Секунда до Богини: Осада Тысячи Миров

Глава 1

Глава 1. Время пепла и кремния

Тишина была странной. Она не походила на ту, что царит в спальне, когда отключен кондиционер и за окном безветренная ночь. Это была тишина абсолютного вакуума, в котором не вибрирует ни один атом. И в этой тишине шесть сознаний, разделенных тысячами километров будничной жизни, на мгновение соединились в единой точке боли.

Ирина не дописала контур. Её рука застыла над графическим планшетом, стилус замер в миллиметре от кнопки «Сохранить». В следующую секунду вместо мягкого кресла и пластикового стола она почувствовала под собой жесткий, горячий камень. Вместо легкой футболки — холодную, плотную сталь, сдавливающую ребра. Она хотела вдохнуть и поняла, что не может. Её легкие заполнил пепел с привкусом серы, а за спиной что-то тяжелое, невесомое, но одновременно обладающее массой крыльев, распрямилось, разорвав остатки воздуха вокруг неё.

— Твою мать, — прошептал хриплый, чужой голос.

Он принадлежал не ей. Он шел из горла, которое она не контролировала. Ирина подняла руки перед глазами. Вместо тонких пальцев художницы, измазанных тушью, на неё смотрели латные, отполированные доспехи. Металл переливался серебром, а в отражении его граней мелькали пучки пурпурного неба.

Справа от нее, в коленопреклоненной позе, стоял мужчина. Тяжелый кожаный плащ, местами прожженный до дыр, спадал с его плеч. Лицо его скрывал массивный противогаз с синими стеклами, из которых бил тусклый электрический свет, как два холодных маяка в ночи. Он медленно поводил головой, сканируя окружение.

— Мой бой... за... заморожен, — прошептал кто-то слева. Ирина повернулась и увидела невысокого парня, облаченного в лохмотья и черную, дышащую тьмой мантию. В его руке клубилась фиолетовая энергия, пульсируя в такт чему-то, что происходило глубоко в его груди. — Я... я ведь просто сидел за столом. Где я? Где мой монитор?!

Следом раздался грохот металла. Встал третий — массивный, красный, покрытый шрамами и царапинами демонический киборг. Острые рога прорезали мрачный воздух, а за шлемом горели хищные зеленые огоньки. Он хлопнул себя по груди и внезапно разразился нервным, истерическим смехом.

— Чуваки! Чуваки, это жесть! — голос его был искажен вокодером. — У меня стрим идет! Я никогда не сходил с экрана! А теперь я в... я в этом! Где мой мод на бессмертие?!

— Заткнитесь все, — резко оборвал его стоящий по центру мужчина в плаще. Следователь. — Я не знаю ваших имен, и вы не знаете моих. Но если у вас есть глаза, посмотрите вверх. Посмотрите вокруг.

Они подняли головы. Небо было багровым. Оно раскололось на тысячи осколков, напоминая гниющую рану, из которой сочился черный дождь. Земля под ногами была покрыта чем-то, что когда-то было травой, а теперь превратилось в окаменелые угли. В воздухе витали запахи озона и гниющей плоти. Вокруг стояли обломки зданий, срезанных так ровно, будто их откусила гигантская космическая челюсть.

И тут до них дошло. Это не сон, не глюк операционной системы. Физические ощущения — холодный пепел на коже, тяжесть снаряжения, зуд на кончиках пальцев от магической энергии — были абсолютно реальными. Ирина (или как её теперь называли — Серебряный Ангел) сжала рукоять длинного катаны, которая висела за спиной. Металл под пальцами дрожал, вибрируя от близости чего-то огромного.

— Странное совпадение, — заговорил шестой. Его голос был спокоен, лишен эмоций, как у робота. Им был золотой андроид. Парень, который еще пару минут назад сидел в темной комнате и отлаживал код микроконтроллера. Теперь его кожа была отлита из чистого золота, сияя даже в этом мраке. В его глазах горел синий, нечеловеческий свет, и он сосредоточенно разглядывал свои ладони. — Мой персонаж в игре — «Золотой Страж». Это точная копия... вплоть до микроцарапин на суставах. Мы в наших аватарах, — подвел он сухой итог.

— Свидание, — вдруг произнес парень в красном камзоле с рожками, стоящий чуть поодаль. Он держал в руках тяжелую окованную книгу и посох. Его лицо, еще хранящее детские черты студента-театрала, было бледным. — Я должен был пойти на свидание. Моя девушка сейчас стоит у ресторана. И она будет ждать. Вечность, блять. Я ей не позвонил.

Его голос дрогнул.

Но в этот момент небо задрожало. Пространство искривилось, как промокшая акварель. Из эпицентра багровой раны начала вырываться, выкручиваться наружу темная материя. Она не была живой, но дышала. И в этом дыхании чувствовалась чудовищная, запредельная мощь.

— Она идет, — прошептал надтреснутый голос.

Из-за обломка рухнувшей колонны вышел старик. Он был одет в жалкие лохмотья, но глаза его сияли золотым песком, словно внутри черепа горел целый пожар. Старик опирался на посох, с которого стекала светящаяся пыльца.

— Вы... — ахнул демон-киборг. — Ты бог? Типа, NPC? В смысле, местный хозяин?

Старик не улыбнулся. Он просто поднял дрожащую руку, указывая на разрыв в небесах.

— Меня зовут Светозар. Я — Хранитель этого мира. Последний, кто пытался сдерживать Зеркальную Богиню. Только что, пока вы лежали в ужасе, она вырвала мой осколок Сферы Господства. Этот мир умер.

Золотой андроид нахмурился (насколько это было возможно при его металлическом лице):

— Если мир умер, почему мы здесь? И почему мы стоим, а не рассыпались в пыль вместе с ним?

— Потому что я ждал, — голос Светозара стал громче, обретая силу. — Прежде чем умереть, я поймал ваши души. Всех шестерых. Вы подключены к мультивселенной через серверы своих игр. Вы были у себя дома, играли, и в момент пика вашего эмоционального вовлечения я просеял миллионы других и нашел вас. Ваш код, ваши характеры идеально подходили под эти аватары.

Следователь (Константин, как мысленно называл себя мужчина в плаще) резко встал и подошел к старцу:

— Хватит лирики. Говори конкретно. У нас нет времени на метафоры. Что ей нужно? Осколки? Сколько их? И самое главное — как нам выбраться отсюда?

— Она хочет собрать Сферу Господства из тысячи осколков. В данный момент она поглотила десять. У нее за плечами гибель сотен миров, которые она опустошила, выпивая их суть. Ваша задача — защитить оставшиеся девятьсот девяносто.

— Девятьсот девяносто? — взвыл стример-киборг. — Это сколько лет, боже? Мы состаримся в этих железках, пока ее найдем! У меня в донатах намечался стрим!

— Вам не придется искать ее, — перебил его Светозар. Он протянул руку, и из воздуха рядом с каждым из них материализовались шесть тяжелых, матово-металлических браслетов. Они сами защелкнулись на их запястьях — холодные, обжигающие кожу и металл, внедряющиеся в биоритмы. — Это ваше оружие. И ваши оковы.

Ирина — Серебряный Ангел — поднесла руку к браслету. На его поверхности вспыхнула сложная голографическая карта, на которой пульсировала алая точка. Она понимала: это та самая Зеркальная Богиня.

— Браслеты являются радарами. Они отслеживают не только местонахождение осколков, но и траекторию движения Богини. Но главное — это оружие изгнания. Когда вы найдете осколок и накопленный заряд браслетов достигнет пика, вы сможете вышвырнуть Богиню из реальности.

— Вышвырнуть? — переспросил театрал-аристократ. — И всё? Она вернется завтра!

— Нет, — Светозар покачал головой. — Каждый мир, который вы очистите, становится для неё недоступным. Как вирус. Если она проникла в мир один раз, а вы выпустили «антидот», тело этого мира вырабатывает иммунитет. Богиня больше никогда не сможет ступить на его землю. Но есть одно «но»...

— Какое? — одновременно спросили пятеро.

— Она одна, но вы — разобщены. Ей нужно время, чтобы вытянуть осколок. Ровно тридцать дней. Это как якорь. Она должна найти брешь в реальности, зацепиться за фундамент мироздания и тянуть его на себя целый месяц. Но ваше появление происходит...

Светозар замолчал, глядя на багровое небо. В центре разрыва начала проявляться огромная, хищная кисть. Она была нежно-мраморного цвета, словно созданная из грубой глины, и каждый её палец был усеян окровавленными глазами.

— Вы появляетесь за одну секунду до неё. Именно столько времени у вас есть, чтобы занять позицию. Местные жители будут в панике. Вам нужно убедить их встать на вашу сторону, собрать силы и продержаться этот месяц. Если Богиня не успеет вырвать осколок за тридцать дней — она отступает, потому что мир отвергает её. Но в этот момент браслеты снова срабатывают. Автоматически. Вы будете перемещены туда, где она вновь появится. И так — до победного конца.

Константин смотрел на браслет. Его «радар» показывал, что Богиня уже пробила ткань этого мира и вот-вот коснется земли.

— Тридцать дней. Без права вернуться домой, пока всё не закончится. Это не игра, это жестокая реальность. И ты просто вкинул нас в это дерьмо, — прорычал он.

— Я не могу сделать выбор за вас, — голос Светозара дрогнул и стал почти шепотом. — Вы — живые души. Я даю вам шанс. За каждую успешно защищенную Сферу, вы получите усиление. Силы ваших аватаров будут расти, ломая изначальные ограничения. В конце... я исполню ваше самое сильное желание. В рамках моих сил, конечно. Но это потом.

Золотой андроид — Виктор — уже просчитал всё. Он стоял неподвижно, глядя на сходящий с ума небосвод. Его голос зазвучал холодно, как лезвие скальпеля:

— У нас есть одна секунда до того, как она материализуется на земле. Браслеты в режиме ожидания. Заряд — 100 процентов. Кристалл висит прямо там, — он указал рукой на пылающий бриллиант, парящий над руинами огромного храма в ста метрах от них. — Если мы не выстроим оборону, она убьет нас и заберет его. План?

— А ты, оказывается, не просто кусок золота, — оскалился киборг, поднимая свои бластеры. Они сияли синим, ультра-современным светом. — Итак, дамы и господа, знакомьтесь: Максим, в миру стример, теперь краснорожий боевой пекарь. Кто я без шуток? Халявных шмоток мне не дали, значит, буду полагаться на гены!

— Я Ирина, — тихо произнесла девушка с крыльями, сжимая меч. — Не помню, чтобы проходила курс выживания в апокалипсисе. Но крылья... они настоящие. Я чувствую, как воздух струится между перьев.

— Алексей, — представился парень в красном камзоле с рожками, нервно перелистывая магическую книгу. — Я... я могу призвать огненный шар? Тут написано, что могу. Но я никогда не пробовал в реальности. Ожог будет настоящим!

— Денис, — хрипло сказал чернокнижник в рваной мантии, сжимая фиолетовый сгусток в руке. — Если у нас есть секунда до Апокалипсиса, я предлагаю не тратить её на знакомства. Потому что я вижу, как этот глаз на её пальце уже смотрит на нас.

Браслеты завибрировали. Секунда пошла.

Небеса разверзлись с хрустальным звоном, от которого у Ирины заложило уши. Гигантская фигура Зеркальной Богини начала обретать очертания. Это было не человеческое тело — это была туманность, обретшая волю. Белый мрамор её руки начал опускаться вниз, к храму, к кристаллу. Вокруг неё зажглись тысячи сумеречных искр — её магия.

— В сторону! — заорал Константин, следователь. Он сорвался с места, бросившись к разрушенной колонне, чтобы укрыться. — У вас есть ровно секунда, чтобы увернуться от первой волны! Потом она начнет вытягивать осколок. Если мы не помешаем ей, она привяжет этот мир к себе на месяц!

Максим — киборг — взревел и, не дожидаясь ничьих приказов, выхватил два своих энергетических ружья. Синие лучи пропороли воздух, врезавшись в основание мраморной руки. Вспышка! Энергия отразилась от божественного тела, пошла рябью и... исчезла. Богиня даже не дернулась.

— Ах ты ж сука! У неё резист к урону! Ульт не пробивает! — в панике закричал Максим.

— Всё, что мы знаем об играх, здесь не работает! — крикнул Виктор, андроид, активируя встроенный в ладонь голографический интерфейс. Он вытащил из воздуха длинный золотой жезл и направил его на кристалл. — Но браслеты — это оружие изгнания! Защитим осколок, дадим браслетам время зарядиться от сопротивления этого мира! Местные, вы где?!

И действительно, из руин начали выглядывать сотни испуганных лиц. Это были уцелевшие люди — грязные, в лохмотьях, с глазами, полными животного ужаса. Они видели шестерых странников, которые встали между ними и воплощением Кошмара.

Алексей, театрал-аристократ, неожиданно сделал шаг вперед. Его бархатный камзол развевался на ветру. Он раскрыл книгу, и слова полились из его уст — не как заклинания, а как призыв.

— Слушайте меня, граждане! — голос его набрал удивительную глубину, отражаясь от разбитых стен. — Вы видите её? Это она убила ваш урожай, она сожгла ваши дома и она собирается выпить последний кристалл, который держит ваше небо! Вы будете стоять и смотреть? У нас есть месяц! Месяц, чтобы доказать этой белой дряни, что мы не просто пепел! Стройтесь!

Вдохновляющая магия — вот что это было. Вокруг Ирины и остальных внезапно сконцентрировался столб прозрачного света, который начал передаваться местным жителям. Те перестали дрожать. Они схватили обломки кирпичей, камни, старые арбалеты.

— Стройтесь в каре! — скомандовал Константин, беря на себя роль полевого командира. — Мы создадим вокруг кристалла магический радиус! Она не может впитать его, если вокруг него есть живые люди с оружием! Это наш единственный шанс!

За ровно сорок секунд (удивительно медленно по меркам космоса, но быстро по меркам человеческой жизни) вокруг осколка сформировался живой щит из сотен местных воинов и шестерых аутсайдеров.

Зеркальная Богиня издала низкий, ультразвуковой гул. Вокруг неё заискрили тысячи хрустальных копий — она швырнула их вниз. Первая атака месяца.

— Пригнись! — крикнул Виктор, поднимая золотой щит.

Удар. Дробление. Земля взлетела на воздух, смешиваясь с кровью и металлом. Ирина — девушка с серебряными крыльями — взмахнула катаной, разрезая четыре летящих копья. Её локоть вывернуло от отдачи, но она устояла, чувствуя, как бешено колотится сердце под стальным нагрудником.

— Мы заиграли! — прохрипел Максим, вновь поднимая бластеры. — Она не пробивает наш строй!

— Запомните этот момент, — тихо сказал Константин, стирая грязь с противогаза, глядя на величественный силуэт Богини, которая замерла на границе их периметра. — Она не отступит. Она будет атаковать каждый день. У нас месяц. Но сейчас мы выиграли эту секунду и эту минуту. Эта секунда — начало.

Браслеты на их запястьях зажглись тусклым, но верным сиянием. Первый выдох — они сделали его вместе. Они не знали, сколько раз им придется повторить это. Но в их сознании навсегда застыла картина: багровое небо, белая рука, нависшая над миром, и шестеро игроков, закованных в металл, стоящих плечом к плечу перед лицом неизбежности.

И именно сейчас, в этом первом аду, Александр — андроид — произнес фразу, которая стала их негласным девизом на всю оставшуюся бесконечность:

— Если мы не вернемся домой, мы хотя бы не дадим ей сломать остальные. Раньше мы играли в игры. Теперь — мы защитники. Вставайте. Бой только начался.

Глава 2

Глава 2. Плоть и сталь

Первая ночь в мире, который еще дышал, но уже начал задыхаться, выдалась не просто тяжелой — она выдалась чудовищно неудобной.

Ирина проснулась от того, что ее собственные крылья, сложенные за спиной, намертво затекли. Она попыталась перевернуться на бок, и этот жест, привычный и естественный для ее обычного тела, стал пыткой. Металлические латные пластины врезались в ребра, а лопатка, к которой крепился массивный каркас перьев, пронзила тупой, изнуряющей болью позвоночник. Художница, привыкшая к мягкому матрасу и легкому хлопку ночной рубашки, сейчас лежала на мешке с пеплом, заменявшем подушку, и чувствовала каждый грамм чужой, навязанной анатомии.

— Господи, — прошептала она, пытаясь согнуть ногу в колене, и с ужасом услышала скрип несмазанных сочленений доспехов. Когда она подняла руку к лицу, чтобы протереть глаза, металлический напалечник жестко ткнул ее в бровь. Синяк? Или просто ушиб мягких тканей? Здесь, в этом теле, у нее не было возможности проверить.

Вокруг царил серый, предрассветный полумрак. Разрушенный храм, служивший им временным штабом, зиял дырами в крыше. Оттуда, с неба, на них смотрела та самая багровая трещина, которая никуда не исчезла. Из нее по-прежнему сочилась мгла.

— Вставайте, — голос Константина раздался из угла жестко, без намека на сон. Следователь сидел на обломке колонны, натянув на лицо противогаз. Странная, извращенная деталь: он даже не пытался снять его на ночь. Когда Ирина посмотрела на его стекла, она увидела, что они запотели изнутри. Он дышал собственным углекислым газом, и это, видимо, был единственный способ не вдохнуть отравленный воздух снаружи. — Богиня не будет ждать, пока мы выспимся. Если у нас есть месяц, то он начался, когда мы встали на защиту кристалла.

— У меня все мясо горит, — прохрипел Максим, поднимаясь. В отличие от Ирины, ему повезло меньше. Красный киборг, закованный в тяжелую сталь, попытался сесть, и его позвоночник издал громкий электрический треск. Из-под рогов на затылке потек ручеек темной, густой смазки. — Я не могу... я не могу нормально поджать ноги, чуваки. В этой броне мой таз зафиксирован. Если мне вдруг понадобится отойти по нужде, я тут же упаду.

— Воспользуйся дренажной системой, — безапелляционным тоном предложил Виктор, стоящий рядом. Золотой андроид не спал. Вообще. Ирина заметила, что ночью он не моргал. Он стоял, прислонившись спиной к стене, и смотрел в одну точку. — В моей базе данных на эту модель есть технический паспорт. У тебя под броней есть встроенные клапаны для отвода жидкости. Ты должен был это знать.

— Какого черта я должен это знать?! — взорвался Максим. — Я просто играл в эту игру, а не проходил обучение анатомии киборгов! Я не знаю, где у меня тут спускной клапан! Я, может быть, вообще хочу снять это ведро и встать под душ!

Он со всей силы долбанул кулаком по каменной кладке. Удар был сильным: камень крошился, оставляя на металлической перчатке лишь легкую пыль. Максим тупо посмотрел на свои руки и сглотнул. Он только что понял, что его тело, его мышцы и кости больше не состоят из плоти. Он перестал чувствовать фактуру камня. Только его электронные сенсоры передавали в мозг вибрацию. Он не чувствовал боли, но чувствовал давление. Это было странное, отвратительное ощущение.

Денис, чернокнижник, молча сидел в углу, кутаясь в свою рваную мантию. Ирина подошла к нему и внезапно поняла, что от него пахнет... гарью. Он свернулся калачиком, пытаясь согреться, но его тело само по себе излучало холод, свойственный магии тьмы.

— Я вчера понял одну вещь, — тихо сказал Денис, не поднимая глаз. — Я не могу контролировать свою ауру. Когда я злюсь, моя тень становится черной, как смоль. Когда я боюсь — она становится фиолетовой. И я не могу это скрыть. Вчера, когда я смотрел на Богиню, моя тень выросла до пяти метров и уперлась в потолок. Это... это неудобно.

Следом из соседнего зала раздался грохот. Алексей, демон-аристократ, протискивался сквозь низкий дверной проем, но его изящные, закрученные рожки зацепились за верхнюю перемычку. Студент театрального училища, привыкший красиво кланяться и делать театральные жесты, сейчас, сдавленно ругаясь, выгибал шею под неестественным углом. Он дернулся, и кусок камня с грохотом обрушился ему на плечи.

— Да что ж это такое! — взвыл Алексей. — Эти рога! Они растут! Мне кажется, они становятся больше, когда я нервничаю! Я не могу пройти нормально, я себя чувствую козлом!

— Ты и есть козел, — беззлобно заметил Максим, пытаясь стереть смазку со своего шлема локтем.

Но их утренняя перебранка была прервана мощным, глухим звуком. Земля дрогнула.

Виктор, не меняя выражения лица, повернул голову в сторону горизонта. Его зрачки мертвенно засветились синим.

— Она начала, — сказал андроид. — Небесный свод искажается. Она собирается нанести не прямой удар, а точечный. У меня в системах — обнаружение скачка гравитационных волн. Если мы не укрепим кристалл, он просто расколется от вибрации.

Константин мгновенно поднялся. Его жесткость была пугающе эффективной. Противогаз сидел на нем идеально, и голос, искаженный фильтром, звучал как приказ.

— Ирина, ты берешь на себя высоту. Твои крылья — это наше единственное воздушное прикрытие. Максим, ты встаешь на прямую линию огня между западной стеной и кристаллом. Если там что-то движется — ты это сжигаешь. Алексей, твоя задача — местные. Ты выходишь к народу и орешь свои театральные речи, пока каждый крестьянин не поверит, что он — герой. Денис — ты идешь со мной. Твоя тень будет нашим детектором.

— А я? — спросил Виктор.

— А ты — тащишь всё это оборудование. У тебя золотая шкура, а значит, ты — лучший грузчик, способный выдержать вес наших укреплений.

Виктор кивнул. Его металлическое лицо не выражало ни обиды, ни согласия. Он просто принял факт, что его сейчас используют как тягловую силу. И это его, честно говоря, не раздражало. Его раздражало другое. Накануне вечером, когда он попытался взять в руки кусок хлеба, который им вынесли местные, он понял, что не может есть. Его нёбо, язык — точнее, их золотые имитации — имели форму, но не имели вкусовых рецепторов. Вся пища, которую он помещал в рот, превращалась в однородную массу безвкусной клетчатки. Ему не нужна была еда. Ему нужен был заряд. И этот заряд подавали браслеты.

Но браслеты молчали.

И это молчание было зловещим.

---

Дневная оборона началась с того, что Максим чуть не сжег собственную ногу. Когда он встал на позицию, он попытался провести калибровку оружия. Синие лучи, вылетавшие из бластеров, должны были быть точными, но в реальном мире, в отличие от игры, у оружия была отдача. Первый же пробный выстрел срикошетил от ближайшего камня, прошел в десяти сантиметрах от его коленной чашечки и выжег в земле полуметровую яму. Отбросив бластер, Максим выругался так громко, что его услышали даже в соседнем городе.

— Отдача, — прохрипел он, тряся металлической рукой. — Твою мать, у меня руки дрожат! Я не могу прицелиться, если у меня нет автоприцела! У меня в интерфейсе есть что-то такое?

— Посмотри на свою сетчатку, — крикнул Виктор, таща за собой толстый деревянный брус, который должен был стать опорой. — У тебя в правом глазу должен быть встроенный голографический прицел. Активируй его, сфокусировавшись на цели.

Максим зажмурился, пытаясь мысленно сдвинуть зрачок туда, куда, по его мнению, должен был быть направлен прицел. Ничего не произошло. Он запаниковал, на секунду приоткрыл веки, и система сработала сама — по биометрическому всплеску. На его сетчатке загорелась красная сетка, и он в ужасе дернулся, чуть не выронив бластер.

Всё это время — бесконечно долгие первые три дня — Богиня не давала им покоя. Она не спускалась вниз. Она стояла над разломом неба, как статуя, и просто давила массой своей ауры. Давление было настолько сильным, что у местных жителей, собравшихся вокруг храма, начала течь кровь из ушей.

Алексей, выйдя к ним, почувствовал это давление на себе. Но его демоническая природа давала ему странную броню. Он был единственным, кто мог спокойно стоять перед ними, и его голос, поставленный на театральных подмостках, звучал сейчас как божественный гимн:

— Вы думаете, она сильна? — кричал он, поднимая посох, с которого срывались алые капли магии. — Посмотрите на меня! Я тоже демон! Я тоже из плоти ада! Но я здесь, я стою с вами, и я не боюсь её! Потому что у нас есть этот месяц! Мы не дадим ей выпить ваши души! Стройтесь в ряды! Плечом к плечу!

Он говорил правду. Потому что он действительно не боялся. Он был слишком растерян, слишком зол на этого бога Светозара, который вырвал его из обычной жизни, чтобы чувствовать страх перед другой космической сущностью. Он боялся не смерти, а неудобства. Он боялся, что эти рога, которые он так старательно не задевал, вырастут и сделают его уродливым. И поэтому его магия, подпитанная этим эгоистичным, живым гневом, работала лучше всего.

К концу первого дня, когда отряд вернулся в руины храма, они поняли ужасную правду: физиология их тел не была рассчитана на долгий бой.

Ирина рухнула на колени, не чувствуя ног. Её крылья, которые она держала расправленными почти четыре часа, вибрировали от усталости так, что кончики перьев били по полу, поднимая пыль. Оказывается, у крыльев есть мышцы. Они существуют не только для игры, они прикреплены к ее настоящему позвоночнику, и они болят так, будто их выкручивают. На внутренней стороне левого крыла, там, где перья были редкими, она заметила маленькие, грязные потеки жидкости — это не кровь, это была... суставная смазка, которая выходила наружу от перегрева.

— Я больше не могу летать, — прошептала она, уткнувшись лбом в холодный пол. — Я попыталась подняться выше, чтобы увидеть её лицо, и мои лопатки просто... заклинило. Я чуть не упала. Если бы крылья не раскрылись автоматически при падении, я бы разбилась.

— Ты думаешь, у меня лучше? — ответил Константин, снимая противогаз. Внутренность стекла была покрыта слизью. Он дышал тяжело, с хрипом. Воздух в храме был чуть менее ядовитым, чем снаружи, но всё равно — он чувствовал, как в горле першит от мелких частиц пепла. Он снял перчатку и с удивлением уставился на свои пальцы. Они были испачканы чем-то черным. Он понюхал, и его передернуло. Это был сгоревший битум. — Я не могу нормально поесть, — признался он. — Мой шлем закрывает пол-лица. Чтобы взять в рот кусок хлеба, мне нужно приподнимать фильтр, а вместе с ним я вдыхаю отраву. За три дня я поел дважды, и оба раза у меня начинала кружиться голова.

Максим забился в угол, пытаясь выкрутить шуруп, который держал его левую голень. Он вскрыл кожух на собственной ноге, обнажив пучки проводов.

— У меня аккумулятор садится, — признался он. — Моя броня — она подзаряжается от окружающей среды, но здесь, в этом пепле, энергии нет. И я не могу добраться до браслета, чтобы подзарядиться, потому что он на запястье, а мое левое плечо заблокировано. Мне нужно еще шесть часов, чтобы снять броню. А если я попытаюсь заснуть в ней, я задохнусь.

— Не задохнешься, — отрезал Виктор, который в этот момент пытался снять с себя золотые наручи, потому что они натирали металлическую кожу до микротрещин. — У твоей брони есть фильтрация. Ты дышишь через углеродную систему.

— Это не помогает моей психике! — рявкнул Максим. — Мне кажется, что я в гробу! Я хочу чувствовать ветер! А я чувствую только запах собственного перегретого синтетического пота!

Эти сорок восемь часов стали началом их медленного, но верного погружения в безумие. Ирина поняла, что она больше не может смотреть на людей, не думая о том, насколько хрупки их тела в сравнении с её стальной оболочкой. Денис, который сидел в углу, вдруг начал шептать молитвы — не богу Светозару, а своей собственной темной силе. С каждым часом тени в храме становились длиннее, и он не мог контролировать это.

Но настоящий прорыв случился на четвертый день.

Богиня, уставшая ждать, наконец, нанесла свой первый массированный удар. Она не стала атаковать кристалл — она атаковала разум людей. С неба начали падать не молнии, а капли черной, маслянистой субстанции. Эта субстанция, попадая на головы местных жителей, превращала их в зомбированных марионеток.

Они встали с земли и, не издавая ни звука, двинулись к кристаллу.

— Это некромантия! — закричал Денис, первым отреагировавший на изменение кармы. Он поднялся из угла, и его тень, как живая, вытянулась до потолка. Но он не мог контролировать её. Тень металась, пытаясь схватить нападающих, но ударяла по колоннам. — Я не могу... я не могу настроить её на жизнь! Моя магия работает только с мертвецами!

— Тогда сделай их мертвыми! — заорал Константин, выхватывая длинный армейский нож, который оказался у него на поясе. Это был не просто нож — это было оружие, в которое были вписаны татуировки, светившиеся при контакте с темной магией.

Максим, стиснув зубы, поднял бластеры. На этот раз он не стал целиться. Он просто нажал на курок, и луч прожег двух марионеток насквозь. Они упали замертво. Но на их место вставало еще трое.

Ирина взлетела. У неё не было времени думать о боли в спине. Она раскрыла крылья, и серебряные перья, освещенные отблесками поднимающегося хаоса, засверкали. Она взмахнула катаной, разрубая марионеток, но каждый удар отдавал в запястье. Меч был тяжелым. В игре она ощущала его как легкое перышко, потому что механика просто не учитывала центробежную силу. Но здесь, в реальном мире, инерция была настоящей, и её руки уже начали мелко трястись после пятнадцатого взмаха.

— Они бесконечны! — крикнула она, приземляясь рядом с Алексеем.

Демон-аристократ действовал интуитивно. Он открыл книгу на случайной странице, и оттуда вырвался ослепительный красный луч, охвативший всех врагов вокруг храма. Луч не убивал, но он выжигал черную субстанцию из их тел. Зомбированные падали, превращаясь обратно в обычных, перепуганных крестьян.

— Спасибо, — выдохнул Алексей, захлопывая книгу. — Оказывается, у меня есть заклинание очищения. Я бы не хотел никогда его использовать, потому что оно жрет всю ману. Но это сработало.

Виктор, стоявший между ними и небом, внезапно поднял руки. Его глаза загорелись интенсивным синим светом, и он заговорил голосом, который был одновременно роботизированным и уставшим:

— Я проанализировал структуру её атаки. Она не может поддерживать контроль над живыми существами, если у них есть контакт с чистым веществом. Она использует частоту. Мы должны создать барьер. Я могу генерировать магнитное поле, которое будет глушить её сигнал.

Он начал излучать низкий гул. Металл на его теле начал вибрировать, нагреваться. Ирина почувствовала, как от него идет жар. Это было слишком для него. Он не был создан для долгой работы в таком режиме.

— Ты перегреешься! — крикнула Ирина.

— У меня нет выбора, — ответил Виктор. — Либо я перегреюсь и отключусь на три часа, либо мы все погибнем. Сделай это, Максим! Пока я держу барьер, стреляй в неё! В её центр! Браслеты! Мы должны активировать браслеты!

Максим понял. Он повернулся и, перекрывая шум битвы, направил оба бластера прямо в грудь Виктора, откуда исходил гул. Ударная волна от выстрелов прошла через тело андроида, превратившись в мощный импульс, вылетевший прямо вверх, в багровое небо.

Столкновение сил произошло мгновенно. Браслеты на запястьях всех шестерых загорелись одновременно алым светом. Они накопили заряд за эти четыре дня обороны. Свет вырвался из их рук, соединился воедино в колонну, ударившую в самую сердцевину Зеркальной Богини.

Небеса взорвались. Богиня издала звук, который был похож на шипение лопающегося воздушного шара, только в тысячу раз громче. Её огромная фигура начала таять, развеиваясь в туман. Багровая трещина начала схлопываться, как затягивающаяся рана.

— Оно действует! — закричал Константин. — Она уходит! Ты видишь, Виктор? Она уходит!

Но Виктор не ответил. Он медленно осел на землю, на его золотой груди виднелись глубокие трещины. Он выключился. Как компьютер, у которого выдернули шнур питания.

Богиня исчезла. Небо очистилось. Солнце пробилось сквозь разорванные тучи, заливая руины мягким, теплым светом. Местные жители, только что освобожденные от чар, молча смотрели наверх, не веря своему счастью.

Месяц обороны закончился. Они сделали это.

Но цена была высока.

---

Отряд сидел в разрушенном храме. Виктор лежал на земле, как золотая статуя. Денис, собрав остатки магии, пытался подпитать его энергией, но ничего не получалось — черная магия не сочеталось с искусственным интеллектом.

Ирина наконец сняла свои тяжелые нагрудники. Она чувствовала, как воздух касается её кожи — настоящей кожи, скрытой под металлом. Её руки, стянутые латными перчатками, дрожали. Она скинула шлем, и впервые за четыре дня её светлые волосы упали на лицо. Они были грязными, слипшимися. У неё не было расчески. У неё не было мыла. Она поняла, насколько глубоко она ненавидит это тело, потому что в нём нельзя было просто умыться. Вода, которую пытались достать, была отравлена пеплом. Но сейчас, когда облака разошлись, она могла просто сидеть и чувствовать солнце.

Максим наконец-то открутил шуруп на ноге. Он стянул голень брони, обнажая металлический каркас, в котором мерцали синие огоньки. Теперь он чувствовал себя голым. И это пугало его больше, чем битва.

Константин сидел, сжимая в кулаке свой противогаз. Он снял его, вдохнул свежий воздух, и его легкие заполнила боль — кислород, к которому они не привыкли за четыре дня, обжигал трахею, как кислота. Он кашлял, но кашель был сладким.

— Она ушла, — тихо произнес он. — Мы выиграли первый тур.

— Но у нас тысяча миров, — прошептал Алексей, глядя на красный, пульсирующий след на небе, который оставила Богиня. — И каждый раз будет так же. Каждый раз — месяц боли, месяц усталости.

— Я не хочу, — неожиданно сказал Денис, обхватив голову руками. Его тень, которая должна была быть спокойной, хаотично дергалась по стене. — Я не хочу в следующий мир. Я хочу домой. Я хочу... Я хочу сесть за свой компьютер. Я хочу заказать пиццу. Я хочу быть собой. Я устал быть чернокнижником. Моя душа... она начинает гнить.

Он ударил кулаком по полу. Тот покрылся черными, липкими пятнами.

Но в этот момент Виктор вдруг вздрогнул. Его золотая грудь засветилась. Трещины начали затягиваться.

— Я... — прохрипел он, открывая глаза. Его голос был металлическим, как скрежет железа. — Я чувствую... усиление.

Он поднял руку, и на запястье браслет загорелся фиолетовым, затем перешел в серебряный. По его рукам побежали электрические разряды. Он приподнялся, и его движения стали быстрее, резче.

— Это награда, — сказал он, глядя на остальных. — Местный бог сдержал слово. Мы выдержали месяц. И теперь наши тела адаптируются.

Ирина посмотрела на свои руки. Под наплечниками, у нее действительно начали появляться тонкие, серебряные прожилки, словно металл врастал в её кожу. Это было невероятно больно, когда это происходило, но в то же время давало странное чувство незыблемости. Она сжала кулак. Хруст костей, но не боль.

— Это улучшение защиты, — прошептала она. — Я чувствую, что мои позвонки крепче. Крылья больше не болят.

— У меня пропала усталость, — сказал Максим. Он посмотрел на свои бластеры. — Интерфейс заработал. Я вижу прицел, он встроился сам. Это... это как патч. Это как апдейт к нашей игре.

Виктор поднялся. Он чувствовал, как его тело перестраивается, как код переписывается прямо в его металлических внутренностях.

— У нас есть тридцать дней, — сказал он, глядя на исчезающую нить Богини. — Тридцать дней до того, как она восстановит силы. Браслеты автоматически перебросят нас в следующий мир.

Константин встал. Он надел противогаз, но теперь, когда небо было ясным, он, подумав, снял его снова. Он решил, что будет дышать этим миром, пока он чистый. Он хотел запомнить этот запах свободы, потому что знал: в следующем мире его ждет новое пекло.

— Готовьтесь, — сказал он, оглядывая свою разношерстную команду. — Вы не хотели этого приключения. Я тоже. Но мы должны пройти его. Если мы оставим Богине хотя бы один осколок, она станет достаточно сильной, чтобы уничтожить наш общий дом. Нашу Землю. Те самые города, где мы оставили свои компьютеры, свои стримы и свои свидания.

Алексей сжал книгу. Его демонические рожки перестали вибрировать.

— Итак, — сказал он с улыбкой, в которой сквозила усталость и принятие. — Значит, мы снова поедем в поезд. В этот раз — в тысячу вагонов. Надеюсь, в следующем мире будет нормальная вода.

Ирина вздохнула. Она посмотрела на небо — оно было голубым, чистым. На руинах храма, который они защитили, местные жители начали собираться, неся цветы и фрукты. Они пытались поклониться героям, но герои не смотрели на них. Они смотрели друг на друга.

Шестеро игроков, выброшенных из привычного мира.

Шесть душ, которые только что вытерпели одно испытание, но знали, что впереди — девятьсот девяносто девять таких же. И каждый из них, в глубине души, с ужасом понимал: впереди их ждал не покой, а бесконечная, изматывающая война за право остаться людьми в телах, которые всё больше превращались в оружие.

Виктор подошел к Ирине, и дотронулся до её плеча. Его металлические пальцы оставили легкую вибрацию на её доспехах.

— Мы будем уставать, — сказал он тихо, чтобы слышала только она. — Но мы не умрем. По крайней мере, пока есть браслеты. Я просчитал: каждое усиление увеличивает нашу выносливость на пятнадцать процентов. С каждой победой мы становимся сильнее.

— А что насчет человечности? — спросила Ирина. — С каждым усилием я всё больше чувствую себя машиной. Крылья перестали болеть, но я перестала чувствовать ветер. Я чувствую только давление.

Виктор молчал. Он не знал ответа.

На горизонте, где раньше висела багровая трещина, теперь сияла маленькая, белая точка. Она была далеко, но она росла. Это не было солнцем. Это был его портал, который начинал формироваться.

— Тридцать дней прошли, — сказал Константин, заметив это. — Время вышло. Вставайте.

Они поднялись. Алексей, держа в руках книгу, поправил свой камзол. Максим, снова закрутив шуруп на ноге, встал в стойку. Денис, пряча тень за спину, шагнул вперед. Ирина расправила крылья. Виктор сжал кулаки. Константин натянул противогаз.

Земля под ними начала вибрировать. Браслеты засветились синим. Их тела начали растворяться в воздухе, превращаясь в снопы светящихся частиц.

Местные жители, увидев это, упали на колени. Они молились. Они плакали. Но герои уже не слышали их.

Следующий мир ждал.

И в этом мире не было ни ветра, ни солнца. Только холод, тьма и новая, изощренная ловушка, которую Богиня готовила для них уже сейчас.

---

Конец второй главы.

Глава 3

Глава 3. Холод, в котором нет имён

Перемещение было беззвучным, но отнюдь не безболезненным.

Ирина не почувствовала, как её тело распалось на частицы. Она ощутила лишь резкий, пронзительный холод, проникший сквозь серебряные латы, – холод, который не имел ничего общего с зимой или ветром. Это была пустота, высасывающая тепло из самого нутра. Ей показалось, что её душу разобрали на атомы и собрали заново в обратном порядке, причём сборщик ошибся на пару миллиметров. Когда она открыла глаза, мир качался.

Она стояла на чём-то вязком, напоминающем грязь, но цвета густой, застывшей крови. Над головой не было неба. Вместо него простирался бесконечный, зеркально-гладкий потолок из чёрного льда, в котором отражались искажённые силуэты окружающих. Света не было, но они видели всё: каждый предмет, каждую трещину на этом ледяном своде излучал слабое, болезненное фиолетовое свечение.

— Где мы? — прошептал Алексей, и его голос ударился о стены, многократно отразившись. Эхо было странным, плоским, словно звук терял энергию, впитываясь в поверхности.

— Мы под землёй, — ответил Константин, первым пришедший в себя. Следователь уже натянул противогаз, но даже сквозь стекла было видно, как его глаза лихорадочно сканируют пространство. — Огромная пещера. Судя по отражению, свод находится на высоте около двухсот метров.

— Двести метров? — переспросил Максим, поднимая бластеры. Его красная броня покрылась тонкой коркой инея, который моментально начал таять, превращаясь в пар, стоило ему пошевелиться. — Это же целый собор! И как мы будем искать осколок в такой дыре?

— Браслеты, — напомнил Виктор. Золотой андроид стоял неподвижно, и на его металлической коже не было ни следа инея. Он был единственным, кого холод, казалось, не касался. — Браслеты укажут путь, но им нужно время, чтобы адаптироваться к новой среде.

Он поднял руку, и на запястье засветился голографический компас. Но вместо чёткой точки, указывающей на кристалл, на проекции пульсировало расплывчатое пятно. Виктор нахмурился (насколько это было возможно при его искусственном лице).

— Помехи, — констатировал он. — Здесь высокая концентрация какой-то энергии. Она глушит сигнал браслетов. Мы не можем определить точное местоположение осколка.

— Прекрасно, — выдохнул Денис, кутаясь в свою рваную мантию. Его тень, отбрасываемая фиолетовым светом, вела себя беспокойно: она растягивалась, сжималась, словно пыталась вырваться из-под его ног. — Месяц в пещере без карты. Чудесное начало.

Ирина провела рукой по стене, покрытой инеем. Металлическая перчатка скользнула по гладкой поверхности, оставляя за собой тонкую полоску воды. Она поднесла пальцы к глазам. Жидкость была мутной, с красноватым отливом, и пахла железом.

— Это не вода, — тихо сказала она. — Это... похоже на разбавленную кровь. Или на что-то, что когда-то было кровью.

— Нам нужно найти укрытие, — резко оборвал Константин. — Мы не знаем, сколько времени у нас есть до того, как Богиня появится здесь. Браслеты не показывают её координаты, но она обязательно придёт. У нас есть максимум час, чтобы осмотреться.

Они двинулись вперёд, пробираясь через вязкую грязь, которая чавкала под ногами. Каждый шаг давался с трудом: грязь налипала на металлические подошвы, делая их тяжелее. Максим проклинал всё на свете, когда его левая нога застряла по колено, и ему пришлось использовать бластер как рычаг, чтобы вытащить себя.

— Я думал, в следующем мире будет нормальный пол, — буркнул он, отряхивая броню. — А тут какое-то болото. Скажи мне, что впереди есть сухое место, Виктор.

— Я не могу гарантировать, — ответил андроид, внимательно вглядываясь в темноту. — Но я вижу тепловые сигнатуры на расстоянии трёхсот метров. Там кто-то есть.

Они ускорили шаг, стараясь ступать осторожнее, чтобы не производить лишнего шума. Но тишина была обманчивой. Ирина услышала слабый, ритмичный звук, похожий на капанье воды, только более глухой. Она остановилась и прислушалась. Звук доносился сверху, с ледяного свода. Она подняла голову и увидела, как на одной из зеркальных плит медленно стекает тёмная, густая жидкость, которая застывает, не долетев до земли, превращаясь в тонкие, как волос, сосульки.

— Мы не одни, — прошептала она, схватившись за рукоять катаны.

Денис, шедший следом, внезапно замер. Его тень метнулась вперёд, словно указывая на что-то. Он поднял руку, и в его ладони зажглась фиолетовая искра, осветившая пространство.

В нескольких метрах от них стоял человек. Точнее, не совсем человек. Он был одет в тяжёлые, почерневшие от времени доспехи, но доспехи эти были повреждены: нагрудник расколот, шлем отсутствовал, и под ним открывалось изуродованное лицо с пустыми глазницами. Из темноты доносился тихий, мертвенный стон.

— Мёртвый? — спросил Максим, поднимая бластер.

— Нет, — ответил Денис, сжимая магию в кулаке. — Это не мертвец. Это... это высушенный. Он не дышит, но в нём есть жизнь. Маленькая, едва тлеющая. Его выпили.

Ирина поняла, что он имел в виду. Богиня уже была здесь. Может быть, она начала вытягивать осколок раньше, чем они прибыли. Может быть, этот человек был одним из тех, кто пытался защитить кристалл, и проиграл. Его тело не разложилось, оно просто... застыло. Засохло. Высохло изнутри.

— Он не опасен, — сказал Денис, опуская руку. — Но он — знак. Богиня начала процесс раньше, чем мы попали сюда. У нас осталось меньше тридцати дней. Может быть, всего двадцать пять.

Константин выругался сквозь фильтр противогаза:

— Значит, она адаптируется. В прошлый раз она ждала нас, а теперь она начала заранее. Мы должны действовать быстрее.

Они обошли иссушённое тело, стараясь не смотреть на пустые глазницы, и двинулись дальше. Через несколько минут они вышли к подножию огромной ледяной стены, которая уходила вверх, теряясь в темноте. Стена была покрыта замысловатыми узорами, похожими на письмена. Виктор подошёл ближе, провёл пальцами по бороздкам, и его глаза засветились интенсивнее.

— Это письменность, — сказал он. — Древняя. Но я могу частично дешифровать. Здесь сказано: «Та, что пьёт свет, не войдёт в храм, если его врата запечатаны кровью».

— Храм? — переспросил Алексей, поправляя рожки, которые начали зудеть от холода. — Осколок находится в храме?

— Судя по тексту, — кивнул Виктор. — Но чтобы войти, нам нужна кровь. И не просто кровь. Символы указывают на нечто, что названо «кровью творения». Вероятно, это сама сущность этого мира.

Ирина почувствовала, как её крылья рефлекторно расправились, когда она представила масштаб этой пещеры. Они, словно живые, искали опору в воздухе, но вокруг была лишь пустота. Она опустила их, стараясь не выдать раздражения.

— Мы не можем просто взять и вскрыть храм, — сказала она. — Нам нужно понять, как работает этот мир. Где местные жители? Где осколок? И, самое главное, где Богиня?

В этот момент земля дрогнула. Гул, низкий и угрожающий, прокатился под их ногами. Грязь на поверхности пошла рябью, и из глубокой трещины, которая внезапно открылась прямо перед ними, начал подниматься пар. Пар был тёплым, влажным, и от него пахло серой.

— Она начала, — процедил Константин, поднимая оружие. — Она не ждёт тридцать дней. Она пытается разрушить храм изнутри.

Они отступили назад, когда пар стал гуще, застилая обзор. Из-под земли начала вырываться низкочастотная вибрация, которая заставляла зубы стучать. Максим вскрикнул, когда его бластеры внезапно завибрировали в такт с этой вибрацией, и он едва не выронил их.

— Она глушит мою систему, — прохрипел он, пытаясь стабилизировать оружие. — Я не могу прицелиться!

— Держись! — крикнул Алексей, раскрывая книгу. Он попытался прочитать заклинание, но страницы вдруг начали покрываться инеем, и символы на них побледнели. — Моя магия не работает! Холод блокирует её!

Виктор поднял руки, и его золотое тело начало излучать мягкий, тёплый свет. Это был не просто свет — это было тепло, которое отталкивало пар и иней. Он создал вокруг них плотный купол, в котором вибрация стала слабее.

— У меня есть пятнадцать секунд, пока аккумулятор не упадёт до критического уровня, — сказал он, и в его голосе впервые послышалась механическая усталость. — Пятнадцать секунд, чтобы уйти отсюда. Быстро!

Константин бросился к ближайшему проёму в стене, который они не заметили раньше из-за инея. Проём был узким, но проходимым. Он махнул рукой:

— Все сюда! Ирина, прикрой нас!

Ирина выхватила катану и встала между остальными и трещиной, из которой продолжал извергаться пар. В парах начали вырисовываться очертания — нечеловеческие, вытянутые силуэты. Они двигались рывками, словно плыли в густой жидкости. Первый силуэт выступил из пелены: это была женщина с длинными волосами, но вместо глаз у неё были две тусклые, светящиеся точки, а из её рта, растянутого в неестественной улыбке, стекала та самая красная жидкость, что капала с потолка.

— Тварь! — заорал Максим, не дожидаясь команды. Он выстрелил из бластеров, и синие лучи прожгли фигуру насквозь, но та, распавшись на капли, тут же собралась заново, только теперь она была ближе.

— Они не умирают от выстрелов! — крикнул Денис, создавая в руке фиолетовый шар и швыряя его в силуэт. Шар взорвался, разбросав тени, но через мгновение они снова сгустились.

— Они — не материя, — поняла Ирина. — Это магия. Или порождение той, другой.

Она взмахнула катаной, рубя силуэт наискось, но её меч лишь рассекал пар, не причиняя вреда. И тут она вспомнила слова Виктора о «крови творения». Она выхватила из ножен не сам меч, а маленький кинжал, который был закреплён на поясе, и, не задумываясь, полоснула им по собственной руке — по металлической перчатке, которая, увы, не была плотью. Кровь не потекла, потому что под латами была сталь. Но она остро осознала: ей нужна не её кровь, а кровь того, кто создал этот храм. Или кровь, что течёт из стен.

Она подбежала к ближайшей ледяной стене, где капала жидкость, и подставила ладонь. Жидкость застывала на металле, превращаясь в твёрдый, кроваво-красный кристалл. Она сорвала его и швырнула в сторону силуэта. Кристалл ударил в плечо фигуры, и та пронзительно завизжала, разваливаясь на куски. Осколки рассыпались, оставляя на грязи лишь лужицы той же жидкости.

— Сработало! — крикнула Ирина. — Используйте кровь стен!

Константин схватил сосульку, которая свисала с потолка, и, не мешкая, метнул её в следующего силуэта. Тот исчез в шипящем облаке. Алексей последовал его примеру, но его рожки снова задели низкую арку проёма, и он больно ударился макушкой. Искры посыпались из глаз, он пошатнулся, но успел бросить сосульку в третью фигуру.

— В проём! — скомандовал Константин, и они один за другим нырнули в узкую расщелину. Ирина шла последней, на ходу срывая сосульки и швыряя их в надвигающиеся тени.

За ними захлопнулась лёгкая, но прочная ледяная дверь, которая, казалось, закрылась сама собой. Они оказались в узком, извилистом коридоре, стены которого были покрыты мерцающими узорами. Здесь было теплее, чем снаружи, и дышать становилось легче. Виктор опустил руки, и его золотой свет погас.

— У нас есть десять минут, — сказал он, переводя дыхание (если это можно было так назвать). — Эта комната временно изолирует нас от её сигнала. Но как только я восстановлюсь, нам нужно будет выйти.

— Что это была за хрень? — Максим тяжело опёрся на стену, его красная броня была покрыта царапинами. — Они были как... как призраки, только мокрые. Я никогда не видел такого в играх.

— Это не игры, — резко оборвал его Денис. Его тень дрожала, и он пытался успокоить её, прижав руку к груди. — Это магия, основанная на вытягивании жизненной силы. Богиня не просто высасывает кристалл, она высасывает всё, что соприкасается с её энергией. Эти существа — её отражения. Они — эхо людей, которых она уже убила.

Алексей опустился на колени, держась за голову. Его рожки, казалось, стали меньше, но он жаловался на шум в ушах.

— Я не могу, — прошептал он. — Моя магия исчезает. Я не могу открыть книгу. Каждая страница покрыта льдом. Что, если в следующем мире будет ещё хуже? Что, если мы слабеем?

— Мы не слабеем, — твёрдо сказал Константин. — Мы адаптируемся. И наша задача — найти этот храм и защитить осколок. В прошлый раз у нас был месяц, и мы выдержали. Здесь ситуация хуже: она начала раньше, значит, у нас меньше времени. Но мы справимся.

Он подошёл к Виктору и посмотрел на его наручный браслет. Тот всё ещё показывал размытое пятно, но оно стало более чётким.

— Храм должен быть в центре пещеры, — сказал Виктор. — Но чтобы попасть туда, нам нужна «кровь творения». Я предполагаю, что это не просто метафора. Возможно, это сущность, которая хранит в себе силу этого мира. Или тот, кто его создал.

— Или тот, кто создал нас, — тихо добавила Ирина, поглаживая свои серебряные латы. — Тот бог из первого мира дал нам браслеты, но он ничего не сказал про этот мир. Может быть, этот мир тоже имеет своего хранителя. И этот хранитель мог быть уничтожен Богиней, но его кровь осталась.

Она подошла к стене, провела рукой по мерцающим узорам. На одном из них она заметила изображение огромного глаза, заключённого в круг. Глаз был закрыт. Она нажала на него пальцем, и узор начал светиться ярче, постепенно открывая проход.

— Похоже, я что-то нашла, — сказала она.

Проход вёл в огромный зал, потолок которого терялся в темноте. В центре зала возвышался алтарь, выточенный из цельного куска чёрного льда. На алтаре лежал кристалл, но он был не просто осколком Сферы. Он пульсировал, и вокруг него плавали мельчайшие капли той самой кроваво-красной жидкости.

Но самое страшное было не это. На алтаре, рядом с кристаллом, лежало тело. Это был человек — молодая девушка в белой, изорванной одежде. Её лицо было бледным, но она дышала. И в её груди, там, где должно было быть сердце, мерцал тот самый красный свет.

— Она жива, — ахнул Алексей. — И она держит кристалл?

— Она и есть кристалл, — медленно произнёс Виктор, сканируя её. — Концентрация энергии в её теле в сто раз выше, чем в обычном осколке. Богиня пытается вытянуть не просто камень, она пытается вытянуть жизненную силу этого человека. Она превратила её в живой сосуд.

— Чёрт, — выдохнул Максим. — Значит, мы должны вытащить кристалл из неё, но если мы это сделаем, она умрёт? Или если мы оставим её, Богиня будет продолжать вытягивать?

— Ни то, ни другое, — резко ответил Константин. — У нас нет выбора. Богиня придёт сюда, чтобы закончить процесс. Наша задача — отогнать её. Но чтобы сделать это, нам нужно соединить наши браслеты с этим живым сосудом. Тогда мы сможем вышвырнуть Богиню, а девушка, возможно, останется жива.

— Возможно? — переспросил Денис, сжимая кулаки. — Ты предлагаешь рискнуть её жизнью ради нашего спасения?

— Я предлагаю рискнуть, — твёрдо ответил Константин, — потому что если мы не сделаем этого, Богиня выпьет весь этот мир, а девушка умрёт в любом случае. По крайней мере, у нас есть шанс.

Девушка на алтаре открыла глаза. Они были такими же красными, как и кристалл в её груди. Она посмотрела на них с ужасом и надеждой одновременно. Её губы шевельнулись, но вместо голоса из её горла вырвался лишь едва слышный хрип. Ирина подошла ближе и наклонилась над ней.

— Мы поможем тебе, — прошептала она, сжимая холодную руку девушки в своей металлической перчатке. — Как тебя зовут?

Девушка с трудом произнесла одно слово:

— Лисса.

Снаружи донёсся глухой удар. Земля снова дрогнула. Лёд на стенах начал покрываться трещинами. Богиня прорывалась к ним.

— У нас есть минута, — сказал Виктор, поднимая запястье, на котором горел браслет. — Мы должны активировать браслеты одновременно, соприкоснувшись с кристаллом в её груди. Это запустит процесс изгнания. Но для этого нам нужно встать в круг.

Они окружили алтарь. Ирина держала руку девушки, Алексей прикоснулся к её плечу, Максим — к ноге, Денис, Константин и Виктор замкнули круг. Браслеты начали светиться, их свет переливался от серебряного к фиолетовому, затем к красному. Энергия, собранная за несколько мгновений, потекла по их телам, как электричество, заставляя мышцы судорожно сокращаться и заставляя скрежетать зубы.

Ирина почувствовала, как её внутреннее тепло — её душа, её суть — вырывается наружу через кончики пальцев. Это было больно, до боли реально. Она чувствовала, что её тело — металл, кость, плоть — становится всего лишь проводником для той огромной силы, которую они собирали.

Лисса вскрикнула, и из её груди вырвался луч красного света, соединившийся с их энергией. Потолок зала разлетелся на куски, открывая небо — точнее, ту самую зеркальную пещеру, по которой ползли трещины. В центре трещин, нависая над ними, стояла Богиня. Она была не такой, как в первый раз. Она стала крупнее, её тело было соткано из тех самых кровавых капель, и в её глазах горели два чёрных солнца.

— Вы не остановите меня, — прогрохотал её голос, эхом отдаваясь в каждой стене. — Этот сосуд принадлежит мне.

— Нет, — крикнул Константин, и его голос перекрыл гул. — Этот мир принадлежит тем, кто живёт в нём. И мы — его защита.

Он сжал кулак, и браслет на его руке загорелся ослепительным белым светом. Остальные последовали его примеру. Шестеро светящихся лучей, наконец, соединились в один, пронзивший Богиню насквозь. Она взвыла — звук был настолько мощным, что у Ирины заложило уши, и на миг она потеряла связь с реальностью. Но она не отпустила руку Лиссы.

Богиня начала рассыпаться, как песок под ветром. Её тело распадалось на тысячи капель, которые падали вниз и впитывались в лёд, оставляя на нём тёмные, пульсирующие пятна. С каждым мгновением она становилась всё меньше, пока не исчезла полностью, оставив лишь пустоту. Лёд над их головами начал таять, и в образовавшемся разрыве показалось настоящее небо — голубое, с редкими облаками. Они вернулись на поверхность.

Лисса тяжело вздохнула. Кристалл в её груди погас, перестав пульсировать. Она открыла глаза, на этот раз — зелёные, нормальные. Ирина с ужасом увидела, что на месте кристалла у неё осталась лишь небольшая серебристая отметина.

— Я жива, — прошептала Лисса, и слёзы потекли по её щекам. — Вы спасли меня.

Они стояли на зелёной траве, под настоящим солнцем. Вокруг не было ни пещер, ни льда — только небольшой холм, на котором возвышался разрушенный, поросший мхом храм. Осколок, который они защитили, бесследно исчез, но Ирина знала: он вернулся в своё исконное место. Богиня была изгнана из этого мира навсегда.

Но радость была недолгой. Как только они выдохнули, браслеты на их запястьях снова завибрировали. Виктор поднял руку, глядя на пульсирующий компас.

— Она ушла, — сказал он. — Но она восстанавливает силы. У нас тридцать дней, и браслеты автоматически переместят нас туда, где она появится в следующий раз.

— Тридцать дней, — эхом повторил Максим, глядя на небо. — И снова в бой. Снова неизвестность.

Лисса встала с земли и, несмотря на свою слабость, подошла к ним. Она сняла с себя небольшой амулет в виде глаза, который висел у неё на шее, и протянула его Ирине.

— Возьмите, — сказала она. — Это не просто украшение. Это моя благодарность. В нём осталась частица моей силы, моей «крови творения». Вам она понадобится.

Ирина взяла амулет. Металл был тёплым, и она почувствовала, как от него исходит лёгкий, успокаивающий импульс. Она повесила его себе на шею, поверх серебряных лат.

— Спасибо, Лисса. Береги себя.

— Берегите себя вы, — ответила девушка. — Хранители миров. Вы те, о ком слагают легенды.

Они улыбнулись ей, и в тот же миг их тела начали растворяться в воздухе. Виктор, Константин, Максим, Алексей, Денис и Ирина — они ощутили, как их подхватывает новая волна перемещения. На этот раз она была мягче, будто браслеты, обогащённые энергией Лиссы, давали им чуть больше времени для прощания.

Но мир уже таял, и перед ними открывалась новая бесконечность.

— Мы идём, — сказал Константин, когда их фигуры окончательно распались на свет.

Они ушли в неизвестность, зная, что впереди — девятьсот девяносто восемь таких же битв, девятьсот девяносто восемь миров, где им предстоит не просто сражаться, но и снова страдать от собственных неудобных тел, от боли, от голода, от непрерывного давления. Но они шли. Потому что другого выхода не было.

И в этой решимости, в этом молчаливом принятии своей участи, они становились сильнее. Усиление, которое они получили после этого мира, не было лишь внешним: у Виктора улучшилась вычислительная мощность, у Ирины крылья стали легче, у Максима — точнее прицел. Но главное усиление было внутри них. Они начинали верить в себя.

И это было страшнее любого врага.

Конец третьей главы.

Глава 4

Глава 4. Феи, браслеты и пыльца

Перемещение на этот раз было неожиданно мягким. Вместо ледяного холода и вязкой грязи Ирина почувствовала, как её тело окутывает тёплый, густой воздух, пахнущий цветами и чем-то сладким, напоминающим карамель. Она открыла глаза и чуть не ослепла. Вокруг было невероятно ярко. Солнце светило с безоблачного лазурного неба, трава под ногами была изумрудно-зелёной, а над головой, на ветвях невысоких деревьев, порхали крошечные, переливающиеся всеми цветами радуги существа, похожие на бабочек, но с крошечными личиками.

— Это что... — прошептал Максим, оглядываясь. Он стоял по колено в высокой траве, и его красная броня казалась чужеродным пятном среди этого райского пейзажа. — Это же... феи? Я вижу фей? Серьёзно?

Алексей, который приземлился рядом, замер с открытым ртом. Его демонические рожки, до этого момента мрачные и острые, вдруг слегка порозовели. Он поднял руку, чтобы потрогать одну из бабочек, но та ловко увернулась и села ему на кончик носа.

— Господи, — выдохнул он. — Я смотрел этот мультик в детстве. По субботам утром. «Клуб Винкс». Думал, это просто сказка.

— Мы в нём, — сухо констатировал Константин, натягивая противогаз. Он сделал шаг вперёд и осмотрелся. Прямо перед ними, за небольшим леском, виднелись высокие, изящные башни замка, выполненные в стиле, сочетающем готику и фэнтези. Здание было украшено светящимися кристаллами, и над его шпилями кружились стайки летающих фигур. — Алфея. Школа фей. Я помню её по картинкам.

— Это же просто, — фыркнул Денис, поправляя свою мантию. Его тень, однако, вела себя странно: она не тянулась по траве, а словно приподнималась, отражая яркие цвета. — Мультик для девочек. И мы должны защищать осколок в мире, где все ходят с крыльями и используют «магию любви»?

Виктор, чьё золотое тело отражало солнечные лучи, замер, глядя на свои запястья. Браслеты вели себя иначе: они не мигали красным или синим, а переливались всеми цветами радуги, словно впитав в себя атмосферу этого мира.

— Браслеты не показывают конкретную точку, — сказал он, нахмурившись. — Они размыты. Осколок здесь, но он не зафиксирован в пространстве. Возможно, он спрятан внутри какого-то магического объекта, или его защищает мощная иллюзия.

— Огненный цветок? — предположил Алексей, потирая подбородок. — В сериале была такая штука — Огненный Цветок. Блум, главная героиня, получила свои силы от него. Если осколок находится внутри цветка, мы не сможем просто подойти и взять его.

— Значит, нам нужно найти Блум, — твёрдо сказал Константин. — И её подруг. Местные жители знают о магии больше нас. Мы должны предупредить их о Богине.

Они двинулись в сторону замка, стараясь не производить много шума. Но это было трудно: Максим, чьи металлические подошвы оставляли глубокие следы в мягкой земле, постоянно спотыкался о корни, а Ирина, пытавшаяся сложить крылья компактнее, то и дело задевала ими низкие ветви, осыпая себя и спутников цветочной пыльцой.

— Я чувствую себя слоном в посудной лавке, — пробормотала она, отряхивая с плеча лепесток. — Здесь всё такое хрупкое и красивое, а я — железный монстр.

— Ты не монстр, — тихо сказал Денис, глядя в сторону. — Ты — защитник.

Они подошли к воротам Алфеи. Ворота были огромными, коваными, с узорами из листьев и звёзд. Над ними висел светящийся герб с изображением феникса. И тут же, из ниоткуда, перед ними появились три девушки.

Первая была с ярко-рыжими волосами, собранными в хвост, одетая в кожаный топ и шорты. Вторая — брюнетка с длинными волосами и строгим взглядом, в тёмно-синем платье. Третья — блондинка в розовом, с легкомысленным, но настороженным выражением лица.

— Вы кто? — спросила рыжая, складывая руки на груди. — Это территория школы Алфея. Вы не похожи на учениц.

Алексей, который до этого момента нервно перебирал книгу, вдруг выпрямился и сделал шаг вперёд. Он улыбнулся своей самой обаятельной, демонической улыбкой, которая, впрочем, выглядела немного пугающе на фоне яркого солнца.

— Привет, — сказал он. — Я Алексей. Я, честно говоря, фанат вашего шоу. Смотрел его лет в десять. Но мы здесь не для автографов. Мы — Хранители. И нам нужно поговорить с Блум.

Рыжая фея нахмурилась.

— Я Блум, — сказала она. — И если вы не объясните, что здесь делаете, я вызову стражей.

— Нет времени на объяснения, — жёстко перебил Константин, выходя вперёд. Он снял противогаз, показав лицо — усталое, с резкими чертами, но с ясными глазами. — Слушайте. У нас есть оружие, которое может отслеживать угрозу. Эта угроза — Богиня, которая собирает осколки Сферы Господства. Один из таких осколков спрятан в вашем мире. И она придёт за ним.

Блум переглянулась с подругами. Брюнетка — Стейси? Нет, Лейла, вспомнил Виктор — шагнула вперёд.

— Мы знаем, что такое угрозы, — сказала она. — Но откуда нам знать, что вы не посланники Трикс?

— Трикс? — переспросил Максим. — Те три ведьмы? Они здесь есть? Они враги?

— Имена, — тихо произнёс Виктор, сканируя пространство. — Я вижу тепловые следы на расстоянии километра. Четыре источника энергии. Они приближаются.

Блум обернулась. Вдалеке, над лесом, поднимались три тёмных вихря. Из них вылетели фигуры в чёрных плащах — Ици, Дарси и Сторми, известные Трикс, а также, что было неожиданно, их предводительница — Валтор, но в его глазах горел тот же багровый свет, что и у Богини.

— Она уже здесь, — прошептал Денис, и его тень взметнулась до небес, становясь чёрной, как бездна. — Она овладела местными злодеями.

Блум взмахнула рукой, и вокруг неё засветился огненный круг. Её подруги — Лейла, Муза, Текна, Флора и Стелла — тоже приготовились к бою. Но Трикс, управляемые Богиней, двигались неестественно быстро, их глаза горели пустотой.

— Они не просто одержимы, — сказал Виктор, активируя свой золотой жезл. — Они — марионетки. Их тела переполнены энергией Богини. Мы не сможем просто победить их магией — нужно разорвать связь.

— Как? — крикнула Блум, создавая огненный шар.

— Браслетами! — заорал Константин. — Все, в круг! Браслеты должны коснуться осколка, чтобы активировать изгнание. Где он?

— В моём сердце, — ответила Блум, и её глаза вспыхнули. — Осколок Сферы — это я. Моя сила Огненного Цветка — это часть Сферы. Если вы коснётесь меня браслетами, вы изгоните Богиню из этого мира. Но для этого вы должны защитить меня, пока я буду концентрироваться.

— Время, — резко сказал Константин. — У нас есть месяц, чтобы защитить тебя. Но Богиня уже здесь. Значит, месяц сжимается до часов. Выход — немедленная атака.

Они встали вокруг Блум. Лейла, Муза, Текна, Флора и Стелла заняли оборону, создавая щиты из воды, звука, света, природы и магии. Но Трикс, ведомые Богиней, прорывались сквозь заслон, их атаки были бешенными, хаотичными.

Ирина выхватила катану, и её серебряные крылья распахнулись, ослепительно сверкнув на солнце. Она взлетела, атакуя Сторми сверху, но та просто рассыпалась в туман и собралась снова.

— Их нельзя убить! — крикнула она.

— Сосредоточьтесь на Богине, — скомандовал Виктор. — Она внутри них. Браслеты должны коснуться Блум.

Алексей, не теряя времени, раскрыл свою книгу. На этот раз страницы не покрылись льдом — наоборот, они засветились тёплым оранжевым светом, словно подпитываясь от энергии этого мира. Он прочитал заклинание, и из книги вырвались золотые цепи, которые оплели Ици и Дарси, временно обездвижив их.

— У нас есть минута! — крикнул он, сжимая книгу.

Константин подбежал к Блум и приложил свой браслет к её огненной ладони. Она вздрогнула, её глаза расширились. Виктор, Денис, Максим, Ирина и Алексей последовали его примеру, касаясь её браслетами. В тот же момент из всех шести браслетов вырвались лучи света, соединяясь в одну точку на груди Блум.

Богиня в теле Валтора взревела, разрывая пространство. Её голос эхом отразился от стен Алфеи:

— Вы не сможете удержать меня! Этот мир — мой!

Но Блум, сконцентрировавшись, выпустила из себя мощный поток огня, который, смешавшись с энергией браслетов, ударил в фигуру Валтора. Валтор рассыпался, и из его останков вырвалась призрачная рука Богини. Она попыталась схватить Блум, но браслеты уже завершили круг. Белый взрыв, тишина, и Богиня исчезла, оставив лишь звон в ушах и лёгкий запах озона.

Алфея снова стала тихой и мирной. Трикс, освободившись от контроля, без сил лежали на земле, а местные феи окружили героев, аплодируя.

Но Блум не смотрела на них. Она смотрела на браслеты на руках шестерых странников, и в её глазах была благодарность и печаль.

— Вы знаете, — тихо сказала она, — что я чувствую вашу усталость. Не только тела, но и души. Вы путешествуете по мирам, спасая их, и вам негде остановиться.

Ирина опустила крылья и подошла к Блум. Она взяла её за руку.

— Мы делаем это, потому что должны, — сказала она. — Но ты — первая, кто увидел нас по-настоящему.

Блум улыбнулась и сняла с шеи кулон в виде Огненного Цветка. Она вложила его в ладонь Ирины.

— Это не просто кулон. Это частица моей силы. Возьмите её. Возможно, она поможет вам в следующем мире.

Ирина сжала кулон, чувствуя, как тепло разливается по металлической перчатке. Браслеты зажглись ярким зелёным светом — сигнал, что они снова готовы к прыжку.

Максим вздохнул и похлопал по плечу Алексея.

— Эй, театрал, в следующем мире будет что-то типа твоих пьес? Или опять болото?

— Не знаю, — улыбнулся Алексей. — Но у нас есть кулон, у нас есть усиление, и у нас есть мы.

Браслеты замигали, и их тела начали растворяться в свете, оставляя за собой только тишину и благодарные взгляды фей.

В следующее мгновение они ощутили холод, ветер и запах моря. Перед ними раскинулся океан, на горизонте виднелись скалы, а на небе собирались тучи.

— Новый мир, — тихо сказал Константин. — И новая битва.

Они смотрели на горизонт, зная, что впереди — бесконечность, но теперь в их руках была не только сталь и магия, но и свет, подаренный тем, кого они защитили.

И они пошли вперёд. К неизвестности.

Конец четвёртой главы.

Глава 5

Глава 5. Талисманы и пепел

Перемещение на этот раз напоминало падение. Не мягкое, как в мире фей, а резкое, стремительное, с ощущением, что их тела выворачивают наизнанку и снова собирают на лету. Ирина в последний момент успела сгруппироваться, прижав крылья к спине, чтобы не переломать их о невидимые препятствия. Когда её ноги коснулись твёрдой поверхности, она пошатнулась и чуть не упала, но Максим подхватил её за плечо.

— Ты как? — спросил он, тяжело дыша. Его красная броня покрылась мелкими каплями влаги — в этом мире было влажно и душно.

— Нормально, — ответила Ирина, расправляя крылья. Они на мгновение засветились серебром, отражая тусклый свет уличных фонарей.

Они стояли на крыше высокого здания. Внизу простирался огромный, шумный город — небоскрёбы, неоновые вывески, поток машин на магистралях. Вдалеке виднелась река, разделяющая город на две части. Знакомые очертания, знакомый силуэт моста — это был Сан-Франциско, узнаваемый по многочисленным фильмам и сериалам.

— Мы в Сан-Франциско, — сказал Виктор, сканируя местность. — Наше время — ночь, примерно 10 часов вечера. Браслеты показывают осколок в радиусе двух километров, но сигнал слабый. Возможно, он экранируется какой-то магией.

— Я знаю это место, — неожиданно произнёс Алексей, прищурившись. Он смотрел вниз на старинное здание с башенками, освещённое прожекторами. — Это же музей! В мультфильме про Джека Чана там часто проходят битвы за талисманы.

— Джек Чан? — переспросил Денис, кутаясь в мантию. Его тень, как всегда, вела себя беспокойно, вытягиваясь в сторону башен. — Тот самый, где демоны запечатаны в талисманах?

— Именно, — подтвердил Алексей. — Демоны стихий: Луны, Земли, Горы, Воды… Если Богиня здесь, она наверняка уже освободила их и подчинила себе. Нам нужно найти Джека и его команду.

Константин уже натянул противогаз, но его глаза лихорадочно сканировали улицы внизу.

— У нас нет времени на экскурсии, — резко сказал он. — Спускаемся. Ирина, ты можешь спланировать нас? Это единственный быстрый способ.

Ирина кивнула. Она расправила крылья и, подхватив Максима и Константина под руки, шагнула вниз. Серебряные перья рассекали воздух, и через несколько секунд они уже стояли на тротуаре рядом с музейным входом. Алексей, Денис и Виктор спустились следом: андроид просто спрыгнул, амортизируя удар своими золотыми ногами, Алексей использовал заклинание левитации, а Денис просто растворился в тени и материализовался уже внизу.

Музей был закрыт, но из его окон пробивался тусклый свет. Внутри явно кто-то был. Ирина подошла к тяжёлым дубовым дверям и обнаружила, что они не заперты — просто приоткрыты.

— Осторожно, — прошептал Константин, первым проскользнув внутрь.

Внутри музея царил хаос. Витрины были разбиты, экспонаты разбросаны по полу, а в центре большого зала, окружённого статуями древних воинов, стояли четверо знакомых фигур. Первый — высокий, крепкий мужчина в черной куртке с красными вставками, с короткой стрижкой и решительным взглядом. Рядом с ним — маленькая девочка с чёрными волосами, собранными в хвостик, в зелёной куртке. Чуть поодаль стоял пожилой китаец в традиционном халате, с длинной бородой и острым, проницательным взглядом. И ещё один — сутулый, нервный мужчина в костюме, который явно пытался спрятаться за колонной.

— Джек Чан, — выдохнул Алексей. — Джейд, дядя и… похоже, Валмонт? Они все здесь.

Джек Чан, заметив странную компанию, сразу же принял боевую стойку.

— Кто вы? — резко спросил он. — Если вы пришли за талисманами, то опоздали. Они уже у нас.

— Мы не за талисманами, — быстро сказал Константин, поднимая руки. — Мы — Хранители. Нам нужно поговорить с вами о гораздо более серьёзной угрозе.

— Хранители? — переспросила Джейд, выходя вперёд. — Звучит как-то по-дурацки. А вы не похожи на людей, которые могут что-то охранять. У вас броня, крылья… Вы вообще кто?

Ирина опустила крылья и сделала шаг вперёд. Она видела, что местные жители напуганы и насторожены, но времени на дипломатию не было.

— Мы прибыли из другого мира, — сказала она. — Богиня, которая хочет уничтожить мультивселенную, сейчас находится здесь. Она уже захватила ваших демонов — Демона Луны, Земли, Горы и Воды. Они — её марионетки.

Дядя, который до этого момента молчал, внезапно шагнул вперёд, вглядываясь в лица странников. Его глаза сузились.

— Демоны освобождены? — спросил он глубоким, скрипучим голосом. — Это невозможно. Талисманы запечатаны в храме. Я сам их охранял.

— Богиня сильнее любых талисманов, — ответил Виктор, поднимая руку с браслетом. — Посмотрите на это.

Браслет засветился, и на его поверхности появилась голограмма — карта города, на которой пульсировали четыре красные точки. Они двигались, сближаясь с музеем.

— Они идут сюда, — сказал Виктор. — Очень быстро.

Здание содрогнулось. Где-то вдалеке раздался низкий гул, похожий на раскат грома. Джеки, нахмурившись, повернулся к двери.

— Приготовьтесь, — сказал он. — Джейд, держись ближе. Дядя, талисманы у тебя?

— Все четыре, — ответил старик, вытаскивая из кармана халата четыре светящихся камня: один синий, один зелёный, один коричневый и один красный. — Но они не реагируют на меня. Что-то блокирует их силу.

— Это Богиня, — сказал Денис, его тень заколыхалась, как живая. — Она подавляет магию талисманов, но сама использует их как якорь для контроля над демонами. Нам нужно разорвать эту связь.

Дверь музея с грохотом вылетела из петель. В проёме возникла огромная фигура — Демон Земли, покрытый камнем и мхом, с глазами, горящими багровым светом. За ним следовал Демон Луны — с бледной, почти прозрачной кожей, окружённый туманной аурой, которая гасила любой свет. Следом пришли Демон Горы — высокий, с плечами, как скалы, и Демон Воды — переливающийся, словно состоящий из жидкого стекла.

Их глаза были пустыми, лишёнными разума — только холодное, чужое пламя Богини.

— Встать в круг! — скомандовал Константин, выхватывая свой короткий меч. — Мы должны защитить талисманы и не дать им забрать их!

Джек Чан, несмотря на своё недоверие, сразу же встал в боевую стойку, готовый к бою. Джейд выхватила небольшой кинжал, а дядя сжал в руках талисманы, пытаясь пробудить их силу. Валмонт отступил за колонну, но Ирина заметила, что он что-то прячет за спиной — возможно, ещё один талисман или ключ.

Первым атаковал Демон Земли. Он ударил кулаком по полу, и каменные плиты взлетели в воздух, обрушиваясь на них. Максим выстрелил из бластеров, но синие лучи отражались от каменной шкуры демона, не причиняя вреда.

— Он неуязвим для прямого урона! — крикнул Максим, уворачиваясь от летящих осколков.

— Браслеты! — вспомнил Алексей. — Мы должны прикоснуться к демонам браслетами, чтобы ослабить контроль Богини! Это как антидот!

— Но как нам подойти к ним? — крикнула Ирина, взлетая, чтобы избежать удара Демона Горы, который обрушил свой кулак на то место, где она стояла мгновение назад.

— Дядя, используй талисманы! — закричал Джек Чан. — Они ещё работают! Даже если Богиня подавляет их, мы можем усилить их нашей волей!

Дядя поднял талисманы над головой и начал читать древнюю мантру на китайском. Слова были резкими, ритмичными, и вскоре талисманы засветились. Зелёный — Демон Земли — заморгал, и тот на мгновение замер, словно его сознание боролось с контролем Богини.

— Сейчас! — крикнул Виктор. Он рванулся вперёд, его золотое тело сверкнуло, и он приложил свой браслет к руке Демона Земли. Браслет загорелся белым светом, и по телу демона пробежала судорога. Багровое свечение в его глазах погасло, сменившись естественным серым.

Демон Земли заморгал и удивлённо посмотрел на свои руки.

— Я… я снова могу мыслить, — сказал он хрипло. — Она… она сломала меня.

— Отлично, — сказал Константин. — Ещё трое.

Демон Луны, увидев, что его товарищ освободился, взвыл и начал создавать волны тьмы, которые поглощали свет и лишали их возможности ориентироваться. В темноте Ирина слышала, как Демон Горы ломает колонны, а Демон Воды создаёт потоки воды, которые смывали всё на своём пути.

— Я не вижу ни черта! — заорал Максим, стреляя в пустоту.

— Используй интуицию, — сказал Денис. Его тень в темноте стала ещё более чёрной, и он начал двигаться, чувствуя демонов через их жизненные силы. — Вода! Слева!

Он выпустил фиолетовый шар, который осветил пространство на мгновение, и они увидели Демона Воды, который поднимал потоки воды, чтобы потопить их. Алексей раскрыл книгу и выкрикнул заклинание, создавая огненный барьер, который испарял воду, но Демон Горы обрушился на них сверху, и Виктору пришлось подставить плечо, чтобы принять удар.

— Я не выдержу долго! — крикнул Виктор, его золотая кожа начала покрываться трещинами.

— Дай мне талисман, дядя! — закричал Джек Чан, подбегая к старику. — Талисман Земли! Если я надену его, я смогу управлять камнем!

Дядя бросил ему зелёный талисман. Джек нацепил его на шею, и в тот же миг его тело окутало каменное свечение. Он взмахнул кулаком, и прямо перед Демоном Горы выросла каменная стена, которая остановила его удар.

— Теперь ты! — крикнул Джек. — Приложи свои браслеты!

Константин подскочил к Демону Горы, но тот отбросил его в сторону. Ирина взлетела, используя свои крылья, и спикировала сверху, прикладывая браслет к затылку демона. Белый свет пронзил его тело, и багровые глаза погасли. Демон Горы остановился, ошеломлённый.

— Четыре… — прошептал Демон Луны, пытаясь ускользнуть, но Денис, используя свою тень как якорь, удержал его на месте. Алексей, Максим и Виктор одновременно дотронулись до его тела браслетами, и он с воплем рухнул на пол, освобождаясь.

Остался Демон Воды. Он был быстрее других, он перетекал из формы в форму, и к нему нельзя было прикоснуться — он просто рассыпался на капли при контакте.

— Как его поймать? — крикнул Максим.

— Заморозь его! — крикнул Алексей. — Используй талисман Луны! Дядя, талисман Луны!

Дядя, который всё это время сжимал в руках оставшиеся талисманы, бросил синий талисман Алексею. Тот надел его, и в его руках возникла ледяная аура.

— Держи его! — закричал Алексей, выпуская из рук поток морозного воздуха, который начал сковывать воду Демона Воды. Тот пытался ускользнуть, но Ирина и Максим образовали вокруг него круг, а Виктор встал в центре, готовый прикоснуться браслетом.

Когда лёд сковал тело демона, Ирина приложила свой браслет к его ледяной груди. Браслет загорелся, и Демон Воды замер, его глаза стали чистыми, голубыми.

— Свобода… — прошептал он.

Все четыре демона стояли перед ними, освобождённые, но всё ещё слабые. Их тела были покрыты ранами, оставленными Богиней, но они дышали, они мыслили.

— Она скоро будет здесь, — сказал Демон Земли, глядя вверх. — Она чувствует, что мы вырвались. Она уничтожит всё, чтобы вернуть нас.

— У нас есть оружие, — сказал Константин, сжимая браслет. — Мы можем изгнать её из этого мира. Но нам нужен осколок Сферы. Где он?

Джек Чан, который всё это время держал талисман Земли, медленно подошёл к дяде.

— Дядя, — сказал он. — Ты говорил, что талисманы — это ключи к запечатыванию демонов. Но что, если один из талисманов — не просто ключ, а сам осколок?

Дядя нахмурился и посмотрел на красный талисман, который всё ещё держал в руке.

— Красный талисман, — сказал он. — Талисман Огня. Но его сила всегда была странной. Он не подчиняется ни одной стихии. Возможно, это… это и есть осколок.

Он протянул красный талисман Ирине. В её руке он засветился ярче, и Ирина почувствовала мощную пульсацию, исходящую от него.

— Да, — сказала она. — Это он.

В этот момент здание снова содрогнулось. С потолка посыпались осколки штукатурки, и в центре зала, из ниоткуда, начала материализовываться фигура Богини. Она была меньше, чем в прошлые разы, но её аура была в сто раз плотнее, словно она впитала энергию освобождённых демонов.

— Вы освободили моих рабов, — произнесла она холодным, безэмоциональным голосом. — Но осколок останется у меня.

— Нет, — сказал Константин, поднимая браслет. — Все вместе. Браслеты должны коснуться талисмана.

Они встали в круг, держа красный талисман в центре. Джек Чан, Джейд, дядя и демоны встали позади них, создавая дополнительный щит. Валмонт, который до этого момента прятался, наконец вышел вперёд и протянул им небольшой серебряный медальон.

— Возьмите, — сказал он. — Я пытался украсть его, но это — амулет, который усиливает любую магию. Используйте его.

Алексей взял медальон и закрепил его на своём браслете. Все шестеро коснулись талисмана, и их браслеты загорелись ослепительным светом. Красный талисман начал вибрировать, и из него вырвалась мощная волна энергии, которая, смешавшись с их силами, ударила прямо в Богиню.

Она взвыла. Её тело начало распадаться, как и в прошлые разы, но теперь она боролась яростнее. Она попыталась поглотить их энергию, но красный талисман, который был осколком, начал отторгать её. Демоны, освободившиеся от контроля, использовали свои силы, чтобы поддержать героев: Демон Земли создал вокруг них каменный купол, Демон Луны погасил свет, чтобы ослабить атаку Богини, Демон Горы своей силой удерживал землю от разрушения, а Демон Воды создал поток, который смывал её тёмные щупальца.

Богиня рассыпалась на части, испуская последний крик, и исчезла. Тишина. Свет померк. Красный талисман перестал светиться, и Ирина почувствовала, как он становится просто камнем. Но осколок был спасён.

— Мы сделали это, — выдохнул Максим, опуская бластеры.

Демоны, уставшие, но свободные, низко поклонились.

— Спасибо вам, — сказал Демон Земли. — Мы много лет были рабами. Теперь мы свободны. Мы уйдём в свои измерения, и больше не будем угрожать людям.

— И мы не допустим, чтобы Богиня вернулась, — добавил Демон Воды. — Этот мир будет защищён.

Джек Чан подошёл к ним и улыбнулся.

— Вы — самые странные спасатели, которых я когда-либо встречал, — сказал он. — Но спасибо вам.

Джейд подбежала к Ирине и протянула ей маленький брелок в виде дракона.

— Это на память, — сказала она. — Он не магический, но он всегда будет напоминать вам о том, что вы сделали.

Ирина сжала брелок, чувствуя, как тёплая энергия разливается по её металлической перчатке. Браслеты снова засветились — они готовились к перемещению.

— Прощайте, — сказал Константин, надевая противогаз. — Берегите этот мир.

Их тела начали растворяться в свете. Демоны, Джек, Джейд, дядя и Валмонт смотрели, как они исчезают, оставляя после себя лишь тишину и надежду.

Когда они открыли глаза, перед ними простирался новый мир — тёмный, холодный, с красным небом. Вдалеке виднелись руины замка, а вокруг веял ветер, приносящий запах серы.

— Куда теперь? — спросил Алексей, поправляя рожки.

— Не знаю, — ответил Виктор, глядя на браслеты, которые показывали новую точку. — Но мы идём.

И они пошли вперёд, в неизвестность, зная, что с каждым миром они становятся сильнее, а их связь — крепче.

Конец пятой главы.