СЭР КОФА И ПРОКЛЯТЫЙ ПАШТЕТ

Глава 1

… Если бы сэр Макс, который с небрежностью самозваного монарха, раздавал приказы и поручения на правах заместителя Джуффина, догадался выйти в коридор то был бы немного удивлён, а может и обрадован, что его досадный промах был тут же исправлен самим Мастером Кушающим-Слушающим — у сэра Кофы конечно же хватило сообразительности самому посетить морг — и принюхаться. Но не только — за свою долгую жизнь сэр Кофа успел побывать и частным сыщиком-любителем и начальником полиции Правого берега — пока наконец не стал одним из Тайных Сыщиков. И трупов за всю свою сыщицкую карьеру он навидался достаточно. И таких, что выглядели ещё более причудливо — если вообще хоть как-то выглядели. Однажды сэру Кофе даже пришлось допрашивать свежеиспечённый призрак, который был ещё в шоке от подлого предательства близкого родственника — бедолага то рыдал и заламывал руки, то порывался отправиться на поиски подлеца родного брата — сэру Кофе с трудом удалось удержать несчастный дух от активных действий, объяснив, что любому, мало мальски освоившему Очевидную магию не составит особого труда испепелить такого опасного свидетеля… Дух приуныл и вроде бы сдался, согласился на сотрудничество со следствием. Но пока сэр Кофа собирал улики призрак успел таки навестить сына и рассказать тому о гнусном предательстве родного дяди. Короче, когда полиция прибыла на место преступления, арестовывать там было уже практически некого — в живых остались только друг семьи и слуги. Дух же совершенно не испытывал стыда за всё произошедшее — он оказался крайне мстительным и эгоистичным типом даже после смерти. Именно после этой истории призраки оказались в Ехо вне закона.

Сэр Кофа наклонился над тем, что когда-то было человеческим телом, отщипнул крохотный комочек аппетитно пахнущего паштета и отправил в рот. Ему не надо было особенно принюхиваться — сэр Кофа прекрасно помнил этот запах. Но вот вкус — сэр Кофа нахмурился. Какой-то странный привкус … Не только ему пришлось побегать за тем же Джуффином — за самим сэром Кофой тоже побегали. И немало. Когда бывший Кеттарийский Охотник уговаривал сэра Кофу поступить на службу в Тайный Сыск помимо огромного жалования весомым аргументом стал рассказ Чиффы, как ему пару-тройку раз удалось сорвать очерелное покушение на самого сэра Кофу. В числе прочего была попытка отравления, которая чуть не увенчалась успехом. Сэра Кофу не раз пытались отравить. Из-за этого ему пришлось хорошенько изучить эту непростую науку и самому научиться изготавливать различные зелья и яды. Поэтому он легко мог обнаружить присутствие отравы в пище по лёгкому привкусу или аромату. В этом «парадном блюде» тоже присутствовала какая-то примесь — опасная, вызывавшая чувство гадливости — но совершенно незнакомая.

Сэр Кофа выплюнул комочек в носовой платок. «Бедняга Карвен! Надо было всё-таки провести с ним профилактическую беседу! Самородок… Охотник за кухонными секретами…» Сэр Кофа горестно вздохнул…

…Маленькая стопка золотых монет опустилась на стол и была быстро сцапана ловкой, юркой лапкой, а сложенный в четверо листок накрыла большая, крепкая ладонь и потом переправила его в карман лоохи. Карвен (не со своим лицом, но сэра Кофу было трудно обмануть — тем более, что Карвен не был таким великим мастером маскировки) и маленький человечек сидевший напротив отсалютовали друг другу стаканами. Потом коротышка торопливо удалился прочь, а Карвен вынул листок из кармана, внимательно изучил его, хмыкнул и аккуратно испепелил. Забулдыга в углу зала не обратил никакого внимания ни на это ни на уход Карвена — единственное, что его интересовало — содержимое стакана тёмного стекла, но через несколько минут пьяница встал и, шатаясь, подгрёб к стойке, хлопнул на неё несколько «коронок» — плату за самую дрянную в Ехо и окрестностях выпивку. Кабак не имел ни вывески ни имени — тут собирался самый отъявленный сброд, окончательно опустившиеся забулдыги, которых даже Коба не взял бы к себе в команду, но частенько, в углах потемней, встречались наёмные убийцы и их заказчики, а также прочие тёмные личности, которые не хотели чтобы их увидел кто-то из старых приятелей. Кабак спокойно просуществовал до того знаменательного дня, когда сэр Кофа попытался подстроить тут ловушку для Кеттарийца… Общими усилиями они превратили заведение в живописные развалины — к огорчению завсегдатаев.

…Владелец этого притона не страдал излишним любопытством — это гарантировало ему долгую и спокойную жизнь и поэтому не видел, как забулдыга внезапно перестал ссутулиться, шататься и подволакивать ноги. В таком обличье сэра Кофу даже Макс не признал бы — но в хижине Кобы сэр Кофа избавился от, одолженных на время у старшины портовых нищих, лохмотьев и вскоре пожилой, востроносый джентльмен в изысканных одеяниях то ли иноземного придворного то ли иноземного же удачливого морского разбойника стучал в дверь одного из роскошных особняков Левобережья — кому-то из слуг сегодня предстояло расстаться с местом. «Ему ещё повезло — когда-то за продажу конкуренту кулинарных секретов своей кухни тот же сэр Вагатта Вах поджарил бы предателя на медленном огне…»

— Вот чем закончились для тебя «шпионские игры», Карвен… — печально вздохнул сэр Кофа. И задумался — служебный долг спорил с простым человеческим желанием любителя хорошо покушать — послать зов окончательно сбрендившему Горбуну Итуло и предложить ему бросить всё и покинуть столицу Соединенного Королевства как можно скорее. Но если Макс и Мелифаро уже сидят за столиком в «Горбуне Итуло», то ещё неизвестно как себя поведёт окончательно сбрендивший великий кулинар к тому же загнанный в угол, когда у него за столиком сидят два Тайных Сыщика …

— Предоставим судьбе самой решать… — Джуффин выступил из тёмного угла на свет и остановился над телом, печально вздохнул. — Жаль. Карвен был талантливый повар, а некоторые его способности к сыску… Вы не думали взять его к себе заместителем, Кофа?

— Об этом говорить уже поздно … — проворчал Кофа. — А теперь и Итуло… В лучшем случае — он окажется в Холоми. Навечно.В худшем …

— Он отравитель, подонок и убийца. — голос Джуффина зазвучал холодно и жёстко. Таким льдом повеяло, что Кофа не удивился бы если бы в воздухе, и без того холодном, закружили бы снежинки. — Будь он безумцем — то давно бы оказался на попечении знахарей Приюта Безумных. Но никто из клиентом его заведения Запаха Безумия не учуял. Я знаю, что и вы, сэр Кофа, не раз общались с сэром Итуло. И если бы что-то почуяли, то сразу забили бы тревогу.

Сэр Кофа кивнул в знак согласия.

— Вот именно. А значит сэр Итуло делал всё, что он делал, в уме и твёрдой памяти. Прекрасно понимая, что он творит и чем ему это грозит. А теперь ему придётся платить по всем счетам — как и полагается это делать в Последний День Года. И я не хочу, чтобы бедняга Карвен умер напрасно. Если бы не его смерть мы бы ещё долго ничего не узнали.

Джуффин развернулся и пошёл к выходу. Сэр Кофа двинулся следом за шефом. Внезапно сэр Халли обернулся к Кофе:

— Сэр Кофа, вы можете идти домой. — голос Джуффина звучал теперь мягко и сочувственно. — Я думаю, что сегодня ваша помощь нам не понадобится. Идите, отдыхайте — всё-таки я не такой изверг как говорят в городе — Последний день года и вас вымотал, а ещё сэр Макс поднял вас ни свет ни заря …

— Что?… — голос сэра Кофы сорвался. — С сэром Максом и Мелифаро всё в порядке?

Джуффин поморщился:

— С ними то, что сделается? — голос Джуффина звучал спокойно и ровно и всё также сочувственно. Он вздохнул. — Горбун Итуло мёртв. Я знаю, что вы не были большими приятелями… Но … Вам вряд ли будет приятно, когда эти два оболтуса прибегут сюда сияя от радости и вопя, что они таки «сделали» Горбуна Итуло.

Сэр Кофа только головой покачал:

— Мы действительно не были приятелями. Но… Быть более менее в приятельских отношениях с владельцами большинства ресторанов и трактиров в Ехо, это моя обязанность, часть работы. Там перекинешься парой слов, с этим посплетничаешь, другому посочувствуешь, спросишь как здоровье его любимой бабушки… И Итуло не всегда был таким. Что с ним такое случилось. Я не понимаю и уже не пойму.

Джуффин похлопал сэра Кофу по спине:

— Идите. отдохните немного. В ближайшем будущем нас ждут приятные, но очень утомительные хлопоты.

__________________________________________________________

… — Это конечно небольшое утешение — но всё-таки … — Джуффин протянул сэру Кофе пачку, исписанных аккуратным, каллиграфическим почерком, листов плотной бумаги.

Сэр Кофа недоумённо нахмурился:

— Что это? Не хотите же вы сказать…

— Именно. — кивнул Джуффин. — Бумаги Итуло. Я сделал несколько копий. Пока Нуфлин не наложил на них свои загребущие лапки. Он тоже большой любитель вкусно покушать — как вы и я. Как бы это ни было странно. Тут всё. За исключением рецепта того самого состава, что превращает людей в паштет. Он и Нуфлину без надобности.

Сэр Халли давно ушёл, а сэр Кофа всё так и сидел за столом в гостиной, глядя на сверкающий под солнцем Хурон, весело бегущие по волнам водные амобилеры и вспоминал… Сгорбленного, но весёлого и жизнерадостного, юркого паренька, который с энтузиазмом мог часами изобретать новые рецепты и которого даже принятие Кодекса Хрембера не ввергло в депрессию, а только подстегнуло к новым экспериментам.

— И когда ты только успел превратиться в такую мерзкую, жадную скотину? — вздохнул сэр Кофа Йох.