RE&RE: Следователь Кен

Часть I; Глава I — Слова

Предисловное словоблудие:

Итак, Канеки-Следователь, первый из планирующихся двух (или больше) фанфиков по ТГ. Обожаю мангу от всей души, 10/10, но фанфиков по нулям. Читать из нынешнего разве что товарища Айнурра, но там пока впроцессник, так ещё и далеко от канона бегает, меня это напрягает (хотя плашка «цикл» радует). По планам: Канеки-Следователь, как уже можно заметить, миди. Здесь больше концентрации на борьбы с тем, что можно избежать.

Второе, что хочу написать — Канеки-гуль. Там уже размах покруче, постараюсь написать макси. Канекичи придётся вертеться хуже белки в колесе, потому что Фурута уже запустил цикл своих шуток над миром. Там будет кагунэ, гульская прокачка и прочее, что вам так не хватает. Но не забрасывайте Следователя, тут будет много приколов про СиСиДжи, охоту на гулей, каплю детективчика и много-много заигрываний с послезнанием

***

Следователь Первого Класса Канеки, вы направляетесь в двадцатый район для расследования дела «Пожирателя».

— Так, значит вы… Канеки-сан, верно? — я кивнул. Офис отделения двадцатого района был спокойным местом, характеризовали его также: проблем нет, гули слабо активны, расследования почти не проводятся.

Средства не выделяются.

Ровные ряды столов, заполненных папками и бумагами, белый свет ламп и серые опрятные стены. CCG старалось показать свою серьёзность даже в архитектуре.

Хотя здание главного офиса выглядит куда вычурнее.

— Здесь все бумаги о вашем деле, но мне казалось, что вы захотите дождаться вашего напарника из старших рангов… — я подобрал аккуратную тонкую папку и быстро пролистал: почти никаких сведений и не было. Пожиратель ела грязно, жестоко, но следов почти не оставляла. Слюна, выделения кагунэ… никаких зацепок, только примерные следы предыдущих мест охоты и досье жертв.

— Я работаю один, — улыбаюсь следователю Кусабе. Русоволосый молодой человек в круглых очках и с мягким лицом, такой бы хорошо бы подошёл на роль учителя младших классов, или быть может репетитора?

Кажется, именно его убила Тоука-чан.

— Ох, вот как, не думал что такое бывает, — он почесал голову и терпеливо дождался, пока я не закончу изучать дело.

Так, с этим закончили теперь…

— Мне нужно посетить несколько мест, я внесу результаты в отчёты позднее, Кусабе-сан. Прошу прощения за неудобства.

— А-а, у вас есть какие-то догадки, следователь первого класса?

— Да, не волнуйтесь, всё будет в порядке.

— Если вы так говорите…

Из офиса я пошёл в ближайшее метро, где двинулся в сторону расположения Антейку. Глупо, но сердце скакало от волнения, а мысли разбегались в голове. Увидеть Тоуку-чан, Шефа Йошимуру, других…

Больше года я откладывал это, боялся, хотя волнение и тревога лились через край.

Но перед дверью на фасаде голова резко опустела.

Зазвенел колокольчик, дверь захлопнулась за спиной, отрезая уличный шум. Я услышал аромат заваренного кофе, лёгкий привкус благовоний и прошёл к стойке кофейни. Посетители обернувшиеся на шум, их было не так много, вскоре вернулись к своим делам. Не заметить их страх было тяжело. Кафе было обделано деревом, стояли ровные уютные круглые столики и стулья.

— Здравствуйте, эспрессо пожалуйста, — приходиться улыбнуться, хотя внутренности сводит от бурлящих внутри чувств. Йошимура-сан, живой, принял заказ и пригласил присесть за свободный столик. Ни капли тревоги, а ведь такие гости заходят не часто. Мы действительно были так беспечны тогда?

По залу сновала Тоука-чан, разнося заказы, и игнорировать её становилось всё тяжелее.

Я расположился у окна, поставив чемодан с оружием рядом, и глядел на улицу, пока на стол не приземлилась аккуратная чашка с маняще ароматным кофе. Тоука-чан вежливо улыбалась мне, но я видел скрытое неудобство.

Ответная улыбка наверняка вышло кривой и жалкой.

— Простите, вы не местный? — Чёрные волосы закрывали правый глаз и спускались почти до плеч, немного неаккуратно, но так привычно. Персонал Антейку носил удобную форму с тёмным жилетом и белой рубашкой под ним, брюками у мужчин и юбками для женщин.

— Да, прибыл из Первого района, — чемодан с куинке стоял сбоку от меня, так чтобы не мешать резко выйти из-за стола, сомневаюсь, что это понадобиться.

— Следователь из Комиссии?

Киваю. Ками, она всегда была такой подозрительной?

— Двадцатый район спокойное место, мне здесь нравится, но местный отдел…

Тоука хмыкнула и обняла поднос у груди:

— Всё настолько плохо?

— Небоскрёб Такада.

Можно было и не продолжать. Несколько убийств, совершённых Пожирателем подняли шумиху во всём двадцатом районе, и следователи только могли сидеть и ждать подкрепления из Главного Отдела.

В виде меня.

— Значит это всё-таки гули? — Трудно было сдержать смешок, когда Тоука-чан попыталась отыграть испуг. Лжец из неё ужасный. Да и из меня тоже.

Сзади зазвенел колокольчик, и несколько гулей обернулось на звук. Время подходящее, верно это и есть Ризе-сан.

— Да, все недавние убийства были совершены гулем «Пожирателем», мы уже расследуем это дело.

Я обернулся и улыбнулся замершей возле стойки красивой девушке в платье. Длинные волосы опускались до талии, на милом лице надеты прямоугольные очки и прилипла слабая улыбка.

— Мне стоит идти, спасибо за кофе.

— Но вы не попробовали…

— Не волнуйтесь, мне бы понравилось, Йошимура-сан делает его великолепно.

Я оставил растерянную Тоуку и, взяв кейс с куинке, вышел из кофейни. Ризе почти незаметно проводила меня взглядом, не сильно отвлекаясь от своего заказа. Напоследок, когда дверь уже закрывалась, из-за спины донеслось тихое:

— Шеф же не надевал сегодня бейджик…

Улицы встретили меня привычным шумом машин и людей.

Следующими я посетил места охоты Пожирателя. Небоскрёб Такада, несколько переулков и зданий, разбросанных по всему двадцатому району — угодья у Ризе-сан были богатые.

Всего убийств было не так много, кажется, она перешла в двадцатый район из одиннадцатого не так давно, но я не был уверен. Лучше всего посетить Банджо-сана и расспросить о Камиширо лично, вот только…

Я не гуль, я следователь.

И никаких поблажек бывшие товарищи мне не дадут. Тем более, что с ними мы всё ещё незнакомы.

Весь этот год затянулся в один странный сон, где я каждый раз просыпался и не находил себе места. Всё исчезло в один миг, а потом вернулось на несколько лет назад. Никакой Ризе, никакой операции, никакого Кано. Ничего не случилось, чёртово колесо не закрутилось и я был в полной растерянности.

И в итоге оказался в CCG, единственном месте, где мои навыки бы пригодились.

А теперь исследую дело Ризе-сан и играю с не знающим меня Фурутой в догонялки. Если он успеет быстрее — всё пойдёт по накатанной колее и Кано получит себе Камиширо. Коли успею я, неважно, убить его самого или забрать жизнь Ризе, то Кано придётся сильно умерить свои аппетиты. Рискнёт ли он проводить эксперименты не на Совах или членах клана Вашуу… неясно. Но шансы малы. А значит искусственные одноглазые гули не появятся, возможно… возможно даже Антейку не пострадает.

Ошибки не будут совершены, в этот раз у меня всё получится.

На местах преступлений не было ничего полезного. Все образцы давно собрали, улики убрали и кроме потемневших пятен засохшей крови на бетоне не осталось ничего. Ризе-сан, если память мне не изменяла, предпочитала молодых парней худощавого телосложения. Таким был я, когда всё только началось.

Забавно, под её нынешние вкусы точно бы не подошёл.

На крыше, с которой упали злополучные стальные балки было пусто. Похоже их действительно по всем правилам убирали, тогда интересно, как Фурута-сан смог в ещё несбывшемся будущем сбросить их на Ризе и меня? Подкуп, угроза, или здесь сработал отряд V клана Вашуу? Оставалось только приглядывать за стройкой, чтобы не допустить такого вновь.

А если уж удастся поймать Фуруту-сана лично…

Приближалась ночь и Токио тонул в надвигающемся сумраке. Похолодало, солнце мерно катилось по горизонту, люди и машины сновали по дорогам.

Утром нужно будет посетить ещё одно место, а сейчас тело требовало отдыха, следовало было поесть и поспать. Кроме лёгкого завтрака в офисе я так ничего и не съел за весь день.

Некоторых преимуществ тела гуля сильно не хватало.

*

Следователи не были скованы каким-то определённым местом. Пусть ареал своего питания гули меняли редко, но ищейки CCG всегда старались держаться у своих «любимчиков» на хвосте.

Я написал отчёты о прогулке по местам преступлений, оставил всё Кусабе-сану и направился в четвёртый район. Кажется, Ута работал с часу дня?

Так и оказалось: HySyArtMask Studio была закрыта, времени оставалось ещё полно и в итоге было решено поесть в ближайшем кафе.

Есть человеческую еду было непривычно даже сейчас. Уже прошёл год, но чувство тошноты и ужасный вкус так глубоко укоренились в голове, что я подспудно ожидал их с каждым укусом, с каждой ложкой во рту.

Ничего. Обычная вкусная человеческая еда. И зазвеневший телефон.

«Эй, Канеки, не хочешь встретиться? Ты вроде собирался в двадцатый переехать» — и подпись — Хиде…

Когда я только «проснулся» встретить лучшего друга было… великолепно. А потом последовал путь в главный офис Комиссии и наша дружба стала ограничена переписками по телефону и редкими звонками. Я погрузился в работу с головой, сосредоточился на охоте на гулей и поиске заслуг. Так было проще, легче не замечать этот ком в горле от воспоминаний, как я медленно поедаю его в подземных путях двадцатого района заживо.

«Да, конечно, свободен вечером. Может в »BigGirl«?»

Похоже, заставлять себя страдать, мне действительно было по сердцу.

Надеюсь, за один вечер ничего плохого не случится.

Как только часы показали «13:00» отправился к мастерской. Колокольчика не было, наверное, Ута-сан просто использовал гулий слух, чтобы заметить посетителей. После лёгкого тепла на улице внутри воздух ощущался прохладным, почти холодным; никаких звуков, кроме тиканья часов не слышно, запах стоял обычный для мастерской — кожа, краска, и что-то неуловимое. Возможно, кровь?

Клетчатая плитка на полу, закрытые тёмной тканью головы манекенов для масок и несколько образцов на стенах: жёлтая, напоминающая демона с острым носом и зубастой улыбкой, а также парочка попроще — безликих, но со сложным узором.

А где же…

Я осторожно ткнул пальцем в слишком крупный для манекена-головы силуэт и с лёгким ойканьем из-под ткани на пол свалился хозяин мастерской.

— Добрый день.

Ута легко вскочил на ноги и с любопытством уставился на меня.

Татуировки, красные глаза с чёрной склерой и пирсинг на лице, похоже даже до нашей первой встречи в «тот» раз он не менял свой образ.

Он взъерошил рукой волосы: выбритые с одной стороны, но длинные достаточно, чтобы достигать подбородка с другой. И слегка поклонился.

— Да ничего-ничего, мне просто было интересно увидеть вашу реакцию, но не удалось.

Он без опаски прошёлся взглядом по моему плащу и кейсу в руке:

— Решили заказать себе маску, следователь-сан?

Мы прошли в дальнюю часть помещения, и я принял приглашение присесть на круглый стул без спинки. Аксессуары висели по стенам и здесь, только куда более специфичные. А ещё запах крови здесь был чуть сильнее: не настолько, чтобы легко обнаружили следователи, но достаточно для моего нюха.

— Нет, простите, мне посоветовал зайти сюда друг, — Тоука-чан и это было в «будущем», но Уте-сану это знать необязательно, — я хотел бы расспросить вас о кое-чём.

Вытянул из внутреннего карману тонкую папку и передал ему лист с фотографиями, прихваченными ещё утром в архиве местного отдела.

Лишь на миг, но я заметил, что он чуть прищурился.

— Клоунские маски? Это… гули?

— Уцелевшие снимки некоторых членов банды гулей под названием «Клоуны», вы правы, — чуть улыбаюсь, следя за любыми изменениями в его лице. Давайте, Ута-сан, заинтересуйтесь мной. И тогда обо мне узнает Нимура-кун…

— Интересный дизайн, — он тихо хмыкнул, — но зачем вы пришли? Хотите проконсультироваться о создании копии?

— Нет-нет, просто хотел чуть больше узнать об особенностях создания масок. Скажите, вы можете увидеть на этих снимках что-то необычное, Ута-сан?

Ута моргнул и посмотрел мне прямо в глаза:

— Я могу увидеть гулей.

Уверен, улыбка на моём лице скривилась.

— Значит ничего?

Гуль снова опустил взгляд на фотографии.

— Вот эту сделал я, — он ткнул пальцем в лицо одного из Клоунов, закрытое маской. Небольшой девушки в цирковом наряде, кажется Ромы?

— Но кто это вы, должно быть, не помните? — я чуть подался вперёд, разыгрывая любопытство.

— Неа, я редко запоминаю своих клиентов, а вот маски всегда. Профессиональная деформация, знаете, следователь-сан? — он пожал плечами и отдал фотографии обратно мне. Они отправились обратно во внутренний карман.

— Благодарю за содействие, Ута-сан, всего доброго.

И под внимательным взглядом «клоуна» ушёл наружу.

Они не были моей основной целью, но не привлечь к себе внимание, коли есть такая возможность, было бы глупо. Фурута уже должен начать работать вместе с их бандой. Если удастся представить себя как следователя, заинтересованного в поимке их остатков, то Нимура может начать действовать и в мою сторону… А значит прийти мне в руки сам.

Он уже работает с V, Клоунами и, скорее всего, в качестве следователя низкого класса. Поймать его в официальном виде — совершить самоубийство, такое не пропустят псы клана Вашуу, да и в возможности убить его и найти доказательства виновности я сомневался. Куда естественнее найти в одном из неофициальных обликов и убить, пока тот не получил себе силы одноглазого гуля.

Даже так это будет серьёзным испытанием, а уж если он сможет получить все преимущества… Гонку будет не выиграть, можно сразу отдаваться под эксперименты Кано-сенсея и надеяться, что всё пройдёт гладко и я не стану очередным «флоппи».

Добирался до офиса двадцатого района снова на метро и ещё около часа потратил на отчёт, где указал его принадлежность к делу Клоунов и новую информацию. Простите, Ута-сан, но избежать внимания следователей вам теперь не удастся.

Хотя зная его, выкрутится сможет.

До назначенной встречи с Хидейоши оставалось ещё несколько часов и я просто засел за книгами, в очередной раз перечитывая творчество Такацуки Сен. Зная её настоящую сущность, имя и силы… читать становилось даже интереснее. Расположившись в дальней части офиса в комнате для отдыха, на диванчике под книжкой полкой, я погрузился в «Яйцо Чёрной Козы» Такацуки Сен. Когда-то давно эта книга стала для меня началом всего того кошмара, а теперь… я замечал отдельные намёки, слабые проблески, направленные на структуру Комиссии по Противодействию Гулям и её верхушку. Среди многочисленных хитросплетений сюжета она уже начинала вкладывать осколки правды, но почти никак не отсылалась к гулям. Кажется, что во время, пока я пытался смириться с новой сущностью с «том времени», пропустил одну из встреч с фанатами?

Будет интересно сыграть с Такацуки-сан, и…

— Не хотите сходить поесть, Канеки-сан? — Кусабе-сан вырвал меня из мыслей. Я отложил раскрытую на середине книгу на столик и размял шею, казалось вся верхняя часть тела затекла.

— Нет, извините, у меня в скором времени встреча и будет невежливо приходить туда сытым,

Кусабе грустно вздохнул и покинул меня, очевидно ужинать он будет один. Со своим вторым коллегой я так и не встретился, похоже, он скоро как раз собирался выйти из отпуска, но первым встретили всё же меня.

В итоге я двинулся к «BigGirl», кафе, где посетителей обслуживали красивые девушки и готовили прекрасные бургеры. Мы любили ходить туда раньше, до того, как я «проснулся» и покинул двадцатый район.

Ностальгия.

Жаль, что и теперь я не смогу встречаться с ним так часто, как до этого… Если кто-то из моих будущих противников решит ударить, то может выбрать и Нагачику целью, придётся держать дистанцию и не позволять слухам о нашей дружбе разойтись по людям.

— Добро пожаловать! — Официантки любопытными взглядами прошлись по чемодану у меня в руках, но ничего не сказали и продолжили приветственно улыбаться. Сомневаюсь, что они поняли, кто я такой — двадцатый район не видел следователей по гулям уже довольно давно. Хиде сидел за одним из задних столиков, возле окна и я быстро направился к нему.

Квадратные столики, снующие вокруг официантки в коротеньких платьях с полными подносами и много-много людей. То ещё местечко, даже удивительно, что мне здесь когда-то нравилось.

— Кен! — Нагачика быстро заметил меня и замахал рукой, и я помахал в ответ.

Губы сами собой разошлись в улыбке.

— Привет, Хиде, давно не виделись, — лицо у него почти светилось. Уверен, что иди я медленнее, он бы побежал обнимать меня ещё по дороге на глазах у всех людей.

— Год! Чёртов Канеки, сбежал в своё CCG и оставил меня одного, ты знаешь, я чуть не завалил историю и… — он улыбнулся, ярко и солнечно и получил такую же в ответ: — рад тебя видеть, Кен. Я скучал.

— Я тоже, Хиде, прости, что не появился раньше…

Впервые за долгое время, за весь тот тяжёлый год, в который мне приходилось избегать двадцатого района и тренироваться, как проклятый.

Я был счастлив, чуть-чуть, но счастлив.

Автор разучился писать, мои apolocheese

А теперь немного картинок:

...

upd: Я забыл их вставить, идите в доп.материалы

Часть I; Глава II — Ожидание

И снова авторское словоблудие:

Меня расстреляли, но я выжил. Никогда не буду вспоминать об этих двух месяцах учёбы, потому что нервотрёпки было много. Но я живой. И почти здоровый, ну, насколько здоровым может быть невротик-диабетик. И я готов выдать вам главу. Вот она:

❝ Самое худшее, когда нужно ждать и не можешь ничего сделать. От этого можно сойти с ума. ❞ Эрих Мария Ремарк. Три товарища

— Канеки-сан, будете пить? — Мы сидели в одной из уличных забегаловок, которую любили посещать мои коллеги. На стойке из тёмного дерева уже разместился десяток разных блюд, пара неоткрытых бутылок с алкоголем и стаканы. Кусабе-сан и вышедший из отпуска три дня назад Накаджима Ясумото заняли места справа от меня. Шеф-повар трудился в уголке. Запах рыбы и специй, водорослей, жарящихся овощей и слабых звук кипящего масла, а ещё разговоры снаружи и шум автомобилей за плотной тканью, отделяющей улицу от ресторанчика — умиротворённое, приятное сочетание. Полная противоположность зудящей тревоги от бездействия Клоунов и Фуруты.

— Извините, я несовершеннолетний, — прихватить кусочек рыбы с тарелки палочками и отправить в рот. Мхм, а неплохо, хорошее место выбрал Кусабе.

Иппей неловко застыл с бутылкой в руке, похоже только сейчас вспомнив, что пить мне нельзя. Наверняка видел мой возраст на карточке следователя, но просто пробежал глазами и сразу позабыл.

— Ой…

— Спаиваешь детей, Иппей? Меня не было всего две недели… — Накаджима-сан ухмыльнулся и приложился к полному стакану выпивки. Ему около тридцати, с неопрятной щетиной на подбородке и тёмными волосами, кажется семьи у него не было и большую часть отпуска он провёл по барам.

Кусабе ткнул его локтём в бок и Ясумото звучно стукнул зубами о край стакана:

— Тьфу, какого чёрта, а если бы пролил? — Кусабе захихикал и под недовольным взглядом коллеги налил уже себе.

— За Канеки-сана и плодотворную работу!

И они выпили. Я с интересом наблюдал за разговорами, которые потянулись бесконечной вереницей. О работе и делах, немного о семье Кусабе-сана, а потом, как только алкоголь ударил им в голову — о женщинах и слухах из других отделений. Ясумото был старше своего напарника, на ранг выше, но это не мешало этим двоим общаться дружески и без серьёзных правил, наверное общая атмосфера мирного двадцатого района так повлияла на местных. Я часто замечал лёгкую небрежность в работе: заполнении бумаг, расследовании дел. Там, где некоторые следователи пошли бы напролом, они предпочитали отступить из вежливости и «этичности».

Это вполне могло стоить им жизни в другом районе, но здесь всё шло спокойно и без трудностей.

Прошла неделя с тех пор, как я совершил прогулку по двадцатому и четвёртым районам, заинтересовал всех нужных мне гулей и встретился с Нагачикой. Через несколько дней появился Ясумото Накаджима и мы, наконец, познакомились, и ещё через три дня я, вместе с ними, оказался в забегаловке где-то среди переплетений людных улиц Токио. Клоуны и Нимура не подавали признаков движения, в Антейку я второй раз не заходил — так и не смог набраться храбрости увидеть Тоуку-чан и других ещё раз, а Хиде завалило учёбой и он пока взял перерыв от выходов в город.

Ризе-сан почти не попадалась мне на глаза, посещая Антейку. Возможные удобные места для её устранения Фурутой были под моим наблюдением, пусть и не каждый час. Сомневаюсь, что он решит похитить её в ближайшие дни, но тянущий внутренности азарт и тревога не уходили. Это как играть в русскую рулетку на два человека, но стреляться приходиться только тебе, ведь соперник о самой игре даже не в курсе и ход ему передать не выйдет. Ожидание забирало все силы и только тренировки со сменой на чтение книг Такацуки Сен помогали мне держать себя в тонусе и не совершать ошибок.

— Кнеки-сан? А с П-жиратлем что? — пьяный Иппей повернул голову ко мне. Щёки и уши у него заливал румянец, глаза закрывались, очки на носу сбились вниз.

— Так, Иппей, не здесь, всё-таки гражданские рядом, а ты о делах… — Накаджима-сан схватил его за плечи и насильно повернул обратно лицом к стойке, — что-то тебя развезло, тебе больше не наливаем.

Я хмыкнул:

— Скоро ночь, Накаджима-сан, а завтра на работу. Проследите, чтобы Кусабе-сан добрался до постели, пожалуйста.

— Уже уходишь, Канеки-сан?

— Да, прошу прощения.

— Ну тогда давай, до завтра.

Заплатив свою часть, я вышел на улицу; ткань за спиной снова закрыла вид на стойку, пьяного Иппея и чуть более трезвого Ясумото. Свет из ресторанчика крался по асфальту, а потом встречался с густой тенью и исчезал.

Я вновь собирался посетить Антейку, поговорить с Ризе-сан лично. Её внимание уже занято мной, слишком многих я успел убить за прошедший год и любой достаточно ладящий с гульим обществом или следователями успел разузнать всё необходимое. Почти уверен, что Йошимура-сан и Ута-сан уже знали о моём приезде в двадцатый район раньше самих работников этого отделения. Оставалось только воспользоваться дурной славой и заставить Ризе-сан действовать в нужном мне направлении, ведь если она ошибётся из любопытства или азарта… я буду ждать.

Убил однажды, убью ещё раз.

Но это потом, не сейчас, слишком мало прошло времени, слишком слабо показался в двадцатом районе. Осталось посетить последнего человека, который оставался за пределами внимания почти неделю. Доктора Кано Акихиро.

***

— Вам к кому?

— Доктор Кано, пожалуйста, я из CCG, — удостоверение переходит в руки медсестре. Она пробежала глазами по тексту, сверила лицо с фотографией и отдала карточку обратно.

— Кано-доно сейчас свободен, пойдёмте, я вас провожу.

Она провела меня по коридорам с кучей дверей по сторонам, небольшими лавочками для ожидания возле кабинетов; возле стен иногда стояли цветочные горшки с папоротниками и прочей зеленью, это придавало больнице хоть какой-то живости. Кабинет Кано был в самом конце, с именной табличкой на двери.

— Доктор Кано, к вам посетитель, он следователь из Комиссии по Противодействию Гулям, — изнутри донёсся неразборчивый голос и девушка высунула голову из проёма:

— Вы можете зайти, следователь-сан.

Внутри всё было, как я и запомнил — комфортно, но с непременной практичностью занятого человека. Подтянутый седой мужчина с возрастными морщинами — сам Акихиро Кано — сидел в кожаном кресле за столом с множеством опрятно сложенных документов, рецептов и прочей больничной номенклатуры.

— Следователь-сан, признаюсь, это неожиданный визит, но я всегда буду рад помочь CCG, — доктор приветливо улыбнулся и протянул мне руку. Рукопожатие вышло крепким.

— Канеки Кен, следователь Первого Класса по гулям. Боюсь, мы с вами незнакомы, но я читал некоторые ваши работы, — улыбка вышла располагающей. «Сенсей, не думаю, что вы будете рады, если мой куинке снесёт вам голову с плеч».

— Читали? Удивительный интерес к медицине от такого юноши, признаю, впечатлён.

— Однако моё дело слабо относится к медицине. Скажите, не встречали ли вы в последнее время подозрительных пациентов, быть может кого-то, способного быть гулем?

— Гулем?! — Кано изобразил удивление, я бы даже и поверил, если не знал этого человека, — Канеки-сан, ничего такого. Нам поступили тела со следами травм от гулей, но все они ушли в морг, а затем и в вашу организацию, боюсь, здесь я вам не помощник.

— В моих руках оказалось дело одного людоеда, которого мы зовём Пожирателем, — на стол опустилась папка с фотографией высокой многоэтажки. Кано нахмурился, и на лбу у него пролегла бороздка.

— Это Такада? Я слышал о происшествиях, ужасные события, но причём здесь я? Среди пациентов нет выживших — конечно, Ризе-сан любила плотно пообедать, — да и все тела из морга, как я уже и говорил, вне моих обязательств.

— Однако, — фотография снова отправилась в нагрудный карман плаща, — они были среди обязательств, и возможно, что вы заметили некоторые детали, которые не смогли найти наши следователи.

Кано задумался. Я терпеливо ждал, пока сенсей раздумает что именно он может мне открыть.

— В молодости, — начал доктор, — какое-то время мне удалось поработать в морге Комиссии, интересное время, однако сейчас не об этом. Я знаю, как выглядят повреждения от некоторых типов гулей, тут точно поработал ринкаку-кагуне, но это, скорее всего, вы знаете, следователь Канеки-сан.

Киваю.

— В основном все жертвы обладали схожей комплекцией тела — худощавые и молодые, должно быть у гуля есть свои предпочтения. Такое поведение больше подходит серийным убийцам и маньякам, но психиатрия и психология, боюсь, лежит вне моих знаний. Могу лишь посоветовать вам запросить личные дела убитых и постараться найти в них общие места. Не может же быть так, что гуль не имеет территории, верно?

— Вы правы, — вот только территорией для Ризе-сан был весь двадцатый район. Она перебралась сюда после убийства главаря одиннадцатого, оставив район на Банджо-сана. Хороший парень, преданный и влюблённый в Камиширо-сан до глубины души, но малограмотный и медлительный в умственных делах. Такими были многие гули, что выросли без нормального обучения в школах, неграмотными, а не верными. Как бы мне не хотелось защитить своих бывших сородичей, но многие убивали больше ради удовольствия и относились к людям с презрением и азартом, а не сочувствием.

— Скажите, убийства ведь происходят часто?

— Да, Кано-сан, именно так, а вас что-то заинтересовало?

Доктор только улыбнулся, за окном слышался шум автомобилей, приглушённый и слабый, свет солнца падал на стол и светил Акихиро в спину.

— Не мне учить вас о физиологии гулей, следователь Канеки-сан, однако большинство редко убивает больше раза в месяц, им нужно не так много еды для пропитания, тела человека вполне даст гулям ощущение сытости на месяц, но Пожиратель убивает часто. Она не заботиться об осторожности, верно? За этот месяц это уже не первое нападение, так что это не чувство голода, либо же это какой-то неясно сильный голод, какой нам доселе не встречался.

— Хотите, чтобы я позволил случиться ещё нескольким нападениям и тогда напал на след, — чуть щурю глаза, но Кано только отмахивается, будто и не предлагал только что пожертвовать другими людьми.

— Что вы, Канеки-сан, я просто хочу сказать, что вы вряд ли сможете так быстро распознать гуля и предотвратить нападения, не стоит этому огорчаться, как свойственно многим молодым людям, лучше используйте дополнительную информацию на благое дело — поимку самого чудовища. Это может прозвучать жестоко и цинично, но за свою жизнь, признаюсь, я видел слишком много смертей и слишком много сломанных жизней, следователь-сан.

— Нельзя спасти каждого, — Кано утвердительно кивнул. Врачи старались изо всех сил, однако я знал, как это работает. Приоритет всегда отдаётся сначала лёгкораненым и детям, смертельные ранения почти никогда не принимаются в первую очередь, потому что таких людей тяжело спасти и легче помочь десятку случаев попроще, чем рисковать ухудшением состояния других пациентов ради жизни одного. Жертвуй малым ради большего.

«Никто не умрёт, Кано-сенсей,» — я улыбнулся, словно соглашался с его мыслью: «кроме Ризе-сан и Фуруты Нимуры-куна, я не допущу ошибок».

Я распрощался с доктором и ушёл на свежий воздух, сердце чуть колотилось в груди, равномерно гоняя кровь. Тошнотворное чувство горечи на языке облегчения тоже не приносило. «Дело сделано, доктор Кано увидел меня и теперь знает, кто занимается делом Камиширо-сан, вот только решит ли действовать заранее?» — идей у меня не было. Я старался обложить Фуруту со всех сторон, заставить его совершать ошибки и нервничать, наступить на ноги ему через его же собственных союзников. Кано-сан хочет получить какухо кого-нибудь из клана Вашуу, как например, Ризе-сан, а Фурута хочет стать полугулем, обрести силу, которой ему не хватает для выполнения своих планов. Если выйдет заставить их действовать быстрее, небрежнее, разве не станет только лучше?

Ожидание убивало меня, подрывало силы. Тревога игралась на нервах, как на струнах, и такого позволять нельзя, утомлённым я не смогу выполнить собственные планы. Убить Ризе, убить Фуруту, сорвать планы доктора Кано. Спасти тех, кто мне дорог.

В голове всплыло воспоминание. «Гурман».

Цукияма Шуу-сан был нынешним акционером ресторана гулей, тайного общества, в котором богатые не-люди тратили огромные деньги на возможность поглядеть за жестокой смертью людей и потом отведать их плоти. Я сам попал туда когда-то, в качестве закуски, и меня спасла только природа одноглазого гуля. Цукияма-сан, Гурман, заинтересовался мной до одержимости, настроившись съесть меня, да только не преуспел. В итоге мы стали союзниками, даже друзьями. «Судьба любит преподносить подарки, даже если они похожи на медвежий капкан заляпанный кровью».

Я сделал мысленную пометку исследовать доступные материалы по делу Ресторана Гулей, может быть даже удастся напасть на след Аукциона, куда более грандиозного события, где людей не ели, а просто приобретали для дальнейшего использования. Чаще всего на обед. Жаль, что в голове за это время всё перемешалось и точного адреса я не помнил, наведаться на такое мероприятие было бы забавно.

Что ещё успело забыться за эти годы, пока шло обучение на следователя? Не хотелось и думать, нужно будет прийти в офис и постараться припомнить как можно больше деталей о прошедших годах в виде гуля, любое событие, любое имя из прошлой жизни могло помочь достичь своих целей.

Так я и оказался на пороге университета Камия в самый разгар учебного дня. Огромное по размерам — не в высоту, но в ширь и длину, сооружение тянулось вдаль, а вместе с ним и парки, закутки, лавки, места для отдыха и круглосуточные магазины. Студенты сновали то тут, то там, обменивались словами, смеялись и радовались жизни. Где-то здесь, наверно, был и Хиде, но потревожить его мне не хотелось. «Бедный сейчас совсем зажат в тиски и грызёт гранит науки» — Нагачику было жаль, но помочь ему я не мог, у самого работы по горло.

Итак, где же ты, Нишики Нишио-семпай?

В это время он ещё второкурсник, кажется, фармацевтического факультета? Я отыскал его на удивление просто и без проблем — он всё также проводил большую часть времени на «рабочем месте» в окружении CD-дисков, захламлённых стеллажей и коробок, и, конечно, Кими-сан.

Девушку и Нишио-семпая я застал с растрёпанной одеждой и следами засосов на шее. Нишио-сан был взхлохмачен, грязно-каштановые волосы у него все встопорщились, очки в квадратной оправе съехали набок, Кими выглядела ничуть не лучше с неровно наброшенной белой рубашкой и полузастёгнутой чёрной юбкой, волосы у неё чуть темнее и довольно короткие, где-то по шею.

— Нишио Нишики-сан, меня Канеки Кен зовут следователь Первого Класса, нам нужно поговорить.

Семпай тихо заругался.