Рутинный день

Глава 1

Открыв глаза, я посмотрел на потолок нашего с вожатой домика. Вытащив телефон из-под подушки, я взглянул на время. Полвосьмого утра. «Рановато я сегодня встал. Хотя вожатой уже нет на месте. Почему ей не спится с шести утра? Или во сколько она встаёт обычно?» Сев на край кровати, я потянулся. Линейка вроде бы должна быть через полчаса, если не позже, так что у меня есть время умыться и чем-нибудь заняться до утренней пропаганды от Ольги и рабской работы на целый день. Поднявшись и быстро одевшись, я взял мыльные принадлежности и пошёл к умывальникам.

Как всегда, ледяная вода нашего лагеря здорово бодрит ранним утром. Правда, чистить зубы в такой воде проблематично. «Как будто в армии или снова в универе». В таких заведениях всегда нет горячей воды. И почему в «Совёнке» не установили котельную, чтобы у пионеров была тёплая вода, а не только в столовой? А то скоро будем ходить в баню и просить Банника греть нам воду в умывальниках за пожертвования. — Ты сегодня необычно рано. Обернувшись, я увидел Славю в спортивном костюме. С неё ручьями стекал пот, форма насквозь промокла, и от этого… «Главное сейчас случайно не посмотреть…»

— Ну… да… Сам удивляюсь, почему так рано встал. А ты во сколько встаёшь? С тебя прямо течёт.

— Да я, как и вожатая, в шесть поднимаюсь и почти сразу иду на пробежку. «Значит, я оказался прав: вожатая встаёт чуть ли не с первыми лучами солнца. Стоп! Славя, бегала полтора часа?! Ничего себе дыхалка и выносливость! Да она в этом может почти с Ульянкой сравниться».

— Я удивлён тобой, Славя. Я бы так не смог. Неудивительно, что ты зам вожатой.

— Хочешь, чтобы я покраснела? Славя, мило хихикнула и улыбнулась. Эта девушка — милейший человек. Если кто-то на ней женится, ему очень повезёт. Но этим человеком буду не я. Закончив умываться и попрощавшись со Славей, я неспешно возвращался к домику, наслаждаясь тишиной и утренней прохладой. Не так уж и плохо рано вставать — можно гулять по лагерю, пока не поднялись дети и две наши взрывные девчонки. Только я об этом подумал, как в спину неожиданно прилетело что-то, от чего я чуть не упал, а тут же чья-то женская рука схватила меня за шею, не давая свалиться.

— Что-то рановато ты гуляешь, соня. Решил заняться здоровым образом жизни?

— Ага… Ещё надеялся до линейки с тобой не пересекаться.

— Не смеши. Из-за Ульяны я всегда рано встаю. У этой ракеты топливо не кончается. Алиса отпустила мою шею и зашагала рядом.

— И зачем ты увязалась за мной? Ты же знаешь, что я живу в другом конце лагеря, да ещё и с Дмитриевной.

— Знаю. Просто мне нечем заняться. Да и я ничего такого не делала, чтобы наш зверь на меня орать начал.

Дальше мы шли молча. Как-то странно она себя ведёт с утра — необычно это для её характера. Обычно отпускает несколько колкостей в мой адрес или выдаёт типичную лагерную шуточку. А сейчас ведёт себя как прилежная пионерка. Закинув в тумбочку банные принадлежности, я поправил галстук и рубашку, чтобы Ольга Дмитриевна не придралась к неподобающему виду, после чего вышел на крыльцо.

Алиса, которая успела развалиться в шезлонге вожатой, вскочила, подошла ко мне, остановила и повернула к себе. — Слушай, Семён, ты умеешь играть на бас-гитаре? — Не сказал бы. Просто знаю пару аккордов и всё. А что? — Мне и Мику нужен гитарист для концерта в конце смены. Никто из старших отрядов не шарит в этом. Хоть на твоём уровне. — Алиса, это точно ты? Просить такого, как я, — не в твоём духе. — Если не хочешь, так и скажи, а не язви. Я ведь к тебе по серьёзному делу, а не по ерунде. — Я подумаю. После этого мы с Алисой пошли на площадь. У Генды уже собралось приличное количество пионеров, хотя и не все. Обведя взглядом толпу, я нашёл наших — они были в полном составе на нашем обычном месте. Подойдя к отряду, мы со всеми поздоровались и стали ждать вожатую. Через десять минут все пионеры были на площади, и примерно в это же время пришла Ольга Дмитриевна. Вожатая, как всегда, начала с патриотической речи о величии СССР и о том, каким должен быть прилежный пионер. Я слушал это вполуха, поскольку такой хернёй никогда не интересовался. Когда вожатая закончила речь, она приступила к раздаче поручений. Раздав задания остальным, Ольга обратилась ко мне: — Семён, а тебе сегодня нужно будет помочь на кухне. Им не хватает рук до обеда. Некоторые работники почему-то уехали ещё вчера вечером, а замена приедет только к обеду. Также ты должен помочь Жене в библиотеке — прибыла новая литература, и её нужно разложить по полкам. И последнее на сегодня — помощь Мику в музыкальном клубе. Ей нужно помочь с оборудованием.

После распределения задач на день объявили завтрак, и толпа пионеров двинулась к столовой. Сегодня в столовой, как всегда, куча народа — даже присесть негде. «Похоже, не будь вожатых, все пионеры только веселились и ели. Хотя в моё время так все обычно и делают, когда попадают в техникумы, колледжи и универы».

Взяв на раздаче завтрак, я быстро заметил свободное место, где пока никого не было, и, ускорив шаг, направился туда. Сегодня на завтрак была пшённая каша, две сосиски, варёное яйцо, пара стандартных бутербродов с маслом и чай. Не густо, как, впрочем, и все завтраки в учебных заведениях после распада Союза. Но хотя бы голодным до обеда не останусь.

За завтраком ко мне никто из отряда не подсел, поэтому я быстро прикончил еду, отнёс поднос и отправился на кухню помогать. Первым поручением от поварихи был вынос мусора. После приготовления завтрака его накопилось достаточно, так что мне пришлось таскать ведра в два захода. После мусора меня посадили чистить картошку для обеда. К этому времени столовая уже опустела, так что в основном я работал в тишине, нарушаемой лишь звуками готовки. «Как же скучно… Хотя это лучше, чем возиться с младшими отрядами или таскать что-то тяжёлое, надрывая спину».

К обеду моя работа на кухне уже завершилась. Приехала замена тем, кто непонятно почему уехал, а я даже не заметил, как столовая снова наполнилась голодными пионерами. В благодарность за проделанную работу поварихи налили мне борщ вместо рыбного супа, наложили побольше пюрешки и дали две котлеты. А ещё вместо компота налили кисель. Прямо царский пир для меня устроили. Думаю, Ольга теперь будет хотя бы называть меня прилежным пионером. Заняв свой любимый угол, я приступил к трапезе. — И чем ты такую роскошь заслужил? Подняв взгляд, я увидел, как возле меня с улыбкой «приземлилась» Алиса.

— За хорошо проделанную работу. — Ты? Хорошо поработал? Да не шути. Ты сам себе шнурки вряд ли завяжешь, не то, чтобы работу сделать.

— Считай как хочешь. Спорить с тобой смысла не вижу.

Я продолжал уплетать обед за обе щёки, пока Алиса ковырялась в своей тарелке. Когда обед был съеден и я, откинувшись на стул, попивал кисель, Алиса снова завела разговор: — Ну так что? Ты поможешь мне и Мику?

— Ладно, помогу. Всё равно мне особо нечем заняться сегодня, да и вечером я всё равно буду в музкружке.

— Хорошо, значит, после нашей очкастой зануды сразу иди к нам. Отнеся подносы, мы с Алисой вышли из столовой.

Попрощавшись, она пошла к Ульяне, которая вдали махала ей рукой, а я, вдохнув свежего воздуха, отправился дальше на своё советское поприще.

Оказавшись перед «хранилищем знаний», я тяжело вздохнул. Как же я не хотел туда заходить! Я чувствовал себя Бильбо, который решается войти в Одинокую гору, где спит Смауг и охраняет бесчисленные сокровища. Только вместо дракона у нас злая очкастая библиотекарша. «Ладно, выбора у меня всё равно нет…»

Войдя в библиотеку, я обнаружил Женю на её привычном месте. Только вот в её руках был какой-то журнал. Похоже, ей стало скучно ждать меня.

— Извините, гражданка начальница. Не потревожил ваш отдых?

Женя подняла на меня взгляд и посмотрела, как на дебила. Вполне в её духе. — Что такое? Хотела, чтобы я другим способом привлёк твоё внимание?

— Очень остроумно. У рыжих научился? Хотя неважно… Пошли.

Женя отвела меня к коробкам с книгами. Мы распределили, кто какие расставляет по полкам. Мне досталась детская литература, мемуары и история; Жене — романтические романы, проза и какая-то точная наука — не запомнил.

Разойдясь по своим проходам, мы стали расставлять книги. Пока я расставлял книги, мне вспомнилось детство — лет эдак с восьми до четырнадцати. В это время мама покупала многие из этих книг. Здесь были и «Приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна», «Тимур и его команда», «Белеет парус одинокий», различные «Повести и рассказы» и много другой литературы, которая, кажется, есть у всех детей девяностых и нулевых. А тут ещё и привычная местами патриотическая литература. Для моего времени это какая-то диковинка. Пережиток прошлого… совка. Прожив несколько дней в «Совёнке», я уже не могу пренебрежительно называть СССР «совком», как привык в двадцать первом веке. Слишком хорошо мне здесь живётся. Вкусно ем, появились товарищи, наконец-то стал приносить пользу хотя бы кому-то, а не быть индивидуалистом, который не понимает, зачем помогать другим. Хотя такие люди есть и тут, но их меньшинство. Здесь же каждый друг другу — друг, товарищ и брат. Где уделяют время помощи другим не только в мелочах, но и в серьёзных делах. По крайней мере, пытаются. Разбирая книги, я решил поговорить с Женей — а то как-то скучно.

— Слушай, Жень, а Электроник к тебе сегодня заходил? А то он уже который день добивается твоего внимания.

— Тебе-то что до этого? — Да мне просто интересно. Парень ведь хороший: умный, усердный, может по дому помочь, поддержать и всё такое. Я услышал, как Женя вздохнула, и вскоре снова заговорила: — Так-то оно так, но это не мой тип. Да и он слишком сильно навязывается. Если бы так усердно не вёл эти ухаживания, я бы ещё подумала, а так…

Девушка не завершила предложение и замолчала, продолжая раскладывать книги. Похоже, она сомневается: стоит ли так резко отвергать Сыроежкина или нужно смягчиться и дать ему шанс? Через час мы уже расставили все книги по полкам. Поблагодарив меня за работу, Женя проводила меня из библиотеки.

Перед тем как пойти к Мику в музклуб, я решил прогуляться до площади. На площади бегала ребятня, играя и крича. Улыбаясь, я сел на скамейку и стал наблюдать за происходящим. Я словно вернулся в детство — в свой двор, где мы с пацанами так же играли и бегали. Как и все мальчишки, мы попадали в те ещё передряги: случайно разбивали окно или царапали чужую машину, после чего получали нагоняй от пострадавших, а потом дома — и от родителей. И как же мы тогда жили…

— Тунеядствуем?

Неожиданное появление Слави заставило меня вздрогнуть. Но, похоже, девушка этого не заметила. Наша лагерная хранительница славянских традиций грациозно приземлилась рядом на скамейку и потянулась. Сейчас она напомнила мне героиню одного аниме. Та тоже носила косички — пусть и не настолько длинные — и дружила с парнем, который по телосложению и замкнутости напоминал меня. Только нашей Славе не хватает очков.

— Да нет, просто отдыхаю перед последним рывком.

— Да ничего страшного. Я тоже иногда отдыхаю от работы. Мы ведь не роботы.

Славя, улыбнулась и перевела взгляд на играющих ребятишек. Эта девушка всё больше и больше удивляет меня. Она будто может найти подход к любому.

— Знаешь, мне нравится здесь, в «Совёнке». Это место очень умиротворяет. Даже Алиса и Ульяна этому не мешают, а только добавляют красок. Из-за этого даже домой, в Ленинград, не хочется — в эти холодные края.

— Правда, это прямо райское место, где проблемы внешнего мира исчезают и думать ни о чём не хочется. Хочется просто жить и наслаждаться спокойствием и неторопливой работой.

— Верно…

Славя, замолчала, продолжая смотреть на ребятню.

Спустя несколько минут я встал: — Ладно, я, пожалуй, пойду. Мику в клубе ещё нужно помочь.

— Хорошо. До скорого.

От площади до музкружка было недалеко, и вот я уже стучал в дверь клуба.

— Да-да, войди!

Открыв дверь, я вошёл в обитель музыки и самого болтливого члена нашего отряда. К моему удивлению, Алиса и Мику спокойно сидели и пили чай. «Это точно наша рыжая бестия и девочка-оркестр?»

— Чего стоишь, рыцарь? Иди к нам.

— Ну… эм… я как бы пришёл вам помогать с оборудованием.

— А мы здесь уже управились, — неожиданно вмешалась в наш диалог Мику. И почему она не сделала это раньше?

— Точнее, Алиса сумела убедить Шурика и Электроника нам помочь.

— Поняяяятно… — протянул я и сразу же подумал о том, как Двачевская убедила бедных кибернетиков помочь с оборудованием.

— А для меня чай остался?

— Конечно, остался, недотёпа ты наш. Садись за наш скромный стол.

Пусть Алиса и напоминает мне по манере общения гопников или другой подобный контингент, но её речь в таком духе гораздо приятнее, чем у настоящих низов общества. Взяв один из стульев, я придвинул его к столу и сел. Как только я устроился, передо мной появилась кружка, куда Мику сразу же налила чай.

— Немного ли ты сегодня ешь?

— Для меня в самый раз. Да и разве ты хочешь, чтобы я был худым?

— Толстым ты будешь выглядеть не менее стрёмно.

— Ну спасибо, Алиса, теперь я безутешно буду плакать в подушку сегодня ночью.

После этого мы все втроём хорошо посмеялись. Затем стали просто разговаривать, пить чай и есть бутерброды с конфетами. Ощущение было хорошим — как будто всё, так и должно быть, как будто моего реального мира, где я задрот-затворник, не существует, и вся та жизнь была иллюзией, а эта — правда. После перекуса Алиса и Мику начали учить меня играть на бас-гитаре. Пусть я давно не играл, но мышечная память осталась, поэтому я быстро приловчился — девочкам не пришлось мучиться со мной. Так мы провозились до ужина, после чего наша «святая троица» направилась в сторону столовой. Почему-то наша компания вызвала у меня ассоциацию с YouTube-творчеством Metal Family, хотя я этот мультсериал и не смотрел — только слышал о нём. В столовой мы уселись за один стол и стали тихо есть. Сегодня на ужин была гречка с рыбой и кукуруза, а из напитков — компот. Негустой ужин, как, впрочем, и вся здешняя еда. Хотя кому здесь жаловаться? Ужин в реальном мире не отличался изысками, и оставалось лишь молиться, чтобы цены даже на такие продукты не поднялись. Вот что значит: в современной России ты не живёшь, а выживаешь, а в СССР ты именно живёшь. После ужина мы разошлись — сегодня нам вместе уже нечем было заняться. Я решил отправиться в свой домик. Ольга Дмитриевна, как всегда, сидела в своём шезлонге и читала книгу. Интересно, что она каждый раз читает? Я решил проверить и незаметно подошёл поближе, чтобы посмотреть на обложку. «Теодор Драйзер, „Титан“. Это что ещё за книга такая? Я о ней даже не слышал».

— О, Семён! Ты уже здесь. Справился со всем?

— Да, Ольга Дмитриевна, все ваши поручения выполнены в лучшем виде!

— Вот и хорошо! Так и должен поступать прилежный пионер! Раз так, можешь отдыхать — на сегодня для тебя работы нет.

Получив разрешение, я вошёл в домик. Не зная, чем заняться, я лёг на кровать и решил тоже почитать. К счастью, в приложении для чтения на телефоне уже давно была загружена библиотека, и я выбрал одну из книг. Так время незаметно пролетело, и уже пора было ложиться спать. Удивительный, конечно, сегодня был день: я столько сделал, сколько за всё время после того, как съехал от родителей, не делал никогда. Спрятав телефон, как всегда, под подушку, я снял пионерскую форму, повесил её в шкаф и отправился на боковую. Только положив голову на подушку и закрыв глаза, я тут же предался во власть Морфея. Вот что делает постоянная работа и свежий воздух.