Рождение Империи

Глава 1. Выбор

Крики. Ее крики отдавались в его ушах. И он видел, нет — знал. Падме умирала. Боль затопила его с головой, и он… проснулся.

Перед глазами был знакомый потолок. Энакин лежал, чувствуя, как сердце бешено колотится, пульсируя кровью в висках. Наконец, дыхание немного выровнялось. Молодой мужчина легко встал, стараясь не потревожить жену, спящую рядом. И вышел на балкон.

Ночной воздух приятно охладил разгоряченное лицо. Энакин закрыл глаза, наслаждаясь прохладными прикосновениями лёгкого ветерка. Затем посмотрел вниз, на город, сверкающий разноцветными огнями.

Этот сон… теперь он был уверен, что это видение. Как тогда, с мамой. Как странно. Самые яркие видения — это смерть его близких. Мама умерла, хотя он и старался ее спасти. А Падме? Она тоже… он судорожно вздохнул, не решаясь додумать мысль.

Он взъерошил волосы и сжал пальцы, чувствуя шероховатость влажных прядей. Сейчас ему был просто необходим тактильный контакт.

— Эни? — опять. Падме снова проснулась и увидела, что его нет рядом. Энакин знал — она догадывается, что что-то не так. Его жена была очень умной. Ну да, сенатор все же. Он торопливо обернулся, опуская руку, и увидел, что она стоит в проёме.

— Падме? Почему ты не спишь? — голос немного сел. Скайуокер почувствовал, что больше так не может. Не может лгать ей.

— Я проснулась, — Амидала подошла к нему и мягко дотронулась до руки. — Эни, что происходит? Я ведь чувствую, что тебя что-то тревожит. Скажи мне, пожалуйста.

— У меня… было видение, — сдался он. — Ты умрёшь при родах.

— Энакин… — Падме все поняла сразу. Она еще помнила, как он переживал смерть матери. Она подошла ещё ближе и обняла мужа. — Не волнуйся, я буду в порядке. И разве видения всегда сбываются?

— У меня — всегда, — он ответил на объятия. Но сердце все ещё находилось в тисках тревоги. Ведь это было действительно так — абсолютно все его видения сбывались. Всегда.

— Не думай об этом, — по ее спине прошёл холодок от последних слов. Молодая женщина крепче обняла его, пытаясь убедить в первую очередь себя в том, что все будет хорошо.

Он не ответил. Они стояли так ещё полчаса, а потом вернулись в спальню. Но Энакин принял решение. Он должен больше узнать о Силе и о видениях будущего. И в этом ему мог помочь только один человек.

***

— Энакин, вот так сюрприз! Я не ждал тебя, — канцлер Палпатин улыбнулся молодому джедаю. Энакин склонил голову в уважительном поклоне.

— Господин канцлер, — он поднял голову и несколько мгновений смотрел на человека напротив. Может ли быть так, что он ошибается? Но узнать это придётся прямо сейчас… — Мне надо поговорить с вами. Конфиденциально.

— Конечно, — Палпатин понял. В его кабинете всегда велась запись — в целях безопасности. Но существовала одна возможность… — Иди за мной.

Одно нажатие незаметной кнопки на стенной панели — и часть стены скользнула в сторону. Палпатин зашёл первым. Джедай без колебаний последовал за ним. Ещё одно движение — и дверь закрылась за его спиной.

Энакин быстро огляделся. Комнатка была маленькой. Ну, оно и понятно — тайное помещение. Интересно, а кто еще знает об этом секрете?

— Я слушаю тебя, Энакин, — привлёк его внимание голос канцлера. Тот успел сесть на маленький диванчик у стены и теперь выжидающе смотрел на Скайуокера. Очень серьёзным взглядом.

— Канцлер… — юноша сцепил руки в замок за спиной, пытаясь сдержать нервную дрожь. То, что он собирался сказать, было слишком опасно. Но других вариантов не было. — Владыка Сидиус. Я хочу быть вашим учеником.

Тишина. Джедаю показалось, что она расходится волнами по маленькому помещению. Но все его внимание заняло выражение лица Палпатина. Мужчина напряжённо застыл, глядя на него. И это продолжалось… вечность?

— Почему? — резкий вопрос ударил не хуже хлыста. Палпатин сидел, не меняя позы. Но Энакину он показался хищником перед прыжком.

— Мне нужны знания. Знания о Силе. Джедаи… они не могут их дать. Потому я пришёл к вам, — он ответил прямо и честно, понимая, что сейчас решается его судьба.

— Слишком общий ответ, — но чувство опасности внезапно ушло. Канцлер ощутимо расслабился и откинулся на спинку дивана. — Какие знания тебе нужны?

— У меня было видение. Я не хочу допустить его исполнения. А в Храме есть только один ответ — смирись и позволь этому произойти, — Энакин слышал горечь в своем голосе. Перед мысленным взором снова встало лицо магистра Йоды, который и дал ему такой совет. Скайуокер упрямо тряхнул головой. Нет, он будет бороться за свое будущее!

— А если тебе это не удастся? — спросил Сидиус, внимательно смотря на потенциального ученика. Сколько их было в его жизни — молодых, горячих, не желающих мириться с обстоятельствами… А все равно остался только он.

— Я не хочу, чтобы она умерла! — вырвалось у Скайуокера. Поняв, что проговорился, джедай настороженно замер.

— Смерть, значит, — задумчиво улыбнулся старый ситх. Да, что-то такое он и предполагал. Но Энакин все же удивил его — пришёл сам. За это он будет с ним честен. — Энакин, тебе пора взрослеть.

Почему-то тот сразу все понял. Горячие слезы поступили к глазам, но Энакин сумел удержать их. Неужели, это конец? Он не сразу понял, что Палпатин стоит рядом. Только почувствовав руку на своем плече, он увидел канцлера.

— Тебе нужна Тёмная Сторона Силы только для того, чтобы изменить будущее? Или ты готов принять его и жить дальше? — слова проникали в душу. Скайуокер понял — пора сделать выбор.

— Джедаи не позволят мне жить так, как я хочу, — почти спокойно произнёс он, глядя ситху прямо в глаза. В янтарно-желтые глаза. Он выпрямился. — Я… хочу быть вашим учеником.

— Я согласен, — Палпатин улыбнулся. Это оказалось легче, чем он думал. Он слышал шёпот Силы. — Теперь твое имя… Дарт Вейдер.

Глава 2. Приказ 66

— Учитель, а что будет дальше?

Они сидели все в той же комнате, спрятанной в глубине кабинета канцлера. Энакин уже успокоился. Хотя и, нет-нет, думал — а как же поступят джедаи? Что будет делать Оби-Ван? А Йода? То, что они не оставят их в покое, он был уверен твёрдо.

— Дальше… — ситх посмотрел на ученика. Тот волновался, да это и понятно. Не каждый же день джедай принимает решение стать ситхом. Да ещё и такой джедай — Избранный. Он неожиданно спросил. — Что ты думаешь о том, какая должна быть власть в галактике?

— Не такая, как сейчас, — Энакин невольно вспомнил тот разговор на Набу. Падме тогда решила, что он шутит. Но он и сейчас считал так же, как и тогда. — Власть должна быть сильной, чтобы был порядок. А сейчас — анархия.

— Да, — кивнул Палпатин, чувствуя удовлетворение. Он не ошибся в Скайуокере. — Я хочу изменить политический строй. Чтобы была сильная власть. Построить Империю.

— И стать Императором? — Энакин увидел кивок учителя и задумался. Да, в этом был смысл. Республика изжила себя. Война Клонов лишь показала всю несостоятельность теперешнего строя. А Империя… сильный властитель способен навести порядок. А Энакин не сомневался, что Палпатин способен удержать власть в своих руках. Он озвучил свои выводы. — Да, мне кажется, что это лучший выход.

— Тогда… — ситх серьезно посмотрел на ученика. — Джедаи должны быть уничтожены. Все.

— Все… — эхом повторил Скайуокер. В душе поднялась буря. Все — это Оби-Ван, Йода, Мейс Винду? Те, с кем он вместе учился? И даже дети? Последняя мысль была невозможной. Энакин, готовясь стать отцом, не мог и подумать, чтобы убить детей. Он настороженно уточнил. — И дети тоже?

— Энакин… — Дарт Сидиус понял, почему тот задал именно этот вопрос. Но отступать было нельзя. Не сейчас. — А ты уверен, что они не будут сражаться за идеалы джедаев до конца? Может, у тебя есть опыт и время перевоспитывать их? Подумай хорошо. Если у тебя есть лучшее предложение, я приму его.

Молодой мужчина задумался. Теперь он лучше понимал, что хотел сказать учитель. Джедаи будут главными противниками нового строя. И нужно будет много сил, чтобы установить новые законы. Если оставить юнлингов в живых, воспримут ли они новую идеологию? Или они вырастят себе нового врага? Он понял, что не знает.

— Учитель, у нас есть время? — может, Сила даст ему шанс принять правильное решение? Энакин с надеждой посмотрел на канцлера. Тот медленно кивнул.

— У тебя есть неделя. Не больше.

***

Лучшая медитация — рискованные фигуры пилотажа в бесконечном транспортном потоке Корусканта. Именно в такие моменты Энакин чувствовал наибольшее единение с Силой. Именно тогда он был наиболее уверен в себе.

Он выкрутил руль и нырнул в поток. Ближайшие спидеры недовольно засигналили, ругаясь на лихача. Но бывшего джедая это не смутило — он уверенно провел свой спидер между брешами в потоке вниз. Затем крутанул руль вправо, закладывая дикий вираж. И снова вверх.

Помогло. Голова очистилась и мысли приобрели большую чёткость. Теперь он может решать. Он поставил управление на автопилот и откинулся в кресле, прикрыв глаза. Сила окружила его.

Будущее. Мне необходимо узнать будущее. Перед внутренним взором замелькали картинки. Храм в огне. Мёртвые тела детей. Никто не спасся. Это то, что будет? А если детей оставить в живых?

Взрыв. Какой-то подросток улыбается сумасшедшей улыбкой, когда в него стреляют охранники в броне. «За Республику!» Окровавленное лицо Палпатина, которого задели осколки бомбы. Молодая девушка кидает в бокал белый порошок и протягивает бокал светловолосому юноше, похожему на него. «Мистер Скайуокер, давайте выпьем за будущее Империи». Юноша делает глоток и падает замертво.

Энакин стиснул зубы. Почему все так плохо? Почему Сила заставляет его принимать решение, которого он не хочет принимать? Он снова сосредоточился. Можно ли спасти хоть кого-нибудь?

И… пустота. Ответ ясен. Скайуокер вывернул руль и направил спидер по знакомому маршруту. Домой.

***

В квартире было пусто. Падме где-то ходит — в Сенате сегодня заседаний не было. Но он чувствовал, что у него есть время успокоиться и подготовиться к ее приходу.

Он устало растянулся на диване и прикрыл глаза. Этот день оказался слишком тяжелым. Палпатин все же оказался ситхом, будущее джедаев определено с безжалостной точностью. И дети… Никто из юнлингов не сможет принять нового будущего. Может ли он позволить себе такую роскошь — вырастить врага?

Энакин вздохнул. Он уже знал ответ, просто не хотел с ним смириться. Наверное, это и значило быть ситхом — не обманываться пустыми идеалами и трезво и рационально смотреть в будущее. Каким бы оно ни было. И он решил. Юнлингов уже не спасти. Тогда он вырастит своего собственного ребёнка так, чтобы никогда не жалеть об этом.

Хлопнула дверь. Мужчина сел, устремляя взгляд на дверной проем.

— О, ты уже вернулся? — Падме была в хорошем настроении. Энакин подметил несколько пакетов в руках — значит, жена была в магазине. Новые обновки? Или просто милые мелочи?

— Да, сегодня я могу провести день с тобой, — сказал он, стараясь выглядеть непринуждённо. Не так уж много времени у них и осталось. И он хотел провести его с пользой. — Была в магазине?

— Просто гуляла, — она положила пакеты на низкий столик и подошла к мужу. Против воли он посмотрел на ее заметно округлившийся живот. И снова почувствовал горечь.

— Хорошо, — протянул он, пряча глаза. Ну не умел он ей лгать. А теперь придётся.

— Перестать, Энакин! — Падме сердито притопнула ногой, увидев его реакцию. Сразу вспомнился ночной разговор. Он опять думает про это!

— Прости, — он обнял ее, уткнувшись лицом в живот и вдыхая знакомый запах. И вдруг удивлённо отпрянул — именно в этот момент ребёнок начал толкаться.

— Вот проказник! — Падме засмеялась над реакцией мужа. Да, ведь он ещё ни разу не чувствовал такого. Ее позабавило лицо Энакина — удивление, смешанное с благоговением. Он осторожно прижал ладони к ее животу, чувствуя толчки еще не рождённого ребёнка. Теперь он увидел его и в Силе. Но что-то было не так… Мужчина нахмурился, пытаясь разобраться. Биение жизни чувствовалось как-то странно. Озарение пришло внезапно.

— Двойня! Падме, у нас двойня! — он смотрел на жену широко распахнутыми глазами. Два ребёнка. Это… удивительно!

— Двойня? — женщина в первое мгновение растерялась. Но затем… счастливо засмеялась. В словах Энакина она не сомневалась — джедаи могли чувствовать жизнь при помощи Силы. — Здорово!

Она порывисто схватила мужа за руку и потянул на кухню.

— Давай отпразднуем это событие.

Скайуокер не сопротивлялся. Новая мысль завладела его сознанием — «у меня будет двое детей». Будущее внезапно перестало быть таким мрачным, как раньше.

***

— Я решил, — он сидел в мягком кресле, глядя перед собой. Постороннему наблюдателю могло показаться, что всецело поглощён тем, что происходило на сцене. Но его собеседник знал, что это не так.

— Ты быстро, — Дарт Сидиус тоже смотрел на сцену, только на миг искоса взглянув на Скайуокера. Они сидели только вдвоём в ложе канцлера в опере. Даже охрана осталась снаружи.

— Сила даёт ответ быстро, — Энакин упорно не отводил глаз от сцены. Почему-то ему было тяжело смотреть своему новому учителю в глаза в такой момент. — Джедаи должны умереть. Все.

— Ну что ж, — Палпатин ждал такого ответа. Он и не сомневался в том, каким он будет. — Тогда нам осталось обсудить детали. Клоны выполнят приказ 66 в любой момент, — он помолчал, размышлял. — Думаю, сначала нужно создать предлог. Ты скажешь Винду, что узнал, кто владыка ситхов. Он придет ко мне, чтобы напасть, и мы уничтожим его и тех, кто будет с ним. А людям скажем, что джедаи хотели захватить власть.

— Хорошо, — Энакин посмотрел на канцлера. Тот был абсолютно спокоен. Только лёгкая улыбка играла на лице. Молодой мужчина на мгновение поразился тому, что его, Энакина, это не возмущает. Раньше бы он не смог так спокойно говорить об убийстве множества разумных. Он кашлянул. — Я сам поведу легион в атаку на Храм.

— Уверен? — Палпатин внимательно посмотрел на ученика. Тот кивнул. — Хорошо. Через два дня.

Они досмотрели конец представления в молчании. Слова уже были не нужны.

***

Через два дня

Об этом дне у Энакина остались только отрывочные воспоминания. И дело было даже не в том, что произошло много — просто память не хотела запоминать всего.

… — Канцлер — это ситх Дарт Сидиус! — Скайуокер смотрит в темные глаза магистра Винду. И видит, как каменеет его лицо.

— Ты уверен? — дождавшись кивка, магистр отрывисто говорит. — Надо действовать быстро. Ты пойдёшь со мной и ещё четырьмя магистрами.

— Хорошо, — Энакин доволен — все идёт по плану.

___

… Они справились быстро. Энакин успел убить двоих — Кита Фисто и Сэси Тийна, прежде чем они смогли понять опасность. Аген Колар упал почти одновременно с ними — Сидиус не отставал. Из четырёх магистров только Мейс Винду смог парировать удар и отскочить в сторону.

— Скайуокер, — прорычал он, бешеным взглядом смотря на Энакина. — Предатель!

— Я всего лишь выбрал свою сторону, — усмехнулся Скайуокер, направляя Силу как учил Сидиус и чувствуя, как тот делает тоже самое. Мгновением позже фигура Винду скрылась в потоке молний Силы — их было так много, что магистр был просто не виден. А когда молнии погасли, на пол упал обугленный труп.

— Немного неэстетично, зато действенно, — заметил канцлер, отходя к столу, подальше от горелого запаха. Энакин лишь усмехнулся.

___

… Учитель не обманул. Клоны последовали за ним чётким строем, не задавая вопросов. Энакин шел лёгкой походкой, стремясь быстрее достичь цели. А цель — Храм — уже возвышалась перед ним во всей своей красе.

«Дарт Вейдер», повторил он про себя свое новое имя, примеряя его на себя. Для него это имело значение — теперь он не джедай Энакин Скайуокер, а ситх Дарт Вейдер. Он уже не думал о том, как на это посмотрит Падме. Или как воспримут джедаи. Сделав выбор однажды, он решил идти до конца.

Дверь была не заперта — да в Храме это и не было принято. Вейдер вскинул руку, безмолвно отдавая приказ о готовности. А затем первым скользнул в приоткрытую створку, зажигая лайтсейбер…

___

… — Эни, что случилось? — она кинулась к нему, едва он опустил свой истребитель на площадку. Он легко выпрыгнул, сразу заключая ее в объятия и вдыхая родной запах. Он чувствовал как она дрожит.

— Джедаи напали на канцлера, пытались захватить власть, — эти слова дались ему на удивление легко. Он ещё крепче сжал ее, пытаясь успокоить. Даже направил немного Силы. — Теперь джедаи вне закона.

— А… ты? Что же будет с тобой? С нами? — Падме растерянно смотрела на него, как никогда напоминая испуганную девочку. Сейчас она не была сенатором или бесстрашным бойцом, какой он помнил ее на Геонозисе. Энакин подбадривающе улыбнулся.

— Я буду сражаться на стороне закона, Республики и канцлера.

Он не солгал ей. Просто не сказал, что теперь Республики не будет. А она… она поверила. Он видел это по ее лицу.

— Я должен лететь. Канцлер узнал, где прячутся главари сепаратистов. Если напасть неожиданно, эта война наконец закончится. И в нашей галактике наступит мир.

— Где? Скажи мне! — но мужчина покачал головой. Только сжал ее ладонь на прощание.

— Прости, это секретная информация. Но я обещаю быстро вернуться.

Он навсегда запомнил то, как она стояла и смотрела ему вслед. И потом вспоминал это не раз — ведь живой он больше ее не увидел.

Истребитель лёг на курс и Вейдер слегка расслабился, глядя на экран. Скоро все закончится…

Глава 3. Борьба за будущее

Полет на Мустафар его не разочаровал — все было именно так, как он и думал. Уничтожение верхушки сепаратистов прошло легко. И это было даже немного скучно.

— Все в порядке, учитель. Миссия закончена, — он связался с Сидиусом сразу. И увидел, как Палпатин довольно улыбнулся.

— Отлично, Дарт Вейдер. Срочное заседание Сената будет через час. Там я объявлю о создании Империи.

— Как там Падме? — Энакин попросил учителя перед отлетом позаботиться о ней. Неясное предчувствие тревожило сердце. Он озвучил свои сомнения. — Мне неспокойно.

— Пока все нормально, — Палпатин кивнул. Он тоже чувствовал напряжение Силы. И это было связано с Падме Амидалой. — Я жду тебя.

— Буду через пять часов, — связь прервалась. Энакин вздохнул — сомнения не отпускали. Но делать нечего. Молодой ситх направился к своему истребителю решительным шагом.

***

Ей казалось, что она попала в кошмарный сон. Джедаи — предатели. Республика вдруг стала Империей. И от Энакина ещё не было новостей.

Бейл Органа стоял рядом с ней в ложе Сената, слушая объявление Палпатина.

— И все-таки мы опоздали, — прокомментировал он фарс, которым, по его мнению, являлось все это заседание. — Что же теперь делать?

Падме его понимала. Они оба принадлежали партии, которая считала, что Палпатину уже пора было добровольно оставить пост канцлера. Они готовили специальную петицию, которую уже подписали все участники. Вот только… Палпатин их опередил. И что они могут сделать теперь?

Падме не знала. Она разрывалась между своими убеждениями и желанием сохранить семью. Энакин же сказал, что будет поддерживать канцлера. Интересно, а он знал, что Палпатин по сути захватит власть над галактикой? Она сама затруднялась ответить на этот вопрос.

— Я думаю, нам надо обсудить дальнейшие планы, — привлёк ее внимание голос Бейла. Она взглянула — король Альдераана выглядел весьма решительно. И он с неприязнью смотрел на канцлера — нет, уже Императора — стоящего на платформе посреди зала.

— Соберём всех? — уточнила она, прикидывая, где можно собрать всех заговорщиков. Число-то было немаленьким.

— Нет, для начала хватит Мон Мотмы, Фанга Зара… — Органа стал перечислять их союзников, подписавших Петицию 2000. Назвав десять имен, остановился. — Не стоит собираться слишком большой группой — это вызовет подозрение.

— Тогда можно собраться у меня, — решила Падме. Она была согласна с Бейлом — Палпатин творил произвол. Он фактически разрушил Республику и присвоил всю власть себе. Мелькнула мысль на краю сознания: он обманул и Энакина. Женщина упрямо сверкнула глазами — она не позволит воцариться анархии и тирании! Она откроет глаза своему мужу и они вместе будут сражаться за будущее галактики!

— Через час, — Бейл Органа пошел к выходу широким шагом. Падме бросила последний взгляд на новоявленного Императора и последовала за ним. И уже не видела, как Палпатин проводил ее долгим взглядом…

***

Он сидел в засаде уже несколько часов. Его целью была она — Падме Амидала. Он давно подозревал, что Энакин испытывает чувства к этой женщине. И теперь она была единственной ниточкой к предателю.

Оби-Ван Кеноби вздохнул, слегка поменяв положение тела. Это было чудом — а, может, воля Силы? — что его не было в тот момент в Храме, который оцепили клоны. Йода и остальные магистры погибли. Как и многие из джедаев. А вот он — Оби-Ван — был жив. И сейчас им владело только одно желание — уничтожить предателя, Энакина Скайуокера.

Движение у площадки для летательных аппаратов привлекло его внимание. Кажется, к Падме пожаловали гости! Один, два… десять спидеров. Людей чуть больше — в одном спидере было двое или трое человек. Он знал их — сенаторы, причём все из партии лоялистов. У них политическое собрание?

Кеноби задумался, но решил, что это его шанс. И джедай скользнул еле заметной тенью ко входу…

***

— Ой! — Падме согнулась, прижав руки к животу. Резкая, почти нестерпимая боль прошила все тело, заставляя сжиматься в комок.

— Что с тобой? — Бейл с тревогой подскочил к ней.

— Больно… — простонала женщина. Боль не утихала. Наоборот, казалось, нарастала все больше. Органа подхватил ее, когда она чуть не упала.

— Тебе нужно срочно в медцентр, — сенатор решительно потащил ничего не соображающую от боли женщину к выходу. Если он что-либо понимал, Падме требовалась срочная медицинская помощь. И притом немедленно.

Он наскоро объяснил ситуацию союзникам, видевшим их поспешное продвижение. На многих лицах отразилось досада. Кто-то сочувствовал. Мон Мотма подскочила к Падме с другой стороны и помогла идти. Органа благодарно кивнул ей.

Дверь на площадку открылась легко. Но… Бейл замер, увидев человека, который стоял у его спидера. Очень знакомого человека. Оби-Ван Кеноби, магистр-джедай.

— Магистр Кеноби, — Органа шагнул вперед, закрывая собой женщин. Падме уже была в предобморочном состоянии и безвольно висела на Мон. — Нам надо срочно в медцентр.

— Вижу, — Кеноби прищурившись смотрел на Падме Амидалу. Волна боли пульсировала в Силе. Ему было очевидно, что женщине нужна медицинская помощь. Вот только… Кеноби усмехнулся. Теперь у него есть способ достать предателя. Он требовательно посмотрел на Органу. — Я могу сам отвезти ее.

— Нет, мы сами, — выражение лица джедая не понравилось Бейлу. И мужчина на интуитивном уровне понял — нельзя допустить, чтобы он прикоснулся к Падме. Иначе случится трагедия.

— Сами… — Оби-Ван нехорошо улыбнулся. Джедай, потерявший в эту ночь цель дальнейшей жизни чувствовал, что его затягивает трясина безумия. Возможно, это Тёмная Сторона. Но даже в этом случае ситхом он не станет — темные джедаи не были редкостью в истории Ордена. Взять, к примеру, Ксанатоса, бывшего ученика Квай-Гона. Он сделал шаг по направлению к Органе, не отводя взгляда от беременной женщины. Теперь он не сомневался — просто знал, кто был отцом ребёнка. А, значит, его месть совершится ещё быстрее, чем планировалось…

— Бегите! — Бейл увидел обезумевший взгляд джедая и все понял. Отталкивать Падме и Мон с дороги не было времени — сенатор знал, насколько быстрыми бывают джедаи. Он просто прыгнул, заслоняя их своим телом.

Кеноби рванулся вперед. Прыжок Органы ему почти не помешал — короткий росчерк лайтсейбера, и обливающееся кровью тело падает под ноги. Падме помехой не была — женщина уже была в беспамятстве, и стояла на ногах лишь потому, что Мон Мотма ее поддерживала. Сама Мон замешкалась, не решался отпустить подругу. И это мгновение стало решающим.

Бывший джедай легко отбросил женщину при помощи Силы и подхватил бесчувственную Падме. Секунду раздумывал, а затем… через его ладони прошёл ток. Первые молнии были слабыми и какими-то неуверенными. Но глаза Кеноби зажглись безумным восторгом.

— Руки прочь! — новый голос сопровождался мощным потоком Силы. Джедая буквально швырнуло на стену. Тело Падме выскользнуло из его рук. Тот же голос коротко приказал. — Расстрелять.

Заряды бластеров прошили тело Оби-Вана. Он из последних сил повернул голову и взглянул на того, кто ему помешал. Да, это был он. Император Палпатин стоял прямо над Падме. А всю площадку оцепили клоны — штук тридцать, не меньше.

— Медкапсулу, срочно! — последнее, что увидел Кеноби — как Палпатин осторожно опускает тело Падме Амидала в капсулу. А затем наступила тьма.

***

Он сидел в своем кабинете и пытался заняться делами. Новая Империя требовала много сил, но… мысли ускользали. И предстоящий разговор с учеником не добавлял радости.

Сигнал комлинка. Император нажал кнопку, уже зная, что ему хотят сказать.

— Император Палпатин, — медик ещё не привык называть его новым титулом и слегка запинался. Но докладывал чётко и ясно. — Падме Амидала умерла. Мы ничего не смогли сделать.

— Дети? — отрывисто спросил он.

— Живы. Кесарево сечение помогло вовремя. Ещё чуть-чуть…

— Хорошо. Понаблюдайте за здоровьем детей и докладывайте обо всех изменениях.

Ситх снова погрузился в раздумья. С политической точки зрения, Империя выиграла. По официальной версии, беглый джедай Оби-Ван Кеноби убил всех сенаторов в апартаментах Падме Амидалы, но был застрелен отрядом штурмовиков. Он смог избавиться сразу и от неугодных сенаторов и от недобитого джедая. Но с другой стороны… как все это примет Энакин? Жена мертва. Хорошо, хоть детей удалось спасти.

Он решительно нажал на кнопки на пульте связи. Если этого не избежать, то хоть инициативу из своих рук не упустит.

Сигнал прошел быстро — Энакин явно недалеко от Корусканта.

— Учитель? — голос взволнованный. Скайуокер, похоже, что-то почувствовал.

— Энакин, мне надо обсудить нечто очень важное. Лети сразу на мою личную площадку, — Палпатин не хотел рисковать. Если что, он сможет справиться с любыми последствиями шока у форсъюзера.

— Я хотел залететь к Падме на минуточку. Просто проверить, — в голосе неявный вопрос. Но Палпатин еще не готов на него ответить. Не время.

— Это срочно. Я не могу объяснить сейчас.

— Хорошо, — ученик отключился. Ситх вздохнул. Полчаса, не больше. А потом все станет ясно.

***

— Учитель! — Энакин Скайуокер широким шагом вошел в кабинет Палпатина. Ситх наметанным взглядом оценил состояние. Дыхание учащенное, лицо покраснело, голубые глаза смотрят с неприкрытой тревогой. Ясно.

— Рад, что с тобой все в порядке. Садись, — Палпатин поднялся с любимого кресла и шагнул к ученику. Энакин застыл на месте, следя за ним.

— Я… — горло перехватило и Энакин на секунду замолчал. Но затем продолжил. — Падме не отвечает. Я звонил ей. И в Силе я ее не вижу…

Сидиус вздохнул. Когда он думал, что сказать, мысли сами приходили в голову. А теперь, глядя во встревоженные голубые глаза, слова куда-то потерялись.

— Падме Амидала умерла, — короткая фраза вызвала эффект разорвавшейся бомбы. Юноша побледнел так, что на его лице выделялись только огромные глаза. Но остался стоять на ногах. Палпатин мягко толкнул его Силой, вынуждая сесть на диванчик рядом.

— Как? — потерянным голосом произнес Скайуокер.

— На нее напал Оби-Ван Кеноби. Но детей удалось спасти, — Император решил, что на первый раз ученику достаточно информации. Энакин впился в него взглядом.

— Детей? — он чувствовал, как внутри зарождается чистая ярость. Оби-Ван. Друг и наставник. Убил его жену. Как же он ненавидит джедаев!

— Да. Они сейчас в медцентре. Мальчик и девочка, — Сидиус с одобрением отмечал эмоции внутри ученика. Хорошо. Ситху нужна ярость.

— Я… пойду, — Энакин вскочил на ноги и почти выбежал из кабинета. Теперь у него появились срочные дела.

— Вот и хорошо, — Палпатин снова уселся в свое кресло. Новая Империя требовала много внимания. И теперь у него есть время, чтобы заняться делами.

***

Заходящее солнце окрашивало своим багряным светом небоскребы Корусканта. Молодой мужчина стоял на открытой площадке, подставляя легкому ветерку разгоряченное лицо и смотрел вниз.

«Сегодня закат похож на кровь». Энакин слегка улыбнулся нелепой мысли. Этот день, день рождения Империи, был отмечен кровью многих людей. И кровью Падме. Значит, и закат подходящий.

— Я обещаю сохранить мир в нашей галактике. И передать ее нашим детям, — прошептал он, желая, чтобы Падме его услышала. А затем повернулся и пошел обратно. Его ждали его дети, новая Империя и целая жизнь.