекательными для кожи. Сжимая их в кулаке, отпускать уже не хотелось ни за что на свете, даже если к горлу приставят нож. Бездушный камушек прямо-таки умолял не оставлять его наедине с враждебным миром и не бросать на произвол судьбы, незаметно навязывая свою собственную волю холодной стекляшки.
«Давай, – мягко произнесла Селена, приближаясь к застывшему юноше и осторожно кладя лапу на его плечо. – Положи камень на алтарь. Мы ведь за тем и пришли, чтобы проверить!»
Питер медлил, всё крепче сжимая камень в вспотевших ладонях. Его острые края жадно впивались в кожу юноши, грозясь проткнуть её совсем. Лицо парня исказила мучительная гримаса, будто в его тело вонзили тысячи мелких раскаленных иголок.
- Я.. Не могу... – выдавил из себя Питер, дрожа всем телом. – Он словно взбесился... Ах!
Ноги резко перестали слушаться своего хозяина, подломившись, словно тонкие соломинки. Парень упал на колени, судорожно сжимая руки в кулаках. Из его груди вырвался сдавленный стон.
- Я не могу избавиться от него! – сквозь стон произнес Питер, стиснув зубы. – Он говорит со мной. Он говорит, что если я положу его на алтарь, то его не станет.
В порыве овладевших его разумом слепой ярости и лютого отчаянья парень со всей силы ударил кулаком о каменный пол пещеры, содрав кожу до крови.
- Тогда я больше никогда не прикоснусь к нему!
Из глубины груди юноши вырвался новый стон, звучавший громче и болезненней всех когда-либо издаваемых им за всю свою жизнь.
Шокированная сереброкрылая застыла на месте, уставившись на корчащегося на земле Питера. Дракониха догадывалась, что камень рано или поздно откроет один из своих подвохов, и она на протяжение всего времени старалась тщательно следить за своим товарищем. Она переживала. Она беспокоилась за Питера каждую секунду своего существования, но даже это не помогло уберечь дорогое человеческое существо от подлого удара в спину, которого не ждала даже сама Селена. Когда, когда же она упустила злополучный момент превращения причудливой стекляшки с едва заметным излучением в дьявольский артефакт?
Но тут из мрачных глубин коридора донесся приглушенный звук чьих-то шагов, звучавших всё ближе и ближе, словно набат...
Глава одиннадцатая, в которой происходит столкновение
Селена с ужасом наблюдала, как Питер корчится на полу пещеры в тщетной попытке сопротивляться воздействию камня. А между тем шаги, доносившиеся из мрачных глубин коридора, всё приближались и приближались. Их звучание с каждой секундой становилось всё более грозным, походя на пристукивание тяжелого топора палача о землю и предвещая одну из самых неприятных встреч за всё путешествие. Не желая испытывать судьбу и дожидаться появления обладателя столь угрожающей и зловещей поступи, серебряная дракониха бросилась к Питеру и, обхватив его передними лапами, стала поднимать на ноги.
«Ну же, приди в себя!» – мысленно пыталась докричаться до сопротивляющегося парня сереброкрылая, глухо рыча от злости и бессилия.
Она ощущала чужое присутствие в сознании Питера. Чувствовала, как зловещее нечто постепенно ломает волю дорогого ей существа, всё крепче опутывая липкими щупальцами. Ещё немного и от её человека останется одна лишь бездушная оболочка.
«Ну уж нет! – с отчаянием взревела Селена, крепче сжимая в своих объятиях Питера. – На этот раз ты от меня не отделаешься! Я не позволю!»
Улучив удобный момент, крылатая с поразительной ловкостью вырвала злополучный камень из рук юноши и рванулась к протянутой руке-алтарю чтобы раз и навсегда покончить с омерзительной штукой. Но тут кто-то грубо схватил её за кончик хвоста.
- Он мой! – не своим голосом вопил несчастный Питер, сорвавшись на болезненный хрип. – Ты не смеешь! Верни! Верни его!
В приступе безумной злобы юноша изо всех сил забарабанил кулаками по драконьему хвосту, на что Селена лишь кисло усмехнулась. Человеческие кулаки не могли причинить её чешуе сильного вреда, но та ярость, с которой принялся колотить Питер, впечатлила рептилию. Одновременно забавная, жалкая и пугающая картина проникла в самую глубину драконьего сознания, выжигая в нем свои несмываемые очертания.
Стараясь не обращать внимания на надоедливые тычки в хвосте, крылатая упрямо продолжала идти к алтарю, сжав камень в когтях так сильно, как только могла. Оставалось совершить всего несколько шагов, когда Питер вдруг одним невероятным прыжком переместился на спину драконихи и обхватил руками чешуйчатую шею, словно клещ.
- Он мой! Мой! – продолжал истошно хрипеть парень, всё сильнее сжимая крепкие чешуйки, впивающиеся в пальцы. Сил у него было маловато, чтобы задушить целого дракона, но их оказалось достаточно, чтобы вынудить рептилию отступить от намеченной цели. Разрываясь между врожденными инстинктами и нежеланием навредить Питеру, серебряная легла на землю, прикрыв голову крыльями, и лишь крепче сжала проклятый камень в когтях.
Тут по всей пещере пронёсся странный гул, словно кто-то ударил в огромный колокол, заставив обоих на мгновение отвлечься от борьбы. За гулом, возникнув из коридора, последовала целая волна энергии, отчего воздух в пещере забурлил. Эта волна моментально сбила с ног обоих, раскидывая в разные стороны, как ветер раскидывает насекомых. Камень выскользнул из лап Селены, отскочив в сторону, будто прыгучая лягушка.
- Что ещё за чёрт? – выругался Питер, предпринимая тщетную попытку подняться на ноги и тут же падая обратно. Незримый поток энергии крепко прижал его к земле, не позволяя шевельнуться.
- Признаюсь честно, я не ожидал, что эффект проявиться настолько резко, – раздался чей-то голос, отдававший неестественным эхом, словно был усилен с помощью магии. – Даже моя воля не сразу подчинилась камню.
Селена, молниеносно обернувшись к говорившему, припала к земле и обнажила страшные клыки, готовясь к бою.
«Ксерус! – воскликнула она вне себя от гнева. – Грязный ты мерзавец!»
Поддавшись жгучей волне слепых эмоций, дракониха в бешенстве бросилась на своего противника, растопырив острые когти и злобно зашипев. Ксерус не растерялся. Ловко шагнув в сторону и увернувшись, он выставил вперёд руку и отшвырнул с помощью магии серебряную дракониху в сторону. Лёгкость, с которой дался ему этот трюк, произвела поистине пугающее впечатление. Он будто бы смахнул крошечную пылинку со стола, а не отбросил целого дракона.
- О, подобные слова звучат как музыка для моих ушей, – с издевкой произнёс он. Встретив изумленные взгляды, Ксерус гнусно усмехнулся, упиваясь чувством собственного превосходства и наслаждаясь недоумением двух маленьких заноз, которые столько времени раздражали его разум жалким зудом.
- Да, – злорадно улыбаясь, произнёс он. – Я слышу твои мысли, дракон. Вы же не думали, что я такое же беспомощное насекомое, как вы двое?
Чтобы подкрепить свои слова, Ксерус снова махнул рукой, словно отгоняя от себя рой черных мух, и уже в следующее мгновение Питера и Селену пригвоздило к каменной стене пещеры. Магическая сила была настолько велика, что даже веки смыкались и размыкались с безумным трудом. Воздуха не хватало. Казалось, что эта чудовищная сила вот-вот раздавит тело, не оставив и мокрого места.
Без особого труда удерживая своих пленников, Ксерус изящно выставил другую руку в предполагаемом направлении, где лежал камень. В мгновение ока желанный предмет пронесся через пространство пещеры и очутился в его тонких высохших пальцах.
- Наконец-то... Как долго я не ощущал его пульсации! – Ксерус с жадностью и наслаждением сжал в кулаке камень, словно желал поглотить его через кожу. – Он так приятно питает тело. Тебе ли теперь не знать, малец?
Он обернулся к Питеру, впившись взглядом в его лицо, искаженное гримасой страха и отчаяния от осознания, что же произошло. Голову Питера едва не разрывало от противоречивого потока чувств. Ненавистный зов камня, страх за Селену, страх за свою жизнь... Сейчас внутри Питера творился самый настоящий конец света. Что он наделал?..
- Пожалуй, я должен поблагодарить тебя, – последовала новая усмешка Ксеруса, ещё больше наполненная жестокостью и мраком. – Ведь благодаря тебе я понял, в чем заключается главная слабость людей. Это страх.
Он властно шевельнул тонкими пальцами, заставив Питера очутиться снова на полу и поморщиться от боли. С каждым новым движением пальцев бедного юношу крутило, как безвольную куклу.
- Страх, – продолжал Ксерус, заряжаясь неподдельным удовольствием от своей речи и кряхтения пленника, – страх потери, страх поражения, страх смерти... Перечислять можно до окончания времён. Но даже тогда, когда весь мир развалится в труху, не найдется подходящего слова, чтобы описать всю наивность одного мальчишки и его дракона!
Резким жестом Ксерус остановил вращающегося Питера и занес кулак, готовясь покончить со своей жертвой. Наблюдавшая всё с самого начала Селена издала полный ужаса и отчаянья рев, будучи не в состоянии вырваться из окутавших её тело магических пут. Снова она рядом, но ничем не может помочь другу, которого вот-вот настигнет чудовищная участь.
Но преждевременной радости Ксеруса было суждено прерваться: оставалось всего лишь опустить кулак, чтобы магия уничтожила его цель, расплющив, как вдруг самого Ксеруса сбивает с ног энергетический импульс, вынудив отпустить Питера и Селену. Рухнув на пол, маг разразился потоком грязных ругательств, лихорадочно пытаясь понять, что произошло.
- Кто?! – заревел он во всю глотку, вскакивая на ноги и яростно стреляя безумным взглядом по пространству пещеры.
Из мрачного прохода показалась человеческая тень, по видимому, принадлежавшая автору заклинания. Медленно и уверенно она продолжала нарастать, увеличиваясь в размерах и приближаясь.
- Твоим гадким злодеяниям пришел конец, Ксерус, – сурово промолвила тень, плавно превращаясь в пожилого мужчину. – Сегодня всё закончится.
Ксерус разразился безумным хохотом, больше напоминавшим искаженное рычание животного, чем человеческий смех.
- Нет, старый болван! – заревел Ксерус, и черты его лица стали меняться. Глаза побелели, щеки и губы будто высохли, а нос уменьшился. Его плоть буквально начала растворяться в воздухе, отпадая кусками, как мокрая бумага. – Это вам пришел конец!
Испуская шипящие потоки едкого дыма, он поднес камень к своему лбу и быстро прошептал заклинание на неизвестном языке. Последнее, что уловил зрением Питер перед тем, как угодить в бездонную пучину сознания, это то, как таинственный незнакомец с яростным воплем бросается к Ксерусу, от которого исходит фиолетовое сияние, стремительно заполняющее всю пещеру. Совсем скоро странный свет добрался и до самого юноши, полностью опутав его тело цепкой хваткой. Парень успел лишь различить в голове далекий крик Селены, прежде чем оказался поглощенный фиолетовой вспышкой, похожей на жаркое пламя, проникающее повсюду.
***
Колючие щупальца холода обволокли Питера плотным клубком, заставляя время от времени вздрагивать всем телом и морщиться. Пальцы машинально сжались, нащупывая под собой твёрдую шершавую поверхность, неприятно царапающую кожу. Раскрыв глаза и приподнявшись на дрожащих от слабости руках, парень огляделся по сторонам. В голове жутко мутило, но Питер, различая перед собой лишь темные пятна, упрямо продолжал пытаться заставить глаза увидеть хоть что-нибудь кроме размазанных теней. Уж больно от них тошнило.
Так прошло около минуты бесполезной борьбы с собственным организмом и, потеряв всякое терпение, парень решился встать на ноги. Мозги соображали очень туго, мысли путались одна в другой. Само собой, даже встать на колено далось юноше крайне тяжело и не с первой попытки. Но он сумел, будто бы не замечая головокружения и ломоты по всему телу. Одна едва различимая мысль проскользнула в его голове, наполнив силами, чтобы встать. Питер вспомнил про Селену.
- С-Селена? С-Селена, где ты? – держась за голову, позвал Питер, слабо понимая, куда его занесло на этот раз. Столько раз сознание покидало его, что бедный парень уже сбился со счета. Он просто был рад, что не разбил голову и мог самостоятельно двигаться.
Пройдя несколько нетвердых шагов вперед, он остановился и потер глаза. Немного поморгав, парень вновь открыл глаза и удивился до того сильно, что не сдержался от парочки крепких слов. Он находился примерно на пятнадцатом этаже недостроенного здания из привычных бетона и кирпичей, а глазам открывался великолепный вид ночных огней его родного города. Он снова пережил телепортацию! Опустившись у одной из бетонных колонн, парень не отводил глаз от бесконечного потока машин, сверкавшего крошечными точками где-то там, внизу. Он не мог поверить, не мог переварить разом настолько резкий и беспардонный поворот событий. Питер допускал вариант, где его перенесет обратно в город, но он всё надеялся, что это случиться при более приятных и удобных обстоятельствах... А где же Селена? Почему она не отзывается на зов? Куда делся Ксерус? А тот незнакомец?
- Селена, отзовись! – уже громче позвал Питер, чей взгляд заметался в приступе тревоги. Только бы не услышать в ответ тишину.
За спиной раздался грохот, перетекающий в металлический лязг. Сжавшись всем телом, парень оглянулся и увидел металлическую решетку, лежащую на полу.
- Питер! – раздалось от сереброкрылой драконихи, выходящей из темноты, будто привидение. Медленно приближаясь к парню, она так и впилась аметистовыми огнями в его изумленное лицо, следя за малейшим движением. – Ты в порядке?
Юноша стоял напротив драконихи и не мог выдавить из себя ни слова. Он ничего не понимал. Почему Селена заговорила вслух? Почему так странно смотрела на него, совсем не моргая? Почему она продолжает наступать на него, словно на добычу?!
- С-Селена, не могла бы ты чуть-чуть притормозить? – растерянно произнес Питер, с опаской вглядываясь в глаза подруги. Слушая чутье, парень начал медленно отступать от рептилии, чей взгляд не предвещал для него ничего хорошего. Всё это было странно.
- Да что это с тобой?! – остановившись у самого края этажа, воскликнул в испуге юноша. – Прекрати! Мне уже отступать некуда!
- Так прыгай вниз, – холодно прозвучало от оскалившегося ящера. – Для таких ничтожеств лишь одна дорога!
Не веря своим ушам, Питер в ужасе закрылся руками от бывшей подруги, в чьей глотке уже зарождался жар. Какая же мерзкая и нелепая смерть!
Но что-то с леденящим кровь ревом и огромной силой сбивает распахнувшего пасть ящера с ног, отчего тот кубарем отлетает в стену, кроша кирпичи и отколов несколько внушительных кусков бетона. Из глотки рептилии вырывается струя пламени, разбиваясь о потолок на тысячи мелких языков и искр. Юноша, зажмурившийся от жара и страха, робко вглядывается в тучи черной пыли и дыма, лихорадочно ища причину своего спасения. Из темноты снова возникают два глаза, горящих аметистовым огнем, и приближаются с невероятной скоростью. Раздается оглушительный хлопок крыльев, поднимающий новую волну пыли, и из-под ног парня вырывается земля, а сам он оказывается в крепких драконьих объятиях.
«Эта дрянь не навредила тебе? – мысленно поинтересовалась крылатая, бережно прижимая к груди свою драгоценную ношу и продолжая набирать высоту. – Он почти достал тебя!»
«Я цел, Селена, – слабо донеслось от Питера. – Я цел»...
Лететь над целым городом, пускай и ночью, дракониха долго не стала. Едва злополучная заброшка скрылась из виду, Селена принялась высматривать удобное место для приземления. Безлунная ночь и большая высота играли на руку крылатой, значительно уменьшая шансы быть обнаруженной. Впрочем, внимание прохожих-раззяв волновало Селену сейчас меньше всего. То и дело боязливо оглядываясь, она продолжала яростно работать крыльями, как можно сильнее прижимая к себе Питера и боясь остановиться даже на одно мгновение.
На глаза крылатой попался школьный стадион, на котором, как и вокруг, не было ни единой души. Посчитав его подходящим местом, серебряная дракониха мягко приземлилась на задние лапы и аккуратно посадила Питера на землю.
«Как ты, братец?» – ласково спросила она Питера, с осторожностью трогая его лапой за плечо. В глазах чешуйчатой читалась тревога.
- Кажется, не так уж и плохо, – ответил юноша, криво улыбнувшись. – Это был он? Я прав?
Селена легонько фыркнула, обиженно пожав плечами.
«Уж точно не ты и не я» – скривилась дракониха, шевельнув хвостом.
Парень взглянул на свою подругу, едва заметно улыбнувшись, хотя улыбаться сейчас было не самое подходящее время. Ну, разве что крылатая вновь спасла его жизнь, не позволив стать кучкой дымящегося пепла. Поднявшись с места и приблизившись ближе к драконихе, Питер без лишних слов медленно обвил её шею руками, прижавшись щекой к серебристым чешуйкам.
- Селена, дракон ты мой, спасибо тебе! – от всего сердца поблагодарил Питер, нежно проводя пальцами по драконьей шее. – В очередной раз ты выручила меня, и...
Юноша умолк, будучи не в состоянии подобрать слов. Ему было стыдно. Стыдно за то, что Селене пришлось увидеть и услышать у алтаря в Мелнроте. Стыдно за то, что она снова рисковала из-за него. Да, магия камня овладела тогда Питером, помутнив его рассудок и заставив так яростно бороться за возможность дотронуться до злополучной стекляшки. Но теперь, когда камень очутился в руках Ксеруса, а сами друзья находились за пределами Мелнрота, Питером овладели совсем иные чувства. И они не имели ни малейшего отношения к гадкому камню.
«Не стоит так сильно переживать, – тихо промолвила дракониха, накрывая себя и друга внушительными крыльями. – Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Не всякий способен противостоять воле камня. Но ты держался достаточно долго».
Драконьи крылья сошлись ещё плотнее, закутывая обоих, словно гигантский кокон, который должен был спрятать обоих от враждебного мира. Селена уткнулась носом в теплое человеческое плечо и прикрыла глаза, глубоко вздохнув.
«Для меня главное, чтобы ты остался рядом, – донеслось от крылатой, сильнее прижимающейся к своему человеку. – Ты и я. Вместе. А вместе мы уж найдём решение наших проблем!»
- Блестящая речь! Браво! – раздался насмешкой серьёзный голос, в котором Питер почти сразу признал незнакомца из пещеры.
В мгновение ока Селена обернулась в сторону говорившего, закрывая собой Питера. Дракониха предупреждающе зарычала, грозно расправляя крылья.
«Ещё один чтец мыслей нашёлся?» – с угрозой спросила она, следя за шагами незнакомца. Выглядел гость вполне себе миролюбиво, но показывать преждевременно своё доверие рептилия не собиралась. Особенно после столкновения в заброшенном здании.
- Тише, дракон, – вновь проговорил незнакомец глубоким и уверенным голосом без малейшего намека на агрессию. – Если я способен слышать твои мысли, это вовсе не означает, что я враг.
Он перевёл взгляд серых глаз в сторону Питера, выглядывающего из-за кожистого крыла Селены, и едва заметно улыбнулся. Но уже в следующий миг углы его рта опустились, а брови нахмурились. Он покачал головой.
- Что же вы натворили... – прошептал он, остановившись в нескольких шагах и разводя руками. – Благодаря вашим стараниям камень попал в руки Ксеруса. И теперь этот мерзавец возьмется за свой план.
Скрестив руки за спиной, незнакомец прошелся медленным шагом, словно измеряя почву под ногами. Вновь взглянув на своих слушателей, один из которых всё ещё не сводил с него настороженного взгляда, незнакомец вздохнул, покачав головой.
- Ксерус – живой труп, скрывающийся с помощью магии под различными масками, – продолжал мужчина, совсем не обращая внимания на следящую за ним Селену. – Он очень могущественный колдун, с которым мало кто способен тягаться. Когда-то давно он экспериментировал с темными заклинаниями, пытаясь овладеть искусством оживления мёртвых...
- Некромант что ли? – не удержался от вопроса Питер, выбираясь из-под крыла Селены.
- Да, – кивнул незнакомец. – Один из его... опытов оказался не слишком удачным, и с тех пор Ксерус стал нежитью. Полусгнивший труп, жаждущий избавиться от последствий своей ошибки.
- Но что он забыл в моём городе? – спросил Питер, выходя вперёд. – Зачем ему покидать свой мир, а потом превращаться в Селену? Он же получил камень!
- И это только половина его плана, – терпеливо ответил незнакомец. – Обратившись в твоего дракона, он хотел добраться до тебя. Банальная месть, только и всего. Но вот посещение твоего мира – главная цель.
Питер окинул недоверчивым взглядом таинственного осведомителя, прикидывая в уме стоит ли верить его словам или же нет. Чего хотел от него этот незнакомец? Чем Питер заслужил его помощь?
- И куда он, по-вашему, направится? Что будет делать? – спросил Питер, посчитав, что лучше расспросить незнакомца, чем закончить разговор и уйти с ничем. Хотя вид и настрой мужчины ясно давали понять, что сбежать без беседы не выйдет.
Мужчина одобрительно кивнул своему слушателю и приблизился к нему на шаг.
- Как я уже сказал, Ксерус хочет избавиться от последствий своих жутких опытов. Убить его теперь, конечно, сложнее, но существование в шкуре нежити мало кому понравиться, – проговорил незнакомец. – Ему понадобиться место с мощной темной энергией для камня.
Питер задумался. Куда отправится безумный маг-нежить, желающий найти источник силы для волшебного камня? А если вспомнить природу его неудачных опытов...
И тут парня как молнией ударило. Широко раскрыв глаза, он в ужасе взглянул на собеседника.
- Городское кладбище, – едва различимо прошептал он.
Глава двенадцатая, в которой заканчивается одна история и начинается новая
Конечно же, было бы неплохо выяснить личность таинственного незнакомца, обладающего магией и слышащего драконьи мысли. Но этот вопрос казался безобидной мелочью на фоне разгуливающего где-то по ночному городу колдуна-нежити умеющего менять свой облик. Времени, чтобы помешать Ксерусу обрести с помощью камня ещё более смертоносную мощь, оставалось всё меньше. И всё-таки бежать сломя голову на городское кладбище никто не собирался. Это было бы самоубийством. Драться предстояло не просто с безмозглой нежитью, движимой примитивными звериными инстинктами, а с могущественным и опасным противником. С темным разумом, подчинявшимся своей ненависти и жажде силы. Нужно было подготовиться и как можно быстрее.
Что лучше всего противостоит тьме? Чем можно максимально навредить нежити, не позволив восстать вновь? Огонь? Верно. Любая нечисть крайне плохо сочетается с жарким пламенем, уничтожающим её за считанные мгновения, словно бумагу. И уж огня-то у Питера было предостаточно, благо Селена почти всегда находилась рядом, готовая предложить свои услуги. Но возникала одна неприятная загвоздка: Ксерус обладал магией, а значит, наверняка имеет в запасе какой-нибудь ловкий трюк. С другой стороны, до тех пор, пока Ксерус не завершил план с темной энергией и камнем, он оставался гораздо слабее и менее опасным, чем мог бы быть. Должна же у него оставаться хоть какая-нибудь слабость!
Рассуждая о деталях пока ещё сырого плана, Питер и маг-незнакомец пробирались через пустынные улицы ночного города, пропитанного прохладным ветром и пылью, прячась от редких машин, что иногда с ревом проносились мимо них. Над головами, где-то высоко на полотне темного неба, изредко мелькала светлая тень, отдающая едва заметными серебристыми бликами и скрывающаяся во тьме также быстро, как скрывается рыба в толще мутной воды.
- Хорошо, что ты заставил её взлететь, – подметил с одобрением мужчина, шагая рядом с Питером и посматривая на небо. – На земле дракон был бы слишком заметен.
- Мы вовсю обсуждаем как одолеть обезумевшего колдуна-нежить, а вы так и не открыли мне своего имени, – вспомнил Питер, с напряжением прощупывая глазами дорогу на многие метры вперёд. – Хотя бы намекните, чтобы я знал, как вас называть.
Мужчина сдвинул брови, нахмурившись, будто услышал в словах Питера нечто большее, чем простой вопрос. Некоторое время помолчав, он, не сбавляя шага, повернул голову и пристально посмотрел на юношу, чей взгляд был упрямо направлен вперед.
- Не думаю, что от этого станет легче, но раз уж тебя так терзает любопытство, то можешь звать меня Джей.
Он внимательно посмотрел на лицо Питера, в попытке угадать удовлетворен ли тот ответом. Не найдя во взгляде парня ничего враждебного, он беззвучно хмыкнул себе под нос. Край его рта дрогнул в намеке на усмешку.
- Я ответил на твой вопрос, – спокойно продолжал мужчина, – а теперь ответь и ты на мой.
Питер медленно кивнул, показывая, что не против. Джей глубоко вздохнул, словно пробуя ночной воздух на вкус.
- Какой у тебя план? – неторопливо выдохнув, мужчина изогнул бровь.
- Сжечь эту сволочь, – прозвучал короткий и до предела ясный ответ. – Но если повезет, то сначала мы заглянем кое-куда. Возможно, это облегчит нам задачу.
Как уже упоминалось ранее, источник огня у Питера был более чем отличный. Оставалось лишь придумать способ, как нанести ходячему мертвецу побольше ущерба за меньшее время, вынудив его тратить силы на восстановление тела. Вряд ли Ксерус станет отвлекаться на каждую царапину, тем более что его тело уже мертво, а неживое не способно умереть. Но если повреждений будет много, то это наверняка остудит пыл колдуна, а может и уничтожит его тело совсем, ведь даже заживающая плоть не бесконечна. Она может не успеть восстановиться. Первое, что пришло в голову Питеру –воспользоваться бензином. Конечно, было бы куда лучше и разумнее поискать более достойное оружие, но вот только где же посреди ночи его взять? О гранатах и пулеметах можно было сразу забыть, но не оставаться же с голыми руками! Придется придумывать план на ходу, выстраивая его из палок и всем известного материала.
Где взять бензин – на заправке. А где найти заправку – вот тут-то план и замедлял ход. Город-то не маленький, да и куда именно телепортировало юношу было не понятно. Судя по многочисленным дымящим трубам и заборам, попадавшихся на пути всё чаще, находились герои ближе к окраине, если не в самом пригороде. Пожалуй, из этого следовало ещё одно обстоятельство: добираться до городского кладбища будет значительно ближе, чем хотелось бы Питеру.
«Вижу заправку!» – раздалось внезапное эхо с неба, врываясь Питеру прямо в уши и выводя из размышлений.
- Отлично, – юноша обратился к Джею. – Осталось достать побольше горючей дряни, а затем сжечь мертвяка. Проще некуда!
- Но для начала нам следовало бы поторопиться, если мы хотим успеть добраться хотя бы до горючего, – скептически произнес Джей, постепенно ускоряя шаг.
Вскоре наши герои оказались у заправки. Вокруг никого, даже машин не было видно. Единственным признаком жизни на многие метры вокруг оставались несколько мигающих фонарей, испускающих желтоватый свет, да сотрудник заправки, мирно дремлющей за своим прилавком под монотонный бубнеж радио.
- Собери бутылки, а я пока послежу за ним, – вполголоса шепнул Джей, переступая порог помещения и указав на немногочисленные полки с товаром.
«Надеюсь он хотя бы голову ему не проломит...» – подумал Питер, окидывая беспокойным взглядом своего спутника, не спускающего грозного взгляда с храпящего сотрудника. Согласно кивнув, парень медленно прошел к полкам.
Окинув немногочисленный ассортимент продуктов, состоявший преимущественно из банок газировки и сухих закусок, Питер лишь беспомощно развел руками: среди напитков ни один не мог похвастаться жилищем из стекла. Робко выглянув из-за стеллажа и убедившись, что Джей по-прежнему следит за потенциальным свидетелем, юноша взглянул на дверь склада. Действуя как можно тише, он прокрался к складскому помещению в надежде обнаружить там стекло. Дверь, несмотря на строгую надпись «только для персонала», была слегка приоткрыта и будто бы приглашала войти в себя.
Попав на склад, который оказался куда меньше и скромнее, чем внушала дверь, Питер окинул внимательным взглядом его содержимое, пробегаясь по металлическим стеллажам и полкам, заставленных всевозможной чепухой, начиная непонятными деталями и заканчивая вскрытыми коробками с банками газировки. Спустя три секунды глазной беготни, Питер приметил в углу подозрительную коробку. Не долго думая, он подбежал к ней и заглянул внутрь. Под коричневым картоном скрывались бутылки из столь драгоценного стекла. Первый шаг был выполнен.
Кряхтя и беззвучно проклиная свою затею, парень, кое-как устроив тяжёлую коробку на своей ноге, тащил её по направлению к выходу. Вдруг до его ушей донеслось подозрительное шуршание, за которым последовал глухой удар, будто кулаком об стол. Устроив коробку у стены, юноша тихонько подкрался к двери и выглянул. У прилавка всё также находились двое: сотрудник заправки и Джей. Но изменились две маленькие детали: сотрудник почему-то больше не храпел, а Джей стоял напротив него, пряча что-то себе в карман. Приглядевшись, парень успел признать в маленьком предмете зажигалку.
- Ты его магией вырубил? – осторожно спросил Питер, с опаской поглядывая на обоих.
- Кулаком, – с невозмутимым спокойствием ответил Джей, равнодушно пожимая плечами. – Он начал просыпаться.
«Вот тебе и доброе утро!» – подумал Питер, с неопределенной гримасой возвращаясь к своей ноше. Но, шагнув пару раз, он вдруг обернулся к Джею.
- Раз уж ты устранил угрозу, может быть, поможешь мне с этой звенящей балдой? А то мы так до рассвета провозимся!
Возражать Джей не стал и тут же помог переместить бутылки на прилавок. Прямо под нос теперь уже не опасного сотрудника заправки.
- А если очнется? – Питер кивнул в сторону молчаливого свидетеля.
- Тогда мне придется повторить заклинание, – с прежней невозмутимостью ответил Джей.
Слегка присвистнув, Питер направился обратно на склад, чтобы забрать ранее примеченные тряпки, что валялись в жестяном ведре. И вот главные компоненты для будущих боеприпасов были собраны. Осталось лишь воспользоваться прямыми услугами заправки и придумать в чем можно унести бутылки с горючим. Очень кстати на глаза Джею попалась черная сумка, заткнутая под стол и принадлежавшая, видимо, вынуждено отдыхавшему сотруднику. Когда все приготовления были завершены и Питер заканчивал подготовку последней бутылки, Джей жестом остановил его.
- Погоди, – сказал мужчина, выуживая из-под одежды маленькую колбу. – Здесь не помешает ещё один ингредиент.
Он осторожно и некоторым страхом открыл крошечную колбу и вылил её в бутылку, чье содержимое почти сразу окрасилось в синеватый цвет. Из горлышка повалил едкий дымок, от которого защипало глаза.
- Закрывай! – скомандовал Джей, пряча опустевшую колбочку в карман и морщась от запаха.
- Что же это? – поинтересовался Питер, исполнив приказание и позволив своему носу полноценный вдох.
- Один из плодов магии и алхимии, – пояснил мужчина, глядя на ставшую совсем синей жидкость. – Это очень редкая и опасная для тела смесь, основанная на сильной кислоте. Справиться с ожогами после такого даже Ксерусу будет сложновато. Такой козырь точно не помешает под рукой!
***
Ближе к пункту назначения Селене было позволено спуститься вниз, на чем она сама настояла, и продолжить путь вместе с остальными пешком. Но у самых ворот их ожидала жуткая находка, от которой у любого екнет в груди, а в жилах застынет кровь. Вместо крошечной будки охраны осталась разворошенная куча искореженного железа. Повсюду блестели осколки битого стекла, а в месте, где раньше располагалась дверь, краснела большая лужа крови.
- Здесь минимум два тела, – тихо проговорил Джей, осматривая результаты чудовищного преступления. – Одно лежит в обломках и ещё одно дальше, в кустах у самой стены. Похоже, что им перегрызли глотки.
- Перегрызли? – с содроганием переспросил Питер, стараясь не смотреть на несчастную охрану. – Да он же им вырвал их!
«Значит, он предпочел остаться драконом...» – Селена нахмурилась и перевела взгляд с разрушенной будки на Питера, сжимающего в руке сумку с бутылками, ждущих своего часа. Дракониха чуяла страх юноши, который тот пытался всеми силами побороть. Вид растерзанной охраны заметно охладил его пыл.
«Эй, у меня всё ещё остаются когти и зубы, – напомнила Селена, желая подбодрить парня. – И я всё ещё могу дать этой гадине достойную оплеуху!»
- Когти и зубы – это хороший настрой... – донеслось от Питера, мотнувшего головой, чтобы придти в себя. – Но как же теперь быть с нашим планом? Драконы не горят!
- Это живые драконы не горят. Хотя силы и у мертвых хватает... – послышалось от Джея, взглянувшего на проломленные ворота. – Но не стоит забывать про наш кислотный секрет.
Мужчина в нерешительности почесал затылок и, переступив с ноги на ноги, перевёл взгляд на своих спутников.
- Нужно поскорее найти его и сделать то, ради чего всё затеяно. Не станет тела - не будет и проблемы, – сказал он. – Я не думаю, что Ксерус будет в восторге, получив в морду порцию огня. А если не сработает огонь, то и кислоты.
- Проще некуда! – буркнул Питер, состроив гримасу. – Один бросок против чокнутого дракона-нежити?
- А какие ещё есть идеи? – Джей всплеснул руками.
- Я думал, ты знаешь, как одолеть полумертвого колдуна, который ещё и в дракона обратился. Никакое заклинание случайно на ум не приходит? – от досады съязвил Питер.
- Это не так просто сделать, как ты думаешь, парень! – рявкнул начинающий выходить из себя мужчина. – И далеко не всё на свете можно решить одним заклинанием!
«Прекратите спорить! – вмешалась Селена, прихлопнув лапой по земле. – Нашли время выяснять отношения!»
У ворот резко наступило звенящее молчание, а все взгляды с особым вниманием и трепетом устремились на серебряную дракониху. Её голос умел произвести нужное впечатление, если это требовалось. Селена сверкнула взглядом.
«И маленькому ежу из леса понятно, что наш план далеко не идеальный, – крылатая говорила медленно и ясно, с ледяным спокойствием вглядываясь в лица своих слушателей. – Но времени осталось слишком мало для раздумий и споров. Если мы будем орать друг на друга, выясняя кто глупее, то станет только хуже».
Селена остановила аметистовый взгляд на Питере, нацелившись прямо в его глаза. Зрачки к зрачкам, радужка к радужке. Она словно хотела прикоснуться к самой душе юноши, чтобы до последней частички понять его истинные чувства. Боится ли он? Разумеется. И Селена тоже боится, ведь не боятся только безумцы да покойники. Но теперь, благодаря этому молчаливому взгляду, кроме страха, в душе парня начало гореть ещё одно чувство, которое невозможно истребить до конца. Это надежда. Страх без надежды, как и надежда без страха, не способен существовать. Прочитав всё это меньше чем за секунду, Селена слегка улыбнулась Питеру, который, почувствовав настрой крылатой, тихонько улыбнулся ей в ответ. Да, они крепко вляпались, но им предстояло выбраться. И отчего-то Питеру стало казаться, что шансов теперь чуть больше, чем раньше.
Но высоко на черном полотне ночи, словно привидение из загробного мира, возник драконий силуэт, едва различимо блеснув чешуей. Долго гадать, кому принадлежат угрожающие очертания, Питеру не пришлось.
- Смотрите! – воскликнул юноша, указав пальцем в темное небо. – Он приближается к нам!
«Бегите, не то вас зашибут!» – крикнула Селена, разводя крылья и готовясь встретиться лицом к лицу с противником. В груди драконихи зазвучал тихий рокот, а из ноздрей и приоткрытой пасти повалили клубы темного дыма. Ещё совсем чуть-чуть и она обдаст Ксеруса потоком пламени.
- Лучше не перечь дракону, – бросил Джей, схватив замешкавшегося Питера за руку и потащив за собой. – Мы будем полезнее на расстоянии. А уж как бить когтями по морде она знает, не сомневайся.
Ответив кивком и неуверенно глянув в сторону сереброкрылой, Питер всё же послушался Джея. Селена уже давно не дракончик и сумеет за себе постоять. Да и куда разумнее отбежать в сторону, чтобы иметь возможность сделать что-нибудь более полезное, чем быть растоптанным в первую же минуту. Едва Джей и Питер успели отбежать, как Ксерус-дракон врезался в Селену, словно пушечное ядро, и они сверкающим кубарем покатились по каменной плитке, ломая крошечные заграждения.
- И, разумеется, вы последовали за мной, – с презрением прошипел Ксерус, прижав Селену к полу когтистой лапой, больше напоминающей кривую клешню, чем драконью конечность. Несмотря на внешнее сходство, Ксерус превосходил дракониху в силе. Изогнув шею, он обнажил два ряда жутких клыков, неестественно сильно раскрыв челюсти.
Селена даже не пыталась вырваться из стальной хватки, притворно обмякнув. Вот-вот должен последовать страшный змеиный выпад, нацеленный прямо в глотку беззащитной жертвы. Ксерус совершает молниеносный рывок вперед, предвкушая вкус чужой крови, и тут же получает чувствительный удар камнем по морде. Врезавшись носом в плитку, дракон зашипел от злости. Этим незамедлительно воспользовалась Селена. Она что было сил вцепилась оппоненту в лапу, прокусив несколько пальцев и заставив того отступить. Выскользнув из когтей нежити, Селена взмахнула пару раз крыльями и оказалась рядом с выбежавшим из укрытия Питером, уже сжимающим в руке зажженную бутылку.
Вспышка сильнейшей боли привела Ксеруса в бешенство. Дико взревев, он бросил свирепый взгляд на свою пострадавшую конечность. Три пальца из четырёх безжизненно болтались на обрывках кожи и сухожилий. Презрительно фыркнув, Ксерус грубо схватил их зубами и оторвал. Злобно зарычав, ящер-нежить обратил оскаленную морду в направлении своих обидчиков и извергнул поток пламени, что было весьма глупым поступком. Зажмурившись на мгновение, чтобы уберечь глаза от жара, Ксерус не мог видеть, как Селена вместе с Питером, оказавшиеся совсем в другом месте на момент атаки, ответили струей пламени и броском горящей бутылки. Огненные языки жадно охватили левый бок ящера-нежити, вспыхнувшего подобно чучелу из сухой соломы. Чужой огонь всё же оказался полезен.
- Потухни! – проревел сквозь вопли Ксерус, и пламя исчезло, уступая место оголенным ребрам и кускам сгоревшего мяса. Часть верхней челюсти также пострадала, из-за чего стали видны зубы. Но уже в следующую секунду края поврежденной плоти зашевелились и стали затягивать страшные дымящиеся раны, будто резиновые.
Ждать пока противник полностью очухается и бросится в новую атаку Селена не стала, как и пробовать новый огненный выдох. Разбежавшись, она прыгнула на врага, будто дикая кошка, и стала яростно драть когтями бронированные плечи, стараясь задеть и крылья. Живой и мёртвый дракон завертелись в неистовом танце, и несколько секунд всё шло как надо, пока в какой-то момент Ксерусу всё же не удалось схватить Селену челюстями за заднюю лапу и отшвырнуть от себя. С диким воем серебряная дракониха, едва не сбив Питера, кубарем покатилась по земле, обдирая чешую, и врезалась в кучу мусора, бывшим когда-то будкой охраны.
Питер рванулся было к крылатой, но новый поток огня вынудил его поспешно укрыться за ближайшим куском бетона.
- Черт, Джей, помоги! – воскликнул юноша, сжимаясь всем телом и чувствуя как его укрытие медленно уступает жару.
Джей долго размышлять не стал.
- Оттолкнись! – во весь голос воскликнул мужчина, выскочив вперед и выставив ладонь.
В одно мгновение Ксеруса отшвырнуло в сторону и он с грохотом проломил одну из кирпичных стен, подняв за собой целую тучу коричневой пыли. Обломки так и посыпались.
- Дальше сам! – прокричал маг, бессильно опускаясь на землю. Заклинание забрало больше сил, чем он ожидал.
Питер одним ловким прыжком выскочил из-за бетонной плиты и со всех ног устремился к Селене. Крылатая уже пришла в себя и стала потихоньку подниматься.
- Как ты? – спросил юноша, беспокойно взглянув на струйку крови, стекающей по драконьей лапе.
«Ерунда. Это всего лишь один укус, – небрежно отмахнулась рептилия. – Ему-то покрепче досталось!»
Между тем в груде кирпичей послышалась слабая возня и ворчание, переходящее в хлюпанье.
«Запрыгивай, – скомандовала чешуйчатая. – Есть идея!»
Уловив Селену на полуслове, парень забрался к ней на спину и покрепче ухватился руками за пару крупных шипов.
«Что теперь? – полюбопытствовал он, наблюдая за оживающими обломками кирпичей и пощупав одной рукой припрятанную под одеждой бутыль с кислотой. – Кажется, огонь не так полезен?»
«Потому что мы неправильно мыслим, – ответила дракониха, приготовив крылья. – Пускай он вылезет и погонится за нами, если так хочет. Заставим его полетать!»
От этих слов Питер невольно присвистнул, не сумев сдержаться. Страх, смешанный с восторгом от осознания слов Селены, наполнял его изнутри, подобно сосуду, чьи тонкие стенки вот-вот разорвет от давления на куски. Дракониха собиралась сбросить Ксеруса с высоты.
«Ты попадешь в него, – подбодрила серебряная рептилия, сильнее раскрывая могучие крылья. – Понял?»
«Понятнее не бывает».
Ночь разорвал леденящий душу низкий рев и кирпичная куча разлетелась во все стороны, как от взрыва. Сквозь завесу грязи и пыли сверкнули потусторонним светом два аметистовых огня, похожих на те, что принадлежали Селене, но не источавшие ничего, кроме бесконечной хищной злобы и жажды крови. Это существо было воплощением безумия.
«Мы вместе, Селена» – спокойно произнес Питер, сильнее прижимаясь к драконьей шее и готовясь внутри ко всему.
«До конца и за гробом!» – с нарастающей яростью рыкнула дракониха в ответ, гордо подняв подбородок и выставив грудь.
Она почуяла настрой юноши, а то спокойствие и решимость, с которым тот говорил, заставило рептилию рассвирепеть ещё сильнее. Теперь они не отступят.
Сверкнув глазами, будто адской молнией, Ксерус бросился в атаку, намереваясь смять ничтожного мальчишку и его надоедливого дракона в кашу. Дьявольский оскал и ставшие просто гигантскими когти преобразили дракона-нежить в окончательного монстра. Казалось, его черты меняются на глазах, становясь все более чудовищнее. Селена позволила приблизиться кровожадному существу всего на пару прыжков и, прежде чем оно собралось прыгнуть на неё, взмахнула крыльями. Зависнув над землёй, дракониха выпустила в нежить поток огня, чтобы хорошенько разозлить.
На этот раз вопли продлились недолго. Тварь почти сразу избавилась от прожорливого пламени. Как и в предыдущий раз, поврежденные участки с хлюпаньем затянулись за считанные мгновения, позволив дракону-нежити с поистине демонической силой взмахнуть своими костлявыми крыльями. Воздух едва не разорвал дряблую кожу изодранных перепонок, но поднял здоровую тушу в небо. Без малейших колебаний Ксерус пустился в погоню за Селеной, уже вовсю кружившей на фоне выглядывающей из-за тёмных туч луны.
«Покажем что значит воздушный бой!» – на подъёме чувств воскликнул Питер, наблюдая из-за драконьего плеча приближающегося Ксеруса.
«Держись крепче, – хладнокровно ответила Селена. – Будет несладко!»
И без того прилипший к драконьей шее Питер прижался ещё плотнее, будто желая слиться со сверкающей чешуей ящера. Только он успел это сделать, как все внутренности его тела подбросило, как пружиной. В глазах резко потемнело, а содержимое желудка попросилось на волю. Подавив минутную слабость, парень мог видеть, как мимо них вихрем пронеслись два огромных крыла, устремившись куда-то вверх. Земля и небо перемешались.
«Ну и маневры у тебя!» – выдавил Питер, борясь с остатками тошноты.
«Знаю».
«Как сбивать будем?»
«Увидишь, – ответила дракониха. – Приготовься, он возвращается к нам!»
Словно живой истребитель, поднятый из глубин преисподней, Ксерус мчался на всех крыльях к своей цели, намереваясь впиться когтями в тело драконихи. Остатки разума окончательно поникли в пучине бешенства. Со змеиной ловкостью извернувшись в воздухе, Селена пропустила страшные изуродованные лапы мимо, а сама вцепилась всеми когтями в шипастую спину нежити.
«Крылья! – воскликнула она. – Брось колбу в его крылья!»
С трудом удерживаясь на безумной карусели, Питер не мог даже головы поднять, не говоря уже о метком броске. Страх вновь протянул свои липкие щупальца, коварно и безжалостно опутывая тело.
«Давай же, Питер! – вновь закричала Селена. – Я не удержу его!»
В этот самый момент Ксерус сумел вырваться из крепких лап рептилии, наградивших его шкуру внушительными царапинами.
- Вы просто недоумки! – проревел он в бешенстве. – Я вас уничтожу!
И тут время для Питера будто бы замедлилось. Одна сумасшедшая, поистине идиотская, но в тоже время храбрая мысль мелькнула в сознании парня. Его разум даже не успел осознать, что именно пронеслось через голову на уровне инстинктов. Выхватив из-под одежды бутыль с кислотой, юноша с диким криком прыгнул вниз, камнем устремившись на громадную тушу Ксеруса. Последовал бросок, полный жгучего отчаянья и нечеловеческой энергии. Раздался звон стекла, переходящий в омерзительное шипение, и парень полетел к земле.
«Нет!» – в ужасе прокричала Селена, устремившись вслед за юношей. Ксерус, кислота – всё стало абсолютно неважно для сереброкрылой. Всем своим существом она перетекла в желание спасти друга любой ценой. Успеть до столкновения.
Выставив вперёд могучие лапы, дракониха успела поймать падающего юношу. Но выровнять дальнейший полёт уже не представлялось возможным: земля неумолимо приближалась.
«Только уцелей» – подумала она, крепче прижав к себе Питера и закрывшись крыльями. Спустя секунду последовал сильный удар, взрывший небольшой газончик у кирпичных стен.
- Питер, Питер! – спотыкаясь, подбежал к рухнувшей с неба рептилии Джей. Упав на колени, мужчина потрогал рукой шею ящера, а другой попытался приподнять крыло.
Селена с тихим стоном пошевелилась, вяло приоткрыв один глаз и глянув им на Джея.
- Чёрт, ребята... – тихо произнёс Джей, опустив голову.
Простонав чуть громче, дракониха заставила себя приподнять голову и оценить взглядом последствия столкновения. Даже у такого крепкого существа, как дракон, падение с высоты не могло пройти без следа, но переломанных ребер и кровавых костей пока видно не было. Хоть что-то хорошее, несмотря на адски гудящее тело и голову. С синяками и ушибами, но зато живая. С тихим кряхтением серебристая рептилия приподняла край своего крыла, стараясь не замечать боли в мышцах, и робко заглянула под него, опасаясь увидеть страшное. Но вопреки всем опасениям, под крылом дракониха различила слабое движение, что немного обрадовало её. Двигается – значит ещё жив.
«Ты живой там, братец?» – тихим голосом спросила она.
В ответ крылатая почувствовала, как руки Питера дотронулись до её лапы.
- Пока не умер... Кажется... – донеслось от Питера.
- Ну вы даете! – покачав головой, пробормотал Джей, поднимаясь на ноги. – Такой грохот был, я уже думал, что всё, конец.
Кряхтя и радуясь внутри, что остался цел, Питер выполз из-под крыльев своей подруги. Перед глазами всё плыло, но сдаваться раньше времени парень не желал и начал вставать. На помощь ему подоспел Джей, вовремя подставив плечо.
- Селена, – заговорил юноша, пытаясь собрать мысли в кучу и не спотыкаться о собственные ноги. – Если мы выживем и не сойдем с ума после такого, то я тебе до конца времён обязан.
«И я тебе – чуть бодрее ответила крылатая, открыв уже оба глаза и слегка приподнимаясь. – Хороший вышел бросок!»
Тут Питер сглотнул. Бросок-то броском, а где же тот, в кого попали? Поводив глазами по округе, парень наткнулся на ржавое заграждение, состоявшее из толстых прутьев и бывшее продолжением кирпичной стены. На нем, как на шампурах, оказался нанизан Ксерус. Одно крыло нежити было украшено дымящейся дырой от кислоты, а всё тело, включая голову, пробито стальными прутьями. Густая кровь, неестественного темного цвета, капала на землю и траву под тушей.
- Он мертв? Ну, то есть, больше не встанет? – с опаской спросил Питер, поморщившись и слабо шатаясь.
- Посиди-ка со своим драконом, – ответил мужчина, аккуратно усаживая юношу рядом с рептилией и похлопав его по плечу. – А я займусь гарантиями.
С этими словами Джей зашагал к будке охраны, где среди обломков валялась сумка с заправки. Взяв её в руки, он направился к заграждению. Питер и Селена внимательно следили за действиями мужчины, уже догадываясь о финале. Подойдя к обездвиженному и, скорее всего, окончательно погибшему телу колдуна, Джей вытащил из сумки несколько бутылок и щедро полил нежить горючим. Те, что остались, он оставил под телом и собрался уже уйти, как вдруг заметил выглядывающий из раскрытой пасти нежити фиолетовый предмет. Он взял в руки злополучный камень и, глянув на Питера и получив кивок, положил камень среди бутылок.
- Гори поярче! – сказал он, швырнув с безопасного расстояния зажженную бутылку. Стекло лопнуло, как ореховая скорлупка, высвобождая смертоносное содержимое, которое тут же превратилось в голодное пламя, принявшееся поглощать мертвую плоть.
Юноша и дракон наблюдали, как огонь расправляется с трупом их врага, поднимая к небу черный столб едкого дыма. Теперь живой мертвец не мог сопротивляться, даже если бы захотел. Чудовище было уничтожено. Внезапно из-за маленькой стены огня послышалось нарастающее шипение, а затем мелькнула короткая, но ослепительно яркая вспышка фиолетового света, обрывающаяся пронзительным визгом, похожим на крик. Теперь и камень был уничтожен.
- Думаешь, всё закончилось? – спросил Питер Селену, так же, как и он, не отрывающую взгляда от пляшущих языков пламени. Было в них что-то зловеще-притягательное, будоражущее воображение и тайные страхи, что преследуют людей с первобытных времён.
«Да, – мягко ответила серебряная дракониха, с облегчением вздохнув. – Теперь он не вернется».
***
Первые лучи утреннего солнца нашли наших героев за пределами города, куда они отправились по настоянию Джея. Вот уже час, как они неторопливо шли по молодому леску, старательно избегая любые намеки на протоптанные тропинки. После ночных событий самым разумным было скрыться от чьих-либо глаз и залечь на дно.
- Ты сказал, что это важно, – произнёс Питер, вертя в руках подобранную веточку. – Почему бы сразу не объяснить?
- Терпение, юноша, терпение, – отвечал уже не первый раз Джей, ступая с важностью и спокойствием. – Скоро ты всё узнаешь.
В очередной раз вздохнув, Питер покосился на прихрамывающую рядом Селену. Та мягко взглянула на него в ответ, едва заметно кивнув. Рассудив, что если дракониха спокойна, то ничего плохого в ближайшие минуты им не грозит, парень продолжил идти.
«Как думаешь, что там с Лиядой? – не выдержав молчания, спросил парень, пнув попавший под ногу камешек. – Ты говорила, что она с Шарки, верно?»
«Мне кажется, что морской позаботиться о ней, – донеслось от сереброкрылой. – Но здесь, в твоём мире, мы можем только догадываться».
Парень лишь беззвучно хмыкнул, выкинув из рук надоевшую веточку. Там, у алтаря в Мелнроте, камень частично овладел его разумом, приглушив чувства. Он одновременно манил парня и в тоже время будто бы умолял уничтожить себя. Природа камня так и осталась неизвестной, но она точно не предназначалась для сознания простого человека. Камень даже не создавал настоящей цели. Он просто вел за собой, медленно сводя с ума. Куда уж тогда было думать о зелёной виверне, в которую вонзилась огромная щепка? Успокаивало лишь то, что, по словам Селены, Лияду нашёл Шарки, а значит, рукокрылая всё же дождалась помощи. Вот только как же теперь объясниться Питеру? Как убедить, что он не хотел бросать её там? Впрочем, юноша всё ещё не терял надежды вернуться в Мелнрот и лично убедиться, что с Лиядой всё в порядке. Она была неплохим другом и нравилась Питеру. Хотелось поговорить с ней. Сказать, что всё дурное осталось позади.
Наконец троица вышла на маленькую, забытую всеми полянку, густо заросшую молодыми одуванчиками. Джей остановился.
- Селена, пожалуйста, расскажи ему, – попросил мужчина, отойдя чуть в сторону и повернувшись спиной к своим спутникам. Его взгляд устремился куда-то вдаль.
Питер с удивлением захлопал глазами, медленно поворачиваясь к крылатой. Та виновато опустила голову, тихо фыркнув.
«Прости, я не сказала тебе кое-что важное... – промолвила дракониха, ковырнув когтем землю. – Если после этого ты не захочешь со мной общаться, я пойму».
- Что ты такое говоришь? – воскликнул Питер. – Об этом не может быть и речи!
«Тогда слушай, – произнесла крылатая, опускаясь на траву. – И советую присесть. Тебя может слишком удивить то, что ты услышишь».
Селена ненадолго замолчала, принявшись что-то вычерчивать когтем на земле. Питер ещё ни разу не видел дракониху настолько нерешительной, как сейчас. Она будто собиралась с мыслями, закрывшись даже от него.
«До того, как я навестила тебя в этом мире, произошла одна встреча, – начала говорить крылатая, быстро взглянув на Питера исподлобья. – На одном из собраний в Талоде, куда меня пригласили».
Рептилия сделала паузу, снова взглянув на Питера. Юноша слушал её внимательно и с терпением, почти не мигая, ожидал продолжения. Вдохнув порцию свежего воздуха и пощурившись от солнца, Селена заставила себя выпрямиться.
«Я была среди наблюдателей, которых принято иногда приглашать на Совет. Обычно их выбирают среди горожан. Совет длился невероятно долго и мучительно, даже по драконьим меркам. И так уж вышло, что рядом со мной оказался один человек. Казалось, что он, как и многие другие, держался из последних сил, лишь бы не заснуть. Но когда он заговорил со мной, я поняла, что ошиблась...».
Серебряный ящер снова замолчала, прикрыв глаза.
- Что он такого сказал тебе, Селена? – тихо спросил Питер, дотронувшись ладонью до плеча сереброкрылой.
Дракониха замотала головой, всхрапнув.
«Нет, Питер, нет, – со вздохом произнесла она. – Дело не в том, что он сказал. Дело в том, как он сказал! Он связался со мной с помощью мыслей! Ты понимаешь, что это значит?»
Парень отрицательно покачал головой.
«Мысленно связаться с драконом может только дракон, могущественный колдун, или...»
- ...Тот, кто первый прикоснулся к нему при рождении, – закончил Джей, не поворачивая головы. – И первый контакт откликается в каждом, кто общей крови с этим человеком.
Эти слова произвели на Питера то впечатление, какое производит свист бьющей плети. То, что говорил Джей, казалось на грани бреда.
- Если это так, то как же ты отыскал меня? – едва различимо промолвил Питер, глядя то на мужчину, то на Селену. – И почему именно сейчас? Почему?..
Питер стоял как во сне. Казалось, что глаза так и затягивает бледным туманом, играющим с измученным сознанием. Юноша хотел верить в те слова, которые он слышал, но страх совершить ошибку и попасться на обман был слишком велик. Ноги словно наполнили чем-то мокрым и мягким. Стоять становилось все труднее.
- Мысли Селены помогли мне в этом, – повернувшись, ответил Джей и слегка улыбнулся. – Но не спеши ругать её за неосторожность! Заполучить её доверие было нелегко.
Мужчина умолк, давая юноше возможность переварить услышанное. В поисках поддержки он взглянул на Селену, встретившись с её горящими аметистами. Дракониха опустила взгляд, но всё же легонько кивнула.
- Я запретил ей рассказывать о нашей встречи, а сам открыться раньше времени я не мог. Это было слишком опасно, – Джей приблизился к Питеру, положив руки ему на плечи. – Долгое время я наблюдал за тобой, стараясь держаться в тени и не привлекать лишних хлопот. Но когда Ксерус нашёл вас в той пещере, я не смог остаться в стороне.
- Скажи это, – произнёс юноша, не в силах больше терпеть. Прелюдия была необходима, но она вытягивала из молодого человека последние соки, заставив похолодеть ладони. – Скажи то, ради чего зашёл так далеко.
- Питер, – сжав крепче плечи парня, торжественно произнёс мужчина. – Я приветствую тебя, сын мой!
И прежде чем изумленный юноша раскрыл рот, он крепко прижал его к себе. Все силы и мысли Питера будто бы испарились и, как утренний туман, устремились к небесам. Неужели он наконец-то услышал те слова, которые столько раз прокручивал в голове перед сном? Собрав ничтожные остатки своей воли в кулак, Питер приобнял отца ослабшими руками и прикрыл глаза, позабыв обо всем на свете. Он чуял правду в голосе мужчины. Терпеливо сидевшая рядом Селена тоже не заставила себя ждать. Беззвучно приблизившись к людям, серебряная дракониха бережно заключила их крыльями в свои объятия, обвив ноги Питера хвостом.
И они ещё долго стояли так, слушая завывания прохладного ветерка. Тихое и умиротворяющее.
***
Прошел месяц. За это время троица ушла далеко от цивилизации, углубившись в леса. Там им повезло наткнуться на старый деревянный дом, принадлежавший когда-то местному леснику или отшельнику. Забытое всеми явлениями, грязное, но сохранившееся и тихое жильё, где даже нашлись некоторые инструменты. Там они и решили остаться до тех пор, пока не надоест, либо не объявится хозяин дома.
А тем временем, где-то на песочном берегу в Мелнроте наблюдали рассвет две крылатые фигуры, одна из которых была зеленая виверна по имени Лияда...
Спасибо за чтение
Вернуться к книге